Литературный сайт
для ценителей творчества
Литпричал - cтихи и проза

П. Сорокин. Множественность душ индивида


­





­П. Сорокин. Множественность «душ» индивида
§ 1. Множественность «душ» индивида
Старые анимистические представления ряда народов признавали существование нескольких «душ» или нескольких «я» в одном и том же индивиде. По верованиям зырян, напр[имер], у каждого человека имеется две «души»: «лов» и «орт». Современная психология порвала с такими верованиями. Она признает в каждом из нас одно «я». Патологические случаи «раздвоения личности» ею рассматриваются как нечто исключительное. И каждый из нас думает, что наше «я» едино и единственно. Между тем дело обстоит не так. Старые представления в своем существе были ближе к истине. Сейчас мы замечаем поворот в сторону множественности «душ». Примером может служить статья Дюркгейма «Le dualisme de la nature humaine et les conditions socialеs» и его же солидный труд «Les formes élémentaires de la vie religieuse» (Paris, 1912). В этих работах Дюркгейм категорически настаивает на двойственности нашего «я» или на наличности в каждом индивиде двух «я» – биологического «я» и «я» социального.
«Не без оснований человек чувствует себя двойственным: он в действительности дуалистичен. В нем реально существуют две группы состояний сознания, противоположные друг другу по своему происхождению, по природе и по целям, к которым они стремятся. Одни из них выражают только наш биологический организм и предметы, с которыми он непосредственно связан. Узко и строго индивидуальные они привязывают нас к нам самим, и мы не можем освободиться от них, ибо не можем отрешить себя от нашего тела. Другие, напротив, приходят к нам от общества; они переводят его в нас (служат проявлением общества в индивиде) и привязывают нас к явлениям, выходящим за наши пределы. Будучи коллективными, они безличны; они обращают нас к целям, общим с целями других людей. Благодаря им и только им мы можем общаться с другими индивидами. Мы образованы из двух частей, как бы из двух существ, которые, будучи постоянно ассоциированными, состоят из совершенно разных элементов и ориентируют нас в противоположном направлении». Этот дуализм в моральной области проявляется в противоположности эгоистических и альтруистических вожделений, в интеллектуальной области – в различии ощущений и восприятий, всегда строго индивидуальных и не передаваемых от одного «я» к другому «я», и понятий (concepts) безличных и анонимных, всегда общих множеству лиц. «Старая формула Homo duplex, таким образом, вполне подтверждается фактами» (Durkheim E. Le dualisme de la nature humaine, p. 219, 208–209 и passim. Те же положения были развиты раньше Е.В. Де-Роберти в его работах, в частности, в «Новой постановке основных вопросов социологии» и в «Sociologie de l’action» (Paris, 1908). Они составляют сущность его биосоциальной гипотезы, являющейся центральным пунктом его теории).
Такова суть взглядов Дюркгейма и Де-Роберти, высказавшего те же положения в такой же постановке раньше первого. Такая теория представляет шаг вперед по сравнению с теорией единого и целостного «я». Но это только первый шаг.
Необходимо пойти по этому пути дальше. Дюркгейм и Де-Роберти считают наше социальное «я», отличное от «я» биологической особи, чем-то единым. Между тем и оно распадается на ряд «я», совершенно несходных и часто противоположных друг другу. Иными словами, я утверждаю, что наше «я» – мозаично и плюралистично. Оно похоже на фацеточный глаз, составленный из множества различных «я», объединенных в пределах одного организма как физического носителя этих «я». С первого взгляда такое утверждение кажется парадоксальным, но парадоксальность не мешает ему быть истинным...В самом деле, пусть каждый из нас приглядится к своим состояниям сознания, к своему собственному поведению и к поведению других людей. Разве мы постоянно не «перевоплощаемся»? Разве сплошь и рядом мы сами не меняемся и в наших собственных глазах и в глазах других людей? Разве и другие люди не меняются и не перевоплощаются? Перед вами Робеспьер в своей скромной квартире, плачущий над сентиментальными романами Берн[ардена де] Сен-Пьера, чувствительный, сердобольный, мягкий и простой. Перед вами Робеспьер в Конвенте или в «Комитете общественного спасения», безжалостно требующий головы жирондистов, Дантона, Эбера и Демулена. Что общего между тем и другим? Ничего, кроме телесной оболочки. Поведение того и другого Робеспьера абсолютно противоположно, идеи и чувства, воления и стремления совершенно несходны. Перед нами два различных человека, коренным образом несходные друг с другом.
