Медведь


­Лицензии на сохатых пришли уже давно, но, попав в полосу невезения, мы никак не могли добыть хотя бы одного. Неоднократные выезды заканчивались неудачей, и когда мы уже стали к этому понемногу привыкать, нам, наконец, повезло.

На этот раз выехали втроем: Толик Поветкин, я и Володя Тимофеев. Был солнечный день, только над морем, гонимый слабым южняком, плыл плотный туман. До Моховища доехали без приключений и, бросив машину, направились вглубь болота к своим лабазам. Следы и поеды трехлистки говорили о том, что сохатые на этом болоте частые гости. Только я взобрался на свою листвянку, как сразу увидел козла. Кое - как устроившись, стал наблюдать за ним. Ярко рыжая шкурка косули чётко выделялась на фоне зеленого кустарника. В бинокль хорошо были видны довольно большие, покрытые наростами ветвистые рожки. Козел постоянно тряс головой, стучал ножками, отбиваясь от мошки. Увлекшись,я не заметил, как усилился ветер, и когда оторвал взгляд от косули, осматривая Моховище, понял, что и на этот раз нам не убить сохатого. Усилившийся ветер выносил туман с моря на берег и по широкой долине Шомы, со стороны моря надвигалось его плотное одеяло. Туман стелился по земле слоем не более пять - десять метров, но был таким плотным, что увидеть что-либо в нем было невозможно. Солнце уже закатывалось за далекие сопки и вместе с туманом надвигались сумерки. Сидеть на плохо оборудованном лабазе всю ночь в неудобной позе, в легкой одежде, без всякой пользы – занятие мало привлекательное. Да еще когда ты слышишь, как внизу, шлепая по воде, бродят сохатые, как хрумкает поедаемая ими трава. А иногда даже раскачивается дерево, на котором ты затаился, оттого что какой-нибудь бык решилраздавить облепившую его мошку, почесываясь об него. Но увидеть, тем более прицелиться, в этом белом молоке невозможно. А утром, перед тем, как туман осядет, покрыв серебряной росой все болото, сохатые его покинут. А ты, продрожав всю ночь от холода и напряжения, пытаешься разогнуть занемевшее от неудобной позы тело, матерясь, убеждаешь себя, что это было в последний раз. Радужная перспектива такой ночи совсем не радовала, и, быстро собрав рюкзак, спускаю его на веревке вместе с карабином, затем спускаюсь сам. До прихода тумана и наступления темноты необходимо найти тропу, ведущую к дороге, иначе придется идти по компасу, продираясь через бурелом, кочкарник и прочие таежные преграды, в ночное время удваивающие расстояние.

Мошка облепила лицо и руки пока собирал веревку. Подхватив рюкзак и карабин, быстро, не таясь, направляюсь к темной стене ольховника, возвышающегося на краю болота. Но вдруг слышу знакомое фырканье и шлепанье ног убегающего сохатого. Присев, на фоне неба вижу силуэт убегающего зверя, вскидываю свой СКС, и трассеры указывают на правильность взятого прицела. Силуэт пропадает, то ли упав, то ли скрывшись в ольховнике. Но нет.Слышу характерное шлепанье на одном месте. Есть! Радость наполняет меня, но, боясь вспугнуть удачу, бегу молча. Луч фонаря выхватывает тушу лося, лежащего в кочкарнике. Я радостно ору во всю глотку: «Готов!!!»

Оглядываясь назад, вижу мелькание фонарей на лабазах. Мужики собирают манатки.

Туман был уже рядом. Перерезаю горло еще бьющемуся зверю. Тропу! Надо же найти тропу, но как потом найти тушу? Поразмыслив и ничего не придумав решаю: «Черт с ней, с тропой!» Пытаюсь перевернуть тушу, чтоб выпотрошить ее, но безуспешно. Сохатый упал неудачно, заклинившись между кочек, и сколько я ни пытался перевернуть его на спину, мне это не удавалось. Туман к этому времени накрыл все. В трех метрах ничего не было видно. Я слышал, как, перекликаясь, сошлись мужики и вот они уже кричат мне. Я откликался, давая им направление. И когда мошка плотно облепила меня и тушу сохатого, а та, которой не хватило места, зависла, словно колпаком сверху, в тумане появились, наконец, светлые пятна фонарей. Запыхавшиеся мужики дружно закашлялись, войдя в плотное облако мошки. Втроем мы перевернули тушу, матерясь и отмахиваясь от гнуса, быстро освежевали сохатого. Обдирать и разделывать его будем завтра утром, а сейчас надо уносить ноги, пока мокрец не сожрал нас совсем. Все тело горело, одежда не спасала. Мокрец умудрялся залезть сквозь портянки в сапоги, не то, что под рубашку. До ключа дошли довольно быстро, наспех ополоснувшись, двинулись к дороге, постоянно сверяясь с компасом, а когда, к ней вышли, была уже глубокая ночь. Дорога проходила по склону хребта, возвышаясь над долиной, и туман остался внизу. На темном небе светились яркие звезды. Мошка, хоть и в меньшем количестве, и тут давала знать о себе.Ночевать без накомарников в тайге – это мука. И мы поехали к морю. Там, выехав на прибойную полосу, расположились на ночлег в кузове грузовика. Спать под мерный шум наката оставалось не более трех часов. До полного подъема солнца надо быть уже у туши, иначе зеленая муха сведет на нет все наши труды.

