Том I. Легенда не умирает Разгаданная тайна: Выжившая Великая Княжна Анастасия Романова (Анна Андерсон, Анастасия Чайковская)


Том I. Легенда не умирает Разгаданная тайна: Выжившая Великая Княжна Анастасия Романова (Анна Андерсон, Анастасия Чайковская)
­ФАКИЯ ШАВКЕТОВНА ЛАРИНА
Том I
М о н о г р а ф и я
ЛЕГЕНДА
НЕ УМИРАЕТ
Разгаданная тайна
Выжившая Великая Княжна
Анастасия Романова (Дочь
Императора Николая II) — это
Анна Андерсон (Анастасия
Чайковская) Не самозванка!..
УДК 94(47+57)
ББК 63.3(2)
Л25
Автор:
Ларина Факия Шавкетовна,
кандидат наук, ученая
Рецензент:
Фарида Зинатовна Рафикова,
кандидат наук, ученая доцент Казанского (Приволжского) Федерального Университета
Ларина Ф.Ш.
Л25 Легенда не умирает Разгаданная тайна: Выжившая Великая
Княжна Анастасия Романова (Дочь Императора Николая II) — это
Анна Андерсон (Анастасия Чайковская) Не самозванка!.. Том I. – М.:
Эдитус, 2021. – 230 с. Научное издание (монография): международное право,
отечественная история, мировая история.
ISBN 978-5-00149-551-2
Аннотация: Монография (научное издание) посвящена Последней Выжившей Вели-
кой Княжне Анастасии Романовой (Анна Андерсон, Анастасия Чайковская). В ней анали-
зируются научно подтвержденные архивные источники (ГАРФ, РГВА, РГВИА), а также
научные издания ведущих мировых ученых, к примеру, Академика РАН Вениамина Алек-
сеева — известного советского и российского историка, доктора исторических наук. Также
приводятся научно обоснованные факты, свидетельствующие о ложности и фальсифика-
ции анализа ДНК, проведенного американцами, англичанами и странами, входящими в
НАТО. Ясно и четко обоснован факт антигуманности, бесчеловечности и крайней жесто-
кости всех королевских семей Европы и Англии, управляющей структуры США. Проведен
анализ норм международного уголовного права на предмет и факт совершения престу-
плений против человечности и военных преступлений, развязывании войны, революции в
Российской Империи, уничтожении населения Российской Империи, разрушении терри-
ториальной целостности Российской Империи странами в настоящее время входящими
в НАТО.
УДК 94(47+57)
ББК 63.3(2)
ISBN 978-5-00149-551-2 © Ларина Ф.Ш., 2021
3
Все тайное станет явным.
Из стихов В. Высоцкого «Нас не нужно жалеть: Пусть живые запомнят, и пусть
поколения знают»…
«Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно, ибо Господь не оставит без
наказания того, кто произносит имя Его напрасно».
Библия
«Угробили вы Женщину» (Цитата из кинофильма «Место встречи изменить нельзя»,
Глеб Жеглов (сыграл Владимир Семенович Высоцкий, любимый певец и актер моего
Отца, Шавкета Закировича Ларина).
Песня свободного человека:
«Свободен тот, для кого ничего не значат преимущества рождения и титул»
Людвиг ван Бетховен.
Экранизация всех моих книг разрешается только при моем личном согласии (автора
Лариной Факии Шавкетовны), оформленном в соответствии с законодательством
России.
В Честь и с глубоким уважением, а также благодарностью Отцу (Шавкету
Закировичу Ларину), Маме (Гульсине Алимовне Лариной)!
В Честь и с глубоким уважением, а также благодарностью к Императору
Николая II и Его Царской Семьи!
В Честь и с глубоким уважением, а также благодарностью к Спасшейся Дочери
Императора Николая II и Императрицы Александры Великой Княжны Анастасии
Романовой (Анны Андерсон) и Солдата, возможно, Офицера 1 Уральского
Стрелкового Полка (предположительно, Семен или Николай Черных, либо А.
Чайковский (Гайковский)) спасшего Ее жизнь и Их Сына!
В Честь моей Родины Российской Империи, СССР, России!
В Честь и с глубоким уважением, а также благодарностью к И.В. Сталину!
Спасибо за сохраненную жизнь!
Отдельная Благодарность:
Уважаемому Костюкову Игорю Олеговичу - Начальнику Главного управления
Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации!
Посвящается моим родителям, дедушке с бабушками, сестренке, братишке, Виргинии
Калинаускене, Костюкову Игорю Олеговичу - Начальнику Главного управления
Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации, Министерству
Обороны России и Огромная Благодарность:
1. Императору Николаю II и Его Царской Семье.
2. Анастасии Романовой (Анне Андерсон) Великой Княжне, Спасшейся Дочери
Императора Николая II и Императрицы Александры Федоровны и Солдату, возможно,
Офицеру 1 Уральского Стрелкового Полка (предположительно, Семен или Николай
4
Черных, либо А. Чайковский (Гайковский)) спасшему Ее жизнь и жизнь Их Сына, а
также Их Сыну и всем Их потомкам.
3. Отцу: Ларину Шавкету Закировичу: Заслуженному Пилоту России,
Государственному Советнику России I класса, Мастеру Спорта СССР по дзю-до.
4. Маме: Лариной Гульсине Алимовне: домохозяйке.
5. Дедушке: Ларину Закиру Алиевичу: Партизану (Вторая мировая война),
Заслуженному Работнику Железнодорожного Транспорта СССР.
6. Бабушке: Лариной Алие Айзятулловне: домохозяйке.
7. Бабушке: Гатиятуллиной Факие Рауфовне: учительнице.
8. Сестренке: Лариной Алие Шавкетовне и ее Семье.
9. Братишке: Ларину Али Шавкетовичу и его Семье.
10. Виргинии Калинаускене: архитектор-дизайнер, Мастер Европейской Традиции.
11. Рафиковой Фариде Зинатовне и ее Семье.
12. Костюкову Игорю Олеговичу - Начальнику Главного управления Генерального
штаба Вооруженных Сил Российской Федерации.
13. Министерству Обороны России.
Хочу выразить благодарность всем моим друзьям, в особенности:
1. Сафроновой Нине Владимировне;
2. Семье: Регины и Олега Тактаевых;
3. Семье: Ляйсан и Николая Цветковых;
4. Семье Ольге Озеровой и Дмитрия;
5. Макарову Тимофею Григорьевичу;
6. Моему научному руководителю: доктору юридических наук, профессору
Курдюкову Геннадию Иринарховичу;
7. Доктору юридических наук, профессору Валееву Револю Миргалимовичу;
8. Сотрудникам Государственного архива Российской Федерации и лично директору:
Роговой Ларисе Александровне;
9. Сотрудникам Российской Государственной Библиотеки;
10. Сотрудникам библиотеки Института Российской Истории РАН;
11. Российскому Государственному Архиву Фонодокументов и лично заведующей
читальным залом Лазаревой Марине Геннадьевне;
12. Сотрудникам Российского государственного военно-исторического архива;
13. Илье – сотруднику Российского Государственного Военного Архива;
14. Врачам.
Запрещаю заниматься экранизацией моих книг следующим лицам:
1. Всем создателям фильма «Матильда», а также, причастным к нему лицам (всей
съемочной группе, актерам, режиссерам, продюссерам) запрещаю заниматься
экранизацией моих книг – в частности А. Е. Учителю и всем родственникам с
потомками данных лиц;
2. Всем родственникам и потомкам В.И. Ульянова-Ленина;
3. Романовой Марии Владимировне (являющейся самозванкой: родилась 23 декабря
1953, Мадрид, Испания — единственный ребёнок Владимира Кирилловича Романова,
главы Российского императорского дома в изгнании (сына российского великого князя
Кирилла Владимировича, провозгласившего себя в 1924 году императором в изгнании)
и ее потомкам, а также всем ее родственникам и потомкам;
4. Всем потомкам и родственникам дочери Императора Александра III Ксении
Александровны (25 марта [6 апреля] 1875, Санкт-Петербург — 20 апреля 1960,
Виндзор, Великобритания) — великая княгиня, дочь Императора Александра III,
сестра российского Императора Николая II.
5
5. Всем потомкам и родственникам дочери Императора Александра III О́льги
Александровны Романовой (1 [13] июня 1882 — 24 ноября 1960) — Великая княжна
Российского императорского дома, младшая дочь Императора Александра III
Александровича и императрицы Марии Фёдоровны).
6. Олигархам, «социально ответственным бизнесменам» и всем их родственникам и
потомкам;
7. Всем частным лицам, являющимися акционерами нефтяных, газовых компаний,
компаний, добывающими сырье и экспортирующими его, помогая сделать из России
сырьевой придаток, а также всем их родственникам и потомкам;
8. Всем членам Федерального Собрания Российской Федерации – парламента
Российской Федерации и всем их родственникам и потомкам;
9. Всем депутатам России и всем их родственникам.
10. Кадырову Р.А. (главе Чеченской Республики) и всем его родственникам и
потомкам;
11. Минниханову Р.Н. (президенту Татарстана) и всем его родственникам и потомкам;
12. Шаймиеву М.Ш. (бывшему президенту Татарстана) и всем его родственникам и
потомкам;
13. Медведеву Д.А. (бывшему президенту России) и всем его родственникам и
потомкам;
14. Путину В.В. (президенту России) и всем его родственникам и потомкам;
15. Алине Маратовне Кабаевой (род. 12 мая 1983, Ташкент) — российская
спортсменка (художественная гимнастика), общественный и политический деятель,
менеджер и всем ее родственникам, а также потомкам;
16. Всем сотрудникам Федеральной Службы Безопасности РФ (бывшим и
действующим и всем их родственникам, а также потомкам);
17. Гражданам Соединенных Штатов Америки, Федеративной Республики Германия,
Французской Республики, Итальянской Республики, Государства Израиль,
Великобритании, Дании, Канады, Австралии, Китая и всем их родственникам, а также
потомкам;
Гражданам государств, входящих в блок НАТО, всем их родственникам, а также
потомкам;
18. Всем членам правящих королевских семей Европы и Англии, а также всем их
родственникам и потомкам;
19. Собчак К.А. (род. 5 ноября 1981 года, Ленинград, СССР), отец Собчак А.А.
(бывший мэр СанктПетербурга), ее матери (Нарусовой Л.Б., член Совета Федерации
Федерального Собрания Российской Федерации ) и всем ее родственникам, а также
потокам;
20. Симоньян М.С. (главный редактор «Russia Today») и всем ее родственникам, а
также потомкам;
21. Аскер-заде Наиле (российская журналистка, телеведущая «России-1») и всем ее
родственникам, а также потомкам;
22. Боня, Виктория Анатольевна (род. 27 ноября 1979, Краснокаменск, Читинская
область) – российская теле – и радиоведущая. Бывшая участница реалити – шоу «Дом-
2» на телеканале «ТНТ», всем ее родственникам, а также потомкам;
23. Бузовой Ольге Игоревне — российская телеведущая, певица, актриса театра, кино
и дубляжа. Известна как бывшая участница, а позднее ведущая реалити-шоу «Дом-2»
на телеканале «ТНТ», всем ее родственникам, а также потомкам;
24. Горбачеву М.С. (советский и российский государственный, политический,
партийный и общественный деятель. Последний Генеральный секретарь ЦК КПСС.
6
Последний Председатель Президиума Верховного Совета СССР, затем первый
председатель Верховного Совета СССР. Первый и единственный президент СССР),
всем его родственникам и потомкам.
25. Ляйсан Альбертовне Утяшевой (род. 28 июня 1985, пгт. Раевский, Альшеевский
район, Башкирская АССР, РСФСР, СССР), российская спортсменка и всем ее
родственникам, а также потомкам;
26. Павел Алексеевич Воля (род. 14 марта 1979, Пенза) — российский эстрадный
артист разговорного жанра, телеведущий, киноактёр, участник и ведущий Comedy
Club и всем его родственникам, а также потомкам;
27. Алёна Ю́ рьевна Водонаева (настоящее имя — Елена; род. 2 июля 1982, Тюмень) —
российская телеведущая, журналистка, писательница, блогер, бывшая участница
реалити-шоу «Дом-2» и всем ее родственникам, а также потомкам;
28.Тинатин (Тина) Гивиевна Канделаки (род. 10 ноября 1975, Тбилиси) —
грузинская и российская журналистка, телеведущая и всем ее родственникам, а также
потомкам;
29.Ксения Кимовна Бородина (при рождении — Амоева; во втором браке — Омрова;
род. 8 марта 1983, Москва) — российская телеведущая, актриса и диджей) и всем ее
родственникам, а также потомкам;
30.Тимур Ильдарович Юнусов (род. 15 августа 1983, Москва), более известный
как Тимати —российский хип-хоп-исполнитель, певец, музыкальный
продюсер, актёр и предприниматель, также является выпускником «Фабрики звёзд 4»)
и всем его родственникам, а также потомкам;
31. Данный список не является окончательным и исчерпывающим и может быть
расширен.
Экранизация данной книги и всех книг автором которых является Факия Шавкетовна
Ларина не допускается без ее письменного согласия, оформленного в соответствии с
законодательством России.
Мои мысли: «Я думаю, что нашим соответствующим правоохранительным органам
необходимо повлиять на ситуацию, связанную с этими самозванцами и другими
Романовами, считающими себя членами Императорской Российской Семьи.