Перед нами два различных «я», заключенных в один организм. Приглядитесь к поведению ряда ваших знакомых и друзей. Вот перед вами Иван Иванович в домашней обстановке. Сердечный человек, прекрасный семьянин, благодушный и добрый, либеральничающий и вольнодумствующий. И он же перед вами при исполнении своих обязанностей (в качестве губернатора, прокурора, комиссара, архиерея или министра). Картина сплошь и рядом получается иная. Тон, жесты, движения, мимика, слова – все иное. Иван Иванович исчез. Перед вами безжалостный прокурор, требующий кары за то, что «в минуту откровенности», «в интимной беседе» он сам признавал справедливым. Доброта исчезла, благодушия как не бывало. Перед вами совершенно новый человек, который похож на Ивана Ивановича только внешним обликом. Возьмите ряд ораторов – политических, религиозных, парламентских и партийных. В частной жизни многие из них совершенно не похожи на самих себя, когда они выступают в качестве общественных деятелей. Таких фактов сколько угодно. Пойдем дальше.
А каждый из нас в течение 24 часов разве не испытывает ряд перевоплощений, где одно «я» сменяется другим, непохожим на первое? Утром индивид просыпается в лоне семьи. В этот момент он представляет собой члена семьи:
сына или отца, мать или дочь, брата или сестру. Мир идей, чувств, волений, забот, стремлений, образующих в этот момент наше «я», относится обычно к семье и к семейным делам. Перед нами «я» индивида как члена семьи. Индивид едет на службу. Первое «я» исчезает, и появляется «я» второе, профессиональное, далекое и непохожее на первое. Нет больше ни «отца, ни матери, ни сына или брата», а есть новое «я» – «комиссар», «губернатор», «директор фабрики», «король», «профессор», «доктор», «священник», «аптекарь», «извозчик» и т.д. Мир идей, мыслей, чувств, действий и все поведение этого «я», подобно граммофонной пластинке, вынуто из телесной оболочки и заменено другой пластинкой, другой «душой», поющей совершенно новую песню. «Семейная пластинка» заменена «профессиональной». «Поле сознания» занято теперь не заботой о близких, не семейными темами, а «входящими и исходящими», «декретами», начальством и подчиненными, пациентом и рабочими, указами и рецептами, т.е. профессионально-служебными темами, не имеющими никакого отношения к первым.
Столь же различны и действия. Индивид не ласкает сына или дочь, не помогает «папе или маме» и т.п., а выполняет ряд профессиональных актов: пишет указы, читает лекцию, служит обедню, составляет лекарство, делает распоряжения по фабрике или ведомству и т.д. Словом, перед нами новое «я», сходное с первым только по телесной оболочке да по костюму; впрочем, и костюм часто меняется, домашняя куртка заменяется мундиром или профессиональной одеждой.
Представим далее, что индивид идет в церковь. Перед нами третье «я». Семейная и профессиональная душа исчезают и заменяются новой душой – душой верующего, подобно новой пластинке, поющей совершенно новую песню. «Поле сознания» теперь заполняется новым комплексом идей, чувств, верований и т.д., совершенно непохожим на предыдущие «я». Перед нами теперь «православный или католик, магометанин или буддист», и нет ни «сына, ни отца», ни «доктора, ни комиссара», короче, «я» как члены семьи или профессиональной группы исчезли, и появилось новое «я». Действия последнего (молитва, коленопреклонение, поклоны, совершение обрядов и т.д.) ничего общего не имеют с действиями предыдущих «я». Когда индивид выступает как подданный государства (идет вносить налог на мобилизацию, etc.) или член партии, перед нами опять новые перевоплощения, опять новые «души»: «свидетеля или мобилизуемого», «коммуниста или монархиста» и т.д.
Из сказанного видно, что мы испытываем ряд перевоплощений в течение каждого дня. В нас, как в граммофоне, постоянно меняются «души»-пластинки, совершенно отличные друг от друга и часто борющиеся (как сейчас увидим) одни с другими. Постоянным остается только наш организм как телесный носитель различных «душ». То, что мы считаем нашим единым «я», при ближайшем анализе оказывается «мозаичным я», составленным из ряда различных кусочков, ряда различных «я», сменяющих друг друга и часто антагонизирующих между собой. Если бы было одно «я», то такие перевоплощения были бы непонятны и невозможны. Тем более невозможны были бы ни борьба этого единого «я» с самим собой, ни «столкновения обязанностей или конфликт долженствований» в одном индивиде, ни патологические случаи «раздвоения личности», ни даже «лицемерное» поведение одного и того же индивида, служащего «и нашим и вашим», и ряд других случаев.
Ограничимся сказанным, ибо в дальнейшем придется привести немало фактов, подтверждающих гипотезу «множественности душ» и «мозаичности» нашего «я», и перейдем к вопросу: как возможна и чем вызывается эта «мозаичность» и множественность «я» индивида? Ответ на этот вопрос приводит нас к теории строения населения; связь явления множественности душ с теорией социальной группировки и заставила меня коснуться этого вопроса в данном томе.

