ГАРМОНИЯ И ДИСГАРМОНИЯ


­­­­
    ­Гармония     ритмов

Ритмично все  и  повторимо ,
За  ночью  день  до  темноты .
И  людям   жить  необходимо ,
Ритмичным   миром  красоты .

Красивы  дали  на рассвете
И  на  закате   лучше всех .
Есть красота  на белом свете ,
И  будет   озаренье   вех .

Но между  ритмами   сияний ,
Врываются  стихии   мглы .
Страдают люди от терзаний ,
Зашторив  красные  углы .

Не надо закрывать  лампаду ,
Пусть  осененная   горит .
Не уползет тревога  к  гаду ,
Что  тенью   ужасов   сорит .

Страшны   пороков   переплеты ,
В  бездумной , мрачной    суете .
Красивы   нежности   полеты ,
От  сердца  к  солнечной  мечте .

                       ***
Изумрудов  не  верил  собрату ,
По  перу   парадокс   затая :
-- Снова  сливками стать обрату ,
Невозможно  прокиснут  края --

И Алмазов  поэту  не  верил ,
О  садах  написавшем  стихи .
Сотворенное с  явью  измерил ,
Перевесили   жизни   грехи .

У  Янтарного  были  причины ,
Отойти  от  лгунов  неспеша .
Улыбались  устами   личины ,
Но в глазах  сатанела  душа .

И  Рубинов  не  прекословил ,
Озаренью   духовных   начал .
Вдохновенья  стезю  обусловил ,
Обходить  лицемеров   причал .

От Тропинки остались посылы ,
Трегуляевский  скит захирел .
Лысогорья  нечистые   силы ,
Святогор  зоревой  усмотрел .

Безобразны  поступками  злыдни ,
Обвиняют  невинного  всласть .
Защищать  добродушного  сидни
И  бегут возвеличивать  власть .

Примиряют  дельцов  домовины ,
С  осененными   музой   небес .
Разделяют   росой   луговины
И   туманами   Родины   лес .

            ***
У  реки  подтаял  снег
Лед  Вороны  тает ...
Ветер зоревой  стратег ,
Над  землей  витает .

Гомонят грачи  вокруг ,
К  месту  прилетели .
У  Вороны  свет  округ ,
Не  смутят   метели .

Осмотрев любви  поля ,
В  первоцветном   мини ,
Вновь ласкают  тополя ,
Страстно  берегини .

                  ***
Заря  июльская  ласкает ,
Лучами   звездной   высоты .
Поэзия  не   отпускает
Из  мирозданья  красоты .

Гроза  отметилась  шальная
И  ливень  яростно  прошел .
Франческа вовсе не  Даная ,
Мадонну   в  образе  нашел .

Дождем  пролится не желаю ,
На  даму  сердца  золотым .
Мечту   я   нежно  обожаю
И  мир  не  кажется  пустым .

               ***
Жара  вокруг  Мучкапа
И  в  городке  жара .
Нет  к  радости стартапа ,
Сплошных  забот  мура .

Франчески взгляд прекрасный ,
Вновь   окрыляет   дух .
И   мир  поэта   ясный ,
Для  увлеченных   двух .

Не  каждый  день Ворона ,
Ласкает  нас   с  утра  .
Не  каждый  дар   корона ,
Когда  вокруг   жара .

Вечерний   зной  нежнее ,
К  Мадонне   красоты .
Букет   цветов   важнее ,
Всего  в  руках  мечты .

                    ***
Галина Ка с Кристиной Рич ,
У  камелька  стяжали  спич .
Стихи  читали  о  мирах ,
О  вожделеньях  на  ветрах .

Кристина Рич с Галиной Ка ,
Вдвоем  сыграли  в  дурака .
Никто  в  игре  не  проиграл ,
Дурак  на  каждую  взирал .

Слова  не  с  запахом  духи
И  строфы   бреда  не  стихи .
Кристина Ка с Галиной Рич ,
Пошли  купоны  блуда  стричь .

                    ***
Севастополь  умыли  дожди
И  Труба  окрылил  горожан .
В  Александръ появились вожди ,
Из  горячих  поэтов   южан .

С  груши  призрачной  обивал ,
Век  Валерий  Воронин   плоды  .
Целину   не   пацан  обживал ,
Валя  Осипов   без   бороды .

Анжелика  Фисенко   знаток ,
Жития   молодого   Толстого .
Но  Тамбовский  копченый  шматок ,
Отдает   керосином   немного .

