Литературный сайт
для ценителей творчества
Литпричал - cтихи и проза

Прошёл все пути


­Пролог

В первые двести лет после возвращения Олега в Одессу режиссерами были двое – Блисталов и Ватрушкин. Конечно же, после этого «Золотая рыбка» стала очень успешной. А Великой это совсем не нравилось, и она решила навести в театре порядок…

- Режиссер должен быть один! – сообщила она, без разрешения явившись в театр. – Если вы не сможете определиться, я все-таки перепроверю результаты соревнований!

- А зачем? – не понял Володя. – Если так уж надо, мы сами выберем…

- Не хотим мы работать по этим критериям! – воскликнул Сема.

- Да у вас с дисциплиной не все в порядке! – возмутилась Великая. – Итак, тогда режиссером становлюсь я! Ваш состав будет изменен: Марина Великая работает только с лучшими актерами! Будете проходить испытания по двое. Вот расписание.

Глава 1.1

Олег и Лев должны были проходить испытание вместе. Они без волнения пришли к Великой в назначенное время, будучи абсолютно уверенными в том, что их точно возьмут.

- Гениальный актер и гениальный певец! – усмехнулась Марина Валентиновна. – Это над вами весь мир так шутит, а вы все принимаете за чистую монету! Эти «достоинства» являются главными недостатками. Вот вы, Олег, играете, у вас перед глазами текст! Я это прекрасно вижу! Не о тексте вы должны думать, дорогой мой, а об образе! Третий этап – это вообще песня! Я бы и не поняла, что текст был изменен, если бы вы об этом не подумали…

- Да я вхожу в образ, но, чтобы чего-нибудь не забыть, нужно все-таки хотя бы на несколько процентов быть в реальности!

- Возражать вздумали? – вскипела Великая. – Нет, вы будете делать по-моему! С вами будет очень много работы, Олег! Давайте начнем. Насколько я помню, вы на втором этапе показывали «Евгения Онегина». Давайте мы с вами отрепетируем первое объяснение с Татьяной. Я за Татьяну. Чего? Что вы подумали? Лев, он использовал запрещенный прием – сначала научил Катарину быть Дианой, а потом Татьяной! Бедная девушка! Здесь так не пойдет. Отказывайте мне.

Лев оценил эту сцену: Олег играл лучше, чем обычно. Но Марина Валентиновна не разделила его мнение:

- Чтобы больше так обо мне не думали, Олег Львович! Конечно, вам было легко отказать «старой дуре», но вы должны были стать именно Онегиным. Пробуем еще.

Олег пробовал, но у него никак не получалось соответствовать критериям… Лев думал, что ему делать: при таком раскладе из театра придется уйти.

- Вы не справляетесь со своей задачей, - вынесла вердикт Марина Валентиновна. – Вы не можете быть актером. Останьтесь, пожалуйста: я испытаю вашего друга. Лев, вам нужно поработать над вокалом. Ваши правила, может быть, интересны одесситам, но благодаря соревнованиям театр прославился на весь мир. Понимаете, что это совсем другой уровень? Да, в ноты вы попадаете, но ваш голос не подходит для пения. Либо меняйте, либо не пойте.

- Я тоже ухожу, - тихо сказал Лев. – Я не буду отступать от своих принципов.

***

- Вот ты не пропадешь, - вздохнул Олег. – Ты поешь, а мне что теперь делать? Противная Великая! Что ж, я много сделал: мы оба сейчас в другом облике из-за навязчивых поклонников. Наверное, пора уйти со сцены и посвятить свою жизнь семье.

- Нет! – возразил Лев. – Тебя публика не отпустит! Спроси Нюру, каким образом она создала «Дельту», и поступи так же! Если с самодельным театром ничего не получится, можешь тоже стать певцом: у тебя неплохо получается.

- Может быть, и неплохо, только мне это неинтересно. И вообще, посмотри на этот столб!

На столбе висело объявление: «Уважаемые одесситы и гости города! Наконец-то вы избавились от лиц, которые портят нашу культуру! Этим лицам запрещено заниматься любой творческой деятельностью на территории Одессы. В случае нарушения этого правила их казнят. Марина Валентиновна Великая». Далее следовал список лиц, в котором числились Олег Блисталов и Лев Ватрушкин…

- Кончилась моя песня, - вздохнул Лев. – Что ж, может быть, это и к лучшему: я не давал никому стать известным. Теперь можно уступить дорогу другим…

Вдруг к ним подошла Маргарита и сообщила, что у нее есть две новости.

- Начни с плохой, я готов ко всему, - вздохнул Олег.

- А плохой нет! – радостно воскликнула молодая женщина. – Первая новость: я беременна!

Блисталов, конечно, очень обрадовался, но все-таки не смог не задаться таким вопросом: а знает ли об этом Великая? Если да, почему она, ожидая внука, так относится к его дедушке по маминой линии?

- Великая против, - будто прочитав его мысли, вздохнула будущая мама. – Она оставила меня в театре (это тоже хорошая новость) для того, чтобы я сделала аборт. Я резко отказала, но ведь талантливую актрису все равно никому не хочется терять – она все равно меня оставила!

- Оставила? – переспросил Олег. – А меня вот выгнала. Я потерял смысл жизни. А Диана что?

- Осталась…

- Я один! – закричал Олег. – Я опозорил семью Блисталовых! Что же делать? Теперь у меня нет никакого выхода…

- Ты это брось, - строго сказал Лев. – Выход есть всегда. Мы что-нибудь придумаем!

***

Степан Борисов летел из Санкт-Петербурга в Москву на очередной спектакль о великом певце Андрее Волкове. Но из самолета выгнали тех, кто хотел пройти без билета, и тех, кто совершал преступление ранее. Просвещенные напряглись: они знали, что очень часто в таких случаях самолет падает и группа «нормальных пассажиров» вслед за первыми и вторыми попадет в лес мальчика Антона. Вы, вероятно, помните, что в самом начале сна Олег и Ирина были в этом лесу. Их силой затащили на праздник, который оказался проклятием, – Блисталову и Андреевой постоянно не везло. Так работает самолет невезения. От этого избавиться практически невозможно: для этого нужно, чтобы Магиса запланировала третий приход. Да, так и есть – Борисов попал именно в самолет невезения. Я не буду описывать подробности его праздника. Скажу только, что лес находится на территории Одессы и Степан по понятным причинам не мог покинуть этот город. После «праздника» актер явно не ощутил действия самолета невезения – его ощутит читатель. Борисова узнала Марина Валентиновна Великая.

- Вы-то мне и нужны! – обрадовалась она. – Я уже вижу эту ватрушкинскую манеру поведения!

- Но я сейчас Волков, - возразил актер.

- Да какая разница! Две бездарности, а вы – отличная пародия! Хотите работать в моем театре «Золотая рыбка»? Будете играть Ватрушкина и Волкова не в двух спектаклях, а во многих постановках! Вы согласны?

- Конечно, согласен! – обрадовался Борисов. – Спасибо вам большое! Но почему это вдруг вам понадобился именно я?

- Потому что у меня возникли разногласия с Ватрушкиным, - объяснила Великая. – Мне пришлось его выгнать.

- Я его заменяю? А он не против?

Ватрушкин был против, но его никто не спрашивал. Блисталов тоже начал ненавидеть Борисова, забыв о том, что талант этого актера ценит его шурин. Благодаря самолету невезения Антону (Степана преследовало это имя!) удалось встретиться с кумиром. Это получилось очень просто: актера не могли никуда заселить, а Лазарев узнал, что в Одессу прибыл Степан Борисов. Антон связался с кумиром и ознакомился с его горькой историей.

- А хотите жить у нас? – предложил Антон.

- Вы издеваетесь? Я актер, а вы кто?

- Шурин знаменитого актера Олега Блисталова!

- Значит, я встречусь с его девочками? – оживился Борисов. Он заигрывал со многими женщинами, но связывать с ними свою судьбу не собирался.

- С одной из них, - улыбнулся Антон. – Вторую забрала свекровь – Марина Великая.

- Ой, знаете, тогда мне неудобно… Маргарита и Миша поженились? Я как-то пропустил этот момент… Мне казалось, что об этом должны были объявить на весь мир.

- Так пышной свадьбы не было, - объяснил Антон. – Самоубийца Паула Диас была подругой Маргариты. Но ведь они поженились двести лет назад! И только теперь решились на ребенка… Так вы согласны?

- Сейчас подумаю… А Великая об этом не узнает? Например, если Блисталов расскажет…

- Не расскажет: выгнала она Блисталова!

Тогда Борисов согласился. Олег пытался возражать, но потом все-таки уступил Антону.

Глава 1.2

У Ирины с Роману и раньше были разногласия. Это и понятно: на самом деле между ними не было никакой любви, и поэтому они не чувствовали себя счастливыми, но признавать ошибку не собирались, несмотря на то, что пример Олега должен был направить их на путь истинный. Они жили как друзья, но пытались быть парой. Из-за этого у них часто возникали ссоры. Детей Роману не хотел:

- Что мы с ними тогда будем делать? А фамилия какая будет? Двойная? Андреев-Симас? По-моему, это не звучит. Твою фамилию детям лучше не брать, чтобы они проложили свою актерскую дорогу… С моей тоже не примут.

- Почему не примут? – не поняла Ирина. – У нас появился одесский Литвинян?

- Нет. Почему-то одесситы меня не принимают. Наверное, как иностранца…

Ирина не стала объяснять, что, вероятнее всего, народ не принимает Роману из-за цвета кожи. Не поймет он: в Бразилии расизма нет.

- А отчество какое будет? – продолжал наступать Симас. – Романович или Романовна? Как тогда по отчеству ребенка понять, что я Роману, а не тот самый Роман без «у»? И вообще, мы с тобой так и не ладим. Нам пока нельзя. Вот когда придет время, тогда подумаю.

Но Роману думал слишком долго, и Ирина твердо решила забеременеть. И вот она смогла обмануть мужа. Она долго молчала, пока беременность не стала заметной, прекрасно понимая, что в противном случае Роману заставит ее сделать аборт.

- Что, сразу после Маргариты Блисталовой? – прокомментировал Роману. – Кстати, ее отец завтра приглашает всех своих друзей на собрание. Он заявил, что нашел выход из сложившейся ситуации. Но я этого не понимаю: его же запретили, и тут нет никакого выхода! Теперь о твоей беременности. Видимо, мы с тобой что-то неправильно, неосторожно сделали. Не отчаивайся – отдадим ребенка в детский дом!

- Что? – возмутилась Ирина. – Какой детский дом? Это наш ребенок, и мы будем его воспитывать!

- Мы не будем его воспитывать, и я объяснял, почему. Видимо, ты плохо поняла. Я читал ваши законы. У вас написано, что при желании сдать в детский дом еще не родившегося ребенка нужно написать заявление как минимум за три месяца до его предполагаемого рождения. Чтобы я был спокоен, пиши сейчас!

- Но я не буду писать!

- Не будешь? – закричал Роману. – Не будешь, гадина? Я сам напишу!

Он ушел. Ирина понимала, что он должен вернуться примерно через два часа. Она уже решила, где спрятать будущего ребенка. Но через два часа Роману не вернулся. Андреева поняла: он ее бросил. Зачем он тогда на ней женился? Зачем делал осдорп из-за нее, если даже не хотел детей? Зачем испортил ей жизнь? Ведь теперь она вынуждена одна воспитывать ребенка, напоминающего о таком противном человеке, как Роману Симас. Это ее вторая любовная неудача. Наверное, дальше Ирине уже ничего не светит… Леша любил трех девушек, и ничем хорошим это не кончилось: одна умерла, другая ушла, оставив двух дочек, которые потом тоже умерли, а против отношений с третьей были ее родители… Напомнить! Пусть помучается, вспомнив о своих пассиях! Почему это только Ирине должно быть больно? Так она и поступила.

- Оксану я не любил, - спокойно начал Леша. – Дору тоже: она была у меня вместо Оксаны. Даже не знаю, почему я так страдал из-за нее! Дочек я любил, конечно, и даже зачем-то ругался из-за них с Ватрушкиным… Маргариту… я ее и сейчас люблю! Да, двести лет спустя! Конечно, тогда было очень тяжело. Я даже отчасти радовался смерти Паулы, ведь из-за этого была отложена свадьба! Я надеялся, что Маргарита от горя сойдет с ума и поэтому выберет меня… Когда они все-таки поженились, я сначала хотел сделать осдорп, но, увидев, как они любят друг друга, понял, что это равносильно обычной смерти: они не смогут решить мою проблему! Проплакал, конечно, осознав, что Маргарита с детства привязана к Мише. Но я произнес заклинание, которое должно будет полностью излечить мои раны совсем скоро.

- Это какое? – переспросила Ирина, радуясь своей удаче.

- А вот узнаешь, какое! К Олегу пойдешь?

***

К Олегу пришли все актеры и бывшие актеры «Золотой рыбки», а также Юлия Егоровна и Порфирий Вениаминович. Антон Лазарев тоже решил присоединиться к беседе.

- Я собрал вас по очень важному вопросу, - начал Олег. – Вы прекрасно знаете о постановлении Марины Валентиновны Великой, в котором говорится, кто не может заниматься творческой деятельностью на территории Одессы. Туда вошли многие из нас, и я в том числе. Как вам кажется, какой самый логичный выход из этого положения?

Все знали правильный ответ, но боялись сказать его вслух, потому что не верили своим ушам.

- Все вошедшие в этот список должны покинуть Одессу. Вам уже знаком театр «Дельта», поэтому я предлагаю снова отправиться в Рио-де-Жанейро, но не навсегда, а на три года. В течение этих трех лет будем думать, что делать дальше. Да, Диана, придется надолго с тобой расстаться. Думаешь, мне хочется? Ты же понимаешь, что я не могу без театра…

- А без меня ты можешь? – язвительно спросила Диана. – Об этом ты как-то не подумал!

- С тобой я буду созваниваться, а со сценой – нет!

Все зааплодировали. Не оценила высказывание Олега только Диана: очень уж ей не хотелось расставаться.

- Я вас развеселю, Диана Андреевна, - заявил Борисов. – Но не сегодня, а в ваш день рождения! Когда он будет?

- До моего отъезда, Степан Владимирович, - строго сказал Олег. – Вас это интересовать не должно. Вы же не собираетесь приставать к моей жене? Как раз через неделю после ее дня рождения мы уедем. Или кто-то из списка Великой этого не хочет? Есть такие? Поднимите руки!

Таких не было: работать хотели все. На три года проблема была решена. Правда, Олег очень боялся этой поездки: как его встретит город, отнявший столько драгоценного времени? Теперь это никакая не мечта – это каторга! А отпустят ли его потом актеры «Дельты»? Если нет, то придется позвать с собой Диану и Вернодумских и снова стать эмигрантом. Но если он возьмет Мишу, то, вероятно, Великая последует за сыном. Что она сделает? Запретит Олегу заниматься творческой деятельностью на территории Рио-де-Жанейро. Он оставит Диану и Вернодумских и поедет куда-нибудь еще, а они вернутся. Что произойдет там, где-нибудь? Все зависит от темперамента актеров: если они его отпустят, то программа будет выполнена и Олег узнает, как жить дальше. Так что ничего страшного в том, что актеры «Дельты» его не отпустят: он все равно сможет оторваться от этого театра!

***

- Миша, а Леша еще любит твою жену! – сообщил Лев, начав с незначительной мелочи, о которой, как считал он, можно будет нормально поговорить.

- Да? Я ему устрою! Но сейчас не до этого. Ты тоже уезжаешь?

- А что, можно как-то по-другому? Я всего четыре с половиной месяца не занимался творческой деятельностью, а уже сошел с ума! Так жить нельзя!

- Мама не знает, - улыбнулся Вернодумский. – Если бы она была на собрании, она бы точно никого никуда не пустила.

- Как же ты ее терпишь? – спросил Лев, надеясь перевести тему.

- Сейчас она уже стала лучше: Маргарита старается. Нет, конечно, наш брак был заключен не в этих целях. Мы действительно любим друг друга. Я любил ее еще шестилетней девчонкой, только не знал об этом из-за нашего проклятия. Кстати, на меня почему-то нашло то самое… Но сейчас-то что? Вроде в моей жизни все хорошо… Конечно, кроме того, что ты уезжаешь. Неужели на меня это так действует? Все равно от тебя толку нет: не выступаешь. Надеюсь, ты понимаешь, что это я так шучу? Конечно же, мне будет очень не хватать лучшего друга… Пожалуйста, останься!

- Зачем же оставаться? – засмеялся Лев. – Ты все правильно сказал: когда я не выступаю, от меня нет никакого толку!

Глава 1.3

На празднике было не так весело, как обычно: не было потрясающей игры Олега Блисталова и проникновенного пения Льва Ватрушкина. Зато Маргарита Вернодумская порадовала маму сценическим танцем. Ирина и Леша не показали ничего: их Великая тоже включила в список. Самой яркой фигурой на дне рождения Дианы Блисталовой был Степан Борисов. Он спел «Венец творенья - дивная Диана», заставив плясать всех присутствующих, особенно ту, которой он посвятил эту песню.

- Пойдемте, барышня!

Диана, уже знавшая, что Борисов танцует с незнакомыми дамами в спектакле о Ватрушкине, согласилась. Но сам Ватрушкин этого не знал. Блисталов тоже.

- Танец тут явно лишний, - строго сказал Олег Льву после песни, когда все остальные уже громко аплодировали, а Антон Лазарев сиял от счастья, видимо, понимая, что это было первое и последнее выступление его кумира с этой песней. – И вообще, откуда он узнал, что ты обошел запрет? И как ты это сделал?

- О чем ты? – не понял Лев. – Я ничего не обходил!

- Да? А почему я тогда не знаю, что ты перепел эту песню? Как ты мог заметить, я хожу на все твои концерты!

- Я? Перепел? А с чего ты взял? В моем репертуаре нет этой песни!

- Нет? - более напряженным тоном переспросил Олег. – Но Волков тоже не мог: он поет свои песни! А Борисов в основном поет твои песни и его, Волкова! Откуда это взялось? Степан Владимирович! Почему вы поете эту песню? Ее не поют ни Ватрушкин, ни Волков, то есть это не соответствует вашему репертуару!

- В основном Ватрушкин и Волков, - объяснил Борисов. – Но в моем репертуаре есть и другие песни, часть которых (вроде этой) я пою по случаю!

- По случаю? Вы пристаете к моей жене и считаете это случаем? Хам! Диана, я беру тебя с собой! Да, этот знает, но, похоже, его не выпустят из Одессы! И почему ты согласилась на танец с этим придурком? Степан Владимирович, такие песни своей жене могу петь только я! Кстати, уровень вокала у меня такой же плохой, как и у вас!

- Я признаю, что мы с вами плохо поем, Олег Львович, - согласился Борисов. – Но вы сейчас петь не можете, поэтому я вас заменяю!

- Логичное объяснение, - задумчиво протянул Лев, занятый другими мыслями.

О чем же думал Лев Ватрушкин? Такие мысли могли прийти в голову только тому, кто стал знаменитостью в реальной жизни, а во сне подтвердил свою славу. Дело в том, что иногда Магиса приходит к человеку не для помощи в личной ситуации, а для сообщения важной информации. Такой приход называется официальным и не учитывается при подсчете приходов Магисы. Известным людям она сообщает, что они должны выбрать псевдоним. Вот по каким правилам можно брать псевдоним:

1. Фамилия меняется на произвольную, настоящая известна некоторым людям, имя и отчество остаются прежними, такой человек обязан сменить род деятельности. (Марина Валентиновна Вернодумская – Марина Валентиновна Великая, Иван Николаевич Белов – Иван Николаевич Смелый)

2. Измененная фамилия начинается на ту же букву, что и настоящая, настоящая никому не известна, отчество не меняется или меняется по любым правилам (Антон Андреевич Лунит – Антон Андреевич Лазарев, известен как поклонник Степана Борисова – далее о нем, но настоящее имя приводить не буду)

3. Измененные имя и отчество начинаются на ту же букву, фамилия с похожим оттенком

4. Полная или сокращенная форма имени и фамилия начинаются на ту же букву, отчество меняется произвольно или не меняется (Андрей Николаевич Волков, Дарья Львовна Ватрушкина, Роман Ильин)

5. Имя и отчество те же, фамилия с похожим оттенком (Сергей Юнцов)

Эти правила предлагаются и тем, о ком Магиса точно знает, что они станут известными в течение сна. Но такие люди вправе отказаться от псевдонима, а знаменитости, перекочевавшие из реальности в сон, обязаны забыть свои настоящие имена – Магиса делает это с помощью специальной технологии. Ватрушкин взял псевдоним по четвертому пункту. В реальности у него был псевдоним, но при выполнении правил за основу берется именно настоящее имя. Вы, наверное, тоже задумались: почему Борисов спел песню, существующую в реальности, связанную с реальными авторами и реальным исполнителем? Неразрешимая это загадка… Лев задумался и даже не заметил, что между поклонниками Дианы завязалась драка. Остальные хоть как-то пытались их остановить, но разве можно справиться с горячими мужчинами?

- Олег, перестань! – закричала Диана. – Степан Владимирович, спойте, пожалуйста, песню Волкова, которую вы считаете гимном холостяцкой жизни! Докажите ему, что вы меня не любите! Олег, Степан, вы же взрослые люди, а ссоритесь из-за какой-то песни!

- Если бы это была песня Ватрушкина или Волкова, я бы ничего не сказал, Диана, - прорычал Олег и выбросил Борисова в окно. – Пусть этот так называемый артист немного полетает!

- Что ты наделал! – в отчаянии закричал Антон. – Он же теперь к нам не вернется! Ты не готовил меня к тому, что я больше не буду жить с кумиром…

- Вы вдвоем отлично поживете, - строго сказал Олег. – На сегодняшнее число есть билеты. Меняем. Диана, готова? Мы отправляемся в путь! Остальные сделают это позже: наша ситуация слишком срочная.

- Олег, но все так быстро произошло… Я не готова!

- Тебя никто не спрашивает. Мы же не хотим делать плохо Антону? Пусть живет со своим любимцем!

***

- Ах, уезжаете! – язвительно сказал Борисов. – Нет, не получится! Вы, Диана Андреевна, ни в чем не виноваты, можете спокойно уехать. Но зачем, если ваш муж будет в тюрьме? Это избиение, Олег Львович! Сейчас с вами разберутся!

Борисов произнес заклинание. За избиение Олегу дали три тысячи лет. Конечно, безутешная Диана осталась и упросила остаться остальных актеров: все-таки уехать предложил арестованный Олег. Блисталова тоже устроила собрание, только Борисова на него не приглашала…

- Значит, три тысячи лет меня будет заменять этот Степан! – гневно произнес Лев. – Нет! Это он во всем виноват!

- Мерзкий тип, - согласилась Ирина. – Его и актером назвать нельзя.

- Подождите, а что он сделал не так? – не понял Вернодумский. – Спел песню?

- Не в песне дело, - объяснила Диана. – Все дерутся, а этот сразу в тюрьму! Думаю, сейчас мы все должны забыть о личных проблемах. Основная задача – поддержать Олега. Знаете, что он сейчас в тюрьме думает? А я догадываюсь! Он считает, что Борисов продолжает ко мне приставать, и поэтому совсем потерял интерес к жизни! Но почему простая песня привела к такой беде?

- Наверное, потому, что папа очень ревнив, - вздохнула Маргарита. – Он не понимает шуток. Если бы я знала о программе Борисова, я бы сводила папу на спектакль, а теперь даже не знаю, чем кончится эта история. Депрессия – каду, а ведь в тюрьме на кадутов даже не обращают внимания, понимая, как тяжело заключенным! Я слышала, многие кадуты умерли в тюрьме.

- Мы не допустим этого! – решила Юлия Егоровна. – Пусть Борисов сам ему поможет!

Глава 2.1

Бездомный Борисов положительно отреагировал на просьбу помочь Олегу. Он сказал, что сможет развеселить заключенного.

- От вас не этого хотят, - строго сказала Диана. – Вы должны снять обвинение. Да, Олег выбросил вас в окно, но это не могло плохо кончиться: летать все умеют. Я слышала, вы дрались и с другими актерами и никого из них так не наказывали. Это действительно говорит о ваших чувствах. Да, я роковая женщина, из-за меня хочется совершать безумные поступки. Один из моих поклонников даже покончил с собой. Здесь, возможно, многие желают вам смерти, но я просто хочу, чтобы вы попытались перестать обо мне думать.

- Да не думаю я! – возмутился Борисов. – Олег рассказывал, что одна из приглашенных девушек пела песню о Леше специально на его день рождения, и там есть строки про любовь, но все поняли, что это просто песня!

- По поводу песни я поняла. Почему вы так не разбирались с другими актерами?

- Потому что это было до самолета невезения, - объяснил Степан. – Если бы Олег не знал об этом, я бы его не наказывал, но этот «так называемый артист», как вы говорите обо мне, понимал, что подобные действия могут кончиться моей травмой. Надеюсь, я все понятно объяснил. Помощь попробую оказать, но не уверен, что меня туда пустят.

***

- Здравствуйте, Степан Владимирович, - сухо произнес Олег. – Пользуйтесь на здоровье. Я разрешаю ей воспользоваться заклинанием развода. Даже идеальные пары могут это делать, когда один в тюрьме…

- Да вы что! – удивился Степан. – Не люблю я вашу жену! Я никого не люблю! Вы просто очень меня напугали, дорогой Олег Львович. Но, чтобы вы достойно выдержали этот срок, я постараюсь вас развеселить. «В столице армянской»!

Олег почему-то любил эту песню, но после дня рождения Дианы он не мог воспринимать песни Борисова. Да, Ватрушкин в ближайшие три тысячи лет не сможет петь, но почему бы не отдать эту песню достойным исполнителям, а не таким, как этот? Да тому же Волкову! Пусть немного посмеется над собой и своим творчеством! Концерт Борисова только усугубил состояние бывшего актера.

- Уйди! – завопил Олег. – Забирай Диану и уходи! Объясни ей, что я не справился с такой конкуренцией, и поэтому выбрал другую женщину, к которой буду пытаться найти ключ после освобождения!

О другой женщине Блисталов врал, но все остальное было правдой: он отказался от Дианы. Саму же Диану новость, которую донес Борисов, повергла в глубокий шок:

- Мы просто друзья? Не может этого быть! Я этого не вынесу! Маргарита, мы больше не нужны папе!

- Это неправда, - серьезно сказала Маргарита. – Миша, пойдем к нему!

Вернодумские сразу заметили, что Олег болеет каду.

- Может, мама поможет! – догадался Миша. – Она должна понять, она должна его вернуть, а из тюрьмы он попробует сбежать!

- Точно! Пошли к ней! – воскликнула Маргарита.

- Надеюсь, на этот раз она не будет вести себя как обычно…

***

Вернодумские увидели странную картину: Марина Валентиновна Великая разговаривала с Порфирием Вениаминовичем Андреевым.

- Мы о Ватрушкине, - объяснил Порфирий. – Бездарный певец! Не знаю, почему в Одессе только два человека его не любят – я и Мариночка!

- Потому что вы ошибаетесь, - серьезно сказала Маргарита. – Когда ему запретили петь, я еще больше полюбила его творчество. А мой папа умирает! Но все-таки надежда еще есть, и вы можете помочь!

- Я? – удивилась Великая. – Я не врач!

И тут Маргарита догадалась, как помочь несчастной женщине:

- Сейчас от вас никто не требует врачебных навыков, но вообще вам стоит освоить эту профессию: это ускорит ваш прогресс.

- Значит, тогда я должна буду лечить и противных людей? Нет, ни за что!

- В любом деле это главный подводный камень, - вздохнул Миша. – Из-за того, что исключаешь некоторых людей, не можешь нормально развиваться. Например, я знаю, что Литвинян хотел знать все о выдающихся ученых современности, но у него были предрассудки, и поэтому, когда автоматический столетний план, который можно корректировать, предлагал некоторых ученых, Литвинян, даже не понимая, чем они ему не нравятся, думал: «А что, и о них тоже? Не хочу!» Вы не поверите, но он все-таки успел исправиться, а одного из отвергнутых ученых даже называл любимым. Но не нужно быть врачом или ученым, чтобы понимать, что такое каду. Угадай, мама, чем вызвана болезнь Олега Блисталова!

Великая промолчала. Видимо, догадалась.

- Пожалуйста, верните моего отца в театр! – попросила Маргарита. – Да, сейчас он работать не может, но сделайте так, чтобы в списке актеров он был! Конечно, лучше будет, если вы позволите ему снова быть режиссером. И еще очень прошу вернуть всех тех, кого вы выгнали.

- Этого не будет! – закричала Великая. – Не все могут работать на максимум!

- Только вы можете спасти ему жизнь, Марина Валентиновна!

- Меня не волнует его жизнь, - сухо сказала Великая. – Тебя тоже, Порфирий?

- Конечно, дорогая!

Миша обратил внимание на слово «дорогая» и почувствовал неладное. Надо бы Юлию Егоровну предупредить! А Олегу только остается умереть от каду в течение пяти лет: Великая не захотела помочь. Маргарита не смогла сообщить об этом Диане. Она сказала Борисову, понимая, что так дает отцу хоть какой-то шанс.

- Ясно, - вздохнул Степан. – Перестану играть – пусть успокоится!

Но Великая не отпустила Борисова…

***

Прошло пять лет. Те, кого не выгнали, продолжали играть в театре, а попавшие в список смирились и стали заниматься другими делами. Ирина воспитывала Сему, почему-то назвав своего малыша в честь Каца. Наверное, потому, что у нее такие же ощущения, как и у члена одесской группы. Отчества у ребенка не было, но воспоминания о Роману постоянно преследовали Ирину, и она не знала, что с этим делать. Леша же осмелился подойти к Великой и спеть ей арию. Марина Валентиновна разрешила ему выступить с концертом, и Алексей Андреев сменил Льва Ватрушкина. Но почему у Миши сбылось проклятие? Виктор Вернодумский родился больным. Он плохо понимал то, что ему говорят родители, однако сам говорил много.

- Витя, убери игрушки! – говорила Маргарита. Вместо этого мальчик размышлял о роли игрушек в жизни человека. Читатель, конечно, может подумать, что таким образом он пытался отвертеться, но Цукерберг (Вернодумские не стали искать другого специалиста) сообщил о болезни. Вылечить ее сможет только волшебная сила…

Конечно, Маргарита все время думала о сыне. Но сейчас, через пять лет, она поняла: скоро умрет ее отец. Она придет попрощаться, а потом скажет маме… Конечно же, молодая женщина придет вместе с Витей: он даже не видел своего дедушку, не желая идти в тюрьму – боялся, что его тоже посадят. Но теперь нужно постараться убедить…

- Витя, ты наказан, и поэтому пойдешь со мной!

Глава 2.2

Витя думал, что наказан за свою отсталость, поэтому не сопротивлялся. Но, взглянув на тюрьму, мальчик зарыдал.

- Дедушка тебе объяснит, почему нельзя так плохо себя вести, - строго сказала Маргарита.

- Да нет у меня никакого дедушки, - вдруг произнес Витя. – Он умер, а ты просто не хочешь об этом говорить.

Маргарита увидела в глазах мальчика что-то доступное ему одному. Даже больные дети очень хорошо все чувствуют. Может быть, он прав?

- Что, уже? Пойдем домой. Я думала, мы с тобой увидим дедушку в последний раз, но… не успели.

- Так дедушка действительно в тюрьме? Это не сказка? Тогда надо все-таки проверить!

Маргарита была готова увидеть мертвого отца, но совсем не ожидала увидеть умирающего… Олег выглядел очень плохо, хрипел и никого не узнавал. Иногда он кричал что-то непонятное. Через несколько минут Маргарита поняла, что он повторял следующее: «Противный Борисов! Диану отнял! Противная Великая! Театр отняла!» Витя тоже очень испугался, увидев такое зрелище. Он боялся даже плакать.

- Это мой дедушка? – тихо спросил он.

- Теперь только твой дедушка. А ведь когда-то он был знаменитым актером Олегом Блисталовым! Пойдем – бабушке все-таки надо сказать.

Диану тоже потрясло это зрелище. Она вдруг поняла, что все произошло из-за нее. Из-за того, что она роковая женщина, даже любовь к ней, которой на самом деле нет, может привести к беде! Из-за нее умрет ее любимый муж! Диана осознала это и сразу умерла от инфаркта.

- Мама! – закричала Маргарита. – Витя, успокойся! Мы справимся! Я смогу продолжить работать с бабушкой Мариной! Возможно, вместе с бабушкой Дианой умер и дедушка, ведь они были идеальной парой…

Великая дала отпуск не только Маргарите, но и всему театру: Диане нужна была достойная замена, то есть такая актриса, которая способна делать все на максимум. Юлия Егоровна, не зная о встречах Великой с Порфирием Вениаминовичем, решила попробовать.

- Конечно, это не максимум, - прокомментировала Великая. – Но поработать можно!

А Вернодумских ждало еще одно потрясение, только хорошее: к ним пришел Олег Блисталов, который уже не был похож на умирающего.

- Отпустили, - весело сказал он. – Сказали, что у меня привилегии – мне прощается абсолютно все! А еще сказали, что, хоть результаты соревнований и аннулированы, я все равно получаю сертификат на исполнение любых желаний! И там давали на девять желаний, а мне на сорок дней! Это гораздо лучше! Все, что будет сделано с помощью этого сертификата, действительно в течение всего сна. Итак, вот первые несколько желаний: убрать из театра Марину Великую, вернуть всех, кого она выгнала, стать режиссером вместе со своим другом Львом Ватрушкиным.

Это все исполнилось, как только Олег произнес эти слова. Великой пришло сообщение, в котором она объявлялась врагом народа и отменялись все ее постановления; актеру пришло сообщение о том, что он и Лев Ватрушкин назначены режиссерами «Золотой рыбки».

- Так, дальше надо подумать… Совсем забыл убрать из театра Борисова! И либо разлучить его с Дианой, либо забыть ее…

- Она умерла, - сказал Миша. – Потому что решила, что умер ты. И именно поэтому тебе как идеальному мужу дали такой сертификат, чтобы он облегчил твои страдания.

- Кто сказал, что я буду страдать? – возмутился Олег. – Еще остались люди, которые меня по-настоящему любят! Это ты, Маргарита, и ты, Витя. Любишь дедушку? Я твой дедушка Олег Блисталов!

- Я пока не могу тебя полюбить, - резко ответил Витя. – Я видел тебя в тюрьме, и ты был таким уродом!

- Что? – Олег заплакал. – Витя, но почему ты меня не любишь? Ты же меня совсем не знаешь!

- Папа, он больной, - объяснила Маргарита. – Так Цукерберг сказал. Это не лечится.

- Что? Лучше бы я в тюрьме сидел! Может, теперь скажешь, что и ты больная?

- Олег, я была неправа, - улыбнулась Марина Валентиновна. – Ваши чувства как у Порфирия.

Маргарита поняла, что свекровь имеет в виду, и сказала:

- Вы сделали большой прогресс, Марина Валентиновна. А вы что? Расскажите нам о своих чувствах. Как вы относитесь к тому, что вас выгнали?

- Положительно. Исправившись, научившись ценить талант, а не цифры, я смогу вернуться, но уже как актриса! Ведь вы меня возьмете?

- Возьмем! – согласился Олег.

***

Леша почему-то был очень весел. Никто не мог объяснить причину его радости. Может быть, любовь? Но раньше все знали о его девушках, а сейчас это остается тайной. Правда, почему-то состояние Леши зависело от состояния дружбы Семы Андреева и Вити Вернодумского: если мальчики были в ссоре, то его настроение поднималось. Общаясь с Маргаритой, юноша хотел найти в ней какие-то ему одному понятные черты, но не находил. Он хотел знать, как его бывшая возлюбленная переживает потерю, но ей было как будто все равно.

Вообще, Блисталовы и Вернодумские не говорили о Диане. Олег вычеркнул эту страницу из своей жизни, понимая, что теперь его жена не достанется ни ему, ни Борисову. Чувства юной Маргариты притупились еще после смерти Паулы. После этого женщина не могла по-настоящему горевать, даже потеряв родную мать. Витя, видимо, был настолько болен, что даже смерть бабушки не могла его изменить.