Не буду рассказывать, как на следующий день, раскармливая мошку, мы разделывали тушу, а потом, обливаясь потом, выносили мясо к машине. Это привычная работа охотника-зверовщика, и сущий ад для обычного человека.

По дороге домой единодушно решаем: чтобы удача от нас не отвернулась, просто необходимо хорошенько выпить за ее здоровье. Оставив напарников в Великой Кеме, я уехал в Малую. Побывав дома, сдал мясо в Рыбкооп, и, закупив достаточное количество «Агдама», чтобы хватило, к вечеру былна Великой. Все было уже готово, правда, Володя тоже был почти «готов», так как успел выпить за удачу до того, как приступил к обработке великого деликатеса - сохатинной губы. И поэтому, выложенные на блюде аппетитные куски губы, при ближайшем рассмотрении, выглядели не так привлекательно. Но после нескольких бутылок «Агдама» деликатес немного видоизменился в лучшую сторону. А когда отключили свет и пришлось зажечь керосиновую лампу, содержимое блюда просто таяло на глазах. За здоровье Госпожи Удачи выпили в первую очередь и неоднократно. Вечер удался на славу. Губа была вкусной, и Агдама хватило. Спать улеглись уже далеко за полночь с намерением завтра с утра ехать на охоту в Шому. Сколько мы спали, не знаю, но когда в 4 часа зазвенел будильник, мне показалось, что я только слегка успел прикоснуться к подушке. Пересиливая себя, поднимаюсь, расталкиваю Володю - бесполезно, он даже не мычит и отличается от трупа только лишь тем, что не закостенел. Бужу Толика. Он сначала мычит, потом, что - то бурча, все - таки встает. На улице темнота, хоть глаз выколи. С трудом находим свою машину. Двигатель завелся на удивление с полтыка. Ехали долго. Я крутил баранку, а Толик дремал, матерясь, когда на очередной ухабине ударялся головой о дверку кабины.

На место приехали еще затемно и оставшееся до рассвета время дремали в кабине. Просыпаюсь от песни какой-то птицы. Открываю глаза, солнце уже на четверть поднялось над морем. На ветке небольшого дубка, рядом с кабиной, сидит какая - то пичуга, надрываясь, распевает свою песню. Открываю дверку, птица, кажется с облегчением, замолкает. «Наверное, нас будила», мелькает мысль. Лезу в кузов и, вместо того, чтобы снять рюкзак, достаю из него маскхалат, и спрыгиваю на землю, и тут же, держась за голову, приседаю. Кажется мозги, отделившись от черепной коробки, свободно бултыхаются в ней. Толик тоже проснулся. Надевая маскхалат, слышу его недовольное бурчание. «Чем ты недоволен?», подначиваю его.Его ответ сваливает меня с ног: «Да карабин дома забыл». Хохочу, держась за голову, от смеха мозги вновь начали бултыхаться в голове, и тут радостное восклицание спасает содержимое моей головы от полного расплескивания. «Нашел все-таки?».

Да, Толик действительно обнаружил, но не карабин, а бутылку «Агдама», каким - то образом завалившуюся за сиденье. Из кабины он выскакивает радостный, со стаканом в одной руке и бутылкой в другой. Налив полстакана он, как истинный друг, предложил выпить мне первому. Я отказался.

«Ну, тогда за тебя!», и с этими словами опустошает стакан, и тут же наливает снова,- «Ну, а это за себя!»

Настроение Толика быстро меняется. Погладив бутылку, он деловито сообщает: «Я сегодня у тебя вместо собачки буду», и сделав несколько резких взмахов руками разухарившись, добавил: «Ну, я теперь и с тигром смогу побороться!» Это выглядело бы довольно забавно: Небольшого роста, щуплый, хотя и очень шустрый Толик, в обнимку с тигром.

