Литературный сайт
для ценителей творчества
Литпричал - cтихи и проза

С НОВЫМ ГОДОМ!


С НОВЫМ ГОДОМ!


Владимир Щербединский, стихи Елены Сойни

Оригинальный сценарий 2-х серийной «новогодней сказки» для взрослых (лирическая комедия).


1 СЕРИЯ

НАТ. ОСТАНОВКА ГОРОДСКОГО ТРАНСПОРТА. – ПОЗДНИЙ ЗИМНИЙ ВЕЧЕР.

Поздний зимний вечер в провинциальном городе в канун Нового года. Городское освещение по столичным меркам весьма скромное: уличные фонари, горящие, примерно, через один, незамысловатые светящиеся вывески магазинов, кое-где праздничные поздравления в витринах, забавно иллюминированные деревья.

Впрочем, автобусная остановка освещена хорошо и походит на мини-вокзал с залом ожидания и буфетом. В «зале ожидания» только не первой молодости пьяненькая ПУТАНКА. Подошёл автобус, и она опрометью устремилась к нему, шатаясь по большой амплитуде, умудряясь на ходу поправлять полосатые чулки.

КИРИЛЛОВ Пётр Петрович, выскочив из автобуса, сходу налетает на неё. Оба валятся на заснеженный тротуар: путанка по обыкновению – на спинку, Пётр Петрович – на путанку.

КИРИЛЛОВ
Ох! Извините!
(Дёрнулся было встать)

ПУТАНКА
(удержав его)
Отдохни, успеешь.

КИРИЛЛОВ
(сообразив, кто под ним)
Извини, а? Тороплюсь!

ПУТАНКА
Давай «бабки», и можешь начинать.

КИРИЛЛОВ
А ну пусти!

ПУТАНКА
А кто тебя держит-то?

КИРИЛЛОВ
Пусти, тебе говорят!

ПУТАНКА
(рассмеявшись)
А ты – тяжёлый! Люблю габаритных
красавцόв.

КИРИЛЛОВ
(перестав трепыхаться)
Зато в карманах легко и пусто.

ПУТАНКА
Ну уж полштучки-то найдё-ошь.

КИРИЛЛОВ
Не найду.

ПУТАНКА
У-у... Слезай!

Пётр поднялся сам, поднял бабёнку.

ПУТАНКА
Три сотни, а?

КИРИЛЛОВ
Восемьдесят три рубля. С мелочью.

ПУТАНКА
С наступающим тебя, убогий.
(Ломанулась к притормозившей поблизости «маршрутке», голосуя и подтягивая чулки)

Крупным планом тоскливые глаза Петра Петровича.

НАТ. НЕБОЛЬШОЙ СКВЕРИК. – В ТО ЖЕ ВРЕМЯ.

На расчищенном от снега крае скамьи сидит ЗУБОВ Юрий Ермолаевич, курит, поглядывая на часы, озираясь по сторонам. Ему 53, он «не низок, не высок», не худ, не толст, но всё-таки полненький, одет, как одевались успешные россияне в начале 90-х прошлого века: хорошая дублёнка, солидная фуражка из такой же, как дублёнка, кожи, отделанная мехом, белый шарф. Сзади к нему подкралась КАТЮШКА и шутливо ухватила за шею. Зубов вздрагивает от неожиданности.

КАТЮШКА
Не дёргайся, Зубов, это я.

ЗУБОВ
Я же сказал, сидеть в машине и не
высовываться. Какого тебя несёт сюда?

КАТЮШКА
Я курить хочу, а ты упёр мои сигареты.

ЗУБОВ
Извини. На
(протягивает пачку),
бери и сматывайся.

Катюшка, встав ногами на сиденье, смахивает под свою ширину снежную оборку со спинки скамьи и, усевшись нога за ногу, достаёт сигарету. Зубов, оглядев с удовольствием ножки своей броской 25-и летней любовницы, дает ей прикурить от зажигалки.

ЗУБОВ
Не рассиживайся, этот мазила
вот-вот появится. Нет нужды, чтобы он тебя видел со мной. Прикурила – иди
(подталкивает её локтем),
иди, паршивенькая.

КАТЮШКА
Мы уже почти час тут караулим,
чё-то не больно он торопится.

3УБОВ
(выбросив окурок)
Придё-от. У этого рохли всегда какие-нибудь происшествия случаются. Непременно придёт.

КАТЮШКА
(заметив неуклюже трусящего КИРИЛЛОВА, торопящегося и опасающегося упасть из-за скользкой обуви)
Ой, Зубов, вон он! Чё мне делать-то?!
(Делает несколько глубоких затяжек и выбрасывает сигарету)

ЗУБОВ
(беззлобно)
Ух, паршивая, опять нагадила. Сиди уж, поздно сваливать... Не вздумай язык распускать!

Пётр Петрович, не дойдя до их скамьи каких-нибудь полусотни шагов, поскальзывается и с маху с криком «уй!» грохается на спину.

ЗУБОВ
Я же говорил.

КАТЮШКА
Если он такой лох, зачем тогда с
ним связываешься?

ЗУБОВ
Так затем и связываюсь, детка.

ИНТ. ДАЧА ЕЛЕНЫ ВАСИЛЬЕВНЫ.- ТОТ ЖЕ ВЕЧЕР, В ТО ЖЕ ВРЕМЯ.

Кабинет, он же спальня Елена Васильевны на её «обкомовской» – по понятиям советских граждан в конце тридцатых годов двадцатого века – даче.

Большая комната, заставленная шкафами с книгами. Возле окна на улицу под самодельным стеллажом примостилось пианино «Ласточка».

В углу возле окна в сад – старинная, шириной с современную полуторку, с гнутыми а-ля модерн металлическими спинками кровать с тумбочкой.

Крупный план стоящей на письменном столе фотографии некрасивой, с какой-то вымученной улыбкой девятилетней девочки в очках.

ЕЛЕНА Васильевна долго заворожено рассматривает фото дочери.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
Положила я тебя, мою пташечку, мою цапельку ясноглазенькую. Ох, положила!
(Тихо плачет)

ИНТ. ПРОСТОРНЫЙ САЛОН ДОРОГО ДЖИПА. – НОЧЬ. – ВОСПОМИНАНИЕ.

ЗУБОВ за рулём, ЕЛЕНА сидит на заднем сиденье, держит на руках их дочь ПОЛЮ, прижимая девочку к себе.

ЕЛЕНА
(дочери)
Болит, Полюшка?

ПОЛЯ
Боли-ит... си-ильно.

ЕЛЕНА
Зубов, хватит кочевряжиться, прибавь газу!

ЗУБОВ
Ага, а если хряпнемся?! Девяносто уже! По городу! В дождик!

ЕЛЕНА
Ой, да ничего с твоим джипом не сделается!

Внезапно салон освещается сбоку светом фар приближающегося
автомобиля. Свет становится нестерпимо ярким, удар, затемнение.

ИНТ. СНОВА КОМНАТА ЕЛЕНЫ ВАСИЛЬЕВНЫ.

ЕЛЕНА
(целуя фото дочери)
Прости меня, малышечка. Прости,
если можешь, свою мамочку
безрукую, никудышную.
(Промокнув платком слёзы,
оглядывает комнату)
Новый год через два дня, а у нас ни ёлочки, ни веточки... Надо завтра хоть букетик какой-нибудь поставить. Хоть какое-то подобие ёлки будет.
(Обращаясь к фотографии)
Да? Новый год – ну как без ёлки, правда?!.. А хочешь, я прям сейчас сбегаю?.. Хочешь, да?!.. Маленькая моя, прости меня бестолковую, бегу! Сейчас, сейчас мы с тобой ёлку наряжать будем.

Поспешила к выходу, в дверях обернулась, смотрит недоверчиво на фото.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
Я, похоже, с ума сходить начинаю.

Она погасила свет и вышла из комнаты.

НАТ. А В ГОРОДСКОМ СКВЕРИКЕ ВРЕМЯ ПРИБЛИЖАЛОСЬ К ПОЛУНОЧИ.

Возле скамьи с расчищенным от снега краем, с прогалиной в снежной оборке на спинке, со следами Катюшкиных сапог на сиденье стоят визави ЗУБОВ и КИРИЛЛОВ. КАТЮШКА топчется в паре метрах от них с якобы безучастным видом.

ЗУБОВ
(достал из портмоне деньги, протянул их Петру)
Вот ваш аванс. Ровно десять и ни копейкой меньше.

Кириллов, суетливо взяв деньги и испуганно оглядываясь по сторонам, стал неловко запихивать их в нагрудный карман пуховика. Руки ему не подчинялись, он никак не мог попасть в этот карман.

ЗУБОВ
Пётр Петрович, не полезет, карман
не расстёгнут!
(Он дёрнул за клапан
кармана и вырвал клепаную застёжку с мясом)
Опля!.. Хм, простите... «Мэйд ин сина», гляжу?..

КИРИЛЛОВ
Естественно.

ЗУБОВ
Мне очень жаль, извините.

КИРИЛЛОВ
Ничего, я его опять приклепаю. Я знаю как, всё врёмя так делаю.

Зубов, взяв из рук Петра Петровича деньги, кладёт их ему в злополучный карман.

ЗУБОВ
Посмотришь на вас – умница, всё-то знаете, всё-то умеете. Что же мешает вам выбраться из нищеты, не задумывались?

КИРИЛЛОВ
Наверное, не что, а кто...

ЗУБОВ
И кто же?!

КИРИЛЛОВ
Те, кто уже до богатства дорвался и никак им ещё не насытится.

ЗУБОВ
Богатством невозможно насытиться. Всегда будет хотеться ещё и еще...

КАТЮШКА
И ещё!

ЗУБОВ
Екатерина Петровна!..

КАТЮШКА
Извиняюсь, Юрий Ермолаевич, простите.

КИРИЛЛОВ
Как вы строги со своим референтом.

ЗУБОВ
Это, извините, не ваше дело. Ваше дело - выудить шкатулочку из моего
дома и не попасться при этом!

КИРИЛЛОВ
Постараюсь.

ЗУБОВ
Уж постарайтесь.

КИРИЛЛОВ
А что, эти «безделушки» в шкатулочке действительно такие ценные?

ЗУБОВ
Цена им – моя жизнь!

КИРИЛЛОВ
Плюс моя совесть.

ЗУБОВ
Вот только не надо превращать трагедию в мелодраму.

КИРИЛЛОВ
Слушайте, а нельзя было просто попросить у вашей жены эти штучки и не пускаться при этом во все тяжкие? Вы же супруги! Много лет вместе.

3УБОВ
В книге премудростей Иисуса... не того, а сына Сирахова, сказано: «Можно перенести всякую рану, только не рану сердечную, и всякую злость, только не злость женскую».

КИРИЛЛОВ
Значит, она очень зла на вас, если в столь тяжелый момент в жизни мужа жалеет для него какие-то вещицы, пусть даже и ценные... А вы не обманываете меня? Может, себе хотите прикарманить фамильное наследство да смыться с ним... в Англию?!

ЗУБОВ
Я вам ещё раз повторяю, мне до зарезу нужна отсрочка по платежу кредита! Через полгода заводишко мой начнёт давать нормальную прибыль, и я шкатуленцию выручу назад. Вы сами сможете возвратить
её законной владелице.

КИРИЛЛОВ
Я-а?..

ЗУБОВ
Вы-ы.

КИРИЛЛОВ
Как?.. Каким образом?

ЗУБОВ
Скажем, в качестве... частного детектива, который дённо и нощно не щадя живота своего занимался поисками похищенных ценностей и-и... отбил их у банды злоумышленников.

В размышлении Пётр Петрович вытащил пачку «Примы», достал сигаретку, прикурил от поднесённой Зубовым зажигалки. Молча курит.

Зубов стал рыться в карманах в поисках своих сигарет.

Катюшка, сообразив, что ему надо, поднесла пачку.

ЗУБОВ
(зло, сквозь зубы)
Спасибо.
(Закурил, пытливо всматриваясь в Петра)
Что-то видок у вас какой-то пожёванный. В бане вы смотрелись покруче... Вначале, по крайней мере.

КИРИЛЛОВ
Будь она неладна эта баня!..

ЗУБОВ
А причём тут баня? Пить надо меньше! «Надо... меньше... пить».

КИРИЛЛОВ
Кто же спорит, надо. Слушайте, а зачем вы меня вызвали сюда и в такое время, а, Юрий Ермолаевич?

ЗУБОВ
Объясняю. «А» – конспирация, или бережёного бог бережет. «Б» – ещё раз убедиться, что решимость ваша ещё не захирела «под налетом мысли бледным». Как, Пётр Петрович, не захирела? Не хотите ли на попятную?

КИРИЛЛОВ
Хотел бы с радостью, но у меня
теперь нет выбора.

ЗУБОВ
О, не-ет, друг вы мой...
«единственный», выбор всегда остается.

КИРИЛЛОВ
«Умереть тяжело, но достойно»?

КАТЮШКА
(выпаливает)
«Лучше умереть стоя, чем жить на коленях»!
(Мужчины с удивлением
уставились на неё)

КАТЮШКА
(смутившись)
Извиняюсь.

ЗУБОВ
(полыхнув огнём глаз)
В последний раз.

КИРИЛЛОВ
Вы необыкновенно суровы со своим референтом.

ЗУБОВ
Идите к чёрту, заступничек!

КИРИЛЛОВ
Пошёл. До свидания. До свидания, Екатерина Петровна.

Пётр коротко и с достоинством дважды кивнул и пошёл по аллейке сквера.

КАТЮШКА
До сви...
(Осеклась, увидев взбешённую физиономию Зубова)

ЗУБОВ
Постойте! Я же ещё день «Х» не
назначил!

КИРИЛЛОВ
Назначайте!

ЗУБОВ
31 декабря!.. Лучше и не придумать.

ИНТ. НА ДАЧЕ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ ВАСИЛЬЕВНЫ. – 30 ДЕКАБРЯ, ОКОЛО ПОЛУДНЯ.

В интерьере комнаты появилась смешная и трогательная ёлка – декоративный глиняный горшок с сосновыми и еловыми ветками, украшенными ёлочными игрушками, мишурой, электрической гирляндой, ватными шариками, изображающими снежные хлопья. У основания горшка были расставлены куклы во главе с измызганной фигуркой деда Мороза.

Провозившаяся полночи с этой ёлкой ЕЛЕНА, едва открыв глаза после непродолжительного, похожего на провал во тьму, сна, жадно принялась рассматривать своё творение.

Выпрыгнула из кровати, включила гирлянду. Её лицо озарила довольная улыбка, на глаза навернулись слёзы умиления.

ЕЛЕНА
(обернувшись к фотографии дочери)
Симпатичная, правда?.. И пирожков напеку, и капустку потушу с кроликом, как ты любишь... И тортик обязательно сделаю!

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
Кто только есть всё это будет?
(Телефонный звонок)
Неужели я ещё кому-то нужна?
(Не трогается с места; опять звонок, ещё, ещё)
Марго, наверное.

ЕЛЕНА
(подошла к письменному столу, взяла трубку)
Слушают вас.

ИНТ. НА ДРУГОМ КОНЦЕ ПРОВОДА РАБОЧИЙ КАБИНЕТ ДОРДЫ МАРГАРИТЫ ЛЬВОВНЫ.

ДОРДА Маргарита Львовна, 45 лет, нотариус, сидела за своим рабочим столом, занимающим чуть ли не всё пространство её
кабинета.

ДОРДА
Еленка, бессовестная, по голосу слышу, что ты только из постели, не одета, не умыта, не чёсана.

ЕЛЕНА
Я – только из постели, не одета, не
умыта, не чёсана.

ДОРДА
И что же это было, ночная
бессонница? Или, может, муза твоя вернулась?!

ЕЛЕНА
(подняв глаза на фото дочки, сухо, жёстко)
«Муза моя»... уже никогда не вернётся.

ДОРДА
(догадавшись, о ком речь)
Ох, горе ты моё, горе... Новый год-то где думаешь отмечать?

ЕЛЕНА
На том свете.

ДОРДА
Очень дикая и-и... глупая шутка!

ЕЛЕНА
Я серьёзна как никогда.

ДОРДА
Стояли б рядом, за косы бы сейчас оттаскала, как в детстве.

ЕЛЕНА
Ничего не осталось от прежней Еленки: ни семьи, ни таланта, ни кос. Даже кос моих уже не осталось.

ДОРДА
(вздохнув, чуть помолчав)
«Новогодний вечер тем и дорог,
что врагам своим желаем счастья,
а друзьям, давнишним и любимым,
обещаем вечную любовь...»

ЕЛЕНА
(продолжила стих)
«...Славно, что меня никто не встретил, -
боль моя людей не огорчила...»

ДОРДА
(прочла концовку)
«Если есть на свете грех, то это
в Новый год кого-то огорчать».

ЕЛЕНА
Неужели ты ещё помнишь эту
нескладицу?

ДОРДА
Это - прекрасные стихи! Нерифмованные только.

ЕЛЕНА
Спасибо, конечно. Но теперь я даже белого стиха сочинить не в состоянии: моя муза разбилась в автомобильной аварии и умерла... И я – вместе с ней.
(Её лицо приобрело мрачное отрешённое выражение, глаза стали сухими, пустыми)

ДОРДА
Еленка, ты меня просто удручаешь
и-и... очень сильно беспокоишь.

ЕЛЕНА
Откупори шампанского бутылку
иль перечти «Женитьбу Фигаро».

ДОРДА
Прекрасная мысль! В два... нет, в пятнадцать часов по московскому времени я приеду, и мы с тобой напьёмся-а... за здоровье Бомарше!

ЕЛЕНА
Я в город собираюсь. На рынок. За продуктами.

ДОРДА
(недоверчиво)
Готовить будешь?

ЕЛЕНА
Буду.

ДОРДА
К праздничному столу?

ЕЛЕНА
К поминкам.

ДОРДА
Ты опять за своё?!

ЕЛЕНА
Уже два года, один месяц и
одиннадцать дней, как я умерла.
Разве не повод для поминок?

ДОРДА
Это повод для обращения к
психиатру.

ЕЛЕНА
Как говорит молодёжь, не грузись, подруга, завтра я к тебе приеду сама. Помянем меня, Бомарше, ушедший год и встретим новый.

ДОРДА
Это - точно?!

ЕЛЕНА
Чтоб я сдохла.

НАТ. ЦЕНТРАЛЬНЫЙ РЫНОК ГОРОДА. – ДВА ЧАСА ДНЯ.

Предпраздничная рыночная толчея, человеческий муравейник. Каждая человеко-букашка поглощена своей социально-биологической задачей – сделать запас пищи, питья, подарков, целеустремленна, упорна, неутомима и бескомпромиссна в её осуществлении, то есть сходу готова огрызнуться, выругаться матом, надавить плечом, ткнуть в раздражении локотком. До зуботычин пока не доходит, Новый год всё-таки – добрый праздник, да и рановато ещё для драк.

Броуновское движение, хаос. Люди беспорядочно копошатся, в упор не замечая друг друга, всё внимание их поглощает его величество Товар.

ЕЛЕНА и КИРИЛЛОВ столкнулись спинами у прилавков с фруктами и, «даже не повернув головы качан и чувств никаких не изведав», разошлись по разным направлениям.

Кабанов Виктор, КАБАН, рослый тридцатипятилетний мужик с мрачной плохо выбритой физиономией, подошёл к ПРОДАВЩИЦЕ фруктов, молча взял один банан и тут же стал его сосредоточенно поедать. Продавщица, оробев, тоскливо созерцала, как её банан тает в пасти страшного мужика.

КАБАН
(бросив под ноги кожуру,
хмуро утёрся лапищей)
Почём бананы?

ПРОДАВЩИЦА
Тык по сорок...

КАБАН
В общем, недорого.

Он неторопливо повернулся и пошёл себе. Продавщица разинула рот,
но звука так и не исторгла.

Елена Васильевна, проходящая мимо неё, падает на брошенной Кабаном кожуре.

Милицейский капитан КУБЫРЁВ, не по чину немолодой мужчина, бросается поднимать крепко приложившуюся на утоптанный снежок мягким местом женщину.

ЕЛЕНА
(потирая ушиб, не выпуская из руки рукав капитана, даже не взглянув тому в лицо)
Спасибо.

КУБЫРЁВ
(тоже не вглядываясь в неё)
Стоять хоть можете?

ЕЛЕНА
(выпустив, наконец, рукав милицейского бушлата, прихрамывая, потопталась на месте)
Вроде, могу. Спасибо.