Посредством принятия соответствующих законодательных актов, способных
ликвидировать всяческую возможность реставрации любой формы монархии в
России. Но прежде необходимо повлиять на В.В. Путина. А. Собчак - покровитель
В.В. Путина лоббировал здесь интересы самозванца Владимира Кирилловича
Романова. 25 лет назад в Петербург прибыл великий князь Владимир Кириллович
Романов
В Доме русского зарубежья имени Солженицына в Москве открылась фотовыставка,
посвященная двадцатилетию визита великого князя Владимира Кирилловича
Романова в Россию. Визит состоялся с 5 по 11 ноября 1991 года. Великий князь
прибыл в Санкт-Петербург по приглашению занимавшего тогда пост мэра города
Анатолия Собчака. Визит совпал по времени с возвращением городу его
исторического имени - Санкт-Петербург. 1 Также можно сделать выводы о том, что
В.В. Путин, Д.А. Медведев способствуют приходу к власти в России потомков
фашистов, нацистов, посмотрев данное видео: «Медведев вручил князю из рода
Романовых орден Александра Невского»2. Медведев вручил орден Александра
1 https://smotrim.ru/article/922723
2 https://www.youtube.com/watch?v=h-jKvuaeq4M&feature=emb_title
7
Невского князю Димитрию Романовичу3. То есть В.В. Путин и Д. А.Медведев уже
называют их странными, неадекватными титулами, так как в России нет деления на
сословия. Но они уже начали с того, что ввели институт пожизненных сенаторов.
Таким образом, есть все основания быть на 100% уверенной в том, что В.В, Путин,
Д.А. Медведев и Правительство РФ хотят возвращения монархии причем потомков
российской монархии, связанной с фашистами и нацистами. Так как попытки
Романовых всех мастей поделить хотя бы между собой виртуальный Российский
Престол говорят, что они надеятся на это пусть и через 100-200 лет. То есть хотят
после убийства Императора Николая II Лениным из личной мести при их
непосредственном участии и организации данного нечеловеческого зверства
Романовами занять реальный Российский Престол. Этого никак нельзя допустить,
так как тогда Россия окажется под властью НАТО и станет просто Российской
губернией без населения. А население будет подвержено истреблению и геноциду.
В России должна быть Республика с демократической формой правления и
выборами главы государства. А срок нахождения у власти президента нужно
ограничить максимум 2 годами. Я считаю, что интересы самозванки Романовой М.В.
(Мария Владимировна Романова (род. 23 декабря 1953, Мадрид, Испания) —
российская общественная деятельница. Единственный ребёнок Владимира
Кирилловича Романова (сына российского великого князя Кирилла Владимировича,
провозгласившего себя в 1924 году императором в изгнании) и ее сына
псевдонаследника – самозванца Романова Г.М. лоббирует в России В.В. Путин,
Медведев Д.А., Правительство РФ, подконтрольные им и правительству РФ
структуры, а также правительства стран, входящих в блок НАТО. Есть информация,
что Медведев Д.А. предоставлял этой неадекватной самозванке (Романовой М.В.) свой
самолет. Так как они ведут роскошный образ жизни, пытаясь себе купить бонусы у
чиновников и членов правительства РФ, раздавая какие-то сумасшедшие с точки
зрения здравого смысла титулы. Даже 12 декабря 2008 года Романов Г.М. назначен
советником генерального директора ГМК «Норильский никель» и членом правления
Института никеля. Его деятельность, в числе прочего, направлена на реализацию
программы компании «Норильский никель» по оспариванию решения Еврокомиссии о
классификации ряда соединений никеля в качестве опасных веществ. В январе 2014
года покинул этот пост4. На чьи деньги Мария Гогенцоллерн («Романова») рассекает
по Севастополю? Крымское издание «Наша газета» (ncrim.ru) опубликовало новость,
в которой говорится, что 17 мая 2016 года российский город Севастополь посетила
так называемая «глава Российского Императорского Дома» так называемая «Великая
Княгиня» Мария Владимировна Гогенцоллерн («Романова»). Газета
«Президент» посвятила множество публикаций данной особе. Это же сделали
и другие СМИ. Волна народного гнева в отношении Марии Владимировны вызвана
вовсе не какими-то личными причинами. Дело совершенно в другом. Мария
Владимировна происходит из немецкой линии профессиональных оккупантов. Её
родственники финансировали поход Гитлера на СССР и служили в самом тесном его
окружении. Смотрите, например, статьи: «Николай II и дочь обергруппенфюрера СС
Маша Гогенцоллерн», «Мария Гогенцоллерн – наследница Третьего Рейха – 1»,
«Мария Гогенцоллерн – наследница Третьего Рейха – 2» и др. Цель сегодняшней
3 https://ria.ru/20161006/1478654601.html
4https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A0%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2,_
%D0%93%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B3%D0%B8%D0%B9_%D0%9C%D0%B8%D1%85%
D0%B0%D0%B9%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87
8
попытки воцарения псевдо-Романовых – захватить Россию и, разделив её на области,
продать своим многочисленным родственникам – разнообразным немцам.
Российское население подвергнется геноциду – это гитлеровцы делать умеют:
помним. В прошлом году была попытка государственного переворота (см.
«Романовы: очередная попытка государственного переворота в России»). В этом
году ситуация аналогична. Сначала газета «Президент» думала, что
правоохранительные органы пресекут очередную попытку госпереворота (см.
«Облом Гогенцоллернов: Госпереворота в мае не будет»). Позже выяснилось, что не
всё так свежо в правоохранительных органах – есть гнильца, достойная «царской»
ласки американскими баксами (см. «Или госпереворот в мае всё-таки будет?»). Вот и
стоит по-прежнему остро вопрос: победит ли Россия Третий Рейх? А пока он стоит,
и правоохранители не чешутся, деньги из государственного бюджета России
тратятся на туризм по стране четы самозваных «царушек». Например, 600 тысяч
потрачено на визит Марии Владимировны в Бурятию. Налогоплательщики
нервничают, глядя на то, как чиновники продают Маше за её мальтийские ордена
солидные купоны налоговых поступлений.
Жаль, но ни одна звёздочка на погонах высоких начальников от стыда не
закраснелась. А некоторые начальники начали крайне неудачно подыгрывать новым
завоевателям. Так, на марше в «Бессмертном полку» прокурор Крыма Наталья
Поклонская прошла с иконой Николая II. Непонятно, зачем ей это понадобилось.
«Романовско-Гогенцоллерской» бдения в Севастополе потянут на очередной том
интересного криминального чтива. «Княгиня» приехала в город вместе со своим
сыном – «князем» Георгием Михайловичем. Об их похождениях почему-то
сообщает ни абы кто, а пресс-служба Правительства Севастополя. И вообще
Правительство этого города слишком широко распахнуло объятия перед особой, чей
отец служил Гитлеру. Что это? Потеря соображения? Или зашкаливание
толерантности? Не является ли странным поведение руководства Севастополя –
военного города, люди которого должны острее чувствовать врага?5 Романовы и
королевские семьи были и являются сейчас душевно помешанными на власти и
страдают манией величия. Потомки предателей Романовых являются неадекватными
личностями, именующими себя принцами и принцессами несуществующей страны.
«Бандит где-то ходит по Земле, жирует СВОЛОЧЬ» (Глеб Жеглов «Место встречи
изменить нельзя»).
Современное Посмешище! Испытываю отвращение к этим самозванцам и ко всем кто
с ними связан и собирается породниться! Позор их роду! Никакого отношения этот
самозванец и его мать самозванка Романова М.В. не имеют к Царской Семье! Его
предок Романов К.В. был лишён прав занимать Российский Престол и все его предки.
Он и его мать потомки фашистов.
Позор, агенты НАТО и самозванцы он и его мать! И будущая жена его из страны
НАТО Италии, поддерживавшей фашистов и сейчас создающей из России сырьевой
придаток! Яблоки от яблони не далеко падает! Потомок фашистов и нацистов женится
на той чьи предки были фашистами и нацистами! И все это происходит при
содействии В.В. Путина, российской власти и РПЦ. Так как правительство РФ создаёт
из России сырьевой придаток и нашло себе приспешников в лице отродья фашистско-
5 Иван Орлов https://urush.livejournal.com/494131.html
9
нацистского режима. Поэтому и отправлял В.В. Путин и его правительство в Италию в
период пандемии коронавирусной инфекции российских солдат в итальянские дома
престарелых. То есть помогать потомкам фашистов и нацистов. Видимо В. В. Путин
ждет когда псевдонаследничек-самозванец окрепнет, чтобы передать ему престол.
Хотя куда ещё больше крепнуть? Уже ожирение, по-моему! Впрочем в психушках
полно тех, кто называет себя принцами и принцессами, князьями и княжнами,
имеющими отношение к России. Единственная причина по которой их ещё туда не
поместили -это их работа на страны НАТО. Никакого престола они и весь их
отвратительный и мерзко-позорный род никогда не получат в России! Это отродье не
достойно России. Понятно теперь кто есть кто! Необходимо отметить, что крайне
смешно и нелепо выглядят сейчас все потомки Романовых, называющих себя
князьями, княжнами, принцами и принцессами, а также главами Императорского Дома
Романовых. Это похоже на бред людей, являющихся неадекватными, так как они не
имеют никакого отношения к Российской монархии, а тем более к родству с
Императором Николаем II. Они ПОСМЕШИЩЕ, ПОТОМКИ МОШЕННИКОВ И
АФЕРИСТОВ, незаконно живущих на наследство, предназначенном для
ВЫЖИВШЕЙ Анастасии Романовой (Анне Андерсон), дочери Императора Николая II.
Конечно, ее родные тетки (Ксения Александровна Романова, Ольга Николаевна
Романова и бабушка Романова Мария Федоровна ее не признавали из-за того, что у
них были дети у каждой (7 у Романовой К.А., 2 у Романовой О.А.), а Романова М.Ф.
славилась своим плохим отношением к Императрице Романовой Александре
Феодоровне (супруге Императора Николая II) и решила таким образом отыграться на
своей родной внучке, изощренным жестоким издевательством. Романова Мария
Владимировна является самозванкой: родилась 23 декабря 1953, Мадрид, Испания —
единственный ребёнок Владимира Кирилловича Романова, главы Российского
императорского дома в изгнании (сына российского великого князя Кирилла
Владимировича, провозгласившего себя в 1924 году императором в изгнании) и ее сын
соответственно также самозванец. Подробно о ней и ее предках я писала в своей книге
«Убийство Императора Николая II Лениным из личной мести. Потомки и
родственники дочери Императора Александра III Ксении Александровны; потомки и
родственники дочери Императора Александра III Ольги Александровны Романовой
также самозванцы (агенты США и НАТО). Какие-то неустановленные лица
представляются родственниками Императора Николая II. Никто не может установить и
идентифицировать их личности. Они хотят власти. И, вероятнее всего, являются
подставными лицами НАТО и США с целью получения власти и создания из России
вассального государства (наподобие Российской губернии) для извлечения сырья и
экспорта в страны Запада и США. А из населения создать рабов и обслуживающий
персонал. Необходимо отметить, что Кирилл Владимирович Романов,
провозгласивший себя в 1924 году императором в изгнании предлагал сотрудничество
и финансовую помощь А. Гитлеру в обмен на возвращение монархии в России и
помощь ему (Романову К.В.) в том, чтобы занять Царский Престол в России. О
вероятном сговоре против Императора Николая II и заинтересованности в том, чтобы
убили Распутина, а также в намеренном отказе и лжи, касающегося признания
Анастасии Романовой (Анны Андерсон), Спасшейся Дочерью Императора Николая II
свидетельствуют воспоминания младшей сестры Императора Николая II О.А.
Романовой»: «Ольга Александровна позже признавала, что единственный раз за всю ее
жизнь муж дал ей хороший совет: держаться подальше от Распутина. И этому его
наставлению она с удовольствием подчинилась». Распутина убили во дворце
Юсуповых 17 декабря 1916 года. В убийстве участвовали Феликс Юсупов и великий
10
князь Дмитрий Павлович. В наказание Дмитрия Павловича сослали на Персидский
фронт, в распоряжение генерала Баратова, а Феликсу было предписано выехать в свое
имение Ракитное под Курском6. В статье польского журнала под названием: «Acta
Universitatis Wratislaviensis, - Wroclaw, 2004, № 2616: PRAWO CCLXXXVIII. –P. 219-
236», автор статьи: CAROL JONCA, наименование статьи: Spory vokol wielkiej kseiznej
Anastazji Romanow (nieznane dokumenty z archiwum niemieckiego Auswartiges Amt)
приводятся научные факты и рассекреченные документы немецкого (полицейского)
архива, в которых указано, что Великая Княжна Анастасия Романова (Дочь
Императора Николая II) не была убита:
С. 235 - 236: «Доказан тот факт, что Анастасия Николаевна не умерла тогда»7.
Начало:
Черных Семен, Черных Николай
предполагаемые имена солдата (офицера), а также его брата, служивших в 1
Уральском Стрелковом Полку РККА8, спасшего Великую Княжну Анастасию
Романову (Анну Андерсон) Дочь Императора Николая II. В соответствии с
данными РГВА, РГВИА и ГАРФ я могу сделать вывод, что, вероятное имя
офицера, спасшего Анастасию Романову (Анну Андерсон) Семен или Николай
Черных. Также об этом говорит тот факт, что со мной в сентябре-октябре 2020
г. произошла следующая ситуация. Я пришла в РГВА, чтобы ознакомиться с
Фондом номер 3576 Опись № 1. 1918-1921 г.г. Дело № 46: Проекты приказов по
полку № 41-108 (даты начала и окончания 26 апреля-6 октября), так как
прочитала в книге Т. Боткиной «Возвращение Анастасии», что в данном Фонде
есть данные о красноармейце, спасшем Анастасию Романову.