Великую Диана интересовала только как актриса. Миша молчал, потому что все молчат. Так делал и Антон Лазарев, но он не понимал, почему никто не хочет говорить о Диане. Он время от времени вспоминал дату ее смерти в мельчайших подробностях, не упоминая при этом саму женщину. Олег, видимо, догадался, в чем дело, и решил поставить шурина в тупик:

- А еще в тот день умерла Диана. Это произошло из-за твоего Борисова!

- Что? Не может быть! Борисов – это не только хороший актер, но и хороший человек! Он не мог…

- Он же признался ей в любви! – напомнил Олег. – Из-за этого я попал в тюрьму, заболел каду, соврал о другой женщине, отказавшись от Дианы… Думаю, Борисов сделал абсолютно правильно: нет Дианы – нет проблем. Теперь у меня с Борисовым только актерская конкуренция!

- Что? – удивился Миша.

- Все правильно, - вставил Витя. – Сначала бабушка, а потом сцена.

- Ты все верно сказал! – обрадовалась Маргарита. – У тебя есть все шансы на выздоровление! Цукерберг должен в этом разобраться.

Но к Цукербергу обращаться не пришлось: даже Ватрушкин смог понять, что на Витю положительно влияют встречи с Семой Андреевым. Действительно, здоровый Сема очень помогал больному Вите, даже не зная, что поступает абсолютно верно.

- Когда мне исполнится восемь лет, я пойду в театр, как моя бабушка, - говорил Сема. – Но не хотелось бы быть изгнанным из театра, как Великая…

- Великая сама ушла, - возразил Витя. – Я ее лучше знаю, она моя бабушка. Она говорит, что устала от театральной деятельности. (Марина Валентиновна действительно не захотела возвращаться в театр в качестве актрисы)

- Либо ты что-то не понял, либо она не театралка.

Глава 2.3

Лев, зная характер Олега, избегал встреч с другом после смерти Дианы. Он даже не догадывался, что Блисталов из-за такого поведения будет считать их дружбу законченной по неизвестным причинам. Но вот Лев решил все-таки позвать Олега на концерт. «Интересно, как он к этому отнесется? – думал Ватрушкин. – Все-таки 40 дней!» Но Блисталов дал очень странный ответ:

- Я хотел засидеться в театре допоздна. Раз такое дело, изменю планы: давно не ходил на твои концерты! Как хорошо, что мне дали этот сертификат!

- Сегодня последний день его действия, - напомнил Лев.

- Да, я на всякий случай это помню. Он мне сейчас совсем не нужен. Но, может быть, стоит разойтись в последний день, используя сертификат на максимум?

- Давно пора, - с укором сказал Ватрушкин. – Вылечи внука.

- А что, разве и это можно сделать? Я просто не знал…

- Если это не порча, можно. Если это порча, то сертификат покажет, кто ее навел, но дальнейшие действия останутся неясными.

- Спасибо большое! – радостно воскликнул Олег. – Но сначала займусь какой-нибудь ерундой.

- Это уже «Цветик-семицветик» получается! – засмеялся Ватрушкин. –Сначала ерундой займешься, а потом «хочу, чтобы Витя был здоров!» А закажи выходной – вместе пойдем играть!

- Выходной? – ужаснулся Блисталов. – Зачем мне два выходных на неделе?

Услышав эти слова, Лев задумался. Ни в Рио, ни в Одессе друг не произносил такие слова и радовался возможности уйти пораньше, если она появлялась. После смерти Дианы актер как будто вспомнил первые дни своей карьеры и не засиживался в театре допоздна только потому, что дома его ждал маленький и больной Витя. Разве Диана мешала? Когда она не была актрисой, это еще можно было понять, но при совместной работе… Наверное, Блисталовым хотелось еще и отдыхать вместе. Но семья и работа удачно сочетались, и сейчас фанатизм тоже не нужен! Качество игры Блисталова не изменилось. Он не поднялся и не опустился. Маргарита не опустилась до тени своего отца, продолжив быть совсем другой актрисой, и поэтому вызвала зависть Дарьи Ватрушкиной.

- Вы два друга, два актера! – жаловалась Даша отцу. – Ты еще и певец. У обоих есть дочери! Так почему же Маргарита такая популярная, а я – только твоя тень?

- Может быть, потому, что Олег не умеет петь, хотя и пытается, - безо всякой логики пошутил Лев. – Правда, кто сказал, что я умею? Совсем этого не понимаю! Одесситы – странные люди. Взяли и сделали меня певцом, и поэтому на мне лежит большая ответственность!

- Давай снова выступать вместе, - предложила Даша. – Видимо, из моего положения нет выхода. Буду хотя бы тенью!

***

Олег сначала хотел заняться добрыми делами, но вдруг увидел Борисова… «Хочу, чтобы он влюбился в Великую», - подумал Блисталов. Степан куда-то побежал.

- Ты ему ничего не сделал? – строго спросил Лев.

- Нет, я еще не начал.

- И почему я так ненавижу этого Борисова? Не знаешь, Олег? Наверное, потому, что он поет мои песни, а голос у него еще хуже, чем у меня! Конечно, хуже: у меня голос есть.

Потом Олег сделал так, что голос у Борисова совсем пропал – он не мог даже говорить.

- Смотри, Сема Кац идет! – воскликнул Блисталов. – Я давно хотел разгадать эту загадку… Ура! Я тоже вижу эти цвета! Сегодня желтый вторник, а завтра зеленая среда!

Лев засмеялся. Игра захватила певца, и ему даже не хотелось выступать, о чем он и сказал другу. Это, конечно же, быстро прошло.

- Так можно и Великую сделать доброй! – вдруг осенило Ватрушкина.

- Можно, конечно, но этим занимается Маргарита, тратит на нее свое время… И я заменю такую долгую работу своей мыслью? По-моему, ты неправ.

- Верно, я неправ. Пусть этим занимается Маргарита. Но моя дочь должна быть такой же популярной, как и я сам! Ты согласен?

- Конечно! – воскликнул Олег. – Давай налаживать жизнь наших друзей. Может быть, вернем Ирине Роману?

- Роману? Не думаю. Он ловелас: я слежу за его судьбой. А вот Леше можно помочь: он очень переживает из-за любовных неудач! Вернем Дору?

- А давай! – согласился Олег. – И сделаем ее менее строгой…

- Сделать Дору менее строгой невозможно, - произнес голос с неба. – Сертификат не действует на характер Учителей. Вы можете заказать себе белку Лотру…

- Тогда закажу Лотру, и к Андреевым! – обрадовался Олег. – Маргарита со своим мужем должна вести самостоятельную жизнь. А пусть Дора родит точно таких же девочек, как Манна и Канна! Да, и зачатие произойдет прямо сейчас! Что там еще было? Порфирий Вениаминович! Он должен стать добрым!

- Олег, ты решаешь абсолютно все проблемы, - заметил Лев.

- Да, я чувствую свою власть, поэтому и решаю! А давай избавим мир от того, кто совершил преступление, о котором еще никто не знает!

И вдруг к ним подошла Дора. Она сказала всего два слова: «Леша умер».

- А почему? – поинтересовался Лев.

- Науке неизвестно. Наверное, после зачатия. Но он спокойно со мной разговаривал, я даже подумать не могла…

- Не может быть! – воскликнул Олег. – Неужели причина…

- Нет, он не умер, - доложила Дора и ушла.

- Ну и дела! – воскликнул Блисталов. – Ты понимаешь, что это значит? Леша от нас что-то скрывает! Он ожил после того, как я отменил желание! Ладно, разберемся с ним, но уже без сертификата. Совсем забыл! Надо же еще своих проинформировать, что я теперь у Андреевых! Готово. Интересно, а что там в «Дельте» происходит? Скучают, наверное! Что ж, пусть они найдут такого же хорошего актера, как я.

- Перед исполнением хотелось бы кое-что с вами обсудить, - строго сказал голос с неба. Лев тоже это слышал. – Магиса признает вас лучшим актером сна на миллион лет, а вашу дочь – лучшей актрисой. Поэтому нужно время на поиск такого же таланта. Маргариту Блисталову отправлять в Рио-де-Жанейро не будем, потому что она выполняет важную задачу. Если через двадцать лет мы никого не найдем, вы будете обязаны работать в «Дельте». Если во время вашего пребывания в Рио-де-Жанейро найдется актер, соответствующий вашим требованиям, вы сможете покинуть театр. Согласны?

- Надо подумать. Лева, если это случится, поедешь со мной?

- А почему нет? – ответил Лев. – Тогда и «список» позовем: его члены хотели работать за границей! Но мне кажется, что ты, Олег, уже заигрался. Тогда переходим к главному. Я хочу, чтобы ты досрочно завершил действие сертификата, сказав последнее желание. А потом телепортируемся на концерт: осталось четыре с половиной минуты!

Олег сообщил, что его последнее желание – выздоровление Вити Вернодумского, но что-то пошло не так: друзья увидели Лешину фотографию. Они сначала не поняли, что это значит, а потом…

- Порча! – воскликнули оба. – Так вот что скрывает Леша!

- Разберемся после концерта, - вздохнул Лев. – К Андреевым пойдем вместе: думаю, ты один не справишься. Интересно, что на него нашло?

- Я, кажется, знаю, - вздохнул Олег.

Но он не успел договорить: времени оставалось совсем мало, поэтому Лев взял друга за руку и телепортировал на место своего концерта. На сцене под аплодисменты поклонников уже стояла Дарья Ватрушкина.

- Итак, мы начинаем! – воскликнул Лев. – По традиции хочу взглянуть в зал, увидеть знакомые лица… Леша, а ты что здесь делаешь? Уходи!

- Не имеешь права! Я сегодня чуть не умер!

Глава 3.1

Лешу все равно выгнали из зала. Он продолжал возмущаться. После концерта все обсуждали Дарью Ватрушкину, а ее отец пошел к Андреевым…

- Леша, мне приятно видеть, что ты дружишь с такими людьми, - заметила Дора.

- Эти люди меня с концертов выгоняют! – возмутился Леша. – Лева, я действительно сегодня чуть не умер. Не знаю даже, с чем это связано. Не думаю, что причиной приступа стала наша близость.

- Причиной стал мой сертификат, - объяснил Олег. -Я заигрался и пожелал избавить мир от людей, которые скрывают что-то ужасное. После этого сообщили, что ты умер. Я догадался, в чем дело, и отменил желание. И что же? Ты ожил!

- Во все совпадения верить? – возмутился Леша. – Я скрывал только свою боль, когда расстался с Дорой, и больше ничего! Но сейчас, Дора, я тебя не люблю, ты мне не нужна! Уходи!

- А тогда разве любил? – удивилась Дора. – Тогда я была вместо Оксаны…

- Так, стоп! – закричала Ирина. – Леша, если уйдет Дора, вместе с ней уйдет и замечательная Лотра, а мне этого совсем не хочется…

- И то верно, - согласилась белка. – А Леша все-таки что-то скрывает. Что именно?

Все молчали. Олег, видимо, догадавшись, не мог об этом говорить – он посмотрел на Льва. Ватрушкин не знал точно, но попробовал предположить, начав с уже известной информации:

- Олег загадал последнее желание – выздоровление Вити Вернодумского. Вместо этого мы увидели твою фотографию. Знаешь, что это значит?

- Знаю – сломался какой-то механизм!

- А вот и нет. Это значит, что ты навел порчу на этого мальчика. Тебе, я вижу, очень нравится наблюдать за его жалким состоянием. В смерти Дианы ты не виноват, но ведь ты этому радуешься? Я правильно понял?

Леша покраснел. Видимо, Лев говорил правду.

- Да нет, вы что! Как так можно! Даже когда умер этот противный Литвинян, я не радовался, понимая, что этому радоваться нельзя! А о порче информация ложная: все мои умения ограничиваются уроками Доры! Вы же понимаете, что она не могла этому учить?

- Я не учила наводить порчу, - подтвердила Дора. – Но, когда Леша обретал новое умение после нашего расставания, мне приходило сообщение. Леша, чему ты научился пять лет назад? Думаю, что это и есть порча. Но зачем? Чем тебе не понравился тот новорожденный ребенок?

Леша снова покраснел.

- Маргарита? – тихо спросил Лев.

- Какая Маргарита? – не поняла Дора. – Блисталова? Мать этого мальчика? Леша, а что тебе в ней не понравилось?

- Ему слишком много в ней понравилось, - вздохнул Олег. – Во время театральных соревнований у них была любовь. Но, во-первых, Андреевы и Блисталовы – братья и сестры. Во-вторых, это не любовь. Знаете, почему я так решил? Потому что знаю, что Миша Вернодумский любил мою дочь, когда ей было шесть лет, но не понимал этого. Он считал, что любит какую-то Свету. Маргарита же сама все поняла и отказалась от Леши. Он сначала спокойно это перенес, а потом услышал о свадьбе с Мишей, и у него появилось желание отомстить, вот он и навел порчу. Что будем делать?

- Надо исключить его из «Золотой рыбки»! – воскликнул Лев.

Олег согласился. Он сказал, что сам ничего делать не будет: пусть каждый предложит свое наказание. Начали с Порфирия Вениаминовича, который все это время молчал. Андреев-старший теперь был добрым, поэтому сказал так:

- Я с ним не разговариваю в течение двух месяцев.

Понимал Порфирий Вениаминович, что в первые дни это будет для сына настоящим счастьем. Юлия Егоровна решила наказать Лешу тем же способом, понимая, что это действительно будет для него наказанием.

- Я расскажу об этом всему миру! – объявила Ирина. – А ты, Сема? Как накажешь дядю Лешу? Он плохой, из-за него Витя болеет!

- А не проще вылечить Витю? – возразил Сема.

Все замолчали. Действительно, как устранить последствия Лешиной жестокости? Возможно это или нет?

- Все возможно, - строго сказала Дора. – Леша, ты очень хотел, чтобы я ушла. Уходить не буду в знак наказания. Лотра, а как его накажешь ты?

- Он пойдет к мудрой Ольге, - произнесла белка мистическим голосом, - и с ее помощью вылечит Витю! Только тогда он избавится от боли, которую я ему наколдую!

Леша закричал и заплакал. Он плакал не от боли, а от обиды: казалось, что он не заслуживает такого наказания.

- За что? Что вы со мной сделали? Ладно, я пойду к этой вашей Ольге!

- Ты пойдешь со мной, - решила Дора.

- Еще и с нелюбимой женщиной! – простонал Леша.

- Просто вспомни, что я когда-то была любимой. У тебя все равно не будет другого выхода.

***

Олег сообщил Маргарите, что сделал Леша. После этого молодая женщина очень изменилась. Она ушла из «Золотой рыбки» только ради того, чтобы целыми днями лежать и бояться сделать какое-либо движение. Из-за ее странной болезни Олегу пришлось уйти от Андреевых, взяв Лотру с собой. Блисталов, Великая и Вернодумский не знали, как вынести это испытание: сначала Витя, а теперь еще и Маргарита! Но Миша понимал, что сдаваться нельзя, и говорил об этом остальным.

- Да как же не сдаваться! – причитала Великая. – Я хотела исправиться, стать доброй, а Маргарита сейчас не в состоянии направить меня на верный путь…

Олег и Миша тоже ушли из «Золотой рыбки». Оба пытались понять, что не так. Однажды Маргарита проговорилась: с помощью такого образа жизни она пряталась от смерти.

- Это кто тебе такое сказал? – возмутился Олег. – Почему ты решила, что должна умереть?

- Потому что меня любят Миша и Леша.

- Что? Значит, если один из них тебя разлюбит, все будет нормально?

- Теоретически да, - вздохнула Маргарита. – Но ни Мише, ни Леше не удастся этого сделать, потому что я родилась не в той семье: во всем виновата наследственность.

- О чем ты говоришь, Маргарита? – запаниковал Олег. – Какая наследственность? Неужели ты на самом деле как Витя, а он просто в тебя?

- Нет. Я просто роковая женщина, как и мама. Маму тоже по-настоящему любили двое. И не возражай: я знаю, что не трое. В результате любви, которая никак не может быть прекращена, мама умерла. Значит, меня ждет такая же участь.

- Это неправда, - строго сказал Олег. – Вспомни: Сережа покончил с собой. Леша не может этого сделать по определению.

- Почему? – не поняла Маргарита.

- Потому что он потерял Оксану, Манну и Канну. Человек, у которого кто-то умер, начинает осознавать ценность жизни. Причем это может быть не только близкий человек. Правда, Литвинян не очень хорошо относился к своим близким. Он все понял после смерти одного из своих ученых. Кстати, второй из его бывших нелюбимых ученых сейчас болеет… Я всегда хорошо к нему относился! Только ты, Маргарита, можешь помочь выздороветь этому ученому.

- Я? – удивилась Маргарита. – Хорошо, я попробую. Действительно, мне еще рано отправляться на тот свет. Я такая же роковая женщина, какой была моя мама, но мужчины еще не совершали из-за меня непоправимую ошибку. Поэтому я должна встать и спасти ученого! Но что я должна для этого сделать?

- Ольга скажет, Маргарита.

Глава 3.2

Помощь Ольги и Маргариты не понадобилась: ученый уже выздоровел. Блисталова-Вернодумская также наконец вернулась к привычному образу жизни, что позволило ей, Олегу и Мише продолжить работу в «Золотой рыбке». Но в этом театре начали происходить странные истории… Юлия Егоровна узнала о непонятном разговоре Борисова и Великой.

- Марина Валентиновна, - хриплым голосом говорил Степан, - я знаю, что вы вспоминаете своего мужа. Думаю, когда я женюсь на вас, вы сможете измениться и Маргарита Блисталова будет уже не нужна.

- Как это – Маргарита не нужна? – возмутилась Великая. – Я ее очень люблю, как родную дочь! И, кстати, вы правы: я думала и о своем замужестве. Но, конечно, кандидатом были совсем не вы… И вообще, что случилось? Я знаю, что вы убежденный холостяк! Почему же вам вдруг захотелось жениться?

- Потому что я вас люблю, Марина Валентиновна! – просипел Борисов.

- Фу, у вас еще и голос пропал! Что же вас заставило полюбить именно меня?

- Откуда я знаю? Просто взял и полюбил!

- Нет, - строго сказала Марина Валентиновна. – Я прекрасно понимаю, что своим отказом обрекаю себя на неудачу, потому что мой возлюбленный женат. Но все-таки я люблю Порфирия Андреева и не собираюсь связывать свою жизнь с вами.

Шокированный Степан решил сообщить эту информацию всем актерам… кроме Юлии Егоровны. Но, как это обычно бывает в Одессе, где известно имя Балаболкина, об этом узнала и Андреева-старшая.

- Я разберусь с ним, - тихо сказала она своим детям. – Вот теперь я вижу, что жизнь действительно послала мне тяжелое испытание. Дети, никогда не изменяйте своим супругам! Тебе, Ирина, изменять некому. Думаю, это даже к лучшему: есть ребенок, но нет человека, который ранит в самое сердце! Тебя, Леша, я вызвала специально, чтобы сказать: человек, изменивший Учителю, уже никогда не будет счастлив. Наслаждайся Дорой и Лотрой: тебе дано именно то, о чем ты мечтал! Это ли не счастье? Да, мне тоже это дано: теперь я актриса. Но я не вижу смысла ради работы разрушать семью… Иди сюда, Порфирий! Надо поговорить!

- Что такое, лапушка? – отозвался Порфирий Вениаминович.

- Лапушка? – возмутилась Юлия Егоровна. – Очнись: перед тобой сейчас не Великая. Я прекрасно знаю, что ты с ней встречаешься! Но давай об этом забудем. Давай договоримся, что ты больше никогда не будешь к ней ходить. И сейчас ты при мне сообщишь ей об этом. Я набираю номер.

- Спасибо, Юлечка! Я давно хотел кое-что сказать, но все не решался! Привет, Мариночка. Я выяснил все с Юлей. Она не против. До свадьбы еще далеко, но пока я буду жить у тебя!

И он произнес заклинание развода. Наступила немая сцена. Тишину нарушила телепортация Порфирия Вениаминовича. Сема, несмотря на юный возраст, уже понимал, что произошло. За несколько месяцев он привык к дедушкиной доброте, поэтому плакал, не желая с ним расставаться. Ирина больше жалела маму. Самой же Юлии Егоровне до каду не хватало одного шага: эту информацию подтвердили врачи. Андреева-старшая была на время освобождена от профессиональной деятельности. Олег не знал, что делать: ему не хотелось быть участником подобных семейных событий, но они распространялись и на Вернодумских, идти к которым из-за этого не хотелось. Теперь не только Сема Андреев, но и Витя Вернодумский не скоро увидит своего дедушку…

- Маргарита, сделай хоть что-нибудь! – кричал Олег по телефону. – Порфирий обманул Марину – Юлия не была согласна на их брак! Это противозаконный поступок!

- Но я вижу прогресс, - возразила Маргарита. – Уже через несколько месяцев свекровь (молодая женщина перестала называть ее мамой) станет совсем доброй, и это также заслуга Порфирия Вениаминовича. Кстати, почему он не пристает ко мне, к Мише, к Вите со своими замечаниями?

- Потому что не родные, - засмеялся Олег, скрыв истинную причину изменения. – Думаю, ты права. Непонятно, каким образом Юлия Егоровна и Порфирий Вениаминович так долго были вместе. Неудивительно, что разрыв таких долгих отношений очень тяжело пережить… Думаю, Юлия Егоровна когда-нибудь вернется к нормальной жизни, но его будет помнить всегда. Иногда будут минуты облегчения, когда она подумает о чем-то отвлеченном… Но все равно она будет продолжать думать о нем, пусть даже без всяких эмоций. Но эти эмоции время от времени будут возвращаться, и это будет совсем невыносимо… Она будет ругать себя за то, что прошло много времени, а она все не может успокоиться… Болезнь Настоящей Любви – это навсегда. Помнишь, я был в таком состоянии, когда Диана меня бросила? Только настоящая трагедия помогла мне не перейти на тот же уровень. По счастливой случайности я вышел из гроба на сцену. Но полноценной жизни не было. И теперь, без нее, уже никогда не будет… Лучше бы я вообще с ней не встречался! Зачем погнался за старой мечтой?

- А я? – напомнила Маргарита. – Думаю, очень хорошо, что ты встретил маму…

- Да, конечно. Ты права, Маргарита. Через три года и Витя пойдет по нашему пути, если Леша сможет его вылечить. У нас же будет традиционный новогодний спектакль? Она всегда там выступала… Непривычно будет без нее…

- Папа, мы же о Юлии Егоровне говорим!

А Юлия Егоровна действительно заболела так, как это было с Олегом в первые дни пребывания в Рио-де-Жанейро, но в Одессе не было никаких масштабных трагических событий, поэтому болезнь затянулась и проявилась в более тяжелой форме, чем у Олега в Рио. Блисталов решил, что пришло время рассказать несчастной о событиях, происходивших много лет назад…

- Я пошел на концерт Льва Ватрушкина. Тогда он еще не был моим другом, мы были просто сожителями. На самом деле мне не хотелось ничего: я думал только о Диане. Лев запел и помог мне отвлечься от этих мыслей. Но потом он пригласил меня на сцену, и нас схватили шевелевцы. Я думал, что избавлюсь от своих мучений через два часа: так сказали эти гады. Но Лева снова помог мне своей песней, и я уже смотрел на это по-другому… Шевелевцы пришли и сообщили, что талантливых людей убивать нельзя, поэтому они нас отпускают. Тогда и прекратилась моя болезнь. Победить ее достаточно просто – вы должны всего лишь захотеть. Почаще улыбайтесь, пойте, танцуйте, и тогда никто ничего не поймет! Вы даже будете получать наслаждение оттого, что вам удается все скрывать! И потом, когда время пройдет, вы будете со смехом говорить: «А знаете, у меня такое было!»

На Юлию Егоровну это подействовало. Она вернулась в театр и поняла, что Борисов, который продолжил играть без голоса, тоже ругает Порфирия Вениаминовича и Марину Валентиновну. Но ничего не изменилось.

Все шло своим чередом. «Золотая рыбка» продолжала работать почти в полном составе. Когда новые Манна и Канна доросли до 13 лет, вернулась вся их семья. Восьмилетний Витя Вернодумский выздоровел, и поэтому был признан дееспособным. Во сне дееспособность наступает с восьми лет, потому что это минимальный возраст, до которого растут дети. Витя тоже стал актером, и ему не надо было ничему учиться. Он, как и Маргарита, стал отдельной звездой, про которую не говорили «внук Олега Блисталова» или «сын Маргариты Блисталовой». Но из-за наследственности у мальчика начались проблемы…

- Его нужно отправить в Рио-де-Жанейро, - объявил голос с неба. – Это актер такого же уровня, как вы, Олег Львович.

- Что ему там одному делать? – возмутился Олег. – Я отклоняю ваше предложения!

- Вы не можете этого сделать. Актер найден. Вместе вы в Рио будете только в том случае, если вы не будете играть. В Одессе будет Маргарита. Я понимаю, что вы не можете жить без театра. Поэтому кто-то из вас должен отправиться в Рио-де-Жанейро.

- Дурное дело сделал этот сертификат, - вздохнул Олег. – Надо было пользоваться им с умом!

Глава 3.3

Олег собрал семейный совет, на котором присутствовали он сам, Маргарита, Миша, Витя, Великая и даже Порфирий Вениаминович – он теперь тоже был родственником великого актера.

- Итак, у нас проблема! – объявил Блисталов. – Наверху считают, что мы с Витей – гениальные актеры. Это неправда, но сейчас решается другой вопрос. Один из нас должен отправиться в Рио-де-Жанейро. Если мы поедем туда вместе, то мне придется отказаться от театра. Витя, мне очень не хочется тебя бросать. Это преступление по отношению к ребенку. Когда ребенок бросает родителя, это еще ничего, но справишься ли ты сам? А если кого-нибудь нанять? Тоже не вариант: испугаешься незнакомого человека.

- Я не хочу уезжать, - твердо произнес Витя.

- Подумай! – строго сказал Олег. – Ведь есть еще такой вариант: мы уедем вместе, но в таком случае я не буду актером.

- Нет. Я уже сказал, что не хочу уезжать.

- Тогда уедет дедушка, - вздохнула Маргарита. – И неизвестно, когда он вернется… Может быть, никогда.

- И почему Магиса меня выбрала? – вздохнул Витя. – Теперь приходится решать такую сложную проблему! Папа, ты знаешь, я с тобой!

- Может, подумаешь? – предложил Миша. – Видишь, дедушке очень не хочется расставаться с театром…

- Я считаю, что Олег должен дать место другим, - вставила свое слово Великая. – Его уже все знают, но еще не все услышали оВитеньке Вернодумском! Витя, тебя нужно продвигать. Для этого мы должны убрать твоего дедушку из театра.

- Что за мысли! – возмутился Порфирий Вениаминович. – Я тоже склоняюсь к такому варианту, но мое объяснение не сводится к тому, что Олега надо «убрать». Мое объяснение…

- Значит, решено, - произнес Витя совсем по-взрослому. – Тогда возникает такой вопрос: будет ли кто-то поддерживать дедушку?

***

На втором семейном совете решили, что Олегу будут помогать Ватрушкины и Андреевы (за исключением Порфирия Вениаминовича, потому что он не был актером). Леша сначала обрадовался возможности уехать от Доры, но она сказала, что поедет с ним. Новые Манна и Канна по-разному смотрели на переезд: Манна не хотела покидать родную Одессу, а Канна понимала, что другого выхода нет. Юлия Егоровна понимала: она попадает в такую же историю, как и Олег Блисталов. Повторение судьбы известного актера – мечта начинающей актрисы!

Одесситы уже поняли, в какую ситуацию попал Блисталов, поэтому смирились с его отъездом. А вот Ватрушкиных отпускать не хотели… Вернее, двоих Ватрушкиных. Лилия так и не возобновила актерскую деятельность, поэтому воспринималась просто как жена известного певца.

- Ничего, Борисов заменит! – пошутил кто-то, еще не зная, что Степан не может полноценно выступать.

- Борисов? Ха-ха! Думаешь, он выздоровеет? Я в это уже не верю!

И тогда только одессит, пропускающий все новости, узнал, что у Борисова нет голоса. В группе недовольных был и Цукерберг. Он догадался, в чем дело, и его догадка стала роковой для Олега:

- Мне кажется, Борисов заколдован с помощью сорокадневного сертификата, который выдается арестанту, потерявшему супруга. Неужели кто-то не слышал, как ему повторяли: «Неосторожное использование сертификата приводит к возвращению срока?» Этот закон еще никто не нарушал! Мне кажется, появился первопроходец.

Услышав такие слова, одесситы пропустили Ватрушкиных в аэропорт, потому что были заняты обдумыванием слов психолога. А капитан Ец пошел к Кириллу Юрьевичу, чтобы обсудитьэтот вопрос…

- Почему вы решили, что Степан Борисов заколдован именно по сертификату? – строго спросил Долгов. – Это может быть просто затянувшаяся болезнь, действие самолета невезения или порча со стороны конкретного человека. Откуда вы знаете, как выглядят заколдованные сертификатом?

Цукерберг объяснил, что он разговаривал с Борисовым. Ефим знал, как выглядит двойное колдовство: за время сна он многое повидал. Значит, это самолет невезения плюс что-то еще. Затянувшаяся болезнь – это не колдовство. Борисова знают немногие, поэтому порчу могли навести только его знакомые. Ефим знал о странной истории с Лешей и о ее причинах, поэтому сразу понял: эта история могла бы повториться с одним из знакомых Борисова, и тогда Степан знал бы об этом.

- Нет, - прохрипел актер. – Никого из своих друзей я ошибочно не считал умершим.

Значит, остается только сертификат. Долгова убедили эти аргументы.

- Значит, нужно обратиться к Ольге! – объявил Кирилл Юрьевич. – Только она может посмотреть все сертификаты… а почему вы решили, что сертификат именно сорокадневный? Бывают еще подарочные бессрочные сертификаты, которые, например, выдавались на театральных соревнованиях… Бывают сертификаты на определенное количество желаний, которые популярны в спорте: отжался 50 раз – держи 50 желаний. Еще есть сертификат на час, который нужно заказать заранее у одного из Учителей. Они спрашивают, зачем это нужно, а также в течение трех дней проверяют человека. Если он не соответствует определенным критериям, то ему ничего не выдают, кроме запрета работать в тех местах, где дают другие сертификаты. Да, это, я думаю, не подходит. Конечно, можно подумать: «Дали человеку час полной свободы, вот он и решил подурачиться!» Но для предупреждения таких мыслей и делается проверка. Так почему же именно сорокадневный сертификат?

Цукерберг снова объяснил все простой логикой: много изменений произошло именно в тот день, когда Борисов потерял голос, но в тот день никому ничего не вручали. Обладатель бессрочных желаний не будет так спешить с их исполнением. Значит, можно сделать вывод, что это был первый или последний день действия сертификата. Первый – радость обладания, последний – нужно успеть насладиться. Только самые глупые за один день делают так много, когда у них есть определенное количество желаний: в таком случае надо миллион раз подумать. А проверку на часовой сертификат этот человек не смог бы пройти. Значит, остается только сорокадневный.

- Тогда это гораздо проще, - металлическим голосом произнес Долгов. – В тот день никто не получал сорокадневный сертификат, значит, речь идёт о последнем дне его действия. Отсчитываю 40 дней. Так, нам нужен вот этот день. Умершие супруги арестантов… да не нужна мне Диана Блисталова, тьфу! Как я от нее устал! Хочу перестать думать об этой замечательной актрисе, но не могу…

- Что, роковая женщина? – поинтересовался Цукерберг.

- Нет, роковая актриса. Но Олег, по-моему, был активен в первый день действия сертификата и сделал много хороших дел. Он отпадает. Вячеслав Уткин… противный тип, вот он мог. Мария Селенина, Юрий Отругаев, Василий Орешкин… всего 23 одессита. 22 – Олега не считаем, он сидел по смешной причине. Я пытался разобраться с его делом.

- Вы плохо работаете, - заметил Цукерберг. – Вас и уволить могут за то, что не проверяете Олега! Я понимаю, что в этом нет необходимости, но этого требует законодательство.

- Хорошо, скажу Ольге об Олеге, - согласился Долгов. – Ольга мне все равно нужна: она скажет, какие действия совершили все эти люди за весь срок действия сертификата. Она возьмет одного подозреваемого и будет смотреть все эти 40 дней. У нас пройдет столько же времени. Следовательно, на это потребуется 920 дней в худшем случае. Но вполне вероятно, что преступник найдется гораздо раньше.

***

Когда Олег летел в Рио-де-Жанейро, он услышал объявление:

- Уважаемый Олег Блисталов! Вы пользовались сорокадневным сертификатом, и поэтому мудрая Ольга хочет проверить ваши действия. В очереди вы шестнадцатый.

Глава 4.1

Олег стал думать, что делать. Он никому не признавался в своих разрушительных действиях. После мучительных раздумий в его голове все-таки созрел план. Но, если бы Олег сразу начал его осуществлять, никто бы этого не понял… Поэтому надо было как-то подготовить окружающих. Но Олег не сразу пришел к этой мысли.

Основной задачей было получение нового сертификата. «Бессрочник» у него отобрали, когда аннулировали результаты соревнований. Если бы он был, все могло бы решиться очень легко. Проверка на часовой сертификат все равно не будет пройдена… А как получить право на одно желание? Да ему большего и не надо – только отменить некоторые действия предыдущего сертификата! Но на одно не дают: в спортивных клубах нужно выполнить как минимум 30 упражнений любого типа или пробежать 30 километров – сколько километров, столько и желаний. В таком случае заранее оговаривается максимальная дистанция. Олег почему-то решил, что он способен пробежать длинную дистанцию. Да, непонятно, куда девать остальные 29 желаний. Правда, вполне вероятно, что они понадобятся в течение сна.

***

- Здравствуйте, Олег. Меня зовут Ромарио. Вы начинающий бегун и хотите подготовиться к экзамену на профессионального бегуна?

- А что входит в экзамен? – поинтересовался Олег.

- Разные дистанции. Сначала школьные 30 и 60 метров, потом 1 километр. Хорошие результаты на этих дистанциях вы сможете показать в первые полгода обучения. Следующие полгода мы потратим на освоение двух, трех и пяти километров. В начале второго года обучения вы преодолеете первую десятку, а потом начнется подготовка к полумарафону, который вы сдадите по мере готовности. Далее ваша задача – получить сертификат. Для этого вы занимаетесь самостоятельно. После получения сертификата можно продолжить обучение. Вам знакомы правила получения сертификата?

- Да, конечно! Один километр – одно желание. Минимум 30 километров, желаемая и максимальная дистанция устанавливаются самим бегуном.

- Только не будьте «тридцатником», - строго сказал Ромарио. – Я таких сразу выгоняю. После правильной подготовки пробежать такую дистанцию может каждый, а Магиса, видимо, этого не понимает. Они получат свои 30 желаний, но…

- Да мне вообще одно желание нужно!

- Что? – вскипел Ромарио. – Мне даже интересно, что получится из подготовки ради желания! Может быть, вам еще нужен ускоренный курс?

- Да, совершенно верно. Думаю, мне нужно пробежать «десятку» уже за полгода.

- Можете обратиться с таким требованием к другому тренеру, но тогда вам придется пройти отбор.

Олег пробовал себя в других видах спорта, но у него ничего не получалось. Тогда-то и созрел у него план, упоминающийся в первых предложениях главы. Только, как уже было сказано, к его осуществлению надо было подготовиться. Поэтому Олег начал изображать помешательство. Он думал только о себе, не понимая, как откликнется Маргарита, узнав об этом…

- Запаниковала, - объявил Миша. – Говорит, что на нашей семье проклятие. Сначала у нее сын заболел, потом мама умерла, потом она сама заболела, а теперь папа… Действительно… А что же тогда будет со мной?

- С тобой уже было, - напомнил Лев. – Помнишь наше колдовство? Кстати, где чайка для Олега? Надо обратиться к Ольге…

- А кому выдаются эти чайки? – спросил Олег, забыв о своем помешательстве. – Ты никогда не рассказывал эту историю!

Но потом Блисталов «опомнился» и продолжил буянить. Его мучила совесть из-за страха Маргариты, но он ничего не мог с собой поделать: только таким образом актер сможет получить новый сертификат! Если он женится в порыве помешательства, это будет гораздо понятнее, чем брак в здравом уме. Никто и не думал, что Олег может вернуться в криминальное прошлое и начать использовать серьезный шаг в корыстных целях. Но Дора понимала: тут что-то не то.

