Близнецы из Одессы. Часть 3. Вариант 1 (часть 2 будет позже: ее отсутствие не влияет на понимание сюжета)


­Глава 1

Олег и Ирина успешно прошли обучение в школе астрального языка. Блисталов сумел найти в школе свое счастье в лице Дианы Лазаревой. Теперь все трое смогут со спокойной душой уехать в Рио-де-Жанейро! Правда, Манна и Канна этому совсем не радовались. Им, настоящим одесситкам, не хотелось покидать родной город, но, наученные Олегом, достигшим Просветления, они понимали, что так надо.

Правда, со временем их Просветление выветрилось. Мама Дора ненадолго вернулась к ним, чтобы вновь объяснить: так надо. Теперь хочу рассказать читателю, как все было. В школе астрального языка все жили по парам. Ирина жила в 222 комнате с Дианой Лазаревой (первоначально со Светланой Куропаткиной), а Олег – в 333 комнате с Александром Измайловым (первоначально с попугаем, говорившим о политике).



- Олег Львович! – не своим голосом воскликнула Диана. – Меня зовут Диана Лазарева. Если бы вы знали, как я хочу с вами познакомиться!

Олег знал, что обычное знакомство с девушкой обязательно закончится свадьбой, и вспомнил свадьбу Леши и Доры. Блисталов вспомнил, как долго Леша страдал, когда она ушла, поэтому резко отказал Диане. На следующий день после отказа Олега она получила первую четверку: до этого были пятерки. Злая преподавательница Елена Александровна Наймарк пообещала выгнать Лазареву, если еще раз такое повторится. Тогда Лазарева собралась и стала помогать с учебой не только Олегу, но и Ирине.

Вскоре было решено, что Диана и Олег сыграют свадьбу в Рио-де-Жанейро. Над этим смеялась вся школа: все знали, как быстро проходит любовь. Но Олег… нет, он не мог жить без Дианы. Когда после смены преподавателя Блисталов получил разрешение на посещение комнаты Дианы, он после уроков мчался в 222 комнату как угорелый. Диана всегда приставала к нему с ласками. Ирина же в такие моменты уходила к Александру, но ему это явно не нравилось. В один прекрасный день он вошел в 222 комнату и произнес гневную речь:

- Уважаемые Олег Блисталов и Диана Лазарева! Пожалуйста, не вынуждайте Ирину Андрееву приходить ко мне в комнату! Мне с ней не о чем говорить. Вы можете разговаривать втроем, но Олег Блисталов хотя бы два часа должен находиться у себя в комнате. Пойдемте.

Александр взял Олега за руку и повел его в комнату 333. Почему-то с этих пор старуха Эсмеральда, бывшая помощница Наймарк, которая теперь стала преподавательницей, стала вести себя не только как Елена Александровна, но и как Сабина Витальевна: поздно отпускала класс Ирины и Олега, и у них оставалось только два часа свободного времени. В эти два часа Олег был обязан общаться с Александром. Диану он видеть не мог. Ночью же выходить из комнаты было категорически запрещено: за это могли выгнать из школы.

Выходные у Ирины и Олега были по вторникам, четвергам и субботам. Но даже в эти дни Олег не видел свою возлюбленную: приходила Эсмеральда, выступавшая в качестве учительницы физкультуры, и готовила учеников к какой-то олимпиаде. Почему-то все проходили отбор, а Блисталова взяли в команду сразу и сообщили, что он через четыре года поедет на Олимпиаду в Розотюльпанск.

- У меня появляются серьезные подозрения, - пошутил Олег. – Во-первых, закрытое помещение. Во-вторых, столько занимаемся, что я не могу видеть… В-третьих, в городе, который раньше был на месте Розотюльпанска, родилась Сабина Витальевна. Вы с ней не заодно? Эсмеральда разозлилась, и выходных у Олега не стало. Учительница заставляла его ходить на уроки других классов и делать все домашние задания. Это привело к повышению успеваемости и утомляемости Олега. Он уже забыл, что значит сон во сне. На Блисталова жалко было смотреть, но учительница все равно заставляла его ходить на уроки. Традиционное заявление о том, что он заболел, не помогало. Но больше всего Олега раздражало то, что он не может видеться с Дианой.

Диана же знала, что случилось с ее возлюбленным, и очень его жалела. В школе было всего два отличника: Диана и Олег. Но Диана училась в своем темпе, а Олег из-за своего режима опережал остальных и даже заставлял Ирину ходить на занятия вместе с ним. Узнав об этом, Лазарева присоединилась к адскому режиму.

На первом уроке, который посетили Олег, Диана и Ирина, влюбленные сели вместе. Эсмеральда заметила это и сказала:

- Блисталов, у вас Олимпиада. Я освобождаю вас от адского режима. Ходите на уроки по расписанию. А вы, девушки, Андреева и Лазарева, до конца обучения будете так ходить. До свидания, Блисталов. До свидания, иначе выгоню!

Пришлось повиноваться. Диана и Олег снова не могли видеться. Через месяц Блисталов приехал в печально известный город – Розотюльпанск. Да, с момента основания Розотюльпанска там ничего, кроме преступления Сабины Витальевны, не произошло. И ничего там не было, кроме очень плохой футбольной команды. Те, кому приходилось ехать в Розотюльпанск, всегда находились под охраной. Если они убегут, то их уже не выпустят: вдруг это Сабина Витальевна, сбежавшая из тюрьмы, превратилась в туриста? Никто не знал, что она после тюрьмы и не собиралась приезжать в Розотюльпанск.

Читатель, вероятно, помнит, что Олег знаком с творчеством Льва Ватрушкина – выдающегося артиста из Одессы. Блисталов очень удивился, увидев певца в Розотюльпанске. Елена Александровна однажды создала ему такое видение, о котором можно прочитать в части «Самые важные уроки» (будет опубликована позднее), а теперь это происходило на самом деле! Блисталов увидел по глазам Ватрушкина, что он тоже не понимает, зачем ему эта Олимпиада.

Эсмеральда подзывала к себе жителей разных городов и распределяла их по группам.

- Одесситы, сюда! – крикнула она.

Одесситов оказалось только двое.

- Что вы здесь делаете? – шепотом спросил Олег.

- А я знаю? – так же шепотом ответил Ватрушкин. – Приходит какая-то чудачка и заставляет пробегать короткую дистанцию…

- Удивительное совпадение! – громко засмеялся Олег. – Я тоже бегун! И еще одно совпадение: вот вы Лев Олегович, это все знают. А я Олег Львович!

Олег ничего не занял, но остался доволен Олимпиадой: он нашел нового друга. Но, правда, уже через год придется вызвать его к себе домой и сказать:

- Прощайте, Лев Олегович. Я уезжаю. Навсегда. Если заскучаю, я вас обязательно вызову!

Когда Олег вернулся в школу, Эсмеральда разрешила ему увидеться с Ириной. Блисталов рассказал девушке, как подружился с самим Ватрушкиным.

- Зачем? – не поняла Ирина. – Ты его в Рио забрать хочешь?

- Ну, не навсегда, а лет на пять вызову. Знаешь, мы приедем и сразу это отметим! А свадьба будет через неделю!

Диана же узнала о подробностях свадьбы только после окончания школы, но сразу согласилась на такой вариант. Теперь нужно ехать домой. Леша, Манна и Канна соберут вещи. Олег вызовет Ватрушкина и попрощается с ним. Подружившиеся одесситы еще не знали, какую роль они сыграют в жизни друг друга, потому что Лев просто не знал технику узнавания, а Олегу это было неинтересно…

Глава 2

Вещи собраны. Олег вызвал Ватрушкина. Манна и Канна обрадовались этому обстоятельству и бросились к вызванному на шею.

- Девочки, тихо! Как я устал от этих поклонниц! Олег, здравствуйте. Зачем звали? Чаю попить?

- Не совсем так, Лев. Мы уезжаем.

- Надолго?

- Навсегда. Поэтому я считаю своим долгом попрощаться с вами. Не беспокойтесь… если что, я вас вызову лет на пять.

- Для меня это слишком много, - строго сказал Ватрушкин. – Я согласен только на неделю. Да и вам не советую покидать Одессу.

Олег долго стоял в раздумье.

- Опять! – в истерике воскликнула Ирина. – Я знала, что этого никогда небудет! Олег, не слушай этого идиота! Все, пошли к Диане!

- Сумасшедшая! – крикнул Ватрушкин и убежал.

Астральный язык проверяли перед самой посадкой. Все лица старше 14 лет, обязанные пройти проверку, сдали его на отлично. На этот раз компания без проблем долетела до Рио-де-Жанейро.

- Наконец-то! – воскликнули трое.

Не нужно владеть телепатией, чтобы угадать ваш вопрос. Вы спросили, кто третий. Диана! Нет, она сама в Рио не хотела. Она жила душой своего возлюбленного.

Я не знаю, откуда кариоки узнали о празднике наших друзей, но к друзьям подошел хомяк и сказал:

- Меня зовут Гарри. Я хочу провести праздничную программу. Начну я с игры, в которую все, кроме этой замечательной девушки, уже играли: «Пойми меня!»

- Нет, - улыбнулась Ирина. – Давайте что-нибудь другое!

Дело в том, что Ирина вспомнила игру в "Пойми меня" в день, очень неприятный для Олега.

- Что-нибудь другое? Танцы с друзьями противоположного пола!

Заиграла музыка, и Ирина сразу схватила Лешу. Гарри вызвал еще несколько человек. Манна нашла симпатичного молодого человека, а Канна взяла первого попавшегося. Олег заметил в толпе Нюру и стал танцевать с ней. Диана обиделась, но не подала виду. Несмотря на то, что рядом с ней было много парней, она танцевала без пары.

- Лучшая пара выигрывает поездку на Мальдивы! – объявил Гарри, но музыка звучала так громко, что его слышала только Диана, у которой был хороший слух, поэтому Нюра и Олег выкладывались по полной. Хомяк сообщил, что выиграли именно они, но победители отказались от своего приза.

- Почитаем? – предложил Гарри.– Олег, праздничную программу провожу я. Во время праздника нельзя вызывать людей.

- Хорошо, но куда делась Диана?

- Устала, наверное. После праздника вы сможете ее вызвать. Начнем чтение! Правила таковы: вы задаете вопрос и в книге находите ответ. Олег, вот вам «Евгений Онегин».

Олег взял книгу. Он долго смотрел на нее, а потом спросил:

- Любит ли меня Диана?

И получил ответ:

Ответа нет. Он вновь посланье:

Второму, третьему письму

Ответа нет. В одно собранье

Он едет; лишь вошел... ему

Она навстречу. Как сурова!

Его не видят, с ним ни слова;

У! как теперь окружена

Крещенским холодом она!

Как удержать негодованье

Уста упрямые хотят!

Вперил Онегин зоркий взгляд:

Где, где смятенье, состраданье?

Где пятна слез?.. Их нет, их нет!

На сем лице лишь гнева след...

Да, может быть, боязни тайной,

Чтоб муж иль свет не угадал

Проказы, слабости случайной...

Всего, что мой Онегин знал...

Надежды нет! Он уезжает,

Свое безумство проклинает -

И, в нем глубоко погружен,

От света вновь отрекся он.

И в молчаливом кабинете

Ему припомнилась пора,

Когда жестокая хандра

За ним гналася в шумном свете,

Поймала, за ворот взяла

И в темный угол заперла.

- Нет! Нет! Неправда! – закричал Олег. – Она меня любит! Любит! Не делайте мне нервы! Ой… Почему я так странно разговариваю? Я совсем не это хотел сказать!

- Успокойтесь, - сказал хомяк. – Это всего лишь игра. Вы же не верите предсказаниям ПК? Здесь то же самое. А сейчас мы ускорим время. Потом вы сможете его замедлить, если это вам больше нравится! Сейчас мы сядем в космический корабль.

Они действительно сели в самый настоящий космический корабль и полетели с огромной скоростью. Это захватывающее путешествие понравилось всем, кроме Олега: он думал о своей возлюбленной. А еще он думал: «Ускорить время… мне сейчас это так нужно! Хоть бы не замедлили!»

Они прилетели на то же место. Гарри попросил наших друзей сделать задания по алгебре за десять минут. Задание оказалось очень легким, но почему-то никто не успел его сделать. Эти десять минут ощущались как две. Ирина задала интересный вопрос: почему раньше время шло как обычно? Ведь это сон на миллион лет!

- Просто вы приняли новую продолжительность жизни, - объяснил хомяк.

Ирина обрадовалась таким словам. Вы, конечно, этого не поймете. «Чему она радуется? – спросите вы. – Это же просто факт!» А внимательные читатели помнят, на чем остановилась реальная жизнь Ирины. Фраза «продолжительность жизни» означала, что после сна девушка сразу умрет, и ей не придется сдавать ЕГЭ, поступать в неинтересный институт, работать на скучной работе и все время вспоминать счастливые тысячелетия сна, когда она была в своем любимом городе – Рио-де-Жанейро.

Наши друзья совершили обратное космическое путешествие. На этом праздник закончился. Все пошли туда, где Диана по договоренности должна была создать дом, но дома не было.

- Это повод вызвать Диану! – обрадовался Олег.

Диана появилась и сразу исчезла. Олег попробовал еще. То же самое. Диана все время появлялась и телепортировалась обратно.

- Хватит, Олег! – воскликнула Ирина. – Мы же сами можем создать дом!

Ирина подтвердила свои слова, но Блисталов сказал, что дело не в этом.

- Олег, вызови ее еще раз! – предложил Леша. – Я закрою помещение!

Олег вызвал Диану, и Леша произнес несколько непонятных слов. Помещение закрыто. Из закрытых помещений телепортироваться нельзя.

- Свадьбы не будет, - отрезала Диана. – Я очень разочарована. Не думала, что мой любимый актер будет мне изменять. Ты танцевал с другой девушкой. Я все сказала? Можете меня выпустить, Олег Львович.

- Нет, Леша, нет! – закричал Олег. – Не смей ее выпускать!

- Леша, не слушай того, кто ничего не умеет! Выпусти меня!

- Это я ничего не умею? Почему же ты тогда не телепортировалась?

- Идиот! – воскликнула Диана. – Телепортироваться за границу противозаконно!

- Давно? – поинтересовался Леша.

- С самого начала сна.

- А мы с Дорой телепортировались в самом начале…

- Если в самом начале, тогда доносить уже поздно, - вздохнула Диана. – Но я все же позвоню в полицию, если ты меня не выпустишь!

Пришлось выпустить Диану. Она телепортировалась к себе домой и сказала те самые непонятные слова, которые говорил Леша. Ирина и Олег их знают, ведь они прошли обучение в школе астрального языка, но мне это, к сожалению, недоступно, ведь я не была в этом сне и не проходила обучение. Но главное, что Диану теперь никто не вызовет.

Рио хорошо встретил Ирину, а над Олегом решил поиздеваться…
Глава 3

Олег понял, что все получилось не так, как он хотел, а наоборот. Он думал, что, когда он приедет в Рио-де-Жанейро, начнется хорошая жизнь, а началась плохая. Без Дианы жизнь окрасилась в черный цвет.

Олегу было так больно, как будто он видел Диану с другим парнем. Он почему-то был абсолютно уверен в этом, ведь его возлюбленная думала, что он танцевал с Нюрой, потому что она не подруга, как было на самом деле, а другая девушка, и поэтому Лазарева решила отомстить. Где-то она сейчас?

Словно в ответ на этот вопрос включился телевизор. Показывали спортивную гимнастику. Диана занималась этим видом спорта, и сейчас Олег видел ее по телевизору. Боль еще сильнее сдавила Олега. Почему? Почему он сейчас не с ней? Почему?

Даже сны во сне не давали Олегу покоя. Ему все время снилась Диана, и он сочинял о ней стихи.

Однажды Олег увидел Диану на горе Корковаду.Она обсуждала нахальство Блисталова с каким-то парнем.

- Смотри, Сережа, смотри! – засмеялась она. – А вот и он!

Тогда Олег подошел к Диане и сказал:

- Да, я. А это кто?

- Это? А это как та, с которой ты танцевал!

- Коллега?

- Почему коллега? Парень!

- Парень? – возмутился Олег. – Тогда это не как Нюра, потому что Нюра – просто подруга, коллега. Кончай мне этих штучек! Ой, что это? Почему я стал так странно разговаривать?Пошли обедать!

- Я с тобой никуда не пойду!

- Ну и дура!

Олег обнял Диану. Лазарева отпихнула его так, что он полетел вниз с 710-метровой горы. Конечно, это сон, поэтому можно было сориентироваться и прилететь обратно, но Олег почему-то этого не сделал. Неужели он не понимает, что и во сне можно разбиться насмерть?

У Дианы сжалось сердце. Она поняла, что невольно стала убийцей знаменитого Олега Блисталова.

- Идиот! – крикнула она. – Летать не умеет! Зря практику в школе астрального языка проходил!

Сережа полетел вниз, подхватил Олега и хотел полететь с ним наверх, но Блисталов от него отбивался.

- Вы действительно идиот? – закричал Сережа. – Вы же разобьетесь!

- Я этого хочу!

Но Ирина, Леша, Манна и Канна помешали Олегу осуществить задуманное. Он был один против пятерых. Прилетев на гору, он воскликнул:

- Какие же вы все адиеты! Почему «адиеты»? Нужно же говорить "идиоты"... Нет, лучше вообще обходиться без этого слова. Но я же умереть хотел!

Тогда Диана подошла к нему, положила руку на плечо, заглянула Олегу в глаза и сказала:

- Олег, извини, что так вышло. Я поняла, кто такая Нюра. Она никогда не была твоей девушкой. Но я уже разлюбила тебя и полюбила Сережу. Завтра у нас свадьба. Если ты меня любишь, ты обязательно придешь. И пусть все остальные тоже придут. О смерти тоже забудь. Ты не сделаешь этого, если действительно меня любишь. Неужели ты не найдешь способ справиться со своим несчастьем?

- Есть один способ, - ответил Олег. – Кажется, пора уже пришла. Только нужно твое согласие. И его, конечно.

- Олег, ты о чем?

- Диана, как ты относишься к известным персонам?

- Вот смешной! – хмыкнула Диана. – Еще спрашивает! Хорошо, я сделаю тебе самое вкусное угощение. Сережа, ты согласен?

- Конечно!

Диана с Сережей удалились. Почему-то такой ответ возлюбленного Дианы пробудил в Олеге непонятную тоску. Что-то не то было в этом ответе, а что именно, он не мог понять. Да и Манна с Канной вздохнули.

Олег, конечно, не отказался от самого вкусного угощения, но у него был другой план. Он хотел сделать сюрприз и в самый разгар праздника… Может быть, стоит его предупредить? А то еще не захочет развлекать гостей своим особенным пением!

Его пение… Что может быть лучше для романтика? Это человек, который никогда не поет просто так. Он посылает публике все свои чувства. Только душой поет этот человек. Если его слушать, можно взлететь, ничего для этого не делая.

«А если он не захочет петь, - подумал Олег, - обязательно будет ругаться! Испортит свадьбу! Правильно! Не достанется Диане этот кусок идиота! Шоб его цыгане покусали!»

Олег заметил, что думает по-одесски, хотя раньше он за собой такого не замечал, как будто не был одесситом. Наверное, сейчас он использует этот язык из-за характера своих мыслей, ведь испортить свадьбу…

Да! Именно испортить! Не достанется Диане этот шлемазл! Шлемазл? Конечно, шлемазл! Потому что Ватрушкин явно будет недоволен следующими вещами:

1. Олег вызвал его слишком рано

2. Неужели он не мог сделать это в нормальной обстановке?

3. Развлекать незнакомых людей? Нет, ни за что!

А потом Олег скажет, что этого странного человека предложил вызвать Сережа. Конечно, Диана после этого его бросит!

- Она моя, - сказал Блисталов своим. – Только нужно еще договориться с Сережей. Сейчас я его вызову.

Олег вызвал Сережу и попросил его в середине свадьбы сказать следующие слова:

- А давайте вызовем Ватрушкина!

- Почему именно Ватрушкина? Может быть, кого-нибудь другого?

- Нет, - покачал головой Олег. – Ни с кем из других певцов я не знаком, а Ватрушкин – мой новый друг. Другой еще ругаться будет, шо… да, шо его вызвали в Рио, а Ватрушкину я обещал, ш... что вызову его!

- Может, не надо? Понимаете, не люблю я Ватрушкина!

- Понимаете, Сергей, нужно сделать Диане сюрприз.

- Нельзя! – воскликнул Сережа. – Я соврал. Я люблю Ватрушкина, просто не хотел вас пугать… Его нельзя вызывать, потому что нам всем приходится жить в постоянном страхе. Дело в том, что в Рио недавно прибыла Сабина Витальевна. Об этом сообщил специальный прибор, но, к сожалению, он не умеет распознавать людей, превратившихся в кого-нибудь другого.

- Не морочьте мне голову! – строго сказал Олег. – Я вызову Ватрушкина. До свидания, Сергей.

- До свидания, Олег.

Сережа ушел, а Блисталов решил, что его соперник сумасшедший. Сам Олег не видел связи между сообщением жениха Дианы и невозможностью вызвать Ватрушкина. Если же это действительно нельзя сделать, он рискнет и вызовет какого-нибудь бразильского певца, который ничего не поймет и, может быть, побьет его.

Глава 4

Все началось с самбы. Танцевали все. Какой-то знакомый Сережи, давно переехавший в Рио-де-Жанейро, пригласил Диану в школу самбы. Лазарева подумала и согласилась. «Вот еще один способ сблизиться с ней!» - подумал Олег и записался в ту же школу – Beija Flor. Тогда Диана отказалась от школы. Блисталов поступил так же. Потом принесли еду.

- Самое вкусное угощение достается Олегу Блисталову! – объявила Диана. – Касина бразильская!

Все с завистью посмотрели на Олега, а он даже не знал, что это такое, и обратился к Ирине – она хорошо разбиралась в бразильских вопросах.

- Я не знаю, что такое касина, - прошептала девушка. – Наверное, она есть только во сне.

Диана положила перед Олегом пустую тарелку. Блисталов хотел было возмутиться, но Лазарева его опередила:

- Понимаю, ты на меня злишься. Да и никто из сидящих здесь не понял, что это и есть касина. Все слышали это слово, но никто не знает, что это такое. Бери ложку и ешь из этой тарелки. Касину едят ложкой.

Диана не обманула: касина оказалась очень вкусной. Лакомство так подняло Олегу настроение, что он даже решил не вызывать Ватрушкина, но Лазарева все испортила:

- Вставай, Олег! Расскажи, почему ты стал таким почетным гостем! Начни с того дня, когда мы впервые встретились. Потом подробно описывай школьную жизнь. Потом расскажи, как мы приехали в Рио и все закончилось!

Все с интересом смотрели на Олега. Он понял, что пора действовать:

- Сергей, кого вы вызвать хотели? Ватрушкина? Сейчас вызовем!

И Олег вызвал Ватрушкина. Тот ничего не понял, огляделся, а потом увидел Блисталова и улыбнулся:

- Здравствуйте, Олег! Уже заскучали?

- Да, Лева, заскучал. Вот, это Сережа, а это Диана. У них сегодня свадьба. Вы готовы их развлечь?

- А почему бы и нет?

И Ватрушкин запел песню, которую совсем недавно (я имею в виду реальную жизнь) пел в фильме. Она очень подходит к свадьбе! Он пел так, что все влюбленные влюбились еще сильнее, но, несмотря на это, Олег почувствовал: теперь он готов радоваться жизни. Лев пел на астральном языке, но его поняли даже те, кто не знает этот язык. Диана и Сережа как будто слышали эту песню на русском и целовались. Они зааплодировали, услышав знакомую песню.

- Молодец, Сережа! – похвалила жениха Диана.

- А я-то тут при чем? Это Олег придумал! Я не знаю, почему он говорит, что это моя идея!

- Поняла, - улыбнулась Диана. – Он дает понять, что я его не интересую. Если бы он сразу сказал, что это его идея, я бы не то подумала... Что ж, он по-своему прав!

Лев закончил.

- Браво, браво! – кричали гости.

