Розовые сады. Глава 11


Ах, как хорошо на улице! Воздух свежий, морозный, приятно щекочет ноздри и освежает голову. Не хочется бежать домой из-за боязни замерзнуть в дешевеньком зимнем пуховике. Бодрость и хорошее настроение сохранялись и в троллейбусе. Диля, склонная к самоанализу лишь в одиночестве, приписала это на счет Амиран, щедрость которой не знает границ. Она пока не осознавала, что экстрасенсорные способности, начавшие проявляться в ее жизни, лишь часть ее сущности пери. Просто способности пери проявляются постепенно, щадят ее человеческий разум от через чур многих впечатлений, дабы девушка не потеряла рассудок.

Привычно не здороваясь с соседями, чтобы не тратить свои силы на тех, с кем не общалась, Диля заскочила домой, чтобы взять часть денег. Как приятно тратить деньги, не считая! Долгожданный смартфон и кожаные сапожки грели душу. Дома, включив любимую музыку, Диля пообедала едой из сундука, предварительно разогрев ее, а потом начала уборку. Вытирая пыль под кроватью, она опять обнаружила, что сундук тяжелый. Теперь сундук оказался доверху наполненным рулонами тканей. Тафта, бархат, хлопок и атлас всевозможных цветов и оттенков ласкали взгляд. И куда ей все это? И так в комнате тесно! Налюбовавшись развернутыми тканями, Диля задумалась. И вдруг ее осенило.

- Надя, у тебя есть еще твой степлер? - запыхавшись, спросила она у соседки.

- Есть, а что?

- Одолжи часа на два - три! - взгляд Дили стал трогательно умоляющим.

- Ладно, возьми. Только аккуратно, это вещь сына, - отдала ей степлер Надя.

Диля действовала как тетя Минслу, которая всегда отличалась аккуратностью и обязательностью. Она уже раньше видела, как обшивают старые диваны. На глазок раскроив бархат цвета кофе с молоком, она в течение часа, щелкая степлером, обшила старенький тетин диван - книжку.

Из розовой тафты, сосборенной тем же степлером, получились великолепные шторы, заменившие линялые ситцевые тетины. «Аппетит приходит во время еды», и Диля теперь знала, что делать со всем этим великолепием. Из хлопка пошьем хорошее постельное белье, а оставшимся бархатом и атласом можно перелицевать старенькие одеяла и подушки, как кроватные, так и диванные. Хватит тканей и на сиденья для стульев. Надя была приятно удивлена, когда вместе со степлером Диля отдала и деньги за потраченные скобочки. Все оставшееся время до вечера Дильназ занималась раскройкой и обшивкой своей мебели. К вечеру преобразившаяся от новшеств и перестановок комната стала даже вроде выше и шире.

В следующий свой выходной Диля вытащила из сундука изумительный персидский ковер с райскими птицами и алыми розами, полностью закрывший пол комнаты. Железная резная решетка на дверь была точно таких же размеров, как у Дили и пришлась очень кстати, потому что Диля теперь опасалась нежданных гостей.

Раньше Диля и не мечтала о красивом доме, считая, что ее удел - маленькая тетина комната в общежитии. Сейчас появилась возможность превратить эту убогую комнатку в красивый и уютный дом, где с наслаждением можно отдыхать.

В соседнем общежитии жили студенты. Купив вахтерше плитку шоколада, Диля попросила студентов помочь ей. Двое, совсем еще мальчишки, и две девушки, согласились на оплату продуктами. Диля, рассчитывавшая на их усердие, собиралась сделать намеченную работу за день. Накануне она проехалась на такси по хозяйственным магазинам и закупила все необходимое для ремонта. Девчонки быстро и сноровисто побелили потолок и наклеили обои, а пацаны укрепили на двери железную решетку и прибили резные полочки на стены.

Довольная тем, что весь ремонт занял часов пять, Диля каждому из помощников дала по тысяче тенге и предложила поужинать вместе. Парни отказались и ушли, сославшись на занятость. Девушки, которым очень понравилась преобразованная комната, предложили свою помощь в уборке и расстановке мебели.

- Эта койка казенная? - вдруг спросила одна из них.

- Да, - кратко ответила Диля.

- Вот во всей этой красоте, - девушка обвела взглядом комнату, - эта кровать смотрится ни к селу, ни к городу.

- Асия, не лезь ни в свое дело! - прервала ее подруга, - хозяйка сама знает, что ей делать!

- Нет, нет, я не в обиде, - замахала Диля руками, - вам, молодым, виднее со стороны. Может, что и присоветуете еще.

- Ага, Вы прямо такая старая! - засмеялись студенты. - Сколько же Вам лет?

- На днях двадцать пять исполняется.

- А мы думали двадцать два - двадцать три, не больше. Вы такая маленькая и худенькая, что мы посчитали Вас своей ровесницей.

- Вам самим-то сколько?

- Мне двадцать один, я в этом году заканчиваю учебу. Кстати, меня зовут Сауле, - представилась та, которая одергивала Асию.

- А как меня зовут, Вы уже знаете, мне двадцать лет. Мы все с одного факультета.

- Я тоже училась, только в педколледже, но поработать удалось недолго.

Девчонки не решились спросить, чем сейчас занимается Дильназ, а она промолчала.

- Да, учиться трудно, не всегда есть деньги. Вот так иногда можно подработать, - со вздохом промолвила Сауле.

- Если Вам еще понадобится наша помощь - не стесняйтесь и обращайтесь. Мы с удовольствием поможем Вам. Пожалуйста, только к нам- попросила Асия и назвала номер своей комнаты в общежитии.

Вдруг в голову Дильназ пришла шальная мысль:

- Девчонки, а не хотите ли сходить бесплатно на дискотеку в эти выходные?

- Ну, смотря куда, - осторожно ответила Сауле.

- Обычно я бываю в «клетке», то есть в «Центральном», - запнулась Диля.

- А чего далеко ходить? У нас в общаге скоро намечается, - вспомнила Асия. - Приходите к нам.

- Так не впустят меня, я ведь не студентка. Да и старовата я для ваших общаг, - вздохнула Диля.

- Да кто смотреть будет? - махнула рукой Асия. - Им без разницы, лишь бы платили. Из вашей общаги ходят к нам на дискотеки пацаны, да и девчата тоже. Лично я знаю Таню - парикмахершу и Элю из банка, а они совсем не молоденькие.

Дильназ вспомнила, что эти девушки и вправду жили в ее общежитии этажом ниже.

- Ну, я подумаю. Только для начала я хотела бы отдохнуть там, где меня мало знают. Зайдете завтра при полном параде?

- Зайдем, ладно, - пообещала Сауле, и девчонки ушли. Дильназ прищелкнула пальцами от удовлетворения, что так все удачно сложилось. Есть гарантия, что она, как дура, не попрется одна на дискотеку. Ха, обойдемся и без Риты! Жизнь продолжается!

На работе Диля стала замечать, что больше не испытывает той усталости, что раньше. Приходилось больше спать, а теперь Диля тратила много меньше времени для отдыха и оставалась бодрой и свежей. Руки работали быстрее, тело становилось сильнее. Особенно, когда Диля видела, как сияющие от счастья мужья и родственники увозили рожениц и новорожденных домой. На сон уходило три - четыре часа в день, но мысли оставались ясными и настроение доброжелательным. Диля стала понимать, что пошлость и хамство не обязательны, можно спокойно обойтись без них, пустив в свою жизнь радость и доброту.

- Я сколько раз повторять вам буду - не ставьте ведра на виду, развели тут бордель! - злобно накинулась на Дильназ старшая медсестра, отличавшаяся скверным нравом. Дильназ почувствовала боль, как будто кто-то резко хлестнул ее по спине. Ошарашенная таким обращением, она вытаращила глаза на Софью - щучку (так за глаза называли старшую). - Чего выставилась, как баран на новые ворота? Убирай ведра и ставь их в подсобку! - рот старшейперекосился от злобы.

Вдруг внутри Дили родился протест, и она резко остановила хамку:

- Нечего орать, я не глухая! - рявкнула девушка, - эти ведра не я оставила. И у вас на лбу не написано, куда их ставить!

«Щучка», не ожидавшая отпора, яростно прошипела, что ждет ее после работы в своем кабинете для особого разговора и удалилась, гордо задрав подбородок.

- Ну, ты напросилась, - ткнула Дилю локтем в бок другая санитарка. - Сейчас побежит врачу жаловаться, что какая-то поломойка посмела при всем народе огрызаться на ее замечания.