То  уральцев  накормит  Труба ,
То  Сибири  предложит  харчи .
А в Тамбове козловских  татьба ,
Всю  казну   растащили  рвачи .

                     ***
Труба  у  солнечного  горна ,
На  Севастопольском  плацу .
Судьба  правителю  покорна
И  френч  Никитину  к  лицу .

Играют  выспренные  блики  ,
Велик  билборда  адмирал !
Творцов  Тамбовской  базилики ,
Никитин   сроду  презирал .

Писали   Фильки  о  восстанье ,
Крестьян  обобранных  войной .
И  положили  на  закланье ,
Социализм  с  его  виной .

Корнилов , Матушкин, Истомин ,
Труба , Никитин  и  Аршан .
И  император  Алекс  Комнин ,
Не  из  сермяжных  Криушан .

Бинарны  царственных  порывы ,
В  единстве силы  торжество .
Тамбовщины  разъял   нарывы  ,
Бычок   мамоны   божество .

На  рейде  власти ледоколы ,
На  море  событийный   лед .
Студеные   ломают   молы ,
Кто  устремляется  вперед .

Но  Дом  Мичуринской  печати ,
Банкротом  стал  на  рубеже .
И   без  духовной  исполати ,
Патриотизм  весь  в  неглиже .

Закат  коронный  Черноморский ,
Позолотил    овалы     лиц   ...
Увеселял   Труба  Касторский ,
Иллюзии   аморфный    блиц .

                   ***               
Пугает  Шелищ   высотой ,
Взлетевших   цен  на рынке .
А  у  Трубы  бюст золотой ,
В  Мичуринске  в  малинке .
          
Аллея  с  бюстами  видна ,
Из  космоса  и   рядом .
Такая   графская   одна ,
С  писателей   отрядом .

Дорожкину  слепили  вмиг ,
Аршанского  чуть  дольше .
И  у  Трубы  базарных  лиг ,
Прикид  магната  в  Польше .

Великие  злочинных  дней ,
Судили  все   поэта ...
В Ильинском  извергов  грешней ,
Здесь   лучезары   света .

Морковка  стоит  миллион ,
Так  Шелищ   озадачил .
Аллеи   злыдней   пантеон ,
Труба  всем   предназначил .

Никитин  деньги  выделяй ,
На  Александръ  к   распылу ...
Трубу  пройдоху   умиляй ,
Набрал  Колосса    силу .

                 ***
Астрахань  не  Тамбов ,
В  дельте  плантации  лилий .
И  Щербаков  Златослов ,
Искренний  без  идиллий .

Строфами  жизнь  окрылит ,
Смыслом  усилит  значенье .
Мед  Щербаков  не  сулит ,
Где  от  любви  отреченье .

Мещеряков  у  кормил ,
Весь  ощетинился  снова .
Злобно  творца  осудил ,
В попранном храме Тамбова .

Латы  конкиста  свинцом
И  чернобуркой    обшиты .
Радостно слыть  подлецом ,
Если   таланты  забыты  .

В  лунную  ночь  мудрецов ,
Вновь в помещении пряслом ,
Магом   спустился   Дворцов ,
С  яркой   картины   маслом .

Белой  блеснул  бородой ,
Вмасть  шевельнул   усами .
И  разминулся  с  бедой ,
Тьму  нагнетавшей  часами .

-- Прежде  писал  я  святых ,
В  храмах  небесного Бога .
Ныне  позеров   пустых ,
Зрю  в  СПР   у  порога .

Если  владельцев   личин ,
Я  нарисую  как  вижу ,
Графикой  жутких  причин ,
Секретарей  всех   обижу .

Духом  лукавым   взопрел ,
Из - за  суетных  метаний .
Прежде   мечтами   горел ,
В творческом круге исканий .

Лесть  Ивановых  капкан ,
Доля   сладка  кренделями .
Свиты   танцую   канкан ,
С полным желудком  салями --

                   ***
Алешин вновь разочарован ,
Словам  не верит Щеряка .
Он подлецами   замурован ,
В пещере  нетя  Козляка .

И в зеркалах событий всюду ,
Где  вдохновенно пребывал ,
Себя приметил  как  Иуду -
Всех  невиновных  предавал .

Казалось  горизонты  ведал ,
Глубины  быта  и  времен .
Алешина  предатель  предал ,
Который   нечистью  клеймен .

Расплата  грянула нежданно ,
Весь  замурован  за  добро .
Зеркальный отблеск неустанно ,
Вовсю  вонзается  в  ребро .