Все шептали Олегу: «А кто это так хорошо поет?» Он отвечал: «Лев Ватрушкин». После следующей песни (гостям невозможно было отказать) все кричали:

- Браво, Леандру Ватруш!

- Шо? – возмутился Ватрушкин. – Не смейте меня так называть! Я Лев Ватрушкин!

- Ты это брось, - сказал ему один из бразильцев. – По-португальски ты Леандру Ватруш! Привыкай!

- Зачем привыкать? Я же к вам ненадолго!

- Ты это брось, - сказал тот же бразилец. – Мы тебя никуда не отпустим. Вот увидишь!

Все засмеялись, а кто-то даже шепнул: «Молодец, хорошо пошутил!» Олег это слышал. Он не мог понять, что хорошего в этой дурацкой шутке.

- Не отпустите? – улыбнулся Лев. – Не держите меня за фраера! Я умею телепортироваться и не скажу вам, когда собираюсь это сделать!

- А мы ограничим возможность телепортации, - усмехнулся бразилец.

- Ограничите? Не смешите мои тапочки! Наши технологии до этого еще не дошли!

- А вот увидишь! Завтра в 9 часов вечера ждем на Маракане. И послезавтра. И вообще, приходи каждый день! Мы обязательно тебе заплатим!

Тут вмешался Олег:

- Чем заплатите? Золотом и серебром из опыта Мейтона?

- Нет у меня ни золота, ни серебра, - вздохнул бразилец. – Что такое опыт Мейтона, я не знаю. Это как касина: все слышали, но немногие знают, что это такое. Так споешь завтра на Маракане, Лео?

- А почему бы и нет? – ответил Ватрушкин.

И вот Диану и Сережу объявили мужем и женой. «Все-таки это произошло!» - подумал Олег и пошел в туалет плакать, чтоб никто не видел. По-видимому, это поняла одна Диана. Ирина, Леша, Манна и Канна думали, что он смог разлюбить Лазареву. Кстати, девочки обрадовались удачному моменту и подошли к Ватрушкину:

- А вот вам здрасте!

- Вы тоже из Одессы?

- А вы нас не помните?

- Почему я должен вас помнить?

- Мы же подруги Олега! – воскликнула Манна.

- Он вызывал вас, чтобы попрощаться, - добавила Канна.

- Точно, припоминаю. Еще мальчик был… вот, вижу этого мальчика. А вот истеричка.

- Она не истеричка, - объяснила Манна. – Она испугалась, что вы пойдете против ее мечты. Поговорите с ней, она нормальная.

Ирина рассказала Льву, как долог был путь от Одессы до Рио-де-Жанейро, как иногда она даже думала, что нет никакой надежды. Сережа слушал эту историю.

- Шоб я так жил! – в изумлении воскликнул Ватрушкин. Вдруг что-то щелкнуло. Это остановились часы. Они показывали 22:10.

Сережа почему-то засмеялся и сказал:

- Верно говорят об одесситах: они даже не замечают, что острят!

- А я не острил!

- А я о чем?

Сережа перевел непонятную шутку Ватрушкина бразильцам, и они засмеялись.

- Объясните, почему все смеются! – воскликнул Лев.

- Скоро узнаете, - ответил Сережа.

Часы показывали 22:10, но все понимали, что это неправильное время. Самые умные достали телефоны и заметили, что уже давно пора расходиться. Диана регулировала процесс по списку:

- Андреевы и Блисталов, до свидания! Берейра готовится…Стоп, а где Блисталов? Он уже три часа сидит в туалете! К сожалению, из туалетов вызывать нельзя. Берейра, вы готовы? Тогда идите! Леша, спроси, пожалуйста, как у него дела! Почему он слишком долго ругается? (напомню читателям, что в этом сне естественные потребности проявляются только в особых случаях, поэтому в туалет ходят ругаться)

Леша ушел и вернулся с Олегом. Блисталов вырвался, нашел Ватрушкина и прошептал:

- Вы почему согласились петь на свадьбе незнакомых людей? Я-то думал, что вы будете ругаться!

- Да я просто не могу не петь!

- Да, Лева, но вы не поняли, - вздохнул Олег. – Я в нее влюблен.

- Тогда дико извиняюсь. Виноват. Держитесь, я что-нибудь придумаю!

- Блисталов, Ватрушкин! – окликнула их Диана. – Долго вы будете шептаться? Все уже ушли, а вы…

- Некуда нам идти, - сказал Ватрушкин. – Можно нам остаться?

- Нет, нельзя! Олег, забыл, где живешь? Тебя проводить? Вы, Лев Олегович, можете жить у него.
Глава 5

На следующий день, 23 октября, Олег очень рано встал и разбудил всех криком:

- Убью комиссию поганую!

- Он у вас всегда так? – с язвительным смехом спросил Ватрушкин.

- Нет, - пожала плечами Ирина. – Наверное, хочет вернуться в театр. Помните, я вам рассказывала эту историю на свадьбе?

- Может быть, признаетесь? – шепнул Лев.

- Нет. Он говорил, что убьет комиссию.

- Кончайте мне этих штучек! – громко воскликнул Лев. – Олег, вы можете вернуться в театр. Комиссия – это они, Андреевы. Они хотели вылечить вас от манечки.

Олег не стал убивать комиссию. Вместо этого он обнял Ватрушкина и попросил его стать одним из актеров нового театра «Дельта», который Блисталов собирается создать. Но Лев отказался, объяснив это тем, что за неделю ничего не успеет.

- Мы все успеем, - сказал Олег. – Летом мы работали очень быстро. Надеюсь, вы вольетесь в наш коллектив.

Итак, в театре было уже шесть актеров. Но где брать остальных работников? Олег вспомнил всех, кто был на свадьбе, и вызвал их. Каждому нашлось место. Молодожены же быстро убежали.

- Вызывать обратно? – спросил Лев.

- Вы с ума сошли! Без них лучше!

Ватрушкин легко влился в коллектив. Всем казалось, что он всегда работал в "Дельте".

- Лучше бы он не уезжал! – говорила Ирина, привязавшаяся к певцу.

- Меня еще Олимпиада ждет, - шутил Лев. – Правда, это будет через 11 лет, но... я же бегун! Олимпиада в Одессе! Такое пропустить нельзя!

- Я тоже буду выступать в Одессе, - говорил Олег. – Опыт приобретен в Розотюльпанске.

Но театр не помог Олегу забыть любовь. С каждым днем Блисталов становился все мрачнее и мрачнее и тихо завидовал Ватрушкину, занимающемуся любимым делом без душевного груза. Олег посещал вечерние концерты Льва, вместе со всеми смеялся и плакал, но не кричал «браво, Ватрушкин!» Он молчал.

Напрасно думал Блисталов, что Ватрушкин выступает без душевного груза. Льва тоже мучила любовь Олега к Диане, и певец думал, как помочь другу. Репетиции, концерты… А ведь еще нужно ознакомиться с городом! Времени просто не оставалось...

- Да вы бы задержались, - вновь предложила Ирина. – После премьеры у вас будет свободное время.

- Нет. После премьеры я уезжаю и ничего не могу с этим поделать.

- А давайте сделаем премьеру раньше, - предложила Манна.

- А действительно! – согласилась Канна. – Нам осталось совсем немного! Давайте сделаем премьеру послезавтра!

На том и порешили. Ватрушкин уедет только на следующий день после премьеры. Олег же не понял его планов и согласился.

Увидев, что одну из ролей играет Леандру Ватруш, которого успел полюбить весь Рио-де-Жанейро, бразильцы бросились покупать билеты. Опоздавшие спрашивали, когда будет следующий спектакль с Ватрушем, и получали неутешительный ответ. Мало того, в девять часов вечера актера и певца не было на Маракане. Кариоки его вызвали.

- Та вы шо! – вскрикнул Лев. – Никакого концерта! У меня генеральная репетиция!

И исчез. Бразильцы отнеслись к этому с пониманием.

Наступило 27 октября, день премьеры. Зрители знали, что увидят веселые сценки из школьной жизни одного из актеров, но никто не знал, что речь идет о школе астрального языка. В зале сидели и Диана, и Елена Александровна (зачем она прибыла в Рио?). Они хохотали громче всех.

- Я была учительницей в этой школе, - шептала Елена Александровна соседям. – Вот этот актер у меня учился. Наверное, сам сценарий написал. Это моя ученица…

- Кто ваш ученик? Вот этот? Да он лучше всех, даже лучше Ватруша! Лео, конечно, на втором месте – эта мимика… Даже самое тупое выражение лица восхищает!Но у Блисталова настоящий талант!

- Простите, это не Ватруш, это Ватрушкин! И что он здесь делает?



Спектакль очень понравился зрителям. В основном цветы дарили двум друзьям. Диана подарила цветы Ватрушкину.

- Вы здесь? – обрадовался Лев. – Вы-то мне и нужны! Вы сегодня одна, без Сергея?

- Сергей поехал по делам.

- По делам – это где?

Диана назвала точный адрес. Лев попросил ее позвонить Сергею и приказать подождать человека, который обсудит с ним очень важный вопрос.

- Так вы не Ватрушкин? – в испуге закричала Диана, выполнив просьбу.– Вы превратились в него для конспирации? Что вы хотите сделать с моим мужем?

- Арестовать. Он убил бразильянку.

Диана была в шоке от этого известия. Сергей всегда казался ей честным человеком. Может быть, это ложное обвинение? Что делать? Сможет ли Лазарева в таком случае быть верной своему супругу? Бывают же такие случаи, когда несчастная жена пыталась быть верной, но не выносила этого психологически, поэтому предавала мужа...

- Арестовать? Надолго?

- За убийство дают максимальный срок – десять тысяч лет.

Ватрушкин сам не понимал, что он несет. О сроке за убийство он знал от Олега Блисталова, но бывший человек без дела не рассказывал, что человек так волнуется, неся такую чушь.

- Я буду ждать его, - выдавила Диана. – Ни разу не изменю, добрым именем клянусь!

- Десять тысяч лет, Диана. Я бы так не смог. Я живу с женой, но у меня все равно есть любовницы. Может быть, выйдете замуж?

- Ни за что!

Но Лев не изменил своего намерения и поехал к Сереже. Он понимал, что с ним нужно говорить по-другому:

- Скажите, это вы Сергей Юнцов?

- Вы же были у меня на свадьбе, должны помнить!

- Скажите, пожалуйста, Сергей, у вас есть мечта?

- Есть, - ответил Сережа. – Ребенок от Дианы.

- Тогда я должен вас огорчить: Диана бесплодна. Но это можно исправить, потому что у нее не простое бесплодие, а колдовское. Шоб расколдовать Диану, ее муж должен провести в этом здании десять тысяч лет. Шоб никто не спрашивал, можете сделаться невидимкой. Согласны?

Лев полагал, что Сергей подумает, но Юнцов согласился сразу. Муж Дианы знал, что будет тяжело, но понимал: иначе он не расколдует жену. «Интересно, а моя милая знает, по какому поводу приехал Ватрушкин?» - подумал Сережа и позвонил ей.

- Сережа, привет! Как ты там?

- Пока нормально. А ты знаешь, о чем Ватрушкин говорил?

- Знаю, - вздохнула Диана. – Ты в тюрьме.

- Да какая тюрьма, если это ради тебя!

- Ты ради меня убил бразильянку? Теперь все ясно! Она к тебе приставала, да? Не знал, как заставить ее уйти по-хорошему? Даже не знаю, как к этому относиться...

- Никого я не убивал! – возмутился Сережа. – Мне Ватрушкин сообщил следующее: если я просижу здесь десять тысяч лет, у нас будут дети!

- Сережа, неужели ты не знаешь, что дети рождаются другим способом?

- Знаю, но ведь традиционный способ нам, к сожалению, недоступен. У тебя же колдовское бесплодие!

-Это кто тебе сказал такую чушь? – возмутилась Диана.

- Ватрушкин!

- А мне он сказал, что ты арестован за убийство бразильянки! Обманщик этот Ватрушкин!

- Обманщик! – согласился Сережа. – Я, пожалуй, отсюда выйду. Не получилось у меня доказать любовь к тебе с помощью самоотверженного поступка...

План Ватрушкина провалился. Диана и Сережа снова были вместе.

- Почему ты не отобрал у него телефон? – строго спросил Олег. – Отличный план придумал! Все этот телефон! Еще и уезжает завтра!

- Прости, не подумал… Не успел… Но эта вина будет со мной до конца сна, если не до конца жизни.

И вот пришло время уезжать.

Глава 6

- Сегодня я возвращаюсь в Одессу, - начал Лев свою прощальную речь. – Конечно, я все время буду вспоминать о том, что не успел сделать в Рио-де-Жанейро. Олег, это касается тебя. Я не успел тебе помочь. Придется тебе справляться самому. Я понимаю, за шо вы все думаете. Вы думаете, шо я мог бы и остаться, но я не могу – Одесса-мама зовет. Очень жаль, шо я покидаю «Дельту». Но это не беда – в Одессе есть «Золотая рыбка», за которую ты, Олег, мне рассказал. А теперь до свидания. Раз, два, три!

Ватрушкин закрыл глаза и просидел так тридцать секунд.

- Когда вы в последний раз телепортировались? – спросил Леша тоном врача.

- А я помню? Очень давно!

- Такое бывает. Давайте, я вам помогу – я совсем недавно делал это!

Но даже с Лешей у Льва ничего не получилось. Певец стал о чем-то догадываться:

- А теперь один! Наверное, бразильцы действительно решили меня не выпускать! Ох, я им устрою!

Льву понравилась бразильская шутка.

- Нет, дело не в этом, - сказал Леша. – У меня тоже не получается.

Мальчику удалось телепортироваться на улицу и обратно. Лев смог это повторить.

- Ирина, куда звонить в таких случаях? – спросил Олег.

Девушка дала телефон.

- Выясняй, Лева, шо они там творят!

Лев знал, что в Рио его любят, поэтому позволил себе проявить звездную болезнь:

- Леандру Ватруш требует прекратить это безобразие!

- О, Ватруш, здравствуйте! – ответил ему приятный женский голос. – Как мне нравится ваше пение! Погодите… что за безобразие?

- Почему я не могу телепортироваться вОдессу?

- Понимаете, уважаемый Ватруш, вы должны принять особо опасную ситуацию. Дело в том, что мы пытаемся поймать Сабину Витальевну, а распознавать людей еще не научились. Вот поэтому мы никого не выпускаем – вдруг она в вас превратится? Вам придется подождать.

Во время разговора была включена громкая связь, поэтому все услышали эту новость.

- Да это же здорово! – воскликнул Олег, не понимающий опасность ситуации, несмотря на то, что имел дело с Сабиной Витальевной. – Все, все просили тебя остаться, а ты говорил, что не можешь! Теперь никуда не денешься! Ну, раз ты надолго у нас остаешься, можно сделать наши репетиции реже, но дольше! И никаких ежедневных концертов! Только раз в месяц, а потом еще реже! Дни твоих концертов будут официальными выходными! В эти дни мы с тобой будем думать, что же делать с Дианой, а также я буду писать новые сценарии!

- Но мне все это не нравится, - дрожащим голосом произнес Лев. – Заварили кашу из-за какой-то Сабины Витальевны, а хороший человек уехать не может!

- Ты не знаешь за Сабину Витальевну, - серьезно сказал Олег. Теперь он почему-то осознал справедливость запрета на выезд до поимки преступницы. Лев же сможет все понять только в том случае, если с преступностью Шевелевой столкнется он сам или кто-нибудь из его друзей. – Ирина, ты разве не рассказывала?

- Я сообщила Льву Олеговичу важную информацию о Сабине Витальевне.

- Да-да, конечно, кое-что я слышал. Она в своем театре держала как в тюрьме. После этого уже ни у кого из актеров не оставалось высоких чувств!

- Это не главное! – воскликнул Олег. – Она ни с того ни с сего ранила Лешу. Он лежал в больнице и долго не мог выполнять практические волшебные действия... Правда, Леша?

- Какой ужас! – воскликнул Ватрушкин. – Неужели ее до сих пор не поймали? Что же теперь делать?

- А ты прослушал, что делать? Хорошо, напишу расписание!

- Да нет, - возразил Ватрушкин. - Не в этом смысле... Что, если она и с кем-нибудь из нас так поступит?

Но Олег не слушал друга.Он взял бумажку и принялся что-то строчить. Леша, Манна и Канна обнимали Ватрушкина и радовались тому, что он еще долго, если не все время, будет жить с ними. Он же отбивался и плакал. Ирина вспомнила тот момент, когда Блисталов очень спокойным голосом сказал, что дорога в Рио закрыта. Сейчас Лев узнал то же самое об Одессе. Каково же ему, когда все этому радуются, да еще среди них человек, которому гораздо хуже!

- Я тебя очень хорошо понимаю, - сказала Ирина. Впервые она сказала ему «ты», хотя он все время об этом просил.

- Спасибо, Ирина. Ты настоящая подруга. Не то, что эти... подобия друзей.

- Подобия? – возмутился Олег. – Я же твой лучший друг!

- Нет. Увы, это место занимает другой. Мой лучший друг – Моня.

Лев еще был в шоке, поэтому не прибегал к такой психологической защите, при которой вычеркивают из жизни все, что связано с недоступным прошлым.

- Забудь за Моню! – воскликнул Блисталов. – С Моней ты точно не увидишься в ближайшие десять тысяч лет. Да ладно, это была шутка... Но все-таки теперь я - твой лучший друг, и поэтому я обязательно что-нибудь придумаю! Не унывай – на сцену выходит Олег Блисталов!

Сначала Лев очень обрадовался. Он схватил Ирину и начал с ней танцевать. Тогда Манна схватила Канну, а Леша – Олега. Но это продолжалось совсем недолго. Вдруг Ватрушкин, он же Леандру Ватруш, опомнился. Он вспомнил, что обещал помочь другу, а сам даже понятия не имеет, что делать с Дианой. Наверняка этот самый друг так же шлифует ему уши!

- Ничего тут не придумаешь, - вздохнул Лев. – Я знаю, что у тебя нет никаких идей. У меня тоже.

- А откуда ты знаешь? – осторожно спросил Олег. Он уже догадался, в чем дело, но все-таки ему хотелось услышать опровержение этой догадки.

- А тебе зачем?

- А не судишь ли ты по себе? Ты же не знаешь, что делать с Дианой? И я не знаю. Что с тобой делать, тоже не знаю. Самый верный вариант – ничего не делать. Я оставляю в покое Диану, а ты – Одессу. Но это слишком сложно, поэтому лучше что-нибудь придумать. Есть одна идея. Мы оба становимся счастливыми, но тогда я в проигрышном положении. Делается это так: я превращусь в Сабину Витальевну. Тогда меня посадят на тысячу лет - за свои преступления она заслужила именно столько. Ты телепортируешься в Одессу, Диана за тысячу лет разведется с Сережей (поверьте, дольше не длился ни один брак, заключенный во сне), я выйду из тюрьмы и женюсь на ней!

- Тогда ты действительно в проигрышном положении, - заметил Лев. – Не факт, что она не найдет себе другого мужа. Этим пользоваться не будем. К тому же, настоящая Сабина Витальевна в этом случае может натворить больше гадостей! А если кто-то умрет? Нет, я не хочу добиваться счастья ценой человеческой жизни. Но Ирина подсказала мне способ, который поможет нам обоим. Поможет нам обоим забыть... Кстати, Ирина, Олег, почему вы бросили учебу?

Олег рассказал, как его побила Манна, и он очень долго болел – было просто не до учебы. А потом он стал работать в театре, и все стали думать, как его от этого вылечить.

- Теперь можно продолжить учебу, - улыбнулся Лев. – Давайте составим расписание с учетом работы в «Дельте».

- Ну, раз уж мы пошли по этому пути, - решил Блисталов, - «Дельта» больше не «Дельта», ведь театр назван так в честь Дианы Лазаревой – DL! Какие будут предложения насчет нового названия?

Театр назвали «4А БВ» - четверо Андреевых, Блисталов и Ватрушкин.

- Ирина, а какие там еще есть способы? – спросил Олег. – Я влюблен, я ничего не помню.

- Так, по порядку… Смерть друга… не рекомендую. Лотра… где ее взять? Самообман… это не рекомендую, потом очень больно становится. Можно завести собаку и посвятить ей все свое время… нет, Олег вспомнит, что сам был той собакой. Мауглинство… мауглинов уже нет, да и зачем преступниками становиться? Волшебные грибы! Есть ли они в Рио? Надо будет выяснить… нет, они вредные. Потом была учеба, это мы попробуем. Театр – это, конечно, хорошо, но Олегу не помогает – слишком сильно он влюбился. И последнее – Просветление. У нас его украла Наймарк, поэтому мы теперь обычные люди. Где найти Зайца Желаний, неизвестно.

- Да это же третий приход Магисы! – воскликнул Лев. – Несчастный ты человек, Олег, если Магиса пришла три раза, а у тебя проблемы. Ко мне же она ни разу не приходила. Буду ждать чуда.

- Да это все Елена Александровна! – в негодовании воскликнул Олег. – В тюрьму ее! Кстати, я видел ее в театре.
Глава 7

- Ты не знаешь за Магису? – удивился Лев. – В третий раз она приходит и дает Просветление. Когда ты встаешь на путь исполнения желаний, Просветление исчезает. Правда, ты не должен был из-за этого становится несчастным... Но все-таки Елену Александровну не надо сажать в тюрьму по этому поводу.

- А она в Рио! – воскликнул Олег. – Я видел ее в «4А БВ». Кстати, что значит «В»? Ватрушкин или Ватруш?

- Может быть, вернем театру название «Дельта»? – ответил Лев.

Слово «ответил» здесь вовсе не означает ответ вопросом на вопрос... Оно имеет такое значение, как в следующей фразе: «Боксер нанес удар. Противник незамедлительно ответил».

Наши друзья не были боксерами и не могли так же легко переносить удары. Ватрушкин обиделся на Ватруша, Блисталов – на «Дельту». Неразлучные одесситы поссорились и ушли из дома. Олег пошел в одну сторону, Лев – в другую. Долго они не возвращались. Я имею в виду «долго» не по их времени, а по нашему. Для них-то уходить из дома на три дня – это нормально. Олег во время своих скитаний встретил Елену Александровну.

- Олег, здравствуйте! Здорово, что у вас и здесь есть театр!

- А откуда вы знаете, что я и в Одессе играл в театре? – удивился Блисталов.

- Видела ваши спектакли. Значит, у вас все хорошо?

- Да не очень… Безответная любовь, ссора с Ватрушкиным…

- А с Ватрушкиным-то что? – спросила учительница. – Работать не хочет?

Олег рассказал о несчастье бывшего друга и о том, как в шутку назвал его Ватрушем.

- Нет, нельзя так с Левой! У него же ни одного одессита не осталось! Ай-ай-ай, как жалко!

- Остались, - возразил Олег. – Манна и Канна. Ирина и Леша не совсем одесситы - их Магиса отправила в астральную Одессу из другого города. Но зачем я с вами разговариваю? До свидания.

А Лев встретился с незнакомой бразильянкой. Казалось, она самая некрасивая женщина в мире.

- Режина, - представилась она. Она чувствовала, что знаменитому певцу требуется помощь.

- Уйди, чудовище! – завопил Ватрушкин.

- Спокойно, Лео. Я обычная девушка, просто уродливая. Но, может быть, я именно та, кого вы ждете. Я по глазам вижу, что вы кого-то ждете.

Нет, она не собиралась клеиться к Ватрушкину - ее помощь должна была быть чисто психологической.

- Магису я жду, понятно тебе?

- Дурачок! – засмеялась Режина. – В первый раз Магиса приходит, когда вы живете не своей жизнью и радуетесь, второй – живете не своей жизнью и страдаете. В третий раз она может прийти в любой непростой ситуации. Порядок она не меняет. Что с вами?

Девушка увидела, что глаза Ватрушкина наполнились слезами.

- Будьте женой! – закричал он в каком-то бреду. – Да не моей, а Олега Блисталова! Вот он! Поговорите!

И Лев упал на колени. Режина не знала, что заставляет ее выполнять эту нелепую просьбу, но почему-то послушалась. Олег сначала отнесся к ней так же, как бывший друг, то есть принял за чудовище.

