Литературный сайт
для ценителей творчества
Литпричал - cтихи и проза

ТОВАРИЩИ.


­
Стояли октябрьские солнечные дни, сухие, ещё довольно тёплые. Народ уже обрядился в лёгкие курточки, женщины – в колготки, девушки – если без колготок, под юбки мини надевали тонкие трикотажные гетры за колено или щеголяли в рваных зауженных джинсах, не покрывающих щиколоток ножек, в полуботинках, напоминающих мужскую обувь, из которой торчали коротенькие носочки, как правило, белого цвета. Катерина недолго понаблюдала за парочкой девушек-подростков, которые неспешно проходили мимо её окон, и твёрдо решила навестить сегодня свою маму, к которой направила на проживание пятнадцатилетнюю дочь Алину. Алинка уже два года к 1 сентября перебиралась к бабуле на местожительство и домашнее обучение по русскому языку и литературе, поскольку баб Валя всю жизнь преподавала вышеупомянутые предметы и уж кому-кому, как не ей, человеку профессиональному и требовательному, было заниматься с внучкой.
Домофон заставил Катю поспешить в прихожую, впопыхах поддёргивая повыше кружевную резинку левого чулка, который почему-то то и дело имел обыкновение немного сползать, доставляя ей определённый дискомфорт. Прежде, чем взять трубку, она тщательно натянула чулок максимально высоко и только тогда ответила: «Вам кого?»
- Катерин Ивановну хочу, аж мочи нет, как, - услышала она знакомый голос мужа, повергший её в ступор. Катя подумала было, что ей всё-таки померещился её муженёк, поэтому переспросила довольно глуповато: «Не поняла, кого-кого вам надо?..»
- Муж твой пришёл, женуля, тебя надо! Сейчас я тебя «еть» буду!! – этот недвусмысленный ответ отбросил все сомнения. Муж, которому, как она думала, ещё предстояла почти четырёхлетняя отсидка в заключении за преступную халатность, как огласили в приговоре суда, повлекшую гибель четверых строительных рабочих СМУ, направленных для проведения сварочных работ гостиничного здания комплекса цирк. Он отсидел всего четыре года из восьми, на которые был осуждён. И вот теперь, когда казалось, что у его жены ещё уйма времени, чтобы развестись с ним и сыграть пусть и скромную, но уже третью свадебку в жизни, её второй муж Алексей вместо колонии почему-то стоял у подъезда и с нетерпением ждал, чтобы немедленно приступить к выполнению супружеского долга.
- Ты уснула что ли, красавица моя? Или от радости забыла, как кнопка нажимается, а?! – грубовато-игривый вопрос вывел Катерину из состояния задумчивости. Она поспешила нажать кнопку подъездной двери и повернулась к большому зеркалу, которое Алексей в свое время повесил в прихожей рядом с вешалкой над тумбочкой для обуви, внимательно осмотрела себя, взяла щётку для волос и тщательно стала расчёсывать волосы.
Мелодичный сигнал квартирного звонка почему-то заставил её вздрогнуть, хотя женщина и ждала его в некотором напряжении. Катя отперла дверь, и Алексей ворвался в квартиру, со страстью схватил жену и начал смачно её расцеловывать в лицо, глаза, шею, губы, начиная распаляться всё сильнее и сильнее. Потом бухнулся в ноги, засунул голову под подол её шёлкового халатика и присосался губами к тому месту, где под трусами у Кати находились гениталии.
- Может, дверь сначала прикроешь? – внезапно осипшим голосом сказала явно взволнованная и возбудившаяся жена. А муж, азартно схватившись за резинку её трусов, спустил их до самых икр.
- Ненормальный! – задёргавшись, хмыкнула Катя и тщетно попыталась дотянуться до ручки двери, сжав крепко ноги вместе и поёрзывая бёдрами. - Не достаю...
- А сейчас? – он крепко обнял её за ноги и поднял, одновременно встав с колен и повернув жену спиной к двери. Катя отклонилась от мужа и, дотянувшись до дверной ручки, закрыла дверь.
- Говори, куда идти, я ничего не вижу сквозь халат! – горячо командовал он.
- Лёша, пожалуйста, убавь пыл, я должна тебе... что-то сказать...
- Сначала «вставлю», а потом будут разговоры.
- Сначала я должна сказать!.. – настойчиво говорила Катя, - Может, потом у тебя пропадёт всякая охота «вставлять».