При попытке продления вышеуказанного дела № 46 в РГВА сотрудники мне
сказали, что нужно подписать просьбу у заместителя директора Российского
Государственного Военного Архива Коротаева Владимира Ивановича. Я
обратилась к нему за помощью. Он спросил тему моего исследования. Конечно, я
рассказала о том, что пишу монографию, посвященную Анастасии Романовой
(Анне Андерсон) и, что мне необходимы полковые документы для поиска данных о
солдате, спасшем ее. Рассказала, что мне нужны личные карточки Семена
Черных и Николая Черных. В.И. Коротаев согласился мне помочь и записал
данные Черных Семена и Черных Николая на небольшой бумажке, сказал, чтобы я
зашла к нему через несколько дней за ответом. Однако, когда я к нему пришла за
ответом через несколько дней, то Коротаев В.И. мне передал ту небольшую
бумажку с перечеркнутыми фамилией и именами Черных Семена и Черных
6 Первушина Е.В. Судьба российских принцесс. От царевны Софьи до великой княжны
Анастасии. – М.: Центрполиграф, 2018.- С. 307, 346.
7 CAROL JONCA. Spory vokol wielkiej kseiznej Anastazji Romanow (nieznane dokumenty z archiwum
niemieckiego Auswartiges Amt). / «Acta Universitatis Wratislaviensis, - Wroclaw, 2004, № 2616:
PRAWO CCLXXXVIII. –P. 219-236». P. 235-236.
8 РГВА: 268 Уральский стр. полк 30 стр. дивизии. Фонд номер 3576. Опись № 1. 1918-1921 г.г.
Дело № 46: Проекты приказов по полку номер номер 41-108 (даты начала и окончания 26 апреля-
6 октября). С. 47: Приказ № 53 По 1 Уральскому стр.полку. 9 мая 1918 г. г. Екатеринбург.
Параграф 5. О записи на довольствие Ниже поименованных солдат, возвратившихся из отпуска
зачислить на довольствие при ротах с 8 мая с.г. 1 роты. С.48 – Черных Семена, С.48 (оборотная
сторона) Черных Николая.
11
Николая (см. приложение № 1) и сказал, что в РГВА нет личных карточек
Черных Семена и Черных Николая. Но я также просила примерно в то же время
или дня на 2-3 ранее помочь мне с поиском личных карточек Черных Семена и
Черных Николая другого сотрудника РГВА.
И буквально через недели 2 после того, как меня обманул Коротаев В.И. о том,
что у них нет личных карточек вышеуказанных двух солдат или офицеров мне их
принес другой сотрудник РГВА (Приложение № 2 a, b, c, d, r, s). Фотографии
приказов полковых документов (Приложение: r, s ). То есть, я могу сделать вывод
о том, что меня намеренно обманул Коротаев В.И. о том, что в РГВА нет
личных карточек Черных Семена и Черных Николая. Так как при попытке обмана
единственным выводом является, что он от меня хотел скрыть информацию,
содержащуюся в личных карточках Черных Семена и Черных Николая.
А в этих карточках указано, что:
1.Черных Семен уроженец Пермской губернии (то есть регион, куда отправляли в
ссылку поляков в качестве наказания за участие в Польских восстаниях), семейное
положение холост. Часть войск 268 Стрелковый полк. В личной карточке на
оборотной стороне написано, что он православный, возраст 25 лет, рабочий,
грамотный. Далее идет запись, что он отправлен в Лазарет. Данная запись
могла быть сделана специально, чтобы ввести в заблуждение исследователей,
занимающихся поисками данного солдата. Чтобы никто не мог заподозрить, что
это именно он или его брат спас Великую Княжну Анастасию Романову (Анну
Андерсон).
2.Черных Николай Семенович уроженец Екатеринбургской губернии (также
регион куда отправляли в ссылку поляков в качестве наказания за участие в
Польских восстаниях), семейное положение холост. Часть войск 268 стр. п.,
семейное положение холост. В личной карточке на оборотной стороне написано,
что он русский, 22 г. Далее идет запись, что он отправлен в Лазарет. Данная
запись могла быть сделана специально, чтобы ввести в заблуждение поиски
данного солдата. Чтобы никто не мог заподозрить, что это именно он или его
брат спас Великую Княжну Анастасию Романову (Анну Андерсон). На эту мысль
подталкивают одинаковые записи в обеих личных карточках.
3.Черных Николай уроженец Екатеринбургской губернии (регион куда отправляли
в ссылку поляков из-за участия в Польских восстаниях). Наименование части 268
п., возраст 23 г. На оборотной стороне карточки указано наименование болезни.
Предполагаю, что данная карточка была создана специально для того, чтобы
создать иллюзию у исследователей о том, что он служил после 1918 г. То есть
после того, как спас Великую Княжну Анастасию Романову.
4.Черных Семен Ефимович уроженец Тобольской губернии (также регион куда
отправляли в ссылку поляков в качестве наказания за участие в Польских
восстаниях). Семейное положение холост. Указано, что якобы попал в плен.
Предполагаю, что данная информация также может быть ложной (информация
о попадании в плен). Чтобы также ввести в заблуждение исследователей.
Также в Фонде РГВА: 268 Уральский стр. полк 30 стр. дивизии. Фонд номер 3576.
Опись № 1. 1918-1921 г.г. Дело № 46: Проекты приказов по полку номер 41-108
(даты начала и окончания 26 апреля-6 октября)9 есть приказы, датированные
9 РГВА: 268 Уральский стр. полк 30 стр. дивизии. Фонд номер 3576. Опись № 1. 1918-1921 г.г.
Дело № 46: Проекты приказов по полку номер 41-108 (даты начала и окончания 26 апреля-6
октября).
12
более поздними датами, чем растрел Императора Николая II (Приложение: x, y, z
A-1), в них встречается фамилия Черных , имя Черныхов Семен (Приказ № 89 от
26 июля 1918 г, Приказ № 92 от 18 августа 1918 г.). В Приказе № 92 от 18 августа
1918 г. написано, что «…. Солдата 2 роты Черныхова Семена» (Приложение: z, A-
1). 2 – й батальон Первого Уральского Стрелкового Полка РККА в апреле 1918 был
послан в Тюмень, затем в р-н Тобольска для контроля над конвоированием в
Екатеринбург Царской Семьи. 1-й Уральский стрелковый полк РККА получил 268-
й номер10. Далее о нем написано более подробно. Даты более поздние чем расстрел
Императора Николая II. Это говорит о том, что, возможно, в полковые
документы вносили изменения с целью скрыть следы побега Черных Семена и
Черных Николая. Имя Черных Николай после расстрела Императора Николая II
нигде больше не встречается в полковых документах. Там говорится, что «…
солдат 8 роты…., Черных и…., раненых в бою 23 июля 1918 г. отправить на
излечение в Белорецкий госпиталь». Приказ № 89 от 26 июля 1918 г. (Приложение:
x, y) То есть эта запись сделана специально, чтобы ввести в заблуждение
исследователей, занимающихся поисками красноармейца, спасшего Анастасию
Романову от смерти. Далее в этом же Фонде РГВА11 есть Приказ № 92 от 18
августа 1918 г. в котором написано, что: « Нижепоименованных солдат
исключить из списков роты с 18/ VII: 1) 2 роты Черныхов Семена » (Приложения:
z, A-1 ). Также документы из Фонда РГВА12 (Приложения: B-2, C-3 )
свидетельствуют о том, что среди красноармейцев 1 Уральского стрелкового
полка было много однофамильцев, возможно братьев. Также в Фонде РГВА13 есть
личные карточки красноармейцев Гайковского Антона (Приложения: t,) и
Чамовского Алексея (Приложения: v, w), личная карточка Чамовского Ивана
(Приложение: k). Фамилии похожи на фамилию Чайковский. Анастасия Романова
(Анна Андерсон) рассказывала, что ее супруг (офицер, спасший ее) был из семьи
польского ссыльного. Его отца сослали в Сибирь, лишив имушества, сословных
привилегий и званий из-за его участия в Польском восстании. Офицеры Семен и
Николай Черных в соответствии с личными карточками были из Сибири
(Екатеринбург). Также в РГВИА есть послужные списки офицеров с фамилией
Черных. И я начала их исследовать. Здесь приведены данные 1 офицера Черных
Семена, содержащиеся в фондах РГВИА, в следующем томе будут приведены еще
личные данные, касающиеся офицеров с фамилией Черных.
РГВИА
Ф 409 ПС 329-977, 1917 г. (Приложение: II)
Послужной списокъ
Прапорщика ЧЕРНЫХЪ
10 Плотников И.Ф. Гражданская война на Урале (1917-1922 гг.) Энциклопедическая
библиография. Т. 2. – Екатеринбург: Банк культурной информации, 2007. С. 43.
11 РГВА: 268 Уральский стр. полк 30 стр. дивизии. Фонд номер 3576. Опись № 1. 1918-1921 г.г.
Дело № 46: Проекты приказов по полку номер 41-108 (даты начала и окончания 26 апреля-6
октября).
12 РГВА: 268 Уральский стр. полк 30 стр. дивизии. Фонд номер 3576. Опись № 1. 1918-1921 г.г.
Дело № 46: Проекты приказов по полку номер 41-108 (даты начала и окончания 26 апреля-6
октября).
13 РГВА: 268 Уральский стр. полк 30 стр. дивизии. Фонд номер 3576. Опись № 1. 1918-1921 г.г.
Дело № 46: Проекты приказов по полку номер 41-108 (даты начала и окончания 26 апреля-6
октября).
13
Составлен 25-го Июля 1917 года.
Прапорщик Черныхъ Семенъ Петровичь (должность по службе Младший
офицеръ). Родился 1890 году Февраля 2-го. Вероисповедания Православнаго
Послужной Список Лейбъ-Гвардии 3-го Стрелковаго ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА полка
Черныхъ Семена Петрова
1911 годъ.
Ливенскаго Уезднаго по воинской повинности Присутствия, Орловской
губернии.
Приемный формулярный списокъ
Черныхъ Семен
Черныхъ Семенъ Петровъ
Сословие и общество, к которому принадлежит: Крестьянинь Лебедской волости,
дер. Дубровки (Мои примечания: «Это в Сибири. То есть место рождения также
Сибирь, регион куда отправляли поляков за их участие в Польских восстаниях»).
Дата приема на службу, годъ, месяцъ и число
1911 года Октября 24
Съ 1 января 1912 года.
Дата рождения: годъ, месяц и число: 1890 г. февраля 2
Ростъ 2 арш. 84 вер. Объём груди 21 вер.
К какой службе способен: Кь строевой
Холостъ
Малограмотенъ
Занятие, ремесло или промысел: Хлебопашество
На службу явился и на казенное содержание поступил 16 го ноября 1911 года.
Куда именно на службу: въ гвардию
С. 3 ( о.с.): 3/XII 1911 г.
5 р
Прохождение службы
Приказомъ Армии и Флоту отъ 29-го Мая 1917 года за особыя отличия
произведенъ въ Прапорщики Армейской пехоты.........
Приказъ номер 200.
917 г. 1 июня 8 числа14.
Самое интересное, что в фондах РГВИА есть лишь 1 офицер с именем Семен Черных,
многие его личные данные совпадают с личными данными Семена Черных,
содержащимися в РГВА. Возраст примерно одинаковый (около 25-28 лет), офицер,
происхождение русский, родом из Сибири, грамотный (то есть с момента призыва на
службу в Армию Российской Империи он был малограмотный, но обучался и к 1918
году стал грамотным), рост у него был высокий 2 арш. 84 вер. (около 2 метров),
фамилия Черных редкая для Российской Армии (в картотеках РГВИА офицеров с
фамилией Черных лишь 61 человек, это очень мало для Российской Империи), Семен
редкое имя для Российской Империи. ПЕРВЫЙ УРАЛЬСКИЙ СТРЕЛКОВЫЙ ПОЛК
РККА. Был сформирован в соответствии с декретом Совнаркома от 15 января 1918 в
конце зимы и весной 1918 в Екатеринбурге. Основу его составили красногвардейские
отряды и дружины. Первоначально часть именовалась Красной армией Екатеринбурга,
состояла из трех подразделений-дружин (из трех сотен каждое). В марте-начале апреля
часть была пополнена, реорганизована, подразделения переименованы. Армия стала
14 РГВИА: Ф 409 ПС 329-977, 1917 г. Послужной списокъ Прапорщика ЧЕРНЫХЪ.
14
полком, дружины – батальонами, сотни – ротами. В 1-м Уральском стрелковом
служили добровольцы не моложе 18 лет, преимущественно из рабочих Екатеринбурга
и ближних городов и пос. Среди бойцов были и опытные солдаты, и люди, никогда не
державшие в руках оружия. Командный состав формировался из бывших офицеров, в
основном, на контрактной основе. Командиром полка был назначен советский
активист прапорщик П.П. Браницкий, его помощником – поручик И.С. Павлищев,
командирами батальонов – 1-го – В.А. Зубов, 2-го – А.Я. Бусяцкий, 3-го – Н.Н.