- Ну и пусть! - бросила Диля. - Хватит, надоело! С чего это я должна делать в штаны при виде этой рыжей овчарки? У, тварь! - громко сказала она вслед Щучке.

Вдруг Щучка пошатнулась и упала. Засуетившийся медперсонал увез ее в реанимацию с сердечным приступом.

- Видала, Софью увезли, - запыхавшись, подбежала Сара.

Диля предпочла промолчать о стычке, чувствуя себя виноватой. Вообще - то, Щучка - баба нервная и дерганая, вот нервы и сдали. Отработав, Дильназ отправилась в палату к роженицам. Сказала выписывающимся «Прощайте!» и заметила, что их детишки нынче уродились самыми красивыми, наверное, в маму. И ощутила себя словно в облаке тепла и покоя. Настроение сразу улучшилось, и спина ныть перестала- злоба ранит, а радость исцеляет.

«Когда же и я буду счастлива?» - мысленно спросила Диля свое подсознание. «Когда поймешь, что просто жить на белом свете, радуясь и даря эту радость другим - это и есть счастье», - получила она мысленный ответ.

По дороге домой она вспоминала вчерашний аврал в своей комнате, тот особый колорит, которым теперь отличалась комната, игру розовых штор и коричневой обивки мебели. Поняв, что тетины диван и сервант она никогда не сможет выкинуть в память о ней, Диля решила выставить в коридор железную койку, старые тумбу и полки вместе с линялыми шторами и потертыми дорожками. Пусть забирают те, кому эти вещи пригодятся. Этой работой и занялась Дильназ, вернувшись с домой.

- Привет, тебя искала твоя подружайка. Сегодня, - ехидно сказала, встретив Дилю, Надя. - Покажи ремонт, - напросилась она, источая едкий запах чрезмерного любопытства.

- Да заходи, -раздраженно выпалила Диля, поняв, что соседка ни за что не отстанет, не удовлетворив свое любопытство.

- Почем шторы брала? - заинтересовалась Надя.

- Ни почем. Магазин расплатился тканями под зарплату.

Надя изумленно подняла брови:

- И ты не растерялась, обшила диван и сшила шторы? Ну, молодец! А эти резные полочки тоже магазин дал?

- Любопытной Варваре на базаре нос оторвали! - стала закипать Диля то ли от мыслей про Ритку, то ли от чужой настойчивости.

- Ладно, ладно, пошла я, - миролюбиво сбавила обороты Надя. - Не обижайся, я просто радуюсь за тебя.

- Почти поверила, - невесело скривилась Диля.

«Пусть играет музыка», - решила Диля и стала собирать в пакет Риткины тряпки.

- Тетя Валя, сегодня к вам подойдет девушка, Рита Исмуратова. Отдайте ей, пожалуйста, эти вещи, - обратилась Дильназ к вахтерше и задвинула под ее стол подписанные пакеты, с чувством исполненного долга поднимаясь к себе домой.

- Привет, - произнесла Рита, стоя на пороге, как только Диля открыла дверь. С удивлением уставилась на бирюзовый халат:

- Может, поговорим? - спросила, замявшись.

- А о чем? - невинно улыбаясь, загородила Диля рукой вход в комнату.

Такое поведение Дили поставило Риту в тупик.

- А у тебя мои вещи. И норковая шапка, - решила быть посмелее Рита.

- Твое шмотье я оставила на вахте. Можешь быть свободной.

- Ты ремонт сделала? Как красиво! - Рита попыталась заглянуть в комнату из-за головы Дили.

- Пока! - захлопнула Диля дверь перед носом бывшей подруги.

- Открой! Открой! - отчаянно закричала Рита, барабаня в дверь кулаками.

- Мне ночевать негде! Ты не можешь так со мной поступать!

- Вали, откуда приперлась! Я таких наглых крыс, как ты, в дом не запускаю!

- Сука! Падла! Ты у меня еще попляшешь! - Рита еще раз пнула дверь ногой, и Дильназ увидела, как смрадная жижа потекла через порог в комнату.

«Грязные слова могут воочию быть грязью, -подумала Диля, не зная выхода - неужели поэтому не стоит говорить их вслух?!

Нельзя ругаться, нельзя злобиться, нельзя применять насилие. А эта злобная истеричка вызывает справедливый гнев! Дильназ приоткрыла дверь:

- Ты неблагодарная тварь! Я тебя приютила, а ты меня подставила, думаешь, я еще раз соглашусь на такую глупость? Жила нелегально, за жилье не платила, устроила бордель и хочешь, чтобы я согласилась и дальше с тобой жить? Нет у меня для тебя места! - Диля была готова лопнуть от негодования.

На их громкие крики стали выглядывать жильцы из соседних комнат. Рита продолжала орать, не обращая на них внимания:

- Ты всегда была сукой и занудой! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

И вдруг после этих слов раздался звук пощечины - кто-то невидимый ударил Ритку по щеке.

- Ох! - схватилась она за щеку, и тут же на щеке проступили большие гнойные чирьи.

- А ну-ка прекращайте, - прикрикнула пришедшая на крики тетя Зина.

- Заткнись, старая дура! - зло огрызнулась Ритка и вдруг, как будто кто-то ее пнул ногой под зад, перепрыгнула через порог и, пятясь задом, скачками понеслась по коридору, крича от страха и размахивая руками.

«Наглая прилипала! - Диля потерла руки и оглянулась с опаской на соседей:

- Извините! Извините, ради Бога!

Соседи стали захлопывать двери - скандал уже закончился, и им уже стало неинтересно.

- Ничего, ничего, - сказала тетя Зина, и несколько парней - строителей заржали от удовольствия. Диля задумалась о том, верно ли она поступила, ведь природе пери не свойственны такие поступки. Вероятно, я умею причинить боль оскорбившим меня людям, просто представив, что я делаю руками. Да уж, быть ограбленной, изнасилованной или убитой мне теперь не грозит!

Диля почувствовала, что владеет огромной таинственной силой, и это осознание доставило ей огромное удовольствие и гордость: « Я пери! Могу делать добро, могу наказывать, могу создать красоту, а могу сделать уродство! Я всё могу!»

Диле очень хотелось эти слова крикнуть на весь мир.

- Я не злая! - казала сундуку Дильназ, - просто я не намерена дышать чужим смрадом.

- Ай! - сундук сердито хлопнул ее по пальцам, когда она попыталась открыть его. - Я больше не буду !-пообещала она Зылейке - хатун.

Сундук в этот раз оказался полным золотых монет, среди которых иногда поблескивали драгоценные камни.

Золото! Поистине, царский дар! В подлинности монет и камней не приходилось сомневаться. Три тысячи лет назад - да! Только что с ними делать в двадцать первом веке? У Дильназ никогда не было золота, а золотые серьги тети Минслу отошли родной сестре тети. Громко и ясно она сказала сундуку, что золото в наше время в оборот не пустишь; даже если продавать ювелирам по одной монете, то в конце концов выследят и убьют, все забрав. Люди почти не соблюдают законов. И кто тогда похоронит бедную сироту?

Сундук опрокинулся, и оттуда выползла Зылейка - хатун, охая и кряхтя.

- Что за речи я слышу? Ты брезгуешь дарами персидских шахов?

- Нет, вовсе нет, - поспешила объяснить Дильназ. - Я говорю, что такое золото продать трудно, да и ювелиры не всегда порядочны в оценке старинных изделий, норовят обмануть незнающих настоящей стоимости.

Зылейка - хатун обиженно поджала губы:

- Золото всегда нужно! Золото - лучший друг! Даже если его не продать сразу, то всегда можно обменять. Оно откроет тебе нужные двери, познакомит с важными людьми.

- Да, но…

- Ни один шах не отказывался еще от золота!

- Да и я тоже. Но куда я дену целый сундук?

- О, для этого есть много разных способов! - Зылейка - хатун полезла в сундук и вытащила оттуда две большие вазы.

- Вот, - старуха поставила эти вазы перед Дилей. - Поглядеть, так можно и подумать, что в этом глиняном горшке - фиалки, а в этом- ирисы, а на самом деле эти горшки имеют двойное дно.

Зылейка - хатун перевернула горшок и сдвинула донышко горшка в сторону; дно плавно отошло и в образовавшееся отверстие стало видно второе дно.