- Не ломай кайф, я четыре года ждал этой минуты! Во мне всё содрогается от нетерпения и жажды, понимаешь ты это или нет?!! – кричал он под её халатом.
- А ты понимаешь, садовая твоя голова, я уже два года!.. – она понизила голос, - Как живу с другим мужчиной.
- Ты что же... - одной рукой прижимая Катю к себе, а другой – высвободив свою голову из её подола, - расторгла наш брак?! – И впился горящим пронизывающим взором в жену.
Катерина опустила глаза, и какое-то время молчала: 
- Понимаешь?.. Я не успела, время летит очень быстро...
- Мне эти четыре года колонии показались вечностью! А ты мне
теперь заявляешь, что целых два года живёшь с другим мужиком?!
- Пойми, Алёша, я – женщина... Я просто не смогла жить целую «вечность!» вот так... без мужа.
Алексей оглядел прихожую и, увидев мужские кроссовки большого размера среди обуви, мужской плащ на вешалке, поверх которого висел мужской зонт, сощурил зло свои карие выразительные глаза.
- Бедная женщина, - с откровенной иронией произнёс он, - и твой мужичок что же... уже здесь поселился? – зловещим голоском с любопытством спросил внезапно поникший муж.
- Да-а... как видишь, - ответила тихо его «желанная женуля».
- И спит здесь?!.. – последовал ещё один вопрос повышенным тоном.
- Конечно, где же ещё?.. – последовал неуверенный ответ жены.
Алексей долго и мрачно молчал... а потом вдруг попросил его накормить, признавшись, что очень-очень проголодался. Катя лукаво посмотрела на мужа, мягко улыбнулась и сказала:
- Я же предупреждала, что у тебя может пропасть всякая охота «любить» меня.
- Надеюсь, у тебя не пропала окончательно охота кормить меня, – угрюмо сказал он.
- Ну, конечно, накормлю. Формально ты же мне муж, «папка» моей Алины. Обязана накормить.
- Вообще-то, насколько я помню, настоящий папка твоей дочери татарин Наиль. А я только... отчим – «папка Лёша».
- Кстати Алинка всё время вспоминала о тебе с теплом и грустью... Пошли на кухню.
***
Пока Екатерина хлопотала с едой, Алексей сидел за обеденным столом и молчаливо ждал её, временами поглядывая на новую мебель кухни и новый большой холодильник «Стинол».
- Нравится холодильник? – спросила Катя.
- Лишь бы он тебе нравился... - буркнул в ответ её присмиревший муж, - вместе с твоим сожителем.
- И холодильник, и мой новый муж мне очень-очень нравятся! Они оба красивые и надёжные... в эксплуатации, - с некоторым вызовом ответила она.
- Помнится, я тебе тоже нравился. «Любименьким» называла и «сладким муженьком», - Лёша низко опустил голову, и на стол капнула одинокая внезапная и скупая слёза.
- Ты плачешь?.. – заметила Катя обронённую слезу.
Алексей растёр глаза ладонью и ответил: - Посечь бы тебя надо по-хорошему, а я слёзы лью... Горюю, как слабак.
- Поздно горевать, Лёшенька. Ты не слабак, просто... наша с тобой жизнь так сложилась. И ничего тут не поделаешь, хоть секи, хоть... убивай. И нужно эту жизнь принимать такой, как она складывается, со всеми её горькими проявлениями.
Алексей пристально посмотрел на жену, покачал головой и, ничего не сказав, стал жадно поглощать салат из помидоров. Потом он слопал пять больших блинов с печёнкой, запивая их кофе вприкуску с бутербродами из масла с сыром.
- Интересно, а как Алинка к твоему сожителю относится? – задумчиво жуя, наконец, спросил Алексей.
- Нормально. Она уже взрослая и всё понимает. К тому же Саша очень деликатный, доброжелательный и-и... обаятельный мужчина. Ей, по-моему, он очень нравится, - ответила Катя.
- Посмотреть бы на этого... деликатного. Небось, её за кругленькую попку пощипывает и титечки? – язвительно заключил отчим Алексей.
- Ну, ты кулаками ей наподдавал по мягкому месту, а Саша, наверно, предпочитает пощипывать, - ехидненько ответила Катерина.
- Правда, что ли?.. Или это ты так... нарочно говоришь? – с вытянувшейся физиономией спросил Алексей.