Спиридонов. Всего в части оказалось 36 офицеров. По некоторым данным, лишь два-
три из них в дальнейшем нарушили условия соглашения при поступлении на службу и
перешли на сторону белых. Формирование части осуществлялось на базе состоявшего
в Екатеринбургском гарнизоне 108-го запасного пехотного полка Русской (старой)
армии. Штаб и личный состав размещались в Оровайских казармах. На 1 мая в ротах и
командах полка насчитывалось 1378 бойцов и командиров. Уже в процессе
формирования и сразу по завершении его подразделения полка использовались для
выполнения боевых заданий. Так, 2-й батальон в апреле 1918 был послан в Тюмень,
затем в р-н Тобольска для контроля над конвоированием в Екатеринбург Царской
Семьи. Имел тайное распоряжение уральских большевистских руководителей
уничтожить ее в пути под каким-либо предлогом (не удалось). Полк, а также 1-й
Екатеринбургский кавалерийский эскадрон 10 мая были переданы под начало
приехавшего в Екатеринбург В.К. Блюхера и по включении в этот его отряд в
Челябинске отряда шахтеров и артиллериской батареи переброшены в р-н Оренбурга.
В составе большой группы красноармейских и красногвардейских отрядов Урало-
Оренбургского фронта, которым некоторое время командовал Блюхер, полк по начало
июля 1918 вел борьбу с антибольшевистскими силами А.И. Дутова и др. войсками
белых, отличался стойкостью. 1-й Уральский стрелковый полк РККА в составе
партизанского соединения проявил себя как наиболее стойкая часть, особо отличился в
сражениях. Уральский отряд с его 1-м Уральским стрелковым полком РККА послужил
базой для формирования бригады в составе 4-й Уральской дивизии,
переформированной затем (по слиянии с 3-й) в 30-ю стрелковую дивизию 3-й армии
Восточного фронта. 1-й Уральский стрелковый полк РККА получил 268-й номер15.
История присутствия поляков в России насчитывает более 400 лет. В Сибири они
появились в XVI в., во времена царствования Ивана IV. На протяжении следующих
двух веков количество побывавших там поляков росло, появились и первые
упоминания о Сибири в польской литературе. Заслуживают внимания работы Збигнева
Вуйчика, который не только возглавляет Комитет Сибирской комиссии науки и
техники Польской Академии наук, но также переводит и издает классику польской
научной литературы о Сибири. Значение деятельности З. Вуйчика для популяризации
польско-сибирской темы не уступает заслугам В. Сливовской и А. Кучиньского. Он
известен своими биографиями выдающихся польских исследоватлей Сибири:
«Александр Чекановский. Очерки о людях, науке и приключениях в Сибири»16, «Ян
Черский – польский исследователь Сибири»17 и «Кароль Богданович – портрет
исследователя Азии»18. Конечно, приведен далеко не полный список работ, которые
вошли в «классику» научной литературы. Книги Викторьи Сливовской и Антони
15 Плотников И.Ф. Гражданская война на Урале (1917-1922 гг.) Энциклопедическая
библиография. Т. 2. – Екатеринбург: Банк культурной информации, 2007. С. 43.
16 Wojcik Z. Aleksander Czekanowski: szkice o ludziach, przyrodzie I nauce na Syberii. Lublin, 1982.
17 Idem. Jan Czerski – polski badacz Syberii. Lublin, 1986.
18 Idem. Karol Bogdanowicz – szkic portretu badacza Azji. Wroclaw, Warszawa, 1997.
15
Кучиньского посвящены полякам в Сибири, в которых современные польские
исследователи продолжают работу своих предшественников. На протяжении
последних десяти лет В. Сливовская явилась автором, соавтором или редактором семи
книг по истории поляков в Сибири: «Польские ссыльные в Российской империи в
первой половине XIX века: биографический словарь»19, «Сибирь в жизни и памяти
Гейшторов – ссыльные после Январского восстания: Вильно – Сибирь – Вятка –
Варшава»20, «Январское восстание 1863-1864: борьба и участники, репрессии и
изгнание, историография и традиция»21, «Побеги из Сибири»22, «Восстание польских
каторжников на Кругобайкальском тракте: четыре сообщения – Вильгельм Бушкат,
Петр Деренговский, Адам Ястшембский, Зыгмунт Одживольский»23 и последник
трехтомник «Сибирский Дневник» Юльяна Глаубича Сабиньского редактирован
вместе с Яном Трынковским24. Воспоминания «Россия – наша любовь»25 написаны ею
совместно с мужем Ренэ Сливовским. В 2008 г. Анна Брус подготовила библиографию
научных работ В. Сливовской, благодаря которой можно ознакомиться с ее научной
деятельностью на протяжении более полувека26.
Почти все свои книги В. Сливовская начинает с разъяснения, что поляки
подразумевают под «Сибирью»: «Сибирь – это не географическое понятие, а
совокупность пережитого польскими ссыльными на огромных пространствах
Российского царства. В этом смысле Сибирь (ментальная Сибирь) охватывает не
только географическую территорию Сибири, но также Дальний Восток, киргизские
степи, Пермскую и Архангельскую губернии, сегодняшнюю территорию Казахстана и
практически все другие территории Российской империи и СССР, куда ссылались поляки»27. По
мнению В. Сливовской, исследователям Сибири следует помнить о нескольких
важных моментах:
1) Большая часть ссыльных повстанцев не принуждалась к каторжным работам. В
большинстве случаев после небольших сроков каторги повтанцы освобождались от
тяжелой работы и становились учителями и чиновниками, спрос на которых был
велик. Яркий пример тому – Роман Сангушко, который на французских картинах
представал пленником, закованным в цепи, а в действительности жил в квартире из
трех комнат, состоял на службе, помогал бедным…
2) Многие ссыльные, благодаря своей предприимчивости и трудолюбию, вели в
Сибири обеспеченную жизнь. Некоторым удавалось даже заработать большие деньги,
которыми они могли обеспечить не только себя, но и своих близких. Есть примеры,
когда по окончании срока или после бегства на родину, поляки добровольно
возвращались в Сибирь.
19 Sliwowska W. Zeslancy polscy w Imperium Rosyjskim w pierwszej polowie XIX wieku: slownik
biograficzny. Waszawa, 1998.
20 Eadem. Syberia w zyciu I pamieci Gieysztorow – zeslancow postyczniowych: Wilno – Sybir – Wiatka
– Warszawa, 2000.
21 Powstanie Styczniowe 1863 – 1864: walka I uczestnicy, represje I wygnanie, historiografia I tradycja /
red. Caban W., Sliwowska W. Warszawa, 2005.
22 Sliwowska W. Ucieczki z Sybiru. Warszawa, 2005.
23 Brus A., Sliwowska W. Wystapienie polskich katorznikow na trakcie okolobajkalskim: cztery relacje –
Wilhelm Buszkat, Piotr Deregowski, Adam Jastrzebski, Zygmunt Odrzywolski. Warszawa, 2007.
24 Sabinski J. Dziennik syberyjski / red. Sliwowska W., Trynkowski J. T. 1-3. Warszawa, 2009.
25 Sliwowscy R. I W. Rosja nasza milosc. Warszawa, 2008.
26 Brus. A. Bibliografia publikacji Wiktorii Sliwowskiej // Zeslancy postyczniowi w Imperium
Rosyjskim / red. Niebielski E. Lublin-Warszawa, 2008.
27 Например Sliwowska W. Zeslancy Polscy …, S. VI.
16
3) Некоторые ссыльные получали от местных властей пособие, достаточное, чтобы не
умереть от холода и голода. Для других сразу создавались рабочие места. Какая-то
часть ссыльных жила на иждивении у своих богатых соотечественников, сосланных в
Сибирь ранее. Смерть от голода случалась не чаще, чем на польских землях.
В. Сливовской посвящен сборник материалов конференции, котоая состоялась в
Люблине в Католическом университете им. Иоанна Павла II «Судьбы ссыльных после
восстания 1863-1864 гг. в Российской империи. К 140-летию польского Байкальского
восстания 1866 г.»28. В числе почти трех десятков авторов сборника такие
авторитетные ученые, как Збигнев Вуйчик, Болеслав Шостакович, Анджей Новак, Ян
Трынковский и Эугеньюш Небэльский. В книгу также включены статьи молодых
исследователей, которые продолжают дело В. Сливовской. Антони Кучиньский –
автор не меньшего количества ценных исследований о Сибири. Среди наиболее
известных его работ: «Два польских воспоминания из Сибири: XVII и XVIII века»29,
«Католическая церковь в Сибири: история, современность, будущее»30, «Сибирь в
истории и культуре польского народа»31. Кроме того, А. Кучиньский совместно с З.
Вуйчиком издал значительное количество мемуаров польских ссыльных32. Он является
редактором нескольких журналов по польско-сибирской проблематике, в которых
публикуются исследователи как из Польши, так и из России: «Literatura ludowa»,
«Kwartalnik Rady Naukowej Zarzadu Glownego Zwiazru Sybirakow», «Wroclawskie Studia
Wschodnie» и «Zeslaniec». Если добавить к этому большое количество организованных
им конференций, то можно смело утверждать, что А. Кучиньский – ведущий
специалист по сибирской проблематике в польской науке. Среди тех, кто добровольно,
по собственной воле и инициативе, отправлялись в этот ледяной край в надежде на
осуществление своих научных стремлений и замыслов, в поисках приключений,
соблазнившись перспективой получить землю или легко сколотить состояние, был в
частности, Фердинанд Каро33, флорист и фармацевт, который четырежды пересек
сибирское бескрайнее пространство, разыскивая новые, неизвестные сорта растений.
Он был естествоиспытателем по призванию. Его первый контакт с Сибирью состоялся
весной 1887 г., когда его, как военного аптекаря, перевели в Иркутстк, где он
руководил большой, организованной для нужд армии аптекой, в которой работали
более десятка человек фармацевтов. Местная природа настолько его очаровала, что на
Дальнем Востоке он провел почти 20 лет своей жизни, оставив в Польше жену и детей.
Он был твердо убежден, что «Сибирь представляет собой для исследователя природы
поистине золотую кладовую»34. 35 Мои мысли: «В подтверждение того, что Анастасия
28 Zeslancy postyczniowi w Imperium Rosyjskim. Studia dedykowane Profesor Wiktorii Sliwowskiej /
red. Niebielski E. Lublin – Warszawa, 2008.
29 Dwa polskie pamietniki w Syberii: XVII I XVIII wiek. / red. Kuczynski A. Wroclaw, 1996.
30 Kosciol katolichki na Syberii: historia, wspolczesnosc, przeszlosc. / red. Idem. Wroclaw, 2002.
31 Syberia w historii I kulturze narodu polskiego / red. Idem Wroclaw, 1998.
32 Ciecierski F. Znaczniejszych przypadkow pewnego z Syberii powrotnego Polaka w 1801 roku / red.
Kuczynski A., Wojcik Z. Wroclaw, Warszawa, 1998; Lubicz Chojecki K. Pamiec dziel polskich: podroz
I niepomyslny sukces Polakow / red. Kuczynski A., Wojcik Z. Bagno, 1997; Dziennik Jozefa Kopcia
brygadiera wojsk polskich. / red. Kuczynski A., Wojcik Z. Wroclaw, Warszawa, 1995.
33 Великолепным подлинным гербарием Фердинанда Каро, хранящимся в историческом здании
Областного краеведческого мезея в Иркутске, имела счастливую возможность восхищаться в
ноябре 2008 года соавтор настоящего доклада {прим. И. Арванити}.
34 Karo F. Z notatek botanika // Wiadomosci Farmaceutyczne. 1902. № 11.S. 267.
35 Польские исследователи Сибири. – СПб.: Алетейя, 2011 / ответственные редакторы: Б.С.
Шостакович, М. Волос, П. Глушковский. Статья П. Глушковского «Современные польские
17
Романова (Анна Андерсон) рассказывала о происхождении своего супруга и его брата
(предположительно: Николай Черных и его брат Семен Черных) я нашла информацию
о деятелях русского и польского освободительного движения и о том, что в Польских
восстаниях были участники со схожими фамилиями. А так как иногда при написании
фамилий своершают ошибки, а особенно в то время фамилию можно было исказить
или не разобрать букв. Так как фамилия Черных являлась достаточно редкой для
подданных Российской Империи. Имя Семен также очень редкое и имеет польское
происхождение. Также черный цвет в Польше был символом национального траура. И
фамилия Черных, а также однокоренные фамилии от слова «черный» были очень
распространены в Польше и часто встречались среди тех поляков кого отправляли в
ссылку в Сибирь в качестве наказания за участие в Польских восстаниях». Указание на
это есть далее в этой книге, там где я перечисляю ФИО участников Польских
восстаний, ссылаясь на научный труд В.А. Дьякова Библиографический словарь
«Деятели русского и польского освободительного движения в Царской Армии 1856-
1865 годов», Издательство «Наука», Москва, 1967. Исходным пунктом поисков лиц,
связанных с революционной организацией офицеров русской армии в Польше, явился
опубликованный М.В. Нечкиной список из записной книжки Н.П. Огарева36.