- Ватруш! – крикнул он на Режину.

- Я только что разговаривала с Ватрушем. Он хочет, чтобы я была с вами. Можете называть меня Лео, но помните, что я Режина.

- Ой, извините, - смутился Олег. – Не сразу понял, что вы человек. Только не обижайтесь.

- А я и не обижаюсь. Факт есть факт. Я уродина, и с этим нужно смириться. Так что насчет Ватруша?

- Лучше с ним помириться, а то у него действительно не осталось ни одного сознательного одессита. Манна и Канна несовершеннолетне. И вообще, с ними он познакомился относительно недавно.

- Миритесь! – приказала Режина. – Понимаете, как ему больно? Он Магису ждет, а вы…

- А я влюблен! А она…

- Ладно, не буду мешать вам любить. До свидания.

Елена Александровна увидела Льва, стоящего на коленях.

- Ватрушкин, вставайте! – властным голосом потребовала она. – Я Елена Александровна, учительница астрального языка. У меня учился Олег Блисталов. Он рассказал мне о вашем несчастье.

- Всю жизнь испортили! – пробурчал Ватрушкин, вставая.

Вдруг произошло что-то странное: учительница закричала и побежала со скоростью света.

- Где же вы?

- Что значит «где»? – удивленно спросила напуганная, только что вернувшаяся Наймарк.

- Где – это значит «в каком направлении вы двигаетесь?»

- А «куда» не сказать? – усмехнулась Елена Александровна.

И тут произошла обратная ситуация: несчастный закричал и побежал со скоростью света. Учительница его не догоняла. Одесситы помирились, и Олегу показалось, что он может помочь Льву.

- Судя по поведению Елены Александровны, она заодно с Сабиной Витальевной. Постарайся у нее все разузнать.

- Но то, что она от меня убежала…

- У нас в школе был похожий режим, и Эсмеральда, бывшая помощница Наймарк, разозлилась, когда я пошутил на эту тему.

Тогда Лев выдвинул свое предложение:

- Олег, тебе понравилась Режина?

- Режина? – возмутился Олег. – Она же уродина! Ты просто смеешься!

- Да, она уродина, - согласился Лев. – Но я и не думал смеяться. Она умная уродина. Она за Магису знает столько, сколько не знает человек, видевший ее три раза!

- А действительно! Она понимает, как нам с тобой тяжело!

- Зачем ты рассказал за меня?

Льву казалось, что его несчастье настолько необычно, что никто не должен об этом говорить. Когда в рекламе говорили что-то о Сабине Витальевне, он даже не верил, что в рекламе могут подниматься такие опасные темы, и каждый раз вздрагивал. Но потом новости на популярную тему стали привычными, поэтому и реклама не действовала пугающим образом.

- Я не рассказывал! Я только сказал, что лучше с тобой помириться, а то у тебя сознательных одесситов не останется, и она поняла! Умная!

- Женись на ней, - предложил Ватрушкин. – Она поможет тебе забыть Диану. А я разберусь с Сабиной Витальевной.

Лев сразу пошел разбираться, а вот Олегу было нелегко вновь увидеться с ведьмой, и он остался дома.Лев смог вызвать Елену Александровну с первого раза, но, учитывая ее скрытность, он совсем не ожидал такого успеха - она вполне могла отключить возможность вызова.

- Почему вы от меня убежали? – спросил Ватрушкин. - Сразу отвечу на встречный вопрос: я убежал, потому что услышал плохое слово на букву К. А вы почему убежали?У вас есть основания?

- Есть, - промямлила учительница. – Вы уже все знаете! Блисталов вам все рассказал! Поздравляю, скоро вы будете в Одессе! А я в тюрьме…

- Нет, если вы скажете, где скрывается Сабина Витальевна, то останетесь на свободе.

- Хватит шутки шутить! – прикрикнула Наймарк.

- Но я не шучу. Извините, не знал, что в Бразилии обязательно сажают не только преступников, но и их друзей, которые ничего не сделали. Если так, все равно будете на свободе: я об этом позабочусь.

- Вы действительно шутите!

Лев не понял, где здесь шутка, но смысл предыдущей шутки теперь стал ясен: он наслал на себя проклятие фразой «шоб я так жил». Это вселило в него надежду: Ирина все-таки в Рио, несмотря на многочисленные негативные предсказания, значит, и он будет в Одессе! Но разве сейчас он шутил?

- Где же здесь шутка?

- Так вы действительно не понимаете? – улыбнулась Наймарк.

- Господи! – воскликнул Лев. – Неужели еще одна?

- Я не еще одна, - затараторила учительница, - я с Сабиной Витальевной вообще не связана!

- Но я имел в виду «еще одна одесситка».

- Ах, вы об этом! – Лев увидел в глазах Елены Александровны облегчение. – Нет, я не из Одессы. Я из Ро… Ростова.

Вдруг Лев засмеялся.

- Молодой город, скорее всего, - предположил он. (учительница напряглась) – Неужели не могли нормальное название придумать? А то взяли Ростов и прибавили «ро»! Этот Роростов действительно во сне появился?

- Не смейтесь! – возмутилась учительница. – Ростов – это Ростов, и нечего выдумывать!

Она убежала, а Лева подумал: «Странно… Раньше она не заикалась, вот я и подумал, что есть такой город со странным названием Роростов".

Глава 8

Прекрасная Диана и уродливая Режина загорали на Копакабане.

- А ты бы хотела такого мужа, который цитирует литературные произведения о твоем бывшем парне? – спросила Диана.

Она хотела получить от умной Режины подробный ответ, но та лишь буркнула что-то утвердительное.

- А вот мой Сережа такой! – продолжила Диана. – Он не избегает разговоров об Олеге, когда мы говорим о литературе! Да, именно Олег кажется ему прототипом одного литературного героя! Сережа цитирует многих классиков. Мы нашли друг друга: он тоже пишет и стихи, и прозу. Мы читаем их друг другу, а большего нам и не надо! А к моей профессиональной деятельности, то есть к спортивной гимнастике, он относится положительно!

Но Режину, казалось, волновало только одно:

- О каком Олеге ты говоришь? Да, я помню, что так зовут какого-то несчастного, который еще в школе астрального языка планировал на тебе жениться, а потом из-за недоразумения все изменилось!Просто я вчера познакомилась с Олегом Блисталовым.

- Это он, но как вы познакомились?

- Он сначала назвал меня Ватрушем, потому что поссорился со своим другом, а потом понял, что я человек.

- Подожди, - прервала ее Диана. – Ватруш – это Лев Ватрушкин. Разве он еще в Рио?

Режина знала о Сабине Витальевне, поэтому рассказала то, что ей никто не рассказывал.

- Представляешь, как он страдает! А мне-то каково! Ой…

- Что у тебя случилось, Режина? Говори, не стесняйся.

- Диана, я даже не знаю, как это сказать... Ну ладно... ничего такого в этом нет... В общем, я влюбилась!

- Тогда ты действительно влипла, - вздохнула Диана. – Сама подумай: кто захочет ответить на твои чувства взаимностью?

- Никто. Тем более, он влюблен в другую. Но безответно. Но... ну ладно, признаюсь... он не мог так быстро найти кого-нибудь еще! Да, это ты!

- Так ты влюбилась в Олега?

Режина покраснела. Почему-то это казалось ей стыдным.

- Так это же здорово! Уговори его жениться! Тогда он меня забудет! Спасибо тебе, Режина!

- Да нет, это Ватрушу спасибо. Я увидела по его глазам, что он ждет Магису, и уговорила не ждать. Хорошо, я попробую!

Олег как раз собирался пойти к Режине. Он вышел из дома и сразу же оказался рядом с ней.

- Вы, наверное, удивились неожиданному вызову, - начала Режина. – А я ведь просто хочу с вами поговорить. Вы один понимаете, что я такой же человек, как и вы.

- Ну, тогда приходите на мой спектакль, когда я его поставлю.

- Вы ставите спектакли? – удивилась девушка.

- Пятьсот лет уже, - ответил Блисталов. – Еще обязательно приходите на концерт Ватрушкина, который Ватруш! Так душевно больше никто не поет! Думаю, это будет через полторы недели. Я там обязательно буду, ведь Лео – мой лучший друг!

- Я это поняла. Знаете, я вам соврала. Вы у меня не один. У меня тоже есть лучшая подруга. Вы знакомы с Дианой Лазаревой?

- Нет, я таких не знаю.

- Врунишка! – улыбнулась Режина. – Диана говорила, что знаете. Вы же ее любите, не так ли? Конечно, вы не скоро сможете полюбить другую девушку.

- Я все смогу, если захочу! Знаете, Режина, мне не хватает нескольких актеров для спектакля. Будете актрисой?

Режина с трудом согласилась. Ее очень волновало, что зрители будут говорить что-нибудь о ее внешности. Но «Дельта» (театру было возвращено прежнее название, потому что этого потребовали бунтующие бразильцы) автоматически стала детским театром. Режине доставались роли разных сказочных существ.

Все спектакли игрались на астральном языке. Из-за этого Ватрушкину было очень стыдно, ведь только он, не собиравшийся приезжать в Рио-де-Жанейро, не знал ни слова по-португальски. С этого-то и начались успехи Олега: Режина предложила Льву учиться у нее.

- Нет! – крикнул Блисталов. – Я сам его научу. Правда, думаю, что ему это не понадобится – есть у меня один план.

- А почему ты мне не позволяешь? Считаешь меня плохой учительницей?

- Нет, дело не в этом, Режина. Просто боюсь, что у вас возникнут определенные отношения... Лев женат, но не знает, увидит ли когда-нибудь свою Лилию... Так вот, Режина, я давно хотел тебе сказать: я хочу на тебе жениться.

- Жениться? На мне? – обрадовалась Режина. – Наконец-то ты это сказал! Я полюбила тебя с первого взгляда! Но как же твоя Диана? Неужели ты ее разлюбил?

- Нет, не разлюбил. Я найду Диану в тебе.

- Олег…

-Лева! – закричал Блисталов. – Лева! Когда у тебя следующий концерт?

- Завтра.

- Режина, послезавтра у нас свадьба! – крикнул Олег на весь театр. – О гостях не беспокойся – приглашаю всю «Дельту» и… одно не очень приятное лицо. Увидишь незнакомую женщину – не разговаривай с ней. Это именно та, о которой я говорю. С ней можно говорить только Леве.

- А моим гостям можно с ней разговаривать? – спросила Режина. – Я приглашаю своих друзей! Ты увидишь, как изменилась Диана… в худшую сторону.

- Гарантируешь? – спросил Олег уже не на весь театр. – Диане с ней разговаривать можно, она ее знает. Больше у тебя друзей нет - не думай, что у меня плохая память! Так вот, это та неприятная женщина обязана нашему знакомству.

Обговорив все с Режиной, Блисталов решил обсудить еще кое-что с родными. Да, я предпочитаю называть их так, тем более, за год и Ватрушкин стал родным, но все еще тосковал по Одессе. Поэтому-то Олег всех и собрал.

- Ирина, Леша, Манна и Канна! По окончании праздника вы идете домой. Лева, ты в течение всего праздника болтаешь со всеми, кроме Елены Александровны. Да, это и есть та самая неприятная особа. Когда все начнут расходиться, «вспомни», что ты с ней так и не поговорил. Отведи ее в сторону и, когда все уйдут, закрой помещение. Скажи, что не откроешь, пока она во всем не признается!

- Но она может соврать!

- Скажи, что у тебя есть детектор лжи. Начало положено! Совсем скоро мы вернем свое… счастье.

Олег запнулся на слове «счастье», потому что подумал о Льве. Каким образом Блисталов будет счастлив, если попрощается с лучшим другом? Он так привык к Ватрушкину… В том, что придется попрощаться навсегда, Блисталов не сомневался: оба будут бояться повторения своей ситуации и не захотят приезжать. «А почему бы мне не приехать в Одессу? – подумал Олег.– Я не боюсь остаться там навсегда. Но Ирина меня за это не простит. Лучше остаться в Рио».

Олег заплакал. Лев, видимо, думал о том же.

- Нет. Я пойду по твоему пути, Олег, - решил он.

- По какому моему пути? – удивился Блисталов.

- Ну, ты же отказался от Дианы. Вот и я откажусь от Одессы. Но я все равно сделаю так, как ты сказал! Неспокойно на душе из-за Сабины Витальевны. Понимаешь, Леша, что на твоем месте может оказаться каждый из нас?

Два друга пошли в общую комнату. Ирина, Леша, Манна и Канна услышали звук рвущейся бумаги. Это Олег рвал фотографии Дианы, Лев – Одессы. Они уже целый год не знали сна во сне, поэтому Олег взял свою тетрадь для пьес, Лев – для песен. Он не очень хорошо их сочинял и делал это редко, но понимал, что сейчас никто для него ничего не напишет. Блисталов же сменил имя волшебницы, фигурировавшей в пяти сказках, – теперь ее звали не Диана, а Режина, и он перед спектаклем об этом сообщил. Лев писал песни для завтрашнего концерта. Он писал и пел лучше обычного, и все признали, что в тот день спектакль и концерт были лучшими.
Глава 9

Наши друзья пошли на свадьбу. Ирина заметила, что Олег и Лев сильно изменились. Они смогли отпустить свою боль и весело болтали. Вроде бы ничего такого в этом не было: Блисталов был таким, как в первый день пребывания в Рио-де-Жанейро, Ватрушкин – в первую неделю. Но все-таки что-то не то было в их разговоре. С каким-то усилием оба подбирали нужные слова и говорили совсем не так, как раньше. Ирина, заинтересовавшаяся психологией, обсуждала этот вопрос с Лешей:

- Ты не знаешь, почему они так говорят?

- А ты не знаешь, почему Манна и Канна шепчутся?

Ирина вздрогнула. Лев с какой-то мольбой посмотрел на Лешу, а потом махнул рукой и продолжил разговаривать с Олегом. Ирина же прислушалась к девочкам. В них не изменилось ничего. Их речь была привычной.

И вот все вошли в специально арендованное помещение. Уже собрались почти все гости. Не было только Режины и Елены Александровны. Диана подсела к Олегу.

- Я не буду ее слушаться! – решительно сказала она. – Она просила меня оскорблять всех гостей. Я предупредила, а теперь пойду к своему мужу. А тебе касину сделать?

- Мне Режина сделает! – с чувством собственного достоинства произнес Олег.

Юнцова как будто обиделась и удалилась. Сережа увидел Ватрушкина и закричал:

- Лев Олегович, будете сегодня развлекать гостей?

- Нет, не буду, - высокомерно произнес Лев. Певец пытался вернуть даже те черты характера, которые до его несчастья отравляли жизнь другим. – У меня вчера был концерт. Если каждый день петь, то всем надоест мой голос, которого у меня нет. Что я тогда буду делать? Играть в театре? Но мне никогда не переплюнуть Олега! Пойти в другой? Но я не могу уйти от лучшего друга, а совместить «Дельту» с другим театром невозможно!

Но тут пришла Елена Александровна и сказала, что заставит Ватрушкина спеть – ради этого она и явилась на свадьбу. И пришла она не одна, а с полицейским. Все испугались и отстранились от нее, но праздничное настроение помогло быстро забыть об опасности.

И вот пришла Режина. Ее, несмотря на объективные обстоятельства, встретили бурными аплодисментами.

- Это кто? – шепнул Сережа Диане. – Что это за чудовище?

- Так это невеста! – ответила Юнцова. – Представляешь, она всю жизнь мечтала выйти замуж! Эта умная девушка, умеющая философски относиться ко всему, только поэтому страдала из-за своей внешности!

- Подожди, Диана! Как он мог полюбить эту после тебя? Ты же такая красивая, а она…

И тут заиграла музыка. Под звуки вальса подали угощение.

- А Ватрушкин нашел! – улыбнулась возлюбленная Олега.

И тогда Лев решил, что пора начинать свою миссию. Он все прекрасно слышал, но все же начал разговор так:

- Что Ватрушкин? Что-то плохое обо мне хотите сказать?

- Да, Лев Олегович, - ответил Сережа. Он хотел заставить Ватрушкина спеть, поэтому и позволил себе соврать. – Мы говорим, зазвездились вы, петь не хотите.

- А, так вот в чем дело! Понимаете, мне сегодня некогда петь. Дело в том, что вон та женщина связана с Сабиной Витальевной. Я должен у нее все узнать.

- Но тогда вы нам уже никогда не споете, - возразила Диана.

- Нет, спою. Я остаюсь в Рио. Так будет лучше для всех нас.

Но вот все наелись. Больше никто не мог взять в рот ни кусочка, а по правилам сна на миллион лет объявлять Олега и Режину мужем и женой еще рано. Не скучал один Ватрушкин: он по плану разговаривал со всеми подряд. Поговорил он даже с полицейским. «Свободные» просто слушали. Но вот гости кончились. Можно пойти по второму кругу, но тогда Елена Александровна поймет, что здесь что-то не так. Поэтому Лев сел на свое место рядом с Дианой.

- Вы должны спеть! – потребовала Наймарк.

Конечно, Лев уже и сам хотел заполнить паузу, но этот тон заставил его передумать.

- Пойте, а то хуже будет!

- Нет!

Вдруг Диана вскрикнула. На ее щеке образовалась ссадина.

- Кто это сделал? – закричал Сережа.

- Я не знаю! Я действительно не знаю! – закричала пострадавшая.

- По-моему, это сделал Ватрушкин, - сказал полицейский. – Он же рядом с ней сидит!

- Да, у него есть повод, - согласилась Диана. – Если бы это действительно был он, то таким способом он бы хотел заставить меня выйти замуж за его лучшего друга! Но нет, он меня не трогал. У меня такое ощущение, что это сделалось само!

Еще несколько свидетелей подтвердили, что Лев в это время спокойно сидел, но полицейский стоял на своем. Поскольку ссадина сама собой исчезла, Ватрушкина решили посадить на десять лет за мелкое преступление. Сделать это решили после свадьбы, чтобы не портить никому настроение.

- А я закрою помещение! – улыбнулась Елена Александровна.-Тадам! Теперь Лев Олегович никуда не убежит!

- А закрывать помещения противозаконно, - сказал полицейский. – Исключение составляют закрытые школы или специальные помещения, но в случае специальных помещений, как у нас, нужно получить разрешение. У вас его нет. Будете сидеть в одной камере с Ватрушкиным. Да-да, таковы бразильские законы сна на миллион лет – женщины и мужчины могут сидеть вместе! Подбираю код… Тадам!

- Но я же хотела по-хорошему… Вдруг он убежит?

- Лева не собирается убегать! – воскликнул Олег. В другой ситуации он был бы шокирован ложным обвинением и испытывал бы примерно то же, что пришлось бы пережить Диане, если бы Сережу действительно арестовали за убийство бразильянки, которого он не совершал. Но сейчас Блисталов понимал, что тюрьма для Льва - лучший способ сблизиться с Еленой Александровной и узнать правду о Сабине Витальевне. – Спасибо вам за это, Елена Александровна! Вы хотели и сделали по-хорошему!

Да, убегать Лев не собирался, но он что-то шепнул Олегу.

- Ты прав, - согласился Блисталов, сдержав слезы. – А Диана… нет, я не могу ее забыть. Как жить с Режиной, не понимаю... Считай, что я тоже иду в тюрьму. Как же мы с тобой похожи!

Действительно, оба стали считать свои сходства. Одесситы, встретившиеся на Олимпиаде в Розотюльпанске, не понимали, что они там делают. Оба были «бегунами». Кстати, Олимпиада в Одессе начнется через месяц после того, как Ватрушкин выйдет из тюрьмы. Оба вернулись к своему истинному призванию. Они страдали. Страдали так, что уже не могли жить по-прежнему. Они стремились помочь друг другу, и, кажется, сейчас это наконец получилось. Лев считал, Олег будет счастлив совсем скоро, а Олег считал, что Лев будет счастлив через десять лет. Но о своем счастье они не думали.

И вот Олега возмутило то, что Лев пел на свадьбе незнакомых людей, а сейчас, на свадьбе лучшего друга с предложенной певцом девушкой, отказывается!

- Спой в последний раз, - попросил Блисталов. – Не думаю, что ты в тюрьме будешь развлекать Наймарк!

- Хорошо, я спою. Но тогда и ты попроси «Дельту» сыграть какой-нибудь спектакль.

И вот полились песни. После другой песни о любви Олег понял, что он смог полюбить Режину. Но скоро пришлось прерваться. По правилам сна на миллион лет именно сейчас Режина официально сделалась женой Олега. Как раз пришло время показывать сказку театра "Дельта" о волшебнице Режине, в которой не задействован уже отработавший Лев Ватрушкин.

Нет, не до конца он отработал. Гости стали расходиться. Лев не признавал свою вину, но и не отказывался от тюрьмы. Он сам подошел к полицейскому. Елена Александровна же вырывалась.

Олег вел себя спокойно. Мужественной походкой шли одесситы в свои тюрьмы. И вот их привели. Пора действовать. Но как найти в Режине Диану? Как выяснить у Наймарк, где скрывается Шевелева?

Глава 10

Через десять лет изменившийся в лучшую сторону Лев Ватрушкин вышел из тюрьмы. Он бросился на шею к так же изменившемуся Олегу Блисталову.

- Лева!

- Олег!

- Ну, как она? – спросил Олег. – Узнал, где Сабина Витальевна?

- Я спрашивал, но она мне ничего не сказала, - отмахнулся Лев. – А что у тебя с Режиной?

- С Режиной ужасно. Не понимаю, зачем я вообще на ней женился! Хорошо еще, что она сегодня уехала к тете на другой конец города! Она проживет там три года. Хотя бы на три года я смогу вернуться в «Дельту».

- Не может быть! – воскликнул Лев. – Ты ушел из «Дельты»?

- Из-за этой жизни с Режиной у меня пропал актерский талант.

- А ты разведись с ней!

- Сам не дурак, - проворчал Блисталов. – Не могу я с ней развестись. Сто раз предлагал, а она не хочет. А вот ты шляпа. Надо было сказать, что убьешь ее, если она не расскажет правду!

- Да? А разве за угрозу не могли продлить срок? Зато я знаю, как найти Наймарк, если она скроется, как Сабина Витальевна, - усмехнулся Лев. – Я уже не помню, зачем сделал так, что мы с ней сошли с ума. Кажется, она начала надо мной издеваться, и я стал петь свои песни с последнего концерта. Она сказала, что после моего пения стала совсем другим человеком и больше не будет хулиганить. Как она раскаивалась! Так вот, поскольку в тюрьме песни не пишутся, я пел только это. Она выучила эти песни наизусть, и они не выходят у нее из головы. Вскоре уже не я развлекал ее, а она меня! Слушай, а ведь получилось, что мы с тобой в один день из тюрьмы вышли! Почему мы такие похожие? Да, ты тоже окончательно распрощаешься с Режиной! Она же не знает, где живет твоя семья! Отключи возможность вызова, и твои мучения закончатся!

Но оставалась еще одна проблема с Режиной: она была актрисой «Дельты». Конечно, можно было заменить ее другой женщиной, что и требовалось сделать на эти три года. Но по истечении этого времени уволить Режину? Она же не бездарность, как мужчины, заменявшие одесситов!Из-за этих «Дельта» утратила свою популярность. Они знали, что одного из них обязательно уволят. Они не знали, что Олег тоже вернется в театр, и уволят обоих.

Вместо Режины на три года взяли Катарину, которая сразу очаровала всех мужчин. Она могла играть все роли, и совесть Олега – актера и режиссера – была чиста.

- Олег, женись на ней, - предложил Лев. – Мы же ее вместо Режины взяли!

- А зачем мне жена? Мне жена не нужна!

- Никакая жена не нужна? – уточнил Ватрушкин.

- Никакая. Совсем никакая. Вызову «пятерку» - обрадую!

Да, в Рио у Олега тоже была пятая группа. Читатель же помнит его одесскую "пятерку"? Интересно, что других студий в «Дельте» не было вообще. Просто Блисталов привык к тому, что его группа называется «пятерка», и не стал уходить от традиций.