§ 2. Множественность «душ» индивида как отражение
и результат характера социальной группировки.
Поведение индивида как равнодействующая давления
социальных групп, абонентом коих он состоял и состоит
Очерченная множественность «я» одного и того же индивида или мозаичность его сознания обязаны своим бытием тому, что современный человек является абонентом не одного общества, а многих групп, друг с другом не совпадающих и друг друга не покрывающих. Они неизбежный результат этого последнего условия. Почему? Легко понять. Выше мы видели, что принадлежность к любой элементарной или кумулятивной группе – факт небезразличный для поведения и переживаний абонента. Каждая группа дает императивы поведения своим членам. Каждая из них сознательно или бессознательно определенным образом деформирует психику индивида, видоизменяет его интересы, желания, стремления, убеждения, верования и чувства. И профессия, и имущественная группировка, и государственная, и партийная, и другие группы, как мы видели, давят на поведение индивида, видоизменяют его по своему образу и подобию, деформируют его физическую и особенно психическую сторону. Избавиться от этого влияния и деформации абонент не может. Оно фатально и неизбежно в той или иной степени. В этом мы убедились выше. Раз так, то легко понять, что, как только человек «соединяется» с той или иной группой, как только он выступает в роли абонента одной из них, он подпадает под влияние давления этой группы и принужден быть тем, чем она повелевает ему быть. Если бы каждый из нас принадлежал только к одной группе, напр[имер] к профессиональной или к государственной, то наше «я» могло бы быть целостным и единым. Оно было бы таким, каким заставляет его быть эта группа. Интересы, стремления, оценки, симпатии и антипатии, обязанности и права, верования и убеждения индивида в этом случае были бы соответствующими требованиям данного коллектива.
Все его поведение находилось бы под давлением одной группы и направлялось бы исключительно ею. Индивид похож был бы на шар, толкаемый одной силой в определенном направлении. Но такой картины нет. Мы видели, что существует ряд различных группировок, друг от друга отличных. Мы видели, что каждая из них дает императивы поведения, несходные между собою и часто противоположные. Мы видели также, что индивид является абонентом не одной, а ряда разнородных элементарных и кумулятивных групп. Раз так, то неизбежным результатом такого положения индивида является множественность его «душ». В одном и том же индивиде будет столько различных «я», сколько имеется гетерогенных элементарных и кумулятивных групп, членом которых он состоял и состоит.
Иными словами, «душа» каждого индивида – маленький микрокосм, точно воспроизводящий тот социальный макрокосм – социальную группировку, – среди которой он жил и живет и с отдельными группами которой он связан. «Мозаичная душа» каждого человека – это маленькое зеркало, отражающее картину социального расслоения, среди которой он жил и живет. Он оказывается похожим на абонента, от которого и к которому идет ряд проводов от многих разнородных обществ. Каждое из них давит на него, каждое подчиняет своей дисциплине, навязывает свои интересы, внушает свои убеждения и верования, накладывает свои права и обязанности, словом, захватывает в индивиде, в его психике свою «сферу влияния», свою территорию, свое «я». К каждой из этих групп приложимы слова Острогорского, характеризующие влияние группы «джентльменов» в старой Англии. «Невидимое и всюду присутствующее в жизни понятие джентльмена...подчиняет неумолимой дисциплине каждого члена общества, не оставляя места его личным склонностям, начиная с религиозных убеждений и кончая прической». Так как таких групп много, так как их физиономия и интересы различны, то индивид оказывается неизбежно «многодушным» и «мозаичным», а не единодушным и целостным. Поставленный среди ряда таких групп, принужденный постоянно циркулировать от одной к другой, он неизбежно обречен на вышеочерченное «перевоплощение», на постоянную смену своих «я».