Компактный и весьма ценный дополнительный материал извлечен: из судебно-
следственных дел о панихиде по И.Н. Арнгольдту и его товарищам, организованной
группой офицеров в лагере на Повонзках37; из списков «неблагонадежных» офицеров,
которые были затребованы штабом 1-й армии в ноябре 1861 г.38; из общей секретной
переписки штаба 1-й армии, Инспекторского департамента и некоторых других
структурных частей военного министерства39. Однако основная масса сведений
извлечена из связанных с отдельными военнослужащими дел и документов,
отложившихся в фондах войсковых частей, соединений, учреждений, которые
дислоцировались на территории западного стратегического пространства, а также в
фондах ряда центральных военных учреждений. Эта группа источников настолько
разнообразна по составу и столь велика, что дать ей краткую суммарную
характеристику едва ли возможно. На протяжении изучаемого периода в русской
армии находилось несколько сот участников революционного движения
предшествующих десятилетий, которые были разжалованы или отданы на военную
исследования по истории Сибири (Викторья Сливовская и Антони Кучиньский)». С. 9, 10, 11, 12,
13, 14, 15.
Статья Йоанна Арванти, Дорота Петшкевич «Сибирь – приемная родина поляков». С. 101.
36 Нечкина М.В. Новые материалы о революционной ситуации в России (1859-1861 гг.). ЛН, т. 61,
стр. 459-522; А.Ф. Смирнов. Революционные связи народов России и Польши. М., 1962; он же.
Восстание 1863 года в Литве и Белоруссии. М., 1963; Р.А. Таубин. К вопросу о роли Н.Г.
Чернышевского в создании «революционной партии» в конце 50-х – начале 60-х годов XIX в.
«Исторические записки», т. 39. М., 1952, стр. 59-97; Н. Н. Новикова. «Великорусс» и его место в
демократическом движении периода революционной ситуации 1859 – 1861 гг. Рукопись
кандидатской диссертации. М., 1951, стр. 1-750; С.А. Рейсер. К вопросу о революционных связях
Н.А. Добролюбова. «Известия АН СССР», серия истории и философии, т. IX, № 1, 1952 г., стр.
52-60, и др. (с. 4) и др.
37 ЦГВИА, ф. 9 л, оп. 92/37, 1 отд., 1 ст., д. 72; ф. 395, оп. 297/857, 1862 г., Канц. 2 ст. по с. ч., д.
46; РПРС, т. I, cтр. 414-415, 436-439 и др.
38 ЦГВИА, ф. 14014, оп. 3, д. 360.
39 В частности: ЦГВИА, ф. 14014, оп. 1, д. 89; оп. 3, д. 361-364, 560; ф. 395, оп. 297/857, 1861 г.,
Канц. 2 ст. по с. ч., д. 71, ч. I – III, д. 124, 125; 1862 г., д. 1, 19, 65; 1863 г., д. 17, 31, 47; ф. 38, оп.
10/259, 1861 г., Канц. 1 ст., д. 153; ф. 78 л, оп. 1, д. 1, 28, 32, 38, 53.
18
службу за антиправительственную деятельность. Для их выявления были
использованы прежде всего сводные документы трех ведомств: III отделения,
Министерства внутренних дел и Военного министерства. Эти документы возникли
после 1856 г. В связи с приказанием вступившего на престол Александра II оказать
«милость» тем, кто был так или иначе репрессирован в предшествующее царствование.
В III отделении материалы о «политических преступниках», находившихся на военной
службе, выделены в весьма объемистое самостоятельное дело40. Фонд департамента
полиции исполнительной МВД содержит значительное число дел с ведомостями о
находящихся под надзором «политических преступниках» и с перепиской об оказании
им царских «милостей»41. Наиболее компактные группы аналогичных источников
внутри военного ведомства имеются в Аудиаторском42 и Инспекторском43
департаментах. Три перечисленные группы сводных источников источников, взаимно
дополняющие и уточняющие друг друга, позволили создать скелет, который обрастал
подробностями, извлеченными из множества дел и документов персонального
характера. Большую самостоятельную группу образуют в словаре те военнослужащие,
которые принимали участие в польском национально-освободительном движении или
примкнули к повстанцам 1863 г. Для наиболее полного выявления этой категории лиц,
наряду с упоминавшимися выше и поименованными в «Списке сокращений»
печатными источниками, были использованы: списки казненных участников восстания
в Царстве Польском44 и в Северо-Западном крае45; списки перешедших к повстанцам
офицеров, составленные участником восстания В. Рудницким46 и одним из его
официозных историков – С.А. Райковским47. Наиболее широким по охвату и ценным
комплексом материалов для данной части словаря являются конфирмации на
прошедших через военные суды участников восстания, представлявшиеся с 1863 по
1866 г. В Аудиториатский департамент Военного министерства48. Этот комплекс,
насчитывающий в своем составе около 20 тысяч, использован в значительной мере не
непосредственно, а путем просмотра именной картотеки, составленной по
конфирмациям сотрудниками Института славяноведения АН СССР Н.Н. Вавировской,
В.М. Зайцевым, Л.А. Обушенковой и А.М. Ореховым под общим руководством И.С.
Миллера. Вторая задача, которую пришлось решать в ходе подготовки словаря,
заключалась в сборе и приведении в систему биографических данных о каждом из
выявленных участников движения. Эта задача отчасти решалась при помощи
перечислявшихся выше источников, хотя они, как правило, очень бедны такого рода
данными. Главным источником явились, однако, соответствующие послужные списки,
краткие записки о службе и другие аналогичные по своему назначению документы,
штатно-должностные списки, списки офицерского состава по старшинству и т.д. Из
перечисленных учетных документов военного ведомства наиболее ценны
40 ЦГАОР, ф. 109и, 1 эксп., 1856 г., д. 133, ч. 4, лл. 1-595.
41 ЦГИАЛ, ф. 1286, оп. 16, 1855 г., д. 387, ч.I-XII; д. 389; оп. 17, 1856 г., д. 305; оп. 23, 1862 г., д.
1447, 1448; оп. 24, 1863 г., д. 139; оп. 26, 1865 г., д. 992.
42 ЦГВИА, ф. 9л., оп. 95/ 41, 1 отд., 1 ст., 1856 г., д. 12; 1857 г., д. 38, 83, 85, 154, 233 и др.
43 ЦГВИА, ф. 395, оп. 334, д. 64, 90, 118; оп. 297/857, 1861 г., Канц. 2 ст. по с. ч., д. 1; 1862 г., д. 1,
3, 19; 1863 г., д. 17 и др.
44 РПРС, т. II, стр. 500-537.
45 ЦГИА Лит. ССР, ф. 378по., оп. 6, 1871 г., д. 1.
46 В списке сокращений см. Список Рудницкого.
47 ГПБ, ф. 629, оп. 1, д. 397, лл. 1 – 2.
48 ЦГВИА, ф. 9л., оп. 92/ 37, 1 отд., 1 ст., 1863 г., д. 94, ч. 1 – 38.
19
заводившиеся на офицеров формулярные списки (существовали до 1861 г.) и
сменившие их послужные списки. Послужной список, данные которого по правилам
(не всегда, впрочем, соблюдавшимся) должны были подтверждаться подписью того, о
ком в нем говорилось, имел следующие основные графы: 1) фамилия, имя, отчество,
должность, демографические данные (возраст, сословие, место рождения,
вероисповедание); 2) выслуга лет, чины и звания; 3) прохождение службы (переводы
из части в часть); 4) участие в походах, награды и отличия; 5) образование общее и
военное; 6) отпуска; 7) дисциплинарные взыскания, судимость; 8) состоит ли в
наличии, если отсутствует, то где; 9) семейное и имущественное положение; 10)
аттестация. Копии послужного списка прилагались к ходатайствам о производстве
офицера в следующий чин, о переводе из части в часть, о предоставлении
долгосрочного отпуска или об увольнении со службы, об откомандировании в военно-
учебные заведения и т.д. Экземпляры послужных списков рассыпаны в переписке по
личному составу и найти их не легко. Значительное количество копий послужных
списков сохранилось в очень больших и сложных фондах Инспекторского
департамента Военного министерства49 и Главного штаба военно-учебных заведений50.
Кроме этого, формулярные и послужные списки имеются в фондах некоторых военно-
учебных заведений: Артиллерийской51 и Инженерной академий52, Павловского
кадетского корпуса53, Константиновского военного училища54 и т.д. Сохранившаяся
часть формулярных и послужных списков по 1-й армии хранится в фонде ее штаба55.
Из других учетных документов стоит упомянуть списки офицерского состава по
старшинству, посылавшиеся из каждой части в вышестоящий штаб не реже раза в год.
В этих списках указывается фамилия, иногда – имя и отчество, должность, чин, место
рождения, вероисповедание. Списки такого рода по 1-й армии за 1858-1862 гг. также
хранятся в фонде ее штаба56. Краткие справки о службе, содержащие все основные
формулярные данные на момент их составления, подготовлялись при переводах
офицеров и чиновников военного ведомства из части в часть, их прилагали к
представлениям о производстве в следующий чин, увольнении в отставку, к
ходатайствам о длительном отпуске и т.п. Наряду с этими форменными краткими
справками составлялись по разным надобностям произвольные по форме справки,
содержащие более или менее подробные сведения об одном или нескольких
военнослужащих. Формулярные данные обязательно излагались просителем в
прошениях на имя царя; в той или иной степени они фиксировались в разнообразной и
многочисленной «переписке по личному составу», распыленной по делам множества
фондов различных архивов, откуда они по возможности и заимствовались. Выявление
круга участников движения – решена настолько, насколько позволяет сегодняшнее
состояние источников. Это разумеется, не значит, что можно говорить об абсолютной
точности составленного списка. Даже имеющиеся источники, часть которых либо
осталась вне поля зрения автора, либо изучена недостаточно всесторонне, вероятно,
позволяет сделать отдельные уточнения в списке. Видимо, весьма серьезные
49 ЦГВИА, ф. 395, оп. 297/857, 300/860, 53/577, 54/578, 55/579, 56/580 и др.
50 Там же, ф. 725л, оп. 1, д. 128, 129, 180-193 и др.
51 Там же, ф. 310л, оп. 1, д. 715-725.
52 Там же, ф. 330л, оп. 1, д. 297-299.
53 Там же, ф. 319л, оп. 1, д. 413, 417, 421, 424, 428.
54 Там же, ф. 320 л, оп. 1, д. 1586, 1593, 1594, 1597, 1600 и др.
55Там же, ф. 14014, оп. 2, д. 232-239; оп. 3, д. 559, 564.
56 Там же, оп. 3, д. 227-235.
20
дополнения и уточнения будут возможны, когда удастся обнаружить некоторые из
существующих, но недоступных пока исследователям источников. Иное положение с
биографическими сведениями по каждой персоналии в отдельности. Здесь изучены
лишь крупные комплексы материалов, которые обеспечивают всеми необходимыми
данными только 25-30% участников движения. Конечно, собрать полные сведения
буквально о каждом из них едва ли удастся и в будущем. Но удвоить указанную
цифру, а может быть, довести ее до 70-75%, - возможно, хотя и чрезвычайно трудно.
Дальнейшие поиски должны осуществляться, как представляется на следующих
направлениях: а) сплошной просмотр материалов Инспекторского департамента,
связанных с производством в чины, переводами из части в часть и увольнением в
отставку офицеров, причем не только за 1856-1865 гг., где они в значительной мере
изучены, но за 10 предшествующих и 25-30 последующих лет; б) аналогичное по
характеру и хронологическим рамкам изучение материалов военно-учебных заведений
и центральных учреждений военно-учебного ведомства; в) целенаправленные (по
отдельным лицам) и идущие широким фронтом поиски в фондах войсковых частей,
соединений, учреждений, начиная от отдельного батальона до штаба армии (военного
округа) включительно. Осуществление этой программы может значительно расширить
наши сведения, хотя она и не является программой-максимум. Нужно, впрочем,
заметить, что кропотливую и трудоемкую работу по сбору биографических сведений
никогда нельзя считать законченной. Опыт показал, что на дополнительные данные
можно натолкнуться при просмотре любого документального комплекса, казалось бы
не имеющего никакого отношения к делу. Важнейшая особенность словаря состоит в
том, что он включает всех участников общественног-политического движения в
русской армии, в том числе военнослужащих, участсвовавших в освободительной
борьбе польского народа. Это обусловливается тем, что словарь является составной
частью исследования, посвященного в значительной мере русско-польским
революционным связям57. Это обуславливается также твердой уверенностью автора в
неправомерности отрыва друг от друга двух неразрывно связанных между собой
ветвей освободительного движения в России – русской и польской, в научной
несостоятельности попыток изучать их историю порознь. Разумеется, русское и
польское освободительные движения не были полностью идентичными по
социальному облику и характеру организаций, по программе и тактике. В словарь
внесены различные категории участников движения. Прежде всего это установленные
участники революционных организаций: петербургских, московских и иных военных
кружков; революционной организации офицеров русской армии в Польше (или
«Потебневского общества», как ее иногда называют); тайного общества «Земля и
воля», которое имело общероссийское значение и возглавлялось Центральным
комитетом (Петербург), а в 1863 г. И Советом общества (Лондон); польской партии
красных, которая действовала в Царстве Польском и западных губерниях, а
возглавлялась сначала Центральным национальным комитетом (ЦНК), а позже
Жондом Народовым (Варшава). Принадлежность деятеля к той или иной
революционной организации считалась установленной, если она подтверждена: а)
свидетельством самого этого лица или его соратников по организации; б)
сохранившимися списками и другими документами организаций; в) достаточно
подкрепляющимися фактами заключениями карательных органов царизма; г)
57 В.А. Дьяков. Революционное движение в русской армии и его взаимосвязи с польским
освободительным движением. 1856 – 1865. Рукопись докторской диссертации, защищенной в
Институте славяноведения АН СССР в июне 1966 г.