- Мне кажется, Блисталов здоров, - сообщила она Леше. – Просто что-то скрывает. Я ему чужая, он боится меня из-за той истории, когда двадцать лет жил с нами. Поэтому только ты можешь выяснить, в чем дело! Так и скажи: «Олег, ты здоров, я это от Доры знаю». Ложь, связанная с Учителями, наказывается очень строго, и Олег знает эту теорию. Ничего не произойдет, поэтому он не сможет не поверить и во всем признается…

- Но почему ты так решила? – спросил Леша. – Он производит впечатление больного человека!

- Вот именно: производит впечатление. Я чувствую, что помешательство нужно ему в корыстных целях. Вполне возможно, что он скрывает от нас что-то очень мерзкое. Может быть, он что-то натворил, а теперь с помощью поступков, которые никогда не совершит здоровый человек, пытается это исправить.

Дора использовала вводные конструкции, такие, как «может быть», «я чувствую», «вполне возможно», но на самом деле она, как Учительница, прочитала все мысли Олега, правда не имела права сказать об этом, пока их не изложил сам Блисталов. Дора могла бы предложить выход, связанный с ее особыми способностями: и Леше большой плюс, и Блисталову привилегии как его другу. В таком случае о некоторых последствиях игр с сертификатом все забудут. Итак…

- Олег, ты здоров, я это от Доры знаю, - объявил Леша. – Ты что-то натворил и хочешь это исправить. Я тебе в этом помогу: сам натворил. Теперь, когда мы с Дорой снова вместе, понимаю, как это нехорошо. Поэтому и страдал из-за нее: с ней ушло все, чему она меня научила. Любви по-прежнему нет. Это был обман. Но я, кажется, ушел от темы. Скажи, что ты натворил, и я тебе помогу.

Олег молчал. Теперь казалось, что у него нет никакого выхода. Его ждет тюрьма за неосторожное использование сертификата! Срок рассчитывается так: количество дней или желаний переводится в количество лет. К этому числу прибавляется срок за это же преступление, совершенное в обычных условиях. Если сертификат бессрочный, к реальному сроку прибавляется 200 лет. Это правило не распространяется на убийство: в этом случае срок равен обычному, ведь больше десяти тысяч лет сидеть нельзя по законам Магисы. В каком случае человек может потерять голос? В случае физического или психического насилия. Никаких физических действий со стороны Олега не было. Потеря голоса – не самое серьезное увечье, но ведь это, во-первых, голос самого Борисова, во-вторых, срыв профессиональной деятельности. По всем расчетам получалось более тысячи лет. А ведь все сроки должны были остаться в прошлом! Сколько раз за весь сон Олег уже успел побывать в тюрьме! «Ладно, - подумал он. – Если что, действительно поменяю направление деятельности! В тюрьме я буду писать сценарии – этим я занимался и ранее. Займусь также каким-нибудь романом. Известный писатель Олег Блисталов! Как красиво звучит! Но, думаю, все-таки еще можно выкрутиться…»

- Да, я абсолютно здоров, - твердо сказал Олег. – Просто я решил жениться и испугался вашего мнения по этому вопросу. Вы, наверное, думаете: «Да как же это – потеряв идеальную жену, вдруг перестал быть идеальным мужем! Идеальный муж сохранит верность даже мертвой жене!» Это, конечно, так. Но ведь сердцу не прикажешь… Возможно, оно сошло с ума, но не я.

- И на ком же ты думаешь жениться? – удивленно спросил Леша.

- На… этой… на Марии.

- На какой Марии?

- На… этой… да Силва.

- Чем же она тебе так понравилась?

- Чем? – возмутился Олег. – Я люблю ее! Ее заметило мое сердце! Значит, я должен жениться!

Глава 4.2

Олег спрашивал у всех городских жителей, где ему найти умирающую Марию да Силва. Практически каждый что-то сказать по этому вопросу, и Блисталов выписывал адреса и характеристики кандидаток. Найдя нужную, он отправился к ней.Ему очень помог статус известного актера.

- Что, уже все? – спросила Мария да Силва.

- Нет, порча вашего сына еще не подействовала до конца. К вам действительно пришел известный актер Олег Блисталов. Вы рады?

- О, конечно! Но почему же вы перестали работать? Ваш внук прекрасно справляется, а вы…

- Не за этим я сюда приехал, - разошелся Олег. – Я могу вас спасти, дорогая моя Мария!

- Спасти? – удивилась женщина. – Вы? Но как? Вы же актер! Врачи сказали, что они не могут ничего сделать, а вы…

- А я актер, поэтому смогу. Но это неважно, дорогая Мария. Я спасу вас как мужчина. Для этого я должен на вас жениться. Да, между нами не может быть никакой любви, но вы должны выбрать…

- И без любви приятно быть женой популярного актера! – воскликнула Мария. – Конечно же, я выбираю вас! Эй! Идите сюда, мои дорогие родственники! Педро, твоя порча не подействовала: этот человек спасает меня своим предложением! Давайте уже быстрее зарегистрируемся, Олег! Зовите нужных людей! Вы их знаете?

Олег вспомнил Антонио и вызвал его. Антонио с укором посмотрел на Олега, а потом произнес:

- Олега Блисталова и Марию да Силва объявляю мужем и женой!

- Ура! – закричала Мария. – Теперь я могу встать!

- Олег, объясните, в чем дело, - удивленно попросил Антонио.

Олег повторил ложную информацию о спасении Марии. Ему практически не было совестно: Мария будет обманута, но ей будет уже все равно, а ее родственники, несмотря на опровержение информации о скорой смерти, еще не пришли в себя, поэтому готовы ко всему. Но теперь нужно выполнить вторую часть плана – сесть в тюрьму, чтобы после смерти жены ему достался освободительный сорокадневный сертификат! Можно совершить какое-либо преступление прямо здесь. Или признаться в чем-нибудь, чтобы ничего не делать по-настоящему? Олег решил выбрать именно этот вариант.

- Педро, ты когда-нибудь становился жертвой преступления?

- Да, да! У меня однажды украли мои любимые часы…

- Это был я.

Но Мария уже умерла… Теперь Олегу нужно скрыться. Он легко справился с телепортацией. Но на следующий день к нему пришел Антонио…

- Ваша информация о спасении Марии да Силва оказалась ложной, - объявил он. – Но не беспокойтесь: возможно, вы были просто не готовы взять на себя такую ответственность. Что делаем с браком – расторгаем?

- Конечно, ведь я попробую исправить эту ошибку и спасти еще одну женщину… только уже без вас.

Олег думал, что ему удалось вычеркнуть из своей жизни провал с Марией да Силва, но ее родственники разозлились не на шутку. Они понимали, что часы такого человека, как Педро да Силва, не представляют никакой ценности, но все-таки считали, что кража должна быть наказана. Поэтому Олегу пришла повестка в суд. Он молился, чтобы на его пути встретилась еще одна женщина, которая скоро умрет, но чтобы она об этом еще не знала… Хоть бы Дора помогла!

- Олег, по вашему заказу, - сказала она, придя в гости за день до суда. – Клара Соуза, президент Бразилии. Ее очень скоро убьют. Что, хватит смелости?

- Что такое, Дора? Ты издеваешься надо мной? Ты смеешься над тем, что я теряю своих жен? Не ожидал я от тебя такого! А о Кларе Соуза ты говоришь специально, чтобы меня отговорить! Не может быть, чтобы опять! Я влюбился, значит, я на ней женюсь!

Идти к президенту Олег очень боялся. Но Клара встретила его очень хорошо, а по поводу свадьбы сказала так:

- Хорошо, но только временно – пока я на этом посту. Вы поможете мне в управлении. Вы же понимаете, что между нами не может быть никакой любви?

- Да я, собственно, и предложение вам сделал «для помочь», как говорят у нас в Одессе (он говорил на астральном языке, на котором, в отличие от португальского, такая конструкция звучала странно). Я ведь не могу быть полноценным президентом Бразилии из-за гражданства…

Антонио с удовольствием зарегистрировал Олега Блисталова и Клару Соуза. Правда, Олегу пришлось объясняться в суде – говорить, что он все прекрасно понимает. Конечно же, никакой брак с президентом не может его оправдать и «почетное лицо» готово к аресту супруга. А в зале суда находился тот, кто на самом деле совершил преступление. Он удивленными глазами смотрел на Олега, не веря в свое счастье. Как же мучился этот человек! Ему все время приходилось прятаться, он ждал какого-то чуда. И вот оно – пришло! «Но почему? – думал преступник. – Почему он взял вину на себя? Он же меня совсем не знает!»

- 500 лет тюрьмы за кражу! – объявил судья.

После этого все перестали верить, что Олег здоров, потому что понимали: никакой кражи он не совершал. Витя решил, что это все политические разборки: брак с президентом привел к ложному обвинению! Миша с ним согласился. Дома согласились Маргарита и Антон. Что же теперь будет? Надо защищать Олега! Хорошо, что Дора их отговорила…

- Ни за что арестовали! – возмущалась Ирина. – Мама, разве это нормально?

- А разве нормально, что он женится на Кларе Соуза? – вздыхала Юлия Егоровна. – Все в порядке: Олега выпустят, когда Клара уйдет с поста.

Она еще не знала, насколько была близка к истине…

***

Поклонники Олега Блисталова не злились на него за то, что он не играет. Когда же его арестовали, все начали подозревать в чем-то Клару Соуза. 28 февраля один из поклонников Олега решил устранить эту проблему.

- Ошибся Олег, - говорил он. – Не надо было на Кларе жениться! Ему без нее спокойнее будет!

Поэтому он пошел прямо к президенту. Клара занималась государственными делами.

- Что, тоже помощник? – устало спросила она.

- Помощник? – усмехнулся поклонник. – Ну, можно и так сказать! Я убью вас, Клара!

- Да вы шутите…

- Нет, я серьезно!

И он действительно убил Клару. Он не стал ее долго мучить – обошелся заклинанием. И, конечно же, сразу скрылся с места преступления, даже не задумываясь о том, что технология все равно покажет, кто это сделал.

Об убийстве Клары сразу объявил один из депутатов. Сначала посмотрели преступника и арестовали его на десять тысяч лет. Потом стали думать: а кто теперь займет место убитой?

- Блисталов! – выпалил кто-то. – Это у Магисы такие законы! После убийства президента пост должен занять его супруг!

- Какой еще Блисталов? – шикнул кто-то. – Он же в тюрьме!

- Так жена умерла – выпустят, да еще сорокадневный сертификат дадут!

- Да? Возьмет и откажется от должности!

Но кто-то объяснил, что в таком случае от должности отказаться нельзя – теперь великого актера и режиссера Олега Блисталова ждет президентская судьба. Не удалось ему устранить все последствия… Правда, Олег еще об этом не знал: ему объявят на следующий день.

Как тяжело приходилось заключенному! От каждого тюремного объявления он ждал одного, но ему говорили другое… Накануне официального объявления в тюрьме почему-то даже не обсуждалось убийство Клары Соуза…

Глава 4.3

Наконец Олегу сообщили о трагедии, и ему удалось получить заветный сертификат. Блисталов сразу же устранил все последствия своих роковых ошибок. Правда, пришлось убрать из Лешиной жизни не только Дору, но и Манну с Канной… Мальчик сначала не хотел с этим мириться, но потом понял: они давно убиты, и поэтому не нужно создавать никаких иллюзий. Да, Андреев не понял, что именно произошло, но он был очень рад избавлению от ненавистной жены: это тоже было дело Олега. Правда, было две неудачи… Во-первых, театральную реформу невозможно было отменить, потому что Магиса заботилась о «Дельте» и «Золотой рыбке». Во-вторых, Ольга не забыла о проверке: на Учителей влиять нельзя. Но Блисталов знал, что делать со второй неудачей: он решил подойти с другой стороны.

- Я хочу, чтобы отменились все проверки!

А потом бывший актер вернул то, что считал необходимым. И вот ему сообщили:

- Кто-то должен заменить Клару Соуза. По закону это сделать должны вы, ведь все знают, что супруги президентов разбираются в государственных делах.

- Но я не разбираюсь! – возразил Олег. – Я же не успел… Думаю, в этом случае нужно сделать исключение и назначить на постпрезидента кого-нибудь другого.

- Другого никак нельзя! Это нарушение закона!

- Хорошо, - вздохнул Олег. – Что будет, если я нарушу этот закон?

- И вы об этом спрашиваете? Любой человек, нарушивший этот закон, отправляется за президентом! Так что идите и управляйте государством!

- А как же гражданство? – напомнил Олег. – Я же не бразилец!

Действительно, об этом никто не подумал. По обычному закону Олег не может быть президентом! Один из помощников Клары напомнил, что выход есть: смогла же пробиться какая-то селедка, которая до сих пор пропагандирует школьную реформу! Помощник вспомнил, что селедка выполнила какое-то специальное условие. Теперь его выполнение требовалось от Олега Блисталова, и ему дали всего три месяца… Не справится – расстреляют.

- Доигрался, - жаловался Олег лучшему другу. – Ты понимаешь, что мне очень не хочется быть президентом? Еще и какие-то условия… Как их выполнить? Не буду же я обращаться к селедке!

- А почему нет? – улыбнулся Ватрушкин. – Возможно, она даст ценный совет!

- Это же из-за меня Клару убили… Какой-то второй Александров появился – так сильно влюбился, что решил от нее избавиться!

- Ничего не из-за тебя! Ей было предсказано. А вот каким образом – это уже не наше дело. И вообще, ты выполнил свою задачу! Да, теперь придется мучиться, быть президентом… Ты прямо как Рикардо Оливейра! Только полицейским еще не был…

Олег подумал, что он не как Рикардо. Во сне он перепробовал меньше профессий, чем наяву, но за прошлое, тесно связанное с мошенничеством, ему до сих пор стыдно. А к селедке все-таки придется пойти: она поможет ему!

Все показывали на Олега пальцем и кричали:

- Вот он, вот он!

- Олег, когда президентом станете? В стране беспорядки!

Олег объяснял ситуацию, но темпераментные бразильцы не хотели его слушать – приходилось скрываться в процессе вызова селедки, который занимает ровно две недели. Вот что сказала селедка:

- Надо же! Хоть кто-то обратился ко мне как к экс-президенту! Я думала, все уже забыли! Да, нужны особые условия. Вы должны пройти собеседование. Мне задали такой вопрос (я думаю, его задают всем): представьте, что вам пришлось жить в Бразилии две тысячи лет. Чем вам это понравится? Я нашла убедительный аргумент, но мне задали кучу дополнительных вопросов…

- Мне, как разочаровавшемуся эмигранту, будет трудно, - вздохнул Олег. – Но я постараюсь!

***

Была назначена дата собеседования. Олег постоянно откладывал подготовку на завтра. Когда он решил приступить, то понял, почему: он не мог ответить на простой вопрос. А почему же он раньше об этом не задумывался? Что заставило его эмигрировать? Высокая мечта? Но ведь достаточно было просто приехать в этот город, а потом вернуться в родную Одессу! Даже тогда Олег не смог бы ответить на вопрос для соблюдения условий… Но надо что-то делать! Олег вспомнил свою актерскую профессию и решил, что будет импровизировать. И вот настал тот самый день…

Олег не знал, что вопрос действительно один для всех подобных президентов, но в некоторых случаях делается исключение… Так произошло и в его случае. Пожилая женщина, уставшая от редкой, но в то же время трудной работы, сначала задала много вопросов:

- Олег Блисталов? Планировали эмиграцию, но что-то не сложилось? Теперь решили вернуться, потому что у вас нет другого выхода? А почему вы тогда не работаете в театре? Мне казалось, вы вернулись в Рио-де-Жанейро только ради этого! Или вам был очень нужен сертификат на 30 желаний? Доигрались – получили на 40 дней!

- Я не понял, - растерялся Олег. – Сеньора, так на какой вопрос отвечать?

- На все, которые я задам, - спокойно ответила старушка. – Я, как вы могли заметить, еще не начала. Итак, чем вам не понравился Рио-де-Жанейро?

Олег понял, к чему она клонит. Он также понял, что сейчас нельзя говорить правду, нельзя строить из себя патриота, который покинул Рио-де-Жанейро из-за тоски по Родине. Такой человек не сможет стать президентом. Значит, расстрел… Придется вернуться к прежней жизни – соврать! Но все-таки с намеком на правду.

- Я вернулся из-за болезни Юлии Андреевой.

- Кто это? Ваша подруга?

- Это мама лучшей подруги, с которой я рядом с первого дня сна.

И вдруг старушка разрыдалась… Она вспомнила, что у нее нет таких друзей. Никого сейчас с ней нет из тех, кто был в первый день сна: каждый пошел своей дорогой. Она также задумалась: у Олега была идеальная жена. А что, если Ирина – идеальная подруга? Вот везет! Конечно, ее маме надо помочь, и старушка поверила в эту ложь, но ее задача – попытаться отсеять незадачливого президента.

- Я понимаю, как много это для вас значит – мама лучшей подруги. Но неужели все было настолько плохо?

- Нет. Это Ирина так подумала, поэтому и позвала меня.

- А Юлия Андреева – это же актриса! – вдруг воскликнула старушка. – Если она начала играть в театре, значит, все нормально… Почему вы не вернулись в Рио тогда?

Олег почему-то подумал, что его ложь уже раскрыта, и больше нечего терять.

- А потом Ирина заболела! Я вернулся уже вместе с ней. Правда, она не хотела расставаться с Одессой, но я ее уговорил.

И вдруг старушка улыбнулась. А ведь Олегу сначала показалось, что она не умеет улыбаться! Ей хотелось, чтобы Олег стал президентом, но для этого он должен сказать нужные слова…

- Как вы ее уговорили? Что сказали о Бразилии? Напомнили о совместной мечте?

Олег сразу почувствовал подвох. Он даже не говорил о романтических местах Бразилии… Он начал говорить о том, что Бразилия – наиболее развитая в экономическом плане страна Латинской Америки, а также о ресурсах.

- И это вас привлекло? Не верю! Говорите не как глава государства, а как обычный человек!

Олег описал все красоты Бразилии, но у него остался вопрос: почему навсегда? Он боялся, что старушка спросит об этом…

- Вы по-настоящему влюблены в нашу страну! – объявила она. – Значит, вы можете быть ее президентом!

Олег выжил, но как справиться с этой непростой должностью? Он пригласил Ватрушкина: если это можно в театре, то почему нельзя в политике?

Глава 5.1

Итак, Олег Блисталов и Лев Ватрушкин стали президентами Бразилии. Лев не получил разрешение, но почему-то никто не обратил на это внимания.

- Ну, с чего начнем? – спросил Ватрушкин. – Что ухудшилось после смерти Клары?

- А мне и законов никаких издавать не надо, - заметил Олег. – У меня сертификат! Но лучше я его сразу уберу, чтобы ничего не натворить. Слушай, а селедка-то была права! Нужно обязательно провести школьную реформу: каждый должен получить образование.

- Я понял! – воскликнул Лев. – Как хорошо, что я согласился править с тобой! Наверное, у всех президентов появляется подобная навязчивая идея. Но мы должны ей противостоять. Нет! Я согласен! Школьную реформу все-таки надо провести!

Но Олег уже понял, что это не дело: а вдруг ученики начнут совершать осдорпы, как это сделал Леша? Лев нашел решение этой проблемы – определять их в класс, соответствующий уровню, и обучать по специальной программе, устранять понимание того, что их определили в более низкий класс. Олег подумал и решил, что Леше это понравится.

- И Ирина должна доучиться, - напомнил Лев.

- А с Витей что? Он тогда не сможет полноценно работать в театре! Нет, все-таки мы не поддадимся этому искушению и реформу проводить не будем. А вот военная реформа нужна: на нас собирается напасть Аргентина. Но… как проводить военные реформы? Я не президент, поэтому не знаю! Может быть, ты знаешь?

Лев был послан к Олегу с целью ему помочь, но ему-то откуда знать, как проводить военные реформы? И вообще, что сейчас делать? Как управлять? В какое тяжелое положение попали друзья! Олега будет преследовать недовольство, а уйти с поста он не сможет: таков закон, и на Блисталова действует «маленький план». Президентский провал может привести к актерскому, а ведь Олег и на сцену давно не выходил! Блисталов решил так: пусть никто не выходит. Тогда после его ухода с поста все продолжат заниматься театральной деятельностью практически в равных условиях.

- Олег, по-моему, у тебя крыша поехала, - с грустью заметил Лев. – Теперь я – единственный президент. Тебя нужно определить в психбольницу!

- Психбольницы тоже закрыть! Не бывает душевнобольных людей. Бывают кадуты, но их спасать не надо: как они мучаются даже после выздоровления! Ты не знаешь, не сталкивался с этим, но я до сих пор не вылечился до конца. Да это и невозможно! Сейчас я чувствую себя инвалидом – человеком без правой руки. Убил бы этого Борисова – отомстил бы за Диану!

- Он плохой актер, но хороший человек, - возразил Лев. – Он просто спел песню, а ты не то подумал. Если бы все было так, как ты сказал, то Антон перестал бы любить Борисова, но он очень привязался к своему кумиру, который, кстати, уже не влюблен в Великую и снова считает, что ему не нужна никакая жена. И с голосом у него всё в порядке!

- Меня не интересует его биография, - прорычал Олег. – Закрыть все театры и психбольницы!

- Видимо, каду действительно лучше не лечить, - вздохнул Лев. – Полностью согласен с тобой по поводу психбольниц. Но театры… как же люди проживут без великого театрального искусства? И еще их шокирует, что этот дурацкий закон придумал именно ты. Без театра жизнь невозможна: он помогает нам окунуться в другую реальность.

- Мы и так в другой реальности, - напомнил Олег.

- Это так, но ведь мы к ней уже привыкли, и она уже не кажется нам такой необычной, как в начале сна! Даже страшно возвращаться в обычную реальность: как же мы будем без этого волшебства?

- А мы туда вернемся?

- А почему нет?

Олег раскрыл свою тайну, которую скрывал много тысяч лет. Он поведал лучшему другу, после какого события попал в сон. В реальности он пытался добраться до Рио-де-Жанейро, и у него почти получилось. Это самое «почти» выбило его из колеи, и он сошел с ума – вероятно, поэтому и захотел закрыть все учреждения, подобные тому, в котором он сейчас на самом деле находится.

- Это что-то вроде каду, - пояснил Олег. – Врачи сказали, что от таких переживаний я могу умереть. Может быть, это произойдет после сна, то есть все, что с нами происходит, – моя предсмертная галлюцинация?

- Не думаю. Я попал сюда, размышляя об очередном концерте. Твоя история – это просто совпадение. Но театры все-таки закрывать нельзя. Доверься своему помощнику. Да, мы в другой реальности, но без театра она одна, а человеку этого мало. А давай вместо психбольниц будут военные школы!

Тогда Олег уступил. Но теперь надо определить, кто именно будет обучаться в военных школах. Мальчики и мужчины с восьми лет? Но тогда опять возникает серьезный вопрос с Витей. Может быть, стоит исправить конституцию?

- Конституцию астрального мира? – напомнил Лев. – Ведь здесь конституционные нормы везде одинаковые! Везде совершеннолетие наступает в восемь лет, а в восемнадцать разрешается посещать специальные мероприятия. В этом плане молодым, конечно, не повезло, потому что они никогда не смогут сходить. А я ведь один раз давал концерт для взрослых, и он был очень интересным! Так что, предлагаешь сделать так же, как в нашем мире? Совершеннолетие в восемнадцать лет?

- Да, предлагаю. Я делаю это в личных целях: не хочу ставить себя и свою семью в безвыходное положение. Ты думаешь, с этим возникнут проблемы? Конституция иногда устаревает, и ее нужно менять.

- Ты, конечно, прав, - согласился Лев. – Но ты говоришь о конституции страны, а нам придется менять Конституцию Мира, первая редакция которой была создана самой Магисой! Ее, кажется, в последний раз менял какой-то китаец, так ему для проверки готовности пришлось выдержать самое тяжелое испытание.

- В смысле? – не понял Олег. – Какое еще тяжелое испытание?

Лев объяснил, что этого никто не знает. Это не станет известно, даже если спросить китайца, что же ему пришлось пережить, потому что испытания у всех разные. По словам Ватрушкина, это то, что в обычных условиях очень пугает, и об этом думают примерно так: «Нет, это не должно со мной произойти! Если произойдет, вероятно, настанет конец света! Я просто не могу себе представить подобное развитие событий!»

- У меня это повторение той истории, - признался Лев. – Нет, сейчас все нормально: несмотря на то, что я пока не могу приехать в Одессу, совсем скоро у меня появится такая возможность. Не думаю, что нас с тобой оставят на второй срок. Мы просто заменяем Клару Соуза. Но забудем об этом. Перетерпеть-то всего четыре года! А у нас сон на миллион лет! Но я о другом. А у тебя есть такое испытание? Если есть, нужно к нему заранее подготовиться и понять, как ты выйдешь из этой ситуации.

Олег подумал и решил, что у него подобных испытаний нет, ведь он уже пережил все: неоднократное лишение свободы, долгое ожидание жены и ее смерть, отлучение от театра, назначение на должность, с которой так просто не справиться. И еще каду. И тоска по Одессе, которую он скрывал много лет. Разве может быть что-нибудь хуже его жизни?

- Значит, ты пойдешь, - строго сказал Лев. – Я тебе помогать не буду. Я объяснил, что для этого нужно сделать: в этом и состоит суть совместного правления.

- Но ведь это я придумал исправить Конституцию! – возразил Олег. – Мне страшно… Ты все-таки уже пережил эту историю… Как можно бояться повторения чего-либо? Это означает лишь то, что ты ничего не вынес из той истории. Даже если всё повторится, этот беспредел, как мы говорили тогда, долго не продлится.

- Нет, в этом я неправ. Президенты все-таки иногда ошибаются. А вдруг снова скажут, что это навсегда, и на этот раз эти слова окажутся правдой? Ты же не хочешь опять заставить меня страдать, причем весь сон? И не будет со мной Джулии Гонсалес, ведь она совсем перестала со мной общаться! А я все еще за ней слежу – завтра замуж выходит. Так что иди ты!

- Ну ладно, пойду… Мне действительно ничего не страшно!

Глава 5.2

Олег связался с Магисой по особой технологии, но фея ему сообщила, что в данном случае нужна не она, а китаец: именно он обсудит с президентом все вопросы. Наконец-то Блисталов вспомнил, как зовут этого китайца – Шуй Джен.

- Я очень волнуюсь, - признался Шуй. – Если честно, хочется просто взять и разрешить вам внести изменения в Конституцию! Был бы счастлив, если бы так сделала Магиса. Но на мне чувство долга. Нет, не думайте – не «маленький план», а чувство долга. Поэтому я спрашиваю, какие изменения вы хотите внести: вы не можете это сделать собственноручно.

- Я хочу только изменить возраст, в котором человек становится совершеннолетним, - начал Олег. – Что делать с остальными: все-таки заставить получить образование, но только тех, кому это нужно. Например, Витя в эту категорию не попадает. Ему нужно только специальное образование. Мне не нужно: меня считают великим актером. Высшее образование поднимет меня еще выше, а мне некуда расти! Так вот, возраст совершеннолетия, то есть возраст, с которого можно работать при получении соответствующего образования, - 18 лет. На основе этой поправки я бы хотел издать очень важный закон.

- Ваши законы меня не интересуют, - строго сказал Шуй Джен. – Вы обозначили цель, и она мне достаточно ясна – повысить возраст совершеннолетия. Зачем вы это делаете, меня не касается. Но это может вызвать недовольство народа!

- Вот для этого я и хотел сообщить цель, - по-актерски начал Олег. - Вы же знаете об отношениях Бразилии с Аргентиной – на нас вот-вот нападут! Слишком молодые не должны воевать, но ведь они совершеннолетние!

Шуй Джен усмехнулся и назвал Олега единственным президентом, который так заботится о молодых.

- Простите, очень волнуюсь… Сейчас, сообщу условия и отпущу вас с уже внесенными изменениями.

- А что, испытания не будет? – удивился Олег.

- Нет, что вы! Это кто вам сказал такую глупость? Испытания какие-то выдумали! А на самом деле нужно всего лишь соблюсти ряд условий. Во-первых, вы, как политический деятель, должны навсегда отказаться от театра: эту статью Конституции Магисы изменить не способен никто! Она сама недавно внесла это изменение. Во-вторых, у того, кто вносит поправки в Астральную Конституцию, не может быть никаких помощников. Именно поэтому ваш дружок Лев Ватрушкин будет отправлен в Одессу с женой Лилией и дочерью Дарьей. На время вашего правления ему будет запрещено приезжать в Рио-де-Жанейро. В-третьих, в военных действиях против Аргентины примете участие вы сами!

- Вы издеваетесь? – вскипел Олег. – Это ужасно! Как же я без театра? Это мой родной дом, это смысл моей теперь уже бесполезной жизни! А как же я буду без помощника? Да, он тоже ничего не умеет, но у меня была моральная поддержка! А теперь что? Нет, я не могу принять такое предложение. И в военных действиях никогда не участвовал…

- Не участвовали? – усмехнулся Шуй Джен. – Так сон на миллион лет для этого и дается!

Олег не понял китайца: для чего это – для этого? Шуй решил познакомить с теорией Магисы человека, который собирается менять ее Конституцию. Фея объясняла, для чего дается этот сон. Он нужен, чтобы отдохнуть от обычной жизни, которая, возможно, кажется слишком тяжелой или слишком однообразной. Во сне часто удается все это исправить, и человек возвращается уже совсем другим. Волшебство введено для того, чтобы «курс лечения» не напоминал реальность, от которой уже тошнит. Здесь невозможно обойтись без определенных знаний, помогающих решить проблемы. Их дают Учителя: Лотра, Дора, Ольга, Магиса. Когда-то их давал и Порф, но Олег Блисталов позволил себе вмешаться в его судьбу. Тогда в нем еще кипела преступная жизнь. Избавиться от таких наклонностей помог именно сон. А то, что теперь уже честный Олег Блисталов продолжал сидеть в тюрьме, тоже задумано Магисой. Но только добрая фея приходит всего три раза, да и то к редким счастливчикам. Остальные Учителя встречаются каждому на пути, только не все видят их в особом учительском облике. Нашим друзьям просто повезло: они видели всех, хотя обычно приходит один. Да, к мудрой Ольге Андреевы и Блисталов ходили сами, и им повезло оказаться в Одессе: жители других городов и стран специально приезжают к Учительнице, но иногда заваливают какой-то тест, поэтому их не пускают к Ольге. Одесситов сна, которые могли и не быть одесситами в реальности, пускают без теста.

Как организовываются встречи с Учителями? Да так, чтобы тот, кто попал в сон, попробовал себя во многих сферах жизни, прошел через множество испытаний, познал истинные ценности. Этот путь может оказаться очень длинным, и даже после встречи с Учителями человек может долго идти к конечной цели, как это произошло с Олегом: он очень поздно решил все-таки вернуться в Одессу. Но, конечно, и после принятия решения возможны серьезные ошибки. Олег уже понял, что в смерти Дианы виновата вовсе не песня в исполнении Степана Борисова. Олег уже понял, что сам виноват. Но к Борисову как к актеру Блисталов не стал менять своего отношения.

На войне Олег еще не был. Может быть, стоит послать ему это испытание?

- Но без театра! – напомнил Олег. – Я так не могу! А можно только на время срока? Четыре года я перетерплю…

- Нет! – строго сказал китаец. – На весь сон! Вы уже не можете возразить: решение принято. Когда начнется война, ваша поправка вступит в силу… может быть. После президентского срока получите уведомление и придете ко мне. Я передам вам свои полномочия и объясню, что и как делать.

Об этом Олег не задумывался. Конечно, он уже не будет актером, потому что ему придется занять пост, который когда-то занимал Шуй Джен… Как это скучно! И неизвестно, сколько это продлится… А вдруг человек, который снова захочет изменить Конституцию, не придет никогда?

- Не беспокойтесь, - улыбнулся Шуй. – Это очень почетный пост, дорогой мой Олег Блисталов. Скажите, к вам Магиса уже приходила? Вижу, что вы по какой-то причине не хотите отвечать. Не понимаю, почему многие держат это в тайне, даже те, к кому она еще не приходила и, возможно, не придет никогда! В общем, ко мне она приходила. Еще в течение четырех лет она будет приходить ко мне каждый день. Она передавала мне свой опыт. Я прошел курс обучения и был зачислен в Учителя. Вы же не против стать Учителем? Да, нас немногие знают. У вас ситуация другая – вас знают как актера и президента, а теперь будут знать как Учителя. Для этого сон и дается! Вам нужно всего лишь потерпеть четыре года, чтобы стать полностью счастливым, забыть о жене, о Ватрушкине, найти счастье в уединении… Вы, кажется, знакомы с Дорой, с Лотрой, с Ольгой. Встречали их? Да и Порфа, по-моему, видели незадолго до того, как какой-то дурак оторвал ему голову.

Олег вспомнил, кто был этим дураком, и побледнел. Только теперь он понял, на кого замахнулся много тысяч лет назад. Это был не просто одноклассник Ирины… Но, конечно, до сна девушка его не знала. А что, если рискнуть и признаться? Быть Учителем, конечно, почетно, и, как намекнул Шуй, Олега ждут встречи с ними. Но если признаться, то, скорее всего, серьезно накажут и освободят от должности президента!

- Это я оторвал ему голову, - признался Олег. – Это было сделано после того, как он мне помог, избавил от тяжелой семейной ситуации с мальчиком Желашей… Кстати, где сейчас Анни? Порф хотел провести столетний курс, чтобы я мог поступить незаконно – телепортироваться в Рио-де-Жанейро. Но мне хотелось быстрее. Если бы я прошел курс, то, вероятно, не было бы этой ошибки, я бы взвесил все за и против… Но я только расстраивался из-за того, что все опять откладывается на неопределенный срок. В общем, из-за моей глупости разгорелся конфликт и Порф отказался учить. Вот я и оторвал ему голову…

- Вы все равно никуда не денетесь, - строго сказал Шуй. – Ложь не поможет. Преступник был жестоко наказан Магисой и сейчас все еще переживает последствия наказания. Еще не все выпало на его долю. Имени его мы никогда не узнаем. Даже если бы вам был положен еще один тюремный срок, ситуация была бы такая же, как во время театральных соревнований, – в тюрьму после «мероприятия»! Ой… Может быть, это действительно вы? Магиса действительно вас очень жестоко наказала – третью жену забрала!

Олег объяснил, что любил только одну из трех умерших жен, а потом раскрыл всю правду. Он рассказал все о злополучном сертификате, заставившем его снова уехать в Рио-де-Жанейро, жениться на незнакомых женщинах, специально сесть в тюрьму, а теперь еще и стать президентом! Теперь Блисталов не вернется к прежней жизни… Однако Шуй так и не захотел ему поверить, сказав лишь одно:

- Ещё раз напоминаю, что вы больше не актёр!

Глава 5.3

Маргарита и Антон первыми узнали, что случилось с Олегом. Блисталова поняла: теперь она потеряла не только маму, но и папу: у нее просто не будет возможности с ним встретиться. Сына она увидит тоже не скоро… Или никогда? Где найти актера такого же уровня, чтобы Витя мог вернуться домой?

- Так Борисов! – напомнил Антон. – По-моему, он находится на той же ступени.

- Нет. Не хочу говорить плохо о Борисове, но даже лучшие актеры из списка Магисы проигрывают моему отцу и нашей семье вообще. Вот как так получилось? Антон, почему мой папа стал актером? Этого не должно было произойти! Ну, его бы понарошку похоронили в Рио-де-Жанейро, и там он бы точно до этого не дошел.

- Дело в том, что у него не было цели, поэтому невозможно сказать, чем бы он занимался в Рио. Возможно, актерский талант – побочный эффект его прежних занятий. С первого раза всему научился! А теперь что? Да, Рикардо Оливейра тоже… Он, правда, был не президентом, а только кандидатом в президенты, но он это делал по своей воле! Думаю, Блисталов не справится. Следующему придется очень долго восстанавливать Бразилию после такого президента. Наверное, после этого Олега станут меньше ценить как актера. Что тогда будет? Допустим, есть ты, есть Витя… А того человека, от которого все это пошло, просто выгонят из любого театра. Разве что к Сабине Витальевне возьмут.