- Вот так гаремные фаворитки хранили свои драгоценности. Ни один вор не позарится на дешевые и громоздкие горшки, а если и попробует поднять их, то это у него ни за что не получится - не поднимет такую тяжесть.

- А медь и железо сундук может дать, - смекнула Дильназ, - у нас в стране они в большом ходу, их проще продать и стоят они немалых денег.

- О, Аллах! - возвела руки кверху старуха, - какой глупый мир! - и поспешно удалилась в свой сундук.

В последующие дни сундук выдавал только слитки меди и железа, а Дильназ мысленно посмеивалась над своей нянькой.

Несколько дней Дильназ занималась увольнением, не хотела заниматься разборками с Щучкой, написавшей жалобу в администрацию и обвинившей ее в своем сердечном приступе; те, кто видел, как Щучка накричала на Дилю, встали на ее защиту, но их было меньшинство. Сначала Дильназ переживала, а потом быстро написала заявление об увольнении и с чувством глубокого удовлетворения швырнула его на стол заведующей отделения, ставшей на сторону Щучки.

- Привет скудоумным! - с улыбкой сказала она и вышла, громко хлопнув дверью. Возвращалась домой, от души смеясь над своим приключением и с чувством освобождения от рабской зависимости. Впервые в жизни она осознала, что теперь она ни от кого не зависима и может жить, не работая.

«Недельку - другую отдохну, - думала она, - а потом запишусь на компьютерные курсы, не сидеть же все время дома».

Впервые в жизни Диля задумалась о том, можно ли прожить, не работая. И оказалось, что замечательно. Без плевков на полу, которые приходится мыть, задыхаясь от отвращения, без бессонных ночей, без запаха крови, от которого остается сладковатый привкус во рту, вызывающий тошноту. Деньги теперь есть, можно купить компьютер и работать только на себя. К ней будут обращаться студенты, и она с удовольствием будет делать для них распечатки из Интернета и набор текстов, выполняя работу дешевле, чем в компьютерных центрах.Пусть небольшой, но стабильный доход, сундук ведь дан не навсегда. Конечно, Амиран позаботится о своей подопечной в случае острой нужды, но и совесть нужно знать. Да и времени для себя лично будет достаточно. Подсознательно, конечно, хотелось чего - то большего, но это «большее» еще было расплывчатым, неоформленным.

Проснувшись, как всегда утром рано, первым порывом Дили было вскочить и бежать на работу - кажется, опоздала! Опомнившись, она осталась в постели, ощущая холодок шелковой пижамы и приятную нежность хлопкового белья. Это было так непривычно! Свобода, какое ни с чем не сравнимое чувство! Встав, Диля заглянула в окно. О, чудо, какое прекрасное утро! Чистый белый снег за ночь освежил улицы, воздух был насыщен редкостной тишиной и покоем выходного дня. Розовый сумрак комнаты был напоен струящимся ароматом цветов. Упавшие с дивана подушки шоколадного цвета создавали на ковре трогательный беспорядок.

Надев в этот раз вместо бирюзового халата фиолетовый, Диля расчесала свои теперь уже прекрасные волосы и отправилась в умывалку. Капля розового масла, добавленная в лосьон для умывания, сделала чудо - сам процесс умывания принес прекрасный результат, подняв настроение и освежив. Видно, персиянки знали толк в благовониях.

В умывалке находились две девушки - соседки; одна из них чистила зубы, а другая, закончив утренний туалет, вышла, сказав «Привет».

Направляясь в «умывалку», Диля столкнулась у лестничной площадки с Радмиром. Непонятно, что ей было неприятнее, его оценивающий взгляд или собственное замешательство.

- Здравствуй, Дильназ, - поздоровался «бывший».

Хотела ответить ему, но вовремя вспомнила, с каким презрением он ее отверг, когда она, избитая Ренатом, пришла просить не бросать ее, ведь их связывали серьезные взаимоотношения.

Поправляя распущенные волосы перед зеркалом, Диля видела свое отражение с задранным вверх подбородком и упрямо сжатыми губами. Слез в подушку не будет. Соплей и жалоб тоже. Красивый подонок! Это же надо быть таким самовлюбленным, чтобы надеяться на ее ответное приветствие! До ссоры с Ритой, может, она и пошла бы на примирение, хотя бы для того, чтобы утереть нос сопернице и показать, что Радмир все равно ее. Но не сейчас.

Она теперь никого не впустит в уютный мирок, созданный своими руками. С кем общаться, рвать или продолжать отношения, есть право только у нее. И все-таки горечь воспоминаний терзала душу. Перед глазами проплыла картина, в которой Радмир, взяв ее руки в свои, признался, что любит другую, и обманывать Дилю он не будет.

От горечи Диля чуть не покалечила ту, другую, свою бывшую подружку, с которой ездила в школу на автобусе и играла на спортплощадке. Какой неприятный подарок судьбы - сталкиваться с соперницей почти каждый вечер! (Нина и Ренат жили в такой же выкупленной комнате, как и Диля, через несколько комнат на этом же этаже). В то время быстрая на расправу Диля сначала высказала миловидной сопернице все, что о ней думает, а потом подтвердила свою правоту сковородой по голове, увидев молчаливую усмешку превосходства у соперницы.

Диля и не ожидала расправы от брата Нины. Ренат, брат Нины, который был на год младше Дили и которого никто и за мужика не считал, выломал ей дверь и отдубасил так, что смотреть на себя в зеркало было страшно.

- Она сирота, не смей ее трогать, гадина! - хрипло сказал он потом, - а подашь заяву в полицию - жестоко пожалеешь, усекла? Даже на метр не подходи!

«Я тоже сирота, -думала Диля, - только никто за меня не заступается». Радмир, вероятно, считал, что Диля повела себя недостойно, и поэтому сторонился ее. Многие соседи по этажу видно, тоже так считали, поэтому Диля чувствовала их молчаливое осуждение. Казалось, по коридору пройти невозможно. Спустя некоторое время появилась Рита, чтобы скрасить одиночество. На какое-то время и вправду помогло, но постепенно Рита, освоившись, стала все больше наглеть и проявила всю свою гнилую сущность, приведя с собой черномазого и белобрысого. У Дили сложилось ощущение, что все ее враги решили ополчиться против нее в одно и тоже время.

Возвращаясь от Вали - швеи, Диля столкнулась с Ниной. Ей было нестерпимо неприятно видеть соперницу. Даже цоканье каблуков Нины казалось ей наглым и вызывающим. Накрашенная как кукла, начесанная как персидская кошка, Нина пыталась изобразить женщину – вамп, проходя мимо парней, стоящих в фойе. Платье в «облипочку», колготки в сеточку - охотится она, что ли? Или Радмира ей мало?

Поравнявшись с Дилей, Нина придирчиво - оценивающе смерила ее торжествующим взглядом, обратив особое внимание на ворох шикарных платьев в руках Дильназ. Задрав подбородок, она прошла мимо Дили, пошло вихляя бедрами. Надо же, какое самомнение! Диля с презрением посмотрела Нине вслед и вдруг…Цок, цок, бабах! И пегая вертихвостка, споткнувшись, ткнулась носом в бетонный пол, растянувшись во весь свой рост! От смеха парни сложились пополам, а Диля, отойдя в сторону, с удовольствием наблюдала за открывшейся картинкой.

- Чего ржете, придурки? - вскочила обозленная Нина, поправляя задравшееся платье. -А тебе тоже весело, да? - вдруг набросилась она на Дильназ, - правильно Радмир бросил тебя! Когда мужик так поступает, значит, что - то с тобой не то! Но Диля в этот миг уже не испытывала к Нине никаких чувств:

- Успокойся, Нина! - прямо глядя в глаза сопернице, произнесла она. - Ты мне услужила, избавив от такого подонка как Радмир. Кстати, если тебе понадобится еще ненужное барахло, то обращайся без стеснения, мне хоть на свалку идти не придется.

Это был триумф. Еще вчера она ненавидела их обоих, считая вероломными предателями. Но сегодня она была благодарна судьбе за предоставленный урок, теперь она умеет уважать и любить себя, не опускаясь до ревности и злобы.

Вместе с тем Диля чувствовала небольшое чувство вины за сегодняшнюю свою проделку. Но и проучить зарвавшуюся соперницу Диля посчитала необходимым. Чтобы впредь эта вздорная девица не уводила чужих женихов. Ведь и пери могут себе позволить некоторые слабости?!

Этот день закончился окончательной победой для Дили: вечером она увидела Риту, перед носом которой захлопнулась дверь ее соседки. Понуро опустив голову, Ритка постучалась в другие двери, но результат был тот же.