21
обоснованным выводом из анализа всей совокупности тех сведений о нем, которыми
мы располагали. Только при наличии такого рода подтверждений в биографических
справках словаря указывалось, что данное лицо является в той или иной мере
участником деятельности соответствующей революционной организации. Тайное
общество «Земля и воля» и польская партия красных, в которых на протяжении 1856 –
1865 гг. участвовали армейские революционеры, не могут быть предметом
специального рассмотрения в данной работе; к тому же их программы и деятельность
сравнительно хорошо освещены в имеющихся работах М.В. Нечкиной, Я. И. Линкова,
И.С. Миллера, С. Кеневича, Э. Халича, Г. Яблоньского и других советских и польских
историков. Иное дело революционные организации, действовавшие непосредственно в
армии и состоявшие целиком или по преимуществу из военнослужащих. О них
несомненно следует рассказать более подробно, причем начать можно с организаций в
столичном Петербургском гарнизоне. Старейший и наиболее многочисленный из
петербургских военно-революционных кружков возник во второй половине 1857 г.
Среди слушателей отделения генерального штаба Военной академии,
реорганизованного вскоре в Академию генерального штаба. В источниках он
называется обычно «кружком генштабистов», а в литературе известен также под
названием «кружок З. Сераковского – Я. Домбровского». Руководящие деятели кружка
были тесно связаны с Н.Г. Чернышевским и Н.А. Добролюбовым. Участниками
кружка являлись те «хорошие офицеры», о которых говорится в дневнике и письмах
Добролюбова, которые по свидетельству Чернышевского были близкими друзьями
Николая Александровича58. Кружок пропагандировал революционные идеи,
распространял издания Вольной русской типографии, «Великорусс», «Молодую
Россию» и другие прокламации внутрирусского происхождения, подготавливал и
распространял собственные листовки. С момента возникновения «Земли и воли»
кружок действовал в таком тесном контакте с ней, что по существу может
расматриваться как составная часть этой организации. В то же время кружок был
прочно связан с польскими конспиративными организациями в Варшаве, Вильне,
Киеве, а также с левым крылом польской эмиграции. Когда началось восстание 1863 г.,
кружок сосредоточил свои основные усилия на помощи повстанцам; примерно
половина участников кружка так или иначе содействовала восстанию, а многие из них
стали крупными повстанческим руководителями59. Кружок «генштабистов» был
самым крупным, но далеко не единственным кружком среди офицеров Петербургского
гарнизона. Значительный по размерам кружок существовал в Инженерной академии и
училище; в Артиллерийской академии действовал кружок из последователей
Чернышевского (чернышевцев), возглавлявшийся П.Л. Лавровым; действовали также
кружки в Константиновском военном училище и Царскосельской офицерской
стрелковой школе; один из кружков включал профессоров военных академий – о нем
хорошо знали Чернышевский и Добролюбов; существовали небольшие кружки по 10-
15 участников, объединявшихся независимо от места службы60; ряд военнослужащих
58 Н.Г. Чернышевский. Материалы для биографии Н.А. Добролюбова, собранные в 1861 – 1862
гг., т. I. М., 1890, стр. 494 – 495.
59 В.Р. Лейкина-Свирская, В.С. Шидловская. Польская военная революционная организация в
Петербурге (1858-1864 гг.). «Русско-польские революционные связи 60-х годов и восстание 1863
г.» М., 1962, стр. 7-48; А.Ф. Смирнов. Революционные связи, стр. 144-174; РПРС, т. I, СТР. 201,
317-326 и др.
60 Примером здесь может служить кружок, собиравшийся у братьев Худяковых и
возглавлявшийся А. Олендзским (РПРС, т. I, стр. 245-248).
22
входил в смешанные, преимущественно военно-студенческие кружки (например,
кружок Ф.С. Судакевича). Армейские революционеры, действовашие в
Петербургском, во многих случаях координировали свои действия, а созданные ими
кружки были тесно связаны друг с другом. Это дает основание для гипотезы о
существовании столичной федерации (союза) офицесрких кружков61. Самой крупной
и наиболее деятельной в военной среде являлась революционная организация
офицеров русской армии в Польше. Названная организация сложилась во второй
половине 1861 г., она представляла собой федерацию (союз) офицесрких кружков в
частях русской армии, расположенных в Царстве Польском и прилегающих к нему
районах западных губерний. Мысль о необходимости объединения кружков возникала,
несомненно, и у местных деятелей, но инициаторами создания федерации, судя по
имеющимся источникам, выступили офицеры, принимавшие ранее участие в
петербургских революционных кружках; в их числе были З. Сераковский, Я.
Домбровский, А. Потебня, В. Каплинский62. Революционная организация русских
офицеров в Польше была тесно связана с освободительным движением в России и в
Польше, организация была одним из важнейших связующих звеньев между русскими
и польскими революционерами, что особенно ярко проявилось в ходе лондонских и
петербургских переговоров. С декабря 1862 г. офицерская организация вошла в состав
«Земли и воли», сохранив в то же время теснейшие связи с польскими
конспиративными организациями. Примерно половина участников офицерской
организации либо перешла на сторону повстанцев, либо так или иначе содействовала
восстанию 1863 г., оставаясь на службе. Некоторые из участников организаций
демонстративно подали в отставку, другие отказались участвовать в действиях
карательных войск; были случаи самойубийства в знак протеста против политики
царизма в Польше и т.д.63 Наряду с охарактеризованными военно-революционными
кружками в Петербургском гарнизоне и революционной организацией офицеров
руской армии в Польше известно немало других кружков и организаций,
действоваших среди военнослужащих. Существовали, например, кружки в военно-
учебных заведениях и частях, располагавшихся в Москве, Киеве, Вильне, Новгороде,
Казани, Нижнем Новгороде, ряде населенных пунктов в центральных губерниях и в
Сибири, на Кавказе и в Поволжье, на Украине и в оренбургских степях. При
пользовании словарем читателю потребуются сведения об этих кружках, но не имея
возможности рассказать о них подробно, отошлем интересующихся к тем сведениям,
кторые сводержатся в хотя и не опубликованной, но все же доступной работе64.
Словарь состоит из двух основных частей: 1) библиографических справок о каждом из
выявленных участников движения; 2) приложений, где участники движения
сгруппированы, с одной стороны, по месту службы, а с другой – по тем кружкам и
организациям, в деятельности которых они участвовали или могли участвовать.
Фамилии и имена в справках даются по имеющимся источникам, в частности по
актовому материалу прошлого столетия. По отношению к полякам, число которых
весьма значительно, это могло бы привести к недоразумениям. Поэтому везде, где это
возможно, рядом с русифицированными формами фамилий и имен приводится их
61 Ряд аргументов в пользу этой гипотезы см. «Уч. Зап. Ин-та славяноведения», т. XXVIII, стр.
297-302.
62 Сб. «Революционная ситуация в России в 1859 – 1861 гг.». М., 1963, стр. 4.
63 Подробнее о революционной организации русских офицеров в Польше см.: В.А. Дьяков, И.С.
Миллер. Указ. Соч., стр. 2-20; РПРС, т. I. Стр. 352-516; Алфавитный списко, стр. 34-83.
64 В.А. Дьяков. Революционное движение…, стр. 610 – 736.
23
правильное написание. Параллельное воспроизведение обеих форм и пользование в
некоторых случаях только русифицированными формами обусловлено тем, что
переход от русифицированных форм, содержащихся в документах, к национальным
формам оказался далеко не простым делом. Выяснилось, например, что Юзефа в
документах могли называть не только Иосифом или Осипом, но и Иваном, Вильгельма
называли то Владимиром, то Василием, а Тоамша именовали либой Фомой, либо
Матвеем, либо Тимофеем. К тому же нередко трансформация имен и фамилий по
сравнению с источниками была бы просто неправомерной, так как имеющиеся
сведения не определяют окончательно национальной принадлежности их обладателей.
Поэтому попытка совершенно заменить русифицированные формы польскими
национальными формами написания привела бы к существенным ошибкам и от нее
пришлось воздержаться. Следующий элемент справки – чин и служебное положение
соответствующего лица. И то и другое указывалось по возможности для того периода,
когда данное лицо наиболее активно участвовало в движении. В отношении строевых
офицеров ниже командира роты занимаемая должность, как правило, не указывалась,
так как в источниках она зафиксирована далеко не всегда, а разница между взводным
командиром и офицером весьма незначительна. Затем в справке указывается год
рождения (возраст) и вероисповедание. Дата рождения либо непосредственно
заимствована из формулярного (послужного) списка, либо вычислена на основе
имевшихся в нем данных о возрасте (в этом случае указывается: родился около такого-
то года). Сведения о вероисповедании внесены в справку только в тех случаях, когда
они зафиксированы в источниках и именно в той терминологии, которая в них
принята. Никаких, хотя бы и вполне обоснованных, догадок здесь не допускалось.
Сословная принадлежность и имущественное положение, составляющие еще один
элемент справки, также взяты в большинстве случаев из формулярных или послужных
списков с сохранением тогдашней терминологии: из дворян, из дворян не
утвержденных герольдией, из шляхтичей, из штаб-офицерских, обер-офицерских или
солдатских детей, из однодворцев, из помещичьих (казенных, государственных,
экономических) крестьян, из поселян, из мещан и т.д. Данные об имущественном
положении указаны в основном по специальной графе формулярных списков: «Есть ли
имение у родителей, у него самого и у его жены», либо взято из иных разновидностей
документов, восходящих к этому источнику. Далее в справке даются сведения об
образовании (общем и военном) и о прохождении службы. При этом по возможности
указывается время пребывания в том или ином учебном заведении, даты перевода из
части в часть и получения чинов. Кратко отмечается также: участие в военных
действиях, заграничные командировки, длительное пребывание вне части (отпуска,
выполнение служебных поручений и т.п.).
Одним из важнейших элементов биографической справки являются сведения об
участии данного лица в освободительном движении, антиправительственных
выступлениях и о принадлежности его к той или иной из революционных организаций.
Круг этих сведений во многих случаях весьма ограничен из-за недостатка источников,
которые говорят, например, о «неблагонадежности», неизвестно в чем
заключающейся, или о «возмутительных поступках», характер которых невозможно
конкретизировать. Однако везде, где это позволяют источники, революционная
деятельность освещается хотя и лаконично, но с максимально возможной полнотой.
Последняя составная часть справки – это ссылка на источники; она помещена
непосредственно за текстом и заключена в скобки. В подавляющем большинстве
случаев ссылка исчерпывает важнейшие обнаруженные источники, отчасти называя их
непосредственно, отчасти указывая доступную литературу, в которой содержатся
24
более полные указания на материалы. Исключения сделаны лишь для широко
известных деятелей (Н.Г. Чернышевский, Т.Г. Шевченко, Ф.М. Достоевский, З.
Сераковский и т.п.), о которых есть специальная, иногда весьма многочисленная
литература. Здесь в ссылках фигурируют лишь некоторые из имеющихся работ и те
первоисточники, которые в той или иной мере заново привлечены автором в связи со
специфическими задачами словаря. Наименования использованных источников и
литературы, как правило, даются в сокращениях, перечень которых, как уже
указывалось, содержится в списке, помещенном в конце книги. Первым из
приложений к этой основной части являются списки учтенных словарем лиц по месту
их службы в военном ведомстве. Списки открываются Военным министерством и
военно-учебными заведеняими (академиями, военными училищами, кадетскими
корпусами). Второе приложение образуют списки участников движения по кружкам и
организациям. В каждый список включены прежде всего полностью установленные их
участники. Как известно, за рассматриваемый период ни одна из революционных
организаций, в том числе военных, не была раскрыта до конца, а их состав остался
почти неизвестным для карательных органов царизма и лишь отчасти известным для
исследователей. Поэтому указанная категория составляет в списках примерно 20%.
Остальные 80% - это лица, внесенные в списки в качестве вероятных участников
деятельности соответствующих кружков и организаций. Особенность дворянского и
разночинского этапов истории революционного движения для военной среды
заключалась в том, что оно почти не затрагивало солдатские массы. До сознательной
революционности и участия в тайных политических организациях в этот период
поднимались, как правило, только офицеры или унтер-офицеры, имевшие по своему
происхождению право на быстрое получение офицерского чина, воспитанники военно-
учебных заведений, военно-медицинский персонал, военные чиновники. Солдатские
выступления были сравнительно немногочисленными и носили стихийный характер.
По своим требованиям и формам борьбы они в большинстве случаев не могут
расматриваться как сознательные революционные действия. Только об офицерах и
близких к ним категориях военнослужащих идет речь в известных мемуарных
свидетельствах, касающихся истории революционного движения в армии,
оставленных Н.И. Утиным и Г.П. Гофштеттером, М.Ю. Ашенбреннером и М.П.
Сажиным. М.А. Бакунин, хорошо знакомый с деятельностью военно-революционных
организаций начала 60-х годов и призывавший широко использовать их опыт в 70-х
годах, не случайно обращался не ко всем военнослужащим, а только к офицерам,
считая их если не единственной, то основной революционной силой в армии65.