- Что? – удивилась Маргарита. – Сабина Витальевна продолжает театральную деятельность?

Да, это действительно было так. Сабина Шевелева решила пойти по пути Олега Блисталова и исправиться, только она не могла сочетать актерский и режиссерский талант, – она была только режиссером. Почему же ее театр вновь стал таким непопулярным? Все очень просто: все помнили былое поведение главной преступницы. Поклонники, понявшие, что она совсем не та, предлагали ей снова стать Еленой Александровной Наймарк, но Шевелева отказывалась, говоря, что все это уже давно забыто. И никто не мог ей помочь…

Но Маргарита и Антон еще не все сказали… Они стали обсуждать, что произойдет, когда Олег станет Учителем.

- Тебе же дадут какие-то привилегии? – спросил Антон. – Извини, но я в этом совсем не разбираюсь!

- Скорее всего, нет. Леша же не был Учителем, когда Дора была его женой… Но Дора что-то такое говорила… Может быть, это все-таки как-то можно сделать? А какие привилегии есть у Учителей? Когда же я смогу увидеть Мишу?

- Мишу? – удивился Антон. – Но он же Вернодумский, а не Блисталов – может работать на два театра! Хотя тоже хороший актёр… А Учителям, наверное, открывается то, что раньше было непонятно, они становятся счастливыми. Маргарита, мне кажется, это выход… Нужно только подождать четыре года. Но как Олег выдержит войну с Аргентиной? Он же совсем не готов к таким обстоятельствам! Если бы я был на его месте, я бы застрелился. Думаю, ты тоже не можешь подсказать отцу, что делать.

И тут Маргарита впервые задумалась: а что будет на войне? Зачем ее папу туда послали? А что, если его убьют? Тогда она останется круглой сиротой… Да и остальные будут плакать о знаменитом актере… Нет… Девушка должна нарушить правило! Или нет? Маргарита решила, что она будет защищать отца – тоже отправится на войну с Аргентиной. Вот ее решение:

- Витя, меняемся!

Маргарита решила, что найдет удобный способ совмещать театр и войну.

***

Лев был возмущен, когда его отправили в Одессу: кто теперь поможет Олегу? Окончательное решение его тоже поразило.

- А сказали, что без испытаний! – возмутился певец. – Это же и есть самые настоящие испытания!И почему он должен стать Учителем? На примере Доры знаю: это нельзя совмещать с семейной жизнью. Дора же не работала, когда жила с Лешей… А что Олег? Кстати, бедный Шуй Джен! Я как-то не подумал, когда отправил Олега к нему… Как же это? Общаться только с Учителями да с теми, кто изредка к нему приходит! Наверное, Шуй сам этого не знал, когда замахивался на Астральную Конституцию… Кто-нибудь может мне объяснить, зачем Олег женился на Кларе Соуза? Что его на это толкнуло?

- А ты? – напомнила Лилия. – Что тебя толкнуло на встречу с Джулией Гонсалес? Дианы хотя бы уже нет, а я, между прочим, еще жива!

Ватрушкин тут же начал объяснить, что он и Лилия – совсем не идеальная пара по законам сна. Да, конечно, их можно так назвать, ведь они вместе уже столько лет! Но у таких пар почему-то нет никаких привилегий… Наверное, Магиса понимает: они могут разойтись, как Юлия Егоровна с Порфирием Вениаминовичем. Кстати, на Юлию Егоровну стали обращать внимание…

- Вы должны! – говорила Тайса. – Почему вас в реальности не приняли в театральный институт? Такого я еще не видела!

Режиссерскому таланту Тайсы будет посвящена следующая глава, а Ватрушкины ушли от темы, обсуждая не Олега, а идеальные пары… Дарья напомнила:

- Вы же об Олеге говорили!

- Ну да, - вздохнул Лев. – Мы говорили, что Олегу не стоило жениться на Кларе Соуза. Теперь он из-за этой ошибки никогда не вернется к прежней жизни. Лилия, если вдруг что-нибудь случится, если мы разведемся, я никогда не буду выбирать в жены президента, зная, чем это чревато! Неужели Олег больше не будет актером? Я не могу в это поверить! Думал, как-нибудь перебьется и вернется…

- Ничего страшного, - строго сказала Лилия. – Тебя это ни в коем случае не должно волновать! Иди своей дорогой! Почему ты с ним подружился? Ты же не будешь выражать благодарность за это Сабине Витальевне?

Лилия опять ушла от темы, и Лев задумался. Он понял, кто помог подружиться великому актеру и великому певцу…

- Да. Благодаря ее ошибке сбылась моя мечта. Я ведь на все спектакли ходил невидимкой и мечтал познакомиться с этим выдающимся начинающим актером и режиссером! И вот судьба нас свела… Мечты сбываются, но не так, как мы хотим. Конечно же, сейчас я не собираюсь бросать лучшего друга из-за того, что он не актер, но он сам попросил не звонить хотя бы в эти четыре года… Придется послушаться. К сожалению, это и будет настоящая дружба. Лилия, но ты обещала нарезать кролика. Мы, конечно, заполняем это время разговорами, но в мучительном ожидании тяжело что-либо делать. Постарайся делать все в срок, тогда неопределенности не будет.

- А когда у тебя концерт? – возмутилась Даша. – Неужели так поздно? Уже 20:13, а ты все не выходишь! Знала бы, раньше бы позвонила своей старой подруге…

Ватрушкин приказал звонить при нем, потому что у него концерт не сегодня, а завтра. Вообще, в семье Ватрушкиных с тех самых пор, как выяснилось, в какую ситуацию попал Олег, стали возникать всякие неопределенности… Никто не мог ничего объяснить. Атмосфера мучительного ожидания появлялась все чаще и чаще. Было объявлено семейное дело. «Сейчас!» - скажет кто-нибудь. И никто не знает, когда наступит это самое «сейчас», потому что все дела откладывались на неопределенный срок…

- И с чего это пошло? – завопила однажды Даша. – Я не могу жить в такой атмосфере! С тобой, папа, все понятно, но от тебя, мама, я не ожидала такого беспредела! Когда это кончится? Когда мы наконец будем ужинать? Вам хоть понятно, что мне так очень трудно?

Лев и Лилия прекрасно это понимали. Они не связывали свое поведение с Олегом: перемены были непонятны им самим, но по-другому почему-то было нельзя. И гости постоянно мешали своими разговорами… Их приглашала Даша, а старшие почему-то разлюбили гостей.

- Опять притащила, - ворчал Лев.

- Когда это кончится? – строго спрашивала Лилия.

- Это я должна вас спрашивать! – вопила Даша. – Когда кончится этот беспредел? Когда вы станете нормальными людьми? Говорите, не в Олеге причины? А в чем же тогда? В чем? Объясните! Я просто не понимаю!

Почему-то Ватрушкины называли себя нормальными людьми, хотя на самом деле это совсем не так. И в чем причина такого кризиса, никто не может объяснить.

Глава 6.1

Теперь пора рассказать, что за удивительный человек – Тайса. Наверное, каждый актер мечтает о таком режиссере. Юлия Егоровна после первой репетиции была в полном восторге. За одну репетицию ей открылись все актерские премудрости, и она стала учиться ими управлять. Наверное, это было похоже на состояние начинающего Олега. Однако, видимо, только в Одессе Блисталову хорошо работалось. И в Рио-де-Жанейро его считали великим актёром, но всё-таки что-то было не то… Вернувшись в Одессу, Блисталов стал работать на прежнем уровне. Но почему же Юлия Егоровна стала процветать в Рио-де-Жанейро? И в «Дельту» она попала после тяжёлой семейной ситуации! Наверное, дело было в режиссере. Имя Тайсы приобрело мировую известность. А вот Елисей Романович был совершенно обычным режиссером, и Олег никогда не жалел о его уходе из театра.

- Сегодня будем работать с вами, сеньора Андреева! – объявила Тайса. – Готовы? Хорошее настроение? Если плохое, так и скажите: тогда я изменю свое расписание.

Юлия Егоровна не была шокирована: ей уже приходилось уходить из театра, потому что Тайса работала индивидуально с другими актерами. Конечно, Андреевой приходилось работать вместе со всеми членами коллектива «Дельты», но это были просто тренинги. Теперь же Юлия Егоровна должна работать над ролью Мел: одному бразильскому драматургу понравилось сокращать сериалы для театральной сцены. Сначала актрисе как матери совсем не нравилась эта роль, но режиссерский талант Тайсы заставил Юлию Егоровну влюбиться и в такое творчество.

- В кого вы влюблены, сеньора Андреева?

Юлия Егоровна расплакалась. Она вспомнила Порфирия Вениаминовича.

- Ничего. Вы должны вспомнить этого человека. Это будет ваша первая любовь – Сесеу. Я прямо вижу, как вы его любите. Теперь произносите свой текст. Отлично! С первого раза! Кто же вас этому научил, сеньора Андреева? У вас есть талант! Нет, я не всем это говорю. Вы действительно показываете что-то невероятное. А что же будет на спектакле, когда появится адреналин? Но не буду вас мучить, дорогая моя. Переходим к более сложному. Никакого Шанди у вас в реальной жизни нет – я правильно понимаю? Но все равно история любви героев должна быть похожа на какое-то событие вашей жизни. Я даю вам час на размышления. Событие называть не надо, оно только ваше. Просто, когда я дам сигнал, сыграйте свою роль.

Сначала Юлия Егоровна вообще не знала, что делать, потому что не могла придумать подходящее событие. Но потом все-таки вспомнилось… Это тоже было трагическое воспоминание, и история была не такой красивой, как у Мел до ее болезни.

- Прокомментируйте это событие, - попросила Тайса. – Нет, не называйте его: мне не интересно, что происходит у вас в жизни! Отлично, отлично! Вы поймали нужное состояние! Произносите свою фразу! Запомнили?

- Но ведь я должна быть Мел, - возразила Юлия Егоровна. – При чем тут события моей жизни? Разве мне нужно показывать их зрителям?

- Какие вопросы! – восхитилась Тайса. - Подождите, мы с вами еще не дошли до вхождения в образ! Сначала нам нужно отточить базовые интонации, а потом уже заниматься остальными делами. Фишки будем добавлять уже потом, но тренироваться будем сейчас. Вот абсолютно левая фраза. Вы никогда не будете ее использовать ни в каком спектакле. Это дается только для тренировки. Итак, скажите: «Талантливому Роберту не нравится никто из женщин, и он пишет любовные скрипичные произведения просто так. Зато касина у Роберту потрясающая!» Вы должны удивить меня этой фразой. Сначала пару раз произнесите ее просто так, чтоб привыкнуть, а потом уже я буду оценивать! Сигнал не давайте. Я сама пойму, что вы готовы.

И тут Юлия Егоровна растерялась. Она вообще не знала, какую изюминку добавить в эту фразу. Может быть, Тайса подскажет, что вообще туда добавляют? Оказалось, не всё Юлия Егоровна выучила, когда ее дети занимались в театральной студии… Уже произнесены подготовительные попытки. Пора работать на оценку. Сейчас великий режиссер будет ругать. Наверное, Юлия Егоровна сошла с ума, и поэтому в голове у нее появился этот самый Роберту. Тогда начинающая актриса подумала, что она – одна из тех влюбленных женщин, которая ему не нравится. А касиной можно заесть эту боль!

- Талантливому Роберту не нравится никто из женщин, - обиженно начала будущая актриса. – И он пишет любовные скрипичные произведения просто так! Девушки не знают, кому же все это посвящено, и не догадываются, что никому… Зато касина у Роберту потрясающая!

Юлия Егоровна сделала вид, что ест касину. Она собиралась продолжить, сказав «и тогда забываются все любовные речи», но Тайса ее прервала:

- Вы меня действительно удивили! Еще никто не играл, что ест касину. Почему-то считается, что это вызов Магисе, но фея приветствует это лакомство. Она ко мне приходила и говорила об этом. Думаю, мы можем вставить это в какой-нибудь спектакль. Представляете, какой переворот вы совершите в театральном искусстве! И это стало ясно уже на первой репетиции! У вас талант, сеньора Андреева! Куда же вы его запрятали? Теперь перейдем к наркомании Мел. В это состояние войти очень трудно. Давайте уже войдем в образ Мел, и тогда вы сможете найти нужную дорогу. Просто возьмите и станьте Мел!

Юлия Егоровна сказала, что Тайса говорит как Великая, ведь это не может произойти просто так, поэтому нужно научиться…

- Великая не использует авторскую медитацию, - объяснила Тайса. – Она действительно просит что-то сделать и говорит, какие условия для этого нужны. Давайте приступим. Запоминайте слова!

Текста в медитации было много, но почему-то он запомнился легко. Юлия Егоровна действительно почувствовала себя героиней сериала. Теперь ей была понятна каждая реплика, и не надо было спрашивать режиссера, что здесь делать.

- Это восхитительно! – воскликнула Тайса. – Я такого никогда не видела! Каждый вечер делайте такую медитацию! Это позволит вам быстрее войти в образ.

Не знала Тайса, что Юлия Егоровна все еще Мел… У актрисы началось такое же помешательство, как у Олега в начале карьеры, только оно проявлялось более болезненно, и дети почувствовали: в семье произошла настоящая трагедия. Леша воспринял ее относительно спокойно, а Ирина жаловалась на судьбу. Да и как объяснить Семе?

- Почему бабушка так переменилась? – спросил мальчик.

- Так бывает, - вздохнула Ирина. – Актриса она. Но ни одной роли еще не сыграла. Тайса с ней репетирует.

- А что, это опасно? – спросил Сема.

Маленький, а все понимает!

Взаимодействию Юлии Егоровны с партнерами Тайса тоже уделяла много внимания. Она учила работать с каждым по отдельности. Перед самой премьерой Юлия Егоровна запаниковала – она стала говорить то же самое, что и Олег.

- Почему Тайса ничего не говорит? Неужели я такая бездарная, что мне даже замечания делать бесполезно? Нет, я этого не выдержу! Наверное, мне нужно заниматься индивидуально.

Тайса согласилась поработать, вспомнив, что какой-то известный актер уже об этом просил. Почему-то во сне были редки случаи ночной работы актеров, кроме театра Шевелевой. До сих пор Блисталов был единственным, кто делал это по своей воле.

- Ваш уровень можно будет определить после трех с половиной лет упорной работы, - объяснила Тайса. – Но первый спектакль очень многое решает.

***

Почему-то Рикардо опять играл отца, но на этот раз отца Мел – Леонидаса Ферраса. Юлия Егоровна никогда не видела своего папу, но видела взаимодействие с этим членом семьи, поэтому смогла сыграть. Вспомнился ей также Леша, отстаивавший Маргариту… Первая импровизация, как и у Олега, была связана с семейной ситуацией.

- Шанди, говоришь, это опасно? Но ничто не может быть опаснее профессии актера, как говорят мои дети!

Мурилу, игравший Шанди, растерялся: какие дети могут быть у Мел? Ее ребенок еще не родился, она даже еще не забеременела…

- Дети?

И тут он понял, для чего Юлия Егоровна это сказала:

- Ты должна бросить. Понимаешь, тебе уже дети мерещатся, которые говорят какую-то ерунду! Это очень опасно! Это самое опасное, что может быть в жизни!

И вдруг в театр кто-то ворвался с криком: «Вы думаете?»

- Остановите спектакль! – объявил чей-то голос. – Все развлекательные мероприятия запрещены по указу аргентинского президента. Аргентина объявила нам войну.

О грядущей войне знали все, но никто не знал, что закроется театр. Для Юлии Егоровны это была самая настоящая трагедия.

- Я тоже пойду воевать! – решила она. – Почему Маргарите Блисталовой можно, а мне нельзя?

Глава 6.2

Узнав о запрете театральной деятельности, президент Бразилии очень обрадовался: теперь он не будет считать свою жизнь пустой и бессмысленной! Он не один! Не только ему пришлось оторваться от любимого дела! Но ведь еще нужно пройти обучение: не будет же Олег воевать без подготовки! По иронии судьбы он попал в одну группу со своей дочерью.

- Маргарита, а ты-то что здесь делаешь? – возмутился отец. – Женщинам можно, но ты не можешь по моей поправке: тебе нет восемнадцати.

- Как ты мог заметить,с тобой сейчас нет Вити, - начала объяснять Маргарита. – Он уехал в Одессу. А я отправилась тебя защищать! Вот так! Вот, вот! Смотри, как у меня хорошо получается!

- Осторожнее, Маргарита, - строго сказал генерал, обучающий военному делу. – Вы хотите убить кого-нибудь из нас, чтобы убивать врагов было уже привычно? Так не пойдет. Да, вероятно, сначала тяжело будет бить по этим гадам, но ведь это дело привычки! Не стоит из-за этого тренироваться на нас.

Маргарита была шокирована, услышав эти слова. Да разве же она хотела убить кого-то из своих? Врагов тоже не будет, ведь ее задача – спасти отца, может быть, даже погибнуть за него!

- Я не собиралась никого убивать.

- Совсем никого? – уточнил генерал. – Это тоже неправильный подход, Маргарита. Смотрите у меня – буду следить! Если за пять сражений никого не убьете, будете отстранены от военных действий с позорным клеймом. А ведь вы – дочь президента! Возможно, вы, живя в Одессе, даже не задумывались о том, что у вас теперь такое почетное звание. Вы хотите замарать его позором?

Маргарите пришлось согласиться с генералом. Но на самом деле она укроется от него так, что он не сможет следить! Но генерал, постоянно придиравшийся к женщине, которая владеет оружием лучше мужчин, разгадал ее замысел:

- Вы и в театре так работаете, Маргарита?

- В смысле? – не поняла женщина.

- Забудьте всё, что было в Одессе! Да, у вас принято отвечать вопросом на вопрос, но всё-таки так с генералом не разговаривают! Ладно, сейчас речь о другом. На репетиции режиссер говорит вам, что делать, а на спектакле вы забываете все его слова? Встаньте сюда. Здесь будете стоять и во время сражения.

Далее он говорил всем начинающим бойцам:

- Понимаю, вам хочется скорее в бой: уже вовсю идет война. Но у вас нет никакой военной подготовки, и поэтому я должен вас научить.

- Как я счастлив, Маргарита! – воскликнул Олег.

- А я и не могла поступить иначе, - ответила дочь.

Но Блисталов имел в виду совсем другое. Он был рад услышать слова генерала о театре. Его вдруг осенило: сражение – это тоже спектакль. Спектакль, в котором большую роль играет импровизация и подтолкнуть к ней может любой партнер. Только здесь из-за неудачной импровизации все может закончиться трагически, а без нее никак нельзя: на войне редко все идет по сценарию.

- Скорей бы на премьеру! – говорил Олег. – Маргарита, мне нравится это дело, и я готов переквалифицироваться! Только бы война продлилась подольше!

- Ты же президент, - напомнила Маргарита. – Ты не имеешь права говорить такие вещи. И вообще, как можно с такой теплотой говорить о войне? Это же ужасный период! А что, если тебя убьют?

- Пусть убивают. Знаешь, я этого даже хочу. Потому что зачем мне это учительство? Обещают счастье, а без театра (и без военного театра) счастья нет. Учительство – символ потерянной жизни.

- Да это постоянное наслаждение! Они вместе собираются, гуляют, дают концерты… Мне Леша рассказывал.

Но Леша упустил один важный момент: у Учителей все расписано, и прогулки с концертами помогают отвлечься от выполнения плана. Назначаются же мероприятия так: один из Учителей записывает эти дела в свой план и зовет остальных, которые не имеют права отказаться, если на это нет действительно уважительной причины. План выполняется в любом случае. Иногда бывает так: пусть Дора запланировала концерт. Ольга объявила ей, что в первой половине дня позовет на прогулку. Но время, в которое Ольга наконец собралась, совпало с концертом. Может быть, Ватрушкины становятся Учителями? Они тоже не могут четко планировать свой день…

- Мне очень не хочется быть одним из Них.

- Может быть, и не будешь!

Маргарита знала: если найдется актер уровня Олега Блисталова, то все встанет на свои места – самого Олега отправят в Одессу и дадут ему сертификат на исполнение одного, абсолютно любого желания. Оно может быть даже противоправным – никто за это наказывать не будет. И против законов Учителей оно может пойти. Олег даже может сказать: «Хочу, чтоб Магисы не стало!» Это тоже исполнится. Вот какое желание Олег загадает, если ему вдруг повезет:

- Хочу, чтобы каждый правитель мог менять Астральную Конституцию в соответствии со своими поправками без сохранения поста!

Олег не будет первым человеком, получившим сертификат без ограничений. Но не найдется во всем астральном мире актер его уровня…

- Не думай, что будет потом, - строго сказала Маргарита. – Живи здесь и сейчас.

- Не могу! Я живу в ожидании премьеры! Вернее, в ожидании первого боя! И у меня нет такого волнения, как перед первым спектаклем… Я испытываю только возбуждение.

***

Маргарита не испытывала таких чувств, как ее отец. Она просто выполняла свой военный долг. А Олег сначала прислушивался к словам своего «режиссера», а потом сориентировался в ситуации, быстро разобрался в аргентинской боевой манере. Вот он встретился с аргентинцем один на один. Господи, как страшно! А что, если на этом все и закончится? Олегу очень помогли его театральные качества. Он представил, что забыл текст и ему нужно срочно выкручиваться. Тогда он сразу нашел выход. Так получилось, что с помощью этого выхода он убил аргентинца. А думал, что не будет… Он и Маргарита были очень похожи. Когда Олег осознал, что убил человека, у него внутри как будто что-то сломалось. Нет, никогда… Никогда больше он не повторит эту ошибку! К ним поспешил генерал. Он сначала забыл о своем обещании следить за Маргаритой, а потом вдруг вспомнил:

- Кто его убил?

- Я! – воскликнула Маргарита. – Я это сделала! Я вас не подвела, товарищ генерал!

Генерал посмотрел на ее лицо, а потом на лицо ее отца, и сразу смекнул, в чем дело:

- Маргарита, почему вы врете? Я дам вам еще один шанс. Вот враг, убейте. Это будет…

Но Маргарита так и не узнала, что стояло за словами «это будет». Аргентинская пуля попала в генерала и оборвала его жизнь. Блисталова испытывала смешанные чувства. С одной стороны, теперь она может действовать по своим правилам. Но, с другой стороны, это был ее наставник, уроки которого помогли ей через несколько минут совершить подвиг, то есть развернуться так, что аргентинцу не удалось убить четырехмесячного младенца, каким-то непонятным образом появившегося на поле боя. Маргарита забрала ребенка к себе.

- И некому тебя наградить, - с грустью заметил Олег. – Что теперь будет с нашей частью? Наверное, что-нибудь придумают. А вот я себя никогда не прощу. Зачем я убил этого гада? Это слишком неудачная импровизация…

- Вот, папа! Я не убивала, но я очень хорошо тебя понимаю… Это действительно ужасно! Я бы точно не выдержала…

А на следующий день Блисталову ждал сюрприз. Она совсем не ожидала, что прославится не только в театре, но и на поле боя.

- Внимание! – объявил громкий голос. – Благодаря подвигу Маргариты Блисталовой вся ее команда переводится в профессиональную часть! Там найдется достойная замена убитому генералу.

- Теперь мы профессиональные актеры, - заметил Олег. – Профессиональные актеры в военном театре! Знаешь, а мне уже страшно. Если бы я перешел из какого-нибудь захолустного театра в «Дельту», то испытывал бы такие же чувства.

- Это уже не игра, - задумчиво произнесла Маргарита. – Начинается серьезная битва.

Мальчика пришлось оставить с Мишей. Вернодумский не стал нарушать запрет и не пошел воевать. Блисталовы поняли: это уже действительно не шутки. Здесь недостаточно той простой защиты, которая была раньше. Им обоим пришлось убить по несколько человек. Ах, как был бы счастлив покойный генерал! Но все-таки он понимал, что чувствуют дилетанты…

- Зачем я это сделала? – рыдала Маргарита. – Я себе этого никогда не прощу!

- Мы с тобой оба – полные идиоты.

Но потом Олег отошел. Он привык убивать людей, и впоследствии это даже стало его любимым занятием. Еще одного, и еще… Эх, хорошо! Еще бы получить какую-нибудь награду, и это совсем замечательно! Но Маргарита никак не могла привыкнуть к своей новой миссии. Она серьезно заболела каду.

Глава 6.3

Каду на войне- не помеха! Главнокомандующий запретил Маргарите ложиться в больницу. Разве можно в такой период думать о чем-то личном?

- Это не личное, это общественное, - попытался объяснить Олег. В эту минуту не дочь защищала его, а наоборот. – Думаете, жертва на войне – это личное дело? Я так не думаю. Она убила человека и не собирается продолжать заниматься такой деятельностью. Ей нужен отдых.

Главнокомандующий стал подробно изучать каду на войне: он еще был совсем неопытным. С таким случаем он столкнулся впервые. И вот он пришел к следующему выводу: никаких больниц! Война – это не такое дело, в котором можно расслабляться! Военных кадутов нужно взять в плен. Так они переживут еще одно душевное потрясение, и поэтому просто не будут думать об убитых людях.

- Да вы с ума сошли! – воскликнул Олег. – А если с ней там будут плохо обращаться? Вы же не знаете этих аргентинцев!

- При чем тут аргентинцы? Это будем мы!

- Теперь понял. К действию готов!

Итак, Маргарита попала в плен к «аргентинцам», которыми оказались ее отец и главнокомандующий. Они строго выполняли свою задачу: обращались с молодой женщиной как положено, то есть не слишком мягко, но и без физического насилия. Но это не принесло никаких результатов: Маргарита осталась кадуткой, а плен на нее даже не повлиял – она, возможно, даже не заметила, что оказалась в таком положении.

- Плохо дело, - заметил главнокомандующий. – Видимо, придется ее убить. Слышишь, Маргарита?

- Да вы… Да я… Я на вас в суд подам! А еще главнокомандующий! Это же моя дочь, болван!

Маргарита за короткое время испытала сразу два потрясения. Первое было, когда главнокомандующий сказал, что он собирается с ней сделать. Молодая женщина поняла: если вдруг исполнится типичное желание кадута, то она больше не сможет помогать плохо подготовленному отцу. Не хочет она этого, совсем не хочет… Как она могла этого желать и ощущать собственную ненужность? Жизнь прекрасна, и она не заканчивается на убитом аргентинце. Кто-то может осудить меня и Маргариту за такие мысли, но такой человек, наверное, никогда не был на поле боя. Кому-то тоже не приходилось воевать, но он, читая книги, анализирует их и понимает: на войне меняются привычные нравственные ориентиры, потому что там уже совсем другие условия. Каждый убитый боец – это шаг к благополучию страны, а Маргарита должна стараться для Бразилии и ее президента. Итак, от каду она избавилась очень быстро. Такое бывает только в военных условиях. И теперь нужно выжить в условиях плена!

Но не пришлось Маргарите разработать свой план: аргентинец назвал ее дочерью, и из-за этого она испытала второе потрясение. Как можно так нагло и глупо врать! Но потом она узнала отца и главнокомандующего и задала один вопрос:

- Зачем? Зачем вы это сделали?

- Чтобы ты избавилась от каду! – ответил главнокомандующий. – Пойдешь убивать людей?

Блисталовы активно вступили в военную деятельность и стали играть по всем правилам. Но как быть с аргентинскими женщинами и детьми? Их Блисталовы все-таки не трогали. Потом они заметили, что так поступают все бразильские бойцы. А вот из-за аргентинцев Маргарите приходилось бороться за жизнь, к тому же она была известной, что однажды обернулось событием, ставшим тяжелым для всей страны. В этом не было вины Блисталовой: так сложились обстоятельства.

Вот как было дело: Блисталовы держались вместе. За несколько часов до начала сражения Маргарита очень долго говорила с Мишей, чувствуя, что вот-вот произойдет нечто ужасное. Вернодумский смотрел на жену и ничего не понимал.

- Маргарита, милая, что-то случилось?

- Случится, дорогой, - отвечала Блисталова.

И не ошиблась… Итак, один из аргентинцев, который тоже был актером и поэтому завидовал Олегу, увидел великих людей и подозвал свою дочь – актрису, завидующую Маргарите. Кстати, ее тоже звали Маргарита: Хосе не случайно выбрал это имя, надеясь вырастить такую же звезду.

- Маргарита!

Блисталова знала, что этот крик адресован не ей: такая ситуация была бы слишком банальной. Хосе крикнул:

- Это они! Блисталовы!

Все аргентинцы, забыв о своих позициях, бросились к актерам. Блисталовы были окружены.

- Молодец, Хосе! – радовался аргентинский главнокомандующий. – Ну, что? Сразу бьем этих двоих или мучаем? Может быть, показываем спектакль? Хосе, Маргарита, давайте ту сценку из «Таинственной вещи», которая стала популярной у Блисталовых! Давайте, а мы посмотрим! Бразилия, сражение окончено! Смотрите наш спектакль! Актеров ваших отдадим, не беспокойтесь! Просьба не совершать военных действий: вернем только при этом условии, когда они профессионально оценят наш труд!

Бразильцы, конечно же, не собирались смотреть спектакль Хосе и Маргариты. Они демонстративно ушли, поверив честному слову. Никто же не говорил, что надо обязательно смотреть спектакль…

- Возвращать не надо: сами дойдут! – бросил главнокомандующий.

Хосе и Маргарита действительно показали сценку из «Таинственной вещи», но профессиональным актерам было трудно это оценивать: сценка была слепым подражанием. Но это же враги! Нужно знать, что говорить можно, а чего нельзя.

- Как вы замечательно сыграли! – выразительно произнес Олег. – Я так не смогу, когда вернусь в театр! А потом…

- Он о себе слишком высокого мнения, - выкрутилась дочь. – Потом он тоже не сможет это повторить. Мне тоже эта роль дается не так легко, как тебе, Маргарита.

- Мы разгадали ваш замысел, - строго произнес Хосе. – Что с вами будем делать? Может быть, вас нужно сразу убить? Или подержать в плену?

- Нам не нужна слава Герострата, - зашипела Маргарита, дочь Хосе. – Лучше в плен…

- А плен – это не слава Герострата?

- Нет. Если мы возьмем их в плен, то вообще не станем известными.

Как оказалось, семья Мореро ошибалась. Печальное сообщение вошло во все новости астрального мира. Хосе и Маргарита Мореро стали отвергнутыми. Их поддерживали только военные, а остальные кричали:

- Да как вы могли! Это же великие люди!

- Неужели война заставила вас забыть об искусстве?

- Позор!

- Не разговариваем с ними!

- Обходим стороной!

- Они не вернутся в театр по окончании войны!

- Сами актеры, а не уважают актерское искусство, фу!

- Да они просто завидуют! – догадался кто-то.

- Совершенно верно! Сами ничего не могут, и поэтому замахиваются на великих!

***

- Пойдете воевать за нас, - властным голосом произнес Хосе. – Иначе убьем.

- Убивайте! – согласился Олег.

- Нет! – возразила Маргарита Блисталова. – Я с вами!

Олег прекрасно понимал, что в таких случаях нужно идти на смерть. Когда Блисталов произносил слово «убивайте», он не думал ни о каком «единственном выходе», а выполнял свой долг. Он не мог поступить по-другому. Но почему же Маргарита, тоже прекрасно знающая военный кодекс, решила его нарушить? Вероятно, на нее действовало то недавнее потрясение. Она решила ни за что не отдавать себя в руки смерти.

- Папа, давай так: ты тоже становишься аргентинцем! Но ведь президент Бразилии не может…

После обсуждения вопроса оба Мореро решили, что это действительно так: президент Бразилии не должен переходить на сторону Аргентины, это невыполнимое требование. Жизнь Олега была спасена. Но находчивыми были обе Маргариты. Маргарита Мореро попросила Блисталова издать указ от имени аргентинского президента – только тогда Олега можно будет отпустить. Она научила его специальному заклинанию:

- Скажите вот эти слова.

Это заклинание говорилось на редком языке и означало следующее: «Предлагаю подписать мирный договор. Бразилия находится в полной зависимости от Аргентины, становится ее частью. Нет больше такой страны, как Бразилия. Есть только Аргентина. Бывших бразильцев и тех, кто воевал, не выпускать. Все бразильские символы уничтожаются».

Уничтожению подлежала и «Дельта»… Война закончилась. Блисталовы попали в другой плен – к аргентинскому президенту, который сказал следующее: «Вы все в Рио сидите, хотя по идее президент должен быть в Бразилиа. А мы все-таки будем в Буэнос-Айресе. Будете помогать мне с управлением, мои зайчики!»

Глава 7.1

В Одессе переживали все, особенно Антон Лазарев и Витя Вернодумкий.

- Не может этого быть! – восклицал Витя. – Неужели мама служит аргентинскому президенту, а Бразилии больше нет? Я не смогу увидеть маму, потому что никого не впускают и не выпускают! За что мне все это, дядя Антон?

Антон тоже был подавлен. Он давно говорил, что на семье Блисталовых лежит проклятие. А Витя не мог даже увидеться с Семой Андреевым. Он так страдал из-за этого! Маленький мальчик уже понял, что значит быть в разлуке с другом. Жизнь как будто остановилась. Антон даже перестал ходить на спектакли Борисова.

- И что я в нем нашел? – удивлялся он самому себе. – Полюбил какого-то бездарного актера! Вот Олег Блисталов – это действительно гений. Я всегда был счастлив быть родственником такого человека, но теперь особенно горжусь этим и очень за него переживаю. Как мог великий актер попасть к аргентинскому президенту? Как его талант уничтожил Бразилию? Нет нам с тобой жизни, Витя. Кажется, нам придется изменить память.

- Нет, Антон, не надо! Я не собираюсь забывать дедушку! Знаешь, какое это преступление – идти против семьи?

Витя был прав: ни в каких условиях нельзя таким образом относиться к семье. Особенно в этом случае. Для чего нужно забыть? Чтобы облегчить свое душевное состояние. Это поступок слабого человека. Если бы Олег был в чем-то виноват, тогда, конечно, его родственники должны были бы совершить сложный нравственный выбор. Может быть, они отреклись бы от провинившегося, но могли бы и провести воспитательную работу. Но тут ситуация совсем другая. Антон хотел забыть совсем невинного человека, которого только что назвал великим актером. Понятно, что положение Олега приносит страдания родственникам, но семья – это самое главное, и мы не должны об этом забывать.

Неуважение к родственникам может привести к печальным последствиям. Иногда мы вспоминаем о них слишком поздно, и для сна на миллион лет это тоже актуально, ведь неизвестно, что произойдет с человеком. Несчастье может случиться уже завтра! А если родственник попал в трудную ситуацию, с которой он не справится до конца сна, нужно его морально поддержать, что и сделал Витя, позвонив Олегу:

- Дедушка, как ты там?

И получил ответ:

- Витя, не звони мне больше! Меня бьют после каждого телефонного звонка! Если начнется вторая бразильско-аргентинская война, я, конечно, не буду в ней участвовать: обязательность этого требования отменилась вместе с моим таким же обязательным назначением на пост бразильского президента. Своим бездействием я верну замечательную страну Бразилию! Витя, все в порядке, только не звони!

Но Витя не верил словам Олега о том, что все в порядке. Он бы позвонил маме, но Маргарита отключила телефон, и поэтому у него теперь не было такой возможности.

***

У Ватрушкиных в связи с трагическим событием снова все перевернулось, но уже в положительную сторону: они вернули все на свои места и стали строго следовать своим планам. Это тоже было вызвано потрясением. Никто не хотел заговаривать об этом первым. И вот решился лучший друг:

- А что говорят бывшие бразильцы? Наверное, говорят: «Вот до чего президент довел свою страну!» А он и не доводил. Он же не виноват, что стал популярным актером! Не повезло, и все… Но почему? Почему эти Мореро решили с ним так поступить? Всех аргентинцев собрали, и вот печальный исход! Теперь, правда, они все – аргентинцы. К сожалению. И что уничтожило целую страну?

- Клара Соуза! – выпалила Даша. – Вернее, не она, а решение Олега. Оно стало для всех роковым.