КУБЫРЁВ
(подав её выроненную при
падении сумку)
Держите.

ЕЛЕНА
Спасибо.

КУБЫРЁВ
(козырнул)
Не за что.
(И нырнул в людской поток)

ПРОДАВЩИЦА
Убилась?

ЕЛЕНА
Ага.

ПРОДАВЩИЦА
Купи тогда бананов.

ЕЛЕНА
Давайте.

ПРОДАВЩИЦА
Килограмм?

ЕЛЕНА
Два.

НАТ. НЕБОЛЬШАЯ ЭСТРАДА НА РЫНОЧНОЙ ПЛОЩАДИ. – ДЕНЬ ЕЩЁ В РАЗГАРЕ.

На эстраде трио подростков играет Генделя. У их ног - раскрытый портфель для «подаяний», рядом табличка на стойке с надписью: «Граждане, подайте на восстановление музыкальной школы».

КИРИЛЛОВ с набитыми покупками сумками слушает игру ребят. Глаза его влажны от умиления.

Немного поодаль от него с непроницаемой физиономией курит КАБАН.

ЕЛЕНА, лавируя в редкой толпе слушателей, пройдя как раз между ним и Петром, вышла в первый ряд. Постояла, послушала, положила в портфель сто рублей и пошла стороной к своей старенькой «Ниве».

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
«Сыграй мне Генделя, скрипка соло,
и, как целительною водой,
душу разорванную, невесёлую
соедини в одно.
Пусть будут звуки,
как снег, летящие,
наступит вечер угрюм и тих,
и стану я хоть однажды счастлива,
услышав их».

Она открыла дверцу, положила на заднее сиденье сумки и пакеты, и, сев за руль, даже не посмотревшись в зеркало, стала заводить машину.

ИНТ. ДАЧА ЕЛЕНЫ. – 31 ДЕКАБРЯ, УЖЕ СТЕМНЕЛО.

ЕЛЕНА в кресле за письменным столом смотрит семейные фотографии.

Стоп-кадр фото, где её дочь в костюме снежинки на ёлке в детском саду.

ЕЛЕНА
(роняя слёзы и не замечая их)
Господи, как же ты мог?! Такая щупленькая, беспомощная, беззащитная... Зачем? Почему не уберёг? Чего во имя ты сделал это?!..
(Губы её задрожали, лицо
сморщилось)
Если добр, милосерден, сжалься,
отдай, верни!
(Сдавленно зарыдала, но
быстро справилась с собой, утирает слезы)

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
Не сжалится. Не отдаст.
(Она поцеловала карточку дочери)
Ничего, моя милушенька, твоя мамуленька скоро придёт к тебе, верь мне. Мы снова будем вместе, потерпи ещё капельку.
(Достала револьвер из ящика стола, взвела курок)

ЕЛЕНА
(вслух)
Лишь ужас смерти нужно превозмочь, и снова будем вместе... мать и дочь.

Приложила револьвер к виску и спустила курок. Затем, ещё несколько раз нажав спусковой крючок, она выдвинула ящик стола, стала рыться в его содержимом.

ЕЛЕНА
Господи, куда же я патроны-то задевала?

ИНТ. 2-Х МЕСТНЫЙ «ЛЮКС» В МОСКОВСКОЙ ГОСТИНИЦЕ «СОКОЛ» В ЧАПАЕВСКОМ ПЕРЕУЛКЕ. – 31 ДЕКАБРЯ, СЕМЬ ВЕЧЕРА.

ЗУБОВ с КАТЮШКОЙ «занимаются любовью». Зубов в колпаке Деда Мороза с накладным носом, с бородой и усами из ваты полулежит, прислонясь к стене, поперёк кровати, а его «секретарь-референт» в кокошнике Снегурочки, в кружевной комбинации и в белых ажурных чулках трясётся на нём верхом, как на мотоцикле, несущемся по ухабам.

КАТЮШКА
(задыхаясь)
Зубов, я больше не могу, у меня ноги отваливаются!

ЗУБОВ
Давай, работай, не зли меня, ну!
Ничего твоим ногам не сделается, крепче будут... Давай, давай, ещё немножко, у меня уже подкатывает. Только не прерывайся, только не прерывайся, только не преры... У...
У-у!!..

Ножка кровати подламывается, и мотоцикл» как будто бы сходу проваливается в яму и глохнет. Зубов и Катюшка с воплем «а-а-а!!» замирают обессилено, словно едва остались живы.

ЗУБОВ
Как хорошо-о. Уф.

КАТЮШКА
Тебе-то хорошо, а я ног под собой не чую.

ЗУБОВ
Ничего, красивее будут, детка. Слезай.

КАТЮШКА
Подсоби чуток.
(С помощью Зубова слезает с него, встав, пошатываясь, надевает трусы)

ЗУБОВ
(запахнув свой большой халат красного цвета, напоминающий наряд Деда Мороза)
Налей-ка для поддержания сил, а то из меня весь дух вытек.

КАТЮШКА
Бедненький, старенький Зубов, «два вагона разгрузить» - уже не выдерживает.

ЗУБОВ
Как это не выдерживаю?! Но-но
(грозит пальцем),
это мебель не выдерживает, а Зубов выдержал!

КАТЮШКА
А три - сможешь?

ЗУБОВ
Там видно будет. Гм... Я налить
просил, по-моему!

КАТЮШКА
Нечего наливать-то, всё выпито. На, у меня в стакане осталось немножко.

ЗУБОВ
(выпивает)
Фу, горькая!
(Закусывает)
Ты вот что, Катюшк, сбегай в бар, возьми еще «беленькой» ну и пивка что ли. А я, пожалуй, пока позвоню, узнаю, как там наши дела.

КАТЮШКА
Я послушать хочу.

3УБОВ
Круглозадик, топай, это – приказ!

КАТЮШКА
(по-гусарски приложив два пальца к виску)
Есть, сэр!

ИНТ. ДАЧА. КОМНАТА ЕЛЕНЫ. – ЧАСЫ С КУКУШКОЙ ПРОБИЛИ СЕМЬ ВЕЧЕРА.

ЕЛЕНА, рывшаяся в ящике стола, смотрит на наручные часы.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
Безмозглая птица уже на десять минут отстала. Дура.
(Сунув руку вглубь ящика, находит коробочку с патронами)
Вот они «маслятушки», вот они ребятушки.

Зазвонил телефон. Елена с удивлением смотрит на него. Ещё звонок, ещё, ещё.

ЕЛЕНА
Это ещё кто?
(Протянув руку, подождав очередного сигнала, сняла трубку)
Слушают вас.

ИНТ. НА ДРУГОМ КОНЦЕ СВЯЗИ НОМЕР ЗУБОВА В «СОКОЛЕ».

Юрий Ермолаевич ЗУБОВ умиротворённо лежал на кровати с сотовым телефоном у уха, чувственно оглаживая себя.

ЗУБОВ
(услышав в трубке голос
жены: «Алло, слушают
вас!»)
Алло, Елена, ты меня слышишь?!

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ТЕЛЕФОНА
Кончай придуриваться, я слышу тебя
прекрасно. Даже слышу, как ты чешешься.

ЗУБОВ
(прекратив скрести пухленькую грудь)
О! Вот теперь я тоже хорошо слышу!

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ТЕЛЕФОНА
Не сомневалась. Чего звонишь?

ЗУБОВ
Я-а... из Москвы. В смысле, в Москве.

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ТЕЛЕФОНА
И что, соскучился?

ЗУБОВ
В смысле?

ИНТ. ДАЧА.

ЕЛЕНА
(с сердцем задвинув ящик в стол)
По жене соскучился?!

ГОЛОС ЗУБОВА ИЗ ТРУБКИ
А ты думаешь, не соскучился?

ЕЛЕНА
Знаю, что – нет!

ГОЛОС ЗУБОВА ИЗ ТРУБКИ
Зря ты так...

ЕЛЕНА
А как надо, Юра?

ИНТ. «СОКОЛ».

ЗУБОВ
По-доброму, душевно, как положено
(оглаживает гениталии)...
между мужем и женой.
(Утробно крякнул от удовольствия)

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ТЕЛЕФОНА
Аж самому смешно стало.

ЗУБОВ
Да не смеюсь я!

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ТЕЛЕФОНА
Да, по мне, хоть обрыдайся, Зубов.
Чё те надо, чего звонишь?

ЗУБОВ
Да поздравить хотел!

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ТЕЛЕФОНА
Хотел – поздравляй, орать-то зачем?

ЗУБОВ
Извини.

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ТЕЛЕФОНА
Бог простит.

НАТ. ДАЧНЫЙ ПОСЁЛОК БАРКОВКА. – ТЕМЕНЬ.

Пуржило. КИРИЛЛОВ шёл, опираясь на случайно подвернувшуюся ему жёрдочку, уже почти не различая дороги, пока не заметил тусклый фонарь на деревянном столбе, к которому был прибит указатель, сплошь облепленный снегом. Он смахнул палкой снег, читает.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС КИРИЛЛОВА
Садоводческое товарищество «Барковка». Кажись, пришёл.

Приглядевшись, Пётр увидел впереди метрах в ста дачный массив. Посёлок лежал во мраке, и очень редкие одинокие огни дач только подчёркивали, как оторваны друг от друга их обитатели

ИНТ. ДАЧА. – ПРОДОЛЖЕНИЕ ТЕЛЕФОННОГО ДИАЛОГА ЕЛЕНЫ И ЗУБОВА.

ГОЛОС ЗУБОВА ИЗ ТРУБКИ
Еленка, а ты не находишь, что мы очень отдалились друг от друга... последнее время?.. Что наши отношения требуют капитального ремонта, не находишь?

ЕЛЕНА
Наши отношения, Юра, ремонту уже не подлежат. Рама лопнула, а кузов насквозь прогнил. Можно смело выбрасывать на свалку это авто.

ЗУБОВ
(крупным планом)
Может, не стоит так торопиться? Выбросить – любой дурак сможет, а вот отрегулировать, наладить, восстановить – потруднее будет. Да, я бываю иной раз и бестактным, и грубоватым, невнимательным и пошлым, но ведь и ты не балуешь меня ни своим вниманием, ни мягкостью обращения. Я уж о ласке не заикаюсь!

ЕЛЕНА
(крупным планом)
А ты нуждаешься в моих ласках? Проверь-ка свою память, когда последний раз ты приходил в мою спальню, а? Приласкаться! Я уж не говорю о... большем.

ЗУБОВ
(крупным планом, закатив глаза, чешет затылок, пытаясь безуспешно вспомнить)
Нда-а.

ЕЛЕНА
Да-да, мой славный, уже и вспомнить не можем, вот так-то... Ладно, муженёк, извини, но мне надо ехать. Спасибо, что не забываешь своей жены даже во время ответственной работы...

ГОЛОС ЗУБОВА ИЗ ТРУБКИ
(перебивает игриво-грозно)
А куда это ты намылилась, благоверная?!

ЕЛЕНА
Всех тебе благ и большого человеческого счастья.

ГОЛОС ЗУБОВА ИЗ ТРУБКИ
Не, я - серьезно, ты-ы... куда?

ЕЛЕНА
(крупным планом, усмехнувшись)
На бал!

ГОЛОС ЗУБОВА ИЗ ТРУБКИ
Во дворец к принцу?

ЕЛЕНА
К Воланду на шабаш.

ИНТ. «СОКОЛ»

ЗУБОВ
Тогда надень наше любимое «голое»
платье и белые ажурные чулочки.

ЕЛЕНА
(крупным планом)
Для такого мероприятия одних чулочек довольно будет. Всё, мой ангел, пока!

ЗУБОВ
Погоди, Елена! Погоди!

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ТЕЛЕФОНА
Ну, гожу. Говори.

ЗУБОВ
Я-а... часам к четырём завтра вернусь...

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ТЕЛЕФОНА
По мне, можешь вообще не возвращаться.

ЗУБОВ
Да подожди ты, что ли, дай сказать?!

ЕЛЕНА
(крупным планом, после паузы)
Говори.

ЗУБОВ
Давай махнём на Чистые пруды?.. Отметим Новый год, пообщаемся с природой, порыбачим, а?.. Можно и с ночёвкой, если хочешь... Как бы там ни было, тринадцать лет не больно худо, далеко не бедно, а... прожили.

ИНТ. ДАЧА.

ЕЛЕНА
Господи, мы ребенка единственного похоронили! Что может быть хуже, Юра?! Опомнись!

ИНТ. «СОКОЛ».

ЗУБОВ
Ну нельзя же всю жизнь превращать в траур!

В номер с шумом вваливается КАТЮШКА с пакетами, за ней в дверь лезет подвыпивший КАВКАЗЕЦ.

КАТЮШКА
(хохоча, пытается выпихнуть его в коридор)
Ты-то куда лезешь, урод? Пошёл отсюда!

ИНТ. ДАЧА.

ГОЛОС КАТЮШКИ ИЗ ТРУБКИ
Зубов, выгони этого придурка, он мне все платье обслюнявил!

ЕЛЕНА
(крупным планом)
Ну нельзя всю жизнь превращать в балаган. С Новым годом, муженёк, с новой бабой.

Раздражённо бросила трубку. Какое-то время сидит мрачная, угрюмо нахохлившись.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
Надо всё-таки попрощаться с этой
пакостью... Чтобы помнил!
(Вслух)
Ничего не поделаешь, сам напросился, скотина.

Достав из ящика стола небольшую пишущую машинку прошлого века, сдувает с неё пыль и, вставив бумагу, садится; сосредоточившись, принялась печатать, с сердцем диктуя себе.

Самодовольному...
(Печатает)
Самовлюблённому... самонадеянному, самолюбивому
(печатает)...
сластолюбивому, стяжающему, стареющему сумасброду... Зубову Юрию Ермолаевичу его жены...
Завещание!

НАТ. ДАЧНЫЙ ПРОСЕК. – ТЕМЕНЬ.

Пурга не прекращалась. КИРИЛЛОВ, увязая в снегу, с трудом продвигался вдоль просека против ветра, пряча то правую щёку, то левую в стоячем вороте пуховика.

Заметив в высоком глухом заборе калитку с резным навесом и табличкой с адресом, Пётр живо поспешил к ней.

Смахнув с таблички снежок, он осветил её фонариком.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС КИРИЛЛОВА
Первый Лесной, 117. Ё-моё, мне же в другой конец нужно чалить! Обморожусь, на хрен, как Мересьев...
(Обернувшись, увидел в нескольких шагах от себя двух довольно крупных псов, мрачно и пристально наблюдавших за ним)
Если собаки не загрызут.

Когда Пётр сделал несколько осторожных шагов, псы немного попятились, не сводя с него диких глаз.

КИРИЛЛОВ
Вам чего, а? Человечинки захотелось, да? А дрыном по харе не желаете? Угощу!
(Встал наперевес со своей жёрдочкой)

Псы вдруг встрепенулись, будто услышали зов, осклабились и начали с опаской обходить его с двух сторон.

КИРИЛЛОВ
С двух сторон, да? Умно. Ну,
давайте, давайте. Посмотрим сейчас,
чего вы стоите.

Отступая, Пётр вынужден был вертеть головой то вправо, то влево, пятился по шажку, пятился, пока не упал, жутко завопив.

Псы дружно рванулись и, увёртываясь от палки, огрызнувшись на ходу, ловко проскочили мимо него и пропали во тьме.

Кириллов опрометью кинулся к забору, прижался к нему спиной с дрыном на изготовку с дрожью в дыхании. Стоял очумело, ждал нападения.

Вскоре появилась здоровенная сука, помесь овчарки с дворовым барбосом, неторопливо бежавшая в окружении целой свиты из
барбосов и бобиков.

Знакомые «людоеды» Петра уже были в числе приближённых к «королеве».

КИРИЛЛОВ
(провожая стаю глазами, начал смеяться)
Любви стихия не помеха!

ИНТ. САЛОН ЕЛЕНИНОЙ «НИВЫ». – НА ЧАСАХ-ЗЕРКАЛЕ: 19.45

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
Уже без четверти, а я всё ещё по посёлку раскатываюсь.

НАТ. ВИД СВЕРХУ НА МАШИНУ.

В снежной кутерьме пурги медленно двигающаяся «НИВА» сверху походила на ползущего жука, толкающего перед собой световой шар. «Жук» временами останавливался, то ли переводя дух, то ли наткнувшись на какую-то преграду, но всякий раз, мощно разгребая снег «лапами», возобновлял своё движение, пока, наконец, не застрял окончательно. Как живое насекомое, попавшее в крепкую паутину, машина билась, пытаясь вырваться из снежного плена. Безуспешно.

ИНТ. САЛОН «НИВЫ».

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
Всё, села... Может, - и к лучшему. По крайней мере, теперь никто и ничто не помешает.

Она заглушила мотор, выбралась из машины и побрела назад, пряча лицо в воротник шубы. Метель не унималась.

ИНТ. ДАЧА. КОМНАТА ЕЛЕНЫ. – ЧАСЫ «КУКУЮТ» ДВАДЦАТЬ ДВА ЧАСА.

ЕЛЕНА в халате нараспашку, надетом на маленькое сильно открытое красное «мини», и в точно таких же, как у Катюшки, белых ажурных чулках разговаривала по телефону с Маргаритой (ДОРДА), когда часы пробили десять.

ЕЛЕНА
(сверив их с наручными часами)
Нет, Ритуль, нет. Уже десять минут
одиннадцатого. Ночь, темень,
метель, холод. Просто безумие –топать пешком в такую погоду в город! Прости ради бога, что зря обнадёжила тебя, Илью, вашего приятеля. Передай ему, я очень сожалею, что нам не удалось познакомиться. Не судьба, видно, не судьба.

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
Скажи ему это сама, он стоит рядом с тоской и надеждой в глазах.

ЕЛЕНА
Ну не надо, Ритуль, ну-у... скажи
сама, а? Ей богу, мне как-то... не хочется, не до-о... галантности. Ничего не хочу. Разговаривать даже в тягость.

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
(после громкого вздоха)
Чем же будешь заниматься?

ЕЛЕНА
(глядя на фото дочери)
Откупорю шампанского бутылку и перечту вон с Полинкой «Женитьбу Фигаро»

ДОРДА
(крупным планом, вздыхая)
Ох, горе ты моё, горе.

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ТЕЛЕФОНА
Ритуль, у меня к тебе просьба.
Сделаешь, если что?

ДОРДА
(крупным планом)
А что это такое – «если что»?

ЕЛЕНА
Ну-у... если со мной что-то случится, сделай, пожалуйста, эпитафию на нашем с Полиной надгробии?.. Текст у меня готов!

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
Очень предусмотрительно.

ЕЛЕНА
Нет, я-а... серьёзно, сделаешь?

ДОРДА
(крупным планом)
Ленка, ты меня пугаешь. Ты что это
там затеваешь, негодница?!

НАТ. ДАЧА ЕЛЕНЫ. – ТИХАЯ ЗВЁЗДНАЯ НОЧЬ.

КИРИЛЛОВ стоит у калитки дачи, высветив фонариком её номер «17».

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС КИРИЛЛОВА
Нашёл наконец-то!
(Смотрит на часы)
Два часа кружил вокруг да около. Хорошо, что метель кончилась, а то бы так и плутал всю ночь, как пушкинские персонажи.

Запрокинув голову, чтобы отпить согревающего из маленькой фляжки, замирает, потрясённый красотой звёздного неба.

Какая же красотища! И страшит и восторгает... и манит.

КИРИЛОВ
(воздев к небу руки)
«Вослед ушла любовь моя,
так и не понятая мною...
Лишь ярче звёзды над землёю
в конце крутого декабря»!
(Глотнул содержимого, довольно покрякивает)

Внезапно свет в окнах дачи погас. Пётр испуганно присел, затаился.

ИНТ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ, ПОГРУЗИВШАЯСЯ ВО ТЬМУ.

ЕЛЕНА
(закадровый голос)
Проклятье, неужели опять без света
оставили? В последнюю ночь!
(Вслух, беззлобно)
Собаки. Кретины безрукие. Варвары.

Ощупью она добралась до пианино, зажгла свечи в подсвечнике, тихо сидит, глядя на пламя. Открыв крышку инструмента, нажала клавишу, другую, стала наигрывать и запела:

«Потеряно всё.
Мы не вынесли гонки,
и царствует ночь среди белых высот.
Где мамы – мадонны,
там папы – подонки,
тебя, Богоматерь, никто не спасёт.
Листва опадет в неглубокую речку,
повеет теплом от чужих деревень,
поставим же недогоревшую свечку
за нашу судьбу, наступающий день».