Уже второй раз за день к великому актеру бросились на шею. На этот раз это были студийцы. Один из них, Мишка из Омска, приехавший в Рио-де-Жанейро ради работы в «Дельте» и концертов Ватруша, временно потерявший и то, и другое, заглянул педагогу в глаза и сказал:

- Я помню. Я в группе 5.

Мишка посмотрел на Ватрушкина, решившего тоже увидеться с «пятеркой», и очень обрадовался.

- Да, Мишка, ты в группе 5! – воскликнул Лев. – Знаешь, что это значит? Это значит, что ты звезда! Я ходил в «Золотую рыбку» невидимкой и знаю, о чем говорю! «Пятерка» всегда нравилась мне больше других групп. Олег, я должен тебе признаться: я смотрел даже поморские сказы. Как мне это удалось? Очень просто: я увидел, что в театре никого нет, и пошел за тобой. А потом сходил на Ромин военный спектакль. Он мне совсем не понравился. Твои спектакли лучше. Как же я обрадовался, когда «пятерка» вернулась, пусть даже в другом театре и в другом составе! Сначала казалось, что это не то, что лучше "Золотой рыбки" ничего быть не может... Но было когда-то и другое чувство: я считал, что хуже "Золотой рыбки" ничего быть не может, когда в ней нет твоих спектаклей, но без этого театра жить нельзя... Вот такое противоречие. Я тоже хотел убить комиссию из-за такого несправедливого запрета!

- Береги себя, - напомнил Олег. – Я Мишку попросил тебя беречь, а ты…

Расскажу немного о Мишке. Мишка был чужим в «пятерке». Он никак не вписывался в коллектив. Но Олег сказал ему, что он в группе 5. И эти слова вселили в мальчика уверенность. Сам Блисталов уже забыл об этом, но Мишка стал что-то писать. Так родилась песня о Мишке из группы 5, которую потом исполнил Ватрушкин. А Олег попросил Мишку не напоминать Льву об Одессе.

- Да ерунда! – воскликнул Лев. – Знаешь, как я теперь вспоминаю Одессу? Прямо как детские годы… Это самое счастливое время, которое уже не вернуть…

- Нет, мы с тобой точно близнецы! Знаешь, как я теперь вспоминаю Диану? Как ошибку молодости – дураком был, когда с Нюрой танцевал! Жду следующего подобного момента, чтобы исправиться!

Возобновилось творчество одесситов. Уже через две недели появились новый спектакль Олега Блисталова и новые песни Льва Ватрушкина. Лев продолжал исполнять и песню о Мишке. Именно сейчас она стала известной, хотя раньше она была незамеченной. Возобновилось и счастье.

Еще через две недели работники «Дельты» устроили праздник. Все показывали свои умения. Сначала был спектакль. Потом Олег читал сценарий, который еще не успел перенести на сцену. Потом Ватрушкин пел свои новые песни. Ирина читала свои стихи. Канна читала отрывки из «Евгения Онегина». Манна очень выразительно читала короткие стихи. Леша пел свои детские песни. Они понравились не всем. Другие актеры тоже показывали свои умения, а потом началась самба.

Олег танцевал с Катариной, чем вызвал громкий смех своего лучшего друга.

- Да не женюсь я на ней, Лева!

На самом деле Катарина понравилась Олегу, но он понимал, что это не любовь. Тем более, жениться он не собирался из-за неудачи с Режиной.

Но вдруг включили телевизор. Ничего интересного не показывали - была простая реклама. В переводе Ватрушкин не нуждался: за десять лет Елена Александровна научила его португальскому языку. Но реклама была примерно такой:

- Хотите петь как Леандру Ватруш? Специально для вас вокальные курсы «Лео»!

Дальше давался телефон. Ирина заинтересовалась этими курсами, так как совсем не умела петь. Манна и Канна тоже записались на курсы «Лео». Ватрушу же это не понравилось:

- Кто им давал право курсы в мою честь называть? Пусть лучше переименуют!

Но вот реклама закончилась, и какой-то тренер заговорил о своих олимпийцах.

- Ребята, сейчас открытие Олимпиады начнется! – воскликнула Катарина. – Пожалуйста, не расходитесь!

Никто и не собирался расходиться. Всем было интересно посмотреть открытие.

Я уже писала, что это за Олимпиада. Именно о ней шутил Ватрушкин. Конечно, он не собирался быть спортсменом, но вживую посмотреть Олимпиаду, конечно, хотел. И сейчас старая рана вспыхнула с новой силой. Вдруг Олег увидел то, что сделало и ему больно. Лев тоже это увидел и посмотрел на друга с немым вопросом. Вопрос этот был таким: «Как Диана смогла добраться до Одессы?»

Глава 11

- А я знаю? – так же молча ответил Олег. Лев увидел именно этот ответ. Даже к Олегу вернулась прежняя «одесскость».

- Превратилась в Диану! – воскликнул Ватрушкин. – Только непонятно, зачем.

- Может быть, она действительно выступает? Я знаю, она занимается спортивной гимнастикой. Надо у Сережи разузнать. Скорее всего, они потеряли Диану и нашли замену, которую заставили превратиться в нее!

- Я пойду к Сереже, - решил Лев.

- А я выясню, может быть, Сабину Витальевну уже поймали, но эта новость прошла мимо нас!

Но сразу после открытия Олимпиады одесситы пошли домой спать. Да, в течение этого месяца они возобновили сон во сне. Заснули они быстро.

Олег проснулся и подумал: «Что это? Неужели время вернулось назад, и я только сейчас узнал, что Диана выбрала не меня, а Сережу?»

Лев проснулся и подумал: «Что это? Неужели время вернулось назад, и я только сейчас узнал, что не могу вернуться в Одессу?»

И тут они вспомнили, почему так сильно болят их раны: Олимпиада! Вспомнили они и о своих намерениях.

Лев подумал: «Если мне так плохо, то Олегу, наверное, еще хуже, ведь любовь – это совсем другое! Пойду к Сереже и наговорю ему гадостей за Диану!»

Олег подумал: «Я не знаю, какая она – жизнь с Дианой. Если мне так плохо, то Льву, знающему за… да, за жизнь в Одессе, еще хуже! Пойду в полицию и все выясню».

Они встали и пошли в разные стороны. Уже через несколько метров Олег поменял направление и крикнул:

- Спокойно, Лева, не беги за мной, ты в этом спектакле не задействован!

И вдруг Ватрушкин вспомнил, что у него сегодня концерт. Но на репетицию времени не оставалось.

- А я перенесу концерт на завтра! – крикнул Лева.

- На завтра? – удивился Олег. – Завтра в девять часов вечера спортивная гимнастика!

Вас, наверное, удивляет, что спортивная гимнастика в Одессе будет в девять часов вечера по бразильскому времени. Но не забывайте, что это сон! Меня удивляет совсем другое: почему Ватрушкин из-за Олимпиады, которую лучше не смотреть, решил устроить концерт не в девять, а в семь часов?

На самом деле странно, что меня это удивляет. Я сама смотрела Олимпиаду, которая проходила в городе мечты – Рио-де-Жанейро, о чем и писала в первой части. Но через месяц после закрытия Рио меня уже не привлекал, несмотря на то, что я полностью отдалась «Сну на миллион лет».

Давайте вернемся в день после открытия. Спектакль и концерт были перенесены на завтра с учетом самых интересных соревнований. Можно начинать действовать.

Олегу не пришлось выдумывать, чтобы поговорить с полицейским – он сказал правду, назвавшись другом Леандру Ватруша. Полицейский знал, что лучший друг Ватруша – великий актер Олег Блисталов, но никак не мог попасть на его спектакли.

- Так это вы Олег Блисталов? Извините, но я о вас очень мало знаю. Вот на все концерты вашего друга хожу невидимкой. Не знаю, как я раньше жил без его песен! Он снимает проверку, а перед матчами возвращает.

- Какую проверку?

- Разве у вас в театре нет проверки невидимости?

- Нет…

- И не делайте! Буду ходить на ваши спектакли! Вы подумали, что я неправильный полицейский. Я с вами абсолютно согласен. Я неправильный полицейский. Я всю жизнь мечтал стать актером.

- Приходите! – воскликнул Олег. – Беру всех! Но только если вы скажете, каким образом Диана Юнцова оказалась на Олимпиаде в Одессе.

- Спортсменов специально вызывают очень сложной технологией. Новых из Рио-де-Жанейро не берут.

- Тогда сделайте, пожалуйста, так, чтобы можно было выезжать за границу, а то мой друг и ваш кумир Ватруш страдает! И только тогда я возьму вас в театр.

- Это не в моей власти, - возразил полицейский, - а главный этого никогда не сделает! Он думает, это облегчит поимку Сабины Витальевны! Я с ним не согласен. За 11 лет ее пребывания в Рио-де-Жанейро никаких результатов!

Пришлось уйти ни с чем, но с новым актером «Дельты».

Лев действительно пошел к Сереже. Но Юнцов, похоже, не обрадовался такому гостю:

- Назовите пароль!

- Какой пароль? Откуда я его знаю?

- Меры безопасности, - вздохнул Сережа. – Сабина Витальевна превращается в друзей и знакомых любого человека, а потом убивает этого человека! Вот только что в вас превратилась, вошла в ваш дом и убила Манну и Канну! Тогда я позвонил Диане и сообщил ей пароль…

- Какой ужас! – воскликнул Лев. – Неужели это правда? Она убила Манну и Канну? Теперь у меня один Олег остался…

И Ватрушкин заплакал.

- Вот теперь вижу, что вы Ватрушкин, - сказал Сережа. – Входите. Запоминайте пароль: моя дата рождения. Лев записал дату рождения Юнцова и вдруг подумал, что никто Манну и Канну не убивал:

- Так это была проверка? Вы сочинили эту историю, чтобы проверить, действительно ли я Лев Ватрушкин?

- К сожалению, нет. Манна и Канна действительно убиты.

- А я-то хотел наябедничать вам на Диану! Теперь понимаю, что она ангел по сравнению с Сабиной Витальевной!

Одесситы встретились.

- А я нашел в полиции актера! – воскликнул Олег.

- Не смешно, - оборвал его Лев. – Запоминай пароль: 2А БВ.

«Совсем рехнулся, - подумал Блисталов, воодушевленный своей находкой. – Считает, не одессит – не человек!» А вслух сказал:

- А как же Ирина и Леша?

- Я за них и говорю, - вздохнул Лев. – Манны и Канны нет.

- Как – нет?

- Так нет. Сабина Витальевна убила.

Он передал Олегу разговор с Сережей.

- Какой ужас! – воскликнул великий актер. – Как же мы будем жить без них? Но зато, если она к нам еще зайдет, наши мучения прекратятся!

- Так, стоп. У меня к тебе два вопроса: как ты собираешься ее поймать и почему НАШИ мучения прекратятся?

Лев не понимал, что Олег готов умереть. Блисталов давно об этом думал, и даже гибель Манны и Канны не заставила его отказаться от этих мыслей, как это бывает у некоторых после ухода близких людей, а только обострило их, что, к сожалению, тоже бывает.

- Не знаю, как ты, но я хочу умереть, несмотря на ее слова… Мы можем ей поддаться. Конечно, Ирине с Лешей будет еще хуже… Надо их как-то подготовить. Например, сказать, что она давно покушается на нас.

Лев был в шоке. Он не понимал, что делать с сумасшедшим другом. Теперь-то он понял, что самое главное - это жизнь, и его страдания ничего не стоят! Тем более, одесситы думали о нормальном плане: дождаться конца Олимпиады и понять, что с этого дня начинается их спасение, и года через три все будет так, как тогда, когда Ватрушкин вышел из тюрьмы. Кстати, Наймарк под влиянием его песен призналась, что это она нанесла Диане колдовскую рану…
Глава 12

- Можно было догадаться, что это она, - причитал Леша. – Мы же знали, что Лева уже не поет эти песни!

- И чтобы сейчас, во время Олимпиады, он шел домой с песнями? – добавила Ирина. – Что-то я в этом сомневаюсь. И как теперь узнать настоящего Леву?

- А давай включим Олимпиаду! – предложил Леша.

И под рев болельщиков они стали оплакивать Манну и Канну. И тут вошел Олег.

- Выключите это! – заорал он, испугавшись увидеть Диану. – Я уже все знаю насчет Манны и Канны. Пароль: 2А БВ.

- А где В? – спросил Леша, выключив телевизор.

- Он здесь. Сами подумайте: если б мы зашли вместе, вы бы на него набросились! А так я предупредил, что он назовет пароль.

-2А БВ, - раздался из-за двери голос Ватрушкина.

Ирина и Леша впустили его и начали наперебой рассказывать:

- Ее можно будет вычислить по феноменальной памяти!

- Лева, она выучила песни, которые ты пел на последнем концерте перед арестом! (тут Лев чему-то улыбнулся, но никто не обратил на это внимания)

- Представляете, поет…

- Входит…

- Убивает…

- Превращается…

- Исчезает…

Ватрушкин сжал кулаки:

- Противная Наймарк! Да, Сабина Витальевна Шевелева и Елена Александровна Наймарк - одно и то же лицо! Только Наймарк могла выучить эти песни, потому что я пел их в тюрьме! А пел я потому, что она стала напоминать за Одессу!

И действительно: поэтому она и испугалась Ватрушкина, решив, что он уже все знает. Оттуда-то и взялся Роростов: она хотела сказать «Розотюльпанск», но забыла, что ей нельзя называть этот город. И вдруг в дверь постучали.

- Лев Олегович, я не знаю пароля, опознайте меня: вы хотели наговорить мне гадостей о моей жене. Я вас слушаю. Это важная информация. Диана мне изменяет? Сейчас такое опасное время... Я уже готов ко всему!

- Проходите, Сергей Яковлевич. Хотя нет, можете не проходить. То, что я хотел сказать днем, не сравнится с тем, что я узнал сейчас: она и есть Сабина Витальевна.

Тогда Сережа решил, что он не сможет ее поймать, но обязательно разведется. Олега же такое решение не обрадовало: он сосредоточился на горе и больше ничего не чувствовал. И новый спектакль для поимки Сабины Витальевны он ставить не хотел. Он просто решил ввести в сценки из школьной жизни полицейского Рикардо и Катарину вместо Манны и Канны: в этом спектакле пол совсем не был важен.

Одесситы уже спокойно смотрели Олимпиаду. Они чувствовали прилив сил при виде своих «возлюбленных» и думали, что скоро с ними увидятся. Ватрушкин говорил, что он, может быть, успеет на закрытие.

- Тогда скажи Диане, что я ее жду, - говорил Олег. – Скажи, что Сережа принял ее за Сабину Витальевну!

Спектакль предназначался только для Елены Александровны Наймарк. Шестеро актеров вышли сказать вступительные слова.

- Сегодня я сыграю лучше! – воскликнул Олег. – Тогда у меня была депрессия.

- А я тогда впервые играл с Блисталовым! – вставил свое слово Лев. – Сейчас я к нему уже привык.

- Интересно, заметите ли вы, что я учусь петь? – усмехнулась Ирина. Вы не забыли, что она ходит на курсы «Лео»?

- Но я всегда пел лучше! – возразил Леша. И это была правда. Чужие песни он пел хорошо, но у него была другая особенность пения – не такая, как у Ватрушкина. В его пении главное – красивый голос. Леша никогда не понравится романтику больше, чем Лев.

- Я вместо одной из тех, кого уже нет, - произнесла Катарина. – Но уже никто о них не грустит. А знаете, почему? Потому что их не было никогда. Они родились во сне. Их не было, нет, и никогда они не появятся в реальности.

- А со мной вы познакомитесь после спектакля, - улыбнулся полицейский. Ему уже рассказали о Сабине Витальевне и привели доказательства.

Все играли хорошо. Рикардо и Катарина понравились Шевелевой больше, чем Манна и Канна. С полицейским она даже захотела завести временный роман. Она не знала, к чему это приведет...

- Вы хотели со мной познакомиться? – улыбнулась Сабина Витальевна. – Я готова!

- А знаете ли вы, что я еще полицейским работаю? Вы мне очень понравились, сеньора Шевелева! С первого взгляда!

- Простите, - заплакала Сабина Витальевна. – В убийстве Манны и Канны и еще нескольких человек я совсем не виновата! То есть, это сделала я, но я не хотела! Меня заставила подруга. А я совсем другим человеком стала после пения Ватрушкина! Я больше не буду! Простите меня!

По городу разнеслось радостное известие: Сабина Витальевна, ранившая Лешу и, как оказалось, убившая не только Манну и Канну, но и многих других, наконец в тюрьме! Сразу же был объявлен карнавал. Он оказался даже лучше обычного февральского праздника. Танцевали все. Даже дети, которым не было и года, изображали какое-то подобие танца.

Заметив в толпе Ватруша, один из таких детей на своем младенческом языке попросил его спеть. Как вы уже знаете, песни были на астральном языке, и все медитировали, слушая певца. Только один человек стоял в стороне. Это был Олег Блисталов. Ему очень не хотелось расставаться с Левой. Конечно, можно было вместе с ним поехать в Одессу, но что делать с Ириной? Она точно не захочет уезжать из Рио! И вот… кажется, последняя песня, очень подходящая к его отъезду…

Какое-то безумие овладело Олегом. Он узнал у первого попавшегося бразильца, где находится прибор, решающий, можно ли выпускать человека за границу, пошел к владельцу этого прибора, сказал, что он специалист и может его рассмотреть, и спрятал в закрытом помещении.

Львом тоже овладело безумие: он понял, что, если его друг женится на Диане, то совсем забудет о нем, и они не скоро встретятся. Он позвонил Юнцовой (она снова стала Лазаревой, но еще не знала о произнесенном Сережей заклинании развода) и сказал сначала правду о разводе, а потом неправду о помешательстве Олега. Диана же ответила, что в этом случае она может завести роман со своим новым другом Моней.

Лева начал расспрашивать об этом Моне и узнал, что это и есть его одесский друг. Но на самом деле Моня был просто приятелем. А вот Олег, как считал Лев, был настоящим другом.

- Олег, не смотри на меня так! – крикнул Лев. – Я же не навсегда!

- Да я и не навсегда… На каких-нибудь три года я тебя покину.

- Я мог бы и остаться, - сказал Лев. – Но дело в том, что я наконец получил известие о своей дочери: она объявила голодовку из-за меня. Думает, что я предал семью!

На самом деле Ватрушкин в тот день получил много писем из Одессы. А почему они не приходили раньше, никто не знал... Это можно было объяснить только странностью законов сна на миллион лет. Ватрушкин узнал, что в Одессе появилось изображение какого-то Романа Ильина прямо на одном из домов Дерибасовской, узнал, что на Привозе теперь нельзя просто так что-то купить, если ты не знаешь Ильина; все одесситы ходят в «Золотую рыбку» (так вот кто такой Роман Ильин!); а самого Льва невзлюбили за предательство. Но его волновала только дочь.

Олег же знал, что Диана разлюбила Сережу и спрашивает о нем, об Олеге. Он сказал об этом Льву. В глазах у обоих читался ужас.

- Что же я наделал! – воскликнули они одновременно и побежали в разные стороны.

Олег не переключал прибор, но отдал его владельцу, сообщив об исправности. Лев позвонил Диане и попросил ее срочно приехать в Рио-де-Жанейро.

- Как раз закончила олимпийское выступление, - улыбнулась Лазарева.

Глава 13

Может быть, вам интересно, почему Ватрушкин не мог позвонить родным? Так вот, у него не было телефона, когда Олег его вызвал. По новому же телефону можно разговаривать только с лицами, находящимися на территории Бразилии. Интернетом он пользоваться не мог, потому что в реальности был знаменитым представителем двадцатого века. На представителей двадцатого века, которые никогда не знали славы или получили ее во сне, этот запрет не распространяется. Еще замечу, что сон объединял только два века - никаких других не было. Почему так, а не иначе, никто не может объяснить...

Но это была информация для особо внимательных читателей, заметивших недочет. Надо сказать, что я сама отношусь к таким читателям и замечаю недочеты везде. Итак, информация о "Близнецах из Одессы" для внимательных читателей: во-первых, одесситы не начали учебу, о которой говорится в одной из глав, потому что нашли выход из положения, как им казалось. Во-вторых, Олег не обратился к Сабине Витальевне за роковой помощью по той же причине. И, кстати, даже если бы Ватрушкин тоже решил оборвать невыносимую жизнь, Шевелева бы не смогла убить певца – так ей нравится его голос.

Это вторая книга серии романов «Сон на миллион лет». И она еще не закончилась! Она только начинается!

Диана приехала не одна. Лев обнял своего приятеля Моню, а Олег обнял Диану. Отпустить ее он не мог – так сделал продвинутый Ватрушкин.

- Моня, возьми меня за руку, - приказал Лев.

- Но зачем, Лева? – удивился Моня.

- Надо. Хотя нет… Олег, отпусти ее! (Ватрушкин снял колдовство)

В последний раз обнялись друзья. Диана с Моней посмотрели на эту сцену и всё поняли. Но одного не поняла Лазарева:

- Олег, где же твое помешательство?

- Какое еще помешательство?

- Так Ватрушкин сказал. Он сказал, что этот недуг уже не вылечить, поэтому можно тебя забыть.

Олег строго посмотрел на друга и сказал ему:

- Бери Моню и вали!

- И Диану, - добавила Лазарева.

- Нет. Диана моя. Я нормальный. Ватруш, бери Монуша… тьфу, Моню и вали!

«Может быть, это даже хорошо, что все закончилось, - подумал Лев. – Большую часть времени Олег был моим бразильским другом. Одесский – Моня. Я должен забыть Олега».

- Я не твоя! – воскликнула Диана. – И не твоя, Моня! После Сережи боюсь выходить замуж!

И вдруг Олег закричал и упал в обморок.

- Так ему и надо! – воскликнул Лев, пнув своего бывшего друга. «Бери Моню и вали!» Валим, Моня! Присоединяйтесь, Диана!

Почему-то телепортация не удалась. Все испугались: вдруг Сабина Витальевна опять сбежала из тюрьмы? Ватрушкин позвонил по знакомому телефону и узнал, что все в порядке, просто прибор сломался.

- А если на самолете? – спросил Лев. – Можно же не обращать внимания на показания прибора!

- Нельзя. Он сам отправляет в тюрьму. Специалист вернул его в сломанном виде.

- Но я Леандру Ватруш! – завопил Ватрушкин. – У меня дочь голодает!

- Пусть голодает, - ответил сухой голос. – Не умрет: это сон.

Тогда Лев закричал и упал в обморок.

- Лева, Лева, спокойно! – закричал Моня. – Мы шо-нибудь придумаем! Я позвоню!

После звонка Мони вся Одесса простила Ватрушкина. А Андреевы и Блисталов не знали и не имели права знать, по какому телефону звонить... Дарья перестала голодать. Теперь она просто ждала папу.

- И ты, Олег, можешь не беспокоиться, - сказала Диана, несмотря на то, что Блисталов ее не слышал. – У меня есть Моня, и я о тебе не вспоминаю.

Очнулись двое одесситов в больнице. Оба молчали. А потом вспомнили, что вторая попытка не удалась, и заплакали.

- Моня поганый! – воскликнул Олег.

- Не трожь Моню, кусок идиота! Специалист по приборам поганый!

- Хватит уши шлифовать! Я же его вернул!

- А, так это ты вернул его в неисправном состоянии? – закричал Лев. – Убью!

- Всегда пожалуйста. У тебя же есть Моня, не так ли? А я тебя убью. Что за помешательство?

Одесситы накинулись друг на друга, показывая какие-то невероятные приемы. В палату вошла медсестра. Она не стала ругать врагов, а закричала: «Давай, давай!» Блисталова и Ватрушкина так удивили эти крики, что они прекратили драку.

- Простите, привычка, - улыбнулась медсестра. – Будете меня развлекать своим дзюдо? Просто Олимпиада закончилась, и я не знаю, что делать дальше!

И тут враги снова стали друзьями. Во-первых, при слове «Олимпиада» им стало одинаково больно, а во-вторых, они обиделись на медсестру: Олег Блисталов и Леандру Ватруш будут развлекать ее дзюдо?

- Нет, не дзюдо! – воскликнул Лев. – Раз уж я уволен из «Дельты», и курсы «Лео» названы в мою честь, я буду преподавателем!