Проверив, заряжен ли карабин, вставляю в ствол одиннадцатый патрон с самодельной, полуоболочной пулей. В то время еще не выпускали специальных охотничьих полуоболоченых патронов на СКС, и стреляли мы боевыми, что часто только ранило зверя. Поэтому приходилось всячески модернизировать боеприпасы. Я долго доводил до совершенства, но всё-таки изготовил свою самодельную пулю, которая, кстати, превосходила по всем показателям выпущенную впоследствии заводскую.

Итак, заложив этот патрон, я направился к небольшому лесочку, находящемуся невдалеке. Толик, отстав от меня метров на тридцать, шел следом.

Сохатого я увидел сразу, как только мы обогнули лесок. «Ну все, масть пошла», - подумал я. Дав знак Поветкину, чтобы он замер, начал подкрадываться к зверю.

Сохатый, опустив голову, медленно двигался к густому ольховнику. Расстояние до него было небольшое, но мне мешал сухой кустарник, находящийся между нами, и опасение, что пуля может срикошетить, заставило меня сделать полукруг, обходя его. Сохатый продолжал двигаться в том же направлении, не поднимая головы. В этом было что-то необычное, но я тогда не придал этому значение. Медлить было нельзя, лось уже заходил в лесок, а там подойти к нему будет намного сложней.

Ловлю на мушку его горб и опустив ее до уровня травы, жму курок. Характерный звук попадания долетает до меня, и в ту же секунду мощный рев, похожий на раскаты грома, сотрясает все вокруг. Огромный медведь, сделав «свечку», с ревом кинулся бежать.

Я, ошалело провожаю его взглядом, не веря в сказочное превращение сохатого в медведя, и только через какое-то время соображаю, что медведь бежит к Толику,и тут же вижу последнего бегущим без оглядки. Он будто кузнечик, то полностью выпрыгивал из высокой травы, то пропадал в ней. Медведь, не переставая реветь, быстро настигал Поветкина, его огромная туша временами заслоняла его. Опомнившись, вскидываю карабин, но на мушке тут же появляется Толик. Очумело ору: «Вправо беги, вправо!» Но Толику было не до моих советов. Он, подгоняемый ревом, набирал скорость, и звук моего голоса, вероятно, его уже не догонял.

Срываясь с места, что есть силы бегу влево, чтобы вывести с линии стрельбы Толика. Бегу, ору и стреляю, но никак не могу попасть в медведя. Очередной раз ловлю зверя на мушку, затвор, клацнув, замер в заднем положении – кончились патроны. И, то ли поняв, что Толик тут совсем не причём, то ли последняя пуля, все-таки попала в цель, медведь замолчал и, круто развернувшись, побежал на меня. Сую руку в карман и тут же вспоминаю, что патроны и нож с ремнем остались в рюкзаке. Безнадежно оглядываюсь и, о чудо! Шагах, в тридцати стоит мой грузовик. Сломя голову бегу к машине, птицей взлетаю в кузов, бросаюсь к рюкзаку, лежащему у переднего борта. Я почти уже нашел обойму, как вдруг страшный удар качнул машину. Удерживая равновесие, оборачиваюсь, через задний борт переваливался мой знакомый медведь. Его задняя лапа, с огромными, блестящими, как клинки когтями, со скрежетом зацепилась за верх борта. Раскрытую пасть, окрашенную кровавой пеной, украшали огромные желтые клыки. Маленькие злые глазки настолько выразительно блестели, что в этом блеске, как в большом зеркале, явственно виделась особа в белом с косой наперевес. Могильный холод, окатив грудь, волной скатывался вниз, и когда достиг пяток, какая-то очевидно очень мощная пружина распрямилась. Доли секунды оставшегося времени явно не хватало на то, чтобы достать патроны и зарядить карабин, его, оставалось, ровно столько, чтобы вспорхнуть и улететь подальше, и хотя я не был птицей, очевидно, сделал именно это. Как я перемахнул через кабину, как мчался по высокой, перепутанной штормами, траве и как взобрался на тонкий, одиноко растущий дубок, я не помню. Очнулся я оттого, что хотелось лезть выше, а выше уже было нельзя. Сознание, дав команду рукам прекратить лезть дальше, забыло про ноги, и они по-прежнему отталкиваясь, толкали тело вверх, ломая тоненькие веточки. Не могу сказать, повизгивал я или нет, но желание завизжать по щенячьи было огромным.