Сидит молча, сосредоточенно глядя на свечу. Телефонный звонок вывел её из прострации.

ЕЛЕНА
(закадровый голос)
Маргарита Львовна, похоже, всполошилась не на шутку. Надо отключить, а то изведёт. Прости, Ритуль, но я слишком хорошо знаю твой неугомонный характер.
(Отключила телефон)
Жаль, конечно, что не попрощались толком, но, видно, - судьба.
(Вслух, глядя на телефон)
Прости меня, пожалуйста... за всё.

С подсвечником в руке пошла к двери, у зеркала шифоньера задержалась, распахнув халат шире, смотрится.

ЕЛЕНА
(закадровый голос)
Сорок лет вот-вот, а вырядилась как... шлюшка молоденькая.
(Поставила подсвечник на пол, сняла халат и повесила его на дверцу, вертится перед зеркалом)
Ничего, пойдёт. Пусть хоть следователь полюбуется или
какой-нибудь санитар... молоденький!
(Вслух обращаясь к фото)
Как, доченьк, мамочка не слишком вульгарно одета... для покойницы?.. Пойдёт?!.. Я тоже так думаю.
(Взяв подсвечник, опять
обращается к фотографии)
А может, стол на кухне накрыть?..
Здесь хочешь. Ладно, как скажешь.
Я пошла. Не скучай.

НАТ. ДАЧА ЕЛЕНЫ. – КРУПНЫЙ ПЛАН НАРУЧНЫХ ЭЛЕКТРОННЫХ ЧАСОВ КИРИЛЛОВА, ВЫСВЕТИВШИХ ВРЕМЯ «ДВАДЦАТЬ ТРИ НОЛЬ-НОЛЬ».

КИРИЛЛОВ сидел на крыше гаража, привалившись спиной к стене дома.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС КИРИЛЛОВА
Час прошёл. Всё тихо, света нет. Поди, вмазала рюмашку-другую и дрыхнет теперь без задних ног. Может же?! Запросто... Вот чёрт, надо проверить.
(Глотнув из фляжки, стал спускаться и с грохотом сорвался вниз)

ИНТ. КУХНЯ ДАЧИ.

ЕЛЕНА, услышав грохот и человеческий вскрик, задула свечи, выключила газовую плиту, стала настороженно вслушиваться в темноту.

Скрип снега под осторожными шагами, бесформенная тень на окне кухни. Тень постояла, двинулась дальше. Затихающее поскрипывание снега удаляющихся шагов.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
Воры?.. Или бомжи прибежище ищут.

Затаив дыхание, на цыпочках, пригибаясь, как солдаты в окопах, она поднялась в спальню, на ощупь нашла свой халат, вытащила из его кармана револьвер и патроны.

НАТ. КРЫША ГАРАЖА ДАЧИ.

КИРИЛЛОВ, чуть дыша, осторожно отвёрткой подковырнул раму небольшого окна, предназначенного для освещения винтовой лестницы, растворил его и тут же поспешно прикрыл.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС КИРИЛЛОВА
Всё, путь открыт.
(Крестится)
Господи, помоги мне в этом безумии!

Снял шапку, натянул на лицо шёлковый чулок, надел шапку, ещё раз трижды перекрестился, открыл окно и полез в дом.

ИНТ. ДАЧА. - ТОЛЬКО ТЁПЛЫЙ СВЕТ ЛУНЫ, ПРОНИКАЮЩИЙ СКВОЗЬ ОКОННЫЕ
ШТОРЫ, ОСВЕЩАЛ СПАЛЬНЮ ЕЛЕНЫ ВАСИЛЬЕВНЫ.

Взведя курок, ЕЛЕНА укрылась с замирающим сердцем за шифоньером, держа револьвер обеими руками перед собой.

Тихий скрип лестничных половиц, редкие робкие шаги по коридору, затихшие лишь на какое-то время у двери, затем, словно со стоном, медленно распахивается дверь.

Тёмная фигура, поразительно громко сопя, медленно входит в комнату. Сделав пару шагов, она остановилась, вглядываясь в контур кровати, затем продвинулась дальше ещё на пару шагов.

В этот момент дали свет. Елена от неожиданности спускает курок.

КИРИЛЛОВ, ослепленный и оглушенный выстрелом, валится навзничь.

ЕЛЕНА
(жутко орёт)
Стоять!! Руки вверх!!
(Пётр, подняв руки, делает попытку подняться)
Лежать!!
(Пётр снова вытягивается на полу)
Р-руки!.. Выше!.. Вот так!

Опасливо выглядывая из-за шифоньера, Елена осматривает лежащего.

КИРИЛЛОВ
П-послушайте, я сейчас всё-всё-всё объясню. П-произошло недоразумение, нелепое недоразумение. Невероятное!
(Приподымается)

ЕЛЕНА
Стоять! То есть лежать!

КИРИЛЛОВ
Так стоять или лежать?

ЕЛЕНА
Лежать!

(Выходит из своего укрытия, угрожающе вытянув руки с револьвером)

Медленно, чтобы я все время видела ваши руки, снимите маску!

КИРИЛЛОВ
(издав нервный смешок)
Господи, вы что, п-полицейских
боевиков насмотрелись? Я же говорю
вам, это – недоразумение. Я могу все объ...

ЕЛЕНА
Молчать! Повторяю. Медленно, то
есть без резких движений... Это
понятно?

КИРИЛЛОВ
Понятно.

ЕЛЕНА
Чтобы я все время видела ваши
руки... Это тоже понятно?

КИРИЛЛОВ
Да.

ЕЛЕНА
Снимите маску. Больше я объяснять не буду!
(Вновь взводит курок)

КИРИЛЛОВ
Слушайте, п-п-прекратите! Это же не-не игрушка! Вы же так можете поранить человека!

ЕЛЕНА
Я не вижу человека, я вижу налётчика, проникшего ночью в мой дом!

КИРИЛЛОВ
Да нет же, господи, никакой я не налётчик. Это... это шутка, понимаете, шутка... такая вот... э-э...

ЕЛЕНА
Если вы на счет «три» не снимете
маску, я прострелю вам, «э-э»...
мошонку! Р-раз.
(Наводит револьвер; Пётр
резко садится и
закрывается руками.)
Два-а...

КИРИЛЛОВ
Хорошо, хорошо, я снимаю, снимаю!..
(Стаскивает чулок с
головы)
Видите, снял?

ЕЛЕНА
Вижу, что вы забыли про руки... Вот так и держите... Где-то я уже видела вашу физиономию?

КИРИЛЛОВ
Ваша физиономия мне тоже кажется знакомой.

ЕЛЕНА
Я попросила бы быть повежливей.

КИРИЛЛОВ
А я попросил бы немного
расслабиться. Ей богу вы сейчас
либо меня, либо себя подстрелите!

ЕЛЕНА
Если будете язвить и умничать, я могу пристрелить совсем!.. Можете не сомневаться.

КИРИЛЛОВ
То есть, как говорят в американских фильмах, контролируете ситуацию.

ЕЛЕНА
Как говорят в ваших дегенеративных американских фильмах, ответ правильный, но сами вы при всём при этом в полном... этом самом. Вы знаете, в чём.

КИРИЛЛОВ
Знаю. Полнее некуда. Но вы же не даете ничего объяснить!

ЕЛЕНА
Всему... свое... время. Какая плотность вашего чулка?

КИРИЛЛОВ
Откуда я знаю, я что, их ношу?!

ЕЛЕНА
А на чьей голове он только что был,
на моей что ли?!

КИРИЛЛОВ
Нет, я в смысле... Гм... Нда-а.

ЕЛЕНА
Да-да. Вяжите.

КИРИЛЛОВ
Что?

ЕЛЕНА
Ноги вяжите и покрепче!

КИРИЛЛОВ
Вы просто амазонка какая-то.
(Подсовывает чулок под колени)

ЕЛЕНА
В щиколотках, пожалуйста.

КИРИЛЛОВ
Пожалуйста.
(Связывает ноги)
Так?

ЕЛЕНА
Узел потуже... Вот так... Что это за кольцо свесилось из вашего кармана?

КИРИЛЛОВ
Это так, безделушка.
(Делает попытку запихнуть кольцо наручников в карман)

ЕЛЕНА
Р-руки!!
(Стреляет в потолок)

Кириллов сжимается в комок, прикрыв одной рукой голову, другую руку зажав между ног.

На него с потолка сыпется мел, потом медленно оседает меловая пыль.

ЕЛЕНА
Ещё раз дёрнетесь без мой команды,
стреляю на поражение. Встать!
(Пётр делает попытку встать на ноги)
Не так, на колени!

КИРИЛЛОВ
Прекратите издеваться!

ЕЛЕНА
Прекратите лазать по ночам с
женскими чулками на физиономии.

КИРИЛЛОВ
Между прочим, у вас чулочек приспустился. И платьице задралось фривольно.

ЕЛЕНА
Это не ваше дело, не заговаривайте мне зубы. Что вы расселись, как на лужайке?! На колени!

КИРИЛЛОВ
Я не собираюсь молиться, потому что
в бога не верю. Я много размышлял об этом и пришел к выводу, что-о...

ЕЛЕНА
(перебивая зловеще)
На колени.

КИРИЛЛОВ
(продолжая тираду)
Вне нашего сознания бога не существует. Я убедился, что-о...
(Елена быстро обходит Петра сбоку и наводит револьвер ему в пах)
Эй, эй! Полегче!
(Сваливается на бок, подставляя спину)

ЕЛЕНА
На колени, бандюга! Я сказала, на колени!
(Дает хорошего пинка и тут же отскакивает прочь)

КИРИЛЛОВ
Да вы что?!!
(Вскочил на колени)
Прямо по почкам!.. Вот психопатка, дерётся еще...

ЕЛЕНА
(приставив дуло к
затылку Петра)
Не оборачивайся и вообще не
дыши.
(Выдёргивает наручники из
кармана его куртки)
Не оборачиваться!
(Отпрыгнула назад, подтянула чулки, одернула
платье)
Можете повернуться.
(Кириллов, кряхтя, разворачивается к ней лицом)
Ну-с, для кого предназначались эти браслетики?
(Показывает наручники)

КИРИЛЛОВ
(выдержав хорошую паузу)
Вы не могли бы предложить мне сесть? Я очень ушиб колено, знаете ли. Больно стоять, ей богу!

ЕЛЕНА
Как боитесь вы, мужики, всяких пустячных болячек. Чуть поранятся, ныть начинают, как дети малые. Трусы несчастные, слабаки!

КИРИЛЛОВ
А вы, бабы, всю жизнь лечитесь и по
девяносто лет живёте. Симулянтки бессовестные, лицемерки.

ЕЛЕНА
Я попросила бы не говорить столь грубо и нагло, стоя на коленях перед женщиной, которая взяла вас в плен, провалив вашу бесславную попытку её ограбить.

КИРИЛЛОВ
Повторяю, я не собирался вас грабить. Я-а... попросту забрёл в темноте в другой просек, и-и... ошибся домом. Я просто, кхе-кхе... хотел разыграть свою подругу, вот. Только и всего!

ЕЛЕНА
А наручники зачем?

КИРИЛЛОВ
Наручники-то?

ЕЛЕНА
Наручники, наручники.

КИРИЛЛОВ
Ну-у, право, мне неловко говорить
об этом. Вы понимаете?

ЕЛЕНА
Не понимаю.

КИРИЛЛОВ
Ну, это – личное, можно сказать даже, интимное.

ЕЛЕНА
Так вы еще и садист?!.. Или маньяк?

КИРИЛЛОВ
Боже, упаси! Как вы могли такое...

ЕЛЕНА
Слушайте, перестаньте поминать имя
Господа всуе! Вы же только что выдавали себя за убежденного атеиста.

КИРИЛЛОВ
Я бы отнёс себя скорее... к суеверным атеистам.

ЕЛЕНА
Тогда тем более не смейте! Это выглядит ужасающе неискренне и отвратительно глумливо!.. Да и бесполезно, уверяю вас.

КИРИЛЛОВ
Отчего же?

ЕЛЕНА
Оттого же, что Господь не помогает лжецам и злодеям!

КИРИЛЛОВ
А-а. Можно подумать, он помогает честным и добрым. Вам, наверное, да? Всё помогает и помогает, одаривает и оберегает...

ЕЛЕНА
Замолчите, вы!..
(Отвернулась в сторону, чтобы скрыть неожиданные слёзы)

КИРИЛЛОВ
Простите, я-а... не думал, не хотел...

ЕЛЕНА
(стараясь незаметно смахнуть слёзы, покатившиеся по щекам)
Чего вы не хотели?

КИРИЛЛОВ
Трогать ваши болячки. Очень сожалею.

ЕЛЕНА
(справившись с собой)
Ладно, встаньте с пола... Руки не опускайте и стойте, где стоите.

КИРИЛЛОВ
Спасибо.

ЕЛЕНА
Не стоит благодарности... Так какой адрес у вашей подруги?!

КИРИЛЛОВ
П-подруги-то?.. Как ваш, только просек с другим номером.

ЕЛЕНА
А фамилия?

КИРИЛЛОВ
Чья?

ЕЛЕНА
Любовницы вашей!

КИРИЛЛОВ
Н-нормальная фамилия. И-и... ванова!

ЕЛЕНА
Не знаю, не слышала, но любопытно
было бы познакомиться.

КИРИЛЛОВ
Не наручники, случайно, возбудили ваше любопытство?

ЕЛЕНА
И наручники тоже.

КИРИЛЛОВ
Охотно верю. У вас явно садистские
наклонности: ставите на колени,
(потирает бок)
бьёте ногами.

ЕЛЕНА
Довольно! Не увлекайтесь и не отвлекайтесь. Почему это ваш нагрудный карман так неестественно оттопыривается? Ну-ка, любовничек, покажите, что у вас там? Только без резких движений!

КИРИЛЛОВ
Послушайте, вы же - интеллигентная
женщина, разве можно проверять чужие карманы?

ЕЛЕНА
Во-первых, вы – не чужой, а мой пленник. А, во-вторых, откуда вы можете знать, что я – интеллигентная женщина?

КИРИЛЛОВ
Ну-у, это же сразу видно по-о...
(Осёкся, уставившись на «голое» платьице, оглядев ножки в эротичных чулках)

ЕЛЕНА
«По-о...» – чему?

КИРИЛЛОВ
По-о... э-э... вашей речи, манерам, ну и-и...

ЕЛЕНА
Не вы ли только что упрекали меня в жестоком обращении и делали замечания по поводу неряшливости моей одежды?

КИРИЛЛОВ
У-у, это же элементарно. Ночное время, неординарная ситуация. Тут любой человек, самый мужественный и-и... сверхинтеллигентный, разнервничается, а уж женщине, существу по природе своей эмоциональному, возбудимому, очень легко э-э... потерять контроль над собой, забыться, так сказать... немного.
(Потирает опять бок)
Ну-у погорячились, с кем не бывает.

ЕЛЕНА
Ну-у?

КИРИЛЛОВ
Ну-у... несмотря на экстравагантный наряд и некоторый беспорядок в причёске во всём облике вашем есть что-то... благородное, глубоко интеллигентное, я бы сказал... лучезарное.

ЕЛЕНА
Что ж, говорите вы складно, но-о... бесспорно обладая некоторым обаянием, вы излучаете тревожное беспокойство человека, вынужденного лгать, изворачиваться и-и...

КИРИЛЛОВ
И-и?

ЕЛЕНА
И это настораживает, возбуждает мою подозрительность и подталкивает совершить неинтеллигентный поступок, о котором я уже сожалею, но который инстинкт самосохранения заставляет меня совершить.

КИРИЛЛОВ
О чём это вы?

ЕЛЕНА
В пенитенциарных учреждениях это называется досмотром.

КИРИЛЛОВ
Понятно – обыск!

ЕЛЕНА
Вы сами сказали, время ночное,
ситуация неординарная.

КИРИЛЛОВ
Мне встать к стене и расставить ноги?

ЕЛЕНА
Для начала просто снимите куртку.

КИРИЛЛОВ
А почему не сразу брюки?

ЕЛЕНА
Оставьте эти пошлые реплики и показывайте содержимое вашего кармана. Что у вас там? Бомба? Секс продукция?

ПЁТР
Да будет вам.

ЕЛЕНА
Что же, черт вас возьми?!

КИРИЛЛОВ
Не могу сказать, вы-ы... можете истолковать это неверно, превратно
и-и... неадекватно отреагировать.

ЕЛЕНА
Господи, что вы мямлите, как нашкодивший ученик? Мужик вы или не мужик, в конце-то концов?!

КИРИЛЛОВ
Не мужик я – дворянин.

ЕЛЕНА
Неужели!?.. И родовитый?

КИРИЛЛОВ
Мать, покойница, рассказывала, мой прапрадед был действительным статским советником и имел поместье в одном из уездов Пензенской
губернии.

ЕЛЕНА
Браво! Ночью в чужом доме с чулком на роже и с наручниками в кармане, вы – истинный дворянин и уездный аристократ. Ваш прапрадед мог бы гордится таким потомком! Говорите, что в кармане?!.. Почему молчите, ваше превосходительство?
(Кириллов тяжело вздохнул, не ответил)
«Не играй в аристократы –
прадедов не зли,
не за право быть богатым,
не за титулы – когда-то
погибали брат за брата
и за честь земли.
Выше званий – честь отчизны
и людская честь,
выше аристократизма.
Если совесть есть,
Если есть в душе пространство,
а у сердца свет,
что искать в себе дворянства
позабытый след».

КИРИЛЛОВ
(после паузы, тяжело вздохнув)
Ладно, скажу.

ЕЛЕНА
Ну-у?

КИРИЛЛОВ
(тихо)
Эфир у меня в кармане.

ЕЛЕНА
(зло сощурившись)
Погромче, пожалуйста, и
членораздельнее.

КИРИЛЛОВ
(довольно громко)
Э-фир.
ЕЛЕНА
Ах, вот так! «Э-фир». Я в восхищении, ко всем прочим вашим достоинствам вы ещё и анестезиолог.

КИРИЛЛОВ
Елена Васильевна...

ЕЛЕНА
Что-что-о?!!

КИРИЛЛОВ
Ей-богу, Елена Васильевна, для меня самого это... полная неожиданность.

ЕЛЕНА
Ну и прохво-ост. Кривлялся тут, врал с три короба, а сам... эфир на груди прятал! Женщину пришёл усыплять.

КИРИЛЛОВ
Позвольте мне объяснить вам!..

ЕЛЕНА
Замолчите, врун!..

КИРИЛЛОВ
Да я...

ЕЛЕНА
Врун, врун!.. Враль, лгун, лжец!..
Как бишь вас там?

КИРИЛЛОВ
Пётр... Петрович!.. Кириллов.

ЕЛЕНА
Так вот, Пётр, Петрович!.. Кириллов, вы – не дворянин и даже не мужик, вы – ничтожество, лживое и низкое нечто, вы...

КИРИЛЛОВ
Вы!.. семнадцать лет назад сказали мне, что я обладаю благородным и нежным сердцем настоящего мужчины, что я замечательно талантлив и самобытен.

ЕЛЕНА
Бред... сивой... кобылы.

КИРИЛЛОВ
Как говорят в голливудских фильмах,
вы были в здравом уме и трезвой памяти.

ЕЛЕНА
Да я вас знать – не знаю, видеть –
не виды... вала.

Обернулась на картину, висящую на стене, подошла ближе.

Крупный план картины, написанной маслом. Эклектичное смешение импрессионизма и кубизма: центральная обнажённая женская фигура в тёплых тонах размытого очертания в окружении квадратных брутальных мужских торсов а-ля Пикассо «кубического периода».

ЕЛЕНА
(читает надпись)
В осаде. Кириллов П. П.
(Рассматривает какое-то время Петра)
Какая метаморфоза. Какая дегенерация! У вас что, семья голодает или нет крыши над головой?

КИРИЛЛОВ
Если я не заплачу за аренду мастерской, мы с мальчишкой вместе с моими картинами и его щенком Тобиком после Нового года окажемся на улице.

ЕЛЕНА
У вас нет другого жилья, кроме этой мастерской?

КИРИЛЛОВ
Откуда?!

ЕЛЕНА
А где же мать мальчика?

КИРИЛЛОВ
В Москве. У неё теперь другая
семья. Другие дети.