- Никто тебя не увольнял, - строго сказал Олег. – Даже если ты решил уйти по собственному желанию, почему ты ищешь себе второе занятие, если у меня одно? Мы же близнецы!

- Просто я двум занятиям отдаюсь так же, как ты одному.

И вдруг Ватрушкин заплакал.

- Что, что с тобой?

- «Дельта»… Я думал, что перейду из «Дельты» в «Золотую рыбку»… Думал, что стану вторым после Романа Ильина. Почему не первым? Потому что уже привык быть вторым в театре. Теперь и в «Дельту» не могувернуться…

Олег отметил, что Лев не может быть вторым после Романа Ильина, потому что это и есть тот Рома, чьи спектакли Ватрушкину не понравились.

- Но почему ты не можешь вернуться в «Дельту»? – спросил Блисталов.

- А разве ты не говорил Рикардо, что отдашь ему все мои роли?

Действительно, из-за полицейского Ватрушкину пришлось уволиться. Самое интересное, что Рикардо тоже стал вторым после Олега. «Клон Ватруша», - шутили бразильцы. Кто-то из них возразил: «Нет, это Ватруш – клон Оливейра (фамилия Рикардо). А знаете, почему? Потому что его зовут Лео!»

В тюрьме показывали сериал «Клон» (отличная тюрьма!), поэтому эта шутка встревожила Лео Ватруша не на шутку. Нет, он знал, что он не клон Рикардо, но насчет Олега у него были предположения. Он думал так: «Да, мы по-разному выглядим, у нас разный возраст, но этому есть объяснение: Олег просто принял другой облик, чтобы не вызывать подозрений, и указал в паспорте другой возраст»

Преподаватели «Лео» сразу невзлюбили Ватруша, в честь которого назвали свои курсы. Они решили организовать клуб против него. Читателю, наверно, интересно, почему к известному певцу возникло такое отношение. Дело в том, что все ученики тянулись к Ватрушкину, а некоторые даже перешли к нему из групп других преподавателей. Среди учеников был и Олег. Курсы помогали одесситам забыть о несчастьях, но преподаватели решили выгнать Ватрушкина. Началась их деятельность с того, что они назвали свои курсы «Победа над чувством». Имелась в виду победа голоса над чувством, то есть то, чего никогда не было у Льва. Ученикам все время говорили, что он заболел, поэтому они не ходили на занятия. Только лучшие друзья ходили к нему. Лев даже не догадывался, что произошло...

- Рио меня разлюбил, -заключил Ватрушкин и уволился с курсов. Он также отменил ближайшие три концерта.

- Как же они так быстро меня разлюбили? Десять из двенадцати лет я сидел в тюрьме, и они слушали мои песни только на старых пластинках!

Олег же в тот день видел Диану.
Глава 14

- С Сережей все хорошо, - улыбнулась она. – Я наконец сказала ему, что Ватрушкин наврал. Да, твой друг все время врет! Он сказал, что я – Сабина Витальевна, и мой муж поверил! Я всем об этом рассказала, и теперь весь Рио-де-Жанейро ненавидит Ватрушкина! А тебя ненавидят как его друга. Из «Дельты» ты уволен. На твоем месте Моня!

Прошло две недели. Моня действительно стал играть в "Дельте", а Блисталов и Ватрушкин остались без работы. Но больше всего Льва возмущала занятость его приятеля... Ватрушкин вызвал Моню и заорал на него:

- Ты почему играешь роли Олега?

Моня не знал об истинных причинах увольнения Блисталова, поэтому сказал так:

- Ну, должен же кто-то это делать. Если ты хочешь занять это место, то почему бы и нет?

- Я вообще не могу ничего делать, - возразил Лев. – Это из-за того, что я хотел помочь Олегу.

И он рассказал историю с Дианой.

- Кстати, насчет Олега, - улыбнулся Моня. – Я разрабатываю методику починки прибора методом астральных знаний.

- Шо? – удивился Лев. – Ну, поздравляю с премьерой! Ты никогда не был таким хорошим другом, как Олег, а сейчас… Как я могу тебя отблагодарить?

- Не надо, - усмехнулся Моня. – Ты уже сделал с этим все что можно. Я влюблен в Диану Юнцову.

Такое сходство Мони с Олегом, которое было известно и раньше, сейчас почему-то оказало на Льва неожиданное воздействие... Казалось, певец сошел с ума.

- Нет, нет! – испуганно закричал Ватрушкин. – Он не умер! Он не мог оставить меня одного!

Но Олег уже давно не появлялся дома.Все давно решили, что он умер, но боялись спрашивать. Никто не сомневался в том, что это было самоубийство.

- В последнее время многие умирают, - заметила Ирина.

- И все одесситы, - заметил Леша.

- Скоро вы останетесь вдвоем, - заключил Лев. – Мы с Моней умрем. Значит, нам нужно что-то поменять в своей жизни... Нужно перевернуть страницу. Только теперь я понял, как дорог мне был этот человек... Как же мы теперь без него жить будем?

Моня, узнав о кончине Блисталова, ушел из «Дельты». Вместо себя он назначил Сережу. Моня понял, что занял место Блисталова уже после его смерти, а эту замену Олег не одобрял, поэтому нужно уйти... Диану Моня Рабинович любил еще при жизни Олега, поэтому не стал ее забывать. С прибором же он возился, потому что сам тосковал по Одессе. Но он не говорил этого никому, кроме Ватрушкина.

- Я ревную, - шутил Лев. – Отстань от Одессы!

А потом серьезно добавлял:

- В Рио уже троих одесситов из пяти не стало. Нас действительно было только пятеро – я узнавал. Больше никто из моих знакомых не умирал. Режина жива, актеры «Дельты» живы, предатели из "Лео", то есть "Победы над чувством", живы... Это говорит о том, что нам нужно стать кариоками, то есть влиться в атмосферу этого города.

Моня последовал этому совету. Вскоре бразильцы забыли, что он одессит. Он даже сам об этом забыл и с Ватрушкиным разговаривал по-португальски. Лев, вспомнив свой же совет, ничего не говорил и общался с приятелем на этом языке.

Однажды Моня сказал:

- Ты что-то говорил о Режине. Скажи, это та умная страшила, с которой я танцевал, и она согласилась на мне жениться?

- Слушай, Моня, кажется, у меня действительно есть утешение! В тебя вселился дух Олега! Олег пытался забыть Диану и десять лет был женат на Режине. Эти десять лет я провел в тюрьме.

- Сравниваешь? – удивился Моня. – С Режиной никакой тюрьмы быть не может! Я в нее так влюблен! И, кажется, первые три года мы с тобой совсем не будем видеться. Я буду занят своей женой. Но должен же ты общаться с кем-то, кроме своих! Возможно, скоро возобновится твоя прежняя жизнь! Ватрушкин, думая об Олеге, забыл о своем социальном статусе, поэтому ничего не понял.

- Ты разобрался с прибором! – обрадовался Лев. – А что у тебя за методика? Моня, ты понимаешь, что можешь прославиться?

- Не совсем понимаю, что ты несешь, ведь ты никогда не связывался с приборами. Прежняя жизнь – это «Лео» и концерты! К сожалению, в «Дельту» ты уже не вернешься, потому что сценарий для тебя никто не напишет! У каждого актера есть свое место.

Но «Дельта» не волновала Льва. Он понял одно: Моня не занимается прибором, а это значит, что он, Ватрушкин, еще миллиард лет проведет в Рио-де-Жанейро. «Почему миллиард?» - спросите вы. Задаю встречный вопрос: как вы скажете эту фразу? Обычный человек сказал бы «сто лет», но для сна на миллион лет это так мало, что, если бы Ватрушкин так подумал, это бы означало, что он рано или поздно будет в Одессе. Но Моня заставил его думать о миллиарде, следовательно, надежды не было никакой. Помощь Рабиновича была следующая: он объяснил бразильцам, что Ватруш (теперь и Моня так его называл) действительно назвал Диану Сабиной Витальевной, но сделал это для того, чтобы помочь покойному другу. Он объяснил всю историю со звонком Юнцову, разводом и тем, что из этого вышло.

- Ладно, Моня, ты наш человек, - сказали бразильцы. – Мы тебе верим и прощаем Ватруша, а также его покойного друга. Ватруш, спой по этому поводу что-нибудь новенькое!

- Нет новенького, - вздохнул Лев.– Вы же знаете, что со мной отказались сотрудничать сразу все - композиторы, поэты и вдохновение! Нет, есть, конечно, но я не буду такое петь.

- А ты на другом языке спой, мы и не поймем!

Ватрушкин телепортировался к Ирине, получившей в Рио профессию переводчицы (девушка совмещала это с работой в «Дельте»), за переводом этой песни на итальянский. Он знал всего три языка, два из которых здесь знают все, а на третьем он сейчас петь не хочет. Итальянский был для Льва большим риском. Леша просмотрел текст и сказал:

- Я знаю много песен. Песня с похожим текстом на итальянском уже есть.

Лев виделся с исполнителем этой песни и слышал ее не раз, поэтому сначала осудил себя за плагиат, а потом все равно выступил с этой композицией перед бразильцами. Странно, но даже на итальянском языке песня была понятной – таков талант Ватрушкина!

Вернувшись домой, певец думал: «Я же сдуру сказал! Как Моне удалось так быстро стать кариокой? Главное, все манеры перенял! Я за тринадцать лет не смог этого сделать! Правда, из них я провел с кариоками всего два года: год до и после тюрьмы. В этот последний год все от меня отвернулись. Пусть всего два, но Моня все равно справился за год. Сильный! А Диана? Как он быстро ее забыл, а ведь даже еще не женился на Режине!»

И вдруг Ватрушкин понял: Моня сильнее его и Олега вместе взятых. У Рабиновича был груз, состоящий из двух тяжелейших частей, Дианы и Одессы, и он смог сбросить с себя этот груз, а они не могут сбросить и половину этого! И эта мудрость окрылила Льва. У него возникло такое состояние, в котором когда-то был Олег. Лев, как и я, вспомнил этот момент из биографии своего друга.

- Ирина, можешь ли ты подробно рассказать о том, как к Олегу в последний раз пришла Магиса?

- Да, Лева, - ответила Ирина. – Я хотела повторить спектакль, но, раз ты просишь…

- Нет, Ирина, тогда не надо, я потом послушаю.

- Нет, Лева. Я обязательно выполню твою просьбу, потому что я очень хорошо тебя понимаю. Но ничего не могу сделать. Остается только делать твою жизнь максимально комфортной.

При слове «комфортной» Ватрушкин горько усмехнулся. Он вдруг понял, что никогда не сможет стать таким сильным, как Моня.

- Ой, извини, - сказала Ирина.

- За что же извиняться?

- Я тебя ранила. Я же знаю, знаю, что невозможно сделать твою жизнь комфортной!

- Может быть, и можно. Пришла пора рассказать тебе за Моню.

- Ну, давай за Моню, - согласилась Ирина. Это «за» вырвалось у нее автоматически.

Ватрушкин все рассказал. Ирина сначала не поверила, а потом, вспомнив Лешу, поверила. А потом, вспомнив, что у Леши был всего один предмет настоящей любви, а именно Дора, снова не поверила. А потом, вспомнив, что Лев сейчас в таком тяжелом состоянии, в каком когда-то была она сама, снова поверила. И вот пришла пора рассказывать…

Глава 15

- Олег не возвращался с прогулки. Мы догадались, что с ним что-то случилось. Леша использовал технику узнавания и сообщил нам, что студийцы пропали, и Олег должен их найти с помощью Зайца Желаний. Вернется он только завтра утром. Но нам было скучно. Мы пробовали развлечься, но без Олега это не получалось. Тогда мы решили переключиться на другие мысли. Я вспомнила, что, если бы не новогодние испытания, я бы уже в самом начале сна была в Рио. Но нет худа без добра: тогда бы я сейчас тебе это не рассказывала. И вообще, тогда бы ты не познакомился с нашей семьей, не узнал бы, что такое настоящая дружба. Леша вспомнил старое: он думал о Доре. Но, на мой взгляд, хорошо, что она ушла: мне она никогда не нравилась. И тут…

- Подожди, - перебил девушку Лев. – А Манна и Канна о чем думали?

- А это так важно? – ответила Ирина. Этот ответ тоже вырвался у нее автоматически.

- Ладно, рассказывай дальше.

- И вот мы думали обо всем этом, - продолжила Ирина, - и тут… представь это как можно ярче… и тут вошел Олег.

Им показалось, что Олег действительно стоит перед ними. Было видно, что он уже узнал о своем прощении, но все еще страдает от любви к Диане.

- И тут вошел Олег, - продолжила Ирина, не обращая внимания на видение. – Мы заметили, что у него такое настроение, какое может быть только после посещения Ольги.

- Замолчи свой рот! – воскликнул Лев. – Говорит, что понимает меня, а сама… Как раз в тот день, 22 октября, я шел к мудрой Ольге, и Олег вызвал меня на неделю! Первые три года я вспоминал этот день! Может быть, в таком случае эти три года, в течение которых я снова вспоминаю этот день, окажутся последними?

И тут призрак Олега заговорил:

- Нечего на это надеяться. Обычная глупая вера в магию чисел. Наше спасение невозможно. Но почему вы не хотите со мной разговаривать? Я вернулся.

Вдруг они поняли, что это настоящий Олег Блисталов, и позвали Лешу. Они даже ничего не почувствовали, как будто всегда знали, что их друг на самом деле жив.

- Олег! – воскликнул мальчик, обнявшись с ним. – Мы уже решили, что ты умер! Леве даже удалось сделать Моню таким хорошим другом, как ты!

- Нет, Олег, - возразил Лев. – Знай: Моня никогда не будет таким хорошим другом, как ты. Он плохой человек! Разве об этом не говорит то, что он занял твое место в "Дельте"? Теперь его занимает Сережа. Еще Моня увел у тебя жену – скоро его свадьба с Режиной.

- Вот и хорошо! – обрадовался Олег. – А то я ушел из-за бойкота, а вернуться хотел из-за нее. Если бы я слонялся по улицам, она бы меня вызвала, а так можно закрыть помещение! Но теперь, когда меня простили, когда Режина нашла нового мужа, можно ничего не закрывать!

Несмотря на эти слова, Олег и Лев закрылись в своей комнате. Лев спешил поделиться своими мыслями:

- Слушай, Олег, а ведь если ты забудешь Диану, то получится, что в твоей жизни вообще все хорошо?

- А ведь верно! – удивился Олег. – Сережу можно уволить, и тогда все совсем наладится. А тебе вообще Рио нравится?

- Конечно! Второй город в мире! А последний – Копенгаген.

- А что у тебя было в Копенгагене? – осведомился Блисталов.

- Я часто наступаю на одни и те же грабли, - ответил Ватрушкин. – Точно такая же ситуация! Это было в самом начале сна. Мне подарили четырехдневную поездку в Копенгаген. В первый день я сразу понял, что это за город, и решил уехать раньше времени. Телепортироваться я еще не умел. Мне сказали, что я нарушил закон, поэтому меня продержат в Копенгагене месяц. Даже такое же ограничение поставили: вдруг любой человек из собирающихся выехать за границу – Ватрушкин? Датчане так же, как и бразильцы, называли меня по-другому, но я не запомнил. Вот Леандру Ватруш сразу запоминается! Если бы я сразу вспомнил за Копенгаген, тот месяц показался бы мне длиннее всего этого срока. Десять лет в тюрьме можно не считать.

- А ведь и у меня раньше была несчастная любовь! – вспомнил Олег. – Было это еще в реальной жизни. Не буду говорить тебе, как ее звали. Но эту любовь прервали обстоятельства -я из-за сильного стресса, связанного с неудачей на пути в Рио-де-Жанейро, упал в обморок и очнулся в больнице. Мне сказали, что с момента того обморока прошло целых три года. А потом я заснул и попал в этот сон. Не знаю, жив я или мертв. Весь сон задумываюсь. Только сейчас раскрыл эту тайну, да и то только тебе!

- Действительно, что с нами будет после сна? – задумался Лев. – Наверное, это зависит от того, какое время в реальной жизни – наше или Ирины. Но время невозможно так просто определить. Дело в том, что и мы, и она попали в сон из своего времени. Но она из будущего, поэтому знает, сколько мы, известные личности, должны прожить. Подожди... нет, не знает. Она забыла, что в реальной жизни мы звались по-другому.

- Не морочь себе голову! – усмехнулся Олег. – Тебя сейчас волнует, сколько мы должны прожить? Это сон на миллион лет. Тебе мало?

Они продолжили эту философскую тему и задумались о том, что станет с человеком, если он умрет во сне. Если бы это был обычный сон, то его участник проснулся бы сразу, но этот сон для каждого длится миллион лет. То есть, до конца этого времени человек как будто мертв, а потом он оживает? Эти и другие вопросы мучили одесситов. Нашли о чем поговорить после долгой разлуки!

Но вот у них созрел такой вопрос: если влюбился во сне в любого человека, реального или нереального, то потом любовь остается или исчезает?

- Хватит! – завопил Олег. – Ах, да, я же хотел рассказать тебе о той несчастной любви, которая не прерывалась обстоятельствами. Помнишь, Ирина рассказывала тебе о Доре, Лешиной бывшей? Так вот, на свадьбе мы, как всегда на праздниках, пели. И вот запела она… У нее такой голос… Я влюбился!

Друзья услышали голос Доры. Лев сразу понял, что это именно она, и заметил странную закономерность:

- Магия слов. Ирина сказала «и тут вошел Олег», и ты вошел. Ты сказал, что влюбился в голос Доры, и она запела. И как можно в такое влюбиться!

- Я уже и сам понял, - вздохнул Олег. – Сейчас я ее даже ненавижу, но не потому, что любил. Я расскажу тебе несколько историй, подтверждающих ее ужасный характер.

- Не надо! – воскликнул Лев. – Я уже и сам понял. Нормальные люди так не поют.

- Как – так?

Эстрадный певец Лев Ватрушкин сделал самое серьезное выражение лица, демонстративно вдохнул и запел голосом, напоминающим оперный, следя за каждой нотой и за красотой голоса:

- Собака шла по улице, по прозвищу Бабака, собака Бабака любила колбасу. Никто ее не кормил, собака Бабака любила колбасу.

Чувств не было никаких. И как Ватрушкин смог с этим справиться? С таким же успехом можно было петь учебник геометрии.

- Фу! – засмеялся Олег. – Один в один! А теперь ту же песню, но как Леша!

На свадьбе Леша ничего не делал, но Лев знал его манеру пения.
Глава 16

«Собака» - это ранняя песня Леши, но Андреев не показывал Ватрушкину видео раннего исполнения, поэтому Лев пародировал позднее. Первый куплет, большой проигрыш, которого раньше не было. Зачем же нужен этот проигрыш? Нет, теперь это не ватрушкинская манера! Это нужно для танцев! Лев танцевал, не задумываясь, и у него получалась самба. Это был не конкурс пародий, поэтому можно было танцевать не то, что Леша. Так Ватрушкин поступил со вторым и третьим куплетом. Развлекаясь, друзья не заметили, как к ним в комнату вошел Леша.

- Неприличное поведение с твоей стороны, Лева, - строго сказал он. – Эта песня моя, поэтому надо было спросить у меня, можешь ли ты ее взять. И мне подражать не надо. Лучше подражай Ирине!

Это была шутка, но Ватрушкин серьезно сказал:

- Если я буду подражать Ирине, не изменится ничего, кроме репертуара. Наверное, именно поэтому она меня так понимает! А ты, Леша, знай: я эту песню никуда не беру. Мы просто заговорили о Доре и услышали ее пение. Я повторил этот ужас, а Олег попросил меня показать тебя!

- Так это же здорово! – обрадовался Леша. – А ты можешь сделать пародии на всех актеров «Дельты»?

- Кроме Сережи. Я его ни разу не слышал.

- Я же его увольняю! – напомнил Олег.

Концерт пародий решили устроить в Лапе. Там собрались все, видимые и невидимые. Олег искал в толпе свою возлюбленную, но не нашел. Вызвать Диану тоже не получалось. Зато Блисталов увидел Сережу и сказал ему:

- Я вернулся. Вы уволены.

- Но разве вы не можете написать для меня сценарии?

- Могу, - ответил Олег. – Но у меня не работают люди, делающие мне больно. Я напишу сценарии, но не для вас, а для Левы. Если Диана будет моей, вы продолжите работать.

- Ладно, возвращайте своего дурацкого Леву! – согласился Сережа.

- Если он дурацкий, то почему вы пришли на его концерт?

- Но я прочитал «Леандру Ватруш» и решил сходить на концерт этого известного бразильца, о котором я так много слышал!

- Дурак! – засмеялся Олег. – Леандру Ватруш – это и есть Лев Ватрушкин. Неужели ты только сейчас об этом узнал? С памятью проблемы – на твоей дурацкой свадьбе об этом говорили!

И Сергей Юнцов ушел.

Наконец начался концерт. Начался он с пародии на Олега, с любимой песни одесситов – «Разгоните грусть и скуку». Даже любимая песня у них одна! Потом по очереди шли все актеры «Дельты». Они не обращали внимания на то, что на этот раз пропали индивидуальные особенности пения Ватрушкина. Он обязательно споет нормально! А сейчас они узнавали себя и хлопали.

- А сейчас гвоздь программы! – объявил Лев. – Алексей Андреев репетирует песню с мамой!

- Откуда он знает? – прошептал Леша. – Ему же запрещено самостоятельно пользоваться компьютером!

- Я рассказала, - ответила Ирина.

- Почему я не могу вызвать маму? – рыдал Лев. На этот раз вернулась его особенная мимика. – С ней что-то случилось! Я ей позвоню! Мама, у меня несчастье!

- Несчастье? – переспросил женский голос. – Сейчас буду, Лев!

- Мама не различает своих близнецов! – выкрутился Ватрушкин. – Я не Лев, а Алексей!

- Никакого Алексея Ватрушкина я не знаю, - ответил тот же женский голос. – Но, если он в беде, я сейчас буду!

Олег очень волновался. Вот где она, Диана! Ватрушкин почему-то назначил именно ее на роль мамы. Неужели нет других женщин?

Юнцова появилась на сцене и спросила:

- Это вы Алексей Ватрушкин? Нужна помощь?

- Моя мама наркоманка! – отыграл Лев. – Алексей – это я, Ватрушкин – тот, кого я не люблю!

Настоящий Леша покраснел. Ему не нравилось, как поет Ватрушкин (еще бы! Их можно назвать противоположными певцами! Андрееву не нравилось, что у Льва совсем нет голоса!), но он не говорил ему это в лицо, а шептал Ирине. Девушка же все рассказала.

- Убью, - пригрозил мальчик.

Диана же поняла, что ей не отвертеться, и сказала:

- Ой, прости, Леша. Это я у всех автоматически спрашиваю: «Это вы Алексей Ватрушкин? Нужна помощь?»

Все засмеялись.

- Минусовка у нас одна, понятно, какую включать, - улыбнулась Диана. А потом воскликнула:

- Ой, извините, у нас техническая заминка. Это не та песня.

- Нет, это та песня, - сказал Лев. - Поем!

Точнее, пел он один. Лешу ему было очень трудно пародировать – убрать свои индивидуальные особенности он мог, но профессиональный голос Андреева… После каждого замечания в середине песни Ватрушкин орал:

- Мама, все замечания в конце!

- Но я забуду!

- Дай допеть до конца!

Леше понравилась пародия, но его лицо было каменным. Тринадцать лет он ненавидел только «отсутствующий» голос Ватрушкина, а не его самого, но все же своей тихой ненавистью измучил бедного Льва. Мальчик незаметно скрылся. Он решил уже никогда не возвращаться домой. Но кто заберет его к себе, чтобы никто не мог вызвать?

На сцене с кривлянием, забыванием и переделкой слов репетировались Лешины песни, а он сам увидел Дору. Она забрала Лешу к себе, когда он о ней давно забыл. Концерт закончился.

- Не подводите меня к Олегу! – воскликнула Диана. – Да отпустите же!