- Я шучу, «папа Лёша». Успокойся, «папа Саша» не позволяет себе ничего, что могло бы каким-то образом растлить подростка Алину или обидеть её... К тому же ты его хорошо знаешь: вы играли с ним в футбол в одной команде.
- Да-а?!.. И как его фамилия? – с любопытством спросил Алексей.
- Саша... Фролов.
- Ну-у, Сашок, ну, скотина безрогая, увёл жену с падчерицей прямо из стойла, центрофорвард хренов!.. – безо всякой злобы, даже будто обрадовавшись, заявил её муженёк. – Бомбардир разудалый...
- Между прочим, он до сих пор играет, - не без гордости заявила Катя.
- Где он играет, во дворе с пацанами?
- Не-эт, он играет по ветеранам за «Монтажник». Только не за ваш горемычный «Монтажник», в котором ты всю жизнь подвязался, а за совсем новую команду ветеранов, которую Саша сам организовал и содержит за счёт своего СМУ.
Это известие заметно обескуражило Алексея. Он задумался, вспоминая их футбольные баталии: - Он что же, уже начальник управления?
- Нет, он пока главный инженер, но поговаривают, что, как только Ильин уйдёт на пенсию, Сашу, скорее всего, назначат на его место... Ты наелся? – спросила Катя, увидев, что муж допил свой кофе и дожёвывает бутерброд.
- Да-да, спасибо... Сыт, – ответил с расстановкой муж: - А ты всё ещё в школе несёшь свой крест?
- Не-эт, из общеобразовательной школы я ушла. Сейчас - только в ДХШ по выходным и в среду вечером преподаю рисунок и живопись.
- Понятно... Сегодня понедельник, значит, ты свободна?! – с хитринкой в голосе спросил её Алёша.
- Не надейся напрасно. Ничего не будет: ни любви, ни секса, - строго ответила Катерина и с вызовом взглянула мужу в глаза.
- И как же... вернее, где я теперь буду жить? – с грустью спросил жену Алексей.
- Хороший вопрос, как говорят в телепередачах, - она задумалась и спросила в ответ: - А ты сам, что думаешь по этому поводу?
- Я думал, вернусь домой и буду «дербанить» любимую жену в разнообразных формах и позициях!
- Ну, это понятно. Нечто такое я себе и представляла. А на счёт жизни как?! Где и, главное, с кем ты-и... собираешься жить?..
- Вообще-то, чёрт бы тебя подрал, я предполагал жить с тобой и Алинкой! – грубо и громко ответил Алексей. - Мне и в голову не могло придти, что тебя пялит чужой мужик!!
- Ну-у, во-первых, не чужой, а твой товарищ и-и... коллега!
- Что тебя «прёт» «мой товарищ и коллега!» - это ничего не меняет, ты-и... оказалась предательницей и шлюхой! Подлой, грязной и-и... позорной... Стерва, дрянь, блядь!
Екатерина стремительно подскочила к мужу и сходу залепила ему смачнейшую пощёчину.
- Ещё одно поганое слово, и я выгоню тебя вон, мерзавец!! –закричала она, сопровождая свой удар повторным, чуть менее хлёстким, но всё же довольно жгучим ударом, - Здесь тебе не колония, запомни это, мил дружочек!
Алексей в колонии значительно утратил свойственную ему деликатность и за четыре года огрубел и насобачился драться с мужиками по различным поводам. Поэтому, когда жена повела себя грубо и агрессивно, он пришёл в неистовую ярость, свалил её на пол, заломив ей руки и схватив за волосы, прижал далеко не крупную и не отличающуюся силой женщину всем своим крепким телом футболиста и, вдруг почувствовав вплотную родную жёнину плоть, невероятно возбудился. В каких-нибудь пять-семь минут он овладел ею и быстро исторг из себя то, что копилось в нём безумно долгих четыре года. Катя, поначалу схватившаяся с ним всерьёз, быстро почувствовала, что муж намного сильнее её, а главное, его свирепое и жадное желание женщины, которое ей мигом передалось. Она, к своему удивлению, расслабилась, отдавшись дикому желанию мужа, и моментально достигла того наивысшего предела соития, которое называлось оргазмом.
Когда всё было кончено, они в смущении отодвинулись друг от друга, легли на спину на линолеум и уставились умиротворёнными взорами в новый красивый «подвесной» потолок кухни.
- Спасибо тебе, Катя, – сказал Алексей с явной и искренней благодарностью в голосе.