ЕЛЕНА
Трогательный случай... И сколько вы должны заплатить?

КИРИЛЛОВ
За десять лет якобы уже накапало тридцать тысяч!

ЕЛЕНА
Прелестно. Значит, вы пришли меня
усыпить за тысячу долларов.

КИРИЛЛОВ
Клянусь, я взял эфир так... на всякий случай!

ЕЛЕНА
А наручники – на какой случай?!

КИРИЛЛОВ
Для-а... подстраховки.

ЕЛЕНА
И чем же вы рассчитывали поживиться?

КИРИЛЛОВ
Я – ничем! Ничего в доме для себя брать не собирался, я же... не вор.

ЕЛЕНА
Грабитель?

КИРИЛЛОВ
Да не грабитель я!

ЕЛЕНА
А кто, убийца?!

КИРИЛЛОВ
Да перестаньте вы!

ЕЛЕНА
А вы знаете, что у меня неважное сердце? Что ваш «эфиралганчик» мог усыпить меня навсегда, знаете?!

КИРИЛЛОВ
Я-а... ничего этого не знал. Он не предупредил меня об этом!

ЕЛЕНА
«Он» – это кто?

КИРИЛЛОВ
Муж ваш Юрий Ермолаевич.

ЕЛЕНА
Зубов?! Организовал этот ночной налёт?!

НАТ. ПОСЁЛОК БАРКОВКА ПОД СЕНЬЮ КОРАБЕЛЬНЫХ СОСЕН В ЛУННОМ СВЕТЕ
ТЕПЕРЬ ВЫГЛЯДЕЛ СКАЗОЧН0-КРАСИВО.

Под тусклым фонарём на деревянном столбе с указателем садоводческого товарищества стоит милицейский «уазик».

Четверо стражей порядка: мордастый ВОДИТЕЛЬ старший сержант, капитан КУБЫРЁВ Владимир Прокофьевич, МЛАДШИЙ СЕРЖАНТ и сержант КУЗЯКИН – все озабоченно разглядывают дорогу к посёлку.

ВОДИТЕЛЬ
(потоптавшись в снегу)
Не, Прокофьич, намело по колено, не проеду, бесполезно.

КУБЫРЁВ
Значит, пойдём пешком.

КУЗЯКИН
(посмотрев на часы, с мольбой в голосе)
Прокофьич, кончай хернёй заниматься, через полчаса Новый год! Поехали в отдел? Выпьем, закусим, как люди!

КУБЫРЁВ
Я прокурору обещал проверить сигнал.

КУЗЯКИН
Да хрен бы с ним с этим сигналом, одной дурой меньше станет, вот уж беда-то!

КУБЫРЁВ
(посмотрев на него с отвращением)
Можешь оставить автомат - и за мной.
(Младшему сержанту)
А вы – машину охранять. Вопросов
нет?!.. Кузякин, за мной.

Кубырёв, утопая в снегу, направился в посёлок.

КУЗЯКИН
Мудак старый.
(Пошёл, стараясь попадать в следы Кубырёва)

МЛАДШИЙ СЕРЖАНТ
Автомат-то оставь!

КУЗЯКИН
(упрямо и зло)
Не положено, я за него расписался.
(Пошёл дальше)

ИНТ. КУХНЯ ДАЧИ. – КУХОННЫЕ ХОДИКИ ПОКАЗЫВАЮТ БЕЗ ПЯТИ ДВЕНАДЦАТЬ.

ПЁТР в наручниках с заложенными за голову руками входит в кухню под прицелом ЕЛЕНЫ.

ЕЛЕНА
Лицом к стене.

КИРИЛЛОВ
(выполнив команду)
Вы – прирождённый конвоир.

ЕЛЕНА
А вы, похоже, - прирождённый арестант.
(Открыла холодильник)

КИРИЛЛОВ
Да мне – простой кипячёной.

ЕЛЕНА
Я чайник налила перед вашим... не соображу, как сказать... десантом, налётом... Явлением! Но вскипятить, простите, не успела.

КИРИЛЛОВ
Являются обычно привидения или ангелы.

ЕЛЕНА
Для привидения вы слишком брутальны и очевидны, а вот ангелом могли бы стать сегодня запросто, начни я вгорячах палить. Хорошо, если б сразу убила, а то ведь могла и ранить (прыснула от смеха)... в пах, например!

КИРИЛЛОВ
(тоже рассмеялся)
Уж лучше смерть, чем участь такого ангела!
(Хохочут оба)

ЕЛЕНА
(внезапно сделав строгое лицо)
Что это вы развеселились, голубчик?
Не тронулись ли часом умом подобно
пушкинскому Германну, увидевшему
вместо туза свою убитую даму пик?

КИРИЛЛОВ
Ох уж эти дамы! Из-за них мы вечные банкроты.

ЕЛЕНА
Бросьте подлизываться. Если я решу вас сдать, никакие льстивые слова,
мольбы и стенания вам не помогут.

КИРИЛЛОВ
(читает её стихотворение)
«Откуда в Вас столько злости?
Вы – замужняя женщина,
Бросьте...
Человеку...»
(Осёкся)

ЕЛЕНА
Чего вы испугались?
(Продолжает стих)
«... Человеку, когда он стареет...»

КИРИЛЛОВ
«... Не мешает быть подобрее».

ЕЛЕНА
К доброте взываете, значит.
(Задумчиво смотрит на ходики)
Ладно
(достаёт из холодильника бутылку шампанского),
открывайте быстрей, минута осталась.
(Кириллов разинул рот, смотрит с недоверием)
Закройте рот и шевелите руками, время неумолимо!

Она быстро достала из буфета два фужера, из холодильника –закуски и салаты.

Пётр с залпом открыл шампанское, мигом разлил его по фужерам.

Едва Елена включила радио, как кремлёвские куранты пробили последний удар, и грянул гимн.

ЕЛЕНА
Ну, Пётр Петрович, с Новым годом, с новым сроком.

КИРИЛЛОВ
Фи-и, уж лучше бы промолчали, чем так поздравлять. С Новым годом, Елена Васильевна, счастья вам и любви, новых поэм и стихотворений.

ЕЛЕНА
(смутилась)
Спасибо. Хм. Вы уж не обижайтесь, это я так... как говорит молодёжь, прикололась неловко. Пейте.

КИРИЛЛОВ
Чокаться не будем?

ЕЛЕНА
Будем.

Чокнулись, выпили.

КИРИЛЛОВ
Между прочим, я ещё ни разу не сидел.

ЕЛЕНА
Не тужите, у вас всё впереди.

КИРИЛЛОВ
Вы – ужасная язва. Меня не удивляет, что в Новогоднюю ночь с вами нет никого рядом.

ЕЛЕНА
(сначала вспыхнув, потом придя в бешенство)
Ну, знаете, эт-то уже-э... вас не касается. Вы что это себе позволяете?! Кто вам дал право ломиться ко мне в душу, вы, разбойник с большой дороги?! Вор, налётчик, разбойник!..

КИРИЛЛОВ
«Разбойник» – уж был.

ЕЛЕНА
Бандит!

КИРИЛЛОВ
И «бандюгой» уже обзывали – точно.

ЕЛЕНА
А ну-ка... убирайтесь отсюда.
Слышите?!! Немедленно вон!

КИРИЛЛОВ
И не подумаю. Налётчик и бандит
хочет есть. Он с утра, кроме кофе,
ничего не жрал, пять часов на
метели шастал!

Взял тарелку, накладывает в неё винегрета, селёдку под шубой, резаную колбаску, отбросив край полотенца, покрывающего пирожки, берёт один и надкусывает.

КИРИЛЛОВ
У-у, пироги – чудо! Высший вкус! Как у бабули покойной.

ЕЛЕНА
(схватив револьвер)
Немедленно... положите... пирог или вам придётся доедать его... у бабули!

КИРИЛЛОВ
«Найди в себе немного доброты, немного целомудрия и ласки,
и, может быть, как в старой русской сказке,
от страшных снов освободишься ты».

ЕЛЕНА
(опешила)
Откуда вы знаете столько моих стихов?

КИРИЛЛОВ
Вы же сами мне их презентовали, когда картину покупали. Не помните?

ЕЛЕНА
Смутно.

КИРИЛЛОВ
Ну, будете кормить меня свинцом?

ЕЛЕНА
(помолчав, смущенно)
Хорошо, можете поесть. Только без
чванства, пожалуйста! Покушали быстренько – и восвояси.

КИРИЛЛОВ
Браслетики, может, снимите?..

ЕЛЕНА
Вы что, меня за дуру держите?

КИРИЛЛОВ
Но вы же держите меня за
преступника.

ЕЛЕНА
А вы преступник и есть! Самый...
настоящий... преступник.

КИРИЛЛОВ
(тяжко вздохнув, вытащил из кармана куртки свою фляжку)
Стопарика не найдётся?

ЕЛЕНА
(достала из буфета стопку под водку, бутылку и рюмку)
Вы не против моей компании? Я тоже проголодалась да и выпить не прочь.

КИРИЛЛОВ
У меня самогонка.

ЕЛЕНА
А у меня ром ямайский.
(Эффектно и с апломбом ставит фигурную бутылку на стол)

КИРИЛЛОВ
Ва-ау!..

НАТ. ДАЛЕКО НЕ ШИКАРНЫЙ ЗАЛ МОСКОВСКОГО РЕСТОРАНА. - ПЕРВЫЙ ЧАС НОВОГО ГОДА.

Грохочет музыка. Разношёрстная по возрасту и социальному положению публика с упоением пляшет вокруг ёлки.

КАТЮШКА в своём кокошнике Снегурочки, в маленьком, точно таком же, как у Елены Васильевны, красном мини, в ажурных белых чулочках, пристёгнутых тоненькими беленькими резиночками, весьма очевидно не соразмерных по длине с платьем, выделывала невероятно эротичные телодвижения, что заставляло глаза ЗУБОВА и тела трущейся рядом ГРУППЫ ПАРНЕЙ пылать вулканическим жаром.

Всякий раз, когда пьяненький Юрий Ермолаевич, одетый в белый смокинг при красной бабочке, поворачивался к своей Снегурке спиной или как-то боком, кто-нибудь из ребят старался её незаметно щипнуть или шлёпнуть по полненькому аппетитному заду.

Щипки становились всё злее, что распаляло Катюшку ещё больше. Иногда она, не стерпев боли, даже слегка вскрикивала, но тут же делала вид, что всё в порядке. И шоу продолжалось.

Шоу продолжалось до тех пор, пока одна из девиц, почти ЛЫСАЯ, обозлённая, что их парни, как говорится, нашли себе забаву на стороне, не вытащила сигарету изо рта курносенького БЕЛОБРЫСОГО ЧУВАКА и, хорошо затянувшись, прижгла ей Катюшке ляжку.

Катюшка, аж подпрыгнув, завопила «а-а!!»

ЗУБОВ
Ты чего?!

КАТЮШКА
Чего надо!

Взбешённая, растирая место ожога, она обернулась и, увидев сигарету в зубах белобрысого, ни секунды не колеблясь, ударила безвинного парня между ног.

Бедняга, зажавшись, с воплями рухнул на колени.

ЛЫСАЯ
(с дыханием выпуская изо рта дым)
Эй, кошёлка задастая, ты чё граблями машешь, фря?!

Катюшка, сообразив, что обманулась, хрястнула лысую по скуле.

Зубов и парни бросились растаскивать сцепившихся как собаки «прекрасных» представительниц слабого пола.

ИНТ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ НА ДАЧЕ. – ЧАСЫ ПОКАЗЫВАЛИ БЕЗ ДЕСЯТИ ЧАС.

Крупный план фотографии Поли, теперь стоящей в книжном шкафу лицевой стороной к книгам.

А в комнате - романтическая полутьма. Горит только гирлянда на елке, и загадочно мерцают свечи в подсвечнике, водружённом в самый центр письменного стола, накрытого по-праздничному: белая скатерть, ром и шампанское, вазы с фруктами и конфетами, тарелки и тарелочки, салатницы и селедочница, рюмки и фужеры, вилки и ложки – всё как положено в России по большим праздникам.

ЕЛЕНА и КИРИЛЛОВ, пристёгнутый левой рукой к ручке выдвижного ящичка, сидят за столом, кушают, украдкой то искоса, то исподлобья поглядывая друг на друга.

КИРИЛЛОВ
(с завидным аппетитом уплетая кролика и тушёную
«капустку»)
Ну капуста у вас – нет слов, чудо,
само совершенство, «фэнтези»!
(вожделенно поедает)

ЕЛЕНА
Ешьте, ешьте. В тюрьме-то кроликами
кормить не будут.

КИРИЛЛОВ
Опять двадцать пять! Да поймите вы, если б не то отчаянное положение, в котором я оказался, ни за что бы не согласился на эту-у!.. И потом Ермолаич ваш заверил меня, что шкатулку берёт на полгодика... Обещал, что вернёт!

ЕЛЕНА
Говорите, говорите.

КИРИЛЛОВ
Что говорить-то?!.. Всё.

ЕЛЕНА
Вот именно - всё. Всё поставили на карту: честь и совесть, свободу и творчество, судьбу мальчишки, свою судьбу. И даже жизнь! Поверьте, вам крупно повезло, я ведь - не робкого десятка и перворазрядница по стрельбе. Видно, провидению было
угодно почему-то вас нынче спасти.

КИРИЛЛОВ
«Кольцо и крест –
иное не спасёт.
Любовь и Бог –
что нужно людям кроме?
Судьба и вера –
истина проста.
Я знаю.
Но душа моя пуста.
И ни кольца на мне, и ни креста».

Какое-то время молча разглядывают друг друга.

ЕЛЕНА
Вы же не верите в бога.

КИРИЛЛОВ
Не верю – в канонического. Его явно придумали люди невежественные, ничего не знающие о настоящей природе человека, Земли, космоса. Зато они страстно жаждали властвовать над себе подобными от имени Господа, да и, чего уж греха таить, жить за счёт верующих в Него. И не бедно жить!.. Вот Бог –
информационно-энергетический – вот это уже, на мой взгляд, к Истине-то поближе будет. Но каков Он на самом деле, люди, наверно, не смогут узнать никогда...

Дверной музыкальный звонок заставил и Петра, и Елену вздрогнуть.

ЕЛЕНА
(подходя к окну)
Кого это нам принёс ваш информационно-энергетический бог?
(Смотрит в окно)
У-у, вот и милиция. С автоматами! Не за вами ли, богоискатель Пётр Петрович?

КИРИЛЛОВ
П-почему за мной? Н-не должны...

Противненько подвывая, звонок играет «Jingle bells». Пауза, потом снова звучит эта же мелодия. Пауза – и снова.

КИРИЛЛОВ
Взбесится можно от вашего звонка.
Почему он играет одно и то же?
(Пауза – снова «Jingle...»)
И почему – так противно?!

ЕЛЕНА
Что это мы так разволновались? Что это мы так побледнели, а-а?.. Конец авантюристу?

КИРИЛЛОВ
(с отчаяньем обречённого)
Конец так конец.

Елена, сняв трубку домофона, висевшего у окна, отодвинула штору и стала в окно показывать жестами, чтобы милиционеры воспользовались домофоном.

НАТ. НАРУЖНЫЙ ТЕЛЕФОН ДОМОФОНА РАЗМЕЩАЛСЯ НА ДОЩАТОМ ЗАБОРЕ ДАЧИ
ПОД НАВЕСОМ РЯДОМ С КАЛИТКОЙ.

КУЗЯКИН, догадавшись, пошарив лучом фонарика, высветил переговорный динамик и нажал кнопку. Раздался мелодичный сигнал.

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ИЗ ДИНАМИКА
Что вам нужно? Почему беспокоите среди ночи?

КУБЫРЁВ
Старший патрульный капитан Кубырёв.
С Новым годом вас и прошу прощения, нам нужна хозяйка дачи Зубова Елена Васильевна.

ГОЛОС ЕЛЕНЫ
Я – Елена Васильевна. А что случилось?

КУБЫРЁВ
Поступил сигнал, гражданка Зубова, что у вас на даче незаконно хранится оружие, незаконно, так сказать, приобретенное. Следовательно, мы должны произвести проверку... для вашей же, так сказать, безопасности и пользы.

ГОЛОС ЕЛЕНЫ
А на каком основа?..

КУБЫРЁВ
(перебил)
Постановление на обыск у меня
имеется, так что открывайте
без препирательств.

ИНТ. ДАЧА.

ЕЛЕНА
(голос за кадром)
Вот неугомонная Марго, милицию на уши подняла. Ну и ну, настоящая
подруга!
(Вслух в трубку)
Хорошо, я сейчас оденусь и впущу.
(Нажав кнопку замка,
повесила трубку, испытующе смотрит на КИРИЛЛОВА)
Что это мы, Пётр Петрович, аж таки одеревенели?

КИРИЛЛОВ
А что-о?

ЕЛЕНА
(сняв с него наручники)
Раздевайтесь и в постель. Быстро!

КИРИЛЛОВ
В к-каком смысле?

ЕЛЕНА
В этом смысле, в этом!

На глазах изумлённого Петра она ловко разрядила револьвер, спрятала его и патроны в специальную коробку, заперла и сунула её к задней стенке полки платяного шкафа.

Потом, за дверцей шифоньера проворно сняв чулки, платье, обрядившись в халат, принялась за кровать: откинула одеяло, разбросала и примяла подушки.

ЕЛЕНА
На вас столбняк напал что ли?
Раздевайтесь, вы,
дурачина-простофиля, или уж в тюрьму собрались?!

КИРИЛЛОВ
(тонким, вдруг осипшим голоском)
Не-ет.

ЕЛЕНА
(передразнивая)
«Не-ет»? Тогда раздева-айтесь.
Стоите тут, как на эшафо-оте.
(Ткнула ему в грудь
бутылку с ромом)
Ну-ка пейте!
(Кириллов схватил бутыль, судорожно пьёт)
Хватит!
(Отняла у него бутылку, приложилась сама)
Снимайте штаны и в постель!

КИРИЛЛОВ
Вы не... не могли бы отвернуться.

ЕЛЕНА
Что-о?!

КИРИЛЛОВ
Ну, я с... стесняюсь.

ЕЛЕНА
Пресвятая Дева!
(Отвернулась)
Никогда бы не подумала, что воры могут быть такими стеснительными.

КИРИЛЛОВ
(сбросив, наконец, брюки)
Я не вор.
(Нырнул под одеяло)
Можно.

Елена, окинув взглядом комнату, пошла было вниз, но её внимание привлекли наручники. Секунду подумав, она вернулась с ними к Петру.

Руки к щитку живо!

КИРИЛЛОВ
Зачем это?!

ЕЛЕНА
Я не могу полагаться на вора пусть
даже и стеснительного. Р-руки!
(Пётр вытянул руки, и она защелкнула их наручниками, зацепив за щиток кровати)
Так мне будет спокойнее, когда
капитан сотоварищи уйдут.

КИРИЛЛОВ
И всё-таки я - не вор!

ЕЛЕНА
Один чёрт - преступник!
(Включила свет и ушла)

КИРИЛЛОВ
Вот это вли-ип.
(Полежав, почувствовав, что опьянел, запел)
Позор! Тоска! О, жалкий жребий мой!
(Голосом изображает
финальные аккорды оперы)

ТИТР: КОНЕЦ ПЕРВОЙ СЕРИИ.

2 СЕРИЯ

ИНТ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ НА ДАЧЕ. – КУКШКА ПРОСИГНАЛИЛА ЧАС НОЧИ.

Входят ЕЛЕНА, КУБЫРЁВ, КУЗЯКИН.

КИРИЛЛОВ, зажмурившись, замер и лежал, почти не дыша.

Елена сразу прошла к столу, отбросив скатерть, вытащила из ящика бумаги на оружие.

ЕЛЕНА
Вот документы на револьвер, ружья. Всё оформлено по всем мыслимым и немыслимым правилам и инструкциям, существующим в Российской Федерации.

Кубырёв, принимая бумаги, пристально разглядывает «спящего» Петра.

КИРИЛЛОВ
(не в силах больше притворяться, приподымает вежды и начинает таращить очи, словно проснулся)
Здравствуйте.
(Застыл с деревянной
улыбкой на личике)

КУБЫРЁВ
Здрасьте. С Новым годом.

КИРИЛЛОВ
И вам того же.
(Ощерился улыбкой
каменного истукана)

КУБЫРЁВ
(Елене)
Супруг ваш?

ЕЛЕНА
Супру-уг... будущий! Мы с мужем разводимся, так сказать, ну и-и...