Амбиции  в  душе  искрятся
И  полыхает  чуткий  взор .
Но  интриганы  скопом  злятся ,
Сплетая  подлостей   узор .

Неверие страшней  сражений ,
С  противником  на  рубеже .
Щеряк  подонок  искажений
И  падший  атеист   уже .

Судилищем  на  месте  храма
И  обвинением   творца ,
Альбертович  дурнее  хама
И  живодера   подлеца  .

Звериные  инстинкты  доли ,
Людей  смутили  не  благих.
В Христа Спасительной юдоли ,
Богов восславили  других .

Ты  променял поэта чести ,
На  безобразных во  плоти .
За  жажду преклоненной лести ,
Судьбой  Алешин  заплати .
 
                    ***
На Полозова дождик  брызни ,
В саду Алешина нет  жизни .
Придумки  небыли  проформы ,
Иллюзии  теряют   формы .
Обычный  бытовой   пиар ,
Алешина  бесплодный   дар .
Банальны  стансов  перепевы ,
С  участием  дородной  девы .
­­­В  саду  Олега  запах  псарен ,
Алешин  в  творчестве  бездарен .
Он  пыжится  казаться  докой ,
В  салоне  с  лунной поволокой .
Виталий  Полозов  строчит ,
Как   невозвратное   кричит .
Внимают  бюсты  на  шестах ,
В   театре  на  пустых местах .
Пустое   действо   графомана ,
Алешина  спектакль   обмана .
Но   Полозов   рисует   чушь ,
Как  магнетична  тленом  глушь .
Похож   Виталий  на  пирата ,
На  беспринципности   кастрата .
Виталий  в  прошлом   либерал ,
Дерьмом    судьбину   измарал .
Он  травести  в  словесной лаже
И  коммунист  с  наградой   даже .
На  Полозова  дождик   брызни ,
В  саду  Алешина  нет  жизни .

                       ***
Слепит  Остриков бюсты  катам ,
Осудившим  поэта  времен .
И  расставит по смутным  закатам ,
Отцветающих  гнусных  имен .

Вот Щеряк  приоткрывший  губы ,
Волком  выглядит  во  плоти .
Кочуков с Чистяковой  грубы ,
К  храму бесятся  по пути .

Вот Алешин целует  поэта
И  Алешин  творца  предает .
И продажным двойного цвета ,
Раздвоением  бес воздает .

Селиверстов  хитрит безобразно ,
Осуждая  безбожно   творца .
А в суде  он благообразно ,
Адвокатом  корит  подлеца  .

Слепит Остриков бесов падших,
Много , много  как  наяву .
В Трегуляе  у  сосен  увядших ,
У отпетых  поставит в  траву .

     Иное   представленье

У  них  свое  мировозренье ,
Лукавых  , подлых  величин .
У   них  иное   представленье ,
Об  отражении   личин .

Они  из  племени  продажных ,
Приспособленцы  аля  рус .
И  ценит  свору  эпатажных ,
Стяжающий  награды   трус .

Процентщице служила с детства ,
Теперь  у  солдафона  ног ,
Виляет  шавкой  без кокетства
И  восклицает -- Юрий бог ! --

Они  фальшивые   до  воли ,
До  всех  молекул  существа .
Они  играют  добрых  роли
И  пишут  о  звезде  родства .

Вершат  в  поветрии  мажорном ,
Грехи   в   родимой   стороне .
И  в  шабаше  своем   позорном  ,
Они  страшнее  всех   в  стране .

                      ***
Наши предки  рубеж защищали
И Тамбовщину Бог  сохранил .
Кочуков же Сегрей за  медали ,
Над  распятьем творца осудил .

Ради  не осененной  подачки ,
Кочуков  вновь охаил  творца .
Стал пред  идолом  на  карачки
Где  музейный  закут  подлеца .

Угодил  бездуховным  личинам ,
Послужил   безобразным  зело .
По отвратным порочным причинам,
Преумножил  безбожное  зло .

Он  постится  и  возглашает :
-- Я  неистово  верю  в  Христа --
Но поступки  потом совершает ,
Буд - то нету  у  ката креста .

Депутаты от бесов в Тамбове ,
Не  от  Бога  лукавая  власть .
Кочуков  же неискренний  в слове ,
Не страшиться  Иудой  пропасть.

                 ***
Торт  не  пришелся  впрок ,
Бесы  вошли  с  кусками .
Смутный  взъярился   рок ,
С  лихостью  над  висками .

Белые  крылья  кулис ,
Зыбкий  мираж   матани  .
Зноем   елдак   завис ,
В  яре  Курбатской  Тани .