Голова вращалась почти как у совы, глаза отыскивали злыдня в высокой траве, не отыскав рядом, искали вдалеке. Но медведя нигде не было.

Наконец, ноги перестали буксовать, обломав все веточки и ободрав кору. Руки устали держать тело на весу, пришлось немного спуститься, чтобы найти ногам хоть какую-то опору. По-прежнему оглядываясь, я с удивлением увидел метрах в трехстах свой грузовик. «Ни хрена себе, когда же это я успел покрыть такое расстояние?» подумал я и тут же услышал свист. Повернув голову, вижу: на таком же дубке, только на самой макушке, сидит Поветкин. Я тут же позавидовал ему, ведь он на много легче меня и тонкая макушка под ним не ломалась. Толик сидел, собравшись в комочек и был очень похож на бурундука, не хватало только задорного хвостика. Я тихонько крикнул:

- Где медведь?

- В кузове – услышал хриплый ответ.

Посмотрев на машину, я действительно увидел, как что-то черное, похожее на медвежью лапу, мелькнуло над бортом. Дурацкая мысль возникла в больной голове: «Хорошо, что он стрелять не умеет, а то бы, как рябчиков поснимал нас с этих дубков. Надо же! Болван, оставил все- и нож, и карабин с патронами. Нате Вам, господин мохнатый. Можете зарезаться, не нравится – стреляйтесь, но только у нас самообслуживание».

Руки затекли и устали, спускаюсь на землю, поглядывая на машину, отхожу от дубка. Обернувшись, вдруг вижу Толика, большими прыжками бегущего ко мне. Тревога опять пронзила мое сознание: «Опять, гад, за Поветкиным гонится!» Взглядом отыскиваю медведя, а ноги уже несут обратно к дубку. И уже коснувшись его, понимаю, что медведя нет, просто Толик решил поразмяться, ему легче, он ведь похмелился, а тут… Облегченно вздыхаю. Накатывается слабость, и я усаживаюсь на ближайшую кочку, рядом плюхается подбежавший Поветкин.

- Чего бежал-то? – спрашиваю.

- Да так, скучно одному.

- А что до этого бежал?

- Так ноги несли, я-то тут при чем?

- Я ж тебе, болвану, кричал!

- Медведя слышал, тебя нет. Что кричал-то?

- Ладно, хватит. Что делать будем?

Толик еще на дереве придумал ответ.

- Идем в Кему, возьмем автоматы, и зададим ему как надо!

Представив, как с больной головой идти двенадцать километров до поселка, а потом по жаре назад. И после этого оба поселка - Великая и Малая Кема – будут потешаться над нами, не давая проходу несколько лет - нет, такой вариант меня не устраивал.

У Толика, кроме преимущества в весе, на поясе висел его знаменитый нож. Нож хорошо держал лезвие и не тупился. Даже после обработки двух кабанов не «засаливался». Толик на спор сгибал его руками и всегда при этом говорил, что сделал его из обруча. Срубив тонкую листвянку, мы крепко привязали к ней Толину знаменитость. Получилось довольно крепкое копье или рогатина.

К машине подкрадывались долго. Ноги противились сознанию, но все когда-то кончается, и мы, наконец, со всеми предосторожностями подошли к ней. Заглянув в узкую щель борта,вижу рюкзак, рядом карабин, а сверху здоровенная, когтистая лапа. Больше я ничего разглядеть не успел. Громкий шепот: «Уши прижаты!», и тут же крик: «Бежим!!!» И в тот же миг, все скопившееся в нас напряжение, наконец, коротнуло мощным разрядом. Нас сдуло от машины. Я бежал, не замечая ни высокой травы, ни огромных, поросших осокой, кочек. Сквозь свист ветра в ушах я вдруг услышал сзади частое сопение. Страшная догадка, что Толик был прав, и затаившийся медведь догоняет, заставила еще прибавить ходу. Сопение стало затихать, и когда оно совсем стихло, я оглянулся и к своему великому стыду увидел вместо медведя далеко отставшего Поветкина. Силы в раз покинули меня. Это же надо, так рванул, что забыл про друга. Падаю на траву, судорожно хватая ртом воздух. Едва живой подбежал Толик. Мы долго не можем отдышаться. Толик, показывая на живот, что-то пытается сказать, но не может. Потом оказалось, он хотел спросить, не потерял ли я копье с его ножом. И только тут вспомнил о нашем первобытном оружии. Лежа на правом боку, я крепко сжимал древко импровизированного копья, лежащего подо мной. Отдышавшись, мы смогли, наконец, сесть, и, как два придурка, сидя на корточках, с тоской глядели на свой грузовик.