КУБЫРЁВ
Значит, это – жених пока.

ЕЛЕНА
Выходит... жених.

КУБЫРЁВ
Хорошее дело. Ну, показывайте ствол.

Елена, вытащив из шкафа припрятанную коробку с револьвером, отпирает её замок.

ЕЛЕНА
Так я его храню. Коробочка из
стали, замок – всё, как положено.
(Достала револьвер)
А вот и сам.

КУБЫРЁВ
Взглянуть позвольте?

ЕЛЕНА
Извольте.

КУБЫРЁВ
(пощёлкав спусковым крючком, нюхает)
Порохочком пахнет. На охоту ездили?

ЕЛЕНА
Ворон стреляла днём, а почистить поленилась. Ружья смотреть будете?

КУБЫРЁВ
Обязательно.

ЕЛЕНА
Прошу вниз.

КУБЫРЁВ
(повернулся, чтобы идти,
но его насторожили звякнувшие наручники)
Минуточку!.. Жениха-то вашего как
величают?

ЕЛЕНА
Пётр Петрович... Кириллов!

КУБЫРЁВ
Пётр Петрович, я, конечно,
извиняюсь, что вы там за подушкой прячете? Не могли бы показать?

КИРИЛЛОВ
Я н-ничего не прячу. Просто...
нравится так лежать и всё.

КУБЫРЁВ
Нет не всё. У вас там что-то
звякает. Так и кажется, сейчас начнёте палить направо и налево.
(Его рука потянулась к кобуре; Кузякин рывком сдёрнул с плеча автомат)
А ну-ка показывай! Только медленно.
(Наручники явственно и громко клацнули о спинку кровати)
А ну стоять! Р-руки!!

КУЗЯКИН
(кинулся к кровати, передёрнув затвор автомата)
А ну лежать! Р-руки!!

КУБЫРЁВ
Стоять!!

КУЗЯКИН
Лежать!!

КИРИЛЛОВ
(зажмурившись)
Господи, опять!..

ЕЛЕНА
Капитан, капитан! Он не может показать руки, они у него прикованы!

КУБЫРЁВ
Как это?

ЕЛЕНА
Просто.
(Выдёргивает из-под головы Петра подушку)
Убедитесь сами.

КУБЫРЁВ
(отвернув в сторону ствол кузякинского автомата)
Хорошая вещь.
(Кузякину)
Убери.

КУЗЯКИН
(закидывая автомат за плечо)
И в любви незаменимая.

КУБЫРЁВ
(посмотрев на покрасневшую Елену)
Это уж точно. Н-да-а.

КИРИЛЛОВ
(сообразив, что беда его миновала, почувствовал прилив сил и желание покуражиться)
Еленочка, ласточка, предложи товарищам выпить что ли, Новый год всё-таки.

КУБЫРЁВ
Не надо, мы при исполнении.

КИРИЛЛОВ
Тогда не смею вас больше задерживать. Спасибо, что честно и зорко несёте вашу опасную и трудную службу. С Новым годом и всего доброго. Елеонорочка, проводи и возвращайся поскорей, а то мне без тебя теперь не уснуть.

Кубырёв с Кузякиным многозначительно переглянулись и молча один за другим пошли из комнаты. Елена, зло крутанув Петру ухо, пошла за ними.

ИНТ. ДИСПЕТЧЕРСКАЯ РОВД. – ВТОРОЙ ЧАС НОВОГО ГОДА.

Дежурный ДИСПЕТЧЕР, приподняв и тут же бросив трубку звонившего телефона, выдвинул нижний ящик стола.

В ящике стояла уже налитая стопка, рядышком на бумажной тарелочке лежали: пара кусочков хлеба, несколько колёсиков колбаски и долек мандарина. Конфеты аккуратненькой кучкой были придвинуты к стенке ящика.

Диспетчер, не отрывая глаз от двери с табличкой «дежурный по городу», махом опрокинул стопку в рот. Задержав на секунду дыхание, сделал с облегчением выдох. Довольно покрякивая, бросил в рот дольку мандаринчика, подумав, бросил ещё дольку.

Он с нежностью задвигал ящик стола, когда стал звонить телефон.

ДИСПЕТЧЕР
(сняв трубку)
Милиция.

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
Прошу прощения, Кубырёв не вернулся?

ДИСПЕТЧЕР
Задолбали вы уже вашим Кубырёвым.

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
По-моему, это ваш Кубырёв, а не мой!

ДИСПЕТЧЕР
Нет его. Не-ет! Там же снега намело теперь аж... по пояс, блин. Ни на чём не проехать, только пешком!

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
Вы хотите сказать, что ваш капитан способен на такие подвиги?!

ДИСПЕТЧЕР
Он, блин, на что угодно
способен, ясно вам?!

ДОРДА
(крупный план)
Вы на водочку пореже налегайте, а то до утра не дотянете.

ДИСПЕТЧЕР
(крупный план)
Не понял...

ДОРДА
(крупный план)
Закусывайте, говорю, чаще! И
спасибо, что обнадёжили.

ИНТ. КУХНЯ ДАЧИ. – НА КУХОННЫХ ХОДИКАХ ОДИН ЧАС ТРИДЦАТЬ МИНУТ.

ЕЛЕНА из кухни провожала глазами исчезающие в калитке фигуры КУБЫРЁВА и КУЗЯКИНА.

А со второго этажа лилась ария Демона из одноимённой оперы Рубинштейна в азартном исполнении КИРИЛЛОВА.

ИНТ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ.

Когда она поднялась в спальню, его голос звучал крепко, мощно, достигнув максимальной громкости, какую только дозволяли голосовые связки.

КИРИЛЛОВ
(надсадно поёт)
«И будешь ты царицей мира, подруга верная моя!»

ЕЛЕНА
Батюшки, да вы пьяны, как сапожник!

КИРИЛЛОВ
Чушь! Уверяю вас, это лишь легкий «сдвиг крыши», да и то, скорее от радости, чем от вашего ямайского.

ЕЛЕНА
Вы сегодня меня в чём только ни уверяли, а на поверку всё оказалось
сплошным враньём и злодейством. Больше я не верю ни одному вашему слову.

КИРИЛЛОВ
Елена Васильевна, лука-авите. Если бы вы мне не поверили, наверняка сдали бы этому Кубырёву, не пожалели бы.

ЕЛЕНА
А с чего вы взяли, что я вас пожалела? Может, я тоже решила повеселиться... напоследок.

КИРИЛЛОВ
Что значит - «напоследок»? Прозвучало двусмысленно.

ЕЛЕНА
Я хотела сказать, повеселюсь, а
потом... сдам вас капитану и его команде.

КИРИЛЛОВ
Не-ет. Не верю. Вы так поступить не можете – однозначно. Правда... в глазах у вас всё же промелькнуло что-то...

ЕЛЕНА
Что же?

КИРИЛЛОВ
Не знаю. Что-то тёмное, жутковатое.

ЕЛЕНА
Ну вот, сразу и улыбочка пропала. До чего же вы, Пётр Петрович, пужливы.

КИРИЛЛОВ
Вы помните старый французский фильм «Три мушкетёра» с Жераром Барре?

ЕЛЕНА
Очаровательное кино.

КИРИЛЛОВ
Да что вы говорите, это – гениальное кино! Для своего жанра, конечно. Я, стареющий мужчина, до сих пор одержим этим персонажем!

ЕЛЕНА
И что же?

КИРИЛЛОВ
Ничего. Господь... ой, я же атеист. Скажем так, природа одарила меня щедро. Неглуп, даровит, здоров, силен и вынослив, но... она не дала мне отважного сердца. Понимаете, не дала и все тут! Всякий раз, как только дело доходит до решительного шага, когда нужно, как говорится, выхватить шпагу и ринуться в бой, мою волю охватывает какой-то паралич. Появляются непонятно откуда взявшиеся робость, боязнь совершить непоправимую ошибку, страх оказаться поверженным. И вот этому мнимому Д’Артаньяну стукнуло сорок пять. Самые лучшие для подвигов годы уже позади! И ни-че-го! «Ни славы не добыл, ни денег, ни чинов.
Нет женского тепла, любви, участья.
Одни лишь кипы измалёванных холстов
хранят следы былых надежд на счастье».

ЕЛЕНА
Ваши вирши?

КИРИЛЛОВ
Персонажа моей пьесы, которая пылится неоконченной уже... третий год.

ЕЛЕНА
А вам не кажется, Пётр Петрович, что вы слишком распыляете свои дарования? Живопись, поэзия, драматургия... воровство, бандитизм, аферизм – весьма экзотичное разнообразие творческих сфер, интересов и воззрений!

КИРИЛЛОВ
Негуманно издеваться над пленными, Елена Васильевна. Грех это. Тем более для женщины. Тем более над человеком, который чистосердечно всё поведал и покаялся.

ЕЛЕНА
Признание было, не отрицаю, но слов покаяния я от вас не слышала, мусью Д’Артаньян. Скулили, - помню, на природу обижались, что, дескать, отваги не дала. А вот на злодейство всё-таки отважились, причём с отягчающими вину обстоятельствами.
Вы посягнули, можно сказать, сразу на три святыни: на женщину, на поэта и на человека, некогда сделавшего вам добро.

КИРИЛЛОВ
А-а, ясно. Тогда вы забыли ещё одну святыню. Священную... частную... собственность!!

ЕЛЕНА
А почему столько уничижительной иронии?

КИРИЛЛОВ
А что же ещё остаётся ничтожному злодею и босяку, посягнувшему на «семейные реликвии!», – только горькая ирония и едкий сарказм. Собственно, я весь в вашей власти, сударыня, не церемоньтесь, желаете пристрелить – пристрелите. Об одном прошу, не забудьте сделать контрольный выстрел в голову, чтобы не мучался, не дай бог.

ЕЛЕНА
Какого черта вы фиглярничаете тут?! Шкатулочка с «безделушками» – это фамильные драгоценности рода Орловых. Моего рода, понимаете?! Они бесценны для меня и святы. И это – моя... священная... собственность! Понятно?!.. И не смей глумиться, ты... ничтожество!..

КИРИЛЛОВ
(громко и грубовато)
Ну, убей теперь меня, пристрели как собаку! Может, полегчает, ваше сиятельство?!

ЕЛЕНА
Не смейте... повышать... тут голос. И не хамите мне!!

Задыхаясь от негодования, она нервно отперла замок наручников и встала поодаль спиной к Петру.

ЕЛЕНА
(ледяным тоном)
Вот что, шевалье, ваш визит меня уже изрядно утомил и несказанно разочаровал. Две минуты на сборы... и пожалуйте восвояси!

КИРИЛЛОВ
Брюки не кинете?
(Поймал брошенные ему брюки с рубашкой, стыдливо прикрываясь одеялом, одевается)
Я же не знал, что жена Зубова это вы – та самая Елена Орлова, которая купила мою картину и подарила книгу стихов с подписью... Я на ваши деньги «видик» тогда купил в комиссионке и фотоаппарат «Роlaroid».
(Встал с постели, отвернувшись, застегнул ширинку)
Я потом, вдохновившись, сляпал ещё 27 полотен!.. Не продал ни одного.

ЕЛЕНА
Что вы всё ноете да жалуетесь? Молодой, здоровяк, а прямо как... не знаю, кто?!

КИРИЛЛОВ
Я знаю, кто. Неудачник. Вы, бабоньки, любите удачливых, на которых можно проскакать всю жизнь с ветерком. А что же делать нам, не волевым, неудачливым? Жить-то нам хочется, успеха хочется, признания. Любить и быть любимыми ох как хочется! А она так быстро летит – эта жизнь, которую мы не осилили взнуздать и оседлать. И вот наступает момент, когда начинаешь осознавать, что ещё чуть-чуть и не впрыгнешь в седло уже никогда! И чувствуешь, вроде бы не стар, ещё крепок, ещё бушуют страсти и желания, и нужно немедленно что-то предпринимать: отправиться странствовать по свету или уйти на войну, или просто затвориться от мира в собственной бочке, но...

ЕЛЕНА
Не можете... ни на что... решиться.

КИРИЛЛОВ
Но не вырос ещё мальчик, который смотрит на меня глазами его матери с любовью и верой, что отец всегда спасёт и сохранит, что бы там ни случилось.

ЕЛЕНА
Это участь всех матерей – ради ребёнка приносить в жертву свои мечты и планы, свою жизнь. Меня поражает другое. Такой с виду сильный и одарённый мужчина постоянно хнычет и сетует на свою слабость. Вам не стыдно? Неужели не под силу, вместо того чтобы произносить пространные монологи и резонировать по поводу своей персоны, дописать свою залежалую пьесу, разослать по всему свету картины и продолжать писать новые? Женитесь, наконец, чтобы не чувствовать себя одиноким, чтобы иметь под бочком живую музу! Одним словом, не плачьте, а работайте и ждите, терпите и работайте, и время ваше придёт, только не опускайте рук. Мне кажется, есть в вас искра божья. Поверьте мне, - есть.

КИРИЛЛОВ
Вы – необыкновенная женщина! Я это понял ещё тогда, на выставке...

ЕЛЕНА
Врёте, я тогда и женщиной-то ещё не была. И в том состоянии пребывала
аж до 27 годков.

КИРИЛЛОВ
Да я не вру никогда!

ЕЛЕНА
(прыснула от смеха)
«Никогда» - это до или после полуночи?
(Заливисто смеётся)

КИРИЛЛОВ
Нет, гм, я хотел сказать, что когда искренен, то не вру, в смысле, не могу врать. Понимаете?

ЕЛЕНА
А как мне прикажете определять, искренни вы сейчас или нет?

КИРИЛЛОВ
А разве это не чувствуется?

ЕЛЕНА
(подумав)
Чувствуется.

Пристально вглядевшись друг в друга, оба невольно смутились.

КИРИЛЛОВ
Кхе, кхе, может, продолжим... нашу
странную новогоднюю вечеринку?

ЕЛЕНА
Как говорят в частенько поминаемых вами американских фильмах, почему бы и нет.

КИРИЛЛОВ
У-у-вау!

ЕЛЕНА
У-вау.

КИРИЛЛОВ
Погодите, вечеринка в халате – это нонсенс!

ЕЛЕНА
Второй раз за ночь надевать платье – нонсенс вдвойне.

КИРИЛЛОВ
Даже и не думайте об этом! И красное платье, и те бесподобные
белые чулочки – немедленно!

ЕЛЕНА
Ладно, платье надену, чулки – не обессудьте.

КИРИЛЛОВ
Окей. Чулки я вам сам надену!

ЕЛЕНА
Ого! Ваша «крыша поехала» дальше.

КИРИЛЛОВ
Как ласкает слух, когда народные поэты начинают говорить языком народа.

ЕЛЕНА
С кем поведёшься.

КИРИЛЛОВ
И с кем же?

ЕЛЕНА
Если судить по внешнему виду, – деклассированный элемент, маргинал.

КИРИЛЛОВ
Мой внешний вид обманчив. В этом
вы, я думаю, убедились уже окончательно. Помогите теперь моему богатому содержанию приобрести
соответствующий оному облик?

ЕЛЕНА
И что я должна для этого сделать?

КИРИЛЛОВ
Предоставить в моё распоряжение гардероб господина Зубова.

ЕЛЕНА
В конце-то концов, кто из нас тут
багдадский вор, вы или я?

КИРИЛЛОВ
В определённом смысле, - я-а.

ЕЛЕНА
Вот идите и воруйте. Не справитесь, вечеринки не будет. Всё, вперед!

КИРИЛЛОВ
(вытянувшись, вытянув
руки по швам)
Обещаете, не надевать без меня чулочки?!

ЕЛЕНА
Обещаю.

КИРИЛЛОВ
Поклянитесь!

ЕЛЕНА
Чтоб мне умереть сегодня же.

КИРИЛЛОВ
Вы – потрясающая и очень... крутая!

ЕЛЕНА
Кру-гом! Вперед марш!

Пётр отдал честь, развернулся и армейским шагом вышел из комнаты.

ЕЛЕНА
(крупный план)
У-у-вау.

ИНТ. ДИСПЕТЧЕРСКАЯ РОВД. – ТРЕТИЙ ЧАС НОВОГО ГОДА.

Дежурный ДИСПЕТЧЕР, уткнув физиономию в локоток, забылся на столе в сладком сне.

Даже с шумом распахнутая КУБЫРЁВЫМ дверь не вернула его к действительности.

В дежурку вошли Кубырёв, КУЗЯКИН и МЛАДШИЙ СЕРЖАНТ.

КУЗЯКИН
Везёт же некоторым!

Крадучись, он подошёл к дежурному и, взяв колпачок от ручки, попытался вставить его тому в ухо.

МЛАДШИЙ СЕРЖАНТ
В нос лучше вставь.

КУБЫРЁВ
Отставить приколы. Идите грейтесь.

Когда те ушли, капитан, выдвинув заветный нижний ящик диспетчера, обнаружил налитую стопку и уже знакомую нам закуску.

Рота в ружьё!

Дежурный вскочил как полоумный, роняя слюни, пытаясь поймать свалившуюся с головы шапку.

Диман, это - борзость.

ДЕЖУРНЫЙ
Виноват. Не рассчитал малость.

КУБЫРЁВ
Иди умойся, на тебя смотреть тошно.

Дежурный Диман с виноватой миной ушёл в туалет, капитан устало опустился на его место. Звонит телефон.

КУБЫРЁВ
(отвечает)
Милиция.

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
Прошу прощения, капитан Кубырёв не
вернулся?

КУБЫРЁВ
А кто его спрашивает?

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
Дорда Маргарита Львовна, нотариус.

КУБЫРЁВ
А-а, это вы звонили Хлудову насчёт Зубовой-Орловой?

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
Да, я, а что?!

КУБЫРЁВ
Да ничего, всё в порядке.

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
Что - в порядке? Она жива?!

КУБЫРЁВ
Живее всех живых и встречает Новый год со своим женихом.

ГОЛОС ДОРДЫ ИЗ ТРУБКИ
Да будет вам, с каким ещё женихом?.. Нет у неё никакого жениха!

КУБЫРЁВ
Ну не жених, конечно, - любовник.

ДОРДА
(крупным планом)
Любовник?!

КУБЫРЁВ
(рассмеявшись)
Ну уж точно – не муж.

ДОРДА
(крупным планом)
Да вы спятили!!

ИНТ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ.

ЕЛЕНА у зеркала в своём «голом» мини спешно начёсывает волосы. Стук в дверь.

ЕЛЕНА
Сейчас, секунду!
(Руками правит объём волос и фиксирует его лаком)
Можно!

Входит очень грустный и печальный КИРИЛЛОВ в великолепном, хоть и не его полноты и роста, чёрном костюме с алой бабочкой. Пиджак нараспашку открывает широкий из малинового атласа пояс брюк.

ЕЛЕНА
(с неподдельным восхищением)
Ух ты-ы!.. Прям таки Граф Монтекристо!

КИРИЛЛОВ
Какой там граф, я даже не француз Дефорж, я Дубровский, нищий разбойник без крыши над головой. Бомж.
(Впал в задумчивую прострацию)
Напялил костюмчик с чужого плеча, идиот, кретин, мещанин во дворянстве, а мальчишка через меня теперь бомжевать будет. Ой, урод, ой, выродок.

ЕЛЕНА
Не убивайтесь, я дам вам денег. В долг, разумеется. Хоть завтра пойдёте и заплатите.

КИРИЛЛОВ
Это... это исключено! Даже и не думайте об этом!

ЕЛЕНА
Что так?

КИРИЛЛОВ
Для меня тридцать «штук» - сумасшедшие деньги, понимаете?! Мне никогда не скопить столько! Да я-а и не умею копить. Сожалею, но-о... взять у вас денег не могу. Ей богу, не могу!

ЕЛЕНА
Хорошо, поступим так... Портрет мой напишете во весь рост и в натуральную... длину. Торговаться будете?

КИРИЛЛОВ
Вы... Вы пытаетесь спасти меня после всего, что я сделал?! Вернее,
собирался сделать.

ЕЛЕНА
По-моему, вы собирались надеть мне чулочки и выпить со мной на брудершафт. Вы передумали?

КИРИЛЛОВ
(просиял)
О, нет! Только, кхе-кхе... давайте начнём... со второго пункта, а потом уж и, гм, чулочки.

ЕЛЕНА
Ох, и трясогузка же вы, Пётр
Петрович.

КИРИЛЛОВ
Я всегда очень стесняюсь... поначалу.