- О, побирушка вышла! - ехидно пропел чей - то голосок над ухом Дили. Это была Салтанат, ставшая соседкой Риты, которая переехала на другой этаж. Салта сообщила, что Ритка после того, как ее выгнала Дильназ, пыталась пользоваться добротой других девушек.

- И ведь наглая какая!- возмущенно продолжала Салтанат, - приходит незваная и навязывается на обед или на ужин, а за выпивку готова хоть с кем…

- А про меня она сплетничает? - поинтересовалась Диля.

- Про тебя - ни единого слова! Как будто не хочет с тобой связываться, что -ли? - пожала плечами Салтанат.

- Правильно, между прочим делает! - заявила Дильназ. Диле очень хотелось рассказать, как ей удалось остановить зарвавшуюся сожительницу, но что - то ее остановило. Прислушиваясь к своей интуиции, Дильназ вглядывалась в Салтанат, но никак не могла понять, чего та хочет. Неужели, просто общения? Когда после истории с кипящим маслом все осуждали Дилю, Салта занимала нейтральную позицию. И вообще, может ли женщина доверять женщине? Неожиданно Салтанат сама сменила тему:

- Нет ли у тебя закурить?

- Нет, я завязала.

-Умница, уважаю, - Салта одобрительно похлопала ее по плечу, - хорошая ты девчонка, а твой- дурак!

Душевые кабинки освободились, избавив Дилю от нужды объяснять Салте, что Радмир не ее парень. Диля заняла кабинку в начале ряда, а ее собеседница - в конце, поэтому дальнейшее их общение было невозможным. Дильназ впервые использовала такой дорогой шампунь и

ароматическое масло из сундука. Несколько флаконов этого масла уже хранились в шкафу Дили. Пряно влекущий аромат поплыл по душевой, что-то смутно напоминая.

- Это что – «Джонсонс беби» с увлажнением? - полюбопытствовала одна незнакомая девушка, разглядывая, как Диля наносит масло на кожу.

- Ну да, вроде того… - смутившись, ответила Диля.

- Оригинальный запах, - то ли издеваясь, то ли одобряя, высказалась девушка.

- Если хочешь, попробуй ,- протянула Дильназ флакон с масломнезнакомке.

- Да нет, спасибо, - заерзав, вымолвила незнакомка.- Просто эти духи пахнут как… как… как секс.

- Ну, спасибо на добром слове, - буркнула Диля и, одевшись, направилась наверх. Мускусное масло, будоражащее обоняние, не было знакомо Диле, поэтому она приняла этот стимулятор за эфирную отдушку. Его запах сохранялся и до, и после сна, и весь последующий день. И сама Дильназ чувствовала какие-то смутные вожделения, видела эротические сны.

Ну, всё, понесло! - подумала она, поднимаясь с постели, - неужели я сама хочу мужика? Мне опять из - за этого снесет крышу?» Представлять себя в роли голодной до приключений распутницы не очень - то хотелось. С нее достаточно парней, которых приводила Ритка. Дильназ считала, что «менять парней как перчатки» - занятие пошлое и рискованное. Кофе отрезвляет лучше всего, и Диля, включив электрический чайник, отправилась умываться.

Видимо, кому - то прошедшая ночь была более интересной - у умывальни сидели на корточках парни, подпирая стены, помятые и заспанные.

- Доброго утра! - дурашливо крикнул ей кто-то из парней. - Ты прямо как роза!

Наверное, подразумевался внешний вид и нежный запах ароматного масла, исходящий от Дильназ (Диля облачилась в новый шелковый розовый халат с огромными белыми лилиями). Она знала этих парней и не ожидала от них чего нибудь плохого.

- И вам того же, - ответила она миролюбиво.

Когда возвращалась назад, намеренно устремила взгляд вперед, вроде бы не видя гуляк, но кто-то из них дернул ее за волосы, заставив обернуться. Диля увидела несколько пар смеющихся глаз, но сдержалась от того, чтобы пройтись вслух по адресу этих шутников, потому что среди них сидел этот пегий придурок Ренат.

- Да пошли вы… - махнула она рукой и прибавила шаг. Вслед ей понеслось:

- Девочка – нимфетка,

Сладкая конфетка,

Глазками стреляет метко…

Стоя у окна с чашкой кофе, Диля чувствовала, что день проходит как - то пусто и нудно, да еще эти липкие приколы с утра.

- Кто это тут живет? - вдруг услышала она мужские голоса у своей двери.

- Да это вообще другая комната! - возразил мужской голос, - твоя Зина тебе по ушам натоптала и адрес выдумала!

- Нет, ну ты постучи! - настаивал какой - то знакомый голос.

- Да говорю тебе, тупой, тут Дилька - террористка живет, нет никакой Зины.

- Ну, ты лох, отвечаю.

После этой фразы постучали. Раздосадованная, Диля вспомнила свое обидное прозвище, которое ей навесили после происшествия с Ниной, и вскипела. Если сейчас еще раз постучат,

то она выйдет и устроит им такой «терроризм»! Готовая устроить наглецам взбучку, Диля открыла дверь, и вдруг на нее навалился красный от злости Ренат. За дверью послышался гогочущий смех. Резко оттолкнув парня, Диля настроилась выплеснуть на него все свое негодование.

- Выметайся, идиот! - рявкнула она, побелев от ярости.

-Там дверь держат, как я тебе выметусь? - огрызнулся Ренат, барабаня в одетую железом дверь.

Диля подошла к двери и заорала:

- Отпустите дверь, недоумки!

- А мы и не держим! - послышалось в ответ более громкое, чем прежде, гоготание.

Дверь, тем не менее, не отпускали. Это был один из пакостных приколов, которые парни устраивали друг другу, не обижаясь и не разбираясь потом.

Дильназ попыталась не воспринимать всерьез эту глупую проделку. Диля знала, что парни так неумно развлекаются, без всякой агрессии и злобы. К тому же и Ренат находился в замешательстве и растерянности, обижаясь и злясь на своих приятелей.

- Считаю до трех, и если ты не уберешься, то вызываю полицию! - поставила условие Диля, помахивая новеньким сотовым телефоном под носом незваного гостя.

- Да что ты говоришь? А если не уйду? А с чего это мы такие грозные? Давно не получали? - вдруг попер на нее разозленный Ренат.

Боясь встреч с братом Нины после известной истории, Дильназ не на шутку испугалась. В воздухе пахло агрессией и самоуверенностью. Бессознательный страх, испытанный ею ранее, заполнил все ее сознание. На ватных ногах она отшагнула в сторону. Но обостренное чувство справедливости заставило ее воспрянуть, и она двинулась в сторону наглеца, сжав кулаки. Ренат даже не понял, кто и как отшвырнул его от Дили к железной двери и несколько раз больно припечатал затылком и спиной к кованой решетке.

- В моем доме и угрожать мне?! Думаешь, если сильнее меня, то можешь указывать, как жить? - звенящим от накала чувств голосом говорила она, перемежая пинки и удары по самым больным местам: в пах, в живот, по коленям, заставляя согнуться, не давая подняться, и как только он поднимал голову, молотила его деревянной подставкой для кофейника, разбив ему нос до крови - настолько велики были ее обида и затаенная злость. В порыве мщения Диля не обращала внимания, что дверь давно открыта и недавние прикольщики забыли о подшучивании и пытаются растащить дерущихся в стороны.

- Эй! эй! всё! хорош! хорош! - повторяли они, скручивая бешено вырывавшегося Рената и заталкивая Дильназ в комнату.

- Держись от меня подальше, подонок! - прошипела Дильназ.

- С-сука! Я тебя еще поймаю! - пообещал Ренат, растирая кровь по лицу и тысячи раз пожалев о той минуте, когда согласился на уговоры дружков на прикол с Дилей. Приятелям удалось скрутить разъяренного дружка именно в тот момент, когда он хотел схватить Дилю за лодыжку и повалить ее на пол носом вниз.

На следующее утро Дильназ подала заявление в полицию о покушении на честь и достоинство и ответственности за нанесенные травмы. Ренат не подавал даже встречное заявление, потому что боялся огласки о том, что его побила девчонка на голову ниже его. После этого происшествия Ренат, Нина, их мать и мужская часть этажа дружно возненавидели Дилю. Но их ненависть совершенно не трогала Дилю, ей это было неинтересно.