Поведение его, исключая те стимулы, которые даны в нем как в организме, подобно его «мозаичной душе», представляет равнодействующую влияния и давления тех групп, с которыми он связан. Каждый из нас ведет себя так, как требуют влияющие на нас группы.
Почти вся наша жизнь представляет выполнение тех функций, к которым толкают нас связанные с нами группы.
Множество актов, совершаемых нами ежедневно, представляет выполнение функций, требуемых от нас нашей семьей (добывание средств существования для нее, семейные заботы, ласки, воспитание детей, устройство домашнего уюта и т.п.), нашим государством (явка на учет, выполнение трудовой повинности, дежурство у ворот по приказу гос. власти, фигурирование в роли истца, ответчика, свидетеля и т.д.), нашей профессией (акты лечения и соблюдение врачебной этики для доктора, работа на фабрике для пролетария, чтение лекций и подготовка к ним для профессора, etc.), нашей партией (посещение партийных собраний и др.), нашей церковью (акты посещения церкви, молитвы, etc.) и т.д. Мы почти ежедневно переходим от одной группы к другой. На время соединяемся с одной из них, и на сцену выступает соответственное «я»; затем разъединяемся с ней на время и соединяемся с новой; соответственно меняется и наше «я», и наше поведение. И так кружим мы всю жизнь от группы к группе. Вместе с этими включениями и выключениями меняются и наши «я». Вместе с последним и все поведение. Связанные с рядом групп, мы непрерывно испытываем на себе их давление; каждая из них, пуская из своего центра ток, дергает нас и заставляет так или иначе реагировать: то нас дернет семья – и мы часы и дни тратим на устройство семейных дел; то дернет государство – и мы исполняем обязанности подданного; дергает профессиональная группа – и мы чуть не каждый день тратим ряд часов на исполнение профессиональных обязанностей; дернет партия – и мы бежим на заседание, на выборы, на митинг; дернет соответственное научное общество – и мы летим на его заседание и т.д. Мы похожи на шар, который с разных сторон непрерывно толкают разные силы. Шар крутится. Его движение будет равнодействующей этих сил.
Поведение индивида – равнодействующая давления тех групп, вольным или невольным абонентом коих он состоял и состоит.
«Души» и поведение каждого из нас таковы, каковы те группы, с которыми мы связаны…
Питирим Сорокин. Система социологии / Сост., подгот. текста, вступ. ст. и коммен.В.В. Сапова. – Сыктывкар: ООО «Анбур», 2021. – 1000 с.
http://rksorokinctr.org/index.php/2015-09-02-10-47...
«Система социологии» – главный труд выдающегося русско-американского социолога Питирима Александровича Сорокина (1889–1968), написанный им в российский период его научного творчества. Многие идеи, впервые сформулированные в «Системе социологии», будут использованы автором в его трудах, написанных уже в США,и тем самым окажут косвенное влияние на мировую социологическую мысль. Книга до сих пор не утратила своего научного значения и может быть использована как учебное пособие.



Мне нравится:
1

Рубрика произведения: Поэзия ~ Авторская песня
Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 13
Свидетельство о публикации: №1230120494393
@ Copyright: Игорь Бабанов, 20.01.2023г.

Отзывы

Добавить сообщение можно после авторизации или регистрации

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1