ЕЛЕНА
Ладно, наливайте шампанское.

КИРИЛЛОВ
Слушаюсь, ваше сиятельство!

Он налил шампанского, подал бокал Елене. Оба встали, неловко зацепившись руками, пьют. Елена слегка закашлялась.

КИРИЛЛОВ
Пока не выпито, руки расцеплять нельзя, плохая примета.
(Легонько похлопал Елену по спине)

ЕЛЕНА
(прокашлявшись)
Кажется, отпустило. Допиваем?

КИРИЛЛОВ
Ага.
(Допивают шампанское)

ЕЛЕНА
Какая у вас горячая рука, будто грелка.

КИРИЛЛОВ
(робко поглаживая её по спине)
Какая у вас нежная кожа, словно шёлк.
(Наклоняется и целует Елену в губы)

ЕЛЕНА
Не надо задерживать дыхание, тогда не будет одышки.

КИРИЛЛОВ
(целует её снова, крепко прижав к себе)
Какая ты тоненькая и маленькая. Как девочка! Так и хочется взять на ручки и покачать.

ЕЛЕНА
Какой ты большой и сильный, так и
хочется забраться на ручки и
покачаться.

Пётр берёт её на руки и начинает танцевать, напевая мелодию хора рабов из оперы Верди «Набукко».

ЕЛЕНА
Откуда такие познания опер?

КИРИЛЛОВ
Мать ужасно любила оперу и меня
пристрастила с младых ногтей!
(Опустил Елену на пол)
Бывало, когда душ принимал, все арии перепою. Стараясь перекричать шум падающей воды, пел так громко, что мои вокальные экзерсисы слышал весь наш шестнадцатиквартирный барак. Соседи промеж себя меня Шаляпиным звали. Ох, как давно-о... и как недавно всё это было. Была другая жизнь, другая эпоха, другие люди, другая музыка... «Распалась связь времен...»

ЕЛЕНА
Не-ет, детские воспоминания остаются с нами на всю жизнь. Даже в состоянии маразма человек помнит, что носили его родители, о чём говорили, что пели.

КИРИЛЛОВ
Стыдно признаться, но мне, стареющему сумасброду всё больше стала нравиться дегенеративная музыка молодёжи.

ЕЛЕНА
Такая музыка может нравится либо
дегенератам, либо настоящим природным танцорам. Танцуешь, поди, молодёжные пляски?

КИРИЛЛОВ
Грешен, вашество, танцую!

ЕЛЕНА
Ну, так приглашайте даму.

КИРИЛЛОВ
Побесимся?!

ЕЛЕНА
Побесимся!

КИРИЛЛОВ
Три... часа... ночи.

ЕЛЕНА
Новогодней ночи!

Пётр, схватив пульт, включает маленький телевизор на тумбочке у кровати, прошёлся по каналам. Есть! Старый клип с M S Hammer «U can’t touch this».

КИРИЛЛОВ
Вау! Мой любимец! Нравится?!

ЕЛЕНА
Ужасно!
(Танцует ритмично, но
по-женски плавно)

КИРИЛЛОВ
Подожди, чулочки же забыли! Где они?!

ЕЛЕНА
(не прекращая танца)
В кармане халата.

КИРИЛЛОВ
Понял!
(Бежит за чулками, галопом возвращается и со всего маху бросается на колени перед Еленой)
Госпожа моя, соблаговолите ножку?

ЕЛЕНА
Соблаговоляю.

Протягивает ногу, Пётр лихорадочно и неумело натягивает ей один чулок, затем другой.

КИРИЛЛОВ
(вытаращив глаза)
Боже мой, не сон ли это?!

ЕЛЕНА
Да! И это кошмарный сон!
(Энергично и страстно танцует)

КИРИЛЛОВ
Вальпургиева ночь! У-у-вау!!

Выкидывая коленца под Хаммера, он кинулся на пол и стал вытворять в партере акробатические элементы, затем, перевернувшись через голову, снова вскочил на ноги.

ЕЛЕНА
Ух, ты! Круто!
(Демонстрирует своё
умение в танцах)

КИРИЛЛОВ
Обалде-еть! Пластика потрясающая!

ЕЛЕНА
Я бальными танцами занималась в школе!

КИРИЛЛОВ
Школа чувствуется!

ЕЛЕНА
Спасибо!
(Клип, наконец, кончился)

КИРИЛЛОВ
(немного отдышавшись, очень серьезно)
Спасибо вам.

ЕЛЕНА
Как, опять - «вам»?!

КИРИЛЛОВ
Тебе. Тебе спасибо.

ЕЛЕНА
Это за что же?
(Поправляет чулки)

КИРИЛЛОВ
За всё! За танец, за спасение... за чулочки.

ЕЛЕНА
Я смотрю, чулки для тебя - просто фетиш какой-то!

КИРИЛЛОВ
Фетиш?!.. Наверно, так оно и есть. Мы же все родом из детства. А девочки моего детства ещё носили чулочки с резиночками. Они сидели с пацанами за одними партами, играли с нами во дворах, но-о... это были другие существа, другая генерация, инопланетяне в коричневых шерстяных платьицах, черных передничках и в бежевых хлопчатобумажных чулочках в вертикальную полосочку. Эти чулочки были... как бы дорожками, которые вели к тому неизведанному, непонятному, жгуче любопытному для нас, мальчишек, к тому, что отличало их от нас, что скрывали эти девочки под своей униформой. Дорожки к Тайне! К тайне с большой буквы! Мы часами могли наблюдать за прыгающими, бегающими девчонками, чтобы снова и снова иметь возможность заглянуть туда, где начинается эта Тайна, чтобы снова и снова пытаться постичь её всем своим существом. Ты не поверишь, но охватывало состояние какого-то транса, мы испытывали настоящий экстаз, переносились в другое измерение жизни, их жизни... Вашей жизни. Нет, это невозможно описать словами!..

ЕЛЕНА
Ну почему же? У тебя хорошо получается. Эмоционально, образно. Продолжай.

КИРИЛЛОВ
Всё, хватит, а то я что-то... расчувствовался.

ЕЛЕНА
(прошла, села за пианино)
Чтобы тебя успокоить я спою романс, который сочинила в ту самую «другую эпоху», в которою мы с тобой и весь наш обманутый советский народ были совершенно другими: счастливыми и полными надежд на коммунистическое чудо.
(Поёт)
«Я не верю тебе,
но живу и спасаюсь тобою –
как не верю богам,
только боги меня берегут.
Я согрета твоею
совсем безнадежной любовью,
и воздушный твой замок –
мой самый надежный приют.

Как вчера и сегодня –
всегда для меня твое имя
будет зримо звучать,
вдохновляя, волнуя, ведя.
Я от бед спасена
и мечтами, и снами твоими,
и воздушный твой замок
укроет меня от дождя».

Закончив песню, сидит в задумчивости. Пётр подошёл, сел на корточки возле неё, поцеловал руку.

КИРИЛЛОВ
Не сожалей. Нас дурили, грабили и вели в пропасть. Благодари лучше бога, что на нашу молодость не выпало войны и сталинских «прелестей».

ЕЛЕНА
Бессовестный, опять поминаешь бога, а глазами шаришь мне по ногам.

КИРИЛЛОВ
(встав на колени)
Чулочки-дорожки опять манят в даль тайную.
(Осторожно дотронулся до её ноги и погладил)
Я волнуюсь, как в детстве.
(Развернул к себе, обнял её ноги, поцеловал колени, уткнулся лицом)

ЕЛЕНА
(смутившись, резко
вскочила)
Петя, перестань, мне неловко, я-а... отвыкла уже от подобного обращения.
(Мягко мешает ему)

КИРИЛЛОВ
(задирая ей платье)
Прости, но у меня начался «приступ», «припадок».

ЕЛЕНА
(схватив его за руки)
Петенька, ты злоупотребляешь своими руками!

КИРИЛЛОВ
Разве они обидели тебя?

ЕЛЕНА
Я стесняюсь их, таких горячих и нахальных.

Пётр за шею потянул её к себе, Елена тоже оказалась на коленях; жадно и долго целуются.

КИРИЛЛОВ
(задыхаясь, с дрожью в голосе)
Какая ты все-таки тоненькая! Так и хочется взять на ручки и покачать!

ЕЛЕНА
(прерывисто дыша)
Я знаю.

Пётр взял её на руки, встал с колен и понёс к кровати.

Дрожа как осиновый лист, беспрерывно целуя и оглаживая её пылающее жаром трепещущее тело, он неумело, неловко снимает с Елены платье, бельё, раздевается сам, путаясь в одежде Зубова.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС ЕЛЕНЫ
«Когда исчезают земные дела и
созданья
и время не может, не хочет себя
осознать,
я слышу одно лишь дыханье, дыханье,
дыханье
и несколько слов, но из них ничего
не понять.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС КИРИЛЛОВА
Что с нами, и где мы?
Над морем, над миром, над мессой.
Всё снова едино. И снова ни света, ни тьмы.
Скрывается время за призрачной
тонкой завесой,
и вот его нет, есть одно лишь
дыханье и мы».

НАТ. ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНАЯ СТАНЦИЯ МОКШАН. – 1 ЯНВАРЯ. «МОРОЗ И СОЛНЦЕ. ДЕНЬ ЧУДЕСНЫЙ».

Скорый поезд «Москва-Новосибирск» без остановки проезжает мимо маленькой станции «Мокшан». Таких станций, малолюдных, неухоженных и с вечно обшарпанными в советские времена, а теперь худо-бедно, пусть и незамысловато, но всё-таки приведёнными в порядок зданьицами вокзалов, несметное множество на бескрайних просторах нашей России.

На пустом перроне - маленькая косматая собачонка сосредоточенно вглядывалась в окна проходящего состава, вертя туда-сюда своей трогательной мордашкой, пока её внимание не привлекло улыбающееся в окне вагона лицо КАТЮШКИ.

Собачонка радостно тявкнула и бросилась за приветливым лицом женщины, машущей ей рукой.

ИНТ. ДВУХМЕСТНОЕ КУПЕ ПОЕЗДА «МОСКВА-НОВОСИБИРСК».

КАТЮШКА даже вывернула шею, высматривая несущуюся за вагоном глупую собачонку.

КАТЮШКА
Маленькая, отстала.

ЗУБОВ
(потея, тяжко отдуваясь, посасывал из бутылки пиво)
Кто отстала?

КАТЮШКА
Собачка. Ма-аленькая такая и глупая.

ЗУБОВ
Сама ты – глупая. И одни беды и
неприятности от тебя. На хер вот ты
дебош в кабаке затеяла, дура?! На
тыщщу баксов меня нагрела, мотовка!

КАТЮШКА
(психанув, задирает юбку, демонстрируя на ляжке едва различимый ожог от сигареты)
Ага, об меня сигареты гасят, а я спускать должна, да?!

ЗУБОВ
А парню на хрена вломила?!

КАТЮШКА
Да ошиблась я!

ЗУБОВ
А тебе не кажется, что ты
беспрерывно ошибаешься?

КАТЮШКА
Ой, ну что ты, Зубов, такой ты продуманный, деловой на словах, а на деле у самого одни проколы и обломы, и вечное балансирование на грани банкротства.

ЗУБОВ
(туманно)
Между жизнью и смертью.

КАТЮШКА
Бедный, несчастненький Зубов, как облегчить твои страдания?

ЗУБОВ
Я знаю, – как. Надо позвонить Еленке. В конце концов, может же муж позвонить и сообщить жене о своем возвращении!

КАТЮШКА
(взяв «мобильник»)
Набрать, что ль?

ЗУБОВ
Трубку сразу мне и ни звука!

КАТЮШКА
Есть, сэр.

Нажимает кнопку вызова номера, передает телефон Зубову.

ЗУБОВ
(слушая гудки)
Где же её носит? Не берет, стерва... Неужели копыта откинула?
(Крестится)

Голос Кириллова в трубке: «Слушают вас».

ЗУБОВ
(даже вздрогнув от неожиданности, растерялся)
Не понял...

КИРИЛЛОВ
(крупным планом)
Слушают, говорю, вас!

ЗУБОВ
Я-а... я куда попал? Это квартира? Чья?

КИРИЛЛОВ
(крупным планом)
Это дача Зубовых. Вам кого, Елену
Васильевну?

ЗУБОВ
Нет! Мне-э... Юрия Ермолаевича.

ГОЛОС КИРИЛЛОВА В ТРУБКЕ
Его нет. Он в Москве, в командировке.

ЗУБОВ
Извините.
(Прерывает связь)
Ничего себе! Этот мазила всё ещё у
неё. На звонки отвечает... Скотина!

КАТЮШКА
(с издёвкой)
Да ты сам теперь с рожками, скотинушка моя разнесчастная!

ИНТ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ. – 1 ЯНВАРЯ. КУКУШКА «ПРОПЕЛА» ЧАС ДНЯ.

КИРИЛЛОВ, сидя в кресле с гитарой спиной к двери, сверил кукушку со своими часами. Потом вальяжно налил рюмочку рому, выпил и закусил колбаской. Очень довольный, он стал перебирать струны.

Вошла ЕЛЕНА с полотенцем на плечах после душа. Стоит в дверях тихо, молча, сушит голову руками и полотенцем.

КИРИЛЛОВ
(поёт)
«Что казалось далёким
романтическим сном,
вдруг предстало нелёгким
новым днём, новым дном,
смесью ада и рая,
царской водке сродни,
вновь судьба выбирает
за тебя твои дни.
Над землёй вереница
и побед и обид,
и летит колесница
мимо трёх пирамид.
Мы – в шальной колеснице
и неведом наш путь,
нам не остановиться
и не передохнуть.
Слово древних провидцев
только мчаться велит
мимо стран и правительств,
мимо трёх пирамид».
Мы – в шальной колеснице
(Елена подхватила припев)
и неведом наш путь,
нам не остановиться
и не передохнуть.

ЕЛЕНА
Ты ещё и композитор!

КИРИЛЛОВ
Тебе понравился мотив, да?!

ЕЛЕНА
Понравился. Что будешь пить, кофе или чай?

КИРИЛЛОВ
Ча-а... Кофе!

ЕЛЕНА
Продолжай петь, я сейчас принесу.
(Выходит из комнаты)

КИРИЛЛОВ
(поёт)
«Когда в душе и в целом мире смута,
что кроме глупостей, сумеешь натворить,
набедокурить и наговорить
обидных слов из дерзости кому-то...»

Его внимание привлекла повёрнутая к книгам фотография в книжном шкафу. Продолжая петь, он подошёл ближе, рассматривает с любопытством тыльную сторону фото.

«...Храни её, скрывай свою беду,
в ответ не ожидая утешенья.
Бессмысленны и смута, и смятенье,
и надо ли быть с миром не в ладу?»

Украдкой Пётр отодвинул стекло шкафа и взял фото Поли. Конверт с письмом к Зубову, утратив опору, сразу упал. Пётр поспешно поставил письмо, как было, но оно упало вновь.

ЗАКАДРОВЫЙ ГОЛОС КИРИЛЛОВА
(читающего надпись на конверте)
Зубову. Моё завещание.

Посмотрев фотографию, он суетливо всё вернул на место и, отскочив от шкафа, запел, как ни в чём не бывало.

«Будет сварен обед,
будут вымыты чашки и ложки,
будет ровно гудеть
у старинной машины мотор...»
(Прислушался, на цыпочках опять подошёл к шкафу)
«...будет выгулян пёс,
и у дочери будут сапожки,
но не будет любви.
Так о чём тогда наш разговор?»

Быстро достал из шкафа конверт, вытащил письмо, читает. Постепенно лицо его стало вытягиваться, бледнеть. Он так разволновался и увлёкся содержанием письма, что даже не заметил, как Елена вошла в комнату с подносом в руках.

ЕЛЕНА
(спокойно прошла, поставила поднос с кофейником на стол)
Я ненавижу, когда читают чужие письма.

КИРИЛЛОВ
Плевать мне на это, неужели ты хотела?!..

ЕЛЕНА
Хотела. И тебя, прости, не спросила.

КИРИЛЛОВ
(бросается и порывисто обнимает её)
Это же кошмар какой-то на улице Вязов! Ну и ну-у! Выходит, отложи Зубов аферу хотя бы на сутки, ты бы сейчас...

ЕЛЕНА
(прикрыв ему рот ладонью)
Если б ты забрался сюда часа на три позже, усыплять было бы уже некого.

КИРИЛЛОВ
Но ведь - жутко же!..

ЕЛЕНА
А потерять мужа, дочь, способность творить – разве это не жутко?

КИРИЛЛОВ
Господи, ведь по свету ходит много прекрасных, замечательных, благородных мужчин, от которых при желании ты могла бы иметь целую футбольную команду новых детей. Это же - термоядерный источник творческой энергии! Ты – такая милая, магнетическая, ладненькая, тоненькая, как подросточек, героическая и в тоже время нежная, да тебе только свистнуть погромче, и толпы страждущих ринутся на зов, сметая всё на своем пути!..

ЕЛЕНА
(снова зажав ему рот)
Странно, ещё вчера днём если бы мне кто-нибудь ляпнул вот так о новых детях, я бы, честное слово, в кровь избила этого остряка. А сегодня такой проект мне показался очень заманчивым. И эпитеты твои уменьшительно-сомнительные приятно ласкали слух. Почему? Ведь я отлично знаю, что самое лучшее, что бывает в жизни женщины: первая любовь, первая книга, первое замужество, первый ребенок, – время поглотило безвозвратно, что Д’Артаньян мой
(потрепала Петра за волосы)...
не из Гаскони, а из «Липовки».
И всё-таки тепло на душе и хочется
верить, что всё это будет со мною... снова.

ИНТ. КАБИНЕТ ЗУБОВА НА ЕГО «ЗАВОДИКЕ» ЗАЛИТ СОЛНЕЧНЫМ СВЕТОМ.

Мебель не очень большого кабинета почти убогая. Примерно так выглядели кабинеты начальников цехов в советские времена: большой облезлый стол начальника под толстым листом плексигласа, к нему, образуя вместе букву «Т», прилепился длинный стол под зелёным сукном - для совещаний, по периметру которого расставлены колченогие стулья.

У стен - открытые стеллажи с книгами, папками, всевозможной документацией и чертежами.

В углу – огромный облезлый стальной сейф, на котором стоит искусственная ёлка, украшенная блестящим разноцветным дождём.

Рядом с сейфом висит стенд «Доска показателей» с цветастыми графиками и цифрами.

Входит КАТЮШКА, не спеша, уверенно, как начальник, вытаскивает ключи из верхнего ящика зубовского стола, отпирает ими сейф, кладёт туда тоненькую папку и запирает.

Садится по-хозяйски в кресло, закуривает и, пододвинув к себе телефон, набирает номер.

КАТЮШКА
Начальника охраны, пожалуйста.

ГОЛОС ИЗ ТРУБКИ
Начальник охраны слушает.

КАТЮШКА
Игорь Борисович, поднимитесь к хозяину. Срочно!

НАТ. ПРОХОДНАЯ ЗУБОВСКОГО ЗАВОДА. – ЕЩЁ СВЕТЛО.

Небольшая кирпичная будка с металлической дверью и окном – проходная завода. Рядом огромные механические ворота с приваренными по дуге безобразными буквами, образующими надпись «Кирпичный завод №3».

КАБАН, оглядевшись по сторонам, украдкой заглянул в окно проходной.

ВАХТЁР сидел за столом и клевал носом.

Кабан прошёл к двери и попытался её открыть. Не вышло, дверь была заперта изнутри. Тогда он, вытащив из-за пазухи пистолет, постучал дулом в окно и встал за угол будки.

Вахтёр встрепенулся, протёр глаза и выглянул в окно. Никого не увидев, подошёл к двери с намерением было открыть, но, спохватившись, насторожился.

ВАХТЁР
Кто там?.. Чего надо?.. Чё молчим?!

Любопытство и уязвлённое чувство человека, наделённого властью и наганом, которого кто-то осмелился обеспокоить и не удостоить ответом, толкнули его отодвинуть дверной засов. Он не успел даже расстегнуть свою кобуру, как Кабан рванул на себя дверь и хрястнул опрометчивого мужика рукояткой пистолета по лбу.

ИНТ. КАБИНЕТ ЗУБОВА НА ЗАВОДЕ. – ПОЛУТЬМА ИЗ-ЗА НАСТУПАЮЩИХ СУМЕРЕК И ПОЛУПРИКРЫТЫХ ОКОННЫХ ЖАЛЮЗИ.