- Да это все сертификат! – догадался Ватрушкин. – Мы с Олегом очень хорошо поиграли, и теперь приходится расхлебывать последствия… Эх… Никогда не распутается этот клубок! Не распутается, если не найдется актер его уровня.

- А что, это поможет? – устало вздохнула Лилия. – В этом случае вернется Бразилия? Да теперь и правила-то такого нет, потому что нет «Дельты»! Аргентинцы проклятые! Это же такое искусство… И Юлия Егоровна тоже начинала процветать! А что же думает Тайса?

Тайса, как и все бразильцы, осталась без работы и боялась, что это будет продолжаться весь сон, потому что никакого выхода у нее не было. Идти в аргентинский театр она не могла, а ведь бывшие бразильские театры, которые, в отличие от «Дельты», не считались символом страны, теперь стали аргентинскими! Юлия Егоровна испытывала те же чувства. После расставания с Порфирием Вениаминовичем она думала так: «Хорошо, что у меня хоть и нет мужа, но есть работа!» А теперь и работы не было. Вроде все как раньше, но что-то не так. Андреева решила пойти сниматься в «латиноамериканском сериале», как это назвала она сама. Но она постоянно откладывала начало съемок на потом. «Откладываешь, говоришь, что обязательно сделаешь завтра… Все равно сон на миллион лет, поэтому здесь можно – это вам не жизнь! Но задумайтесь: ваше «завтра» и здесь может никогда не наступить. Так произошло и с Юлечкой: Сема заболел, и Юля должна круглосуточно с ним сидеть. Думаю, судьба не случайно послала ей такое испытание: теперь не будет откладывать все на потом! Хотя нет, некоторые даже в таких случаях продолжают, но это уже их проблемы».

Так говорил Порфирий Вениаминович Андреев своей жене Марине Валентиновне Великой. Нет, ни с какой теплотой он Юлию Егоровну не вспоминал: он продолжал следить за ней, считая себя мудрым наставником, но это было не так. Он привык играть эту роль по отношению к своим детям, так почему бы не повоспитывать бывшую жену? Однако Великая этого не понимала. Она устроила сцену ревности:

- Да как ты смеешь! У тебя есть я, Мариночка! Зачем ты мне рассказываешь о какой-то Юлечке? Перестань так делать, иначе мы разведемся!

Порфирий знал, как выкрутиться:

- Ватрушкин тоже говорит Лилии о Джулии, но его отношения с Гонсалес давно остыли!

- Ватрушкин? Он говорит не о Джулии Гонсалес, а об Олеге Блисталове! Что ты думаешь по этому поводу? Олег уничтожил Бразилию!

- Я счастлив, Марина. Теперь моя дочь в Аргентине, в безопасности.

Да, Порфирий Вениаминович все еще не мог смириться с ошибкой дочери. Правда, никто не понимал, почему, по его мнению, Аргентина лучше Бразилии. А ведь сама Ирина давно относилась к своей ошибке спокойно! Андреева осознала, что через это нужно было пройти. Ведь если бы женщина (тогда еще девушка) сразу сказала «нет», то ее сердце говорило бы «да», и с этим трудно справиться. Многие вещи мы понимаем, когда они доходят до сердца, хотя до разума они давно дошли. Почему нужно от чего-то отказаться? Да это же очевидно! Может быть, и очевидно, но следование советам разума прекращается. И только когда какое-то правило стучит в самое сердце, мы очень легко меняем свою жизнь. Так и Ирина – осознав ошибку сердца, она перестала называть Рио-де-Жанейро идеалом. Только Порфирий Вениаминович подкалывал ее по этому поводу.

- Вот и нет ее идеала! – смеялся он, говоря эти вещи Великой. – Как пережила? Не сломалась? А если бы это было в самом начале нездорового увлечения? Даже подумать страшно! А с ее наклонностями? Думаю, тогда ее бы не было в живых! Ей вообще не страшно, когда она оглядывается назад?

- Порфирий, ты опять сменил тему, - улыбнулась Великая. – Сколько можно тебе говорить, чтобы ты так не делал! Понимаешь, какой это ужас? Твоя дочь не в плену у аргентинского президента. Мы сейчас не о ее чувствах. Да… Бедная Маргарита… Я ее так люблю, а она в таком положении! Не переживу… Каждый день вспоминаю ее уроки и понимаю, что в ее отсутствие все выветривается. Мой Мишенька выбрал себе хорошую жену! Если она сможет научить меня всему, то я сразу снова стану не Мариной Великой, а Мариной Вернодумской.

Лишь бы сказать, что кто-то что-то делает не так… Великая очень жестко критиковала мужа за перевод темы. Это было ее больным местом. Но что делает она сама? Вместо того, чтобы говорить об Олеге, вспоминает Маргариту! Порфирий Вениаминович даже сказать об этом боится: они нашли друг друга. Но, во-первых, сначала должна была быть сцена ревности, а, во-вторых, ему было так обидно, что он все-таки решил намекнуть:

- А Олег? Что ты думаешь об этом замечательном человеке, который уничтожил Бразилию?

- Что он замечательный человек, - ответила Марина Валентиновна. – Бразилию уничтожил не он, а аргентинцы. Им удалось поймать президента, вот они и… Противная Маргарита Мореро! И моя дочь носит ее имя? Да, заговариваюсь уже от гнева, но я все равно считаю свою Маргариту дочерью.

Менять имя Маргарита Блисталова отказалась, потому что родилась раньше Мореро. И вообще, что с ней сделают за смену имени? От аргентинцев всего можно ожидать!

Глава 7.2

- Встаем, встаем! – крикнул аргентинский президент. – Нечего долго спать! Так, а почему глаза красные, Маргарита? Получай! Вот тебе! Больно? Так тебе и надо! Вот бумаги. Подписывай. Олег, ты подписывай вот это. Только правильно подпишите, иначе вам не поздоровится!

Бумаги Блисталовы подписывали каждый день, и ни разу им не удалось угадать, всё ли из того, что им дается, нужно подписывать. Пабло Чавес вводил свои законы, и не всегда они совпадали с моральными ценностями. Но все итоги дня он подводил честно: Блисталовым предоставлялось право проверить, что лист с правильными решениями подготовлен заранее. Эта проверка осуществлялась с помощью заклинания.

- Не бейте нас! – умоляла Маргарита. – Мы же не знаем ваших аргентинских правил!

- Что? – вскипел Пабло. – Забыла, что теперь мы все аргентинцы?

- Да, особенно мы! – издевательски заметил Олег.

- Я в том плане, что не бразильцы, а нормальные люди. Понятно?

Раз в месяц пленникам разрешалось выходить на прогулку, где на них смотрели аргентинцы. Прогулка была испытанием: оба боялись насмешливых взглядов. Но не знали Блисталовы, что думают эти люди, в груди которых теснились противоречивые чувства. Что же думали те аргентинцы, которые не были бразильцами? С одной стороны, они радовались победе над давно ненавистной страной. Война окончена, а требования не только выполнены, но и перевыполнены – больше нет врагов! Нет больше этой противной Бразилии! Опозорилась она на весь мир, и это событие откликнулось в сердцах многих людей, даже тех, кто никогда в этой стране не был. Так что в военном отношении аргентинцы были счастливы. В их власти даже находился президент Бразилии, не имеющий права нарушить определенные правила. Но ведь этот президент – великий актер…Аргентинцам не нравилось, что он лишен театральной деятельности. Никто не стал ненавидеть Олега, когда он стал президентом Бразилии и автоматически получил гражданство этой страны.

А ведь о гражданстве я вам еще не рассказала! Конечно, в обычных условиях его можно получить, проживая на территории страны более ста лет, но Олег отказался от такого поступка. С президентами все гораздо сложнее: они обязательно должны родиться на территории страны, кроме особых случаев, которые произошли с Селедкой и Олегом Блисталовым. Но последнему удалось преодолеть манию школьной реформы, нападающую на всех подобных президентов. А гражданство такой человек приобретает автоматически.

Так вот, аргентинцы, обожающие искусство, не могли больше терпеть этот беспредел. Они решили обратиться к Мореро, чтобы узнать у них, какие слова нужны для создания закона, по структуре подобного подписанному Олегом Блисталовым.

- Зачем это вам? – строго спросил Хосе. – Зачем вы пришли к нам целой толпой? Что вы хотите от Пабло Чавеса? Почему он сам не может подписать свой закон?

- Мы просто спрашиваем, ведь вы и ваша дочь – люди, использовавшие заклинание с большой целью. Мы хотели повторить ваш подвиг.

Казалось, что спасение Олега настало, но на самом деле это было не так: аргентинцы не могли догадаться, какие именно слова переводить на специальный язык. Возвращать Бразилию им все-таки не хотелось: пусть великий актер теперь играет у них! Нет президента – нет проблем!

- Может быть, все-таки отпустить его на все четыре стороны? – предложил один из аргентинцев.

- Ага, и будет снова президентом, - возразил другой. – Ему же нужно отработать, и неважно, где!

- Да не может он теперь работать: нет у него теперь таких привилегий! Если вернется, ничего страшного не произойдет. Не сможет он быть президентом: срок отработки с него снят!

Но Магиса все-таки учитывала теперь уже бездумное (надоело пытаться угадать) подписание бумаг, не снимая никаких сроков. Для нее Блисталов продолжил быть президентом. Ах, если бы она могла к нему прийти и сказать об этом! Тогда бы Олегу стало гораздо легче. Но нет, не является Магиса больше трех раз… Если она нарушит это правило, все сразу проснутся. Однако есть у нее специальные условия для нарушения: она должна найти свой символ и думать о нем весь остаток сна. Вот тогда она будет приходить всегда, когда посчитает нужным.

Но вот один храбрый аргентинец Сантьяго Коас все-таки решился пойти к Чавесу. Он посмотрел на Блисталовых и чуть не заплакал: непривычно было видеть великих актеров в таком положении. Но вот он собрался и сказал:

- Пабло, повторяйте за мной!

- Зачем? – удивился Чавес. – Делать мне больше нечего?

Сантьяго от волнения сказал совсем не то, что хотел, за что потом очень себя винил. Он говорил на нормальном испанском языке, а не на редком:

- Следующую войну будем вести честно. Договорились? Никакие Мореро не смогут нам помешать! Мирные договоры так внезапно не подписываются! А война будет такая: за освобождение Блисталовых. Большего мне не надо.

- С ума спятил? – закричал президент. – Блисталовы не будут освобождены!

- Я подпишу бразильцев!

- Кого? Нет такого слова! Помнишь, что полагается за его упоминание? Расстрел! Посиди пока с ними, повозись с этими бумагами.

Но, конечно, возиться с бумагами Сантьяго совсем не хотелось. Он просто смотрел на Блисталовых, завидуя их счастью, ведь они живы… И вот подошел президент вместе с палачом. И вот Сантьяго убит. Но бразильцы узнали, что он сделал, и решили побороться за свою страну. Была объявлена вторая война.

Сами Блисталовы не участвовали в борьбе за свое освобождение: они по-прежнему находились в плену у Пабло Чавеса. Можно было сказать, что в Аргентине началась гражданская война между поклонниками и ненавистниками актерской династии Блисталовых. Но теперь все было честно – Мореро не имели права никого обманывать.

- Что произойдет, когда мы станем свободными, Маргарита? – спросил Олег. – Не знаю точно, но Магиса говорит, что актриса, претендующая на звание, есть, только она сейчас не работает. Может быть, всё и наладится…

- Есть актриса? Счастье-то какое! Значит, моя жизнь налаживается, потому что к тебе пришла Магиса!

Магиса действительно пришла к Маргарите. Возможно, именно из-за этого решились аргентинцы на серьезный шаг. Может быть, просто так совпали обстоятельства. Я так и не узнала, что добрая фея сказала Маргарите. Но почему Блисталова сообщила о ее присутствии, но совсем не говорила о подробностях? Это очень странное поведение…

А у Ватрушкиных опять стало что-то происходить. Теперь было невозможно заниматься спокойной деятельностью. Вновь Даша злилась на своих родителей, но теперь они, казалось, были счастливы. Счастливы, и поэтому мешали… Постоянно разговаривали Лев и Лилия.

- Да перестаньте вы! – возмутилась Даша. – Ваши языки еще не устали? Хожу как в тумане! Вот это что? Стихотворение! Стихотворение, написанное под вашу болтовню! И почему вы перестали выходить из дома вместе? Тогда бы у меня была нормальная жизнь…

- Но нам же хочется выплеснуть свои эмоции, - пытался объяснить Лев. – Мы ждем, когда Олег к нам вернется, думаем, что же это за актриса, которая начинает достигать его уровня. Уж не ты ли это, Лилия? Что-то ты у нас процветать на сцене стала!

- Да ладно тебе, - засмеялась Лилия. – Это ты еще не знаешь, что такое настоящее процветание! Вот было у меня такое в молодости – ни с того ни с сего стала играть гораздо лучше обычного и победила свою соперницу по сцене! У меня всегда было минимальное отставание, и я не знала, что с этим делать. И вот вдруг пришло Просветление. Наверное, это после недельного перерыва в актерской деятельности.

- Это неправда, - заметил Лев. – После перерыва играют хуже.

Но я не могу сказать, кто из них прав. Думаю, Лилия отличалась тем, что ей не нужны были долгие репетиции: из-за них спектакль надоедал. Ей нужно было так: поковырялась в спектакле, поняла, как нужно его играть, закрепила два-три раза, и теперь строго по расписанию! Иначе погаснет огонь… А Лев никогда не бывает доволен своей актерской деятельностью, поэтому ему бесконечные репетиции очень нужны, и тогда на спектакле он покажет высший класс.

Но Даше мешал об этом размышлять «ватрушкинский треп» - так она назвала разыгравшуюся болезнь своих родителей.

Глава 7.3

- Сегодня тему предлагаю я! – заявил Цукерберг. – Будем изучать теорию войны, чтобы примчаться на помощь! Лева, тебе можно: теперь Олег уже не президент. Кстати, что будет, если его освободят? Давайте пофантазируем на эту тему! Будет ли он президентом, Фира?

- А смысл? – вздохнула девушка. – Президентом какой страны? Он был президентом Бразилии, а теперь этой страны нет…

- Это считается! – прокричал голос какого-то невидимки. – Я точно знаю! Он сейчас президент Аргентины, а потом будет президентом Аргентины, не исполняющим свои обязанности по особым причинам!

- Кто не проверился на одессита? – строго спросил Цукерберг. – У нас одесская, группа, молодой человек, - это закрытая организация! Хотите попасть?

- Конечно, хочу, ведь я Валера!

Да, это был тот самый бывший шевелевец. Уже давно он отсидел свой срок, но только теперь решил явиться к старым знакомым.

- Мне вас очень не хватало, когда я сидел в тюрьме! – воскликнул Валера. – Простите меня за все! Пожалуйста, примите меня обратно!

- Чего? – удивился Цукерберг. – Никогда! Идиот, ты убил Свету! Опять будешь говорить, что она сама? Нет, это твоя страсть к ремонту! В тяжелый период такое вытворять! Члены группы сказали, что они тебя никогда не простят. Есть еще какие-то вопросы?

- Но…

- Ша! – заорал Цукерберг. – Есть еще какие-то вопросы или ты на грубость нарываешься?

- Дайте объяснить! – жалобно произнес несчастный. – Я раскаиваюсь во всем этом! Хотите, расскажу, что я чувствовал в те пятьдесят лет в тюрьме? А что думал потом?

Цукерберг решил посовещаться с остальными одесситами. Остальные знали: Валере нет прощения, ведь из-за его мании группа лишилась главной красавицы! Но послушать его они все-таки захотели – «для посмеяться».

- Конечно, попав в тюрьму, я не понял, за что, - начал Валера. – Это логично: я был просто шевелевцем, у которого отсутствуют моральные ценности. Очень тяжело мне было. Самым буйным арестантом был! Но сбежать не пытался. Видимо, в душе понимал. Вспоминалась Одесса. Со мной не было вас, и единственным способом заглушить тоску был глубокий анализ той ситуации. Все чаще и чаще я думал о Свете, а потом стал более буйным именно из-за этих мыслей. Они не заглушили мою тоску, они просто с ней соседствовали. Вы, наверное, даже представить себе не можете, как это тяжело! Если в голове маячит какая-то одна мысль, то от других влияний внешней среды можно сойти с ума! Так произошло и с мыслью о Свете. Я сам не знаю, почему раньше говорил всем подряд о ремонте. Наверное, от отчаяния: никак не мог найти работу. Но это не самая большая трагедия в жизни. Даже не думал, что Света так эмоционально отреагирует: все относились к этому терпимо. Почему-то, когда это произошло, я даже не почувствовал никакой вины. Вам может показаться, что причина этого явления уже объяснена, но ведь тогда я еще не был шевелевцем! Наверное, потому, что не сразу осознал… Да, насчет Алексея Андреева я все понял сразу: зачем Сабина Витальевна прикопалась к невинному мальчику? Но Света не давала мне покоя. Как перед ней оправдаться? Я решил, что сделаю это таким способом: достойно выдержу все испытания, справедливо посланные судьбой. Зачем тревожить и без того измученное сердце бедной девушки, которая, как и я, тоскует по Одессе? Это все равно что убить родную сестру! Эта истина дошла уже после выхода из тюрьмы. Я думал, что в Одессе стану счастливым, но этого не произошло: стало еще хуже. Одна Света занимает мои мысли, эта ни в чем не повинная девушка… Я совершил роковую ошибку и теперь уже никогда не стану прежним… Никогда… без вашей помощи. Ефим, я знаю, что благодаря вам вернусь к жизни. Пожалуйста, простите меня за то, что я был дураком!

Эта речь разжалобила всех, кроме самого главного человека в группе. Никто не знал, что делать в таком случае: подобных разногласий еще никогда не было.

- Может, пригласим кого-нибудь? – предложил Мойша. – Он разрешит наш спор! Может быть, его закон важнее законов группы!

- Ты предлагаешь на время сделать закрытую группу открытой? – сострил Цукерберг. – Возможно, ты прав. Валера, решение случайного незнакомца, который сюда войдет, будет судьбоносным для тебя. Свою идиотскую речь ты мог бы и подготовить: экспромты нам не нужны. Сидим, ждем! Одесская группа, все мероприятия на сегодня отменены!

Цукерберг знал, что ждать придется долго, поэтому предупредил одесское население. Кто-то заинтересовался зданием, посмотрел на него и сказал, что через пять минут придет. Прошло две недели, а его все не было… Некоторые хотели уйти.

- Нет, нет! – закричал Цукерберг. – Мы же договорились! Или будем нарушать правила?

Но нарушить правила никто не рискнул. Все терпеливо ждали: таковы законы одесской группы. Но вдруг пришла проверка.

- Почему в закрытой группе не закрыта дверь? – строго спросил Долгов. – Почему я могу спокойно сюда зайти? Ефим, это вы здесь главный? Объяснитесь, пожалуйста!

- У нас спор о Валере, - бросил Цукерберг. – Нужно ли нам принять убийцу обратно в группу? Валера, повтори, пожалуйста, свою речь!

- Я не могу этого сделать, - вздохнул несчастный.

И тогда все члены одесской группы стали просить за него. Но лицо Долгова оставалось неизменным. Цукерберг торжествовал. Казалось, Валера сейчас заплачет. И вдруг он выпалил:

- Осуждаете, а сами то же самое делаете!

- С этого места поподробнее, - строго сказал Кирилл Юрьевич. – Валерий, вы должны прекрасно понимать, что никто не собирается доводить вас до самоубийства. Разве простое изгнание из группы может стать причиной такого противного поступка? Я думаю, нет.

- А я думаю, да, - вздохнул Валера. – Измениться самостоятельно я не в силах. Членам одесской группы уже было сказано, почему. Пожалуйста, повторите! Этим вы покажете свою любовь ко мне, свою готовность взять меня в группу!

Все одесситы встрепенулись и начали по памяти воспроизводить речь Валеры. Каждый понимал: человеку нужно выйти из кризиса, искупить вину перед Светой, начать жить как раньше. Если бы в группе был Олег, он бы сказал, что последнее невозможно. Он бы привел в пример свой собственный опыт:

- Я вот хотел вернуться к прежней жизни, но не смог. Нельзя начать новую жизнь, а также нельзя начать старую.

Валера тоже прекрасно понимал эту истину: осадок в его душе останется навсегда.

- Не будь таким пессимистом, - улыбнулся Цукерберг. – Ты же знаешь, какой я хороший психолог. Да, нельзя так говорить о себе, но я ориентируюсь на общественное мнение. Может быть, это и неправильно. В этом отношении ты сам должен сделать свой выбор. А из кризиса я тебя вытащу – не переживай! У тебя перед глазами пример остальных членов одесской группы.

- Это верно, - согласился Валера. – Но срок… Я боюсь, что просто не выдержу!

- Да, наш прогресс нельзя увидеть невооруженным глазом, но все-таки он проявляется на каждом занятии. Понял? Давай сейчас обсудим другую тему, а индивидуально я тебя приглашу. Кирилл Юрьевич, а вы?

Полицейский даже обиделся на Цукерберга за такие слова – у него-то какой кризис? Даже ни одного серьезного испытания, а тут вдруг какое-то лечение! Нет, никакие психологические курсы не нужны Долгову! Тем более, полицейский обладает хорошей подготовкой.

- Вы не поняли, - улыбнулся Цукерберг. – «Психологические курсы», как вы изволили выразиться, я провожу только для тех, кто действительно в этом нуждается. Остальные никак не могут попасть на индивидуальное занятие. Да, даже проверку не пускаю! Итак, для тех, у кого все нормально, я провожу обычные дружеские встречи. Чтобы понять, как они проходят, можете поприсутствовать на одной из них.

Кирилл Юрьевич заинтересовался. Он спросил, какая тема сегодня вынесена на обсуждение, и получил ответ: бразильско-аргентинская (одесситы признавали Бразилию) война за освобождение Олега Блисталова, актера и президента.

Глава 8.1

- А ведь аргентинская ситуация лучше, - заметил Кирилл Юрьевич. – Я слежу за новостями.

- Тогда вопрос президентства Олега снимается, - улыбнулся Цукерберг. – Что же, так даже лучше – срок пройдет, а Олег так нормально и не поработает! Кстати, насчет срока: может быть, его тогда отпустят? Актрису его уровня я знаю. Вот несчастный человек! Но сейчас мы о другом. Кто хочет высказаться по этому вопросу? Что вы думаете о ситуации с Олегом Блисталовым и о войне за его освобождение? Чтобы не было никакого дискомфорта, спрашиваю: тема всем понятна?

Все заметили изменение в поведении Цукерберга. Он как будто для кого-то старался, и поэтому его речь звучала фальшиво. Это привело к возмущению Кирилла Юрьевича:

- Либо группа закрывается, либо здание получает статус школы!

- При чем тут школа? – испугался Цукерберг.– Ребята, с Кириллом Юрьевичем все в порядке? Разве это похоже на школу? Мне так не кажется.

Но Долгов продолжал гнать свою линию:

- В школе же нужно спрашивать всех, а не только тех, кто хочет ответить. И тема должна быть изучена на прошлом уроке. Тот, кто ее не изучил, автоматически получает двойку.

И тут все поняли, почему Долгов так говорит: Цукерберг включил учителя.

- Ладно, давайте сменим тему, - предложил капитан Ец. – Давайте как обычно, друзья! Покажем Кириллу Юрьевичу, что мы на что-то годимся!

- А вот этого как раз делать не надо, - строго заметил полицейский. – Забудьте о моем существовании, и тогда все у вас пойдет по плану! Очень хорошо помню свой хореографический конкурс. Да, в начале сна я твердо решил заняться хореографией, но ведь это было самое начало, и я даже не сомневался в своем последнем месте. Четвертое из пяти! Обошел я все-таки одного человека! И мы танцевали в одном стиле… Встречаемся на следующем конкурсе. Я думаю, как обойти главного соперника, и проигрываю ему. И так еще два раза! Почему я победил в первый раз? Потому что не знал о сопернике!

- Вот мы и задали другую тему, - обрадовался Цукерберг. – Говорим о конкуренции нескольких человек в составе большой, официальной конкуренции. Лева, я бы мог привести в пример тебя и Лешу Андреева: вы двое в общей вокальной группе. Но…

- Но это осталось в прошлом, - вздохнул певец. – Леша поет только оперу, да и то очень редко. Что случилось? Ведь раньше он так хорошо выступал и с эстрадными, и с оперными номерами!

- Этого никто не может объяснить, - вздохнул Цукерберг. – Видимо, что-то в нем перевернулось.

- Эстраду не любят многие оперные певцы, - включился Кирилл. – Они считают ее низким жанром. Но так не говорит ни один одессит: мы же любим творчество Ватрушкина!

- Вот так и проходят встречи, - улыбнулся Цукерберг. – Вам может показаться, что это просто разговоры, но мы объединены общим горем, поэтому наши разговоры имеют особый смысл. Возможно, вы меня и не поймете…

Но Кирилл Юрьевич почему-то прекрасно понимал, несмотря на то, что в его жизни не было никаких трагедий. Ему удалось прочувствовать ту самую особую атмосферу, о чем он и заявил членам одесской группы. Цукерберг отметил, что это очень хороший результат.

- А теперь давайте все-таки обсудим Олега, - предложил капитан Ец. – Кирилл Юрьевич, хотите попробовать поучаствовать?

- Я с удовольствием! – обрадовался Кирилл Юрьевич. – Вот что я думаю по этому вопросу: война за освобождение будет проиграна. Олега оставят в заключении. Ничего плохого в этом нет: ему засчитывается срок президентства. Вот пройдет четыре года, и можно будет вернуться. Думаю, актрису можно будет подготовить – пусть работает в «Дельте»!

Кирилл Юрьевич не учел одного: для Олега это было бы позорное возвращение. Так думали большинство членов одесской группы. Но у Цукерберга было свое мнение на этот счет: президентом Блисталов стал совершенно случайно, поэтому ему незачем держаться за эту должность. Даже после поражения возвращение будет победным, ведь актер вернется на сцену, а возрожденную «Дельту» передаст достойной актрисе, которая, возможно, заочно прошла школу. Интересно, кто же это такая?

- А Бразилию все-таки жалко, - вздохнул Валера. – У меня с ней столько связано!

- Это вы еще представить себе не можете, что чувствуют Виктор Вернодумский и Антон Лазарев, - вздохнул Цукерберг. – Они думают, что не выдержат эти четыре года. Но ведь Лазарев не должен постоянно в этом жить! Он может отвлекаться, ходить на спектакли Борисова… Вот про Витю я все понимаю. Да, вы можете возразить, сказать, что в астральном мире нет явного отличия детей от взрослых… Но Витя еще не дорос до того периода, когда можно так говорить. Немного запутанно объясняю, да? В общем, сейчас эти четыре года будут для него тянуться в одиночестве, в непонимании… Бедный мальчик! Будем надеяться, что клубок все-таки распутается. Будем надеяться, что Олег вернется с победой!

- Какая же это победа, когда нет Бразилии? – возразил Лев. – Нужно разобраться в этом вопросе!

- Ты неисправимый оптимист, - вздохнул Цукерберг. – Но, к сожалению, сейчас это неуместно.

Капитан Ец знал: Бразилию эти Мореро уничтожили навсегда. Почему же с ними никто ничего не делает? Неужели действия, совершаемые на войне, не являются преступлением? К сожалению, да: именно так написано в Конституции Магисы, совсем недавно подправленной Олегом Блисталовым.

- И чего вы возвращения ждете? – напомнил Лев. – Совсем забыл с этими событиями! Он же потом станет Учителем, сменит Шуя Джена!

Цукерберг же ответил, что для этой цели вовсе не обязательно оставаться в Бразилии. Правда, в Одессе запрещена учительская деятельность: в этом городе постоянно работает Ольга и когда-то работала Дора. Конечно же, привлекать новых Учителей просто бессмысленно. Все-таки не сможет Олег вернуться, как считало большинство членов группы… А какой же театр он найдет там, неизвестно где? Это уже будет не «Дельта» и не «Золотая рыбка». Точнее, только не «Золотая рыбка», ведь о «Дельте» нет смысла говорить... Нет, никто из одесситов не шутил, что теперь они выиграли соревнования: эти люди прекрасно понимали, над чем можно смеяться, а над чем нельзя. А результаты были возвращены. Читатель еще не знает, что Великая сделала это после свадьбы с Порфирием Вениаминовичем.

- А почему бы и нет? – засмеялась она. – Разве плохо, что у нас есть победитель? Если бы не Александров, я бы по другим критериям оценила точно так же. А Ватрушкин просто не дотянул… Ничего, когда-нибудь попробует отыграться!

Она говорила такие слова еще до начала войны. Казалось, уроки Маргариты наконец смогли принести пользу: Марина Валентиновна начинала расцветать и по-доброму относиться к людям. Но все испортил Порфирий Вениаминович:

- Я вот вообще не понимаю, как можно оценивать таких бездарных людей. Если бы не эта такая же бездарная Паула Диас, о которой почему-то все плакали, ты бы все по критериям перепроверила, и были бы совсем другие оценки! Кстати, а что тебе мешает сделать это прямо сейчас? Покоя не дают эти высокие баллы!

Марина резко возразила. Теперь она понимала, в чем талант замечательных людей из «Дельты» и «Золотой рыбки», и в Одессе был только один человек, который не любит Ватрушкина. Это, конечно, не стало основанием для разрыва, но подпортило их отношения. Великая не знала, что делать. Вроде бы поступает по совести, но сталкивается с подобным непониманием со стороны любимого мужа… Как же поступить? Что должна сделать женщина, чтобы вернуть доброе расположение супруга?

- Жить как я, - объяснил Порфирий Вениаминович. – И как мы жили раньше.

А потом началась бразильско-аргентинская война. Да, тогда еще существовала Бразилия. Никто даже не думал, что она может полностью исчезнуть.

- Маргарита уедет! – жаловалась Великая мужу. – Как же это так? Мне с ней было так хорошо! Теперь у меня не будет никакой опоры… Как печальна моя жизнь! Порфирий, ты даже представить себе не можешь…

- Только без этого, пожалуйста, - строго сказал Порфирий Вениаминович. – Давай договоримся, что ты, любимая, не будешь жаловаться на жизнь.

- Что? А для чего же тогда муж?

Взлетал самолет Маргариты. Видимо, без нее Марине Валентиновне действительно было очень плохо, поэтому она забывала все уроки мудрой молодой женщины. Общий язык с мужем был сразу найден.

- Вот теперь ты хорошо себя ведешь, - говорил Андреев, как бы напоминая жене, что когда-то она вела себя «плохо».

- Порфирий, это неправда! Я собой очень недовольна. Даже не понимаю, почему со мной такое произошло. Наверное, все дело в Маргарите.

А узнав о происшествии с Блисталовыми, Великая совсем сломалась… Видимо, теперь она никогда не станет прежней. Но почему достойно выдерживает это испытание сын Марины Валентиновны и муж Маргариты, Михаил Вернодумский?

Глава 8.2

Пабло Чавес объявил своим пленникам, что война за освобождение не может длиться слишком долго, и сегодня по Конституции Магисы последний день этого противостояния. Возможно, бойцы об этом даже не знают… А перевес был на стороне Аргентины. Если бы Олег прочитал всю Конституцию, он бы наверняка исправил в ней статью о максимальной продолжительности такой войны! Но ведь тогда он еще был свободным человеком… Когда-то это было. Олег сначала мирился с положением пленника, но потом вспомнил о тех временах, когда все было хорошо… И почему назначение на неприятную должность, о которой многие мечтают, когда-то его мучило?

- Маргарита, а ведь когда-то мы были свободными, - с грустью напомнил Олег.

- Да, такое время было, но оно прошло. Мы не должны жаловаться: теперь нам предначертана такая доля. Наши звезды погасли.

- Маргарита, но я так хочу вернуться в театр! Неужели этого никогда не будет? Нет, Высшие Силы нас не оставят! Мы победим!

Тем, кто знал Конституцию, было интересно, чем же закончится эта история. Военные действия еще не свидетельствовали об окончательном исходе: бывшие бразильцы отчаянно продолжали сопротивляться. Они не собирались отступать, несмотря ни на что. Сегодня что-то перевернулось – бразильские дела пошли гораздо лучше. Как испугались аргентинцы! У них уже не было сил. Только аргентинский боец, недавно вышедший из больницы, смог показать все, на что он способен. Этот человек был последним героем бразильско-аргентинской войны: он убивал всех подряд, не думая об опасности. Подобное ведение войны не нравилось Блисталовым, ведь они прекрасно понимали: от режиссерского плана нельзя отступать ни при каких обстоятельствах. Никак не могут понять, что это совсем не театр! На войне отступления от планов режиссера-главнокомандующего иногда награждаются! Но не все получают эти награды… Не побоялся аргентинец – погиб за победу своей страны! Именно его героические действия привели к тому, что Магиса объявила:

- По правилам Конституции, отредактированной помощником Пабло Чавеса, война больше продолжаться не может. Если подвести итоги, станет очевиден результат: Олег Блисталов не может быть освобожден, потому что его сторонники не могут похвастаться достойной борьбой за него. Но ограничения на въезд и выезд отменяются. Всё остальное без изменений.

Для бывшей Бразилии это стало настоящей трагедией… За этим последовало увеличение алкоголизма, наркомании, каду, самоубийств…

- И что делать с такой страной? – спрашивал Пабло Чавес. – Оставлять ее себе – позор для Аргентины! Пусть мучаются! Но только через много лет, потому что сейчас для возвращения Бразилии нужна твоя свобода, Олег.

Хоть какая-то надежда на лучшую жизнь – Бразилия вернется! Но не могут Блисталовы сообщить об этом остальным… Они только узнавали от Чавеса последние новости. А то, что президент Аргентины сообщил об Ирине, шокировало даже обычно спокойную Маргариту…

Вот как было дело: Ирина услышала о результатах войны и долго плакала. Сема же никак не мог понять, в чем дело. Стоит отметить, что он вообще не принял уничтожение Бразилии – для него эта страна по-прежнему существовала. Ребенок привык к определенным знаниям, поэтому они оставались для него неизменными. И пленение Олега он переживал очень тяжело, и, конечно, ту войну, которая к этому привела. Ирина всегда его успокаивала. Но тут плачет она сама… Сема понял: снова произошло что-то серьезное.

- Не говори! – зарыдал мальчик. – Мне все равно, что происходит в этом несправедливом мире!

- Нет, не все равно, - строго сказала Ирина. – Мы проиграли. Теперь нет никакой надежды на освобождение Олега. Следовательно, поддерживать его я тоже не должна. Зачем же нам здесь оставаться? Вернемся в Одессу, забудем все, что с нами было… Да, у меня за время сна сформировалась потребность дружбы с этим актером. Но ведь Борисову нужна какая-то поддержка! Да, понимаю, Борисов… Тьфу! Кто его только актером назвал? Но я же привыкла…

- А я привык, что люди не предают друзей, - удивленно заметил Сема. – Мы вынуждены оставаться здесь.

Ирина на своем опыте знала, что на детей нельзя кричать ни при каких обстоятельствах, но тут все-таки не сдержалась: так ее оскорбили слова мальчика. Вероятно, агрессия была вызвана тем, что женщина осознавала неправильность своего решения, но по-другому никак не могла. Ирина не только накричала на сына, но и избила его.

- Ты дура! – воскликнул Сема. – Ты же никогда такой не была! Я больше не считаю тебя своей мамой!

- Что?

Очень трудно было вывезти Сему, но этот процесс не стоит подробного описания. В общем, Андреевы вернулись в Одессу, и об этом узнали Блисталовы…

- Предательница! – воскликнул Олег. – Пабло, позвони Ирине и скажи: наша дружба разорвана! Как она могла нас бросить? Согласна, Маргарита?

- Конечно! – согласилась молодая женщина. – Но только не думай, что это судьба нас так обижает. Наоборот – мы становимся сильнее. Ирина – это прошлое.

А сама Ирина даже не понимала, почему ее так встретили в Одессе и даже не взяли в «Золотую рыбку». О ее предательстве узнал весь мир – имя Ирины Андреевой оказалось под запретом. Досталось и Семе. Мальчик прекрасно понимал, в чем дело, и пытался объяснить, что он ни при чем – это мама во всем виновата.

- Если ты вернешься в Аргентину, тогда поверю, - сказал какой-то незнакомец. – Но не думаю, что ты решишься на такой серьезный шаг.