Аналогично решался данный вопрос у народовльцев. В программе военно-
революционной организации, разработанной исполкомом «Народной воли» в 1881-
1882 гг., говорилось следующее: «Та тяжелая, господствовавшая в нашей армии
дисциплина, которая уничтожает в солдате […] самый человеческий образ, лишает
офицеров возможности деятельной пропаганды между нижними чинами, и потому в
нашу организацию могут входить только офицеры; нижние же чины, за исключением
подпрапорщиков, не могут быть допускаемы в организацию»66. Абсолютное
преобладание офицерского состава в конспиративных организациях среди
военнослужащих было характерной чертой дворянского и разночинского этапов
истории революционного движения в России. Изложенные соображения позволяют
65 М.А. Бакунин. К офицерам русской армии. Женева, 1870, стр. 1-39.
66 Сб. «Революционное народничество семидесятых годов XIX века», т. II. М., 1964, стр. 197.
25
высказать уверенность, что вероятных участников революционного участников
революционного движения в армии на протяжении десятилетия с 1856 по 1865 г.
следует искать прежде всего среди офицеров и в тех близких к ним категориях
военнослужащих, которые были перечислены выше. Соответственно с этими из так
называемых «нижних чинов» в словарь попали лишь лишь те немногие, которые судя
по имеющимся данным, могут считаться участниками сознательных революционных
действий. Нет никакого сомнения, что полный персональный учет и специальное
изучение участников стихийных солдатских выступлений были бы чрезвычайно
полезным и нужным делом. Предаставляется, однако, что его можно рассматривать
как самостоятельную задачу, решить которую автор (Мои примечания: имеется в виду
автор В.А. Дьяков, Библиографический словарь «Деятели русского и польского
освободительного движения в Царской Армии 1856-1865 годов», Издательство
«Наука», Москва, 1967.) не имел возможности прежде всего потому, что сведения о
солдатском движении и его участниках находятся в иных источниках, в связи с чем
нужна большая дополнительная работа, отодвинувшая бы завершение словаря на
неопределенно долгое время. Установленные и вероятные участники революционных
организаций составляют основной контингент включенных в словарь лиц, но не
исчерпывают его. Помимо них в него включены также те военнослужащие, которые,
судя по имеющимся данным не входили в сферу влияния какой-либо из
революционных организаций, но которые читали нелегальные издания, выражали
сочувствие революционерам, протестовали против существующих порядков или как-
либо еще проявляли оппозиционные, антиправительственные настроения.
Предварительные подсчеты67, охватившие полторы тысячи человек, показывают, что
среди участников движения примерно 43 % имели чины от поручика и выше, а около
50% были в возрасте старше 25 лет. Имеющиеся сведения об образовании показывают,
что около 65% участников движения являлись воспитанниками столичных военно-
учебных заведений, а из остальных – примерно 5% связано с учебными заведениями
Москвы и около 6% - западных губерний (Полоцкий, Брестский, Киевский и
Полтавский кадетские корпуса). Следовательно, утверждения о том, будто в
революцию шла «зеленая молодежь» «легковерные прапорщики» и «недоучки», не
имеют под собой никаких оснований. По месту рождения распределение участников
движения следующее: около 44% - северо-западные и 12% - юго-западные губернии,
примерно 16% - Царство Польское, а 25% - так называемые «внутренние» губернии.
Вероисповедание 38% участников движения имели православное, 57,5% были
католиками, а остальные лютеранами, магометанами и т.п. Сопоставление двух
приведенных рядов цифр хотя и не заменяет отсутствующих в источниках данных о
национальности, но все-таки позволяет подкрепить высказанный выше тезис о
многонациональном облике движения и преобладании среди его участников поляков и
русских. По сословной принадлежности почти 94% участников движения являлись
потомственными дворянами, 4,2% были детьми личных дворян, 0, 6% - выходцами из
духовенства и лишь 1,3% - разночинцами. Все встает на свое место, как только мы
67 Результаты их в краткой форме опубликованы (см.: В.А. Дьяков. Революционное движение в
русской армии и его взаимосвязи с польским освободительным движением 1856-1865 гг.
Автореферат. М., 1966, стр. 38-41; он же. Революционное движение в русской армии и польское
освободительное движение 1856-1865 гг. «Советское славяноведение», 1966, № 3, стр. 29).
Полные результаты подсчетов автор изложил в докладе «Революционное движение в русской
армии в 1856-1865-х годах (статистика движения)», сделанном на заведании Группы по изучению
революционной ситуации в России 1859-1861 гг. 16 сентября 1964 г.
26
познакомимся с данными об имущественном положении участников движения: 69% из
них вовсе не владели недвижимостью, а из остальных многие были владельцами очень
небольших, часто нераздельных имений, которые никак не могли служить источником
существования для всех совладельцев. Таким образом, революционное движение в
армии в связи с падением крепостного права также становилось разночинским, только,
в отличие, например, от студенческого движения, в нем получили преобладание
разночинцы, происходившие из деклассированного дворянства. Это было
естественным следствием того, что в то время в офицерский корпус допускали
исключительно представителей так называемого «благородного сословия». Мои
мысли: «В вышеуказанном Библиографическом словаре (Дьяков В.А. Деятели
русского и польского освободительного движения в царской армии 1856 – 1865 годов
(Библиографический словарь). Издательство «Наука», 1967) есть фамилии и сведения
об участниках Польских Восстаний. Среди них очень распространены фамилии,
имеющие сходство с фамилиями Чайковский, Гайковский, Чамовский, Черных и
Мишкевич. А так как в труде (Дьяков В.А. Деятели русского и польского
освободительного движения в царской армии 1856 – 1865 годов (Библиографический
словарь). Издательство «Наука», 1967) на странице 11 написано, что «… нередко
трансформация имен и фамилий по сравнению с источниками была бы просто
неправомерной, так как имеющиеся сведения не определяют окончательно
национальной принадлежности их обладателей. Поэтому попытка совершенно
заменить русифицированные формы польскими национальными формами написания
привела бы к существенным ошибкам». Поэтому вполне вероятны некоторые
искажения фамилий».
1. Чайковский, офицер 2-го резервного стрелкового батальона; в марте 1862 г.
Находился в Петербурге и подписал протест против телесных наказаний в армии;
вероятно, это капитан Митрофан Петрович Чайковский, о котором имеются
следующие сведения: родился в 1839 г., православный, из дворян Казанской губ.,
имением не владел; учился в 1-м Московском кадетском корпусе, откуда выпущен в
1858 г., и в Инженерной академии, которую неокончил; в 1862 г. Поступил в
Академию генерального штаба; в 1864 г. Окончил ее; в 1879 г. – генерал-майор,
командир бригады (ЦГВИА, ф. 395, оп. 54/578, 1 отд., 1 ст., 1862 г., д. 33, л. 186;
Краткие справки, стр. 343; Протест 106, стр. 233; Глиноецкий, Список, стр. 145).
2. Чайковский Андрей Петрович, подпоручик 2-го резервного стрелкового
батальона; православный; из дворян Казанской губ., имением не владел; в 1861 – 1862
гг. учился в Академии генерального штаба; в марте 1862 г. подписал протест против
телесных наказаний в армии; в июле 1862 г. участвовал в отслуженной в Боровичах
панихиде по И.Н. Арнгольдту и его товарищам, за что был исключен из академии;
вероятный участник петербургских офицерских кружков (Алфавит, стр. 557, 632;
Протест 106, стр. 233; Краткие справки, стр. 343-344; ЦГВИА, ф. 395, оп. 54 /578, 1
отд., 4 ст., 1862 г., д. 160, л. 40).
3. Чайковский Францишек, бывший подпоручик русской армии; участник
восстания, погиб в бою с карателями под Жижином в июле 1863 г. (Ступницкий, стр.
16; Зелинский, стр. 423 и др.).
4. Чаплицкий, штабс-капитан Минского пехотного полка; вероятный участник
революционной организации офицеров русской армии в Польше; в мае 1863 г., узнав о
передислокации полка в район восстания, подал рапорт о болезни и просил принять у
него роту, за что уволен без прошения приказом от 23 июня того же года (ЦГВИА, ф.
395, оп. 297/857, 1863 г., Канц. 2 ст. по с. Ч., д. 42, л. 96; оп. 300/860, св. 255, д. 281, л. 5
об.; Алфавитный списко, стр. 77).
27
5. Чапский Эдвард, юнкер; родился около 1839 г.; из дворян; во время
восстания 1863 – 1839 гг. находился в повстанческом отряде на территории Украины;
приговорен к 10 годам каторги в крепостях (КД, т. 3, лл. 1-8, 37-38).
6. Чарковский Станислав-Иван Теофилович, ротмистр резервного дивизиона
лейб-уланского Курляндского полка; родился около 1827 г., католик; из дворян
Киевской губ., имением не владел; воспитывался в частном учебном заведении;
участник Венгерского похода 1849 г. и Крымской войны; выказал сочувствие
польскому освободительному движению и соответственно влиял на молодых
офицеров, за что в марте 1862 г. переведен в Одесский уланский полк (Алфавит, стр.
556-557, 632; ЦГВИА, ф. 14014, оп. 3, д. 227, л. 26; д. 235, л. 28).
7. Чарковский Францишек (Франц-Антон Теофилович), ротмистр лейб-
уланского Курляндского полка; родился около 1825 г., католик; из дворян Киевской
губ., имения не имел; воспитывался в частном учебном заведении; на военной службе
с 1845 г., участник Венгерского похода 1849 г. и Крымской войны; проявил сочувствие
польскому освободительному движению и соответственно влиял на молодых
офицеров, за что в марте 1862 г. переведен в Бугский уланский полк; в июле того же
года подал прошение об отставке по состоянию здоровья, уволен приказом от 22
сентября 1862 г. (Алфавит, стр. 556-557, 632; ЦГВИА ф. 14014, оп. 3, д. 227, л. 24; д.
235, л. 11).
8. Чарнецкий Казимеж, гусарский ротмистр: судя по мемуарным источникам,
«примкнул к польскому революционному кружку в Петербурге» (Бялыня-Холодецкий,
стр. 12; Краткие справки, стр. 344).
9. Чарноцкий Валерьян, штабс-капитан 3-го понтонного парка; вероятный
участник революционной организации офицеров русской армии в Польше; в октябре
1861 г. аттестовался следующим образом: «Хотя по образу мыслей надежен, но по
семейным обстоятельствам может измениться»; в 1862 г. подписал адрес минского
дворянства (Алфавит, стр. 558-559, 633-634; ЦГВИА, ф. 14014, оп. 3, д. 360, л. 5;
Алфавитный список, стр. 77).
10. Чарноцкий Ян (Иван Карлович), отставной гвардейский поручик; родился
около 1836 г., католик; уроженец Минской губ.; «за доказанное намерение» примкнуть
к повстанцам в 1864 г. отправлен на жительство в отдаленные места Сибири (ЦГИА
Лит. ССР, ф. 494, оп. 1, д. 787, см. по алфавиту; КД, т. 13, лл. 445-450, 559-560).
11. Чебышев, капитан, старший адъютант управления артиллерии 1-й армии;
был дружен с С.У. Абрамовичем и в апреле 1862 г. брал у него для ознакомления
«Тетрадь Каплинского»; вероятный участник революционной организации офицеров
русской армии в Польше (ЦГВИА, ф. 395, оп. 297/857, 1861 г., Канц. 2 ст. по с. Ч., д.
71, ч. 2, лл. 47-49; Алфавитный список, стр. 77).
12. Чекерский Павел Казимирович, прапорщик Киевского гренадерского полка;
родился в 1841 г., православный; из дворян Полтавской губ., имением не владел;
воспитывался с 1852 г. В Воронежском кадетском корпусе, откуда выпущен в 1859 г.
прапорщиком в армию; в августе 1862 г. Зачислен в Академию генерального штаба, а в
мае 1863 г. Исключен по подозрению в причастности к конспиративной организации; в
сентябре 1863 г., находясь в Гельсингфорсе, подал в отставку по болезни, причем
обязался жить в Петербурге (Алфавит, стр. 558, 634; Краткие справки, стр. 344; Зверев,
стр. 233; ЦГВИА, ф. 395, оп. 55/579, св. 45, д. 1385, лл. 1-6; оп. 54/578, 1 отд. 4 ст., 1862
г., д. 160, л. 41; ЦГАОР, ф. 109и, 1 эксп., 1863 г., д. 23, ч. 108, лл. 1-12).
13. Червинский, прапорщик; по сведениям петербургской полиции, в 1860-1861
гг. был среди лиц, посещавших «литературные вечера» у Я. Домбровского и его
товарищей, находился в близких отношениях с П. Хойновским, Э. Юндзилом и
28
другими участниками кружка генштабистов (Список фон Валя, стр. 545; Краткие
справки, стр. 344; ЦГАОР, ф. 95и, оп.1, д. 108, л. 3; ЦГИА Лит. ССР, ф. 1248, оп. 2, д.
1833, л. 16; д. 1834, л. 221).
14. Черкас, воспитанник одного из петербургских кадетских корпусов; уроженец
Плоцка; за политическое преступление сослан в Сибиирь, умер в ноябре 1863 г. В
Камышлове (Колюмна, ч. I, стр. 41).