- Не за что... Кстати, я не собиралась уступать тебе. Всё вышло как-то... спонтанно... само собой.
- Не бойся, я ничего не скажу Сашке! – он взял жёнину руку в свою, с благодарностью сжал её и нежно прикоснулся губами.
Катерина, повернув к мужу растрёпанную борьбой голову, долго и пытливо смотрела на него, прежде чем спросила: - Правда, не скажешь?
- Чтоб я сдох! – твёрдо ответил Алексей.
- Как говорится, даёшь клятву – помни!
И оба подались друг к другу губами и слились в поцелуе.
***
В шесть вечера в двери замка квартиры заворочался ключ, дверь с шумом распахнулась, чувствовалось, что пришёл хозяин дома. Навстречу ему выскочила из кухни Екатерина и, почти одновременно с ней, вышел из маленькой комнаты Алексей, где она его разместила на правах хозяйки дома и формальной жены. Александр, которому Катя по телефону уже сообщила о неожиданном появлении законного мужа, поначалу подошёл к ней и, чмокнув в щёчку, как бы показывая, что он теперь всё-таки первый и главный мужчина в доме, и только потом подал руку Алексею: - Здорово, Леха.
- Здорово, Сашка, - также запросто и грубовато ответил Алексей, - вот уж кого-кого не ожидал увидеть в своём доме, да ещё и в качестве сожителя моей родной жены.
И мужчины крепко и даже тепло пожали друг другу руки.
- Ничего удивительного, что мы с Катей сблизились: город у нас не особенно большой, а мужчин, по статистике, меньше аж на девять процентов. – добавил Александр. – Да и красоты Катюшка, надо признаться, редкой. Это я ещё заметил десять лет тому назад, когда в «Неве» наш увядающий «Монтажник» последний раз отмечал второе место по городу. С тех пор мы в призёры не попадали ни разу, а память о твоей Кате засела мне в голову.
Он обнял за плечи жену Алексея и сладко присосался к её губам, как бы констатируя этим поцелуем и теперь она – «моя!»:
- Уж прости, «брат», за неожиданное, свалившееся с неба на нас обоих такое сильное чувство влюблённости?
Алексею живо вспомнилась картина их сегодняшнего с Катей совокупления, начавшегося с драки и кончившегося сладостным и бурным обоюдным оргазмом, и на душе у него запели соловьи.
- Мужчины, пойдемте на кухню, я вас накормлю, напою, - проворковала жена обоих мужчин.
- А у нас разве есть, чем?!.. – спросил Александр, потирая с нарочитой радостью руки.
- Есть. Я вам «Белую лошадь» купила.
- «Нам?!», а сама что же, не будешь? – спросил муж №3.
- Немножко выпью, - скромно опустила глаза долу формальная и фактическая жена двух мужей.
***
Мужички плотненько поужинали и начали активно посасывать «Белую лошадь». Разговорились не сразу, но постепенно по мерё опьянения разболтались так, что не заметили, как пролетели три часа кряду. Вспомнили свои футбольные годы, когда они играли на первенство области в профсоюзной команде «Монтажник», вспомнили различные пикантные истории, связанные с женским полом, в которые попадали их любвеобильные товарищи-футболисты и, уж конечно, помянули пьяные скандалы, в которых они оказывались, когда посещали рестораны по случаю занятия призового места.
Разумеется, Алексей рассказал о своём житье-бытье в колонии и её нравах. Рассказал о том, как его туда упекли, и о том, как его оттуда вызволил бесплатный и энергичный молодой адвокат, сумевший впоследствии доказать, что скандального инженера-строителя Алексея Кириллова, временно и случайно назначенного на место главного инженера по технике безопасности, начальство треста «Горстрой» фактически подставило под тяжкий приговор суда.
Потом незаметно тема разговора перешла на автомобили. Александр похвастался, что купил в позапрошлом году новую пятидверную «Шкоду-Октавию» и долго описывал её преимущества и возможности. Лёха долго изображал, что его внимательно слушает, пока «Сашок», заметив его унылый вид, не переключил разговор на работу:
- Не горюй, Лёхан, начнёшь у меня работать и не заметишь, как быстро начнут копиться твои денежки. За пару лет подкопишь, возьмёшь в банке небольшой кредит – и купишь какую-нибудь приличную иномарку».
- А ты возьмёшь меня на работу? – недоверчиво спросил Алексей.
- Конечно!.. И на работу возьму, и в полузащите у меня играть будешь оттянутого ли′беро. И зимой и летом... Будешь?