Ах, как хорошо на улице! Воздух свежий, морозный, приятно щекочет ноздри и освежает голову. Не хочется бежать домой из-за боязни замерзнуть в дешевеньком зимнем пуховике. Бодрость и хорошее настроение сохранялись и в троллейбусе. Диля, склонная к самоанализу лишь в одиночестве, приписала это на счет Амиран, щедрость которой не знает границ. Она пока не осознавала, что экстрасенсорные способности, начавшие проявляться в ее жизни, лишь часть ее сущности пери. Просто способности пери проявляются постепенно, щадят ее человеческий разум от через чур многих впечатлений, дабы девушка не потеряла рассудок.

Привычно не здороваясь с соседями, чтобы не тратить свои силы на тех, с кем не общалась, Диля заскочила домой, чтобы взять часть денег. Как приятно тратить деньги, не считая! Долгожданный смартфон и кожаные сапожки грели душу. Дома, включив любимую музыку, Диля пообедала едой из сундука, предварительно разогрев ее, а потом начала уборку. Вытирая пыль под кроватью, она опять обнаружила, что сундук тяжелый. Теперь сундук оказался доверху наполненным рулонами тканей. Тафта, бархат, хлопок и атлас всевозможных цветов и оттенков ласкали взгляд. И куда ей все это? И так в комнате тесно! Налюбовавшись развернутыми тканями, Диля задумалась. И вдруг ее осенило.

- Надя, у тебя есть еще твой степлер? - запыхавшись, спросила она у соседки.

- Есть, а что?

- Одолжи часа на два - три! - взгляд Дили стал трогательно умоляющим.

- Ладно, возьми. Только аккуратно, это вещь сына, - отдала ей степлер Надя.

Диля действовала как тетя Минслу, которая всегда отличалась аккуратностью и обязательностью. Она уже раньше видела, как обшивают старые диваны. На глазок раскроив бархат цвета кофе с молоком, она в течение часа, щелкая степлером, обшила старенький тетин диван - книжку.

Из розовой тафты, сосборенной тем же степлером, получились великолепные шторы, заменившие линялые ситцевые тетины. «Аппетит приходит во время еды», и Диля теперь знала, что делать со всем этим великолепием. Из хлопка пошьем хорошее постельное белье, а оставшимся бархатом и атласом можно перелицевать старенькие одеяла и подушки, как кроватные, так и диванные. Хватит тканей и на сиденья для стульев. Надя была приятно удивлена, когда вместе со степлером Диля отдала и деньги за потраченные скобочки. Все оставшееся время до вечера Дильназ занималась раскройкой и обшивкой своей мебели. К вечеру преобразившаяся от новшеств и перестановок комната стала даже вроде выше и шире.

В следующий свой выходной Диля вытащила из сундука изумительный персидский ковер с райскими птицами и алыми розами, полностью закрывший пол комнаты. Железная резная решетка на дверь была точно таких же размеров, как у Дили и пришлась очень кстати, потому что Диля теперь опасалась нежданных гостей.

Раньше Диля и не мечтала о красивом доме, считая, что ее удел - маленькая тетина комната в общежитии. Сейчас появилась возможность превратить эту убогую комнатку в красивый и уютный дом, где с наслаждением можно отдыхать.

В соседнем общежитии жили студенты. Купив вахтерше плитку шоколада, Диля попросила студентов помочь ей. Двое, совсем еще мальчишки, и две девушки, согласились на оплату продуктами. Диля, рассчитывавшая на их усердие, собиралась сделать намеченную работу за день. Накануне она проехалась на такси по хозяйственным магазинам и закупила все необходимое для ремонта. Девчонки быстро и сноровисто побелили потолок и наклеили обои, а пацаны укрепили на двери железную решетку и прибили резные полочки на стены.

Довольная тем, что весь ремонт занял часов пять, Диля каждому из помощников дала по тысяче тенге и предложила поужинать вместе. Парни отказались и ушли, сославшись на занятость. Девушки, которым очень понравилась преобразованная комната, предложили свою помощь в уборке и расстановке мебели.

- Эта койка казенная? - вдруг спросила одна из них.

- Да, - кратко ответила Диля.

- Вот во всей этой красоте, - девушка обвела взглядом комнату, - эта кровать смотрится ни к селу, ни к городу.

- Асия, не лезь ни в свое дело! - прервала ее подруга, - хозяйка сама знает, что ей делать!

- Нет, нет, я не в обиде, - замахала Диля руками, - вам, молодым, виднее со стороны. Может, что и присоветуете еще.

- Ага, Вы прямо такая старая! - засмеялись студенты. - Сколько же Вам лет?

- На днях двадцать пять исполняется.

- А мы думали двадцать два - двадцать три, не больше. Вы такая маленькая и худенькая, что мы посчитали Вас своей ровесницей.

- Вам самим-то сколько?

- Мне двадцать один, я в этом году заканчиваю учебу. Кстати, меня зовут Сауле, - представилась та, которая одергивала Асию.

- А как меня зовут, Вы уже знаете, мне двадцать лет. Мы все с одного факультета.

- Я тоже училась, только в педколледже, но поработать удалось недолго.

Девчонки не решились спросить, чем сейчас занимается Дильназ, а она промолчала.

- Да, учиться трудно, не всегда есть деньги. Вот так иногда можно подработать, - со вздохом промолвила Сауле.

- Если Вам еще понадобится наша помощь - не стесняйтесь и обращайтесь. Мы с удовольствием поможем Вам. Пожалуйста, только к нам- попросила Асия и назвала номер своей комнаты в общежитии.

Вдруг в голову Дильназ пришла шальная мысль:

- Девчонки, а не хотите ли сходить бесплатно на дискотеку в эти выходные?

- Ну, смотря куда, - осторожно ответила Сауле.

- Обычно я бываю в «клетке», то есть в «Центральном», - запнулась Диля.

- А чего далеко ходить? У нас в общаге скоро намечается, - вспомнила Асия. - Приходите к нам.

- Так не впустят меня, я ведь не студентка. Да и старовата я для ваших общаг, - вздохнула Диля.

- Да кто смотреть будет? - махнула рукой Асия. - Им без разницы, лишь бы платили. Из вашей общаги ходят к нам на дискотеки пацаны, да и девчата тоже. Лично я знаю Таню - парикмахершу и Элю из банка, а они совсем не молоденькие.

Дильназ вспомнила, что эти девушки и вправду жили в ее общежитии этажом ниже.

- Ну, я подумаю. Только для начала я хотела бы отдохнуть там, где меня мало знают. Зайдете завтра при полном параде?

- Зайдем, ладно, - пообещала Сауле, и девчонки ушли. Дильназ прищелкнула пальцами от удовлетворения, что так все удачно сложилось. Есть гарантия, что она, как дура, не попрется одна на дискотеку. Ха, обойдемся и без Риты! Жизнь продолжается!

На работе Диля стала замечать, что больше не испытывает той усталости, что раньше. Приходилось больше спать, а теперь Диля тратила много меньше времени для отдыха и оставалась бодрой и свежей. Руки работали быстрее, тело становилось сильнее. Особенно, когда Диля видела, как сияющие от счастья мужья и родственники увозили рожениц и новорожденных домой. На сон уходило три - четыре часа в день, но мысли оставались ясными и настроение доброжелательным. Диля стала понимать, что пошлость и хамство не обязательны, можно спокойно обойтись без них, пустив в свою жизнь радость и доброту.

- Я сколько раз повторять вам буду - не ставьте ведра на виду, развели тут бордель! - злобно накинулась на Дильназ старшая медсестра, отличавшаяся скверным нравом. Дильназ почувствовала боль, как будто кто-то резко хлестнул ее по спине. Ошарашенная таким обращением, она вытаращила глаза на Софью - щучку (так за глаза называли старшую). - Чего выставилась, как баран на новые ворота? Убирай ведра и ставь их в подсобку! - рот старшейперекосился от злобы.

Вдруг внутри Дили родился протест, и она резко остановила хамку:

- Нечего орать, я не глухая! - рявкнула девушка, - эти ведра не я оставила. И у вас на лбу не написано, куда их ставить!

«Щучка», не ожидавшая отпора, яростно прошипела, что ждет ее после работы в своем кабинете для особого разговора и удалилась, гордо задрав подбородок.

- Ну, ты напросилась, - ткнула Дилю локтем в бок другая санитарка. - Сейчас побежит врачу жаловаться, что какая-то поломойка посмела при всем народе огрызаться на ее замечания.