Полутёмный кабинет пуст, но явственно слышны сладостные стоны женщины и тяжёлое сопение и клокочущий в горле хрип совокупляющегося мужчины.

Вошедший в кабинет КАБАН недоумённо завертел головой, пытаясь определить, откуда доносятся эти звуки, пока ни заметил небольшую дверь между стеллажами, сливающуюся со стенами кабинета.

Он подошёл поближе и прислушался. Ясно, совокуплялись за этой дверью. Кабан хищно осклабился и достал пистолет.

Осветив зажигалкой замок, он расплылся в злорадной улыбке.

КАБАН
(себе под нос)
Гым, замочек-то аглицкий.

ИНТ. КОМНАТА ОТДЫХА ПРИ КАБИНЕТЕ ЗУБОВА.

Комната отдыха разительно отличалась от кабинета: дорогая мягкая мебель, стенка и фигурный журнальный стол из дорогих пород дерева, аудио-видео аппаратура и «домашний кинотеатр» японского производства.

ИГОРЬ БОРИСОВИЧ мокрый, как мышь, истекая потом, надсадно, с хрипом «трудился» над КАТЮШКОЙ, притулившейся зачем-то в очень неудобной позе в кресле, хотя имелся просторный и подходящий для подобных занятий диван.

Вышибленная КАБАНОМ дверь бабахнула о стену, как выстрел.

КАТЮШКА, взвизгнув, сжалась в комок, зажмурилась, заткнув уши.

Игорь Борисович оцепенел, будто поражённый громом, вытаращив глаза, с трудом глотая воздух.

Кабан, зловещий и страшный, напористо подошёл и вырубил начальника охраны рукояткой пистолета.

Катюшка, пискнув, ещё сильнее зажмурилась и сжалась.

КАБАН
(огладив её по спинке, по попке)
Чу, чу, не боись, не трону.
(Поднял с пола колготки, подал Катюшке)
На-ка вот тебе колготочки. Одевайся.

КАТЮШКА
А заче-ем?

КАБАН
Так ведь зима на улице
(легонько похлопал её по
филейному месту),
попку простудишь.

ИНТ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ НА ДАЧЕ. – СУМЕРКИ СТАЛИ ГУЩЕ.

ЕЛЕНА
(включив свет)
Ну а как быть с «липовым» шевалье Д’Артаньяном?

КИРИЛЛОВ
Счастливый и вдохновленный он завоюет Париж, затем Нью-Йорк и, наконец, Голливуд!

ЕЛЕНА
Это в каком же качестве?!

КИРИЛЛОВ
Художника-авангардиста и драматического писателя, а впоследствии, по мере нарастания популярности, исполнителя заглавных ролей.

ЕЛЕНА
(смеётся)
Болтунишка фантастический, ты хоть можешь писать без ошибок?

КИРИЛЛОВ
А это неважно, главное – стиль и
крутая интрига. Этот дар у меня
врожденный и мощный, как Ниагарский водопад.

Елена хохочет, а Пётр, подхватив её на руки, кружится с ней по комнате.

После поцелуя, он вдруг засопел, прерывисто задышал.

КИРИЛЛОВ
Еленушка, по-моему, у меня снова начинается «припадок». Прости, но мне срочно нужно прилечь в кроватку.
(Понёс её на кровать)

ЕЛЕНА
(ласково, но настойчиво)
Петенька, перестань, полсуток не прошло, а у тебя уже четвертый «припадок»! Зубов вот-вот явится, а тебе «лечиться» приспичило, бессовестный.
(Пётр остановился)
Пойми, я не хочу быть застигнутой врасплох и давать ему повод для инсинуаций и спекуляций

Дверь в комнату медленно со скрипом распахивается, и входит ЗУБОВ с удочками в руках.

ЗУБОВ
Поздно, голубчики, Зубов явился, и повод для инсинуаций и спекуляций у него уже есть.

ЕЛЕНА
Лучше поздно, чем никогда. А свинья, гляжу, грязи всегда найдет.

ЗУБОВ
Это звучит грубо, а выглядит похабно. Ты не могла бы сказать своему носильщику, чтобы он поставил тебя на пол?

ЕЛЕНА
(оправив задравшийся на
ней халатик)
Могла бы, но зачем? Рыбачить мы всё
равно не собираемся, так что поищи себе, мой славный, других компаньонов.

Демонстративно обняла Петра за шею, тот, потоптавшись, садится с ней на диван.

ЗУБОВ
Прелестная парочка, просто загляденье! Богатенькая писательша – и богемствующий бомж, живущий в подвале, в мастерской по производству самогонки. Живёт кстати с несовершеннолетней... то ли натурщицей, то ли сожительницей, бог ведает. С ними же в подвале обретается и его сын - бедный ребёнок подземелья. И вот сей субъект у меня под носом и с моей женой на моем диване. Я счастлив и горд.

ПЁТР
(вскочил как ужаленный)
Зубов, как вы можете так врать, так иезуитски всё выворачивать шиворот-навыворот?! Елена, всё, что он сказал сейчас, это... правда, но вывернутая наизнанку, перекошенная и вымазанная дёгтем. Это спекуляция, фальсификация, шельмовство и подлость! Я!..

ЕЛЕНА
Петя, успокойся. Зубов всего-навсего пытается меня убедить, что тебе, бомжу, растлителю и самогонщику, доверять нельзя. И пока не будет веских доказательств его злодеяний, он будет клясться и божиться всеми святыми, что безвинен и чист.

ЗУБОВ
Это в чём я должен клясться? Зачем? Кому?! Вот этому... бродяге?!

ЕЛЕНА
Он не бродяга. Просто он из тех людей, которые не умеют хитрить и подличать, которые в переломные и смутные времена легко становятся жертвами ловцов удачи вроде тебя, быстро оказываются за бортом и первыми опускаются на дно жизни.

ЗУБОВ
И ты решила заняться чисткой этого дна?

ЕЛЕНА
Для начала я хочу очистить... мой(!) дом от преступного элемента, грабящего жену, пожалевшего денег для спасения дочери, от твоей свиты и многочисленных прихлебателей! Интуиция подсказывает мне сделать это как можно быстрее. Иначе меня ждет гибель!!

ЗУБОВ
Насчёт Полинки это ты зря-а. Её уже ничего не могло спасти!.. Зря попрекаешь.

ЕЛЕНА
Неважно... Как бы то ни было, я развожусь с тобой и хочу, чтобы ты сегодня же перебрался в свою квартиру... Вместе со своим диваном! Ты меня понял, Юра?

ЗУБОВ
Как не понять, появился мужик помоложе, покрепче, старый муж теперь за ненадобностью.

ЕЛЕНА
Не прибедняйся. И иди-ка собирай
свои манатки.

ЗУБОВ
Эх, Еленка, Еленка, я уйду, конечно, но помни, «нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся...», как бы пожалеть потом не пришлось! С Новым годом, любовнички.
(Направился к двери)

ПЁТР
А ну, стой, сволочь!
(Догнал, схватил Зубова за грудки, отшвырнул его от двери)
Даже и не думай, что я позволю тебе вот так вот уйти, вымазав меня грязью!

ЗУБОВ
Эй, придурь, ты чего это ручонки-то распускаешь, а?! Не похмелился что ль?!

ПЁТР
Заткнись, ворюга!

ЗУБОВ
Сам-то кто?

ПЁТР
Ах ты, подонок!

ЗУБОВ
А ты – поддонок!

ЕЛЕНА
Хватит, Пётр, перестань! Слышишь?!.. Пусть он уходит. Успокойся. Сядь.

ПЁТР
Ну почему он может, что угодно говорить обо мне, а я должен всё это терпеть?! Разве это справедливо?!

ЕЛЕНА
А ты всё ещё веришь в справедливость?

ПЁТР
А как же жить, если не верить?!

ЗУБОВ
Только наивные недоумки и откровенные придурки могут верить в справедливость. Если хочешь жить, ты, чмо оглоблино, запомни совет старого мудреца, все эти глупости – справедливость, добро и даже любовь – несовместимы с жизнью рода Homo sapiens, необратимо ведут его к застою, деградации и гибели. А вот, как ни странно, зло(!), точнее борьба со злом, беспощадная жестокая конкурентная борьба за еду и баб, деньги и власть всегда и везде способствовала выживанию и развитию человеческой популяции.

Мелодично просигналил домофон. Пётр выглядывает в окно и видит сверху у калитки КАТЮШКУ.

КИРИЛЛОВ
(снимает трубку и говорит
игриво)
Здравствуйте, Екатерина Петровна,
как вы вовремя. Мы все наверху дискутируем о добре и зле, и вас очень не хватает. Присоединяйтесь!
(Нажимает кнопку замка)

ЗУБОВ
Какого ты тут распоряжаешься? Кто просил пускать посторонних?!

КИРИЛЛОВ
Побойтесь бога, Юрий Ермолаевич, какая же Катерин Петровна посторонняя? Опомнитесь!

ЗУБОВ
Плевал я на твой сарказм, усёк? И на твои хихоньки мне начихать,
понял?.. Так что отвали от двери, мне надо пройти!

КИРИЛЛОВ
Не смею вас больше задерживать.
(Открыв дверь, посторонился)
С Новым годом, Юрий Ермолаевич. Мои поздравления и наилучшие пожелания Екатерине свет Петровне.

ЗУБОВ
Пошёл ты!..
(Вышел)

ЕЛЕНА
Кто там?

КИРИЛЛОВ
(язвительно)
Его секретарь-референт!

ЕЛЕНА
Это такая... полнотелая брюнетка?

КИРИЛЛОВ
Я бы сказал, полнозадая блондинка.

ЕЛЕНА
Наверно, новенькая... или перекрасилась.
(Нарастающий топот по лестнице)
Уж не скандалить ли она рвётся?

Шумно открывается дверь. КАБАН с силой вталкивает в комнату побледневшего ЗУБОВА, прижимающего платок к носу, за ним –КАТЮШКУ в коротенькой дохе, застёгнутой на разные пуговицы, без юбки, в колготках телесного цвета, в сапожках на высокой шпильке, в шапочке набекрень, входит следом с пистолетом в руках, захлопывает дверь, защёлкивает комнатный замок.

Видно, что Катюшка испугана. На её лице, по которому размазаны губная помада и тушь для ресниц, растерянность, сквозь прореху на стыке бортов дохи под грудью, где была пропущена пуговица, светится голое тело.

Пётр с Еленой, с недоумением переглянувшись, уставились на вошедшую компашку. Немая сцена.

ЗУБОВ
(промокая кровь из разбитого носа; Кабану)
Виктор, ты либо спятил! Как это понимать?!

КАБАН
Щас поймёшь.

Кабан пододвинул кресло, поставив его напротив дивана. Потом зловеще вытащил из кармана глушитель и медленно навинтил его на ствол пистолета.

КАБАН
(Катюшке)
На диван, быстро.
(Катюшка, не пикнув, села на диван, а Кабан направил пистолет на Петра)
Руки за голову, мужик, и на диван тоже.
(Кириллову, вдруг прыснувшему от смеха)
Ты чё, нервный?.. Щас вылечу.
(быстро прицелившись, выстрелил без промаха по огарку свечи в подсвечнике, стоящем на на пианино)
Не полегчало?

КИРИЛЛОВ
Намного.

Кладёт руки за голову и садится на диван.

КАБАН
(Елене)
Тебе особое предложение надо?

Елена, смерив Кабана тяжёлым взглядом, жестом показала Кириллову, чтобы тот подвинулся, села с краю.

КАБАН
Ты, Зуб, - в кресло. Шементом.

ЗУБОВ
(шмыгая носом)
Ты будешь жалеть об этой выходке
всю оставшуюся жизнь.

КАБАН
Я сказал, шементом!.. Ты будешь жутко жалеть о своей выходке весь оставшийся в твоей жизни день!.. Или даже час, там видно будет. Понял?

Зубов демонстративно выдержал паузу, с возмущенным видом сел в кресло. Кабан обошёл его кругом, воткнул ему в затылок дуло.

Где гонец, где рыжьё, где цацки?! Говори, или я тебя прямо щас грохну!

ЗУБОВ
Да откуда я знаю! У меня нет никакой информации!.. До тебя дозвониться невозможно, а курьер... э-э... должен со мной связаться... в четыре.

КАБАН
(смотрит на часы)
Ладно, маленько подождём...
(Пытливо рассматривает сидящих на диване)
Так это(!) твоя баба?

ЗУБОВ
В смысле, кто?

КАБАН
Гым, ты чё подумал, я голую мочалку за твою бабу могу принять?

ЗУБОВ
Как это голую? Почему голую? Где ты её нашел?!
(Кабан слегка стукает Зубова пистолетом)
Ты чё, ошалел, что ли?! Больно же!

КАБАН
Я – спрашиваю, а ты – отвечаешь.
Будешь идиотничать, всю бóшку
измолочу.
(Опять стукнул)
Понял?!

ЗУБОВ
Да понял я!!

КАБАН
Ну, раз понял, отвечай, это твоя(!) баба?!

ЗУБОВ
В смысле, жена, что ли?

КАБАН
(хватает его за горло)
Да, урод безмозглый! Да, козлина тупая!!

ЗУБОВ
Ну, так бы и спрашивал!

КАБАН
А я как спрашивал, козлятина?!!

ЗУБОВ
Ну, всё, всё, всё, разобрались!
Жена!.. Жена она моя.

КАБАН
(подавил свою ярость, отпустил горло Зубова)
Кто этот мужик?

ЗУБОВ
Мой... арендатор. Пришёл просить отсрочку платежа.

КАБАН
Не повезло тебе, брателло. Извини, но деньги надо отдавать вовремя. Встать!
(Целится в Кириллова)

ЕЛЕНА
Врёт вам Зубов. Он всё врёт!
(Кабан вперил в неё колючие зенки, опустил оружие)
Он всегда врёт.

КАБАН
Говори.

ЕЛЕНА
Никакого звонка от гонца не будет, потому что это
(повернулась лицом к Петру)...
тот самый человек, который должен был взять шкатулку.

КАБАН
(злорадно)
Зубятина, значит, ты всё-таки
собирался меня кинуть? А?!!
(Грубо всадил дуло пистолета в щёку Зубову)

3УБОВ
А ты думал я отдам этому бегемоту Артуру сто тысяч баксов?!

КАБАН
Чё, чё-о?!.. Ты же говорил...
(Обращается к Елене)
Врёт или действительно столько стоит?

ЕЛЕНА
Конечно, врёт. Как минимум, вдвое
дороже.

КАБАН
(Зубову)
Ну и где же она!?

ЕЛЕНА
Я сдала её на хранение в банк. Подальше от загребущих рук.

КАБАН
Гым, разумно, подальше положишь – поближе возьмешь. Зубик, сядь-ка на диванчик, я попозже тобой займусь. А вы, мадам, идите-ка на его место.

ЗУБОВ
(поменявшись местами с Еленой)
Она мозги тебе пудрит, боится, хахаля её грохнешь. Лучше сейф проверь, может, шкатулка ещё там.

КАБАН
Заткни пасть и не учи меня, мутила
болотная.
(Наклонился к уху Елены.)
Вас как величают-то?

ЕЛЕНА
Еленой Васильевной.

ВИКТОР
А меня можешь звать просто Витя.

ЕЛЕНА
Хорошо, Витя.

КАБАН
Кстати мою подругу, барменшу из «Эдема», тоже Леной зовут. Хорошая женщина и честная, как вы, хоть и работает на разливухе.

ЕЛЕНА
Мне это лестно слышать, спасибо.

КАБАН
Не за что... Лена, Зубов ваш насчет этого мужика опять приврал или-и?..

ЕЛЕНА
Нет, на этот раз – правда.

КАБАН
Его как зовут-то?

ЕЛЕНА
Пётр.

КАБАН
(осклабился)
Повезло тебе, Петруха, на волоске ведь висел, гым.

КИРИЛЛОВ
Бывает. Не повезло в смерти, может, в любви повезёт.

КАБАН
Ты не бычься и не остри мне тут. Везение – вещь хрупкая, бац и разбилась.

КИРИЛЛОВ
А бывает бац-бац... и мимо.

КАБАН
(зловеще)
Ты, похоже, не понял меня, Петя?

ЕЛЕНА
Витя, ты сейф смотреть будешь?

КАБАН
Гым, чуешь, Петрушка, как она тебя прикрывает? Не ценишь, глупый, на рожон лезешь, дурачок.
(Сощурился, размышляя)
Вот что, Зуб, свяжи-ка его своим кожаным, а то, неровен час, кинется сдуру.

Зубов выдергивает ремень из брюк и стягивает Петру руки за спиной.

Молодец, Зубатый, хорошо поработал. А теперь ручки за спину и повернись к своей секретутке... Да не мордой, задом!
(Катюшке)
Вяжи его.

КАТЮШКА
Чем вязать-то?

КАБАН
Да чем хошь, хоть трусами.

КАТЮШКА
Хватит изгаляться-то.

КАБАН
(потешаясь)
Не понял?.. Ах, да-а, забыл. Вот горемыка, вот сирота казанская, ты
же у нас в одних колготочках!
Зубик, как же так, сам как сыр в масле катаешься, а сотрудницы пашут и в будни и в праздники и даже на трусишки не зарабатывают. Так ведь и застудиться недолго! Нехорошо, не по-божески это.

ЗУБОВ
Ах ты, стерва!
(Хлёстко бьёт Катюшку по лицу)
Ах ты, кошка блудливая!
(Бьёт с другой руки)
Да неужели тебе всё мало, падаль, фанфура паршивая?!

Зубов набрасывается на Катюшку с намерением её лупить, но Кабан хватает его за шиворот и встряхивает.

КАБАН
Зубастый, кончай бузу, сядь!
(Силой усаживает его в
кресло)

ЗУБОВ
Ну, я тебе устрою красивую жизнь! Ты ещё пожалеешь об этом, сучка!

КАБАН
(уткнув Зубова за шею в коленки)
Руки за спину! Ну-у!
(Зубов исполнил приказ; Катюшке, захлюпавшей носом)
Вяжи его лифчиком, горе луковое, я помню, он был у тебя под сиськами.

Катюшка, глотая слёзы, стыдливо вытаскивает через ворот шубки бюстгальтер и связывает Зубову руки.

ЗУБОВ
Уй, ослабь немного!

КАБАН
Оставь, нормально. А теперь, Лен,
свяжи эту стриптизёрку, чтобы уж нас с тобой никто не отвлекал.

ЕЛЕНА
(вытащив из кармана пояс)
Пояс от халата годится?

КАБАН
Пойдёт.

Елена связывает Катюшку. Кабан расслабился, расстегнул шубец, снял и засунул свою вязаную шапку в карман, потом убрал оружие в кобуру под дублёнкой.

КАБАН
Лена, так говоришь, в сейфе
шкатулки нет?

ЕЛЕНА
(крупным планом)
Я уже сказала, нет.

КАБАН
(крупным планом)
Верю... Но проверить надо. А?

ЕЛЕНА
Сейчас дам ключ.
(Хотела встать)

КАБАН
(положив лапищу ей на плечо)
А далёко у тебя ключик-то?

ЕЛЕНА
В ящике платяного шкафа.

КАБАН
Того, что ли?
(Показывает головой)

ЕЛЕНА
Угу.

КАБАН
Ладно, ступай. А я за братвой пока присмотрю.

Он подошел к окну, оглядел улочку.

Елена, заслоняя телом обзор Кабану, открыла дверцу шкафа и сунула руку к задней стенке, где с ночи оставила оружейную коробку с револьвером.

ИНТ. ПОЛКА ШКАФА В РАЗРЕЗЕ.

Рука Елены шарит среди свёртков и всевозможных домашних вещей в поисках оружейной коробки. Нащупав кольт с укороченным стволом, лежащий поверх коробки, рука вытащила его из шкафа, смахнув на пол часть колоды карт.

ИНТ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ.

Рассыпавшиеся карты вмиг привлекли внимание Кабана. Подозрение во взгляде сразу сменилось блеском заядлого игрока.

Момент, чтобы сунуть незаметно револьвер в карман халата, Елена не упустила, но возможности вытащить из коробки патроны Кабан не предоставил: подошёл, с любопытством заглядывая в ящик.

КАБАН
Не до карт сейчас, Ленок, не до карт.

ЕЛЕНА
(закрыв дверцу перед самым его носом)
Ой, я же в письменный стол его убрала.

Пошла к письменному столу.