- Зимой?!.. Это, как в молодости? Снег месить, что ли?
- Не-эт, сейчас залы понастроили для мини-футбола. И с декабря месяца мы начинаем в фут-зал резаться, или в мини-футбол по-нашему, по-российски! И аж до конца апреля хлыщемся в два круга на чемпионате города, кубок разыгрываем, ну и так... по мелочи мини-турниры праздничные: новогодний, 23 февраля...
- 8 Марта, - добавила Катя.
- А с жильём как же?.. – после некоторого раздумья
последовал Лёшин вопрос.
- Ну-у... пока я строю дом, с нами поживёшь. А к осени следующего года, думаю... разъедемся, разменяв эту квартиру пополам между тобой и Катюшкой с её Алинкой.
- Они же будут жить в доме, зачем им коммунальный довесок? Сдавать что ли?.. – простодушно спросил Алексей.
- Можно и сдавать, да-а... Лишние деньги, старик, никогда не помешают, потому что никогда не бывают... лишними! Неплохой каламбур получился, кстати, не находишь? – засмеялся Александр.
- Хороший... Но жизнь полна таких неожиданностей, что и не ожидаешь... и даже не подумаешь, - задумчиво изрёк Алексей.
***
И жизнь Алексея действительно стала налаживаться довольно быстро. Александр взял его на работу мастером, обязанности которого были Лёше хорошо знакомы и привычны. Кроме работы, два раза в неделю он ходил вместе с Сашей, как тот и обещал, тренироваться в футбол в спорткомплекс «Городской», за аренду которого их любительской командой «Монтажник» оплачивало СМУ, где оба мужа Екатерины, бывший и теперешний, теперь дружно работали. Естественно, что совместная работа и, конечно, футбол очень сблизили друг с другом обоих мужчин. А если принять во внимание, что их домашний быт был хорошо налажен Катей, в доме всегда царили чистота и уют, и всегда было, что поесть, мужчины жили дружно и не ссорились. Отчасти ссоры не случались ещё и потому, что у Алексея совершенно не было подходящего времени и возможности, чтобы склонить «женулю» к близости: ни днём – из-за работы на стройке, ни тем более вечером, поскольку «муж №3» постоянно находился при Кате по вечерам и, что естественно для сожителя, по ночам.
Вскоре, в начале декабря, Фролов Александр и Кириллов Алексей сумели выбрать субботний день, чтобы вместе с Катей и её дочерью приехать в районный ЗАГС и уладить все формальности, связанные с расторжением брака супругов Кирилловых. Свадебная церемония росписи Александра и Екатерины в ЗАГСе и небольшое гулянье по этому поводу «в кругу своих» были отложены на следующую субботу. То есть из-за административной формальности Александр и Катя пока ещё должны были продолжать оставаться в положении холостых граждан ещё целых семь суток, как они дружно рассчитали и спланировали.
За эти дни Катя укоротила своё старое свадебное розовое, тонкого шёлка платье, в котором она расписывалась с Алексеем пятнадцать лет назад, купила шикарные белые чулки, белые модные туфли на высоченном каблуке «шпилька» и длинные, за локоть, белые перчатки. Из старой фаты она выкроила красивую и скромную повязку на волосы в виде сложенной косыночки с небольшим цветком, напоминающим белую астру. Короче, когда Алексей увидел свою тридцатишестилетнюю бывшую жену, примерявшую без нижней комбинации из плотного шёлка этот перенесший трансформацию и откровенно просвечивающий нижним бельём свадебный наряд, он сначала застыл, поразившись его своеобразным эротизмом, а потом решительно подошёл и внезапно охрипшим голосом взволнованно и властно приказал: - Быстро раздевайся, пока я не порвал в клочья и не смял этот твой... шлюшный прикидик!
- А вдруг Саша явится?.. – неуверенным голосом возразила Катя.
- Не явится! Он взял водителя и на управленческом «УАЗе» укатил в область, в Башмаково, на приёмку объекта. Вернётся... часов в девять вечера, не раньше.
- А ты приехал на его машине?.. – продолжала лепетать смущённая невеста.
- Он сам велел взять его «Шкоду» и вместе с тобой забрать на базе продукты для свадьбы. Так что сейчас я тебя преспокойненько «отвалтожу». А потом мы поедем в «Горхолод» за продуктами, – глаза бывшего мужа горели бесовским огнём.