С  кепкой  Щеряк  либерал ,
Шлялся  аля  Жириновским .
В   выборе  Гонченко  врал ,
Вмасть  угождая   козловским .

Жид  облеченный  в  почет ,
Татям  поместным   товарищ .
Дьявол  их  в  ад  увлечет ,
В  пекло  безбожных пожарищ .

Снова  слащавым   лицом  ,
Млеет   Иуада  Алешин .
Рядом   Канчук   подлецом ,
Видится  как  Барбошин .

Гришин  и  Марков  вдвоем ,
Вдруг   возлюбили  Олега .
Шельма  Знобищева  днем ,
Стала  мечтой   печенега .

Новиков  днесь  атаман ,
С Липецкой кодлой  кренов .
Всласть  расхвалил  шалман ,
Грешных , порочных  членов .

Хочется  злыдням  шалить  ,
После   судилища  в  храме .
Кобзарь  Неверу  молить ,
Бестией  зиждется  в  драме .

Торт  под  Плешивой  Горой ,
Кровью   напитан   речистых .
Сонм   увлекаясь   игрой ,
Станет   добычей  нечистых .

                    ***
Культура в Тамбове лучшая ,
Никитин  задорно   глаголит ...
Но  Ивлиева  фурия   худшая ,
Творца  осужденьем  неволит .

С Дорожкиной  вздорная  дама ,
Поэта   кифару  расстроили .
На  месте  Святого  храма ,
Судилище  падших  устроили .

Озвучили    метод  потешники ,
Личины   пугать  придумками .
И  кривду   вещая     грешники ,
Дрожали  вовсю  с  недоумками .

Щеряк  за  дурного Пилата
И  злобный   хорал  писателей .
Наседкин  с  манерой  кастрата
И  Марков  хвалили  предателей.

Тропинку  кружок  золотили ,
По  царски  у  лютого  трона .
Культуру   души  запустили
И  ширится   пустошь  урона .

Не  верит   народ   жестоким ,
Обманщикам  с  горе - стихами .
Я  нежность  дарю  светлооким ,
Способным  не  жить  грехами .

Чиновники  множат   славицы ,
Возносят  в  докладах  бездарных .
Тамбовщину   любят  красавицы  , 
В  шедеврах  моих  светозарных .

Надежда  на  них  укрепляется ,
Божественных   граций    усердия  .
Культура  не  зря   озаряется ,
В  житейском  кругу  милосердия .

                     ***
В  Тамбовском  Союзе писателей ,
Засилие   злобных   личин .
То  зуд  оголтелых предателей ,
То  судная  кривда  причин .

Нет  совести  у  недалеких ,
Объятых   гордыни  огнем .
В грядущих просторах  широких ,
Бесславие   ходит   конем .

Предложено в шкурное ряженым ,
Наград  бакалейный   черед .
На заднее место  посаженным ,
Желается  лезть   наперед .

Щеряк солдафон за правителя ,
У падших  в высокой  цене .
Во храме Мессии  Спасителя ,
Устроил   судилище  мне .

Своих протащил  графоманов ,
В  игольное  ушко  СП .
И  хвалит  исчадий  изъянов ,
За  горькую  снедь  канапе .

Тоскливо от гиблого  дела ,
Провала  в  Союзе  словес .
Душа  о   прекрасном  радела ,
Но  кануло   время  чудес .

Таланты  изгои в  Тамбове ,
Пройдохи  за  цацки  горой .
История  блефа  не  в  нове ,
Обманщик  и  ныне   герой .

                     ***
В  июльских  струях водопада ,
Не  смыл   поветрие   грехов .
-Ты  Марков  бестия   распада
И  Гуру   рыбьих   потрохов .

Прислужник  власти  настоящей
И  прошлой  ревностный  слуга .
Ты  Марков  худшее сулящий -
Твердит  Дорожкина  карга .

- Воняешь   ложью  беспредельно ,
Как  щучий  потрох  на  жаре .
И  обвиняешь в храме сдельно ,
Со   мной   поэта  на  заре .

Смешна    услуга  обормота ,
Почетной  в  мире  воровском ?
Твоя  безбожника   забота ,
Не  волноваться  ни  о ком -

Не  смыли  струи  водопада ,
Приметы  шельм   как   ожидал  .
С  гурьбой  порочного   распада ,
Под  Лысой  Горкой  восседал .

