Литературный сайт
для ценителей творчества
Литпричал - cтихи и проза

Глазами геолога


Глазами геолога
­­Чтобы доехать до этого места в запретной зоне на берегу реки Большой Шуфан, нам пришлось три часа провести в ожидании решения заехать на территорию Пушкинского артиллерийского полигона. Мы с Женькой Булгаковым времени зря не теряли и постирали своё бельишко в разогретой горячим июльским солнцем шуфанской воде: три недели до этого мы с ним ехали от Москвы до Владивостока в крытом кузове прикрученного к железнодорожной платформе грузовика Газ – 51, не имея возможности простирнуться где-нибудь на стоянках на запасных путях, иногда даже длительных, до полутора суток.

Потом по просёлочной извилистой дороге, на которой едва не столкнулись с военным бензовозом, доехали до одиноко стоящего лесного кордона с сараем, получив разрешение от лесника расположились на большой поляне перед ним. В июле дни длинные, поэтому Женька вместе с начальником, Владимиром Роговым, с которым мы были на «ты» из-за его возраста, всего тридцать три года, ушли в короткий маршрут, чтобы опробовать и описать базальтовые потоки, высокими скалами обнажающиеся на правом берегу Шуфана. Ну, а я остался «на хозяйстве», приступил к постановке палатки.

В это самое время из дома вышла девушка и, в образе «тургеневской», села на качели и, вроде бы, не обратив на меня никакого внимания, углубилась в чтение книги. За поводом познакомиться лезть в карман не пришлось, - мягко ступая по траве, подошёл к ней, представился, попросив разрешения воспользоваться сложенной из кирпичей маленькой печечкой, возле которой мы и остановились, и разбросанными вокруг ящиками в качестве топлива для неё.

Выражаясь теперь уже по-пушкински: «Итак, она звалась он Татьяной …», но отнюдь не была « … дика, печальна, молчалива,/ как лань лесная боязлива …», а вполне разговорчивой и совсем не робкой. Вот как потом, уже осенью по возвращении из экспедиции, я описал её внешний облик в своём полевом дневнике, которым сейчас пользуюсь (ну, разве вспомнил бы сейчас, спустя почти сорок девять лет, что по пути у нас чуть было не состоялось ДТП с бензовозом): «Смуглое лицо, чёрные глаза, ещё более тёмные волосы, падающие на загорелые плечи, голос немного грубоват, но он нисколько не портил впечатления от красивой девушки».

Таня приехала ненадолго на этот богом забытый лесной кордон к своему дяде – леснику - в школьные, перед десятым классом каникулы, из города-порта Находки, как и положено было тургеневской девушке, скучала, конечно, поэтому, и это было заметно, была рада возможностью пообщаться с начинающим геологом из Москвы, - именно так я себя позиционировал потом, когда подарил ей на прощание популярную книгу «Глазами геолога» Рудольфа Баландина с подписью на фронтисписе: «Милой Танечке на добрую память от начинающего геолога».

Мы пробыли в этом месте три дня, на следующий после приезда уже я сходил в маршрут с Роговым, обучавшим меня премудростям полевого описания и отбора образцов вулканических пород, миллионы лет тому назад заливавших эти места базальтовой лавой. В последний день я снова остался в лагере, упаковывал образцы, готовил еду. За это время мы настолько сдружились с Таней, что, кажется, знали друг о друге почти всё.

С высоты своих лет, двадцать один год, на неё, шестнадцатилетнюю я, конечно, смотрел совсем не как на возможную спутницу жизни, во-первых, из-за казавшейся тогда громадной разницы в возрасте, и ещё потому, что перспектив встретиться в будущем у нас практически не было из-за разделявших нас многих тысяч километров.

Потом в моей жизни было много событий: во Владивостоке мы воссоединились со второй половиной отряда; в ожидании теплохода на Курильские острова «побалдели» на пляжах Шаморы; полтора месяца поработали на Кунашире, где я набрал для себя материал для диплома; даже побывали на едва-едва закончивший извергаться вулкан Тятя, сто шестьдесят лет в ожидании, видимо, нашего приезда «проспавший» на виду у Японии и числившийся безнадёжно потухшим. По окончании экспедиции я заехал на родину, в Татарстан, привезя с Кунашира полрюкзака всякой дальневосточной рыбы и четыре литра красной икры. Потом было обучение на пятом курсе, написание и защита диплома с выездом в последние каникулы с группой студентов младших курсов геологического факультета МГУ в закавказские республики по их столицам и месторождениям самоцветов.