- Решусь! – воскликнул Сема.

Это «решусь» так же, как и предательство, разнеслось по всему миру. Никто не верил, что это действительно произойдет. Чавес сообщал все новости. Блисталовы знали, что Сема не подведет: он способен пойти против матери, если знает, что она неправа. Разговоры между сыном и матерью прекратились сами собой. Только однажды Сема спросил:

- Мама, а ты ведь назвала меня Семой в честь какого-то своего друга?

- Да. У Семы Каца, оказывается, очень необычное восприятие – каждый день недели у него имеет свой цвет.

- Он еще и ненормальный? – возмутился Сема Андреев.

- Почему ненормальный? У меня тоже такое восприятие, только у нас цвета различаются…

- Тогда не Кац, - вздохнул Сема.

Ирина так и не поняла, что же ее сын имеет в виду. А он хотел поменять фамилию, может быть, тоже стать Семой Кацем… Не знал он, что в реальности, возможно, какой-то Кац желает превратиться в Андреева! Узнав о ненормальности члена одесской группы, мальчик решил поменять и имя.

- Буду Олегом Блисталовым! – воскликнул он.

Но мальчику не разрешили зарегистрировать имя знаменитости. Тогда он стал думать, как же назваться… Может быть, взять имя друга? Саша! Саша Кулаков!

- Александр Романович, у вас, вероятно, ко мне еще какая-то просьба?

- Да… Я больной ребенок. Это незаметно, но совсем скоро начнет сильно проявляться. Очень прошу выделить необходимые средства.

Саша Кулаков, бывший Сема Андреев, проявил свои актерские способности и смог разжалобить старую тетю. Так у него появились необходимые средства, чтобы поехать в ту страну, название которой очень сложно определить…

- В Бразилию или в Аргентину…

Мальчику пытались объяснить, что нет больше Бразилии, но он продолжал гнуть свою линию:

- Бразилия есть!

Наконец он сдался:

- Тогда в Аргентину, но Бразилию не отрицаю.

Так Сема покинул Ирину, и женщина осталась совсем одна. Весь мир против нее! Что же делать? Учителя тоже не помогут: они ее осуждают. Тогда Ирина ударилась в преступную деятельность, и у нее появилось множество единомышленников.

- Прощаем! – говорили они. – Так хорошо воруешь!

Но, к сожалению, Ирина оставалась незамеченной для стражей порядка, поэтому через несколько месяцев привыкла к такому образу жизни и уже не могла вести себя по-другому. Если бы Олег об этом знал, ему было бы очень стыдно – до чего довели эти игры с сертификатом! Но о падении Ирины было известно только определенным преступным группировкам. Она достигла успеха в своем «деле» и, казалось, была счастлива.

Саша, которому теперь запретили снова называться Семой, устроился очень хорошо – его приютила добрая женщина, которая, в отличие от Ирины, учила истинным моральным ценностям.

Глава 8.3

Почему Магиса признала актрису уровня Блисталова недееспособной? Почему теперь все пойдет кувырком?

- Дело в дочери, - говорила фея.

И никто не мог сказать, что же означают эти странные слова. Дочь каким-то образом повлияла на маму? Это было так, и никто не мог ничего объяснить. Именно такие слова говорил Пабло Чавес своим пленникам, один из которых уже через месяц будет вынужден отправиться в другой плен: придется ему все-таки стать Учителем.

- Как я этого жду! – говорил Олег. – Там есть хоть какая-то свобода… Мне кажется, смысл жизни именно в этом. Каким же дураком я был, когда считал, что не смогу жить без театра! Ни одна тюрьма не совершала такого переворота в моей душе… Может быть, на меня действует характер Пабло? Или то, что нет больше моей любимой страны, моего идеала? Или сам факт, что в таком положении оказались только мы с тобой? Бедная Маргарита! Тебе мучиться всю жизнь!

- Да нет! – воскликнула Блисталова. – Я зарегистрируюсь и буду с тобой! Леша говорил, что так можно. Дора говорила о его регистрации в целях твоего спасения, но ты все-таки выбрал другое решение. Кстати, с какой целью ты женился на Кларе? Это должно было стать выходом из положения!

- Думаю, пришла пора признаться, Маргарита… Я отнял у Борисова голос. А Леша именно из-за меня чуть не умер.

И Олег рассказал во всех подробностях, как это происходило.

- Актерский закон тоже из-за меня введен, и с этим ничего нельзя сделать. Хотел счастья «Дельты», а получил…

Маргарита напомнила отцу, что Лотра всегда исполняет любые желания людей из своего окружения, а Блисталов совсем скоро в это окружение попадет! Да, тогда потеряется весь смысл отмены актерского закона для него, но ведь можно хотя бы соединить Маргариту и Витю, а то игра с сертификатом кончится тем, что мальчик опять заболеет! Олег продолжил рассказ:

- Естественно, планировалась проверка. Я испугался надолго загреметь. Да, загремел ненадолго, но за вранье – сказал сыну той умершей Марии да Силва, что я украл его часы. Потом, зная, что Клару Соуза убьют, женился на ней за день до суда. Это все было ради получения еще одного сертификата. Голос я Борисову вернул, от проверки избавился. Только о президентской обязанности не знал, вот и получилась чепуха. И об обязательном условии смены Конституции не догадался… Но разве можно преступным путем прийти к учительству? Что-то здесь не так.

Маргарита понимала: все не так. Она была шокирована поведением своего отца и заявила, что ни при каких обстоятельствах не станет регистрироваться: лучше уж находиться в заточении.

- Разве для этого сертификаты даются, дурак? Только из-за тебя я сюда попала! Ты наказан по заслугам, а мне-то все это за что? За то, что не смогла своевременно помочь свекрови? Но у нее очень запущенный случай – здесь может потребоваться и тысяча лет.

- Маргарита, я уже понял, какую глупую ошибку совершил. Мне просто хотелось таким поступком показать, что меня совсем не волнует смерть Дианы. Но это не так. Я виню себя в этой трагедии. Только себя, а не Борисова. Неправильно я понял Степана Владимировича… Отрекся от жены, чтобы не было больно жить с изменницей. Это привело к печальному результату. Ты тоже плакала, но ты даже представить себе не можешь, какая это большая потеря для меня! Я шел к твоей маме пятьдесят лет. У нас на пути друг к другу было по два брака. Понимаешь? Идеальная пара!

***

- Я хочу сообщить вам одну важную новость, - объявил Пабло Чавес. – Олег, ты под моим руководством отработал все четыре года. Почти. Это не было заточением, это было руководством: все было предначертано Магисой. Я очень рад, что Бразилии сейчас нет: все-таки значительный военный итог. В этой сфере не будет никаких значительных обратных преобразований. Бразилии больше не будет. Маргарита, тебя я взял за компанию. Пришло время вас отпустить и выслать в Одессу: вы позор нашей страны! Об этом будет сделано публичное объявление.

Какой ужас! Теперь оба ощутили свою вину неизвестно за что. Это же так неприятно – их с позором высылают в Одессу! А «Дельта»? Она же должна вернуться! Придется теперь Вите находиться в стране, не имеющей нормального названия, а виноват в этом один Олег! Поэтому Маргарита не перестала злиться на отца. Регистрироваться Блисталова так и не захотела.

- По-моему, все нормально, - говорил Ватрушкин. – Олег возвращается, чтобы стать Учителем! Что может быть лучше? Давайте забудем об аргентинском позоре! Разве мы будем когда-нибудь туда приезжать? У нас уже сложилось впечатление об этой стране. Но я бы никогда на такое не решился – просто взять и уничтожить другую страну!

И наконец Шуй Джен передал свои полномочия Олегу Блисталову. Получив новый пост, бывший актер сразу почувствовал приятный огонь в сердце. Он был готов подарить это пламя окружающим! Только родную Одессу снова придется покинуть: об этом было сказано ранее.

- Олег, не будет у вас никакого города! – объявила Магиса. – Будете править здесь. Помните, что теперь вы такой же Учитель, как и все остальные, - каждый участник сна должен увидеться с вами в любой форме.

Об этом Олег не подумал. Магиса совсем не объясняла ему, как обеспечить этот обход. И вообще, где список всех участников? И фея еще считает, что Блисталов когда-нибудь будет готов к этой миссии и составит подробный план, который будет прерываться обязательными прогулками и концертами вместе с другими Учителями. Спросить Олег не мог, боясь показаться глупым. Но Дора поняла его мысли:

- Список появится у тебя в голове. Тогда ты станешь Учителем, поэтому без труда составишь план. Посмотри, как выглядит мой. И не бойся никаких ограничений: Учителям разрешена телепортация в любые места.

Олег понял: все не так плохо, как он думал. Это же почти свобода – взаимодействие с другими людьми, да еще со всеми! Может быть, сможет он и в театре поработать? Запрета теперь нет! Но пока Олегу разрешено только предаваться сладким грезам, осваиваться в мире Учителей. Когда же появится этот список? Неужели для этого не нужно предпринимать никаких действий? Неужели нет необходимости в произнесении заклинания? Заклинания нужны для каждой необычной вещи, кроме полета… Или у Учителей другие правила? «Я не должен так думать, - повторял Олег. – Я такой же Учитель, как и все. Нельзя сравнивать себя с обычными людьми. Может быть, это временно, может быть, навсегда. Нужно просто привыкнуть». И после таких мыслей огонь разгорался все сильнее и сильнее. Это знак приближения, так ведь?

С другими Учителями Олег начал взаимодействовать еще до официального вступления в их круг. Ему очень нравились прогулки и концерты. Почему-то ему казалось, что на них можно отдохнуть от повседневного труда. Но что можно в данных условиях назвать трудом? Одни лишь мыслительные попытки Приближения? А написание сценария – совсем не то дело, к которому потом не хочется возвращаться! И потом у него будет не такое дело…

И вот Олег начал составлять план взаимодействия, еще не имея перед собой никакого списка. Начнет он, конечно же, со знакомых. Ах, как давно Блисталов не видел бабушку Анни, ее сына Толстого Бельгийского Бойца и внука Желашу! Каким способом взаимодействовать? Какие уроки преподнести? Олег ответил на эти вопросы так: явится как старый знакомый, погостит, разрешит семейный конфликт – теперь это легко. Но они же в Аргентине, а отправляться в эту страну Блисталов сейчас точно не хочет… Да, понятно, что сейчас он должен отключить все личные страсти. Ведь в Аргентине еще столько хороших людей! Олег увидел их поименно. Он записал: «Аргентина – 200 лет». Потом каждый день был расписан более подробно. Это было сделано с помощью заклинания, которое раньше Олег никогда не знал. Теперь у него была готова первая часть плана.

- Скоро составим характеристику! – улыбнулась Магиса.

- Какую характеристику? – не понял Олег.

- У меня, Доры, Лотры и Ольги это уже есть. У тебя это будет, когда ты полностью составишь свой план. Характеристика Учителя – это подробное описание всей его жизни до момента вступления в круг Учителей. У нас все характеристики подробные. Посмотри предшественника – здесь не упущено ничего!

Все действительно было расписано слишком подробно. Например, ровно десять тысяч лет назад в 10:32 Шуй Джен толкнул бабушку в автобусе. Увидев это, Олег побледнел: это же Магиса и о Порфе узнает! И обо всех последних злодеяниях… Да нет, не может этого быть!

- Разыгрываете! – улыбнулся Олег. – Ничего вы обо мне так подробно не знаете!

- Сначала составишь, а потом будем внимательно изучать! – улыбнулась Магиса. – Это совсем не страшно, вот увидишь!

Глава 9.1

Блисталов заглянул к старым друзьям, несмотря на то, что они жили в Буэнос-Айресе. Какое облегчение он тогда почувствовал! В этом и заключается смысл Учителя – находить ответы на важные нравственные вопросы. Бабушка Анни встретила его с радостью:

- А, знаменитый актер Олег Блисталов! Как мне нравится твоя игра! Как я обрадовалась, когда узнала, что ты стал известным! Но у нас проблемы: мы снова втроем. Толстый Бельгийский Боец пытался воспитывать Желашу, но безуспешно: мальчик все еще ищет способы исполнения своего бесконечного количества желаний. Даже какой-то сертификат пытался получить.

Олег даже не поморщился при упоминании сертификата: в этом и состоит счастье Учителя. У него уже был готов план помощи бедной старушке.

- Пусть будет доволен! – воскликнул он. – Желаша, подойди ко мне! Ответь мне на такой вопрос: сколько твоих желаний исполнилось за весь сон?

Мальчик начал мучительно думать. Вероятно, он пытался посчитать, но не мог: слишком уж было много.

- Но ведь сон-то большой! – привел аргумент Желаша. – Поэтому нужно много!

- Да? Мне достаточно одного – работать в театре. Ради этого я унижусь и пойду к «Дельте», которая сейчас вернулась, но, к сожалению, принадлежит Аргентине. Уже и Тайса вернулась… Это лучший режиссер! Хочешь с ней работать?

- Хочу!

Олег знал, что он ступил на правильный путь: уже через месяц мальчик стал Аркашей. Ему уже не нужно было ничего, кроме театра. Тайса безжалостно воспитывала в мальчике актера, а потом вздыхала: «Все-таки не Андреева! Как же вернуть эту замечательную женщину?» А Андреева была запланирована после Аргентины, потому что не была связана с нравственными трудностями Олега. Она потеряла все – один Леша остался. Следующую главу я обязательно начну с описания ее состояния, а теперь вернемся к Олегу, который в данный момент рассказывает о своей жизни бабушке Анни. А она то и дело вставляла:

- Боже мой! Настоящая актерская жизнь!

Дослушав рассказ, который занял не один день, Анни сказала так:

- Твоя жизнь во время нашей разлуки была насыщенной. А я могу только вспомнить, кто какого числа обижал. Да, это продолжается и здесь: видимо, не перевелись еще мауглины!

- Мауглины давно перевелись, - перебил Олег. – Не переиначивайте историю, дорогая Анни! Из вашей жизни интересно не то, как вас обижают, а то, как вы на это реагируете. Нет, только честно! Лучше доверю это Толстому Бельгийскому Бойцу.

Сын бедной Анни, конечно же, раскрыл всю правду: реагирует его мать всегда по-разному. В последний раз она, кажется, билась в истерике, и аргентинцы еще сильнее смеялись над несчастной жертвой, которая всего лишь (по их мнению) прогуляла один урок в седьмом классе. Да и не это стало причиной для насмешек. Это стало лишь поводом. Вообще, к Анни так относились именно из-за ее неадекватной реакции. Просто это обострилось, когда отличница как будто совершила нетипичный для такого социального статуса поступок. А еще она могла накричать или ответить более серьезным оскорблением.

- Мне вас жаль, Анни, - с грустью произнес Олег. – Неужели все действительно происходит так, как вы описываете? И вы еще не заболели ничем вроде каду? Это характеризует вас как сильного человека: без всяких осложнений терпели там, в реальности, а теперь столько лет терпите во сне! Это не может длиться вечно. Но для начала я должен проверить, так ли это ужасно. Пойду невидимкой – вдруг при мне испугаются?

Анни застонала: не хотелось ей снова идти к обидчикам. Олег не только стал невидимкой, но и произнес заклинание, благодаря которому Анни вообще забыла, что он идет с ней, поэтому на все раздражители реагировала как обычно.

- Прогульщица идет! – крикнул один из аргентинцев.

- Посмотрите на этот пример! – подхватил другой. – Прогуляла в реальности, а мы через столько лет помним во сне!

- Бить таких надо! – добавил третий.

Анни больше всего задели слова второго аргентинца. Неужели она действительно умудрилась так опозориться не только на весь сон, но и на всю жизнь? Бабушка остановилась как вкопанная, а потом прокричала:

- Это вас, клеветники, в течение стольких лет помнят! Как вы вообще можете! Да вы же меня в могилу сведете! Уже внешний вид испортили! Неужели у вас нет других объектов для насмешек?

Когда Анни сказала это, ей вдруг стало больно как никогда. Читатель может удивиться, узнав, что здесь постарался Олег. Да и некоторые слова были сказаны не Анни, а Учителем. И вот аргентинец, ничего не заметив, говорит:

- С другими неинтересно: они не плачут! Поняла, прогульщица?

И снова нестройный хор:

- Прогульщица!

Но Анни почему-то уже не обращала на них внимания. Наверное, все заглушила невыносимая боль, подаренная Олегом. Потом эта боль прошла, а спокойствие осталось. Учителя влияют незаметно, если человек не знает об их особой силе, а Олег так и не рассказал о своем назначении бабушке Анни! Это правило Блисталов усвоил, и оно было применено ко второму человеку, ненадолго ставшему счастливым с его помощью. Толстый Бельгийский Боец в помощи не нуждался.Его функция во взаимодействии с Учителем – сообщение новостей.

- Мама сказала, что к ней перестали приставать! – объявил он.

Но теперь нужно придумать повод для прощания: Учителя не уходят просто так. Да, Дора должна была покинуть Лешу по определению, но она не могла этого сделать, не полюбив другого: Учителя говорят только правду. Так что же делать Олегу? Он решил снова соприкоснуться с бывшими мауглинами, точнее, с бывшей мауглинкой: у него по плану был недоразвитый мальчик Артем, находившийся на воспитании у Атир.

- Простите, но мне нужно идти дальше, - начал Олег. – Нужно проверить, действительно ли все мауглины избавились от своих преступных наклонностей.

А полуправду Учителя говорить могут – проверка Атир входила в его планы. Господи, как же хорошо быть Учителем! Актер получает положительную энергию только на сцене, а теперь Олег делает это постоянно.

***

В глубине души Олег надеялся, что Атир уже давно разобралась с умственно отсталым мальчиком, который однажды своим неосторожным движением вызвал снег в Рио-де-Жанейро. Но картина оставалась той же. Артем говорил вещи, явно не соответствующие его возрасту.

- Столько лет, и та же картина, - вздохнул Олег. – В этом главная проблема сна на миллион лет: все думают, что время еще есть, и застревают в одной точке. Атир, зачем вы с ним возитесь? Я занимался с ним и знаю: это бесполезно. Если будете говорить, что уже много лет трудитесь, вспомните мой опыт. Я долго не хотел уезжать из Рио-де-Жанейро, когда уже была возможность, именно по этой причине. Учитесь признавать свои ошибки, как это сделал я. Артем, что ты понял из произнесенных мною слов?

- Не перегибайте палку! – возмутилась Атир. – Мне самой нужно подумать над вашими словами! Действительно, столько лет в одной точке… И вы с вашей ошибкой…

Олег подумал и проверил развитие Артема другим способом – задал ту самую задачу про Всеурищева и Всеуспеева, услышанную от других учеников. Только фамилии футболистов на этот раз были другие. В знак прощения Блисталов назвал Мишелева и Татова, заподозривших его в преступлении.

- Это я к примеру говорю, - уточнил Олег. – На самом деле они такими способностями не обладают.

После этой фразы мозг мальчика вскипел: Артем стал размышлять, зачем какой-то дядя (не помнил он Олега) спрашивает про футболистов, которые не обладают названными способностями! И вдруг у него подключился ассоциативный ряд: Олег, студия, футбол, Всеурищев и Всеуспеев. Мальчик еще раз проанализировал условие задачи и ответил:

- Предположим, что Мишелев не может бить Татову. Но на самом деле Мишелев – нападающий, а Татов – не вратарь, а защитник. И они в одной команде.

Но, когда Олег уходил, все начиналось по новой, и Атир сообщала ему об этом. Учитель не отчаивался: он знал, что и у самой Магисы бывает такая долгая работа.

Глава 9.2

Атир уже начинала замечать, что и без Олега Артем может высказывать свои мысли, проявлять эрудицию, выстраивать полноценные аргументы, отражающие всю суть его внутреннего состояния. Но Блисталов был убежден: этого недостаточно.

- А что еще? – удивленно спрашивала Атир. – По-моему, нам сейчас не нужно ничего, кроме времени!

- Он должен развиваться, - объяснил Олег. – Сейчас многие дети соответствуют взрослому уровню.

Но, к сожалению,даже «просветленный» Артем не хотел развиваться дальше: он останавливался на пройденном и категорически отказывался идти вперед. Олег вздыхал, не зная, как работать с мальчиком. Видимо, Учителя тоже иногда не понимают, как надо… Олег спрашивал, нравятся ли мальчику минуты озарения, и Артем кивал головой. Следующее занятие снова началось с этого вопроса:

- Нравятся ли тебе минуты озарения, Артем?

Мальчик снова кивнул.

- Недостаточно, - покачал головой Олег. – Будешь описывать, что именно ты чувствуешь. Без меня – это и умственная деятельность будет. А то меня пока не устраивает твой результат. Будет тебе такое домашнее задание.

Но, к сожалению, Артем не понимал, зачем нужны домашние задания и почему они обязательны. Мальчик ничего не сделал к следующей встрече.

- Если не будешь готовиться, я перестану приходить, - строго сказал Олег. – Пора объяснить тебе, что такое домашнее задание.

После объяснения мальчик будто преобразился и стал рассыпаться в извинениях перед Учителем. Он даже был готов ответить на вопрос Олега прямо сейчас – устно, а не письменно. Мысль потекла сама собой. Олег решил немного поиграть – стал задавать наводящие вопросы, проверяя, заведет это Артема в тупик или нет:

- Ты чувствуешь что-то невероятное. А почему это происходит?

Многим вполне здоровым ученикам трудно сориентироваться при таком подходе, но Артем, несмотря на свою отсталость, нашелся сразу:

- Потому, что я знаю! Знание – это очень большая ценность. Даже непонятно, как я раньше жил, пренебрегая этим благом. Спасибо вам, Олег Львович, за то, что вы приходите и даете знания!

Но Олег не побоялся сказать об отсутствии пользы: когда Учитель уходит, все забывается. Артему было предложено проанализировать поведение после ухода Учителя.

- Вот что ты делаешь после занятия? Знания иногда нужно забывать – забудь о недопустимости вторжения в личную жизнь. Скоро мы будем учиться отличать его от воспитательной работы, и тогда ты поймешь, что я прав.

Артем понял, в чем его основная проблема, кроме недостаточной отдачи, - отсутствие повторения. Он всегда бежал играть в футбол, забывая закрепить изученное. Его обучение ограничивалось занятиями с Олегом.

- Я буду! – воскликнул Артем. – Буду ради этого замечательного ощущения!

Но для завершения работы нужно было одно из двух: либо более мощный стимул, либо более длительная подготовка. Олег выбрал второй вариант, укрепляя в безнадежном мальчике чувство собственного достоинства. Работа продвигалась. Уже когда по плану оставался месяц до завершения, Олег объяснился с Атир. Но читатель, вероятно, не понял, что я имею в виду. Придется пояснить: Учителя имеют право поговорить об объекте своей работы с его официальным воспитателем. Только после этого им разрешено заниматься человеческой деятельностью в течение данного этапа работы. Вот что Олег сказал Атир:

- Атир, вы не виноваты, что были вынуждены прибегнуть к моим услугам. Вас просто направили не туда: с этим и «чистый» Учитель не сразу справится, а вы еще и бывшая мауглинка!

- Так вы Учитель? – удивилась Атир. – Только сейчас узнала!

- Непорядок, - с грустью отметил Олег. – Нужно распространить эту информацию. Нет, меня за это не накажут.

***

Юлия Егоровна тоже вернулась в Одессу, но она получила на это разрешение от Олега Блисталова, несмотря на то, что еще не успела стать его близкой подругой. Бедная Юлия Егоровна не знала, как дальше жить: любимый муж ушел, дочка предала… Только сын остался! На него теперь вся надежда! Правда, Леша тоже очень тяжело переживал предательство Ирины и даже не работал в театре. Андреева сначала не ходила туда из-за режиссерства Великой. Но Маргарите удалось объяснить свекрови некоторые вещи, и поэтому режиссером стал Ватрушкин, сразу принявший несчастную Юлию Егоровну в свой коллектив. Только на сцене Андреева-старшая могла забыться! Да и зачем ее так называть? Все равно мы понимаем, что имя Андреевой-младшей лучше не упоминать, пока Олег еще не успел до нее добраться. А уж о ее сыне, Сашеньке, мы можем поговорить, но сейчас не время описывать его бродяжническую жизнь, подобную жизни несчастной Софы. Юлия Егоровна жаловалась на судьбу: хоть что-то она могла делать без мужа!

- За что мне все это? – с болью в сердце спрашивала она. – Уж не за то ли, что раньше не было ни одного тяжелого испытания? Судьба, пожалуйста, распределяй все равномерно: я совсем не способна пережить предательство дочери!

- Мама, хватит ныть, - говорил Леша. – Самому больно. Но на самом деле все к этому шло. Непонятно, как сформировалась склонность Ирины к преступной и предательской деятельности, но факт остается фактом. Нет, виновато, конечно же, не воспитание – никто не собирается тебя ругать. Просто Ирине показалось, что она уже взрослая, и поэтому может не слушаться маму. Наверное, осознать свою ошибку она так и не смогла.

- Но при чем тут преступность? – не поняла Юлия Егоровна. – За то, что она сделала, нет никакой уголовной ответственности…

Леша вздохнул: он начинал догадываться, к чему пришла Ирина из-за общественного отторжения.

- Проверь, мама. Я знаю, будет больно, но нужно знать всю правду. Проверка будет осуществлена таким образом: ты превратишься в зазевавшуюся женщину, переставшую следить за своим украшением.

- Нет! – возразила Юлия Егоровна. – Я этими глупостями не занимаюсь. Мне нужен только театр.

И она стала работать в любимом режиме Олега Блисталова, забывая обо всем на свете. Видимо, остыли в женщине материнские чувства: не знала она, как страдает ее сын! Леша растерялся, узнав, что мать абстрагировалась. Он же всегда работал в нормальном режиме! Леша решил вспомнить старое время: будет членом комиссии! Вспомнив о таком обмане, Леша заплакал: не осталось никого из его участников. Макова и Клишина погибли, а Ильина предала… Но теперь на сцену выходит Автоматов! Леша не случайно выбрал себе такую фамилию: он хотел уничтожить театр с помощью специального автомата. Вот как он действовал:

- Здравствуйте. Моя фамилия – Автоматов, и я проверяю все театры страны на соответствие определенным критериям. К сожалению, у вас перевыполняются трудовые нормы (это была импровизация! Можно и без автомата!), и поэтому нужно уволить самого трудоспособного работника. Лев Олегович, как вы думаете, кто является таковым?

- Очень много делает Степан Борисов, - ответил Ватрушкин.

- Вы чудом остались живы, - строго сказал Леша. – Не подумали, что я мог наложить «маленький план»? Самый трудоспособный работник театра «Золотая рыбка» - Юлия Андреева! У меня все записано! А Степану Борисову будет выделена компенсация за моральный ущерб.

Для Юлии Егоровны это стало настоящим шоком. Теперь она потеряла и театр.

- Леша, что же они со мной делают! Леша! А где ты? Что, знал, что маму уволят? Отвернуться решил?

Леша даже подумать не мог, что и с ним испортятся отношения у бедной женщины.

- Ты мне не сын, - говорила она. – Ты не выполнил свой долг. Предал, как и твоя сестра, которая ничего не стоит. Ничего у меня теперь нет и никого! Влипла я! Вообще не знаю, что делать! Эх…

- Я тебя не предавал. Я вообще не знаю, что произошло и за что тебя уволили. В театре не был, потому что меня сегодня освободил Ватрушкин.

Но даже эти слова не помогли…

***

Пора рассказать, что же произошло с Олегом, когда он делал последние штрихи своей работы над Артемом… Началось все с того, что Магиса неожиданно вызвала его на индивидуальную прогулку.

- Вижу, все это мешает твоей театральной деятельности, - сухо заметила она. – Став Учителем, ты даже перестал о ней думать. Я считаю, что это зря, поэтому освобождаю тебя от учительской деятельности. В «Дельту» актер твоего уровня больше не нужен: все исправлено. Отправляйся в «Золотую рыбку» и помни: ты больше нас не увидишь. Никого из нас.

- Магиса, но мне больше не нужен театр! – возразил Олег. – Учительство – это лучший труд. Не знаю, как я жил, когда не знал этого…

- Да, знаю о подобных мыслях. Именно поэтому прекращаю твою учительскую деятельность. Твое имя известно в других кругах. Даже не проси о помощи.

Глава 9.3

По дороге в Одессу Олег пытался осмыслить все, что с ним произошло. Начал он с такого вопроса: почему так вышло? Почему Магиса решила, что ему так будет лучше? Может быть, в начале работы Олегу этого и хотелось, но теперь ему удалось прочувствовать всю учительскую романтику… Может быть, это выражение закона Вселенной, который действует даже во сне? Закон этот состоит в том, что все сбывается, когда это уже не нужно. Читать мысли Магиса не имела права: она просто собирала факты с помощью особых учительских технологий. Зачем ей собирать факты? Ведь наверняка фея еще не изучила подробный отчет о его жизни! Дошла ли до страницы с Порфом? Нет, об этом Магиса знает, поэтому посылает соответствующие наказания. И вообще, теперь можно не беспокоиться за сертификат: книги Учителей, покинувших свой пост, не читаются! Кстати, почему Шуй Джен скучал, а Олег Блисталов работал? Один и тот же статус – редактор Конституции, обязанный стать Учителем. И тут Олег понял: «стоять» такие люди идут только тогда, когда кто-то хочет занять их место. Сейчас все полномочия вернулись к Шую, и военная поправка была отменена. В чем причина этого изменения, Олег тоже не мог сказать. Может быть, тогда стоит и Бразилию вернуть? Она же уничтожена при его президентстве!

Так и не понял Олег, в чем причина поступка Магисы. Но, с другой стороны, теперь вернется прежняя жизнь, сорвавшаяся из-за сертификата! Правда, в ней не будет Ирины: уезжать не надо было! И Леша, который вспомнил детские игры… Блисталов догадался, что это был именно он. Но зато будет Ватрушкин! От этой мысли Олегу сразу стало лучше. Вот и распутался клубок! Большое спасибо за это доброй фее Магисе! Правда, актера вдруг начала мучить вина за Бразилию, и он ничего не мог с собой поделать. Казалось, он давно не испытывал таких сильных чувств. Позже выяснилось, что в этом отношении бывшие Учителя немного похожи на бывших мауглинов.

В Одессе Олега ждал неприятный сюрприз – его вызвалась повсюду сопровождать какая-то строгая женщина, представившаяся Софьей Алексеевной.

- По просьбе Магисы на весь сон! – объявила она. – Это ее третий приход ко мне и исполнение мечты: осуществление контроля над определенным лицом. Если откажетесь, попадете в тюрьму на четыре тысячи лет. Если по истечении этого срока снова откажетесь от моего покровительства, умрете!

Олег не понимал, что происходит, но он не мог идти против судьбы. Зачем же Магиса навязала ему эту Софью Алексеевну?

- Дом создавать не будете, - объявила женщина. – К Вернодумским не пойдете. Юлии Андреевой нужна помощь: Ирина загремела на тридцать лет за мелкую кражу. Пойдемте.

Но все-таки Софья Алексеевна не контролировала каждый шаг – Олег самостоятельно выбирал, чем ему заняться. Юлия Егоровна же, увидев его, обрадовалась. Она никогда не думала, что ее будет поддерживать тот, кого предала ее дочь!

- Я был Учителем и могу предложить вам технику, которая лечит от проблем. Это все будет казаться ерундой.

- Вам запрещена пропаганда учительских техник, - строго сказала Софья Алексеевна. – Я думала, что это элементарные вещи.

- А зачем вы вообще нужны? – не поняла Юлия Егоровна. – Насколько я знаю, вы от него ничего не дождетесь: он больше не будет, он хранит верность мертвой жене.

- Как можно такого любить! – возмутилась Софья Алексеевна. – Неправильно он верность хранит, и поэтому я обязана сдерживать его амбиции. Самой Магисой назначена!

- По-моему, он ничего плохого по отношению к памяти Дианы не совершил.

- Это по-вашему…

Все слова Софьи Алексеевны дали Олегу понять: что-то не так. Возможно, он изгнан Магисой, потому что нарушил какое-то правило. Как стыдно ему стало от осознания этого! Если Олегу скажут, в чем его вина, он будет готов весь сон терпеть ненавистную женщину… А ведь жизнь испорчена! Даже любовь к родной дочери и внуку почему-то остыла. Олег еще мог ее сыграть, но это не было похоже на нормальные семейные чувства… Может быть, это зависть к актерскому таланту? Продолжили династию, а что с ее основателем? Маргарита и Витя стоят на сцене с тем же огнем, в Одессе снова звучат их имена… Олег тоже играет в театре, но он забыт. Дело в том, что теперь он почему-то ходит в театр как на каторгу… Как на каторгу, в которую превратилась вся его жизнь. В чем причина такого явления? Олег даже не может обратиться за помощью к мудрой Ольге: запрещено!

- Софья Алексеевна, в чем моя вина перед Магисой? Я не могу больше так жить!

Но Софья Алексеевна отвечала одно и то же: не перед Магисой, а перед памятью идеальной жены. Подробностей она не раскрывала. Олег решил, что его сопровождающая имеет в виду ту историю, с которой, собственно, все и началось. Но что теперь сделаешь? Олег уже давно признал свою вину! Но Софья Алексеевна, услышав об обстоятельствах смерти Дианы, только ухмыльнулась. Олег еще раз проанализировал свои отношения с Борисовым. Нет, пусть лучше Лазарев встретится с Борисовым и извинится от имени Блисталова: все-таки Антон давно мечтал встретиться с кумиром!

- Это хороший поступок, - заметила Софья Алексеевна. – Оказывается, вы способны и на такое.

Олег со стыдом признал, что его поступок имел определенные мотивы: не хотелось актеру встречаться с коллегой, вот он и придумал козла отпущения. Во-первых, из страха – как сообщить о признании непоправимой ошибки? Во-вторых, Борисов – не такой актер, талант которого можно полюбить, а с Блисталовым это часто случалось!

***

С тех пор Антон по-настоящему полюбил Олега. В день встречи в душе Лазарева творилось что-то странное. Конечно, это была огромная радость: сбудется мечта всей его жизни! А ведь нужно еще прилететь из Минска, выполнив свою работу! Конечно, были такие дни, когда Антон особенно чего-то ждал, но это не мешало его самоотверженному труду. А сегодня ожидание чуть не привело к катастрофе, но Лазарев вовремя собрался. Он так часто говорил о Борисове, а теперь увидит его живьем, да еще пообщается! Он повторил спектакли своего кумира! От этой мысли сладко заболело сердце. Но потом эта использованная мною метафора переросла в реальность: Антону было так хорошо, что он испытал физическую боль, оказавшуюся невыносимой. В прямом смысле от счастья кружилась голова. Это было самое сильное положительное чувство в жизни Антона Лазарева, поэтому оно и проявилось таким образом. Вдруг Антон вспомнил, что у него уже была подобная физическая реакция на эмоциональное состояние. Это было, когда умерла Диана. Наверное, организм Антона так реагирует на любые сильные чувства. «Да я же ничего не почувствую, - убеждал себя Лазарев. – Может, будет легкая радость, и больше ничего. Но как же мне перед ним за Олега извиниться? Нужно подготовить речь… Вот балбес, совсем забыл! Дорогой Степан Владимирович, я ваш преданный поклонник, всюду распространяющий ваше творчество… нет, это о другом. Как же сказать? Дорогой Степан Владимирович…»

Очнулся он уже у кумира, но все-таки решил еще раз отрепетировать речь:

- Дорогой Степан Владимирович! Я родственник Олега Блисталова Антон Лазарев…

- Очень приятно. Вы, вероятно, были на моих спектаклях?

- Не довелось, - вздохнул Антон. – Я видел их в записи и после этого помешался на вашем творчестве, как Олег в свое время на театре и на своей покойной жене Диане. Вы тогда спели песню на ее дне рождения, помните? Я-то знаю о вас все: вы убежденный холостяк, любящий заигрывать с женщинами! Олег, к сожалению, этого не знал, поэтому и принял вашу актерскую игру за чистую монету. Вы уже знаете, что такое идеальная жена, но это знают лишь некоторые. Но можно только представить, как он ее любил… Понятно, что возникло чувство ревности, из-за которого все и произошло. Теперь Олег понимает: вы ни в чем не виноваты. Никто не может запретить человеку петь. По-моему, в реальной жизни одна девушка спела песню о каком-то герое человеку с тем же именем. Никто не осуждал, а человек поблагодарил. Олег вспомнил какую-то историю и все понял, но было уже поздно. Ему самому очень трудно в себе разобраться. Поэтому я и пришел извиниться от его имени за все гадости, которые он сделал по отношению к вам. Он не должен был вас избивать, не должен был так кричать из-за песни. Теперь, пройдя не одно испытание, он это понимает. Простите его, пожалуйста, за все, Степан Владимирович!