- Лёша? Ну-у... имей же совесть...
- Чего-о?! – заревел Алексей, - Пока не «оттрахаю», ничего не будет: ни чести, ни совести!.. Ни продуктов, - и широкая торжествующая ухмылка озарила его горящую похотью физиономию.
Он толкнул Катю на диван и аж до груди задрал подол её как бы нового свадебного платья.
- Господи, да подожди ты, всё же сейчас мятым будет?! – с надрывом взмолилась «невеста» Александра.
***
В восемь часов вечера зазвонил Катин мобильник, и она с тревогой, почувствовав беду, выхватила айфон из кармана халата, да так поспешно и судорожно, что он вырвался из её руки и улетел со стуком под журнальный столик. Катя бросилась поднимать и, пока дотянулась до «мобилы», та несколько раз призывно позвонила, и без того усугубив нервозную атмосферу ожидания сообщения. Звонила вахтёрша СМУ, которая натурально ввела её в ступор своим сообщением: главный инженер Александр Сергеевич вместе с шофёром Федей попали в аварию на трассе Москва-Куйбышев. Федя разбился на смерть, а главный с многочисленными травмами доставлен в сознании в реанимацию городской станции скорой помощи. Когда Катерина сообщила о случившемся Алексею, тот странно посмотрел на неё и задумчиво сказал: «Пронесло...» Что имел в виду её бывший муж, она поняла по-своему и в глубине души испытала чувство облегчения от того, что, благодаря случившейся беде, ей не пришлось врать в глаза Александру, которого она воспринимала уже как своего мужа и хозяина дома.
Пять минут Екатерине и Алексею позволили повидаться с Александром в больнице, и потом они вернулись домой с острым ощущением свершившегося события, изменившего, вернее изломавшего в принципе их жизни.
Дома, в тот же вечер, не сговариваясь, без обсуждений и каких-либо намёков, Катерина и Алексей легли вместе спать в спальне, в которой они одиннадцать лет «жили», или «занимались любовью», как принято сейчас говорить нашими современниками. Именно здесь, пока Алексей не был отправлен в колонию, они сумели зачать аж семерых младенцев, жизни которых с их добровольного согласия прерывались на ранних стадиях внутриутробного развития в больничных абортариях. Полночи, фактически бывшие муж и жена, почему-то оба вспоминая об этих убиенных, загубленных потенциальных жизнях, теперь с безумной страстью предавались обоюдному совокуплению, как в последний раз... как будто навёрстывая прожитые вхолостую годы.
***
Несколько дней Алексей не приходил в спальню к Кате, что, конечно, её озадачило, но никаких разговоров на «эту» тему она с ним не заводила, принимая его «неприходы», как нормальную реакцию пресытившегося женщиной мужичка. Но прошла неделя, потом наступила пятница следующей недели, а Лёша по-прежнему предпочитал спать в маленькой комнате, которую ему отвела его бывшая жена. Екатерина, начиная не на шутку злиться на такое его поведение, накормив предварительно Алексея вкусным ужином и напоив дорогой водочкой, всё-таки решилась на откровенный разговор с ним:
- Слушай, «соседушко», я, смотрю, ты неплохо устроился,
бывшая жена тебя поит-кормит, обстирывает-обглаживает, а ты даже раз в неделю не хочешь придти и-и... «отблагодарить» её. Может, со здоровьем какие-нибудь проблемы появились?.. Ты не стесняйся, у меня двоюродный брат уролог хороший. Если нужно, поможет, подскажет, как решить твою проблему... если таковая имеется?
- Не ты ли, Катюшка, недавно вела со мной беседы о чести и совести, а? – встречным вопросом обескуражил её он. – Так уж случилось, судьбе было угодно, чтобы Сашок твой теперь искалечился, в чём, кстати, я, заметь, не виноват абсолютно. Значит что же?.. Честь и совесть можно в уголок отодвинуть, в шкапчик засунуть, в кладовочку, у-у?.. Или ты думаешь, если бывший муж всегда рядышком, так он в любой момент поможет решить «проблемку», заменить нового кандидата в муженьки, а-а?.. Так, что ли?!
- Значит... ты решил меня наказать воздержанием? – зло прищурившись, в задумчивости спросила Катя. – Мстишь, что ли?..
- Не говори ерунды. За что мне мстить тебе, не понимаю?.. - заключил после некоторого размышления Алексей.