- Ну и пусть! - бросила Диля. - Хватит, надоело! С чего это я должна делать в штаны при виде этой рыжей овчарки? У, тварь! - громко сказала она вслед Щучке.

Вдруг Щучка пошатнулась и упала. Засуетившийся медперсонал увез ее в реанимацию с сердечным приступом.

- Видала, Софью увезли, - запыхавшись, подбежала Сара.

Диля предпочла промолчать о стычке, чувствуя себя виноватой. Вообще - то, Щучка - баба нервная и дерганая, вот нервы и сдали. Отработав, Дильназ отправилась в палату к роженицам. Сказала выписывающимся «Прощайте!» и заметила, что их детишки нынче уродились самыми красивыми, наверное, в маму. И ощутила себя словно в облаке тепла и покоя. Настроение сразу улучшилось, и спина ныть перестала- злоба ранит, а радость исцеляет.

«Когда же и я буду счастлива?» - мысленно спросила Диля свое подсознание. «Когда поймешь, что просто жить на белом свете, радуясь и даря эту радость другим - это и есть счастье», - получила она мысленный ответ.

По дороге домой она вспоминала вчерашний аврал в своей комнате, тот особый колорит, которым теперь отличалась комната, игру розовых штор и коричневой обивки мебели. Поняв, что тетины диван и сервант она никогда не сможет выкинуть в память о ней, Диля решила выставить в коридор железную койку, старые тумбу и полки вместе с линялыми шторами и потертыми дорожками. Пусть забирают те, кому эти вещи пригодятся. Этой работой и занялась Дильназ, вернувшись с домой.

- Привет, тебя искала твоя подружайка. Сегодня, - ехидно сказала, встретив Дилю, Надя. - Покажи ремонт, - напросилась она, источая едкий запах чрезмерного любопытства.

- Да заходи, -раздраженно выпалила Диля, поняв, что соседка ни за что не отстанет, не удовлетворив свое любопытство.

- Почем шторы брала? - заинтересовалась Надя.

- Ни почем. Магазин расплатился тканями под зарплату.

Надя изумленно подняла брови:

- И ты не растерялась, обшила диван и сшила шторы? Ну, молодец! А эти резные полочки тоже магазин дал?

- Любопытной Варваре на базаре нос оторвали! - стала закипать Диля то ли от мыслей про Ритку, то ли от чужой настойчивости.

- Ладно, ладно, пошла я, - миролюбиво сбавила обороты Надя. - Не обижайся, я просто радуюсь за тебя.

- Почти поверила, - невесело скривилась Диля.

«Пусть играет музыка», - решила Диля и стала собирать в пакет Риткины тряпки.

- Тетя Валя, сегодня к вам подойдет девушка, Рита Исмуратова. Отдайте ей, пожалуйста, эти вещи, - обратилась Дильназ к вахтерше и задвинула под ее стол подписанные пакеты, с чувством исполненного долга поднимаясь к себе домой.

- Привет, - произнесла Рита, стоя на пороге, как только Диля открыла дверь. С удивлением уставилась на бирюзовый халат:

- Может, поговорим? - спросила, замявшись.

- А о чем? - невинно улыбаясь, загородила Диля рукой вход в комнату.

Такое поведение Дили поставило Риту в тупик.

- А у тебя мои вещи. И норковая шапка, - решила быть посмелее Рита.

- Твое шмотье я оставила на вахте. Можешь быть свободной.

- Ты ремонт сделала? Как красиво! - Рита попыталась заглянуть в комнату из-за головы Дили.

- Пока! - захлопнула Диля дверь перед носом бывшей подруги.

- Открой! Открой! - отчаянно закричала Рита, барабаня в дверь кулаками.

- Мне ночевать негде! Ты не можешь так со мной поступать!

- Вали, откуда приперлась! Я таких наглых крыс, как ты, в дом не запускаю!

- Сука! Падла! Ты у меня еще попляшешь! - Рита еще раз пнула дверь ногой, и Дильназ увидела, как смрадная жижа потекла через порог в комнату.

«Грязные слова могут воочию быть грязью, -подумала Диля, не зная выхода - неужели поэтому не стоит говорить их вслух?!

Нельзя ругаться, нельзя злобиться, нельзя применять насилие. А эта злобная истеричка вызывает справедливый гнев! Дильназ приоткрыла дверь:

- Ты неблагодарная тварь! Я тебя приютила, а ты меня подставила, думаешь, я еще раз соглашусь на такую глупость? Жила нелегально, за жилье не платила, устроила бордель и хочешь, чтобы я согласилась и дальше с тобой жить? Нет у меня для тебя места! - Диля была готова лопнуть от негодования.

На их громкие крики стали выглядывать жильцы из соседних комнат. Рита продолжала орать, не обращая на них внимания:

- Ты всегда была сукой и занудой! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

И вдруг после этих слов раздался звук пощечины - кто-то невидимый ударил Ритку по щеке.

- Ох! - схватилась она за щеку, и тут же на щеке проступили большие гнойные чирьи.

- А ну-ка прекращайте, - прикрикнула пришедшая на крики тетя Зина.

- Заткнись, старая дура! - зло огрызнулась Ритка и вдруг, как будто кто-то ее пнул ногой под зад, перепрыгнула через порог и, пятясь задом, скачками понеслась по коридору, крича от страха и размахивая руками.

«Наглая прилипала! - Диля потерла руки и оглянулась с опаской на соседей:

- Извините! Извините, ради Бога!

Соседи стали захлопывать двери - скандал уже закончился, и им уже стало неинтересно.

- Ничего, ничего, - сказала тетя Зина, и несколько парней - строителей заржали от удовольствия. Диля задумалась о том, верно ли она поступила, ведь природе пери не свойственны такие поступки. Вероятно, я умею причинить боль оскорбившим меня людям, просто представив, что я делаю руками. Да уж, быть ограбленной, изнасилованной или убитой мне теперь не грозит!

Диля почувствовала, что владеет огромной таинственной силой, и это осознание доставило ей огромное удовольствие и гордость: « Я пери! Могу делать добро, могу наказывать, могу создать красоту, а могу сделать уродство! Я всё могу!»

Диле очень хотелось эти слова крикнуть на весь мир.

- Я не злая! - казала сундуку Дильназ, - просто я не намерена дышать чужим смрадом.

- Ай! - сундук сердито хлопнул ее по пальцам, когда она попыталась открыть его. - Я больше не буду !-пообещала она Зылейке - хатун.

Сундук в этот раз оказался полным золотых монет, среди которых иногда поблескивали драгоценные камни.

Золото! Поистине, царский дар! В подлинности монет и камней не приходилось сомневаться. Три тысячи лет назад - да! Только что с ними делать в двадцать первом веке? У Дильназ никогда не было золота, а золотые серьги тети Минслу отошли родной сестре тети. Громко и ясно она сказала сундуку, что золото в наше время в оборот не пустишь; даже если продавать ювелирам по одной монете, то в конце концов выследят и убьют, все забрав. Люди почти не соблюдают законов. И кто тогда похоронит бедную сироту?

Сундук опрокинулся, и оттуда выползла Зылейка - хатун, охая и кряхтя.

- Что за речи я слышу? Ты брезгуешь дарами персидских шахов?

- Нет, вовсе нет, - поспешила объяснить Дильназ. - Я говорю, что такое золото продать трудно, да и ювелиры не всегда порядочны в оценке старинных изделий, норовят обмануть незнающих настоящей стоимости.

Зылейка - хатун обиженно поджала губы:

- Золото всегда нужно! Золото - лучший друг! Даже если его не продать сразу, то всегда можно обменять. Оно откроет тебе нужные двери, познакомит с важными людьми.

- Да, но…

- Ни один шах не отказывался еще от золота!

- Да и я тоже. Но куда я дену целый сундук?

- О, для этого есть много разных способов! - Зылейка - хатун полезла в сундук и вытащила оттуда две большие вазы.

- Вот, - старуха поставила эти вазы перед Дилей. - Поглядеть, так можно и подумать, что в этом глиняном горшке - фиалки, а в этом- ирисы, а на самом деле эти горшки имеют двойное дно.

Зылейка - хатун перевернула горшок и сдвинула донышко горшка в сторону; дно плавно отошло и в образовавшееся отверстие стало видно второе дно.

- Вот так гаремные фаворитки хранили свои драгоценности. Ни один вор не позарится на дешевые и громоздкие горшки, а если и попробует поднять их, то это у него ни за что не получится - не поднимет такую тяжесть.