После защиты диплома с товарищем ненадолго съездил в Крым, потом два месяца топтал плац Таманской дивизии на военных сборах, получил диплом и отбыл на родину готовиться к работе по распределению в Геологическом институте во … Владивостоке: в прошлогодней экспедиции в Приморье и на Курилы я был очарован Дальним Востоком и захотел надолго уехать туда: « Если выпало в Империи родиться, лучше жить в глухой провинции у моря».

Вот так много всего произошло в моей жизни после того, как мы расстались с Таней, ни о чём не договариваясь, конечно, ведь прощались навсегда.  За время нашего общения позволил себе только взять её за руку, когда мы прогуливались по берегу Шуфана, не больше. И каково же было моё удивление, что уже на второй день моего пребывания во Владивостоке, мы совершенно, как мне показалось, случайно встретились с ней на вокзале, когда она уезжала на выходные в родительский дом в Находку. За несколько - пять-десять минут до электрички – она успела рассказать, что поступила на учёбу, кажется, в университет (с предыдущего года и по сей день дневников я больше не писал, а жаль, наверное), ещё на получила постоянного жилья, поэтому дала свой находкинский адрес для продолжения нашего знакомства.

Но я так и не написал ничего по этому адресу опять-таки из-за разницы в возрасте у нас с Таней, она мне казалась тогда совсем из другого поколения. Через два года уехал в Москву в аспирантуру целевого назначения и через три года вернулся уже женатым человеком (а потом из-за квартирного вопроса переехал в другой дальневосточный город), причём на «девушке» уже на семь лет моложе себя.

И вот этот брак стал для меня катастрофой, которая длится по сей день, хоть и продолжался он всего шесть лет, ведь у нашей общей дочери уже четверо детей, но я даже не знаю имени одной внучки, не говоря уж о днях и годах рождения всех их трёх, кроме внука, родившегося первым: это бывшая жена со своей мамашей так воспитали нашу дочь, используя клевету и ложь и какие-то, видимо, другие способы подлых людей, ведь всё, что им было нужно, а именно, алименты, они исправно отполучали. При этом ни тогда, ни сейчас я не испытывал никакого желания провести ДНК-тест на родство с дочерью, может, в этом всё дело.

Только совсем недавно вдруг понял, что наши встречи с Таней из Находки, каждая маловероятная, а уж две они вместе вообще практически невозможные, без малого пятьдесят лет назад, были совсем неслучайны, так мой ангел-хранитель пытался отвести меня от беды, но я так тогда ничего и не понял. Очень надеюсь, что у Тани сложилась счастливая жизнь, благодарен ей за те наши с ней встречи хотя бы за то, что я, наконец, постиг истину, что надо прислушиваться к знакам судьбы.

Ну, а у моего ангела-хранителя, как оказалось, был для меня «План Б» и едва простыл след первой жены, сбежавшей к любовнику, не первому, кстати (потом сбежавшего, оставившего ей ещё одну дочь, тоже ставшей безотцовщиной), как в нашем институте появилась по-настоящему девушка ещё на два года моложе (то есть на четыре Тани, которая десять лет назад казалась мне непростительно молодой для меня), которая и стала моей второй женой, и вот уже тридцать семь лет мы вместе.

03.05. 2022 г., Миасс.





Мне нравится:
2

Рубрика произведения: Проза ~ Миниатюра
Количество отзывов: 1
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 17
Рейтинг произведения: 3
Свидетельство о публикации: №1220504467026
@ Copyright: Реалист, 04.05.2022г.

Отзывы

Старый Ирвин Эллисон     (04.05.2022 в 20:35)
Не должно быть запретов в познании, если помеха познанию - вернейший признак зла!
Добавить сообщение можно после авторизации или регистрации

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1