- Ну что, пошли? – говорю Толику.

- В деревню за автоматами? – спрашивает он.

- Ну уж хрен. Пусть он лучше меня сожрет, в Кему я не пойду.

Тут Толика наконец осеняет новая идея.

- Давай так: подходим к машине, ты садишься за руль и газу до отказу...

- А медведь меня, как бурундука из норки, когтистой лапой – заканчиваю его мысль – А вот помнится, совсем недавно, кто-то жаждал побороться с тигром. С медведем что – слабо?

Мы еще немного по препирались, отдыхая от пробежки. На душе было хреново и от дурацкого положения, и от вчерашней попойки. Взяв свое единственное оружие, мы снова направились к машине. На этот раз я подошел со стороны радиатора, очень медленно, стараясь ступать абсолютно бесшумно, поднялся на бампер, потом на крыло. Сердце стучит, так громко, что боюсь, как бы затаившийся медведь его не услышал. Сжимая копье, поднимаюсь на кабину. Медведь лежит во всей своей красе по диагонали во весь кузов, накрыв правой передней лапой карабин и рюкзак. Уши у него действительно прижаты, загривок шевелится, либо это ветер треплет его, либо нервный тик напружинившегося зверя. Прицелившись копьем в шею, медленно опускаюсь на колени. Сильный порыв ветра колышет всю шерсть зверя, создается впечатление его движения вперед, и, успев опуститься лишь на правое колено, подаю тело вперед, с тем, чтобы удержать зверя копьем. Но, не удержав равновесия, падаю в кузов. Дальнейшее происходит так же быстро, как и в первый раз: свалившись в кузов, хватаю одной рукой рюкзак, другой карабин и прыгаю через борт. Наверное, еще в полете, начал набирать скорость, потому что, оглянувшись, увидел машину уже метрах в пятидесяти. Вставить обойму в магазин секундное дело, а, когда клацнул затвор, в голове, вдругщелкнуло: медведь - то уже давно мертвый, и мы - два придурка, толком не похмелившись, бегаем от него. От великой досады жить не хочется, посидев немного, возвращаюсь к машине, на душе кошки скребут. Открыв кабину, достаю бутылку, в ней ещеприлично жидкости, наливаю в лежащий рядом стакан, оглядываюсь, чтобы предложить Толику, но его рядом нет.

Рванув от машины в момент, когда я, оказывается, с воплем падал на медведя, Толик убежал немного дальше, чем я. А так как я перемахнул через противоположный борт и удирал в противоположную сторону, он меня из-за машины не видел, и чем закончилась моя попытка, не знал. Пока я отдышался, пока заряжал карабин, пока возвращался к машине, Толик был в неведении и конечно переживал. Мысль об автомате вновь стала первостепенной, и уже направляясь к поселку, он еще раз глянул на машину и увидел меня – живого, да еще с бутылкой в руке. Тяжесть тревоги спала и Толик, как на крыльях, помчался к машине, а, когда я протянул ему, запыхавшемуся, стакан, он даже прослезился. Вино допили молча. После пережитого за этот час, и от тяжести вчерашней попойки говорить не хотелось.

Медведя решили освежевать дома. В Великую приехали во время перерыва между занятиями в воинской части, где служил Толик. Матросы и офицеры высыпали во двор на перекур. «Агдам» к тому времени уже подействовал, голова не болела и жизнь уже не казалась такой тяжелой как час тому назад.

Все, облепив машину, слушали рассказ, и, естественно, никто нам не верил. Мы всячески доказывали. Показывали царапины на заднем борту, но безуспешно - нам не верили. Это уже начинало злить. И тогда Толик приказал матросам стащить медведя на землю, после чего, отобрав четверых самых крепких, пообещав по пачке сигарет, предложил им затащить тушу обратно. Но как парни не старались, им это не удалось. Медведь был действительно очень крупный, а кузов ГАЗ-63 был слишком высок. Только после этого эксперимента нам, наконец, поверили. Занятия на этом естественно закончились. Матросам надо было разделать для своей кухни подаренного им медведя. А у офицеров появилась необходимость обмыть вместе с нами наше приключение.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 5
Опубликовано: 09.05.2021 в 06:19
Свидетельство о публикации: №1210509419456
© Copyright: Николай Агапов
Просмотреть профиль автора


Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1