В  тени   сидение  позорно ,
Когда  округа   на  свету  .
И  вместе с  падшими  покорно ,
Хулить   святую   доброту .

Отринул  Марков бытованье ,
Духовное  за  сладкий торт .
На  ад  продажных  упованье
И  возгорел   Алешин  черт .

                ***
Читай  Макаров  приговор ,
Тамбовскому   поэту  .
Он не пошел наперекор ,
Господнему  Завету .

Пошли  лукавые гурьбой ,
Дорожкиной   шестерки .
И  дым тянулся голубой  ,
Из  дьявольской  коптерки .

Глупцы   перечили  творцу ,
Грубили  то  и   дело .
Подонкам  смутное  к  лицу
И  вмасть  темнеет   тело .

Предатели  партийных  уз ,
Идей  и   клятв  Союзу  .
Любимцу  поднебесных  муз ,
Всучили  зла  обузу .

Я  не  приемлю  клевету
И  осужденье   в   храме .
Мое   служение   Христу ,
Без  извращенья  в  драме .

Гонители  лукавы  все ,
Бездушные  к  гонимым .
Взывают  лучики  в  росе ,
К  стихам  моим  любимым .

                    ***
Покайся   беглянка  Татьяна ,
За то , что не любишь Фатьяна .
За  то , что  в  Союз  приняла ,
Людей   абсолютного   зла .
Алешин , Труба , Мещеряк ,
Кумиры   мегер  раскоряк .
Собратья  по  духу нечистым ,
Позерам   подонкам  речистым .
Предателям  злобные  твари ,
Приносят   куски    киновари .
Не  ради  стигмат  Христа ,
Чтоб  лживые  красить  уста .
Осины   мурой   украшают
И  светочам  Слова  мешают .
От  Бога  творцов  осуждают
И   бесам  вражды  угождают .
Поганые    взгляды   продажных ,
С  бельмом  прегрешений  сутяжных .
Личинами   нравятся   люду
И   лгут   безобразно повсюду .
Покайся    Татьяна   Сонеже  ,
За  Тамбовчан  в  Воронеже .
 
                 ***
Интриг  смотрю  картину
И  вижу  зла   огни .
Бес  крутит  Валентину
Дорожкину  все  дни .

Вздымает Валя  Ивлиева ,
Хоругвь  лукавых  морд .
И  Александра  Кривлиева ,
В мужском прикиде лорд .

Подруги бездной  званные ,
Нечистые   до  грез .
Вновь  кривдой  обуянные ,
Творят  стезю  угроз .

В  фаворе злых Знобищева
И  бесолюбы  с  ней .
На   выводы  Канищева ,
Плюют  врагов  дурней .

Канищев  села  выудил ,
Со  дна  лихих  времен .
И яркой сутью  вынудил ,
Признать  черед  имен .

Валерий  за  Валерия ,
Больших  Словес  творца .
Чихвостит  баб   неверия ,
Как  Щеря  подлеца . 

                        ***
- Штандартенфюрер Голубь Игорь ? -
- Яволь  герр  гроссен  Иванов! -
- Ты носом  незаметно шмыгай ,
Когда  гуляешь  без  штанов .

Унд  Spindel  выпускай  пореже ,
Печатай   фрау  из  низов .
И  устремления  все те же ,
Zum Nagel Kiew унд  Азов -

И Гитлерюгенд  был на марше ,
Шли  к  Кенигсбергу  пацаны .
И Голубь  становился старше ,
Надев  с  лампасами  штаны .

В  руках  неотразимый  Spindel
И  всех  картинок   Фатерлянд .
К Zentrale Straсe доктор Мендель ,
Шел  из  предместия  Курлянд .

Сон  продолжался  у причала ,
Спал  Игорь  лавочку  обняв .
Но   чайка  рядом   закричала ,
Баварской   warnitzе  не  вняв .

            ***
Жить  в Слове  нелегко ,
Любому   днесь  поэту .
Все  звезды   далеко
И морок жмет планету .

Война  вблизи  Руси ,
Границы   втуне   сечи .
Донбасс Господь спаси ,
От  адовой   картечи .

В  коммерции  не цель ,
Причины  быть  продажным .
Всех  рынков  канитель ,
С  прикидом   эпатажным .

А Слово  не  пустях ,
В Записках и Подъеме .
Духовных дел костях ,
В  народе  на  изломе .

Но Лютый  за  крутых
И  Шорохов  за  оных .
Возносят  лишь  блатных
И  славят  пустозвонных .