- Не знаю... Может, за мою измену, наверно? - тихо вопросительно ответила погрустневшая Екатерина. Алексей удивлённо вскинулся на неё, долго смотрел, размышляя, но так ничего и не сказав больше в тот вечер, опять ушёл спать в свою маленькую комнатку.
***
Понятное дело, что роспись Кати с Александром пришлось отложить на неопределённое время. Александр Сергеевич Фролов поправлялся очень медленно, и Новый 2018 год он встретил в отделении травматологии больницы скорой помощи в кругу своих новоприобретённых, по-разному травмированных товарищей. Тридцать первого числа днём его навещали Екатерина с Алинкой и Алексеем, поздравили с наступающим Новым годом, нанесли ему множество всевозможных вкусностей, а Алексей сумел незаметно от Кати сунуть капитану своей команды и непосредственному начальнику производства ещё и бутылку хорошего коньяку.
В полночь поздравление Путина и бой курантов на Спасской башне Кремля, как и в прежние годы, слушали у телевизора всей семьёй, состоящей из Алексея, его теперь уже бывшей тёщи, бывшей жены и бывшей падчерицы, попивая шампанское с водочкой под салаты «оливье» и «селедку под шубой». Катерина очень долго ждала, когда её родные, устав от созерцания праздничных телепрограмм,наконец, угомонятся, и только тогда тихохонько попыталась проникнуть в комнату Алексея. Но, увы, комната оказалась запертой изнутри. Сначала Катя с бессильной злостью и обидой наплакалась в ванной, а потом мирно заснула в полном одиночестве в «супружеской спальне».
Проснулась она в час дня с тяжёлой головой и полным ощущением свалившейся на её плечи беды: потеря бывшего мужа и так и не приобретённого нового, как представлялось ей ранее со всей очевидностью, успешного и перспективного супруга-начальника. Естественно, когда Екатерина вдруг обнаружила в январе у себя беременность, она сразу поняла, произведя в уме нехитрые вычисления, что этот ребёнок наверняка от Алексея и «повесить» его на Александра, ну никак, не получится. Долго и мучительно раздумывая, испытывая ужасное сожаление, в тайне ото всех, даже близкой подруги с детских лет Риты, Катя, сделала восьмой в своей жизни аборт.
***
Александр пролежал в больнице аж до начала февраля и только пятого числа был выписан на домашнее долечивание в состоянии инвалида второй группы. То есть, пока только с помощью костылей этот рослый и спортивный сорокапятилетний мужчина мог самостоятельно добираться из постели до туалета и умывальника. Понятное дело, что ни о каком-либо исполнении «супружеского долга» с Катей не могло быть и речи.
А через несколько дней Алексей привёл в дом скромную, совершенно неброскую на вид, но довольно молодую женщину, которую представил обитателям квартиры в качестве своей невесты по имени Маша. Мара – так, не сговариваясь, стали её все называть, включая бабулю Валю и Алину, познакомившиеся с ней 23 февраля в День защитника Отечества. Именно тогда, на «мужской праздник», Алексей и уговорил невесту Мару остаться в их квартире с ночёвкой. Именно тогда и завязались их интимные отношения, которые ужасно почему-то стали бесить Катю, как казалось бывшей жене Алексея, своей бессовестной разнузданностью, суть которой проявлялась в «нечеловеческих, диких воплях» во время совокупления. Разумеется, никаких воплей на самом деле и ничего дикого и нечеловеческого в редких сладостных вскриках, неожиданных даже для самой молодой женщины, прорывающихся из счастливых глубин её нутра, не было. Но Катя, спавшая чутко, ужасно бесилась, когда среди ночи вдруг просыпалась, заслышав за стеной подобные звуки. Конечно, она невероятно завидовала своим «счастливым соседям», которые могли «этим» заниматься в отличие от неё самой с её «сожителем» Александром. Увы, но Александр Сергеевич после аварии всё ещё продолжал оставаться для неё в статусе инвалида, бессильного в половом отношении сожителя, способного пока только на нежные поцелуи и ласковые прикосновения с поглаживанием руками, чем страдающая от похоти женщина вынуждена была довольствоваться.
Прошёл март, за ним апрель, к маю Александр более-менее восстановился после аварии на столько, что стал потихоньку заниматься строительством своего дома. Вернее, их с Екатериной совместного дома, в котором они планировали своё будущее житьё-бытьё, так и не зарегистрировав ещё, как должно, свои матримониальные отношения, хотя и спали в спальне в одной кровати, как и до злополучной аварии. Несколько раз Саша, временами всё-таки испытывая внутри себя потребность в Кате, делал попытки вступить с нею в близость, но эти попытки заканчивались тем, что накатывающая на него в процессе ласк слабость, делала супружеское соитие абсолютно невыполнимым делом.