А подозрительный Фома неверный Витя, хитро прищурившись, открыл дверцу шкафа для проверки. Цепким взглядом окинул полку, пальцами сдвинув в кучку не упавшие карты, ничего подозрительного не заметив, он закрыл дверцу.

Елена, вытащив из ящика стола ключ, пошла к маленькому сейфу, стоявшему в углу за стенкой с книгами.

КАБАН
Это вот этот сейф-то?!.. У-уй.

НАТ. ЗДАНИЕ РОВД. – УЖЕ СТЕМНЕЛО.

У входа в РОВД стоят рядком несколько милицейских машин.

В моторе самой крайней в ряду возится уже немолодой водитель в погонах старшины, которого все в отделе звали ГЕННАДИЧ. Время от времени он распрямляется, потирает затёкшую спину, поглядывая безучастно на редких горожан, выходящих из продуктового магазина, расположенного через узкую улицу наискосок от милиции.

КУБЫРЁВ с большой коробкой торта, сойдя со ступенек магазина, сразу заметил глазеющего на него водителя. Тот расплылся в улыбке и поднял руку в знак приветствия.

Кубырёв ответил и пошёл через дорогу к нему.

ГЕННАДИЧ
(закрыв капот «уазика»)
Чё те дома не сидится, Прокофьич?
Или ноги сами на службу несут?

КУБЫРЁВ
(приближаясь)
Жена за тортом послала, чтоб чаем родню напоить.

ГЕННАДИЧ
Кто ж на Новый год чаи-то гоняет?

КУБЫРЁВ
(улыбнувшись)
Так чаёвники и гоняют.

Из двери дежурной части РОВД друг за другом быстро выходят патрульные милиционеры и рассредоточиваются по машинам.

ГЕННАДИЧ
(обращаясь к ГРУЗНОМУ МАЙОРУ)
Чего стряслось?

ГРУЗНЫЙ МАЙОР
Заводи, узнаешь!

КУБЫРЁВ
Чё-нибудь серьёзноё?

ГРУЗНЫЙ МАЙОР
Драка в Ахунах. В общаге
сельхозакадемии.

КУБЫРЁВ
А-а...
(Вдруг спохватывается)
Погоди, Толян, я с вами!

ИНТ. САЛОН МИЛИЦЕЙСКОГО «УАЗИКА», НЕСУЩЕГОСЯ ПО ГОРОДУ, ПОГРУЖАЮЩЕМУСЯ В СУМЕРКИ.

КУБЫРЁВ, притулившись третьим с краю на заднем сиденье машины, бережно прикрывал руками коробку с тортом.

ГРУЗНЫЙ МАЙОР
(сидел, как положено старшему, впереди с ГЕННАДИЧЕМ)
Где тебя высадить, Прокофьич?

КУБЫРЁВ
У АЗС на Измайлова.

ИНТ. РАСПАХНУТЫЙ ЕЛЕНИН СЕЙФ В РАЗРЕЗЕ.

В сейфе две полочки. Одна - отведена под документы: паспорт РСФСР, паспорт заграничный, дипломы об окончании школы, вуза, автошколы, профсоюзный билет, библиотечный абонемент и прочие документы, сопровождающие человека, родившегося в СССР в 1969 году.

Другая полочка – для ценностей: обручальное кольцо, подаренное Зубовым к свадьбе, коробочка с золотыми часиками - подарок отца в честь окончания института, жемчужное ожерелье покойной матери, ещё кое-какие коробочки с обычными женскими украшениями и тоненький конверт с деньгами.

Сейф стоит на полу, потому на просвет видны только ноги ЕЛЕНЫ.

ГОЛОС ЕЛЕНЫ ЗА КАДРОМ
Вот самое ценное, что тут есть.

ГОЛОС КАБАНА
Посторонись.

Женские ножки в тапочках и в вязаных гетрах в разрезе исчезли,
появились ноги в джинсовых штанах и в здоровенных мужских бахилах.

ГОЛОС КАБАНА
Ну-ка, ну-ка, что за конвертик?

В разрезе на просвет – сначала рожа Кабана, потом его лапа, берущая конверт.

ИНТ. У РАСКРЫТОГО СЕЙФА.

ЕЛЕНА с усмешкой смотрит на КАБАНА, разочаровано засовывающего в конверт с пяток тысячерублёвых бумажек и столько же стодолларовых.

Кабан положил конверт в сейф, ещё раз, сощурившись, оглядел полочки.

КАБАН
Закрывай свой ящик для хлама.
(На удивлённые вопрошающие глаза Елены)
Ты чё думала, я тебя грабить буду?

ЕЛЕНА
А разве нет?

КАБАН
(хмуро и злобно окинув её взглядом)
Закрывай, мать твою, Лена, и не зли меня. Ясно?

ЕЛЕНА
(хмуро и злобно
окинув его взглядом, зловеще)
Витя, ты бы мать мою не тревожил в могиле, а?

КАБАН
(удивлённо, даже слегка смутившись)
Извини, Лен, не знал. Мать – дело святое, извини.
(Подошёл к дивану и встал, буравя глазами Зубова)
А когда теперь банк откроется?

ЕЛЕНА
Числа восьмого, наверно, в понедельник, не раньше.

Кабан, осклабившись, бьёт Зубова ногой в голень

ЗУБОВ
(орет благим матом)
А!! А-а!! Скотина тупоголовая, горилла, кого ты бьешь, дебил!? Всё равно без меня за шкатулку тебе настоящих денег никто не даст, тупица, дегенерат, Квазимодо! Тебя в огороде закопать проще, чем иметь с тобой какие-нибудь дела. Ой, как больно! Как больно!!
(Стонет, потирая ногу)

КАБАН
Потерпи, Зуб, недолго осталось мучиться. Лена, в доме подвал есть?

ЕЛЕНА
Есть.

КАБАН
Хороший?

ЕЛЕНА
Подвал как подвал: холодный и пыльный.

КАБАН
Пойдёт. Холод друг жмуриков. Вонять не сразу начнут.

Он полез в кобуру за оружием, но Елена проворно выхватила из кармана свой кольт.

ЕЛЕНА
Стой, замри! Стрелять буду!
(Взводит курок)
Пошевельнёшься, изрешечу, сито из головы сделаю!

КАБАН
(застыл, косясь на её
револьвер)
Стою. Что дальше?

ЕЛЕНА
Медленно вытащи руку. Пустую, понял?!

КАБАН
Гым, трудно не понять.

ЕЛЕНА
Не скалься, я выстрелю! Не побоюсь, не надейся.

КАБАН
Тебе, Лена, верю, ты, пожалуй,
сможешь.

ЕЛЕНА
Не сомневайся. Давай, тащи свою клешню, но очень, очень медленно. Пошёл!
(Кабан, словно в замедленной съёмке, вытаскивает из дублёнки руку)
Руки за голову. Я сказала, за голову!

Тот весьма проворно выполнил команду, но, повернувшись лицом к Елене, увидел, что барабан её револьвера пуст.

КАБАН
Ай да Лена! Гым. Ну и ну-у, Кабана незаряженной пушкой на понт взяла. Гым, гым. Меня ещё никто так дешево не покупал.

ЕЛЕНА
У меня в стволе пуля.

КАБАН
Да ну? Тогда стреляй. Стреляй!.. Что не стреляешь?

Кабан с опаской, не отрывая взгляда от дула револьвера, полез было за своим с глушителем, но Пётр сорвался с дивана и с ходу врезался в него головой.

Кабан рухнул на спину, выронив оружие, крепко шмякнувшись затылком об пол.

Пётр, потеряв равновесие, оказался на коленях, но, быстро оценив ситуацию, перекатился на бок и швырнул ногой пистолет к дивану.

Зубов в испуге поджал ноги, и пистолет улетел под диван.

Кабан с ревом «убью!» набрасывается на лежащего Петра, который так отчаянно стал лягаться ногами, что вновь сшиб разбушевавшегося Витю на пол.

ИНТ. ХОЛЛ, ИЛИ ЗАЛ ПО-СОВЕТСКИ, НА НИЖНЕМ ЭТАЖЕ ДАЧИ.

Со словами «можно войти?» осторожно входит КУБЫРЁВ со своим замечательным тортом.

Его внимание сразу привлек шум борьбы наверху, крики, вопли.

Дрожит потолок, покачивается люстра.

Капитан нежно ставит торт на стол, срывает со стены одно из красиво висящих ружей и бежит к лестнице.

ИНТ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ.

Неожиданно для всех к лежащему КАБАНУ подскочила КАТЮШКА и с яростью принялась вонзать ему в спину остроносые сапожки. Тот чудовищно завопил и одним махом сбил её с ног. Геройская Катюшка упала как скошенная трава.

Кабан сцапал её за ногу, поддёрнул к себе, но острый каблучок итальянского сапожка поразил его прямо в горло. Совершенно парализованный этим ударом, он захрипел, судорожно глотая воздух.

ЕЛЕНА
(ЗУБОВУ)
Встань, лежебока! Быстрей!
(Пытается сдвинуть диван, чтобы достать пистолет)
Помогай!

ЗУБОВ
Как?!

ЕЛЕНА
Зубами!

Барабанящий стук в дверь комнаты.

ИНТ. ДВЕРЬ В КОМНАТУ ЕЛЕНЫ СО СТОРОНЫ ЛЕСТНИЦЫ.

КУБЫРЁВ с двустволкой наизготовку колотит в запертую дверь.

Немедленно откройте, милиция!

ИНТ. КОМНАТА ЕЛЕНЫ.

ГОЛОС КУБЫРЁВА ИЗ КОРИДОРА
Повторяю, немедленно откройте! Милиция!

Все замерли и затихли, только КАБАН продолжал надсадно хрипеть, держась за горло.

ЕЛЕНА
Капитан, ломайте дверь! Быстрее! Пожалуйста!

Кубырёв из коридора начал высаживать дверь.

Держась за горло, Кабан, пошатываясь, кинулся к дивану.

В один приём он опрокинул его, но ЕЛЕНА пантерой прыгнула ему на спину, ухватившись за многострадальную выю. Кабан, хрипя с присвистом, опрокинулся навзничь, припечатав её к полу всей своей массой, превосходившую, кстати сказать, массу Елены вдвое.

КУБЫРЁВ
(вышибает дверь,
врывается в комнату с
ружьём наперевес)
Стоять! Всем стоять! Милиция!..

Преодолевая боль, Кабан попытался приподняться, но Елена впилась в его лицо коготками, травмировав бедняге ещё и глаз. С рыком льва Кабан откинулся назад и нанёс ей чугунным затылком крепчайший удар в лоб.

Елене на мгновение показалось, что она налетела на стену, из глаз сыплются искры, и её руки сами собой разжали хватку.

В следующее мгновение, после удара прикладом ружья в лоб, уже Кабану показалось, что он шарахнулся об стену. Пары мгновений, пока тот соображал, что за стена и откуда она взялась, капитану хватило, чтобы завладеть его пистолетом.

КУБЫРЁВ
(отбросил в сторону незаряженное ружьё; Кабану, наведя на того пистолет)
Всё, возню закончили!.. Закончили, я сказал! Руки за голову, живо! Ну-у!
(Передёрнул затвор,
снял пистолет с предохранителя)

Кабан метнулся прочь, но, повалившись через ноги Елены, тут же хваткой удава зажимает в подмышку её шейку.

КАБАН
Один шаг, мент, и я ей ломаю шею!
Усёк, а?! Усёк, а?! Ломаю! Понял?! Ломаю!!

Головка Елены на изящной шейке в подмышке Кабана выглядела такой хрупкой, что Кубырёв, невольно испугавшись за неё, растерялся, не зная, что предпринять.

ЗУБОВ, затаившийся под пианино, ткнул ногой пришедшую в себя КАТЮШКУ.

Они переморгнулись с намерением драпать.

КИРИЛЛОВ решился, наконец, и бросился на выручку Елене, как на амбразуру, но Кубырёв, как это делают регбисты, пресёк его бросок.

КУБЫРЁВ
Тихо, тихо, женишок, не балуй, это
тебе не регби, хрусть – и амба невесте, понял? Ты понял меня?!

КИРИЛЛОВ
Понял.

КУБЫРЁВ
(видя, что у Петра руки за спиной)
Ты опять, что ли, связан?!

КИРИЛЛОВ
Ага, снова.

А Кабан успел вытащить из кармана финку, демонстративно, устрашающе выкинул лезвие.

Капитан с Пётром, обомлев, замерли.

Кабан убрал лезвие и, выкинув снова, поднёс нож Елене к лицу. Легко провёл остриём по её щеке.

КАБАН
Отдай, мент, пушку, пока я из бабёнки лоскутов не нарезал.

КУБЫРЁВ
А кто это тебе позволит? Вот только чиркни раз, я тебе яйца-то враз прострелю.

КАБАН
А если чиркну?

КУБЫРЁВ
Ну, чиркни.

КАБАН
А если чиркну?!

КУБЫРЁВ
(навёл пистолет и шагнул ближе)
Ну, чиркни!!

КАБАН
(повернувшись боком и прижавшись своей «драгоценностью» к Елене, приставил ей к горлу нож)
Тихо, тихо, мусор, не строй из себя
крутого, а то весь песок высыплется.

КУБЫРЁВ
На себя лучше посмотри, мόлодец.
Этакий кабанище на полу, в драной одежде, с побитой харей прячется за маленькую хрупкую женщину. Позорище, да и только!.. Погодь, погодь-ка, а я тебя вспомнил. Кабанов?.. Кабан, да?!

КАБАН
Это я для корешей Кабан, мусор, а для вас, ментов, я - Виктор Иванович Кабанов. Запомни это, ты, жлобина ментовская!
(Заметив отсутствие Зубова с Катюшкой)
Еха-а, а Зуб-то слинял. И голозадой не видно! Вот суконцы, смылись втихаря, гниды.

КУБЫРЁВ
А они тебе зачем?

КАБАН
Да компанию им составить хотел.

КУБЫРЁВ
Опоздал малость.

КАБАН
Ничаво-о, глядишь, нагоним. А, Лен, нагоним?

ЕЛЕНА
Не вижу смысла.

КАБАН
А я вижу. Залежались мы тут с тобой, Ленок, залежались. Давай-ка, милая, вставай и на выход...
(Медленно начинает
подниматься с пола вместе с Еленой)
Та-ак... Та-ак, потихонечку... Ну-у... Ну-у... Вот та-ак.

Наконец им удалось подняться. Крепко держа за волосы, не отрывая ножа от горла Елены, он начал отступать к двери, прикрываясь ею, как щитом.

КУБЫРЁВ
Ты, Виктор Иванович, на что же надеешься?

КАБАН
На Лену, мент, на Лену. Она – моя надежда и опора. Единственная и неповторимая!..

КИРИЛЛОВ
Не разочароваться бы тебе, Витя, ох, не разочароваться б.

КАБАН
Петя, ты бы не маячил перед дверью, а? Освободи проход, не маклачись, не мешайся.
(Пётр дёрнулся было к нему)
И не вздумай дрыгаться!.. А то я и впрямь ей шейку-то вскрою. Уйди с прохода, мать твою! Слышишь, что говорю?!

Крупный план рук Кириллова за спиной. Вывернув кисти, ему удалось высвободить одну руку из скрутки. Конец ремня Пётр намотал на кулак другой руки и шагнул к Кабану.

КАБАН
(делая выпады ногами
из-за Елены, стараясь нанести удар)
Куда прёшь ты, червяк, шкварка пригорелая!
(Опять дрыгнул ногой и
попал Петру в колено)
Ползи отсюда, мокрица, и не путайся под ногами, раздавлю!

Держа руки за спиной, Пётр грудью шагнул на Кабана.

КАБАН
(рефлекторно выбросил навстречу руку с ножом)
Куда прёшь, замочу!!

В этот момент кулачок Елены хрустко поразил его точно между ног. Кабан сразу будто переломился пополам.

Уй, Лена!.. Сучонка гнидова...

Пётр вцепился зубами в руку Кабана, держащую нож, и стиснул их, что было мочи. Кабан, выпустив волосы Елены, вяло, бессильно попытался его оттолкнуть.

Петя, пёс... отцепись... порежу.

Новый удар Елены, но на этот раз ногой, скрючил несчастного Витю в три погибели. Он выронил нож, зажался обеими руками, шатаясь в полуобморочном состоянии.

Кубырёв ударом рукоятки по Витиному темени поставил последнюю точку: Кабан рухнул физиономией в пол, сотрясаясь туловищем, как подстреленный бегемот.

Капитан с трудом заложил за спину его могучие клешни и надел наручники. Подобрал валявший брючный ремень Зубова и скрутил Кабану ещё и ноги.

КИРИЛЛОВ
(Елене)
Ты цела?

ЕЛЕНА
Цела, если не считать синяков и ссадин. А ты как?

КИРИЛЛОВ
В порядке, если не считать разбитых губ и отёкшего глаза.

КУБЫРЁВ
Ну вы ему тоже безо всякой пощады вломили. Этакий бык и никак не очухается!

ЕЛЕНА
А вы как в наших краях-то оказались, капитан?

КУБЫРЁВ
Жена за тортом послала, решил вот... проведать заодно.

ЕЛЕНА
Похоже, моя Маргарита достала вас капита-ально?

КУБЫРЁВ
Да уж, в жизни не встречал таких
настойчивых и въедливых особ, как
эта ваша Маргарита, блин, Петровна.

ДОРДА
(никем не замеченная, стоявшая в дверях)
Львовна, капитан! Маргарита
Львовна. Неужели так трудно запомнить?!
(Все оборачиваются к ней)

КУБЫРЕВ
Виноват, оговорился.

ДОРДА
А ведь я вам сразу сказала, что внезапные женихи до добра не доводят! Говорила, скажите?! Говорила?!

ЕЛЕНА
Ритулинька, успокойся, сбрось газ. Твои упреки совершенно несправедливы. Капитан был в высшей степени безупречен и как человек, и как профессионал. Если бы не он, здесь действительно могла бы разыграться пантрагедия, масштаб которой ты вряд ли могла предположить.

ДОРДА
(крупным планом её удивлённые и испуганные глаза)
Ох, Еленка, Еленка, вечно ты попадаешь в какие-то истории...
(Заметив начинающего
приходить в себя Кабана)
О, господи, а это ещё что такое?!!

КИРИЛЛОВ
Наш милый друг Витя Кабанов.

ДОРДА
Вот этот звероподобный субъект?!

КИРИЛЛОВ
Вот этот самый.

ДОРДА
(Елене)
Господи, ну и друзей ты себе выбираешь, подружка...

ЕЛЕНА
Успокойся, Ритуль, всё нормально, всё отлично, всё в полном порядке.
(Смотрит на Петра)
А это – Пётр.

ДОРДА
Я догадалась. Между прочим, твой муж на снегокате с какой-то голой девицей на измайловской развилке в аварию попал.

ЕЛЕНА
Бедный Юрик.

КИРИЛЛОВ
Между прочим, нам доподлинно известно, девица не голая, на ней колготки телесного цвета.

ЕЛЕНА
И классные итальянские сапожки на высоченной шпильке.
(Они переглянулись с Петром и принялись хохотать)

Кубырёв, поглядев на них, тоже расхохотался.

ДОРДА
(крупный план её глаз, полных слёз)
Думала больше не встретимся...
(Заплакала, общий смех сразу стих)

ЕЛЕНА
(прослезилась, бросилась к ней и обняла)
Я тоже так думала, но... «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся, – и нам сочувствие даётся, как нам даётся благодать».

ДОРДА
С Новым годом тебя, с новым счастьем.

Стоп-кадр общего плана комнаты с обнявшимися подругами в центре,
стоящими поодаль мужчинами и сидящим на полу, на переднем плане, пришедшим в себя Кабаном.

Титры к фильму; за кадром звучит песня:

Не отвергай,
тебе привидеться
смогу тибетскою провидицей,
но лучше – северной провинцией,
с такою северной судьбой.

Свою подругу – ночь бессонную,
белесую и невесомую,
с росою чистою, бессолою,
я приведу тогда с собой.

С улыбкой царской, независимой
не называй меня завистницей.
Россия держится провинцией
и русской женщиной любой.

ТИТР : КОНЕЦ ФИЛЬМА                                                     

(Посл. корректура. - июнь 2012)
­



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Разное ~ Сценарий
Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 12
Свидетельство о публикации: №1220519468587
@ Copyright: вова щербединский, 19.05.2022г.

Отзывы

Добавить сообщение можно после авторизации или регистрации

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1