Крестьянский  я  поэт ,
Рабочий  и   учитель .
Унизил  мой  расцвет ,
Мещеряков  мучитель .

Для  катов  я  Клычков ,
Или  Васильев  Павел .
Мне  суд   Мещеряков  ,
В  библиотеке  справил .

Никто   не  защитил ,
Творца  на крестной  плахе .
Никто   не  запретил ,
Злым  бесноваться в страхе .

Ни  Шорохов  в  статье ,
Ни  Лютый  без Завета ,
Коль  в  СПР   рантье ,
Не  защитят   поэта .

Как  в  прошлые  века  ,
Гнобят  и гонят  снова ,
Судьбой  всей   казака  ,
За верность делу Слова  .

             ***
Не падай Толя Остроухов ,
На  Брянщине  смурной .
Ошеломленный  Пьер  Безухов ,
Не  падал  с  пеленой .

Москва захвачена  врагами ,
Французу  отдана .
И Пьера с дымными рогами ,
Измучил  сатана .

Москву ограбили французы ,
Все  скарбы   увезли .
Восстановленья принял  узы ,
Пьер  Родины  земли .

Теперь в Союзе  заваруха ,
Похлеще   прошлых  бед .
Реформы  гольная проруха ,
Всех  привела  в  комбед  .

Два  комиссара  Ивановых ,
Максим  взвели   к  стрельбе .
Среди  позеров  не  пановых ,
Творцу   не   по  себе .

- Эх , яблочный джем с цукатами ,
Анатолий  Труба  с  вороватыми .
Пан  Яблочный  не  вяжет   веники ,
СПР  полонят   мамоны  пленники -

Не падай духом  у вокзала ,
Не  смей  хмельным кружить .
Не падай - матушка сказала ,
Чтоб  после  не   тужить .

Будь начеку отдохновенья ,
Поможет  чуткий   слух .
Сорочкин  проводник забвенья ,
Лишь  в  злобе остроух .

И  комиссары   наважденья ,
Пройдут  дорогой  тьмы .
Поэта  яркие   творенья ,
Пусть  упадут  в  умы .

          ***
Владимир  Яруга
Из Нижних Яруг .
Без хищных недуга ,
Тамбовщины  друг .

Владимир  рассудит ,
Художника   слов .
Овраги  принудит ,
Сравнять  Правдаслов .

Но  если  овраги ,
С  отстоем   яруг ,
Побойтесь   бедняги ,
Худобы    округ .

Яруга  с  наскока ,
Не  время  убьет ,
Он  скажет - Осока ,
Отстои   не  пьет -

Твори  не  педантом ,
Как  муза  ждала .
Яруга  с  талантом ,
Не помнящий  зла .

         ***
Для талантов  кинжал
Или пуля  врага .
Полубота вновь  ждал  ,
Когда стихнет куга .

Но Мартынов  прошел
И  Дантес  пробежал ,
Когда  месяц  взошел
И  туман  задрожал .

Проскакал  по стерне ,
Анатолий   Труба ...
На  шайтана   коне ,
Как  Алиша   Баба .

Сон похожий на  явь ,
Не  приблизил  дуэль .
Пулубота  не  ставь ,
Многоликую   цель .

На вершину не влезть ,
Изваяньям    стрелков .
Полубота  за  честь  ,
У  распутий    веков .

         ***
За кадром остались ,
Слова  Кутуковой :
-Все грезы сверстались ,
С  иллюзий  подковой .

Знобищева ненко ,
Везде  на  слуху .
Помог  Козубенко ,
В червонном  пуху .

Помог  Дорошенко ,
Книжонку  издав .
Помог Боброшенко ,
Чухонке  воздав .

Читатель  один ,
У  Маруси  в  дому .
Чертей  господин ,
В  вековечном  дыму -

                        ***
Угождает Нестругин Щелокову ,
Прославляет  хозяина  паж .
И внедряет  Ивана  волоком ,
В  Грибоедовский  экипаж .

Недоволен  Иранский  мученик ,
Горделивым   Подъема   царем .
Грибоедов  стреляет  лучник ,
В  непрозревшего  с  поводырем .

Переяслов  молотит плевелы ,
Иванова   связав   берега .
Нехватает  багряного  клевера ,
Украшать   разнотравья   стога .

Председатель  Союза  двоится ,
В  СПР  не  похож  на  себя .
Переяслов  прославить стремиться ,
Тренд   раздвоенный   возлюбя  .