Ватрушкин держал Юнцову в своих объятиях. Она отчаянно вырывалась. Он поднял ее и сказал:

- Пойдемте.

- На помощь! – вопила Диана, но безрезультатно. Все думали, что она испугалась такой славы, ведь ее нес сам Леандру Ватруш! Олег все понял и подумал: «Виноват. Виноват, что Лева не уехал тогда. Как же я теперь разберусь с прибором? Придумал: я первый использую Монину методику! А для этого надо учиться у Леши!»

Олег хотел посмотреть на Лешу, но не увидел его. Рядом с ним стояла Ирина. Леши не было.

- Где же он? – закричали оба.

- А я догадываюсь, - произнесла Ирина. – Сегодня Леша узнал, что Ватрушкин знает о его ненависти.

И вдруг они услышали веселый голос:

- Он шутил! Не мог раньше признаться, а я из-за него тринадцать лет страдал!

- Из-за него? – удивился Олег. – Не из-за Одессы?

- Да что Одесса? Месяц поплакал, а потом, когда узнал за Дашу, снова… Больше из-за Леши страдал, а сейчас готов забыть все свои страдания!

- Такая же штука! – воскликнул Олег. – Я понял, что эти страдания - бред. Ведь я совсем ничего не почувствовал, когда приехал в Рио. Ну, кроме легкого шока, конечно. Оттого и тоска моя – зря я это все делал!

- Нет, не зря, - серьезно сказал Лев. – Если бы ты этого не делал, мы бы не познакомились, а ту Олимпиаду в Розотюльпанске я бы вспоминал с ужасом. Предпоследний город в мире! Был.

Поняв, почему его друг так говорит о Розотюльпанске, Олег воскликнул:

- Но ты же говорил, что Рио второй! Разве он не был последним, когда убивала Шевелева?

- Конечно, нет. Рио славится и другими вещами, а о Розотюльпанске больше ничего не известно... Да, есть там футбольная команда, но она очень слабая. А тебе я готов помочь оценить красоту Рио.

- Но я навсегда здесь остаюсь!

- И что? Это как-то мешает?

- Я где-то слышал, что больше всего влюбляешься в город мечты в первый день и в последний, а у меня последний будет, когда сон подойдет к концу!

- Значит, ты когда-нибудь должен приехать в Одессу, если это будет возможно.

На том и порешили.

Глава 17

С этого дня у одесситов началась прежняя жизнь: первый день Олега и первая неделя Льва. Нет, я ошиблась... Я имела в виду первый день обоих. Вы же помните, как Ватрушкина мучила любовь его друга?

Приближался карнавал. Одесситы решили принять в нем участие: в последнее время они часто танцевали с бразильцами, но это было совсем не то.

Ватрушкин вернулся в «Дельту» и поделил второе место с Рикардо. Все бразильцы делились на два лагеря: лагерь Оливейра и лагерь Ватруша. Первым же все, даже большие поклонники Ватруша, считали Олега.

Леша не ушел к Доре. Девушка всего лишь объяснила ему, что надо извиниться перед Ватрушкиным. Так он и поступил. Он даже смог полюбить певца.

Диану, которая оказалась запертой в специальном месте по прихоти Ватрушкина, приказал выпустить сам Олег.

- Но я же специально для тебя взял ее на роль мамы! – воскликнул Лев. – Хотел привести ее силой!

- Нет, не надо силой. Это ни к чему хорошему не приведет.

Олег обратился к Леше, предварительно попросив Льва выйти из комнаты:

- Леша, пожалуйста, научи меня всему, что знаешь. Я имею в виду специальные астральные знания, которых не дают в школе.

- А тебе зачем?

- Мне это не нужно. Это нужно Леве.

Он рассказал о методике, заброшенной Моней.

- Нет! – воскликнул Леша. – Я отказываюсь! Я к нему привязался! Ему это уже не нужно!

- Нет, нужно. Теперь эта тоска не так мешает нам жить, но она есть.

Тогда Леша (вот повторная история!) сказал:

- Как хочешь, но я тогда с ним. Я должен искупить свою вину.

- Правильно, - согласился Олег. – И на следующий же день вернешься и расскажешь, как изменилась Одесса за это время.

Блисталов пошел к Моне. Он не думал, что приятель Льва его помнит, но Режина наверняка не забыла своего бывшего. Она действительно помнила Олега и спросила:

- Что тебе от меня надо? Теперь я с Моней.

- Я не к тебе, я к нему, - сказал Блисталов.

- Понимаю, понимаю! – воскликнул Моня. – Вы Олег Блисталов, да? Не умерли? Проходите, проходите. Устали, наверное, от любви к Диане? Вас, наверное, удивляет, как я один справился с тем, с чем не можете справиться вы вдвоем? Я использую метод цепочки. С Одессой я, кстати, благодаря вам разобрался – вы одессит, вас я люблю, потому что вы друг Левы и вообще хороший актер. Ваш любимый город – Рио-де-Жанейро. Так я стал кариокой. С Дианой же все оказалось еще проще: я смог влюбиться в ее подругу.

Олегу очень понравился этот способ, но он все-таки сказал, зачем пришел:

- Моня, расскажите, пожалуйста, о своей астральной методике починки приборов. Хотя нет, я сам ее разработаю. А вы только научите всему, что знаете об астральном мире. Только учтите, что среднее астральное образование у меня есть. Без него я бы сейчас с вами не разговаривал.

- Дурак вы, - улыбнулся Моня. – Я рассказал вам о методе цепочки, а вы все о том же! Вы же так подружились! Вам без него будет скучно! Последуйте моему совету, Олег, – хуже не будет.

Блисталов действительно решил действовать методом цепочки и сообщил об этом своему другу.

- Тогда мне нужно стать Моней, - заметил Лев. – А я смогу подружить с Дианой любую девушку. Тебе какая-нибудь нравится?

- Ну… Катарина.

На этом они разошлись.

***

Диана и Катарина сидели в какой-то темной комнате.

- Главное, опять Ватрушкин! – рыдала Диана. – Вот послушайте, Катарина: сначала он чуть не разлучил меня с мужем на десять тысяч лет. Было это так…

Она все рассказала, а потом продолжила:

- Потом он сказал, что я Сабина Витальевна! Тогда мы с Сережей временно развелись. Хорошо еще, что все выяснилось! Потом он меня запер после концерта пародий! Не знаю, зачем он это сделал... И вот теперь он снова меня запер, поэтому мы здесь…

- А я с Ватрушем в одном театре играла, - со злостью произнесла Катарина. – Вот интересно, зачем он это делает?

- Зачем он это сделал, я не знаю, но предыдущие преступления были совершены из-за неразделенной любви Олега Блисталова ко мне. Думаю, нужно изгнать их обоих из Рио. У меня в Куябе есть знакомая, которая занимается не преступниками, но идиотами – такими, как он! Сейчас все умерли от наказания Розане, поэтому у нее нет работы.

Диана сделала важный звонок, и через несколько секунд она и Катарина были на свободе.

- Я плохо запомнила фамилию одного из них, - сказала Розане. - - Леандру Какой-то Ватруш – это же знаменитый кариокский певец, верно? Как его фамилия по матери?

Диана знала, какая система имен используется в Бразилии (сначала имя, потом фамилия матери, потом фамилия отца. Чаще основной является фамилия отца), поэтому ответила:

- Леандру Лев Ватрушкин Ватруш.

Розане записала. Юнцова специально назвала все имена и фамилии, чтобы Ватрушкин не назвался другим именем.

***

- Они все равно подружатся! – воскликнул Лев. – Я притворюсь влюбленным в Катарину и буду расхваливать ее Диане!

Так он и сделал. Юнцова слушала с каким-то презрением.

- Вы преступник, Лев, - наконец сказала она. – По вам тюрьма плачет. Спасибо за совет не дружить с Катариной.

- Да, дружить не советую, - выкрутился Ватрушкин. – Для женщин она не представляет никакого интереса.

- Преступник, у меня последняя возможность сказать, что я вам никогда не верила. Я буду дружить с Катариной.

Дело сделано, но у Льва начались страхи. Его напугали слова «последняя возможность». Тюрьма или смерть? Такой ли он опасный преступник, чтоб его убивать? А ведь только начал жить!

- Олег, я жизнь за тебя отдал, - сказал он.

- Как это? – удивился Блисталов. – Ты же жив!

- Жив, но скоро умру.

Он рассказал о страшных словах Дианы «последняя возможность».

- Я умру с тобой, - решил Олег. – Пусть меня казнят первым.

- Нет, - возразил Лев. – Пусть нас казнят одновременно. Умрем в одно мгновение как настоящие друзья!

У них опять созрел сложный вопрос: что будет после смерти? Они заснут, а проснутся ли, никто не знает. Но ведь они в принципе не могут проснуться и рассказать всему миру о будущем!

Ирина и Леша знали о приближающейся смерти друзей.

- Значит, Лева еще одессит, - подвел итог Леша. – Только начал становиться кариокой! Лева, к сожалению, судьба специально делает так, что ты не успеешь этого сделать.

- Наверное, не успею, - вздохнул Лев. – Я все равно останусь в их сердцах. Правда, под именем Леандру Ватруш, но останусь.

- А мне почему-то повезло, - заметил Олег. – Я останусь в сердцах бразильцев под своим именем, а именно великий актер театра «Дельта» Олег Блисталов. Кстати, кто заменит нас в «Дельте»?

Сначала ответа не было, а потом Рикардо узнал, что в случае смерти Блисталова и Ватрушкина сам найдет трех актеров. Трех, потому что ушла Катарина Бонита.
Глава 18

На следующее утро все посмеялись над вчерашними страхами. Диана – она такая! Если она не верит Ватрушкину, то может его напугать. Итак, они веселились. Но вдруг в дверь постучали.

- Кто там? – строго спросил Олег.

- Здесь живут Олег Блисталов и Леандру Лев Ватрушкин Ватруш? – спросил приятный женский голос.

- Вы уж определитесь, кто я такой,-засмеялся Леандру Лев Ватрушкин Ватруш.

- Это Ватруш говорит? Если это вы, то я называю вас всеми именами по приказу одной женщины. Может быть, споете для меня? А то приходится работать в Куябе, и у нас совсем нет ваших записей, потому что вы сидели в тюрьме. Я хотела приехать к вам на концерт, но у меня есть работа, и некому меня заменить. Да и сейчас я приехала по работе, так что прошу немедленно открыть дверь.

Пришлось открыть. Возобновились страхи одесситов: зачем Льву пользоваться своими двумя именами, если его не собираются убивать?

- Нет, я потом спою, - сказал он. – Перед казнью.

- Что за ерунда! – воскликнула Розане. – Никто вас убивать не собирается! Я отправлю вас и вашего друга в Куябу как преступников, которым в тюрьме делать нечего и в Рио, собственно, тоже. Считайте, что это изгнание.

- Я преступник, - согласился Ватрушкин. – На моем счету четыре преступления. А Олег-то что сделал? Неужели у нас такая связь? Диана Юнцова как-то очень странно намекнула… В общем, мы хотим умереть вместе.

- Все очень просто, - улыбнулась Розане. – Знаменитый кариокский актер Олег Блисталов – причина всех преступлений! А что это у вас за отрывки из спектакля, где вы вдвоем? Покажите его мне, а потом Ватруш споет!

- А я поняла, что их не убивают, - строго сказала Ирина. – Неужели у них в Куябе не будет возможности это сделать?

Все с ней согласились. Леша, конечно, хотел оттянуть момент прощания, но понимал, что в этом совсем нет смысла. Спокойно и без слез брат и сестра провожали двух друзей. Розане поступила незаконно: она телепортировала преступников в Куябу. Ей можно, у нее есть специальное разрешение. Объясняю внимательным читателям: приборы, отвечающие за перемещение в пределах страны, не ломались. Но, когда пытались поймать Сабину Витальевну, даже город было нельзя покинуть.

- Вот и все, - заметил Лев. – Обе цепочки порвались, надежда потеряна навсегда.

- Не беспокойтесь, все равно рано или поздно умрете, - произнесла Розане. – Кому-то везет, кто-то доживает сон до конца, но все такие, как вы, до вас умерли.

- А мы не с вами разговариваем! – огрызнулся Олег. – Все равно я уже кое-что придумал!

Это была неосторожность со стороны Олега. Эти слова напугали Розане, и она стала охранять друзей еще строже, чем предыдущих изгнанников. Она ходила за ними даже в туалет и отводила от них взгляд только в кабинке. Это и помешало плану Олега: он хотел зайти в туалет, превратиться в полицейского и сообщить Розане, что изгнания отменены.

Но девушка узнала о страданиях друзей. Ей даже стало стыдно, что она навсегда разлучила их с Дианой и Одессой, со звеньями цепочки – Катариной и Рио-де-Жанейро. Ей хотелось плакать, но она вспоминала, что у нее есть работа, на которой нельзя плакать из-за таких пустяков.

Куяба – очень скучный город. После Рио наши друзья совсем не знали, что делать. Олег хотел создать новый театр, но не нашел достаточное количество актеров. У Льва же был единственный концерт: жители Куябы разочаровались в Ватруше и попросили его больше не петь.

- Голоса нет! – крикнул кто-то.

- Да он превратился в Ватруша! – крикнул другой.

Но потом они поняли, что это и есть Ватруш, главная особенность которого – душевное пение.

В общем, все провалилось. Одной Розане нравились таланты одесситов. Олег писал сценки для двоих, а песни для Льва сочиняла Розане: она писала стихи, а он – музыку. Но Розане была одна. Не могла она заменить миллионы кариокас. Одесситы понимали, как хорошо им было в Рио, и хотели вернуться, но знали, что это невозможно. Олег не ругал за это Льва. Он считал, что виновата Диана, точнее, его любовь к ней, то есть он сам.

Еще один вопрос внимательных читателей: почему наши друзья не вызвали Диану с Катариной? Вот вам ответ: Розане строго за этим следила. В случае вызова она могла позвать своих палачей.

Прекратилось творчество одесситов. Розане очень переживала по этому поводу. Она обещала лучшие подарки и одному, и другому. Но это не помогало. Тогда она поступила так:

- Скажите, пожалуйста, Олег, могу ли я стать актрисой?

- Не можете, - резко ответил Олег.

- Леандру, послушайте, как я пою, - начала Розане клеиться к Ватрушкину.

Леандру послушал и улыбнулся:

- Попрошу без подражаний, Розане!

И вот Розане да Силва стала петь. Несмотря на подражание Ватрушу, ее слушали все. Тогда она решила вернуть Леандру доброе имя: они стали петь дуэтом. По ее инициативе возник в Куябе и театр. Лев снова поделил второе место, но уже с Розане.

Почему-то после этого он повеселел. Олега же это огорчало: Лев забыл друга и разговаривал с одной Розане. Это можно было понять: наверное, они обсуждают ключевые моменты песни. Но вдруг Блисталов услышал:

- Розане, ты стесняешься это сказать, но я сразу скажу, что не могу. У меня дома жена с дочкой…

- Нет, - ответила Розане. – Разве ты забыл, что у тебя теперь нет дома? Говори то, что хотел сказать, Лев.

Олег вздрогнул. До этого никто из бразильцев не называл Ватрушкина Львом.

- Будь моей женой, Розане!

Девушка сразу согласилась. Она давно мечтала стать женой самого Леандру Ватруша.

- Обсудим все подробности без него, - предложила невеста, и они вышли, забыв запереть дверь.

- Молодец, Лева! – воскликнул Олег. – Отличная возможность сбежать! И как я раньше не догадался, зачем он клеился к Розане? Стоп… Но ведь Розане первая начала к нему клеиться! Неужели он действительно влюбился? Ну вот… Его ждет счастье с любимой женщиной, а меня…

Блисталов вспомнил свою Диану, и она предстала перед ним.

- Зачем звал, Олег? – строго спросила она.

- Извини… Я не звал. Можешь телепортироваться обратно.

- Нет, не могу, - заметила Диана. – Где Розане?

- Розане? С Левой гуляет! Они решили пожениться!

- А почему Розане не охраняет тебя? Ты же можешь сбежать в любую минуту! Надо ее уволить!

Диана позвонила начальнику Розане и получила известие о том, что девушка больше не будет работать в Куябе. Ее место займет сам начальник, подыскавший для нее работу в Сан-Паулу.

Как только появился Мануэл, Диана телепортировалась обратно в Рио-де-Жанейро.

- Скоро прибудут да Силва и Ватруш? – строго спросил Мануэл.

- Я не знаю, но попрошу называть моего друга Ватрушкиным, как Розане!

- Я не буду подражать бездарной Розане, - строго сказал Мануэл.– Жить у меня будете по строгому режиму!

И вот вернулись счастливые Лев и Розане. Они уже назначили день свадьбы. Но да Силва, увидев своего начальника, поняла, что что-то пошло не так.

- Здравствуйте, Мануэл, - поздоровалась Розане.

Глава 19

- А вот вам здрасте! – ответил Мануэл. У одного из одесситов заныло сердце. Вы думаете, что это Лев, но он, глядя на Розане, не обращал на это никакого внимания. Это Олег вспомнил, как хорошо было в Одессе. Вспомнил, как считал, что в Рио начнется хорошая жизнь, и это прибавляло ему силы. Вспомнил он «Золотую рыбку», работа в которой приносила больше удовольствия, чем в «Дельте». Многое ему вспомнилось. У него даже голова закружилась.

- Да Силва, почему у Блисталова была возможность бежать? – строго спросил Мануэл.

- Бежать? – удивилась Розане. – Ой, правда! А я не подумала!

- Вы уволены. То есть не уволены, совсем увольнять с этой должности нельзя: я нашел вам интересную работу в Сан-Паулу. Она не связана с уголовными делами. Точнее, не с уголовными, а... ну, сами понимаете, с какими делами была связана ваша работа в Куябе. Собирайтесь! Прямо сейчас!

- Так нельзя! – воскликнул Лев. – У нас свадьба назначена!

- Розане не должна выходить замуж, - сказал Мануэл. – У нас такие правила. Странно, что она их позабыла.... Собирайтесь, Розане! Без возражений!

Пришлось Льву Ватрушкину и Розане да Силва навсегда расстаться. Вызвать девушку нельзя – это кончится казнью. Ватрушкин плакал и смотрел на Блисталова. Блисталов плакал и смотрел на Ватрушкина. Они поменялись ролями, поэтому в их глазах читался немой вопрос: «Как ты можешь с этим жить?» И они уже не считали друг друга слабыми.

- Успокоились! – прикрикнул Мануэл. – Дополнительную работу захотели?

Работа у них была самая противная: решение АГЭ по математике. Друзья шутили, что это больше нужно Ирине. Хотя почему шутили? Пусть она подготовится! Времени достаточно! Почему она не стала использовать сон в целях подготовки к АГЭ, в реальности ЕГЭ? Ее бы никто не бил за каждую ошибку… Так продолжалось двадцать лет. Права на отдых не было. Друзья двадцать четыре часа в сутки должны были решать варианты. Отрываться от работы нельзя - побьют! А варианты были очень сложными... Наконец одесситам так надоели эти мучения, что они взмолились:

- Мануэл, убейте нас!

То, что даже Ватрушкин об этом попросил, очень неожиданно для читателя, но начальник был другого мнения...

- Все об этом просят, - невозмутимо ответил Мануэл. – Розане всегда выполняла эти просьбы. Только не думайте, что она сама убивала людей. Она обращалась к своим палачам. Так поступлю и я – нет сил смотреть, как вы страдаете! Ну, позвоните своим… поговорите перед смертью.

Конечно, после такого разговора Леша сразу помог Ирине телепортироваться в Куябу.

- Мы их забираем, - объявила Ирина.

- На кого руку подняли! – возмутился Леша. – Это же Блисталов и Ватруш!

- Если вы их забираете, пишите заявление, - строго сказал Мануэл.

Пока они писали, Олег, на миг обрадовавшись чудесному спасению, спросил:

- А с прибором уже разобрались?

И получил отрицательный ответ. Лев почему-то облегченно вздохнул и сказал:

- У меня есть дело в Сан-Паулу. Вы со мной?

- Я изменил свои правила и заставил Розане выйти замуж, - ответил Мануэл. – В Сан-Паулу вам делать нечего.

- Вот так спаслись! – воскликнули оба.

Но, когда они вернулись в Рио-де-Жанейро, все встало на свои места. Олег вспомнил Диану, Лев – Одессу. Им было стыдно, особенно Ватрушкину: как он мог вступить в отношения с какой-то Розане, когда у него есть жена и дочь! Конечно, у него было много любовниц, но он редко уходил от своей Лилии.

Оказалось, что Диана дружит с Катариной даже больше, чем с Режиной. Теперь Олегу будет легко! Он начал говорить с Катариной на самые обычные темы. Он спрашивал, как пройти к метро, несмотря на то, что сам это прекрасно знал; работал сантехником у нее дома; доставлял письма, написанные им самим. И вскоре Катарина его полюбила, но возникла одна проблема: она слишком много говорила о своей подруге Диане.

У Льва все шло хорошо. Он начал чувствовать себя кариокой. Как будто специально для него кто-то написал песню «Somos cariocas» - «Мы кариоки». Эту песню не знал никто, кроме Ватрушкина, сидевшего в тайном месте как раз тогда, когда пел маленький мальчик, которого он не видел, а только слышал.

Лев репетировал «Somos cariocas», но понимал, что делает с этой песней не все: он должен познакомиться с автором и мальчиком с замечательным голосом, если это не одно и то же.

Когда Олег нашел в интернете автора песни (прослушать ее не было возможности, но автор был указан), он воскликнул:

- Лева, нужно менять правила сна! Несправедливо, что тебе нельзя пользоваться компьютером! Я бы тебя научил...

- Но зачем? - не понял Лев. - Мне этот запрет не доставляет никаких неудобств, ведь я только последние тридцать три года живу с людьми из будущего.

Но Олег объяснил, какие неудобства запрет доставляет ему, Блисталову, и Лев все понял: автором песни оказался Сергей Юнцов.

- Учись у него, Лева, - засмеялась Ирина. - Он же совсем не кариока!

- Эта песня станет известной, - увидел Леша по технике узнавания. - Олег, радуйся, что твоя возлюбленная – жена такого человека! Правда, его все забудут.

- Замолчите! – воскликнули несчастные, и Лев пошел к Сереже.

Оказалось, десять лет назад сбылась мечта Сережи: Диана родила ему сына. И вроде бы ничего такого в этом нет, но мальчик был очень похож на маленького Ватрушкина.

- Я этого не делал! – испуганно воскликнул Лев. – Диана Андреевна, скажите ему, что у нас никогда ничего не было!

- Я знаю, - сказал Сережа. – Диана просто поняла, что виновата в ваших страданиях в Куябе. Мы вложили в нашего Лео всю вашу душу! Останьтесь с ним наедине, мы давно об этом мечтали.

- Подождите! – воскликнул Ватрушкин. – «Somos cariocas» - это же ваша песня, Сергей?

Мальчик недобрым взглядом посмотрел на Льва.

- Успокойся, Лео, - сказала сыну Диана. – Хорошо, что Ватруш ее слышал. Это песня для него.

- Это сам Ватруш? – удивился Лео. Никаких бурных эмоций по этому поводу он не выражал.

Ватруш утвердительно кивнул, и вот они с мальчиком остались наедине. Лев заглянул в грустные глаза Лео и прочитал в них неизъяснимую тоску. Сын Дианы как будто знал, что бывают счастливые люди, но не знал, как попасть в их число.

- Так ты поешь «Somos cariocas»? – спросил мальчик.

- Да.

И он спел.

- Правду говорят, что ты можешь быть моим партнером. Но я не хочу петь эту песню. Я не кариока. Точнее, я родился и живу в Рио-де-Жанейро, но чувствую себя чужим.

- Кто же ты, если не кариока? – удивился Лев.

- Не знаю. Скорее всего, одессит, - ответил мальчик.

Он рассказал, как любит Одессу, а потом добавил:

- У тебя голос как у Ватрушкина! Даже фамилия похожая!

- Вот спасибо! – в бешенстве воскликнул Лев. – У меня голос как у меня! Посмотри правде в глаза: Леандру Ватруш и Лев Ватрушкин – это одно и то же лицо! Это я! Неужели ты меня не узнал?