Борисов был воспитанным человеком, поэтому и не перебивал Антона, не желая уподобляться таким людям, как Порфирий Вениаминович. Но уже с самой первой фразы Степан знал, что ответить: он вообще забыл об этих происшествиях. Да, странно, что актер не винил себя за исполнение этой роковой песни, но таков уж его характер.

- Да что вы! – произнес Борисов после окончания речи. – Я уже давно забыл об агрессии Блисталова, мы с ним очень хорошо сотрудничаем… Антон, а что случилось? Вы, как родственник, должны знать! Олег играет гораздо хуже, и уже редкие оптимисты думают, что это всего лишь кратковременная черная полоса!

- Наверное, все дело в приставучей Софье Алексеевне, - вздохнул Антон. – Может быть, после этого разговора она отстанет!

Глава 10.1

Может быть, Олег все-таки должен был пойти сам? Софью Алексеевну так возмутили слова Антона! Что заставило ее изменить отношение? Актер даже не спрашивал, как она об этом узнала: видимо, догадался, что делами этой «злыдни» управляет добрая фея Магиса. Но Софья Алексеевна все-таки назвала решение бедного Олега подлым, трусливым и ненужным.

- Это было не с целью осуществления мечты родственника, - заметила она. – Вы этим прикрылись, что, по моему мнению, очень подло. Вы не пошли сами, что является показателем вашей трусости. Наконец, это был ненужный поступок: отношения с Борисовым символизируют оскорбление Дианы при жизни. Я имею в виду именно память и эти дурацкие игры…

- Не играл я на ее могиле! – возмутился Олег. – Вы что-то путаете! Знаете, после таких слов я не буду с вами разговаривать! Это и без того было не очень приятно.

- Но вы должны давать объяснение, это обязательное условие контроля! Кстати, такая форма включает в себя и самостоятельные рассуждения на заданную тему. Как вы думаете, почему я взяла вас под контроль? Помните, что это особый вид наказания особых преступников! Я жду ответа.

Олег молчал, пытаясь сообразить, а потом решил, что не будет отвечать, ведь тогда он наконец услышит истину от «злыдни»!

- Почему молчите? – возмутилась Софья Алексеевна. – Жду ответа!

Но Олег не знал. Своим незнанием он изводил бедную женщину, которой на самом деле было достаточно всего одной версии, пусть даже неправильной – тогда бы она поняла, что ее жертва думает. Но ведь понятно, что, если человек молчит, значит, он не знает! Зачем же его мучить? Разве можно ставить двойку за неизученный материал? Откуда же Олегу его знать? Такая система Блисталову никогда не нравилась. Некоторые более современные люди сна убеждали его в том, что он думает по-советски, и, следовательно, так думать не следует.

- Откуда вы знаете, как там было? – возмущался Олег. – Но согласен с вами: там не было такого маразма. Одна из немногих положительных характеристик Советского Союза. Ну нельзя, нельзя мучить ученика вопросами по новой теме! Это каждый ребенок знает! Не ответил – спросите другого! Никто не ответил – не томите, дайте ответ!

Вдруг Олег обнаружил, что говорит эти слова «учительнице». Видимо, он оказался в бессознательном состоянии, чего раньше с ним никогда не бывало. Вот оно, разрушительное влияние Софьи Алексеевны! Может быть, она все-таки скажет, за что? Она дает подсказку: почему Олег вообще стал Учителем? Как это вышло?

- Я захотел изменить Конституцию, чтобы спасти своего внука в военное время. Вы, наверное, спросите, как я стал президентом. Женился на Кларе Соуза, а потом ее убили… Вы можете знать и о Марии да Силва. Нет, вам непонятно, что это такое – потерять трех жен! Разве судьба может после этого посылать мне еще какие-то беды? Оказалось, может! Одна из этих бед – вы, Софья Алексеевна!

После этого Олег замолчал, забыв, что с ним кто-то есть. Женщина настойчиво требовала ответа, а он не обращал на нее внимания. И тут актер понял, что она спрашивает: Магиса узнала об этом дурацком сертификате. Признавшихся ждет тюрьма, а скрывающихся – такая жизнь… И, конечно, никакого сертификата на исполнение любого желания уже не будет… Тогда путь Олега ясен: любой срок гораздо короче сна! Но сегодня все-таки признаваться нельзя: нужно отстоять правильную систему образования.

- Я отказываюсь отвечать, Софья Алексеевна! Может быть, в школе такое и практикуется, но я – взрослый состоявшийся человек, которому не нужно никакое образование!

- Это ваши проблемы, если вы не понимаете, - строго заметила женщина. – С завтрашнего дня я буду учить вас моральным ценностям. Будем учиться, пока не поймете, что вы сделали не так!

***

Маргарита заметила явный регресс в развитии свекрови. Теперь придется начинать работу практически с нуля…

- Марина Валентиновна, выслушайте меня внимательно! – начала свою речь молодая женщина. – Вы нарушили самое главное правило: не забывать о моих уроках ни при каких обстоятельствах. Согласитесь, может произойти что угодно, мы можем разлучиться, что, собственно, и произошло. Повторяйте каждый день! Мы не будем заниматься, если еще раз нарушите!

- Тьфу! – со смехом произнесла Марина Валентиновна. – Я тут поняла, мне Порфирий объяснил… Все твои правила – только ерунда, Маргарита! Не знаю, зачем я тратила на это время! У меня же теперь есть муж, и я счастлива! Ему пришлось вернуть меня к старому образу жизни, но изначально было трудно соблюдать его правила.

Услышав такой ответ, Маргарита растерялась. Вот так Порфирий Вениаминович! Да, может быть, Великая (она вернула себе этот псевдоним) счастлива, но выбор счастья мешает ей исправиться… Ничего теперь не сделаешь: муж важнее! Осознав это, Маргарита заплакала. А что теперь будет с ее мужем?

- Со мной все нормально, - будто прочитал ее мысли Миша. Именно «будто»: он никогда не владел и не собирался владеть этим умением. – Она занята своим Порфирием, а на меня совсем не обращает внимания! Правда, Витю все-таки любит как внука, поэтому воспитывает своим идиотским способом!

Действительно, Витя был очень замучен и не понимал, что случилось с бабушкой. Даже скрыться от нее на сцене он не мог. Ах, если бы Великая ушла из «Золотой рыбки»… Маргарита была в шоке от происходящего, а тут еще звонок от отца:

- Солнышко, можешь помочь? Эта Софья Алексеевна меня совсем замучила!

- По делу замучила, - догадалась молодая женщина. – Не надо было играть с сертификатом. Что, жалеешь? А я тебя за это так и не простила! Не для того сертификаты даются!

- Тоже мне, чистая душа! – возмутился Олег. – А Великой ты как помощь осуществляла с такими мыслями? Такие не могут заниматься этой работой. Эти мысли загрязняют чистую душу. Доченька, надо уметь прощать. Могла бы и со мной поработать… если уж не нравятся мои взгляды на жизнь. Я уже понял, что не надо было играть с тем дурацким сертификатом. Я имею право наложить на тебя «маленький план».

- На дочь? Ага, молодец! Ладно, я тогда пойду и попробую начать работу с замечательной женщиной Софьей Алексеевной!

Маргарите не хотелось этим заниматься, но она понимала, что отец прав: нужно как-то очистить и свою душу перед тем, как помогать другим. Но какие проблемы могут быть у Софьи Алексеевны? Она же просто исполняет свои обязанности, по справедливости наказывая преступника! Да, может быть, Олега возмутило слишком жестокое обращение, но как же иначе? Может быть, ему тоже нужна помощь?

- Софья Алексеевна, а в чем, собственно, проблема? – с порога спросила Маргарита. – Я вижу, что все идет как по маслу: преступник наказан.

- Пусть сперва осознает свое преступление, - возразила женщина. – Он так и не смог дать мне ответ на его содержание. Если вы дочь этого негодяя, очень вам сочувствую.

И тут Маргарита совершила непоправимую ошибку, которая довела Олега до безумного поведения… Она прямо сказала, что не может такого быть. Наверное, он все прекрасно понимает, только не может признаться постороннему человеку. Не привык еще, что теперь Софья Алексеевна – не посторонний человек, она будет сопровождать его весь сон. Можно сказать, что она пришла вместо предательницы Ирины!

- Он просто еще не осознал. Мне он уже говорил, что все дело в сертификате, скажет и вам.

Эти слова ударили Олега в самое сердце. По его мнению, дочка не случайно сказала об Ирине, потому что сейчас вошла в ее роль. Разве это можно назвать чем-то другим? Нет, это именно предательство! Не дала Маргарита Олегу высказаться самому!

- Все, иди, - строго сказал Блисталов. – И не смей больше сюда приходить! В театре работать не буду, пока там играет твоя свекровь, – ставлю ультиматум! Да, я слышал, что она снова вернулась в театр. И не общаюсь я больше ни с Мишей, ни с Витей! Вы мне чужие! Эх, и все из-за сертификата… Не будет теперь нормальной жизни. Будет вот это – предательство друзей и даже родных людей, плохие результаты во всех сферах деятельности… А если я пойду в тюрьму? Мне же дано право вместо вашего пожизненного сопровождения выбрать обычное наказание?

- Это ничего не меняет, - грустно улыбнулась Софья Алексеевна. – Вы обречены. Хотя такое право, конечно же, вам дано. А что хотела ваша дочь? Она хотела применить какие-то санкции по отношению ко мне? Этого я точно не заслужила! Знала бы Магиса…

- По-моему, вы заслужили те положительные санкции, которые хотела применить к вам Маргарита Блисталова. Она не Учительница, Учителя обладают более выдающимися качествами. Но она умеет делать других счастливыми в течение продолжительного периода. Например, ей понравилось творчество Марины Валентиновны Великой, поэтому была работа с ней. Маргарите также понравилось, как вы работаете со мной. Но она не должна была предавать: после ваших подсказок я и сам догадался, что речь идет о сертификате, но хотел растянуть время ответа. Теперь она не будет работать в театре. И пусть кто-нибудь только попробует сказать такие слова: «Ах, бедная Маргарита!»

Глава 10.2

Пора рассказать, что же происходило во втором театре мира. Начну с того, что все были шокированы увольнением Юлии Егоровны. Она же начинала процветать и по своему уровню, как считали очень многие, превосходила Олега Блисталова! Может быть, Магиса говорила об этой актрисе? Да, скорее всего, так и есть. Но теперь последствия сертификата устранены благодаря доброй фее, и поэтому женщине лучше остаться дома, попробовать помочь «опустившемуся» актеру. Действительно, уже никто не говорил в настоящем времени о таланте Олега Блисталова, а говорили так:

- Это был такой актер! Как хорошо, что такой человек попал в театр…

- Как говорил Олег Блисталов… тогда, когда еще все было нормально.

Теперь все внимание было направлено на Маргариту и на Витю. И, конечно, на Льва: одесситы по-прежнему спешили увидеть любимого певца в театре. А ведь он еще и с Борисовым работает! Это очень нравилось публике. Даже Ирина поняла искусство Борисова (может быть, на нее так подействовала преступная деятельность) и предложила такую идею: часть песен в спектакле Степана Владимировича должна исполняться самим Ватрушкиным, чтобы зрители могли сравнить. Или еще такой вариант: Лев поет песни, которые не имеют никакого отношения к спектаклю. Можно даже разыграть спор о том, кто из них настоящий. Но по понятным причинам все предложения женщины были отвергнуты, а любовь к творчеству Борисова стала считаться преступной характеристикой: о социальном статусе Ирины уже узнал весь мир. Ах, что пришлось пережить тогда бедному Антону Лазареву! Он никак не мог отказаться от кумира, но этого требовала общественность. К счастью, на противоречивых позициях Антону пришлось находиться весьма недолго – Ирина, узнав о сложившемся стереотипе, снова изменила свое мнение:

- Нет, что вы! Я никогда не буду любить этого противного Борисова!

Тогда его снова полюбили…

А Маргарите, как вы помните из предыдущей главы, пришлось уйти из театра. Теперь только Витя будет продолжать династию Блисталовых. Юлия Егоровна могла бы повторить их уровень, но увы – Олег был так шокирован появлением Софьи Алексеевны, что даже ничего не сказал о причинах её увольнения, которые узнал, когда был Учителем. А теперь он и вовсе потерял интерес к жизни и к общению. Хорошо, что это не привело к каду.

Итак, Виктор Вернодумский и Лев Ватрушкин вышли на передовые позиции, а Марина Великая не ушла из театра, поэтому там больше не работал Олег Блисталов. Сразу стали играть лучше остальные актеры.

- Их много, - заметил кто-то из зрителей. – Да, все – не Вернодумский-младший и не Ватрушкин, но зато в сумме эти таланты превосходят Олега Блисталова! Я имею в виду нынешнего: тот никогда не вернется. Может быть…

И тут поползли слухи о смерти настоящего Олега. Преданным поклонникам было проще поверить в это, чем в угасание таланта, но ведь это сон на миллион лет – здесь редко наступает естественная смерть! За весь сон было всего три случая. Поклонники рассматривали другие причины, да и не только простые поклонники, но и лучший друг – Лев Ватрушкин! Он стал думать, правдивы ли слухи о смерти Блисталова. Как доказать? С помощью наличия существенных изменений! Вполне естественно звучал голос Олега в плену у Пабло Чавеса, что подтвердила Маргарита. Но теперь голос Блисталова изменился, стал более тусклым. Значит, это действительно какой-то самозванец, и Софья Алексеевна контролирует не того! Надо будет с ней поговорить и привести убедительные аргументы! Но как это случилось? Отличия стали заметны в Одессе. Так этот самозванец еще и из Аргентины? Он послан Пабло Чавесом, убившим Олега? Но почему президент не тронул Маргариту? В молодой женщине, с которой общается Лев, не наблюдается никаких существенных изменений. Теперь Лев твердо решил самостоятельно отвоевать Бразилию… или, может быть, даже подчинить Аргентину таким же способом.

- Я им покажу! – кричал Ватрушкин сквозь слезы. – Будут знать, как на великих замахиваться! Это все Мореро… С ним я тоже должен разобраться!

- Не верь этим слухам, - говорила Лилия. – Возможно, в каком-то смысле это правда. Бывает, человек меняется так, что его не узнать. Тогда его прежняя сущность действительно там, в могиле. Но при чем тут тело?

- А я верю, - сказала Даша. – К такому изменению может привести какое-то серьезное событие. Контроль Софьи Алексеевны к таковым не относится.

- Он изгнан Магисой, - напомнила Лилия. – Мы должны представить, что такое влияние Учителей и его отсутствие. Тогда все станет ясно.

- Но он хотел этого! – возразила Даша. – Это никак не может быть причиной! Значит, он действительно умер. Папа, скажи Софье Алексеевне, чтоб действительно не приставала к совершенно постороннему человеку! Кстати, этого самозванца нужно наказать и вернуть в настоящий облик.

Итак, Лев пошел сообщать печальную новость. Он боялся заходить в дом: увидит Олега, а это на самом деле чужой человек! Что тогда почувствует певец? Он медленно открыл дверь и увидел в углу знакомую кровать. Ватрушкин упал на нее и зарыдал.

- Господи, Лева, что случилось? – испугался Олег.

Певец не мог говорить, зная, что этот голос не принадлежит его другу. Наверное, это был какой-то приступ.

- Глупо поступаете, Лев Олегович, - заметила Софья Алексеевна. – После распространения слухов я многое переосмыслила. Наверняка вы сейчас рыдаете из-за какого-то пустяка.

Услышав такие слова, Лев возмутился и нашел в себе силы прокричать:

- Это не слухи, это правда! Пабло Чавес убил Олега Блисталова и послал к вам этого самозванца! Информация подтверждена, да и в телефонном разговоре Олег обычно вел себя совсем не так. Так что нечего контролировать самозванца, Софья Алексеевна! Пусть он отправляется в Аргентину в своем настоящем облике!

- Для таких настоящие облики не предусмотрены! – строго сказала Софья Алексеевна Олегу. – Специальное лицо сгенерирует вам свой облик, а в Аргентину вы отправитесь в сопровождении полиции! Подождите… а откуда этот самозванец знает о сертификате, Лев Олегович?

Лев сначала задумался, а потом ответил так:

- Естественно, все было подготовлено заранее. Думаю, Чавес специально выбрал человека, умеющего читать мысли. Наверное, этот человек был приставлен к Олегу невидимкой и узнал все, что творилось в его голове. Так, самозванец?

- Так, - неожиданно для читателя ответил Олег. – Но я больше не буду! Я выберу себе облик и больше никогда не буду его менять! Зачем я вас обманывал? Наверное, слово президента было дороже морали…

Читателю, наверное, интересен ход мыслей Олега. Он думал так: «Докатились! Меня уже мертвым считают! Может быть, это действительно так? Да, совершенно верно – я в аду! И Софья Алексеевна, и это состояние – все об этом говорит! Видимо, мне отведена роль самозванца. Что ж, буду выполнять: тут уже ничего не поделаешь. А что тогда они все? Нет, они живы, а эти – просто спрайты. Что ж, здесь все устроено как во сне, только для грешников этот сон превращается в сплошной кошмар! Да, виноват. Но как это получилось? Даже обстоятельств не помню! Возможно, что-то случилось с самолетом».

- Спасибо, Магиса! – завопила Софья Алексеевна. – Этот – опасное лицо, но он все осознает! Дайте другого, который, как и Олег при жизни, ничего не понимает! Ааа! Что это? Куда я полетела?

Софья Алексеевна была наказана за беспричинное возмущение поступками Учителя. Теперь Магиса должна объяснять ей, что к чему, в течение тысячи лет. Это можно назвать своеобразной небесной тюрьмой.

- Что это было? – не поняла Юлия Егоровна. – Я тоже ничего не понимаю! А что с Олегом? Неужели это правда? Вот теперь я точно потеряла все! Мне никогда не было так плохо!

- Держитесь, Юлия Егоровна. У меня такое было в Рио-де-Жанейро. Именно тогда Ефим Цукерберг получил прозвище капитан Ец. Вы, наверное, не понимаете, о чем я… В общем, Цукерберг посадил всех членов одесской группы на корабль. Мы должны были делать утопающих пленниками корабля (кстати, совсем скоро Сема Кац тоже станет нашим ведущим актером), и неисполнение обязанностей каралось по закону. Тогда мы кое-что поняли… Кстати, завтра встреча одесской группы. Еще одним ее членом стало меньше… Цукерберг может организовать такую же встречу. Думаю, ради этого даже можно взять отпуск. Я иногда вспоминаю тот корабль. Особенно сейчас, когда Рио больше нет… Цукерберг точно поможет нам с вами, Юлия Егоровна!

- Нет! – в истерике завопила женщина. – Понимаете, Лев Олегович, мне уже никто не поможет… Как будто я потеряла самое дорогое, что у меня есть… Такого не было, даже когда я расставалась с Порфирием…

При этих словах «самозванец» удивленно посмотрел на нее. Никто не мог объяснить этот взгляд. Между тем о смерти Олега Блисталова было сделано официальное объявление, и все поняли, что хуже играл совсем другой человек, работающий на президента. Что этому самозванцу делать в театре? Да, как уже было сказано выше, поклонники считали: то, во что они с сожалением верили, хуже реального события. Почему? Да потому, что смерть не убивает талант! Поклонники знали: они ходили на спектакли с Олегом Блисталовым, в которых он всегда выделялся. Даже один и тот же спектакль актер всегда поворачивал в разные стороны.

Глава 10.3

Цукерберг каким-то образом догадался, что Юлия Егоровна знает о его задумке, поэтому и не стал поступать как в Рио-де-Жанейро: здесь была совсем другая работа. Обычно, когда кого-то теряют, ждут излечения, пытаются притвориться, что все хорошо, и даже может показаться, что ничего не произошло. Андреева же говорит, что ей никто никогда не поможет. В чем же кроется причина таких мыслей? Нет, не в том, что эта утрата стала для женщины далеко не первой за последнее время. Почему? Потому что в этом случае такие же мысли были бы у Ватрушкина. Да, все люди разные, но в этом похожи актриса и певец: они никогда не были склонны к отчаянию. Цукерберг знал эту особенность Льва, но вот о Юлии Егоровне знал очень мало…

- Вы одесситка? – спросил он.

Женщина покраснела.

- Затрудняетесь с ответом? – догадался психолог. – Говорите как есть, сообщите причину вашего затруднения.

- Я не одесситка, но была отправлена в Одессу Магисой по распределению и живу здесь уже много лет. Потом пришлось выехать по семейным обстоятельствам. Потом я вернулась вместе с Олегом. Я ему помогала, а вот моя дочь не делала этого! Я с этой личностью давно не разговариваю, но все-таки думаю о ней… Как она отреагировала на печальное событие?

- Ультрамариново, - вставил свое слово Сема. – У меня всегда сильные переживания ультрамариновые.

- Странный вы человек, - пожала плечами Юлия Егоровна. – Вы настоящий Кац или превратились в него? Я не просто так сравниваю: преступница назвала своего сына в вашу честь! Мой внук сейчас живет в Аргентине, а я из-за положения дочери невыездная: наказали за плохое воспитание! В общем, мой внук назван в честь сумасшедшего. Да, теперь он сменил имя, теперь он Саша Кулаков. Он не может снова стать Семой Андреевым позакону. В общем, теперь я понимаю, почему он принял такое решение: не хочет иметь никаких связей с ультрамариновым сумасшедшим! Может быть, нет в этом никакой морали.

- Ирина точно так же видит мир, - возразил Сема.

- Он понимает, что вам неприятны воспоминания о дочери, но все же это хороший пример, - вставил свое слово Цукерберг. – Сема и Ирина – родственные души. Были, пока она не опустилась. Но, думаю, больше не будет: смерть человека, с которым она познакомилась в самом начале сна, должна повлиять! Да еще пренебрежительное отношение к этому человеку в конце его жизни… Так что будет у вас еще радость, Юлия Егоровна! А Леша все-таки даст вам возможность забыться в театре. Кажется, Порфирия Вениаминовича, самого плохого папу в Одессе, вы уже забыли. Я в этом абсолютно уверен. Радуйтесь освобождению от такого человека! Олег выстоял даже после более серьезной трагедии: для него Диана была гораздо привлекательнее, чем для вас Порфирий! Ему было как будто все равно! Радуйтесь, что теперь эта идеальная пара снова соединилась!

Лев стал ненавязчиво излагать то, что стало доступным после смерти Софы, - призвал женщину смотреть на небо и всегда, замечая пары птиц, вспоминать великих Блисталовых. Да, у них осталась Маргарита, да, у них остался Витя… Но они тоже справятся!

- Маргарита так не плачет, как вы, - строго сказал Цукерберг. – Радуйтесь хотя бы ее силе.

- Она привыкла! – возразила Юлия Егоровна. – Сначала Паула, потом Диана… и потом отец, Олег.

Конечно, Цукерберг был прав, призывая радоваться некоторым вещам. В этом и заключалась его новая программа. Основная проблема многих людей состоит в том, что они концентрируются на одной неприятности, забывая простую вещь: вместе с горем нас всегда сопровождают и радости. Главное – научиться обращать на них внимание, и тогда жить станет гораздо проще. Конечно, бывают такие ситуации, как у Юлии Егоровны. Но нужно просто над этим вознестись, привыкнуть к новым обстоятельствам, просто забыть, что раньше было по-другому. Вот как это делается: разведена? Так было всегда! Дочь всегда вела преступный образ жизни… А в театре Юлия Егоровна совсем недавно начала работать: можно и забыть, что когда-то существовала такая роскошь! И Олег Блисталов всегда был частью какого-то исторического прошлого… Или давно был частью жизни женщины. Все эти явления Цукерберг сравнивал с плывущим кораблем. Он говорил так:

- Представьте себе, что в течение одного периода вы работаете над какой-то деятельностью. Кажется, что один день похож на другой. Так? Нет! Каждый день в вашей деятельности появляется что-то новое. То же и с нашим маршрутом: каждый день новая дорога! И разве вы вспоминаете с тоской о старой, дорогие одесситы? Нет! Так и в жизни. Все забыть, унестись! Будьте уверены: все пройдет!

Но Юлия Егоровна была уверена совсем в другом: судьба к ней несправедлива. Андреева сразу бы успокоилась, если бы услышала эти слова от Цукерберга. Больше ей ничего не было нужно. Не знал психолог, как работать с такими людьми. У него уже были примеры, так похожие на Джулию Гонсалес… Кстати, у Джулии уже было двое взрослых детей. Правда, Лев ничего не знал о ее судьбе и даже не хотел узнать, когда посещал Аргентину, которая ещё была Бразилией. Потом он об этом очень пожалел… Кстати, Джулия очень болезненно переносила полное подчинение Бразилии. Она не желала с этим мириться, поэтому жизнь окрасилась в черный цвет. Иногда женщина плакала при всех, потому что не могла сдерживать себя. Ее бессмысленное существование превратилось в настоящий ад. Джулия думала примерно так же, как Юлия Егоровна: «Слишком много счастья мне было дано, вот я за это и наказана… Эх! Это теперь надолго, если не навсегда».

Но пора рассказать, как вела себя Маргарита. Мы знаем о ее воле, которая помогает в любых ситуациях. Казалось бы, нет Олега – нет запрета, женщина может вернуться в театр! Да и циничная Великая к этому призывает.

- Нет, мама, - Маргарита впервые назвала Марину Валентиновну мамой. Зачем? Вероятно, все-таки было тяжело осознавать себя круглой сиротой. А как Великой приятно услышать это слово: «Мама!» Да еще с таким ласковым оттенком… Миша никогда так не говорил. Может быть, потому, что в нем с самого рождения проявлялся мужской, геройский дух? Вернодумский всегда мечтал о каком-то подвиге. Вероятно, людям такого типа противоестественны ласковые слова. А Маргарита объяснила причину своего отказа от «Золотой рыбки» так:

- Мне запрещено. Сам отец мне запретил. Я буду рассматривать это как завещание. Это произошло по моей вине, и я буду помнить.

- Теперь можно – говори, - со слезами на глазах сказала Марина Валентиновна.

- Можно сказать, что он наделал и что я раскрыла?

Теперь поговорим об Ирине, ведь она ускорила процесс излечения своей матери. Узнав о «смерти» Олега, женщина осознала всю свою вину перед ним. Не надо было уезжать! Надо было помочь Олегу в тяжелый период, позабыв о личных интересах! Да, тяжело, но ведь это настоящая война, на войне всегда так бывает… Теперь все потеряно. А ведь именно деятельность Олега помогла Ирине понять, что мечта о Рио-де-Жанейро яйца выеденного не стоила! Вместе с самого начала сна, лучшие друзья… И такой человек умер! Во время тюремного заключения Ирина выкрикнула пророческие слова:

- Да если вдруг выяснится, что он жив, я буду проводить с ним все свое свободное время! Когда выйду, попрошу прощения у всех за то, что я сделала! Чем было вызвано потрясение, из-за которого я так сильно опустилась? По-моему, в данной ситуации изгнание вполне логично! Но теперь я готова покаяться и вернуться на нужную дорогу. Пусть мой сын снова будет Семой Андреевым! Я заберу его из Бра… Арг… из той страны! Правда, будет трудно реабилитироваться перед сыном… Он повел себя абсолютно правильно!

И вот настал тот прекрасный день, когда Цукерберг сообщил Юлии Егоровне следующее: Ирину выпустили досрочно, потому что она публично призналась в своей неправоте. Оказалось, о предательстве все уже давно забыли и очень удивились, вспомнив об этом! Теперь Ирину стали хвалить за правильное отношение к памяти великого актера. Выезжать ей снова было разрешено. С Семой Андреевым, как Ирина и предполагала, было очень тяжело справиться: он уже привык, что мама нарушает социальные нормы! Изменить курс корабля мальчику было трудно…

- Подлизывается, - говорил он.

- Да нет, Сема, я все осознала! Преступности больше не будет! Теперь начнется совсем другая жизнь! В память об Олеге я даже готова вернуть Бразилию – его любимую страну! Может быть, погибну за него! Да, придется нарушить его порядки…

Вдруг Ирина увидела Олега собственной персоной. Тогда ей сразу же вспомнилась такая же ситуация с Лешей, поэтому она даже не стала кричать от страха. Неужели он жив? Ах, как близка она была ко второму пророчеству! Когда мистические явления совершаются безо всяких заклинаний, это указывает на уровень Учителя. При таком спонтанном формировании Учитель сразу начинает работу.

- Сеньора Андреева, и вы здесь? – удивленно спросил Олег. – Не волнуйтесь, скоро я сменю свой облик. Настоящий мне, к сожалению, не вернуть: таков удел самозванца.

И тут Ирина зарыдала… Никакой это не живой Олег, а всего лишь самозванец! Она-то уже почти поверила…

- Не плачь, мама, - строго сказал Сема. – Просто вспомни, как рада за тебя бабушка!

Глава 11.1

Олег, прилетев в страну, с названием которой очень трудно определиться, покорно шел на смену облика и молчал. Оказывается, все настоящие самозванцы в таких случаях произносили хотя бы одно слово. Полицейский даже хотел записать Олега в специальную книгу Магисы, но потом почему-то передумал. Видимо, не желал таким образом осквернять память любимого актера, хотя, по его мнению, сам Блисталов ни в чем не был виноват.

- Молодец! – строго сказал полицейский. – Меняйте облик самостоятельно: вы это заслужили! Никто из самозванцев еще не удостаивался такой чести.

Олегу, конечно, было абсолютно все равно, какой облик выбрать, ведь он считал себя давно мертвым… Бывший актер выбрал себе случайную внешность и нажал на кнопку официальной регистрации. И вдруг он увидел Джулию Гонсалес, которая спешила именно к нему… В чем причина такого поведения? Он же стал человеком, которого никто не знает! Может быть, что-то не получилось? Тогда нужно объяснить, как он здесь оказался! Что сказать? «Сеньора Гонсалес, я не Олег Блисталов, а самозванец. За хорошее поведение разрешили самостоятельно сменить облик, но, видимо, что-то не получилось». Да и как больно ему произносить подобные слова! Конечно, ужасно после смерти стать не самим собой, а другим человеком, только изображающим прежнюю сущность! Нет, не объясниться ему с Джулией…

- Сеньор Кассио, наконец-то я вас нашла! А ведь хотела обратиться к вам официально… Вот повезло! Я встретила сеньора Кассио, значит, придет невероятная удача, та, которая была до знакомства с Ватрушкиным! Но вопрос все-таки задаю: вернется ли когда-нибудь Бразилия?

Олег ничего не понял. Какой еще сеньор Кассио? Это какая-то примета?

- Я Учитель!

- Не учитель, а предсказатель, - улыбнулась Джулия. – При официальных обращениях предсказания неизвестны, это я знаю. А случайно вас встретили пять человек. Было сделано пять величайших предсказаний, и все они сбылись с поразительной точностью! Больше никто вас случайно не встречал. Получается, я шестая?

- Да, Джулия, - догадался Олег. – Вы шестая. Бразилия обязательно вернется! Друзья придут на помощь!

Магиса не понимала, почему Блисталов вместе с поклонниками верит в собственную смерть, поэтому и решила ему помочь – это опять проявились учительские таланты. Ведь откуда Олег мог знать, что друзья действительно спешат на помощь?

- Спасибо! Теперь дарите удачу!

- А как это? – удивился Олег-Кассио.

- Точно! – вспомнила Джулия. – Когда Кассио появляется случайно, он забывает все! Наверное, это сделано с целью проверки обычных людей. Теперь вы должны встречаться со мной каждый день с двух до трех часов ночи в течение месяца и говорить на любые темы.

Неужели? Говорить с прекрасной Джулией, возлюбленной лучшего друга? Разве это ад? Нет, видимо, Олег чего-то не понимает, а к Магисе обратиться нельзя.

- Так жив я или нет? – тихо спросил он. – Ничего не понимаю… Но я готов играть новую роль – роль великого предсказателя сеньора Кассио! Закончу разбираться с Джулией и пойду к кому-нибудь еще… Или подшучу над кем-нибудь? Да над теми же Мореро!

Не понял еще Блисталов, к чему приводят шутки! Магиса ему об этом напомнила, погасив огонь в груди. Теперь в душе Олега стало более пусто, чем было при Софье Алексеевне. «Это и есть ад, - подумал он. – Но я так и не понял, что хотела сказать добрая фея». Олег Блисталов решил взять реванш у Хосе и Маргариты Мореро. Для этого ему пришлось караулить у их дома. Ради интереса Олег настроил специальную волну и стал подслушивать разговоры.

- Всё зря! – кричала Маргарита. – Я хочу в театр! Папа, сделай так, чтобы меня тоже взяли!

- Но я не могу, - говорил Хосе. – Ничто не помогает. Думаю, мы не случайно попали в такую непростую ситуацию: она проверяет, как мы умеем ждать.

Олег понял: тут не пошутить. Если сказать, что они никогда не будут играть в театре, это будет верным предсказанием. Если же напророчить какую-нибудь роль, получится, что он желает им добра… Придумал! Мореро вышли из дома, и Кассио, который до этого был невидимкой, стал видимым.

- Кассио! – обрадовалась Маргарита. – Мы вас встретили, великий предсказатель! Когда мы будем играть в театре?

- А знаете, что бывает, когда Кассио отказывается сделать предсказание?

Оба Мореро пожали плечами.

- Неудачи будут преследовать вас всюду! Итак, я накладываю заклинание! Я не могу вам ничего предсказать!

Но потом многие стали признаваться, что видели Кассио, а он им ничего не предсказывал. Тогда некоторые задумались о таком поведении известного человека. О неудачах, конечно, никто, кроме Мореро, не знал: это было придумано Олегом. Но кто-то говорил так:

- Сломалась система. Или Кассио больше не предсказывает.

- А официально он продолжает предсказывать? – спрашивал другой.

И ему объяснили, что, к сожалению, после официальной встречи нельзя ничего сказать, а также невозможна дружба с предсказателем. Это стало поводом для серьезных раздумий. И вот кто-то стал догадываться, что на самом деле Кассио – это никакой не Кассио.

- Так за превращение в предсказателя очень серьезное наказание! – вспомнил кто-то. – Нужно разобраться!

А наказание неусидчивому Кассио готовила и Магиса… Она была возмущена тем, что Олег осмелился влезть в жизнь семьи Мореро со своим обманом.

- Одно событие будет отложено! – решила она. – Эх, а я-то его тренировала… Возможно только при разоблачении. Такой мягкий вариант будет доступен, если кое-кто будет хорошо себя вести. А сейчас вступи в поединок с настоящим Кассио, самозванец!

Увидев предсказателя, Олег понял, в чем дело: он совершенно случайно выбрал его облик. Это четвертый случай за сон, и Блисталов об этом знал. Он так и сказал:

- Простите меня, великий Кассио! Я четвертый случай – облик выбран случайно! Представляете? Олег Блисталов случайным образом выбрал облик бразильского предсказателя Кассио!

- Я знаю. Как раз это вы могли бы и не объяснять. Это уже не исправить: ваша внешность зарегистрирована как настоящая. Меня интересует совсем другое, дорогой Олег Блисталов! Почему вы не возразили этой Джулии Гонсалес? Уже вижу ваш ответ: растерялись. Теперь вопрос, на который даже я со своими способностями не нахожу никакого ответа: почему вы продолжили? Почему пристали к этим Мореро? Почему солгали о моем предназначении?

- Это месть, - объяснил Олег. – Месть за поражение в бразильско-аргентинской войне. Месть за то, что я попал в плен к Пабло Чавесу. Теперь понятно? Солгал, чтобы они из дома боялись выходить! Это было действие против них, но никак не против вас.