Золотая придворная критика ,
Вся  фальшивая  наяву .
Надо  Шорохова  аналитика ,
Попросить  обозначить  канву .

              ***
Святых  побед  не  сосчитать
И  грешных  не  убавить .
Стал  Иванов себя  читать ,
Чтоб  чувства   позабавить .

Четыре  ордена  герой ,
На  берегах  не  кинул .
Осенней  стылою  порой ,
Былое   не   изринул  .

Не  ради   вакханалий  суть
И  не  в  шелках   дорога .
Когда в зиндане не заснуть ,
Светло   поверишь  в  Бога .

- Мы  непременно  отстоим ,
Назло   врагам   устои .
Союз  писателей  кроим ,
Чтоб  сгинули   изгои -

Двоится  Иванов  судьбой ,
Как  ичкерийский   пленник :
То посмеется  над  собой ,
То  хныкает    письменник .

Не  хочет  росчерком пера ,
Спасти   гонимых  Коля .
Судили   гениев   вчера ,
Печальна   их   недоля .

Не   собирается   понять ,
Униженных  за  Слово  .
И  отрицанье   не  унять ,
К  отверженным  сурово .

Вновь председатель  Иванов ,
Держи  ответ  за  дело .
И  крепи  творческих  основ ,
Не  рушь сам  ошалело .

Верни  на  место  бытия ,
Писателей  не   в  списках .
И   канет   мщения   шлея ,
Не  в  озаренных   рисках .

Духовной  жизни   ипостась ,
Трудней  кровавой   битвы .
Сумей  душой   не  обозлясь ,
Пройти  по  кромке   бритвы . 

                    ***
Новичихин  Евгений - Вечеще !
Вдарил  в  колокол похвалы -
Иванов Николай - Человечище!
Накрывайте   медами  столы !-

Украшают столы прихлебатели ,
Медовухой подвалов  плохих .
Украшают  Иуды - предатели
И  Молчалины  весей  лихих .

Император СП  говорливый ,
О  зиндане толкует  зело .
Иванов  реформатор сваливый ,
Оправдал  лицемерия  зло .

Славословит вовсю  Иванова ,
На карачках  стоящий  Союз .
Новичихина  внешность  панова ,
Без  крылатого образа  муз .

                    ***
Музей  Денисова в Тамбове ,
Не  отличался  красотой .
Все  экспонаты  наготове
И  тренд объятый  суетой .

Собрал  России  раритеты ,
Никифоров  ценя  любой  .
Купил  Денисов  эполеты ,
Удавку  с  крашеной  трубой .

Купил  Денисов  канделябры
И  строки гения  в   крови .
Удачу  ухватил  за  жабры ,
В  дни  переменчивой  любви .

Володя  Середа  глаголил
И встречи  увлеченно  вел .
Фантазии  себе  позволил ,
Часы  Романовых завел .

Все приглашенные поэты ,
Читали   яркие  стихи .
И музыкальные  секреты
Играли  барды от сохи .

Идут часы  не уставая ,
Музей  закрыли  на  ключи .
Лежит  дорога  верстовая
И  графики  летят  грачи .

                  ***
Дежавю  войны  ужасна ,
Кровь не лучшая  купель .
И  дорога  зла  напрасна ,
Как не истинная  цель .
Где Щеряк  прошел  изгибы
И  стрелял  не  в  стариков ,
В  каждого   палят  Талибы ,
Кто  с   мошною   косяков .
Улетели Янки  с  кушем  ,
Станут    повести  писать .
И  гроза  над Гиндукушем ,
Будет  вечно  нависать .
И в Тамбове зло лелея ,
Извратился  весь  Щеряк .
Внял  личине  Бармалея ,
Как отъявленный  маньяк .
Лицемер  судил  поэта ,
Ради  тщетности  лжецов .
Истину   попрал   Завета ,
Славя   бесов    подлецов .
Ордена  есть  боевые ,
Честь и советь потерял .
Продался  за  чаевые ,
Кому  грешное  вверял .

                                        ***
Почернели даже росы , Гробят Русь Единоросы ,
Адские  при  них  леса , Кукиш  им - не голоса !
И морковь дороже  злата , Фигу  им не из булата .
Будет в Думах Родина , Как в  меду  смородина .
Коммунисты  будут там , Воровским  капец  кротам .
Пусть  Миронов и Захар , Говорят  каков  архах .
Говорят  каков  бюджет , Без  чиновников  манжет .
Ни к чему  нам Робин Гуд , Оплати  имущий   труд !
Ни к чему гайдук Котовский , Нужен меценат  Родновский .
Думам  будущим  вопрос - Почему  нищает Росс ?
Свалят  в  тень Единоросы , Посветлеют всюду  росы .