Мальчик показал фотографии Льва Ватрушкина и Леандру Ватруша. Оказалось, это действительно два разных человека. Даже изображенный на фотографиях не сразу узнал себя на первой.

- Я должен стать таким, как здесь, - заметил он. – Противоречие: с одной стороны, я должен стать Леандру Ватрушем, с другой – стать таким, как Лев Ватрушкин на фотографии.

Правда, родители почему-то продолжали объяснять мальчику, что это два разных человека. Но вот Диана решила:

- Хватит! Леве это ничего не даст!
Глава 20

Ватрушкин рассказал Блисталову о мальчике со своей душой. Но Олег его совсем не слушал. Он думал о другом:

- Ты разговаривал с ее сыном?

- Мне кажется, это не ее сын. В тюрьме показывали сериал «Клон» и, думаю… Правда, не стоит из-за этого называть его моим именем – Лео!

- Подожди! – воскликнул Олег. – А что, если она действительно не клонировала тебя, а вложила в него твою душу? Тогда Катарина может родить мне новую Диану! Слушай, а этот Лео до скольких лет растет?

- До 20.

- Значит, девушки растут до 15. Так даже лучше!

И, повеселев, он отправился уговаривать Катарину.

- Зараза! – выругался Ватрушкин. – А я что буду делать? Создавать молодую Одессу?

Шутки шутками, но так он и поступил. Через некоторое время там, где Лев впервые встретился с Лео, уже была миниатюрная копия Одессы. Так новый город и назвали – Одессакопия.

Очень интересно было Дарье Ватрушкиной увидеть самый молодой город, еще не имеющий дурной славы, поэтому она упросила мать нарушить закон: они телепортировались в Одессакопию.

- Лева! - воскликнула Лилия. - Как давно мы тебя не видели! Я интуитивно догадывалась обо всем с самого начала, поэтому мы и не приезжали, когда в Рио господствовала Шевелева. А потом...

- А потом мы ждали тебя, папа, - объяснила Даша. - Думали, что с прибором быстро разберутся. Потом мы узнали, что ты в Куябе... Тебя наказали? За что?

- Нет, нет, - перебила дочь Лилия. - Если бы его наказали, то он бы не смог вернуться в Рио - из Куябы не отпускают.

- А меня отпустили! - улыбнулся Лев. - Ирина и Леша забрали! Причем этот процесс прошел очень легко... Вероятно, до других изгнанников друзьям просто нет дела.

- Как тебе повезло! - воскликнула Даша. - Ты дружишь с лучшим актером и работаешь в лучшем театре мира, бразильцы ходят на твои концерты!

- Я даже не знаю, как тебе удалось заполучить такое счастье! - добавила Лилия.

- Вы действительно думаете, что это можно назвать счастьем?

Жена и дочь заглянули Ватрушкину в глаза и промолчали. А Олег не собирался жениться на Катарине, но ребенок был нужен. Поэтому он сказал:

- Катарина, я узнал, что, если ты не родишь мне девочку, похожую на Диану Юнцову, тебя казнят!

- Какой ужас! – воскликнула Катарина. У нее не возникло никаких мыслей по поводу странности этого приказа - разве во сне можно обойтись без странностей? – Что же мне делать? У меня же нет никакого опыта в рождении детей, а рожать похожих я тем более не умею!

- Катарина, это очень просто. Ты должна вложить в ребенка всю ее душу.

И вот бывшая актриса «Дельты» забеременела. Одновременно, через девять месяцев, родилась маленькая Дианинья и окончательно сформировалась Одессакопия. Но у обоих друзей возникли проблемы…

- Отдай ее мне, Катарина, - попросил Олег.

- Ты с ума сошел! – возмутилась счастливая мать. – Или мы женимся, или я отдаю ее тебе только на время!

- Но это моя идея! – не унимался Блисталов. – Никто бы тебя не казнил! Это мне захотелось родить Дианинью.

Катарина понимала, что жениться на ней Олег еще не готов.

- Бери на время, - строго сказала она.

- Хорошо, я согласен.

- Ровно через неделю ребенок будет у меня!

Катарина произнесла какое-то заклинание.

В Одессакопии Льва встретил полицейский.

- Пока бесплатно! – объявил он. – Сколько дней?

- Я навсегда.

- Не морочьте мне голову! – произнес полицейский с одесским акцентом. – Только на время: городу еще нет и трех лет.

- Что за дурацкие правила! – возмутился Лев. – Вы знаете, кто я такой? Я Лев Ватрушкин! Одессакопия – моя идея!

- Хорошо, семь дней, - произнес полицейский более мягким тоном.

- Хорошо, я согласен.

- Ровно через семь дней вы автоматически телепортируетесь в Рио-де-Жанейро.

Но проблемы были решены: Олег в обличье врача сказал, что Дианинья нуждается в серьезном обследовании, которое займет не менее пяти лет.

- Если я не верну ее через десять лет, значит, мне не удалось ее спасти, - добавил Блисталов. Он даже не думал, что этим ломает Катарине жизнь...

Ватрушкин же стал мэром нового города, поэтому с него сняли автоматическую телепортацию. Мэр сразу придумал два правила:

1. Сразу можно приезжать навсегда и всегда бесплатно.

2. Одессакопия – это отдельный город, а не район Рио-де-Жанейро.

Правда, второй пункт не выполнялся: Одессакопию упорно называли районом. Приезжие, конечно. Одессакопийцы всегда на это обижались.

- Ничего, Даша, - говорила дочке мама. – Научим!

Олегу же было абсолютно все равно, что такое Одессакопия – район или город. Он был счастлив с Дианиньей: сначала он любил ее как дочь, а потом, когда возраст перестал меняться, как девушку. Лео же привязался к своему оригиналу.

Много знакомых было в Одессакопии. Странно, что не было Мони. Кстати, песню «Somos cariocas» полюбили все одессакопийцы, а потом и все бразильцы – не только кариоки. Настоящие одесситы наблюдали за жизнью нового города и смеялись, скрывая то, что по неизвестной причине готовы плакать:

- Надо же, всю Одессу сюда впихнули!

- Скажешь тоже, всю! – возражал кто-то. – Оперного театра нет!

- А он нужен?Зато у них есть менее приевшийся театр – «Золотая рыбка»! И туда можно нормально ходить!

- Ой, а вот это? Песня Сергея Юнцова «Somos cariocas» в исполнении Льва Ватрушкина!

- Ого, у них даже свой Ватрушкин есть! А у нас его нет!

- И, главное, похож на нашего! Но все же это не он. Мы знаем, что наш застрял в Рио-де-Жанейро, но это кто-то другой.

- Они город основали и стали разговаривать по-португальски, но по-одесски!

- Да у них и Олег Блисталов есть!

- Олег Блисталов? – заволновались актеры одесской «Золотой рыбки»: очень уж им хотелось возродить тот театр, который был раньше, ведь то, что вытворял Роман Ильин, нельзя считать настоящей "Золотой рыбкой". А сам Рома удивился:

- Значит, сбылась его мечта?

Он не интересовался жизнью конкурента, поэтому не знал, где так долго пропадает Олег Блисталов.

Все на него зашикали и повели себя как истинные одессакопийцы:

- Какая мечта? Его мечта – Рио-де-Жанейро, а Одессакопия – отдельный город!

Но Ирина, конечно, не разделяла мнение одессакопийцев и одесситов.Леше и Олегу было все равно, а в «Дельту» ходить никто не запрещал!

Все выступления Блисталова и Ватрушкина сразу же выкладывались в интернет. Скучающие одесситы этим пользовались и даже переписывались с нашими друзьями: Магиса решила подкорректировать свои правила и разрешила всем известным представителям двадцатого века пользоваться интернетом.

- Пишут! – обрадовался Олег. - Но почему раньше не писали? А раньше не писали, потому что главным актером стал Роман Ильин, а Олега Блисталова все забыли...

К Дианинье Олегу пришлось относиться как к дочке. Все равно любимая девушка! Вы, наверное, подумали: «Если ему пришлось относиться к ней как к дочке, значит, у Дианиньи появился парень?» Вы правы! Влюбленная парочка – 20-летний Лео и 15-летняя Дианинья. Кстати, вспомните возраст Леши и Доры, но тогда девушка была старше! Наши клоны давно знали, что готовы пожениться, но не могли этого сделать из-за того, что они клоны: их тогда сразу уничтожат!

Их оригиналы тоже страдали.

- Чего мне не хватает? – спрашивала Диана. – Сережа на месте, Лео на месте… Что же у меня забрали?

- Чего мне не хватает? – спрашивал Лев. – Это странное чувство возникло в Куябе, через десять лет. Я думал, что в Одессакопии оно точно пройдет, но нет, оно только усилилось!

Ватрушкин поделился своими чувствами с Олегом. Блисталов ничего такого не чувствовал. Одесситы не на шутку испугались: почему не действует их связь? Почему сейчас они не близнецы? К кому обратиться за помощью? Ведь теперь Олег счастлив, а Лев – нет! В чем дело, они сказать не могут.

Такие же неприятные чувства испытывали Лео и Дианинья. Поскольку они относились к особому классу людей, подростковый возраст заканчивался у них позже, и, следовательно, даже Лео острее воспринимал свои страдания, но, в отличие от Дианиньи, не опускался до крайностей...

- Нет, я не могу так жить! – плакала девушка. – Лучше умереть!

- Спокойно, Дианинья, не умирай. Нам нужно выяснить причину таких чувств. Может быть, с этим можно справиться - надежда умирает последней!

Они тоже не знали, к кому обратиться за помощью. Одесситы же вспомнили о Доре, ведь Леша встретился с ней в Рио! Но все остались в Одессакопии, потому что там появилась необычная женщина…

Глава 21

Она была похожа на мудрую Ольгу, но все-таки это была не она и даже не ее клон. Несмотря на это, она назвалась Ольгой.

- Тогда помогите, Ольга! – воскликнули трое несчастных – Лео, Лев и Дианинья. Диана не знала об Одессакопии, поэтому не пришла, решив, что в ее жизни наступил самый обычный кризис. – Знаете, - наперебой стали рассказывать они, - нам кажется, будто у нас что-то забрали!

- Вам двоим, Лео и Лев, все правильно кажется, - произнесла Ольга. – Скажи, Дианинья, а ты тоже клон?

- Да.

- Тогда все понятно! Я знаю, что вы, Лео и Дианинья, создавались не так, как в сериале «Клон». Просто ваши родители вложили в вас души оригиналов. Оттого-то вы и страдаете: вы не можете почувствовать свою цельность. Лев Олегович, ваши чувства ясны. Понятно, что с появлением Лео и Дианиньи вы и Диана Юнцова тоже страдаете. А вы знаете, что из-за этого страдают и настоящие одесситы, и одессакопийцы? Ведь Одессакопия – это клон Одессы! Путь избавления от страданий один: уничтожение клонов.

- Я же говорила! – обрадовалась Дианинья.

- Придется терпеть, - оборвал ее Лео. – Никто нас не уничтожит!

- От вашего желания ничто не зависит, - объяснила Ольга. – Вы не совсем люди. Нужно спросить у оригиналов. Лев Олегович, согласны ли вы уничтожить Лео с целью избавления от страданий?

- Но я благодаря этому мальчику не страдаю еще больше! Он будет жить!

Лео обнял Ватрушкина, а Ольга продолжила опрос по телефону:

- Диана Андреевна, согласны ли вы уничтожить Дианинью с целью избавления от страданий?

- Я не знаю, кто такая Дианинья, поэтому согласна.

- Нет! – воскликнул Лев. – Не трогайте ее! Сейчас я вызову Олега! Олег, Ольга собирается уничтожить Дианинью, чтобы избавить Диану от страданий!

- Не трогайте мою дочь! – в бешенстве воскликнул Олег, не думая о Диане.

- Слово родителей ни на что не влияет, - улыбнулась Ольга. – Диана Андреевна согласилась ее уничтожить. Но пока рано это делать. Я проведу голосование в Одессе.

Как вы догадались, это был вопрос об уничтожении Одессакопии. Когда одесситы узнали, отчего этот город мешает им жить, согласились абсолютно все.

Лев попробовал защитить свой город. Он написал одесситам: «Это же я, Лев Ватрушкин или Леандру Ватруш, как меня называли раньше! Это я основал Одессакопию». Ответ был таким: «Почему вы заставили нас страдать? Ольга нам все объяснила». «Так я же не знал!» - написал Лев. «Ладно, прощаем. Все равно драпайте», - ответили одесситы.

Олег же пытался объяснить Диане, кто такая Дианинья, и, придя к ней, встал перед Юнцовой на колени.

- Это еще что такое? – возмутился Сережа. – Пятьдесят три года прошло!

- Да нет, вы не так поняли, - объяснил Олег, вставая. – Я насчет Дианиньи. Диана, как ты могла согласиться ее убить? Это же моя дочь!

- Ой, прости, Олег. Я скажу, что не согласна.

Одесситы тоже написали, что все-таки не будут уничтожать Одессакопию. Вроде все пошло как обычно, но…

Встреча с настоящей Дианой и переписка с настоящими одесситами вновь сделали друзей несчастными. Заныли их сердца. Теперь они не знали, что делать. Олегу будет больно встречаться с какой-нибудь подругой, а Лев уже не сможет уехать из Одессакопии, чтобы полюбить Рио-де-Жанейро. И все бы ничего, если бы не клоны. Одесситы решили, что именно из-за этих созданий особенно сильны привычные страдания.

- Нам придется уничтожить клонов, - решительно сказал Олег. – И не думай, что от этого будет еще хуже: они уже не оказывают на нас положительное воздействие. Правда, не знаю, что делать с Лео: он же ее сын!

- А Дианинья – твоя дочь! – напомнил Лев.

- Придумал! Вот план уничтожения всех троих: мы призываем всех покинуть Одессакопию по какой-нибудь смешной причине, но всех будет осматривать полицейский. Они просто испугаются и останутся дома, и мы сделаем из Одессакопии прежний район Белеза. Делается это с помощью компьютерной программы: я недавно был в Рио и говорил об этом с Моней. Скоро он и прибор починит! Вместе со всеми сооружениями исчезнут и жители этого города, оставшиеся в нем. А мы не виноваты: мы просили всех покинуть Одессакопию.

На том и порешили. Ватрушкин даже предложил оставить в Одессакопии и Сережу, чтобы Олег мог спокойно жениться на Диане. Она обязательно вспомнит его, когда начнет забывать Сережу! А Моня скоро починит прибор, раз он дошел до таких технологий, и Лев вернется в настоящую Одессу.

И вот время объявлять.

- Внимание, внимание! Все в обязательном порядке должны покинуть Одессакопию в связи с тайной репетицией Олега Блисталова и Льва Ватрушкина! Вас осмотрит полицейский.

Так оно и вышло. Послушались все, кроме двоих. Сережу удержать не удалось. А двое догадались, что против них что-то затевается.

- Они уничтожат Одессакопию! – в ужасе воскликнул Лео. – Нам нужно удирать!

- Как же мы удерем? – возразила Дианинья. – Мы же клоны, выйдем, и нас сразу убьют!

- С чего ты взяла? – удивился Лео.

- Клоны мешают жить, поэтому их уничтожают. Скоро Одессакопии не станет, значит, не станет и нас! Но я этому даже рада.

- А как же перевоплощения, Дианинья?

- Нет, нельзя перевоплощаться при массовой эвакуации.

В любом случае клоны должны быть уничтожены, и Лео пришлось с этим смириться.

И вот компьютер начал убирать все достопримечательности города и делать из Одессакопии прежнюю Белезу. Полицейский еще стоял, наблюдая: он был в двух шагах от молодого города. И вот… Все. Одессакопии уже нет. Скоро придет час клонов.

- Я жить хочу! – завизжала Дианинья.

- Ты же не хотела. Смирись! Умрем вместе.

Чпок! И клонов не стало. До одесситов дошло, что они сделали что-то не так.

- Нет! – восклицал Олег. – Я не мог убить Дианинью!

- А я не мог убить Одессакопию! А ты говорил, что будет легче!

- Будет, - сказал Блисталов. – Надо просто немного подождать.

- Нет, - возразил Ватрушкин. – То мое чувство клона – ничто по сравнению с этим! Думаю, мы должны их воссоздать.

- Ты имеешь в виду только Дианинью и Одессакопию? Лео – сын Дианы – все равно ничего хорошего нам не сделал!

- Нет, сделал!

И Лев спел песню, которая стала подарком этого мальчика: «Somos cariocas». Правда, Олег заткнул уши, но это не признак неуважения: эта песня стала очень популярна в Бразилии, а каждая популярная песня рано или поздно надоедает.

- Ну, сделал хорошее дело, и все. Лев, я думаю, Одессакопия тоже этого не стоит. Ты забыл, что Моня делает?

- А ты знаешь, что Диана с Сережей в последнее время часто ссорятся? – огорошил Олега Лев. – И она в такие минуты говорит о тебе.

Свидание с «возлюбленными» означало поражение. Но разве можно говорить о поражении? Наши друзья сами предали своих, и теперь нужно это исправить.

- Мне придется жениться на Катарине, - сказал Олег. – Второй раз она в ту же ловушку не попадет.

Мимо проходили Диана и Сережа. Почему-то Юнцова покраснела, услышав эти слова. Потом она сама подошла к Олегу и спросила:

- Ты не знаешь, где мой сын? Хотела с ним увидеться, но не нашла его в Одессакопии. И где этот город? Там ничего нет!

- К сожалению, Лео и Дианинья не успели выбежать и погибли вместе с городом. Мы всех предупреждали. Моя дочь тоже погибла.
Глава 22

- Мы с тобой товарищи по несчастью, - вздохнула Диана и обняла Олега. Он почувствовал ее тепло. Он нашел то, чего так долго искал.

- А чему ты улыбаешься? – нахмурившись, спросила Диана.

- Он ей улыбается! – воскликнул Сережа. – Диана, мне надоело, что ты без конца о нем говоришь! Нам придется развестись! Выходи за него!

- Сначала мы вернем Лео, Дианинью и Одессакопию, - возразил Олег. - Их гибель сделала только хуже!

- Правильно, - улыбнулась Диана. – Оба - Лео и Дианинья -будут моими детьми. Нашими детьми, Олег. Вот и сбылась твоя мечта! Мы скоро поженимся!

- Дети скоро будут, - согласился Олег. – Но брак придется отложить. Не могу быть счастливым из-за своих преступлений! Сначала мы вернем клонов, а потом поженимся! Одессакопия будет заново основана Львом и его помощниками.

Лев же в это время разговаривал с Моней.

- Ты не представляешь! – воскликнул Моня. – Я разработал методику и починил прибор! Ты можешь вернуться в Одессу!

- Не могу, - возразил Лев, скрыв свою радость. – Теперь знаешь, что меня держит? Долг перед Одессакопией!

- Перед чем? Перед преображенной Белезой? Слышал, что ее как-то обозвали.

- Да, - вздохнул Ватрушкин. – Мы с Олегом уничтожили клонов, посчитав, что так будет лучше, но стало только хуже.

Моня решил помочь приятелю в возрождении Одессакопии.

- На этом можно закончить книгу? – спросила Ирина. – Ты помнишь, на чем я остановилась, когда закончила диктовать тебе первую книгу?

- Олег сделал шаг к своей мечте и достиг Просветления, - ответила я.

- Вот именно! Тот, кто не знает о существовании «Близнецов из Одессы» может додумать такой конец: мы всему научились и уехали в Рио-де-Жанейро.

- Так и вышло, - напомнила я. – Но я же вижу, что здесь еще не пришло время заканчивать! И, если закончить книгу на этом месте, это тоже будет не конец! Ведь они же не могли без приключений воссоздать клонов!

- Действительно, - согласилась девушка.

Это было отступление, а вот продолжение:

Олег решил начать с Дианиньи. Это было легко: в нем и так жила душа возлюбленной. Начало положено: Диана забеременела.

Лев отдал распоряжение воссоздать Одессакопию с помощью компьютерной программы. На это ушел всего один день. Тогда Ватрушкин, даже не взглянув на работу, воскликнул:

- Вот теперь я сделал все! Осталось только подождать Олега.

Дианинья почему-то родилась уже через месяц. Она немного покричала и умерла. Все дети, которые у них потом появлялись, тоже очень рано рождались и сразу же умирали.

Лев решил все-таки взглянуть на Одессакопию, но там была прежняя Белеза.

- Давай плюнем на все это! – воскликнул Олег. – Все равно у нас ничего не получится! Все, я должен на ней жениться! Или я умру!

- Брось, - строго сказал Лев. – Сейчас не время умирать. Я сам горю, но ты забыл за чувство долга? Мы убили клонов, значит, должны их воскресить!

Оказалось, это невыполнимая задача: сейчас в Рио клонов контролируют. Оттого-то и умирали дети, оттого-то во второй раз умерла Одессакопия. Выход был найден сразу: контроль был только в Рио-де-Жанейро, значит, воссоздать клонов можно в любом другом городе.

- Думаю, мауглины никого не контролируют, - сказал Олег. Всех жителей Буэнос-Айреса по привычке называли мауглинами, почему-то отвергая привычное для реальной жизни название «портеньос». – Давайте сделаем это в Байресе!

Все согласились. Леша взял Ирину, Лев – Олега. Диана решила телепортироваться сама. Первые одессакопийцы помогали друг другу. И вот они в Буэнос-Айресе. Теперь можно.

Но выяснилось, что одессакопийцы забыли взять с собой компьютер. Придется самостоятельно воссоздать город. Они забыли, как это делается, поэтому на это ушло в два раза больше времени, чем в первый раз. Как раз за это время у Дианы и Олега родились Лео и Дианинья. И, казалось бы, все сейчас телепортируются в разные стороны, но нет: нужно объявить кариокам о свадьбе Блисталова и отъезде Ватрушкина. Так и поступили.

- Нет! – воскликнул Олег. – Лева, может быть, ты в последний раз развлечешь нас на свадьбе?

- А почему бы и нет? – согласился Лев.

Диана пригласила и Сережу. Он посмотрел на Олега и подумал: «Сильный человек, не сбежал тогда! А мне что делать?» Но, как выяснилось, сбежать Юнцов не мог: Диана закрыла помещение. Тогда он уткнулся носом в тарелку с касиной (да, они поменялись ролями) и хотел заплакать, но волшебная касина ему помешала.

Потом была творческая часть. Бывшие преподаватель и ученик курсов «Лео» пародировали свою репетицию! Пародия на себя получилась очень удачной.

Потом Олег объявил о начале такого спектакля, который он когда-то ставил. Он писал похожий сценарий специально к свадьбе, но на этот раз постановка была не комической, а трагической. По окончании этого спектакля Лев закричал:

- Не смей! Не смей! Сергей! Сергей! Хотите играть в «Дельте»?

- Я не работаю с людьми, которые делают мне больно, - ответил Сережа.

- Нет, Лева, не беспокойся! – воскликнул Блисталов. – Помнишь, сколько сценариев я написал специально для тебя? Ты заметил, что все они неудачные, но не сказал этого, а сыграл так, что никто не заметил. Сейчас же эти сценарии можно забыть. Твоего места в театре уже нет.

- А если опять не получится?

- Не забывай, что мы близнецы. У меня все получилось.

Олега и Диану уже давно объявили мужем и женой, а они все целовались.

- Хватит! – воскликнул Ватрушкин. – Я должен спеть!

Сереже нравилось его пение. Он пытался это скрыть, но не мог. И только из принципа он спросил:

- А знаете, почему моя следующая свадьба будет лучше всех трех, на которых я был?

Никто не знал ответа. Только Лев покраснел. А потом с ним что-то произошло. Он воскликнул:

- Да я Леандру Ватруш, меня все любят!

- Да, у вас замечательный голос. Знаете, вы смогли поднять мне настроение. Печально, что из-за такого певца, как вы, Диана очень пострадала. Поэтому ответ такой: на моей свадьбе не будет вас.

- А когда ваша свадьба? – в шутку спросил Лев.

- Да вы с ума сошли!

- Нет, это была шутка.