- А медь и железо сундук может дать, - смекнула Дильназ, - у нас в стране они в большом ходу, их проще продать и стоят они немалых денег.

- О, Аллах! - возвела руки кверху старуха, - какой глупый мир! - и поспешно удалилась в свой сундук.

В последующие дни сундук выдавал только слитки меди и железа, а Дильназ мысленно посмеивалась над своей нянькой.

Несколько дней Дильназ занималась увольнением, не хотела заниматься разборками с Щучкой, написавшей жалобу в администрацию и обвинившей ее в своем сердечном приступе; те, кто видел, как Щучка накричала на Дилю, встали на ее защиту, но их было меньшинство. Сначала Дильназ переживала, а потом быстро написала заявление об увольнении и с чувством глубокого удовлетворения швырнула его на стол заведующей отделения, ставшей на сторону Щучки.

- Привет скудоумным! - с улыбкой сказала она и вышла, громко хлопнув дверью. Возвращалась домой, от души смеясь над своим приключением и с чувством освобождения от рабской зависимости. Впервые в жизни она осознала, что теперь она ни от кого не зависима и может жить, не работая.

«Недельку - другую отдохну, - думала она, - а потом запишусь на компьютерные курсы, не сидеть же все время дома».

Впервые в жизни Диля задумалась о том, можно ли прожить, не работая. И оказалось, что замечательно. Без плевков на полу, которые приходится мыть, задыхаясь от отвращения, без бессонных ночей, без запаха крови, от которого остается сладковатый привкус во рту, вызывающий тошноту. Деньги теперь есть, можно купить компьютер и работать только на себя. К ней будут обращаться студенты, и она с удовольствием будет делать для них распечатки из Интернета и набор текстов, выполняя работу дешевле, чем в компьютерных центрах.Пусть небольшой, но стабильный доход, сундук ведь дан не навсегда. Конечно, Амиран позаботится о своей подопечной в случае острой нужды, но и совесть нужно знать. Да и времени для себя лично будет достаточно. Подсознательно, конечно, хотелось чего - то большего, но это «большее» еще было расплывчатым, неоформленным.

Проснувшись, как всегда утром рано, первым порывом Дили было вскочить и бежать на работу - кажется, опоздала! Опомнившись, она осталась в постели, ощущая холодок шелковой пижамы и приятную нежность хлопкового белья. Это было так непривычно! Свобода, какое ни с чем не сравнимое чувство! Встав, Диля заглянула в окно. О, чудо, какое прекрасное утро! Чистый белый снег за ночь освежил улицы, воздух был насыщен редкостной тишиной и покоем выходного дня. Розовый сумрак комнаты был напоен струящимся ароматом цветов. Упавшие с дивана подушки шоколадного цвета создавали на ковре трогательный беспорядок.

Надев в этот раз вместо бирюзового халата фиолетовый, Диля расчесала свои теперь уже прекрасные волосы и отправилась в умывалку. Капля розового масла, добавленная в лосьон для умывания, сделала чудо - сам процесс умывания принес прекрасный результат, подняв настроение и освежив. Видно, персиянки знали толк в благовониях.

В умывалке находились две девушки - соседки; одна из них чистила зубы, а другая, закончив утренний туалет, вышла, сказав «Привет».

Направляясь в «умывалку», Диля столкнулась у лестничной площадки с Радмиром. Непонятно, что ей было неприятнее, его оценивающий взгляд или собственное замешательство.

- Здравствуй, Дильназ, - поздоровался «бывший».

Хотела ответить ему, но вовремя вспомнила, с каким презрением он ее отверг, когда она, избитая Ренатом, пришла просить не бросать ее, ведь их связывали серьезные взаимоотношения.

Поправляя распущенные волосы перед зеркалом, Диля видела свое отражение с задранным вверх подбородком и упрямо сжатыми губами. Слез в подушку не будет. Соплей и жалоб тоже. Красивый подонок! Это же надо быть таким самовлюбленным, чтобы надеяться на ее ответное приветствие! До ссоры с Ритой, может, она и пошла бы на примирение, хотя бы для того, чтобы утереть нос сопернице и показать, что Радмир все равно ее. Но не сейчас.

Она теперь никого не впустит в уютный мирок, созданный своими руками. С кем общаться, рвать или продолжать отношения, есть право только у нее. И все-таки горечь воспоминаний терзала душу. Перед глазами проплыла картина, в которой Радмир, взяв ее руки в свои, признался, что любит другую, и обманывать Дилю он не будет.

От горечи Диля чуть не покалечила ту, другую, свою бывшую подружку, с которой ездила в школу на автобусе и играла на спортплощадке. Какой неприятный подарок судьбы - сталкиваться с соперницей почти каждый вечер! (Нина и Ренат жили в такой же выкупленной комнате, как и Диля, через несколько комнат на этом же этаже). В то время быстрая на расправу Диля сначала высказала миловидной сопернице все, что о ней думает, а потом подтвердила свою правоту сковородой по голове, увидев молчаливую усмешку превосходства у соперницы.

Диля и не ожидала расправы от брата Нины. Ренат, брат Нины, который был на год младше Дили и которого никто и за мужика не считал, выломал ей дверь и отдубасил так, что смотреть на себя в зеркало было страшно.

- Она сирота, не смей ее трогать, гадина! - хрипло сказал он потом, - а подашь заяву в полицию - жестоко пожалеешь, усекла? Даже на метр не подходи!

«Я тоже сирота, -думала Диля, - только никто за меня не заступается». Радмир, вероятно, считал, что Диля повела себя недостойно, и поэтому сторонился ее. Многие соседи по этажу видно, тоже так считали, поэтому Диля чувствовала их молчаливое осуждение. Казалось, по коридору пройти невозможно. Спустя некоторое время появилась Рита, чтобы скрасить одиночество. На какое-то время и вправду помогло, но постепенно Рита, освоившись, стала все больше наглеть и проявила всю свою гнилую сущность, приведя с собой черномазого и белобрысого. У Дили сложилось ощущение, что все ее враги решили ополчиться против нее в одно и тоже время.

Возвращаясь от Вали - швеи, Диля столкнулась с Ниной. Ей было нестерпимо неприятно видеть соперницу. Даже цоканье каблуков Нины казалось ей наглым и вызывающим. Накрашенная как кукла, начесанная как персидская кошка, Нина пыталась изобразить женщину – вамп, проходя мимо парней, стоящих в фойе. Платье в «облипочку», колготки в сеточку - охотится она, что ли? Или Радмира ей мало?

Поравнявшись с Дилей, Нина придирчиво - оценивающе смерила ее торжествующим взглядом, обратив особое внимание на ворох шикарных платьев в руках Дильназ. Задрав подбородок, она прошла мимо Дили, пошло вихляя бедрами. Надо же, какое самомнение! Диля с презрением посмотрела Нине вслед и вдруг…Цок, цок, бабах! И пегая вертихвостка, споткнувшись, ткнулась носом в бетонный пол, растянувшись во весь свой рост! От смеха парни сложились пополам, а Диля, отойдя в сторону, с удовольствием наблюдала за открывшейся картинкой.

- Чего ржете, придурки? - вскочила обозленная Нина, поправляя задравшееся платье. -А тебе тоже весело, да? - вдруг набросилась она на Дильназ, - правильно Радмир бросил тебя! Когда мужик так поступает, значит, что - то с тобой не то! Но Диля в этот миг уже не испытывала к Нине никаких чувств:

- Успокойся, Нина! - прямо глядя в глаза сопернице, произнесла она. - Ты мне услужила, избавив от такого подонка как Радмир. Кстати, если тебе понадобится еще ненужное барахло, то обращайся без стеснения, мне хоть на свалку идти не придется.

Это был триумф. Еще вчера она ненавидела их обоих, считая вероломными предателями. Но сегодня она была благодарна судьбе за предоставленный урок, теперь она умеет уважать и любить себя, не опускаясь до ревности и злобы.

Вместе с тем Диля чувствовала небольшое чувство вины за сегодняшнюю свою проделку. Но и проучить зарвавшуюся соперницу Диля посчитала необходимым. Чтобы впредь эта вздорная девица не уводила чужих женихов. Ведь и пери могут себе позволить некоторые слабости?!

Этот день закончился окончательной победой для Дили: вечером она увидела Риту, перед носом которой захлопнулась дверь ее соседки. Понуро опустив голову, Ритка постучалась в другие двери, но результат был тот же.