                        ***
За кражу в Издательском Доме ,
Аршанский  герой  областной .
За трату  казны на изломе ,
Труба  секретарь   волостной .

За  лесбиянство и перебежки ,
Из партии  в партию  в нале ,
Кульбиты чинов и  поддержки ,
С  наградами  всякими   Вале .

Сосала  Васька   ненасытная ,
Писала   стихи  проходные .
Теперь с Боратынским блакитная ,
Луканкина  втуне с  родными .

Душманов  мочил  не  жалея ,
Щеряк  обезумел  в  увядших  .
Как  буд - то  СП   бакалея ,
С  притоном  судилища падших .

Наседкин  и  Марков  вместе ,
Во  храме  небесного  Бога ,
Сосиски  в  поганом   тесте ,
С  палающим  лаем   Хот Дога .

И Гришин похож на Алешина ,
Во злобе  творца  осуждения .
Личина  Мишани  взъерошена
И грешнику нет снисхождения .

                ***               
Пугает  Шелищ   высотой ,
Взлетевших   цен  на рынке .
А  у  Трубы  бюст золотой ,
В  Мичуринске  в  малинке .

Аллея  с  бюстами  видна ,
Из  космоса  и   рядом .
Такая   графская   одна ,
С  писателей   отрядом .

Дорожкину  слепили  вмиг ,
Аршанского  чуть  дольше .
И  у  Трубы  базарных  лиг ,
Прикид  магната  в  Польше .

Великие  злочинных  дней ,
Судили  все   поэта ...
В Ильинском  извергов  грешней ,
Здесь   лучезары   света .

Морковка  стоит  миллион ,
Так  Шелищ   озадачил .
Аллеи   злыдней   пантеон ,
Труба  всем   предназначил .

Никитин  деньги  выделяй ,
На  Александръ  к   распылу ...
Трубу  пройдоху   умиляй ,
Набрал  Колосса    силу .

               ***
В  авоське нет смородины
И  бытность не  кульбит .
Опять  Труба  у  Родины ,
Мобильник  теребит ...

- Привет друг Анатолий !
В сердцах  поговорим .
И в  глубине  историй ,
Блистает Третий  Рим .

Напротив  храма водится ,
Базарных дней  мура .
Тамбов весь Богородица ,
Спасала  не   вчера .

Взгляни на  кубаторию
И  Пушкинки  квадрат .
Ввязался ты в  историю ,
Безбожников  собрат .

Ты  осудил  поэта ,
За  мудрости   добро .
Попрал  посыл  Завета
И  маешь  серебро .

Молились члены падшие ,
Почетной  дщери   зла .
Без  истины  увядшие ,
У  фетиша  козла .

Труба  сыграешь партию ,
С  Никитиным  в  строю .
Лукавых впишешь в хартию ,
У  бездны  на  краю -

Колонны  белой  Родины ,
Светились  ярко  вновь  .
В авоске без  смородины ,
Как  бриллиант   морковь .

                       ***
Нет   Кутуковой  Надежды  милей ,
Под  листопадом  Тамбовских  аллей .
Грянет   осенней  поры  листопад ,
Надя  возьмет  интервью  невпопад .
У  обреченных  под  Лысой  Горой ,
Торт  поедать  начиненный   мурой  .
Самое   страшное   не   интервью ,
Суд  безобразных  в  родимом краю .
В центре Тамбова  Знобищева зверь ,
В  храме грехами запачкала  дверь .
Понтий   Щеряк  озверев  клеветал ,
Злой  интриганки    дары   обретал .
Место Марии  за  классика  счет ,
Мой   палачами   сворован  почет .
Бойся Знобищева , бойся  бой ,
Проклята ты с лицемером Трубой .
Щельмы  Марии  лукавят  уста ,
Ложью  поправшей заветы Христа .
Путь фаворитке мостили  дельцы :
Изверги  ,  фурии  и  подлецы .
Пусть Кутукова  берет  интевью ,
Ты  не  отбелишь  судьбину  свою .
В храме поэта  судила  к  стыду  ,
Ныне   пылаешь в  Ильинском  аду .

 



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Авторская песня
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 17
Опубликовано: 13.07.2021 в 22:10
Свидетельство о публикации: №1210713426018
© Copyright: Валерий Хворов
Просмотреть профиль автора


Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1