- Не согласен, - возразил Кассио. – У людей сложилось неверное представление обо мне. Вот вам за это наказание: пойдите к ним и скажите всю правду. Да, о себе тоже – не нужно пользоваться своей необычной внешностью! А также вы устроите их в театр: мне известно, какое именно предсказание интересовало Мореро. Естественно, я буду знать о ваших успехах. В случае невыполнения приказа будете подвергнуты тому колдовству, которое зачем-то записали в мои полномочия.

Но Олег мог обойтись и без последней фразы: он знал, что в аду следует выполнять все приказы, поэтому даже не думал сопротивляться. Но театр… Вот это настоящий ад, а все, что было до этого, - сущие пустяки! Ах, если бы Олег понял это раньше, он мог бы и после смерти оставаться живым, а сейчас… Но что для него театр? Правильно – сейчас это слово имеет уже другое значение… Сам поработал, теперь можно и Мореро познакомить с этим счастьем! Да и дочь у Хосе тоже Маргарита… С улыбкой Олег выполнил требование, и Магиса задумалась: «Может быть, не стоит так жестоко? Он все прекрасно понимает! В общем, еще подумаю: действие еще не началось, у меня нет материалов для его развития. Мне нужно еще понаблюдать за Олегом!»

А Олег полностью смирился со своей судьбой и каждому стал говорить, что никакой он не Кассио. В Аргентине уже знали, что Блисталов на самом деле жив, но Магиса не сообщала об этом всему миру: это нужно было, чтобы все съехались на защиту Бразилии.

Глава 11.2

Наверное, мой читатель подумает, что это совсем не рациональное решение – отправить в бой человека, из-за которого по сути произошла трагедия. Но ведь Маргарита понимала, к чему может привести ее настоящий облик, поэтому превратилась в другую женщину. Так Блисталова посоветовала сделать всем известным людям, вставшим на защиту Бразилии. Всем известным… А ведь приехали многие, и больше всего было одесситов! Наверное, они тоже хотели сохранить память о своей звезде. Марины Великой, конечно же, не было. Степана Борисова, как ни странно, тоже: видимо, и совсем не дружеская вражда дала о себе знать!

И вот все собрались на поле боя. Бразильцы вели себя спокойно, но у некоторых участников войны были прямо шевелевские мысли: убить Хосе и Маргариту Мореро. Только после этого можно будет браться за Пабло Чавеса! Ватрушкин же возражал:

- Зачем тянуть? Давайте тоже возьмем его в плен! Отомстим за то, что он сделал с Олегом!

- Я согласна! – воскликнула Маргарита. – В бой!

Женщина по примеру отца стала рассматривать военные действия как театральные. Импровизация! Но что это? Цукерберг ранен! Что же делать?

- Ни на что не надейтесь! – из последних сил крикнул Ефим. – Помните меня!

Все члены одесской группы собрались вокруг своего руководителя. Защита прервалась. Теперь аргентинцы могут действовать! Неужели не вернется Бразилия? А мерзкий аргентинец, который ранил Цукерберга, наверняка будет объявлен национальным героем… И маленький Сема кричит. Юлия Егоровна выглядела совсем разбитой: теперь она теряла и Цукерберга! Маргарита тоже склонилась над раненым и вдруг увидела, что его рана не смертельна, – можно обойтись простым заклинанием. Но кто-то собрался стрелять в женщину… Нужно выбирать, чья жизнь дороже, – ее или Цукерберга!

- Погибну за отца, - решила Маргарита. – И за его… руководителя.

А ведь сам Олег-Кассио тоже участвовал в войне. Ему пришлось переменить уже смененный облик. Он вспомнил все, чему учился, и даже на время забыл о страшном наказании Магисы. Конечно, увидев, что творит его дочь, он очень испугался. Потом вспомнил… Да нет – вон сколько везде мертвых! Значит, он все-таки жив? Значит, он не в аду? И зачем он тогда заставлял всех верить в эту ложь? Как теперь объясняться? «Ребята, я живой Олег Блисталов. Поверил в слухи о своей смерти из-за наказания Магисы: я стал совсем другим человеком, которому жизнь кажется настоящим адом. Адом… Вот я и решил, что умер. А вы все – ненастоящие! И я, мертвый, должен был выполнять любую, даже самую нелепую задачу!» Но эти слова могут привести только к психбольнице. Не может Олег теперь объявиться без последствий!

Но что делает Маргарита? Цукерберг спасен! Верная пуля летит в сторону Блисталовой… Женщина уже не успеет… Но вдруг она услышала приятный женский голос из ниоткуда:

- Жить хочешь?

- Хочу!

И пуля полетела в другую сторону… Это был второй приход Магисы. Читатель может усомниться в моем рассказе, сказать, что я пожалела женщину, оставив ее в живых. Но это выдумано не мной, а подсознанием Ирины Андреевой, реальной женщины. События, в которых она не участвовала, открылись ей прямо перед смертью. Итак, к Маргарите действительно пришла Магиса. Вместе с феей пришла и новая слава: бойцов призывали брать пример с Блисталовой.

- Вот проявление героизма!

- Она могла погибнуть!

- Что значит «могла»? Она должна была погибнуть! Просто повезло!

- Везет лучшим!

Для Маргариты это было достойное сохранение памяти отца, а для самого отца – облегчение. После боя он все-таки решил открыться:

- Маргарита, ты тоже поверила в мою смерть? Напрасно. Я жив. Думаю, ты прекрасно понимаешь, почему я стал играть гораздо хуже: это наказание Магисы. Теперь мы будем жить совсем по-другому. Я все понял. Ты меня не предавала. Мы снова будем вместе играть в театре! Может быть, можно что-нибудь сделать, чтобы я снова стал хорошим актером? Может быть, такой гад, как я, может выйти из тюрьмы изменившимся?

Маргарита не знала, что сказать. Вот уже второй раз распускают ложные слухи о смерти ее отца! И кому это нужно? Она также удивилась, узнав из каких-то источников, что официально об этом сообщил сам Лев Ватрушкин! Позже певец объяснил, чем вызвано его ошибочное мнение. Маргарита же сказала все о сертификатах: уже незачем скрываться!

- Из-за этого все проблемы? – удивился Лев. – Ну и ну! А я ему говорил… И никогда они теперь не решатся?

- Нет, никогда!

Но вернемся к разговору двух Блисталовых – отца и дочери. Отец наказал Маргарите продолжить защищать Бразилию «не только для того, чтобы получить еще больше военных наград». Маргарита сказала, что готова погибнуть.

- Только давай без этого! – возмутился Олег. – Ты меня два раза как будто теряла, а я не хочу терять тебя по-настоящему!

Магиса на небесах растерялась, ведь по идее должна была убить Маргариту, наказывая Олега… Но потом фея все-таки решила отстать от актера: пусть Маргарита живет! Женщина еще не выполнила свою главную задачу, ее смерть была бы неоправданной с точки зрения Высших Сил… Но военные действия продолжаются, и Маргарита продолжает совершать подвиги и получать награды. Правда, каждый раз это разные женщины, как считают аргентинцы.

- Каждый раз какая-то отличается, - заметил один из них. – Что делать? Может быть, убьем всех женщин, а мужчин трогать не будем?

- Дело говоришь! – засмеялся другой. – Тогда нам будет гораздо легче!

- Точно! На женщин!

Конечно, каждый день было множество потерь. Каждый день кто-то кого-то оплакивал и проклинал войну. Поэтому в тот день невозможно было не заметить, что ни один бразильский мужчина еще не погиб. Погибли одни женщины… Бразильцы сначала считали это простым совпадением, а потом поняли, в чем дело…

- Ребята, не боимся! – крикнул один бразилец. – Нас не трогают!

Но совсем не бразилец услышал его слова… Это был Лев Ватрушкин, убивший трех главных аргентинских злодеев: Хосе Мореро, Маргариту Мореро и Пабло Чавеса. Он знал, что потом будет мучить совесть, знал, что будет думать, как этим людям хотелось жить, но все-таки решился на бесчеловечный поступок.

- И это мой любимый певец! – возмутился один из аргентинцев. – Управлять тебя посажу!

- А вы мужчин сегодня не трогаете,- парировал Ватрушкин.

- Действительно, не трогаем. Посмотри, всего одна женщина осталась! Может, это та самая ведьма?

- Одна?

В сражении участвовала и Джулия Гонсалес. Лев знал: она не будет возвращаться к своей старой привычке и не придет только в случае смерти. Остальные подруги певца успели скрыться под командованием Цукерберга, а Джулия, выходит, погибла… «Зря я ее учил соблюдать правила одесской группы, - с грустью подумал Лев. – Вот к чему привело соблюдение! Сюда могла бы и не приходить…»

Сражение оказалось хуже всех предыдущих: видимо, Маргарита все-таки не смогла справиться без других женщин. Было объявлено поражение войск, относящих себя к «защитникам несуществующей страны», в этом сражении. Потом еще в нескольких сражениях аргентинцы убивали женщин и достигали больших успехов. Итог – Бразилии все-таки нет! Но некоторые «защитники несуществующей страны» были особо отмечены: так, Маргарита получила… бессрочный сертификат на исполнение желаний! Но она не может по своему желанию изменить итоги войны…

Вам, наверное, интересно, кто стал президентом Аргентины вместо убитого Пабло Чавеса. Им стал кандидат, который всегда получал совсем немного меньше голосов, чем Пабло Чавес, - Диего Бланко. Диего проводил более умную политику и никогда не хотел уничтожить Бразилию. Но вернуть эту страну он, к сожалению, был не в состоянии… Правда, Диего Бланко был не из тех, кто сдается. В своих речах и записях он иногда использовал слово «Бразилия». Аргентинцы любили своего президента, поэтому не позволяли себе возмущаться по этому поводу. Им даже понравилось, что Бланко принял замечательное решение – выслать из Аргентины всех одесситов. А президент просто хотел, чтобы Блисталовы не морочили себе и аргентинцам голову и спокойно работали дома, не задумываясь о чужих проблемах. Но, узнав о таком решении, Ирина возмутилась больше всех. Видимо, теперь она не собиралась никого предавать…

Глава 11.3

Веселой и в то же время грустной была дорога в Одессу. Веселой, потому что все теперь пойдет по-старому и при Олеге даже не будет приставучей Софьи Алексеевны! А если что-нибудь не получится в театре, Блисталов уйдет в армию. Это он давно решил. Но я еще не сказала читателю, почему же дорога была грустной… Думаю, читатель сам об этом догадывается: все-таки экс-президент Бразилии чувствовал вину за уничтожение этой страны.

- Да брось ты, папа, - говорила Маргарита. – Мы бы в любом случае проиграли. Уже говорю о Бразилии «мы»… Папа, когда-то ты от меня этого хотел, а я не могла вспомнить свое бразильское детство, поэтому не слушалась. Как ты меня об этом просил! Как ты меня за это ругал! Но потом твои мысли повернулись.

- Стоп, - строго сказал Олег. – Они повернулись, когда я туда прилетел. Я сразу понял, что ошибся, а потом просто не хотел признаваться самому себе. Уже предвижу твой вопрос… Твою маму я выбрал правильно. До сих пор в моем сердце живет любовь к ней, и я ничего не могу с этим поделать. Спасти может только еще один безнравственный поступок – другой брак. Мне придется это сделать… Я уже не первую сотню лет думаю о ней. Несмотря на то, что Диана была идеальной женой, чувства немного остыли. Это тогда не помогали ни Режина, ни Розане… Сейчас я кого-нибудь выберу.

Оказалось, Юлия Егоровна подслушала разговор Олега и Маргариты, поэтому была возмущена таким поведением. Ей было непонятно, как можно изменить идеальной жене, даже мертвой.

- Олег Львович, так нельзя! – крикнула она. – А если опять попадете на какую-нибудь Клару Соуза? Вы уже знаете, к чему это приводит! Но такое поведение объясняет ту вашу безрассудную свадьбу. Вот я бы вышла замуж: образ Порфирия все покоя не дает! Начну заботиться о другом мужчине, и тогда все пройдет… Правда, все почти прошло. Теперь мне не стыдно за тебя, Ирина. Но как это произошло? Ты склонна к анализу. Началось все с того, что ты бросила друга в беде!

- А что бы я делала? – возмутилась Ирина. – Все равно Пабло запретил общаться с Олегом. Что мне оставалось делать? Что вы на меня взъелись?

Все замолчали. Ирина была совсем не такой, как они думали. И из-за гонений женщина не могла сказать, что на спасение Олега нет никакой надежды! Если бы ей это удалось, кто-нибудь бы направил ее на путь истинный: плен изначально планировался на четыре года. Бедный Сема Андреев, которому из-за глупой ошибки пришлось стать Сашей Кулаковым! Бедный Сема Андреев, которому пришлось трижды изменить отношение к маме! Сначала, когда она «предала» Олега. Потом, когда она решила извиниться за все. И в последний раз сейчас – когда выяснилось, что она никого не предавала. А что же Сема Кац – человек, в честь которого Ирина назвала мальчика? Юлия Егоровна перестала осуждать цветовое восприятие, видимо, поняв, что это природная особенность.

Как переменился Ватрушкин! Он еще не знал, что скоро будет петь гораздо лучше. Певец просто прилип к Олегу:

- Жив! Пожалуйста, будь осторожнее: я не хочу тебя терять! Если на сцене что-то не будет получаться, копируй меня – это будет пользоваться популярностью у зрителей! Не объяснять же им, почему ты так играешь!

Почему-то для Олега эти слова стали серьезным ударом, и дорога стала еще печальней. Но что же его так расстроило? Актер сам прекрасно осознавал эту правду, и она даже была подтверждена Магисой… Может быть, Олег думал, что изменилось только его восприятие, а слухи о его смерти поползли просто так? Или какая-то другая причина заставила его погрузиться в глубокую тоску? Может быть, он просто не мог слышать эти слова от лучшего друга?

- Я не сдаюсь, - тихо сказал он. – Театру я отдал все.

- А на войну пойдешь, если что?

Напоминание о войне еще больше растревожило Олега. Он уже перестал думать о таком варианте. Он же всегда чувствовал себя только актером! Но… и всегда мечтал о Рио? Нет, это совсем другое… В первой части уже говорилось, что мечта и привычка очень сильно отличаются… Оторваться от привычки гораздо сложнее, чем от мечты. Теперь с Олегом произошла именно первая болезненная ситуация.

- Я весь сон! – воскликнул Олег.

- Сон тобой не ограничивается, - строго сказал Цукерберг. – Похоже, нужна серьезная работа. Почему я так решил? Потому что ты уже не признаешь никаких запасных вариантов и не заканчиваешь предложения. Уверен, следующее ты тоже не закончишь.

- Я не какой-нибудь абитуриент!

- Продолжаю твою мысль, - грустно вздохнул Цукерберг. – Ты не какой-нибудь абитуриент, чтобы рассматривать запасные варианты. Ты уже сформировавшийся актер, образование тебе не нужно. Но где оно?

- Что? – не понял Олег.

- Да образование!

И тут Олег понял, в чем причина его неудач… Сначала он работал по интуиции, но теперь все-таки нужно научиться. Блисталов получит хорошее образование! Хорошее актерское образование!

- Почему ты излечился от своей болезни? – не понял Цукерберг. – Какое мое слово тебя так вдохновило? Я психолог, но, к сожалению, не понимаю. Ты не шевелевец, это я точно знаю. Но ты – вторая ситуация после шевелевцев, у которой нет быстрого ответа… Может быть, ты мне его дашь?

Олег молчал. Он хотел сделать свои намерения тайными и не поделился даже с лучшим другом, бывший конкурент которого, Алексей Андреев, видимо, догадался, в чем дело. Это типичная реакция для жертв школьной реформы, которая не выдает в Леше бывшего мужа Учительницы. Кстати, об Учителях: Магиса хотела взять Маргариту под свое крыло, но, узнав, что та не хочет расставаться с театром, остановила свой выбор на другой молодой женщине – Ирине. Сему Ирина решила забрать с собой.

Юлия Егоровна, узнав от дочери о таком повороте событий, расплакалась. Теперь ей будет трудно прийти в себя! К сожалению, ей самой не дано никакого дара, кроме актерского. Но почему к сожалению? Может, стоит все-таки подумать, что Ирина снова предала? Тогда будет гораздо легче заново с ней расстаться!

- Олег, а ты ведь с Юлией Егоровной будешь жить? – уточнил Цукерберг.

- Да, с ней и с Лешей. Маргарите не буду мешать строить театральную и семейную жизнь. Вот Виктор Блисталов – это мой достойный преемник! Мечта моего Миши не сбылась: за него много подвигов совершила жена.

- Вспоминается, как одну девочку спросили, кем был Авиценна, - строго сказал Цукерберг. – А она начиталась Воскобойникова и выдала все, что знала об этом человеке, хотя достаточно было просто написать «врач». Это никак не отразилось на ее оценке, никто даже ничего не говорил, но она зачем-то потратила свое время! Может быть, сомневалась, может быть, хотела таким способом закрепить свои знания. Не мне о том судить. То же и с тобой, Олег. Я задал прямой вопрос и хотел услышать на него прямой ответ. Зачем рассуждения о Маргарите и Викторе Блисталовых? Не скрою, это замечательные актеры. Но мы о другом. Олег, Юлии Егоровне немного нехорошо, и ей нужна твоя помощь. Справишься? Вы актеры одного уровня, вы созданы для взаимопомощи.

- Она выше, - произнес Олег и заплакал.

- Не реветь! – строго сказал Цукерберг. – Скоро Одесса! Понимаю, что в твоей груди никогда не будет огня, но ведь можно по-актерски представить, что он у тебя есть! Тогда все пойдет по-другому! Тогда вернется прежняя популярность! У тебя есть все шансы.

- Конечно! – обрадовался Олег, вспомнив о своем будущем образовании и о том, что у Юлии Егоровны его тоже нет.

Наконец друзья прилетели в Одессу. Они прилетели с военным поражением Бразилии, но в то же время и с победой – вернулся живой Олег Блисталов! Ватрушкин официально объявил об ошибке и в знак наказания за неделю дал двадцать один концерт. Профессиональные певцы представляют себе, что это такое, – Лев себя действительно наказал! А что же Олег? Все были в шоке, когда он сказал, что не пойдет в «Золотую рыбку». Он никому не говорил, куда именно идет, но тайное становится явным, и виноваты в этом преподаватели. В том, что Олег настоящий, уже никто не сомневался: он предъявил достаточно очевидные доказательства. Но все считали странным его поступок, видимо, забыв, как низко за последнее время опустился уровень ранее великого актера Олега Блисталова.

- С ума сошел! – констатировал кто-то.

Глава 12.1

Бедный, бедный Олег Блисталов! Теперь о нем, как и о Чацком, которого он когда-то играл, поползли слухи. Те самые: всем казалось, что Олег сошел с ума. Никто уже не думал, что актеру нужно образование. Многие предлагали Блисталову лечение. Он сначала терпеливо отказывался, а потом воскликнул:

- Да что же это такое, в самом деле! То я умер, то с ума сошел! Прекратите! Вспомните, почему вами было сделано первое предположение!

Кто-то закричал: «Ватрушкин сказал!» Никто уже не помнил, какова настоящая причина ошибки. Всё свалили на бедного Льва Олеговича… Это кончилось тем, что певцу объявили бойкот. Все понимали, к чему приводит обман.

- Мы из-за тебя ошиблись! – кричали одесситы. – Зачем ты распустил эти ложные слухи?

- Я? – возмущался Ватрушкин. – Заметьте, первое предположение исходило не от меня. И кто сейчас распускает ложные слухи о сумасшествии Олега? Как лучший друг, могу вас заверить: это неправда, он был и остается абсолютно нормальным человеком.

Но никто не поверил певцу: за Ватрушкиным уже закрепилось положение лгуна, слова которого теперь имели противоположное значение. Балаболкин «официально» сообщил, что Олег рехнулся. Сейчас читатель узнает, чем это кончилось.

***

В театральный институт пошла учиться и Юлия Егоровна. Женщина сама не знала, зачем она это делает. Может быть, тоже решила подтянуть свой уровень, но, возможно, причина была совсем в другом: Андреева запомнила слова Цукерберга о помощи Олега. Но какой может быть помощь, когда состояние Блисталова усугубилось?

- Нет, Юлия Егоровна, не подходите ко мне! – кричал Олег. – Я сейчас действительно сойду с ума! Мне ничего не хочется! Возьму и брошу институт!

- Этим вы подтверждаете слухи, - сухо сказала Юлия Егоровна. – И вообще, по правилам вам запрещено отказываться от помощи мне. Мне очень нужна ваша поддержка, Олег Львович! Должны же понимать, как тяжело расставаться с мужем и с любимой дочерью!

- Всё расставания, расставания… Ничего более серьезного. Я правильно понимаю? У меня, напоминаю, жена умерла, и, возможно, я сам тому виной. Потом умерли еще две жены, одна из которых была президентом Бразилии… Бразилии, которой больше нет! И тоже по моей вине: Мореро целились именно в меня. Наконец, я был изгнан самой Магисой, и в моей душе теперь полная пустота! Я достойно выдержал эти испытания. Даже не плакал ни разу. А теперь меня объявляют сумасшедшим! Да, это могло случиться, но все обошлось.

- Вам действительно плохо, - покачала головой Юлия Егоровна. – Мои проблемы – пустяки по сравнению с вашими! Вы действительно очень сильный человек. Судьба устроила так, что мы живем вместе, и поэтому я счастлива!

Олег отметил, что он и Юлия Егоровна до наказания Магисы были актерами одного уровня. Он также зачем-то вспомнил, как между ним и Ириной в начале сна возникла любовь. Они были объединены одним делом, одной мечтой.

- А у вас какая мечта? – поинтересовался Блисталов.

- Поднять свой актерский уровень до того, какой был прежде.

- Да? – притворно удивился Олег. – У меня такая же. И, знаете, Юлия Егоровна… сейчас вы скажете, что я действительно сошел с ума…

- Если так, я буду очень разочарована. Я буду плакать, потому что…

Олега насторожили эти слова. Неужели ему сейчас не придется ничего объяснять? Прочитав страсть во взгляде Юлии Егоровны, Олег решил не говорить о своих чувствах.

- Поможем друг другу? – прошептала Андреева. – Любви между нами нет: я просто забуду Порфирия, а вы – Диану. Потом разорвем отношения, но продолжим жить вместе. Я хочу от тебя ребенка, Олег.

- Я тоже этого хочу! – воскликнул Блисталов. – Но… Юля, мне не позволяет совесть. Как я могу изменить памяти своей идеальной жены? Хочется чего-то еще, конечно, но в основном нам достаточно совместного проживания.

Юлия Егоровна стала считать, сколько же лет Олег помешан на Диане. Очень, очень много у нее получилось. Иногда наступает период, когда перестаешь говорить об объекте помешательства, но продолжаешь думать. Хорошо, когда это театр, место работы – никто не усомнится в нормальности! Но если это женщина? Тогда уже возникают вопросы… Может быть, помешанный редко об этом говорит – все знают о его любви, но не о болезни. Так и с Олегом.

- Тебе действительно нужно лечиться, - с сочувствием произнесла Юлия Егоровна. – К сожалению, Диане абсолютно все равно, что делаем мы с тобой.

- Юлечка, дорогая, я верю в жизнь после смерти. Если мы что-нибудь такое сделаем, ей будет плохо!

- А если поцелуемся? – предложила Андреева.

Олег стал обдумывать это предложение. Действительно, можно ли им целоваться? Конечно, нельзя: они даже не родственники. Если бы Олег когда-нибудь целовал Ирину, то, конечно, никаких вопросов не возникало бы: родственные связи, конечно, возникнуть не могли, но их можно было придумать для таких друзей. И вот Блисталов нашел выход…

- Тогда я должен подтвердить свое сумасшествие и начать целоваться с Лешей. Но если он мне как бы сын, чему поспособствовала Ирина, то ты мне кто? Законная жена?

- Мы семья, - засмеялась Юлия Егоровна. – Не вдавайся в подробности!

Олег прислушался к ее совету. Но он больше не мог сдерживать свою страсть: хотелось не только целоваться. Поэтому Блисталов решил отправиться к Диане. Это были уже не просто юношеские мысли. Такое желание не было связано именно с мучительной страстью, как в былые времена. Олег понимал, что в один не очень прекрасный день не сможет сдерживаться и осквернит память Дианы. Когда он объяснил это Юлии Егоровне, она воскликнула:

- Да ты же здоровый человек! И почему «Золотая рыбка» еще думает, брать тебя или нет? Но я предлагаю более разумное решение: нам надо расстаться.

- Нет. Да, я тогда ничего не смогу с тобой сделать, но огонь будет разгораться все ярче и ярче. Я буду думать только о тебе. Это тоже недостойно по отношению к памяти Дианы.

Юлия Егоровна согласилась. Олег объяснил простую вещь всей Одессе. Только одно его беспокоило: каким способом уйти? Если он утопится, вряд ли это будет геройский поступок. Лучше погибнуть от чьей-нибудь руки.

- Ну, кто готов? – крикнул Олег, пытаясь казаться веселым. – Может быть, вы, Марина Валентиновна?

Взглянув на Великую, Блисталов увидел Маргариту с окаменевшим лицом…

- На этот раз по-настоящему, Маргарита, - предупредил он. – Нужен только убийца. Миша, ты же мечтал о подвиге! Давай! Мы будем вдвоем… Надеюсь, Маргарита понимает, что так будет лучше.

Миша достал пистолет и дрожащей рукой навел его на Олега. «Может быть, там и нет ничего, - начал задумываться Блисталов. – Может быть, я зря… Что такое? Кажется, я освободился от гнета Магисы! Конечно – это могло произойти только перед смертью!» Миша читал в глазах Олега те же мысли и не хотел лишать его жизни… Что же Вернодумский может придумать в такой ситуации? Миша зажмурился и выстрелил.

- Мимо! – закричали одесситы.

- Но ты все равно справился, - заметил Олег. – Не каждый решится выстрелить в любимого тестя. Не знаю насчет нелюбимых…

- Я специально… Я недостоин! – воскликнул Миша и зарыдал.

И тут вдруг появилась Магиса. Она пришла ко всем одесситам и сказала Мише, что он обязательно проявит себя в новой войне за освобождение Бразилии.

- И не унывай, Вернодумский! – воскликнула фея. – Понятно? Ты, Олег, погибнешь в этой войне – там будет некогда анализировать жизнь! Да, от наказания я тебя освобождаю: какой в нем сейчас смысл?

Теперь Олегу было гораздо труднее решиться на непоправимый шаг… Жизнь в нем кипела, а нахлынувшие чувства казались пустым развлечением. Впервые после смерти Дианы ему было так хорошо. В самолете Олег нашел в себе силы разыграть сценку с некоторыми партнерами. Все признали, что теперь талант Блисталова стал прежним.

- Теперь ему разрешено жениться на актрисе такого же уровня, - прошептал кто-то. – Сама Диана разрешает: есть у Олега такие привилегии!

Но было уже поздно…

Глава 12.2

- Ты герой, - говорил Олег Мише Вернодумскому. – Ты обязан достойно себя проявить. А я лучше убегу… Знаешь, что мне шепнули? Сама Диана разрешила жениться на Юле! Значит, я не обязан ликвидировать эту проблему. Но уже все равно: возможно, благодаря мне вернется Бразилия! Не убегу… Эх, натворил я глупостей всяких!

Итог военных действий поразил всех, кто знал, что сказала Магиса. Никто даже не думал, что Учительница может ошибиться. Все уже готовились к последующим событиям, а кто-то уже успел с ними смириться… Читателю, наверное, интересно, что же сделал Миша. Он решил так: «Почему это погибнуть за Бразилию должен Олег, а не я? Это, конечно, логично: он столько лет посвятил этой стране! Мы оба были в Рио во время трагических событий, оба выжили. Я открыто тосковал по Одессе, а он об этом молчал и даже считал чем-то неприличным. Но эта страна не вызывает у меня отвращения: в ней я познакомился с замечательным психологом Ефимом Цукербергом. Олег, возможно, тоже так думает. Нет – он стал президентом, и от этой вынужденной работы его любовь к Бразилии уменьшилась. Я… должен… совершить… подвиг».

Когда Вернодумский начал убивать людей, не беспокоясь о своей жизни, когда военная ситуация резко переменилась, кто-то из аргентинцев закричал:

- Да он же за женой повторяет!

Действительно, Маргарита делала то же самое. Но оба забыли об Олеге, который попал в окружение. Сейчас решится его судьба. Миша оглянулся назад и увидел эту картину…

- Он вам ничего не сделает! – крикнул он. – Хотите, покажу верный путь к победе? Аргентинцы, я с вами!

Предательство Вернодумского возмутило многих. Никто не знал, что делает Миша. А он говорил:

- Давайте убьем вот этих, они хорошо воюют.

Это были не пустые слова: мужчина действительно нашел лучших воинов и отправил их разбираться с аргентинцами. Олег остался в живых, но даже он ничего не понял…

- Миша, и это сделал ты! Не ожидал я от тебя такого! Оказывается, твой подвиг в предательстве! Маргарита, надеюсь, я все-таки погибну за Бразилию! Моя последняя воля – разберись с этим идиотом!

Какой-то генерал схватил предателя за руку и увел его к себе. Миша вернется, когда признает свою ошибку.

- Нет, никогда не признаю, - тихо сказал Вернодумский.

Когда бойцы расходились по домам, они услышали какой-то политический спор. Неужели? Неужели все встало на свои места? Спор был о выборах президента Бразилии. Одни говорили о Блисталове: никто из кандидатов еще не успел зарегистрироваться. Другие настаивали на возвращении предшественника Клары Соуза: он проводил хорошую политику. Можно же иногда нарушить закон! Война – уважительная причина. Третьи говорили так: «Нужно устроить нормальные выборы! Список кандидатов определится еще одним голосованием». А четвертые кричали: «Рикардо Оливейра!» Видимо, люди этой категории за короткий срок привыкли видеть актера на посту.

Но почему Бразилию все-таки удалось отстоять? В это событие никто уже не верил… Одесситы также не верили, что Олегу Блисталову Магиса все-таки вернула жизнь. Он сам никак не мог в это поверить. И не было больше влияния наказания! Это победа! Если бы кто-нибудь догадался о ее причинах, то Маргарита, возможно, сейчас не плакала бы…

- Пусть за меня голосуют! – говорил Олег. – Я наведу здесь порядок, а потом буду работать в Одессе!

Он был полон энтузиазма, но споры относительно проведения выборов так и не утихали… Видимо, требовалась серьезная помощь в этом вопросе. И вот она прилетела в лице Магисы.

- Олег Блисталов должен был погибнуть, - начала свою речь фея. – Я не смогла это устроить: не ожидала такого поворота событий! Даже феи могут не всё. Сейчас я все объясню. Сначала он должен был умереть, потому что в противном случае осквернил бы память Дианы поступком, от которого он бы не удержался. Диана разрешает Олегу Блисталову жениться на Юлии Андреевой, но я все равно решила его убить. Знаете, за что? Помните, у Степана Борисова пропал голос? Помните, Алексей Андреев чуть не умер? Это все произошло по вине Олега Блисталова! Это он неправильно пользовался своим сорокадневным сертификатом! Но проверка, к сожалению, была отменена хитростью. И распределение особых актеров в «Дельте» и «Золотой рыбке» - тоже его рук дело. Ради отмены последствий он женился на умирающей Марии да Силва! Знаете, зачем? Чтобы после ее смерти получить новый сорокадневный сертификат! А он дается только арестантам. Поэтому Олег соврал, что украл часы у сына этой женщины. Настоящий преступник до сих пор на свободе! Потом Олег женился на Кларе Соуза, зная, что ее скоро убьют. А на следующий день его арестовали за те часы, которых он на самом деле не крал. Правда, забыл он об одном условии – в таком случае появляется обязанность стать президентом. Конечно, в итогах своей деятельности он не виноват. Я думала, что могу забрать его в Учителя, потому что ему пришлось преодолеть столько испытаний… Как мог такой человек стать Учителем? Он должен был подумать и отказаться от моего предложения! К сожалению, он этого не сделал, а проверка показала именно то, что я говорю. Понятно, что случайный Учитель достоин наказания. Никогда он теперь не будет ощущать прежнюю жизненную энергию! Именно из-за такой перемены многие поверили в его смерть. Олег стал совсем другим человеком. И вдруг я нашла актрису его уровня и решила, что у Блисталова и Андреевой должна возникнуть любовь. Пусть хоть это скрасит жизнь Олега! И я услышала решение, достойное настоящего Учителя: страсть была сильной, он не мог сдерживаться… Но как же он мог осквернить память Дианы? Чтобы в конце концов не поддаться соблазну, он решил отправиться к ней, не зная, что там уже все решено: Диана согласна на брак с Андреевой! Я решила также испытать и Мишу Вернодумского – предаст или нет? Он не предал, и поэтому справился с моим испытанием. Не шумите! Считаете, предал потом? Нет, он вас не предавал. Я стала искать лучший способ избавиться от Олега. Наказание уже было снято, но это, к сожалению, была моя слабость. По моим расчетам Олега должны были убить, но этот гадкий Вернодумский вновь не дал Блисталову погибнуть. Конечно, я считаю, что такой удачи быть не должно. Думаю, вы все со мной согласны. Но зачем все-таки убивать этого маргинала, если он может принести пользу обществу? Олег, слушай мои условия! Я возвращаю тебе наказание! Ты сможешь его снять, если… Первое: все-таки отработаешь оставшийся срок в качестве президента Бразилии. Второе: женишься на Юлии Егоровне и в течение всей жизни не произнесешь больше ни слова о Диане. Третье: ни одного хорошего слова о Степане Борисове. Четвертое: после отработки в обязательном порядке пойдешь в театр «Золотая рыбка». При выполнении всех этих условий я сниму с тебя наказание!

Бразильцы эту речь не слышали, поэтому и не осуждали своего нового президента. Балаболкина предупредили, чтобы он ничего им не говорил. Но он разболтал всем остальным… Весь мир за исключением бразильцев теперь был против Олега Блисталова. Магиса пыталась сказать, что он уже наказан, но никто ничего не слышал…

***

Теперь Олег был один: конечно, Магиса не собиралась посылать ему Ватрушкина. Для начала Блисталов напомнил, что столицей Бразилии все-таки является город Бразилиа – что президент делает в Рио? Ему пытались объяснить, что это сон, но Олег был настроен решительно. Это была важная реформа.

- У вас еще долг, - напомнил один из депутатов. – Помните? Вам сказали, чтобы вы кое-что выплатили…

Но, услышав слово «долг», Олег задумался не о деньгах, а об освобождении Миши Вернодумского. Ведь Маргарита осталась в Бразилии в ожидании соответствующих вестей! А Юлия Егоровна снова стала мамой. Леша теперь тоже жил в семье и пытался считать Маргариту сестрой.

Олег долго думал, какой именно акт составить. Получилось так: «Освободить всех воевавших на бразильской стороне, которые были незаслуженно наказаны». Но Думе что-то не понравилось: видимо, догадались о Мише.

- А если предатель? – спрашивал один.

Другой вынес вердикт:

- Нет, сеньор Блисталов, мы такой закон принять не можем.

А Миша, возможно, считает предателем Олега… «Как же так? – вероятно, думал он. – Я спас ему жизнь, а он ко мне так относится!» Но все было совсем не так. Вернодумский терпеливо нес свой крест, понимая, что совершил неоднозначный подвиг. Как объяснить, что он не воевал на аргентинской стороне и никогда не собирался никого предавать? Мише было очень тяжело, но он держался и ни разу не плакал.

- Железный мальчишка, - сквозь зубы цедил генерал. – Но я тебя доведу, ты заболеешь каду! Это ты меня довел: я уже стихами заговорил!

Миша не собирался болеть каду. Он был к этому непривычен. А свою жизнь он испорченной не считал, даже немного радуясь испытанию, выпавшему на его долю. А Олег ругал себя за то, что заставляет страдать бедного мальчика… Наконец он сказал:

- Маргарита, забери! Это будет театрально – генерал не посмеет возразить!

Решили, что Маргарита появится в образе смерти. Так у Блисталовой точно получится освободить мужа!

2018 - 2019




Мне нравится:
1

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 18
Свидетельство о публикации: №1220911480135
@ Copyright: Инна Альбрехт, 11.09.2022г.

Отзывы

Добавить сообщение можно после авторизации или регистрации

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1