- Хватит шутки шутить! – вдруг воскликнул Рикардо. – Андреева, Андреев, Олег и Диана Блисталовы, Ватруш, собирайтесь в тюрьму! Вы виновны в телепортации в Буэнос-Айрес и обратно! Да, Диана уже закрыла помещение, но я его тоже закрыл, чтобы вы тут не телепортировались, услышав эту новость. И на этом моя противная работа завершена! Теперь я только актер!

- Второй раз, - вздохнул Ватруш. – Но на этот раз по делу.

Глава 23

Отсидеть надо было двадцать пять лет, но Ватрушкину вычли те десять, которые он отсидел просто так. Им повезло: два друга оказались в одной камере.

- Тебя никто не заставляет меня ждать, - сказал Олег. – Но ты обязан сделать дело.

- Какое еще дело? – спросил Ватрушкин.

- Они проверят Буэнос-Айрес и Рио-де-Жанейро. Да, наших друзей опять придется воскресить и отстоять при следующем покушении.

- А если по-честному поехать в Байрес? – предложил Лев.

- Нет, все равно проверяют. Клонов придется отстаивать. Но в случае поражения оставь их и вернись в Одессу. Ладно, с этим все ясно. Но почему нам все время мешают? Почему?

- Предупреждать надо было, - проворчал Лев. -Кто ж знал, что у них видно, кто телепортируется! Когда мои телепортировались в Одессакопию, еще ничего не было… Мы могли бы уже сегодня быть счастливыми, если бы не клоны! Но их нужно воскресить, ведь мы виновны в убийстве. Узнают – добавят срок.

- Не добавят, а даже наградят, - возразил Олег. – Убийство клона не считается убийством. Где моя тетрадь?

- И моей нет! – воскликнул Ватрушкин. – Я точно помню, что вызывал ее по дороге в тюрьму!

- Ладно, давай тогда устно что-нибудь сочинять, - предложил Блисталов. – Но сначала «Somos cariocas»! Давай!

- Не могу.

- Это еще почему?

- Ты подсел на песню! – выкрутился Ватрушкин. На самом деле он просто не мог петь в тюрьме.

Внимательные читатели спросят: а почему же он развлекал Сабину Витальевну? Вот вам мой ответ: тогда тюрьма была частью плана. А сейчас одесситы стали сочинять мрачные рассказы. Конечно, для этого не нужная была никакая тетрадь: друзья больше никому не будут это читать.

Они проклинали судьбу. «А счастье было так возможно, так близко!» - цитировал Лев. Он вообще периодически цитировал «Евгения Онегина».

- Канна тоже наизусть знала, - вспомнил Олег.– Она учила не по желанию и даже не по школьной программе! Ирина рассказывала, как Леша с Дорой бросили их из-за нас?

- Да, - вспомнил Лев. – Потом к девочкам приходили няни: Сабина Витальевна, кобра Атентива и белка Лотра.

- Все верно. Так вот, это Атентива заставила ее выучить «Онегина».

Такие воспоминания понравились им больше мрачных рассказов. Олег вспоминал то, что было с ним, Лев - истории из своей жизни и все, что рассказывала Ирина. Но в целом до знакомства с Олегом у него была обычная жизнь необычного певца. А ведь когда-нибудь у них, возможно, появится новый друг (Олег понимал, что ему будет очень не хватать Льва, поэтому надеялся на это). Новый друг, которому придется рассказать, как два одессита встретились в Розотюльпанске и что из этого вышло. Они стали вспоминать, как началась их жизнь в Рио-де-Жанейро.

- Я сначала не поверил в свое счастье, - говорил Олег. – И так и не поверил, еще будучи счастливым! Потом я не поверил в свое несчастье… Я думал, она шутит!

- Так и я думал, что бразильцы решили надо мной подшутить! – воскликнул Лев.

- Да ты расскажи, что почувствовал, когда я тебя вызвал!

- Да я сначала ничего не понял, а потом, увидев тебя, догадался, что к чему! Я очень обрадовался возможности отдохнуть. Мне даже кажется, что Рио специально дал мне больше времени. Теперь мне скучать не придется - открылись новые творческие пути!

- Точно так же! – воскликнул Блисталов. – Я тебе не говорил, что Диана первая в меня влюбилась? Я сначала отказался. А потом, когда занятия астральным языком перешли на серьезный уровень, мне захотелось любовных приключений. Мы назначили свадьбу, но я поступил неразумно, потанцевав с Нюрой – коллегой из «Золотой рыбки». Что хотел, то и получил. Кажется, я могу описать это в романе!

И вот прошло пятнадцать лет. Ватрушкин очень волновался, ведь скоро его должны выпустить. И вот послышались чьи-то шаги… Но тут произошло нечто неожиданное. Два одессита упали в обморок. Семьдесят лет страданий… нет, конечно же, пятьдесят! Нет, семьдесят! Ведь двадцатилетняя эпоха клонов – это наркотик! А разве может человек не страдать, употребляя наркотики?

- Лев Ватрушкин, - послышался приятный женский голос.

Конечно, услышав, что Ватрушкина называют Ватрушкиным, одесситы пришли в себя и увидели… Розане! Оба еще ничего не соображали, поэтому приняли ее за видение.

- Лева, ты свободен, - объявила Розане.

«Нет, наверное, он этого ждет, поэтому нам обоим послышалось», - подумал Блисталов и остался один. Вскоре он понял, что это было не видение. Ватрушкин тоже пришел в себя и весело болтал с женщиной, которую любил раньше, скрывая горе. Одесситы винили себя в том, что забыли попрощаться. Лев уйдет на войну, и неизвестно, чем она закончится.

- Счастье-то какое! – воскликнула Розане. – Судьба свела меня с тобой! А я развелась со своим дураком. Мы можем пожениться!

- Нет, не можем. Во-первых, у меня жена с дочкой приехали. Во-вторых, я наконец могу вернуться… если, конечно… ладно, Розане, не будем об этом. В-третьих, я тебя уже давно разлюбил.

- Мерзавец! – выругалась Розане. – Ты испортил мне жизнь!

- Успокойся, Розане. Я нашел выход. Но его нужно отстаивать.

- Как это? – удивилась Розане.

Лев рассказал о Лео. Да Силва очень обрадовалась и решила ждать клона.

Ватрушкин решил пройтись мимо «Дельты»… Может быть, в самый последний раз. И что же он увидел? На месте «Дельты» был продуктовый магазин. Конечно, ведь одесситы не знали о тюрьме, поэтому никто не сказал, что нужно брать много новых актеров. Так и погибла «Дельта».

Лев решил, что воссоздание клонов подождет: начать нужно с театра. И только он так подумал, к нему подошел Рикардо и по привычке сказал:

- Лео, можешь восстановить театр, только не в этом месте.

- Нет, Рикардо. На другом месте театр сразу потеряет свою силу. Неужели тебе хочется, чтобы в "Дельту" приходило меньше зрителей? Не думаю. Если убрать магазин, ничего не случится, а вот от закрытия или даже простого переезда театра пострадают многие.

Рикардо подумал и согласился.

А Ватрушкин вызвал своих родных и сказал:

- Лилия, Даша, я вернулся. Но сразу же уезжаю на задание. Я не знаю, сколько лет пробуду в Буэнос-Айресе. Лилия, ты поедешь со мной. Мы должны родить двух детей.

- А зачем тогда уезжать? – не поняла Лилия.

Лев объяснил, что это за дети, и рассказал жене все, что знал о Диане Блисталовой.

- Родишь - сразу уезжай оттуда! Ты женщина, тебе нельзя воевать!

Вдруг Лилия поняла, что это действительно серьезная война. Ватрушкина могут убить. И как же она уедет, если потом надо рожать второго ребенка?

- Если ты хочешь, чтоб я уехала… И почему бы тебе не зачать второго ребенка с другой женщиной примерно в то же время?

- Как? И ты не против?

Она была не против, и срок удалось сократить в два раза. Дарья плакала, навсегда прощаясь с папой. А он сказал ей: «Помни, дочь: я рядом».
Глава 24

В Буэнос-Айрес Ватрушкина не пустили из-за совершенного там преступления. Нет, не из-за телепортации, а из-за создания клонов. Тогда он решил поехать в Сан-Паулу: еще и быстрее начнется самое неприятное!

Лев и Лилия зачали Дианинью, потому что другая женщина знала о Диане Блисталовой только одно: она жена знаменитого актера Олега Блисталова. Розане сама взялась за Лео, и Лев не противился. Все – Лео, Дианинья и Одессакопия – родились ровно через девять месяцев. Скоро начнется война. На этот раз Лилия и Розане попрощались с Ватрушкиным навсегда. Себе в помощь он взял одессакопийцев. И вот объявили:

- Преступник-рецидивист Леандру Ватруш вновь создал клонов! Леандру, будьте спокойны: так как это мелкое преступление, которое можно устранить, за создание клонов в тюрьму не сажают. Но все должны приготовиться к их уничтожению! Немедленно освободите Одессакопию! Также будут уничтожены Лео и Дианинья.

- Совести нет, - с ненавистью произнес Лев. – Маленьких детей! Никто не собирается оставлять Одессакопию! Верно, воины мои?

- Так точно! – ответили одессакопийцы. Им надо было приготовиться к войне, поэтому они запели:

- Somos cariocas…

- Не злите меня! – воскликнул Лев. – Ненавижу эту песню!

- А мы разозлим тебя так, что ты всех победишь!

Тогда Лев согласился на надоевшую песню. И вот они явились… Кто они? Уничтожители клонов, конечно!

- Но мы приказывали освободить Одессакопию, - возмутился начальник.

- А мы для этого здесь и собрались! – сострил Ватрушкин.

- Для чего – для этого?

- Освободить Одессакопию от врагов!

- Ладно, шутник, - проскрипел начальник. – Это были твои последние слова! Начинайте работать!

- Подождите! – воскликнул Лев. – У нас нет компьютеров, но неужели вы не можете одолеть нас с помощью оружия?

- Можем, но с клонами нужно действовать по-быстрому.

Несколько одессакопийцев, услышав это, убежали из своего города, но Лев Ватрушкин был не таков:

- А потом вы расскажете, какую победу одержали! Вы расскажете, как струсили! Да, именно струсили! Испугались настоящего оружия! Ничего не могут!

Тогда уничтожители побросали компьютеры, и начался кровавый бой. Лео и Дианинья наблюдали в стороне и плакали. Один из врагов двинулся к ним. Лев это увидел. Ему удалось убить врага. Вдруг кто-то грубо обхватил его сзади. Все, конец!

- Лучше погибнуть, чем ничего не сделать! – воскликнул Лев. Детей уже не стало. Один за другим гибли ватрушкинские солдаты, а его самого все еще держали. Ватрушкин жалел, что умирает в таком тяжелом положении, из которого не успел выйти. Почему же его не убивают? Он один остался!

- Убивайте, - тихо произнес Лев.

- Ватруш, ты уверен? - зашептал чей-то знакомый голос. Оказалось, это Рикардо! Его тоже зачем-то послали на задание! Вот так штука! - Нет, я не буду тебя убивать. Заставили воевать, козлы!

- Чего медлишь? – заорал на Рикардо начальник. – Убивай! Это самый опасный преступник! Веди его на публичную казнь или сам будешь казнен!

- Пошли, - грубо сказал Рикардо.

- Ты меня не узнаешь? – прошипел Лев. – Я Леандру Ватруш, мы с тобой вместе в театре играли! Отпусти!

- И что с того? – со злостью произнес бывший полицейский. – Они же меня убьют!

- Погибнуть лучше, чем оказаться предателем!

Казнить Ватрушкина решили в Рио-де-Жанейро и даже позволили ему уже точно навсегда попрощаться со своим другом. Его привели в тюрьму. К Ирине, Леше и Диане почему-то не пустили.

- Так и так, - вздохнул Лев. – Меня собираются казнить.

- Нет! – воскликнул Олег. – Откажись от этой затеи! Скажи, что больше никаких клонов не будет, и они убьют тебя только в том случае, если ты нарушишь эту клятву!

- Тогда они меня в любом случае убьют. Я убил, значит, должен воскресить.

- Ну? – закричал Рикардо. – Скоро ты там, Вата?

- Я не Вата! – возмутился Лев. – Я Ватруш!

- Какая разница в такой момент? – закричал Олег.

- А я останусь жив! Ребята, а ведь у меня еще семья есть!

Ватрушкина привели к дому Лилии и Дарьи.

- Позвольте мне одному войти.

Он вошел и закрыл помещение. Клоноуничтожители ругались и хотели было уничтожить дом, но Рикардо напомнил, что это нарушение закона.

Жена и дочь очень тепло встретили Ватрушкина. Лев пересказал ход войны и объяснил, что теперь придется жить в доме как в тюрьме: навсегда закрыть помещение.

- Пошли. Он победил, - послышался чей-то голос.

- Нет, - возразил Лев. – Мне не удалось воссоздать клонов, но дело не в этом: то, что они так говорят, – военная хитрость. Они могут вызвать меня в любой момент, поэтому и придется навсегда закрыть помещение. Конечно, я бы пошел на смерть, но не делаю этого, потому что у меня есть вы!

Уничтожители в течение трех лет действительно три раза в день вызывали Ватрушкина, а потом решили, что он умер другой смертью. Рикардо решил это проверить, никому не сообщая о своем намерении.

- Предатель идет, - зло сказал Лев. – Он вел меня на казнь.

- Лео, ты жив! – закричал Рикардо. – Можешь выходить, они решили, что ты умер.

Все очень обрадовались. Лев даже простил Рикардо. Певец превратился в выдуманный образ для конспирации и вышел на улицу.

Нет, счастлив он не был. Как может быть счастлив человек, который знает, что у него есть возможность вернуть сделанное назад, но не может ее использовать? Он придумывал все новые и новые варианты воссоздания клонов и хотел обратиться к Моне, который может дать компьютерный совет, но увидел у него дома только печальную Режину.

- А где Моня? – спросил он.

- Моня в Одессе. Как только починил прибор, сразу телепортировался. И где я теперь найду мужа?

Заныло сердце Льва. Он понимал, что не может просто так взять и вернуться в Одессу: убитые клоны нуждаются в воскресении. Скоро Олег выйдет из тюрьмы… Что он на это скажет? Нет, ничего не скажет. Поженившиеся двадцать пять лет назад впервые будут вместе. Конечно, Блисталов будет занят своей женой.

Но они вышли из тюрьмы и пошли в разные стороны – Диана должна была поболтать со всеми своими подружками. Она была весела, в отличие от мужа, который знал, что войдет в опустевший дом. Нет, Ватрушкин не уехал. Его казнили.

Но с кем теперь останутся Ирина и Леша? Трудно восемнадцатилетней девушке присматривать за пятнадцатилетним братом!

Глава 25

Олег очень удивился, увидев Льва.

- Наверное, я сплю, - сказал он сам себе.

- Нет, я сплю, - улыбнулся Ватрушкин. – Почему только Ирина и Леша с тобой? С Дианой опять проблемы?

- Нет, подружки. А ты меня ждал? – улыбнулся Блисталов.

- Не совсем так. Я спас свою бесполезную жизнь, но война проиграна. Мне не удалось воссоздать клонов.

- Плюнь! – засмеялся Блисталов. – За эти десять лет, что я без тебя сидел, я понял, что такое клоны. Ты думаешь, в те двадцать лет мы были счастливы? Наркоманы тоже думают, что они счастливы. Клон – это наркотик, и именно поэтому в Рио их так жестко контролируют. Тот, кто смог убить клона, – победитель, а не побежденный. А то, что тебе удалось спасти свою жизнь? Разве это не победа? Ура!

- Ура! – подхватили Ирина и Леша, которые по дороге успели узнать все от Блисталова.

- Клонов можно было не воссоздавать, - заключил Олег. Он взглянул на друга и понял, что этими словами омрачил свое торжество.

- Как – не воссоздавать? – удивился Лев. – Помнишь, как нам было больно, когда мы их убили?

- А разве наркоманам не больно, когда они отказываются от наркотиков?

- Не дразни меня! – воскликнул Ватрушкин. – Это во-первых. Во-вторых, воссоздание клонов – наш долг!

- Нет у нас никакого долга перед наркотиками!

- Нет, есть! И они не наркотики!

- Нет долга, говорю!

- Есть долг!

- Нет!

- Есть!

- Нет!

- Есть!

- Нет!

- Есть! – в бешенстве воскликнул Лев. – Я поступлю по-старому: пойду на войну. Если мне скажут, что я должен умереть, я умру! Прощай!

И тут вошла Диана.

- Олег, солнышко, а что Ватрушкин здесь делает? – спросила она.

- Бесится, - буркнул Олег.

Этого Ватрушкин вынести не мог. Он зло взглянул на Олега, обнялся с Ириной и Лешей как бы назло ему и исчез.

- Теперь наша очередь, - сказала Диана. – Забудь его. Он принес тебе одни несчастья. Я еще хотела выйти за тебя, но, когда ты его вызвал и соврал, что это придумал Сережа, я передумала.

- Столько лет прошло, а ты помнишь! Ладно, пойдем и мы за счастьем.

Блисталовы шли в дом Дианы.

И вдруг они встретили Дарью Ватрушкину.

- Катарина вернулась в театр, - сообщила дочь знаменитого певца.

- Спасибо, Даша. А папочка ваш, будь он проклят, уже в Одессе!

Дарья незамедлительно телепортировалась. Вероятно, сразу после этого она вызвала Лилию: вызовы за границу почему-то до сих пор не запрещены.

- А можно мне тоже в театр? – спросила Диана. – Я, конечно, не актриса…

- Конечно, можно, дорогая! Я все готов для тебя сделать!

- Все? Тогда завтра ровно в девять часов приходи на Маракану. Будешь петь песни Ватрушкина, в том числе «Somos cariocas»!

Олегу не хотелось этого делать, но ради любимой он согласился. Блисталов чувствовал, что на стадион пришло много невидимок, практически весь Рио-де-Жанейро. Он сказал так:

- Лев Ватрушкин не любил, когда его называли Леандру Ватруш. Но это не значит, что вам нужно переучиваться. Он плохой человек. Он хорошо относится к клонам.

Конечно, все засвистели.

- Да, он хорошо относится к клонам, поэтому пытался их воссоздать. Его чуть не убили во время этой ненужной войны. Но вы не беспокойтесь, что он остался жив. Наконец-то он уехал! Ура!

- Ура! – как-то вяло подхватили кариоки. Им не хотелось отказываться от полюбившегося Ватруша, но они вспомнили, что тот, кто разлюбил всеобщего кумира, сам является всеобщим кумиром. Все приняли Блисталова и стали слушать его с восторгом.

- Завтра скажешь о нем хорошее! – приказала Диана.

Олег почувствовал, что и на этот раз не смог обрести счастье. Как хорошо было изредка видеться с Дианой! Обнимать ее, когда она была женой Сережи! И как Юнцов терпел эти капризы?

- Это не капризы, - вдруг ответила Блисталова. – Ты просто должен понять, что Ватрушкин – хороший человек.

Олег напрягся. Его жена никогда не любила Льва, а сейчас говорит, что он хороший человек! Неужели она не так поняла его исчезновение? Или Ватрушкин действительно внезапно умер? Может быть, он это чувствовал и перед смертью обнимал Ирину и Лешу? А он, Олег, с ним поссорился!

Блисталов попробовал позвонить бывшему другу. Не отвечает. Олег позвонил по одесскому телефону. Лев ответил, потому что не знал, кто ему звонит.

- Извините, я сейчас договариваюсь с полицией.

- Лева! – в ужасе воскликнул Олег. – Ты же забыл, что нельзя телепортироваться за границу!

Ватрушкин бросил трубку.

- Его посадят? – спросила Диана. – И опять за ерунду! Подумаешь, телепортировался! Да и меня он специально обижал. Сначала обман с Сережей, потом та ссадина… это делалось для тебя.

- Сама сказала, что ссадина – это не он! Да, сидел, причем в одной камере с Сабиной Витальевной, которая сама призналась ему в том, что нанесла тебе увечье. Правда, никто до сих пор не знает, в чем смысл этого поступка Шевелевой... Но смысл ее многочисленных убийств также не раскрыт. Знаешь, Диана, я прощаю Леву. Мы же не ругаем наркоманов!

И тут Олег почувствовал, что обрел то самое счастье, которого так долго искал. Все преобразилось. Ему открылось то, что открывается только тем, кто так долго шел к своему счастью. И, казалось, лунная ночь будет сопровождать влюбленных целую вечность.

Книга была бы неоконченной, если бы я не рассказала о Льве. Он телепортировался и не поверил в то, что ему это удалось. Это совсем не укладывалось у него в голове, но в то же время он принимал это как должное. От таких противоположных чувств Ватрушкин упал в обморок.

- Полиция направляется к Леандру Ватрушу, совершившему телепортацию из Рио-де-Жанейро в Одессу.

Тогда Лев очнулся. Вот так вернулся! Полицейский подошел к нему, недоуменно посмотрел, посветил каким-то прибором и воскликнул:

- Ватрушкин! Наконец-то! А зачем же вы Ватрушем назвались?

- Это не я назвался, это меня назвали. Всё, собираюсь в тюрьму. Но зато в одесскую! В одесской тюрьме я готов провести весь остаток сна!

- Бросьте, - улыбнулся полицейский. – У нас в Одессе есть специальное правило: если известный человек не был в Одессе более двадцати лет, он имеет возможность телепортироваться.

- Почему только известный? – не понял Лев.

- Потому что нам вас очень не хватало. Мы именно из-за вас ввели это правило! Именно знаменитый певец Лев Олегович Ватрушкин - причина возникновения новой правовой нормы!

- Вот оно как! Нет, не надо было говорить мне об этом... Сейчас опять упаду в обморок!

- Нет, не надо падать в обморок, Лев Олегович, - улыбнулся полицейский. – Давайте лучше расскажем о вашем возвращении всей Одессе! Созовем всех на Дерибасовскую…

Полицейский что-то прошептал.

- А начинать со старого или с нового? – спросил Лев.

- Как хотите! Главное, чтоб и то, и другое было!

- Понял! Готов на все сто!

- Молодец!

Глава 26

На Дерибасовской действительно собралась вся Одесса, ожидая «большого события», как сказал полицейский. Роман Ильин хотел было выйти вперед, ведь он написал первое стихотворение, но полицейский остановил его:

- Рома, освободи трон!

«Ну вот, я перестал понимать по-одесски», - огорченно подумал Ватрушкин. Но тот, кто был «на троне», тоже ничего не понял:

- Какой еще трон?

- Трон лучшего одессита сна на миллион лет! Пора во всем признаться: Одесса спала. Сегодня она проснулась. Одесситы, вы освобождаетесь от необходимости обожать этого недоактера, из-за которого, к сожалению, навсегда потеряна «Золотая рыбка». Конечно, театру не хватает Олега Блисталова, и мы не можем воссоздать тот театр, который был раньше. Но тебя, Рома, мы брали вместо…

И тут невидимый до этого Лев Ватрушкин стал видимым. Все бросились его обнимать, отталкивая «недоактера». И тут Лев понял, что Олег прав: в Одессакопии его бы никогда так не приняли, и нечего воссоздавать этот дурацкий город! Но он же должен спеть! Совсем забыл!

Начал он со старого. Он почувствовал, что после его песен Одесса действительно просыпается. Но кто-то один портил настроение проснувшимся. Он подпевал все песни мимо нот. Фальшивых голосов было много, но Лев слышал, что остальные просто не могут по-другому (потому что не ходили на курсы «Лео»!), но этот как-то неприятно выделялся, как будто делал это специально. Оказалось, это был Рома, у которого раньше не было подобных проблем, как потом объяснили Ватрушкину.

«Золотая рыбка» воскресла. Лев занял в театре такое место, как Олег в «Дельте»: стал режиссером и ведущим актером. И оба "близнеца" стали играть еще лучше.

А что же с Ромой? Он вспомнил последнюю встречу с Олегом и, снова осознав истинные ценности, уволился сам. А надоевшую песню «Somos cariocas» переделали в «Мы все одесситы», и она стала такой же популярной.

Конец 2016 – 30 января 2017 гг.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 12
Опубликовано: 01.05.2021 в 09:13
© Copyright: Инна Альбрехт
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1