***
В середине мая в субботний день Алексей привёз Александру на стройку его дома трёх плотников, чтобы те за два выходных дня сделали деревянный каркас кровли.
- Леша, ты же четырёх человек обещал прислать?!.. – возмутился было Александр Сергеевич, не досчитавшись одного из обещанных мастеров.
- Четверых и прислал: Атос, Портос, Арамис и я – д′Артаньян из Гаскони, - шутливо парировал Лёша.
- Что же, сам будешь горбатиться?.. – недоверчиво спросил Саша.
- Мне же тоже нужны деньги. Да и порядка при мне будет больше. Да и плотник я опытный, можешь не сомневаться.
- Ну-ну, - только и сказал хозяин будущего дома.
Мастера оказались непьющими, работящими, а главное, умелыми и вместе с очень старающимся Алексеем за выходные сделали полный каркас крыши, получили расчёт и очень довольные собой и тем, что заработали приличные деньги, были отпущены восвояси. Алексей с Александром хорошо в тот воскресный вечер выпили дорогой водочки и закусили котлетками с варёной картошечкой и селёдкой, которые им по-быстрому собрала Катя в качестве закуски.
- В следующие выходные пришлю тебе двух наших кровельщиков. В шесть рук, вместе с моими, мы тебе за пару дней всю крышу покроем. А там можно будет уже и жить заезжать, - так, под водочку, ретиво пообещал своему начальнику и товарищу по ветеранскому футболу Алексей.
- Спасибо тебе, Алёшка... - с благодарностью ответствовал «Сашок», - если б не ты, я бы с этим домом как пить дать возился до морковкина заговенья. И, помолчав, добавил:
- Вот уж никогда бы не подумал, что помощь в строительстве
дома мне придёт от тебя... бывшего Катиного мужа, - и, задумчиво всматриваясь в товарища, вдруг неожиданно спросил:
- Вы с ней случайно не того?.. не соединились ещё?
- Как я поклялся тебе в декабре под Новый год, что не буду до неё домогаться, - со страстью в голосе заявил Алексей, - так с тех пор клятву свою соблюдаю!.. Ты что же не веришь мне, Сашка?!
- Верю-верю, конечно, верю... Только, по правде сказать, если б ты сейчас вдруг признался мне, что вы с Катюшкой... помолчал, подбирая слово, - «согрешили», я бы не стал ни сердиться, ни обижаться, ни... претензий каких-либо предъявлять... Понимаешь?
- Не-эт, не понимаю... – удивлённо ответил Лёша. Александр тяжко вздохнул и, отвернувшись в сторону, хрипло произнёс:
- «Машинка» моя после аварии, хм-хм, совсем того... не «заводится» что-то совсем. Прямо не знаю, что и делать, - он прокашлялся натужено и умолк.
- А до аварии, как было? – полюбопытствовал Алексей.
- Нормально было. Даже хорошо... Временами по три-четыре раза «разговлялись»! - с гордостью в голосе всё-таки похвалился Александр. – Веришь?!
Уязвлённый этим сообщением Лёша промолчал, потом сочувственно высказал своё предположение:
- Может, времени ещё мало прошло?.. Попозже, глядишь, всё наладится и восстановится твоя... «машинка», - оптимистично высказался он.
Александр разлил по стаканам остатки водки и добавил:
- Дай-то бог. Давай выпьем за это?! – предложил он, заглядывая в глаза Алексею.
- Давай! – мужчины чокнулись и выпили.
- И про клятву свою больше не думай, - Сашка помолчал, отведя глаза в сторону, - глупости это всё... пацанство, - и светлая улыбка озарила его грустное, даже немного жалкое лицо главного инженера СМУ.
***
В середине сентября 2018 года Алексей с Марой и Александр с Катей в один день сыграли скромные свадьбы в новом, уже практически достроенном, доме Фролова Александра Сергеевича.



                                                                                                                                                                                     07.05.21.            



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 13
Свидетельство о публикации: №1220514468163
@ Copyright: вова щербединский, 14.05.2022г.

Отзывы

Добавить сообщение можно после авторизации или регистрации

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1