- О, побирушка вышла! - ехидно пропел чей - то голосок над ухом Дили. Это была Салтанат, ставшая соседкой Риты, которая переехала на другой этаж. Салта сообщила, что Ритка после того, как ее выгнала Дильназ, пыталась пользоваться добротой других девушек.

- И ведь наглая какая!- возмущенно продолжала Салтанат, - приходит незваная и навязывается на обед или на ужин, а за выпивку готова хоть с кем…

- А про меня она сплетничает? - поинтересовалась Диля.

- Про тебя - ни единого слова! Как будто не хочет с тобой связываться, что -ли? - пожала плечами Салтанат.

- Правильно, между прочим делает! - заявила Дильназ. Диле очень хотелось рассказать, как ей удалось остановить зарвавшуюся сожительницу, но что - то ее остановило. Прислушиваясь к своей интуиции, Дильназ вглядывалась в Салтанат, но никак не могла понять, чего та хочет. Неужели, просто общения? Когда после истории с кипящим маслом все осуждали Дилю, Салта занимала нейтральную позицию. И вообще, может ли женщина доверять женщине? Неожиданно Салтанат сама сменила тему:

- Нет ли у тебя закурить?

- Нет, я завязала.

-Умница, уважаю, - Салта одобрительно похлопала ее по плечу, - хорошая ты девчонка, а твой- дурак!

Душевые кабинки освободились, избавив Дилю от нужды объяснять Салте, что Радмир не ее парень. Диля заняла кабинку в начале ряда, а ее собеседница - в конце, поэтому дальнейшее их общение было невозможным. Дильназ впервые использовала такой дорогой шампунь и

ароматическое масло из сундука. Несколько флаконов этого масла уже хранились в шкафу Дили. Пряно влекущий аромат поплыл по душевой, что-то смутно напоминая.

- Это что – «Джонсонс беби» с увлажнением? - полюбопытствовала одна незнакомая девушка, разглядывая, как Диля наносит масло на кожу.

- Ну да, вроде того… - смутившись, ответила Диля.

- Оригинальный запах, - то ли издеваясь, то ли одобряя, высказалась девушка.

- Если хочешь, попробуй ,- протянула Дильназ флакон с масломнезнакомке.

- Да нет, спасибо, - заерзав, вымолвила незнакомка.- Просто эти духи пахнут как… как… как секс.

- Ну, спасибо на добром слове, - буркнула Диля и, одевшись, направилась наверх. Мускусное масло, будоражащее обоняние, не было знакомо Диле, поэтому она приняла этот стимулятор за эфирную отдушку. Его запах сохранялся и до, и после сна, и весь последующий день. И сама Дильназ чувствовала какие-то смутные вожделения, видела эротические сны.

Ну, всё, понесло! - подумала она, поднимаясь с постели, - неужели я сама хочу мужика? Мне опять из - за этого снесет крышу?» Представлять себя в роли голодной до приключений распутницы не очень - то хотелось. С нее достаточно парней, которых приводила Ритка. Дильназ считала, что «менять парней как перчатки» - занятие пошлое и рискованное. Кофе отрезвляет лучше всего, и Диля, включив электрический чайник, отправилась умываться.

Видимо, кому - то прошедшая ночь была более интересной - у умывальни сидели на корточках парни, подпирая стены, помятые и заспанные.

- Доброго утра! - дурашливо крикнул ей кто-то из парней. - Ты прямо как роза!

Наверное, подразумевался внешний вид и нежный запах ароматного масла, исходящий от Дильназ (Диля облачилась в новый шелковый розовый халат с огромными белыми лилиями). Она знала этих парней и не ожидала от них чего нибудь плохого.

- И вам того же, - ответила она миролюбиво.

Когда возвращалась назад, намеренно устремила взгляд вперед, вроде бы не видя гуляк, но кто-то из них дернул ее за волосы, заставив обернуться. Диля увидела несколько пар смеющихся глаз, но сдержалась от того, чтобы пройтись вслух по адресу этих шутников, потому что среди них сидел этот пегий придурок Ренат.

- Да пошли вы… - махнула она рукой и прибавила шаг. Вслед ей понеслось:

- Девочка – нимфетка,

Сладкая конфетка,

Глазками стреляет метко…

Стоя у окна с чашкой кофе, Диля чувствовала, что день проходит как - то пусто и нудно, да еще эти липкие приколы с утра.

- Кто это тут живет? - вдруг услышала она мужские голоса у своей двери.

- Да это вообще другая комната! - возразил мужской голос, - твоя Зина тебе по ушам натоптала и адрес выдумала!

- Нет, ну ты постучи! - настаивал какой - то знакомый голос.

- Да говорю тебе, тупой, тут Дилька - террористка живет, нет никакой Зины.

- Ну, ты лох, отвечаю.

После этой фразы постучали. Раздосадованная, Диля вспомнила свое обидное прозвище, которое ей навесили после происшествия с Ниной, и вскипела. Если сейчас еще раз постучат,

то она выйдет и устроит им такой «терроризм»! Готовая устроить наглецам взбучку, Диля открыла дверь, и вдруг на нее навалился красный от злости Ренат. За дверью послышался гогочущий смех. Резко оттолкнув парня, Диля настроилась выплеснуть на него все свое негодование.

- Выметайся, идиот! - рявкнула она, побелев от ярости.

-Там дверь держат, как я тебе выметусь? - огрызнулся Ренат, барабаня в одетую железом дверь.

Диля подошла к двери и заорала:

- Отпустите дверь, недоумки!

- А мы и не держим! - послышалось в ответ более громкое, чем прежде, гоготание.

Дверь, тем не менее, не отпускали. Это был один из пакостных приколов, которые парни устраивали друг другу, не обижаясь и не разбираясь потом.

Дильназ попыталась не воспринимать всерьез эту глупую проделку. Диля знала, что парни так неумно развлекаются, без всякой агрессии и злобы. К тому же и Ренат находился в замешательстве и растерянности, обижаясь и злясь на своих приятелей.

- Считаю до трех, и если ты не уберешься, то вызываю полицию! - поставила условие Диля, помахивая новеньким сотовым телефоном под носом незваного гостя.

- Да что ты говоришь? А если не уйду? А с чего это мы такие грозные? Давно не получали? - вдруг попер на нее разозленный Ренат.

Боясь встреч с братом Нины после известной истории, Дильназ не на шутку испугалась. В воздухе пахло агрессией и самоуверенностью. Бессознательный страх, испытанный ею ранее, заполнил все ее сознание. На ватных ногах она отшагнула в сторону. Но обостренное чувство справедливости заставило ее воспрянуть, и она двинулась в сторону наглеца, сжав кулаки. Ренат даже не понял, кто и как отшвырнул его от Дили к железной двери и несколько раз больно припечатал затылком и спиной к кованой решетке.

- В моем доме и угрожать мне?! Думаешь, если сильнее меня, то можешь указывать, как жить? - звенящим от накала чувств голосом говорила она, перемежая пинки и удары по самым больным местам: в пах, в живот, по коленям, заставляя согнуться, не давая подняться, и как только он поднимал голову, молотила его деревянной подставкой для кофейника, разбив ему нос до крови - настолько велики были ее обида и затаенная злость. В порыве мщения Диля не обращала внимания, что дверь давно открыта и недавние прикольщики забыли о подшучивании и пытаются растащить дерущихся в стороны.

- Эй! эй! всё! хорош! хорош! - повторяли они, скручивая бешено вырывавшегося Рената и заталкивая Дильназ в комнату.

- Держись от меня подальше, подонок! - прошипела Дильназ.

- С-сука! Я тебя еще поймаю! - пообещал Ренат, растирая кровь по лицу и тысячи раз пожалев о той минуте, когда согласился на уговоры дружков на прикол с Дилей. Приятелям удалось скрутить разъяренного дружка именно в тот момент, когда он хотел схватить Дилю за лодыжку и повалить ее на пол носом вниз.

На следующее утро Дильназ подала заявление в полицию о покушении на честь и достоинство и ответственности за нанесенные травмы. Ренат не подавал даже встречное заявление, потому что боялся огласки о том, что его побила девчонка на голову ниже его. После этого происшествия Ренат, Нина, их мать и мужская часть этажа дружно возненавидели Дилю. Но их ненависть совершенно не трогала Дилю, ей это было неинтересно.



­



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фэнтези
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 9
Опубликовано: 04.05.2021 в 13:19
© Copyright: Валентина Грибиниченко
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1