15. Черкасов Митрофан Иванович, поручик 4-го стрелкового батальона; родился
в 1849 г., православный; из дворян Харьковской губ., имением не владел; в июне 1860
г. окончил Константинопольское военное училище с зачислением в Инженерную
академию; в январе 1861 г. откомандирован в часть за участие в «истории», в декабре
1862 г. возвратился в академию; в 1869 г. служил в Керчи, имел чин штабс-капитана
(Алфавитный список. Стр. 77; Краткие справки, стр. 344; Максимовский, стр. 141, 150;
ЦГВИА, ф. 330л, оп. 1, д. 299, лл. 216-218; ф. 14014, оп. 3, д. 235, л. 184).
16. Черкесов, капитан русской армии; скрывал во время восстания 1863 – 1864
гг. повстанца Эд. Брыльского; в воспоминаниях последнего Черкесов называется
«благородным грузином» (Лоссовский и Млынарский, стр. 215).
17. Черкесов, хорунжий Донского казачьего № 54 полка; вместе с офицерами
Могилевского пехотного полка Гобято и Кржеминским освободил арестованного
участника восстания 1863 г. ксендза Ю. Щепанского, за что был предан суду и
приговорен к месячному аресту на гауптвахте (ЦГВИА, ф. 531л, оп. 1, д. 29).
18. Чернецкий, прапорщик Минского пехотного полка; вероятный участник
революционной организации офицеров русской армии в Польше; в мае 1863 г., узнав о
передислокации полка на подваление восстания, подал рапорт о болезни (ЦГВИА, ф.
395, оп. 297/857, Канц. 2 ст., 1863 г., д. 42, лл. 96-97; Алфавитный список, 77).
19. Чернецкий, отставной поручик; граф; в январе 1862 г. арестован в Киеве по
политическому делу и содержался в тюрьме; 2 марта 1863 г. бежал; дальнейшая судьба
неизвестна (ЦГВИА, ф. 395, оп. 300/860, 1863 г., св. 251, д. 47, лл. 48-49, 57, 61).
20. Чернецкий Рафал (Рафаил Андреевич), подпоручик 3-й сводной резервной
артиллерийской бригады; родился в 1842 г., католик; из дворян Подольской губ.;
воспитывался в Киевском кадетском корпусе и в Артиллерийском училище, после
окончания которого в 1862 г. был прикомандирован к Артиллериской академии для
сдачи экзаменов; не выдержав экзамены, был отправлен в часть, но в марте 1863 г.
оказался под арестом за уклонение от маршрута с явным намерением присоединиться
к повстанцам; вероятный участник деятельности революционной организации
офицеров русской армии в Польше и петербургских военных кружков (Алфавитный
список, стр. 77; Краткие справки, стр. 344; ЦГВИА, ф. 9л. оп. 92/37, 1863 г., к. 1503, д.
91, лл. 1-6; ЦГИА Лит. ССР, ф. 494, оп. 1, д. 6, лл. 1-82; ГПБ, ф. 629, оп. 1, д. 187, л. 1).
21. Черник Вандалин Казимирович, отставной юнкер; родился в 1843 г., католик;
из дворян Новогрудского уезда Минской губ.; за участие в повстанческом отряде в
1864 г. осужден на 8 лет каторги (ЦГИА Лит. ССР, ф. 494, оп. 1, д. 787, см. по
алфавиту).
22. Черников, офицер 4-го резервного батальона Белостокского пехотного полка;
в марте 1862 г. находился в Петербурге и подписал протест против телесных
наказаний в армии; вероятный участник деятельности петербургских офицерских
кружков (Протест 106, стр. 233; Краткие справки, стр. 344).
23. Чернов, офицер-артиллерист, по свидетельству М.П. Сажина, участвовал в
кружке «чернышевцев», возглавлявшемся П.Л. Лавровым; возможно, поручик 10-го
стрелкового батальона, который в октябре 1862 г. был зачислен в Артиллерийскую
29
академию (ЦГВИА, ф. 395, оп. 54/578, 1 отд., 4 ст., 1862 г., д. 160, л. 32 об; М.П.
Сажин. Воспоминания, стр. 25-26; Краткие справки, стр. 344).
24. Чернов, офицер-артиллерист; по свидетельству М.П. Сажина, входил в
кружок «чернышевцев», возглавлявшийся П.Л. Лавровым (М.П. Сажин.
Воспоминания, стр. 25-26; Краткие справки, стр. 344).
25. Черноцкий Юлий, прапорщик Апшеронского пехотного полка; уроженец
Царства Польского; отдан на военную службу в 1845 г. по политическим мотивам; в
1848 г. за отличие произведен в унтер-офицеры; в 1850 г. штраф прощен; в чине
прапорщика с 1853 г. (за отличие); в сентябре 1857 г. находился в полку (ЦГАОР, ф.
109и, 1 эксп., 1856 г., д. 133, ч. 4, л. 137; ЦГВИА, ф. 9л, оп. 95/41, 1 отд., 1 ст., 1857 г.,
д. 233, лл. 18-19 и др.).
26. Черный Александр Максимов сын, штабс-капитан в войсках Кавказской
армии; из дворян г. Житомира; будучи студентом Киевского университета, определен
рядовым в 1839 г. «за участие в возмутительном обществе»; в 1842 г. произведен за
отличие в унтер-офицеры, в 1845 г. – в прапорщики; в 1850 г. штраф прощен; в 1857 г.
оставался на службе (ЦГАОР, ф. 109и, 1 эксп., 1856 г., д. 133, ч. 4, лл. 132-133;
ЦГВИА, ф. 9л, оп. 95/41, 1 отд., 1 ст., 1857 г., д. 233, лл. 8-9 и др.; ф. 1, оп. 1, д. 12076,
лл. 179-180).
27. Чернышевский Николай Гаврилович (1828-1889), преподаватель русской
словесности во 2-м Петербургском кадетском корпусе (1853-1854) и редактор
«Военного сборника» (1858); уроженец г. Саратова, православный; из духовного
сословия, недвижимого имущества не имел; воспитывался в Петербургском
университете (Н.М. Чернышевская. Летопись жизни и деятельности Н.Г.
Чернышевского. М., 1953; ЦГВИА, ф. 315л, оп. 1, д. 307, л. 110; ф. 450л, оп. 9, д. 273,
л. 43 и др.).
28. Чернявский Сергей Андреевич, инженер-прапорщик; участник «истории» в
Инженерной академии (ЦГВИА, ф. 725л, оп. 1, д. 5547, лл. 8-13; РПРС, т. I, стр. 209;
Максимовский, стр. 139).
29. Черняк Максимилиан Андреевич, поручик Одесского пехотного полка;
родился в 1835 г., православный; из дворян Волынской губ., имением не владел;
учился в Киевском университете; на военной службе с 1857 г.; в 1860-1862 гг. учился в
Академии генерального штаба, а после ее окончания был прикомандирован к
Петербургской провиантской комиссии; активный участник кружка Сераковского-
Домбровского и вероятный член революционной организации офицеров русской
армии в Польше; в 1863 г. Один из организаторов восстания в Поволжье, затем
повстанческий командир в Северо-Западном крае; расстрелян в Казани в сентябре 1865
г. (Алфавитный список, стр. 78; Краткие справки, стр. 344; Глиноецкий, Списки, стр.
127; ЦГИА Лит. ССР, ф. 378по, 1864 г., д. 108, лл. 109 и др.; КД, т. 30, лл. 217-218, 274-
275 и др.).
30. Чертов Николай Иванович, прапорщик 4-й батареи 5-й полевой
артиллериской бригады; родился в 1841 г., православный, из дворян Орловской губ.,
имения не имел; воспитывался в Орловском кадетском корпусе, откуда выпущен в
июне 1860 г. в 10-й стрелковый батальон; в январе 1862 г. переведен в 5-ю артбригаду;
один из активных членов революционной организации офицеров русской армии в
Польше; за участие в панихиде по И.Н. Арнгольдту и его товарищам в лагере на
Повонзках в сентябре 1862 г. переведен в Тульский пехотный полк; в июле 1863 г.,
находясь в г. Усмани, подал прошение об увольнении в отставку по домашним
обстоятельствам, причем обязался жить в г. Ливны Орловской губ.; уволен приказом
от 13 октября 1863 г. (ЛН, т. 61, стр. 516; Алфавит, стр. 556-557, 632; Алфавитный
30
список, стр. 78; ЦГВИА, ф. 395, оп. 55/579, св. 42, д. 1262, лл. 1-6; Орловский корпус,
Списки, стр. 27)68.
Чехович Иосиф. Дворянин Витебской губернии, 30 лет (1871 г.), по конфирмации
командующего войсками Виленского военного округа, за нахождение в шайке
мятежников, лишен всех прав состояния и сослан на поселение в отдаленные места
Сибири, в Ядрине с 17 июля 1871 г.
30 июля 1871 г. возвращены права состояния, пособие 6 руб. в месяц, холост69.
Въ турецкой армии съ 1855 года существовали учрежденные Садыкомъ-пашой
(Чайковскимъ) два польских легиона: казацкий и драгунский. Эта небольшая
горсточка, не превышавшая нескольких сотъ человекъ, давно выжидала удобнаго
момента, чтобы принять активное участие в войне Турции съ Россией. Случай этот
теперь представился. Не сносясь съ конфедерацией или, лучше сказать, независимо
отъ затеянных ею действий, польские легионы постановили, съ согласия турецкаго
правительства, принять активное участие и призвать «братьев изгнанников,
разсеянных по всей земле», записываться подъ ихъ знамена для борьбы съ Россией70.
Мои мысли: «Убийству Распутина были рады все Романовы, включая Марию
Федоровну (маму Императора Николая II), за исключением Императора Николая II и
Императорской Семьи. К данному убийству напрямую была причастна Англия. Об
этом есть доказательства в книге автора Миллер Л.П. Царская Семья - жертва темной
силы. – М.: «Великий Градъ», 2007». Вся Царская Фамилия, за исключением
Августейшей Семьи, приняла весть об убийстве Распутина с радостью. Даже Мария
Федоровна (мама Императора Николая II), узнав о кончине Распутина, сказала: «Слава
Богу, Распутин убран с дороги»71. Мои Мысли: «Предполагаю с очень высокой долей
вероятности, что Мария Федоровна (мама Императора Николая II) была датской и
английской шпионкой, а также диверсанткой, действовавшей в интересах иностранных
государств. Так как она прекрасно понимала, что, подрывая власть Императора
Николая II и участвуя в заговоре против Распутина, способствует разрушению
Российской Империи. Она была образованной женщиной. После убийства Императора
Николая II она и ее 2 дочери (Ксения и Ольга) со своими семьями очень хорошо
устроились в Дании и Англии. Все расходы ей и ее дочерям оплачивали английский
король и датский король. Хотя надо признать, что за предательство Императора
Николая II (Мария Федоровна была его биологической матерью) эта женщина
поплатилась еще при жизни. Она была вынуждена распродавать российское золото и
драгоценности за бесценок английскому королевскому правящему классу и датскому.
Такова была ее черная неблагодарность за любовь и порядочность российского народа,
Императора Александра III, ее Сына Императора Николая II. Предательство и
государственная измена были ее черной неблагодарностью. А Анастасию Романову
68 Дьяков В.А. Деятели русского и польского освободительного движения в царской армии 1856 –
1865 годов (Библиографический словарь). Издательство «Наука», 1967. – С. 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12,
13, 14, 15, 16, 182, 183, 184, 185.
69 Павлов В. А. Губернские и уездные органы власти и политическая ссылка в Российской
империи [Текст]: (по материалам ссылки в Казанскую
губернию участников польского восстания 1863-1864 гг.) / В. А. Павлов. - Чебоксары: Новое
время, 2006. С. 236.
НА РТ. Ф. 1 Оп. 3. Д. 2753. Л. 89 об. – 90.
70 А. Холоневский. Несостоявшееся Польское Возстание 1877 г. (переводъ съ польскаго). С-
Петербургъ. Издание А. Еленина, 1907. С. 22.
71 Вел. Князь Александр Михайлович «Книга воспоминаний». С. 269.
31
(Анну Андерсон) она и почти все Романовы не признавали в силу того, что ее
признание могло и может привести к укреплению России. Это противоречило и
противоречит интересам США, Англии, Дании, всем олигархам «социально
отвественным бизнесменам» и королевским правящим семьям в Европе, а также
интересам Романовых». Настал новый, страшный 1917 год. Во время новогоднего
Высочайшего приема Государь очень милостиво разговаривал с послом Франции М.
Палеологом, но, подойдя к английскому послу Бьюкенену, сказал ему что-то
неприятное. Бьюкенен казался очень смущенным. Это увидели все присутствующие.
Оказывается, Император заметил ему, что посол Англии не оправдал его доверия – он
принимает у себя в посольстве врагов Государя. Императору стала известна
закулисная игра Бьюкенена, который сносился с лидерами оппозиции Царского
правительства72.73
Анна Андерсон и вожди СССР (Сталин, Хрущёв, Брежнев, Андропов, Горбачёв)
1919 — 1927 годы. АГЕНТЫ КОМИНТЕРНА. Как я рассказывал в публикации
о следователе Николае Соколове, агенты Коминтерна следили за ним по всей Европе,
и в Париже и в Берлине. Добавлю здесь, что примерно в 1921 году агенты Коминтерна
во главе с известным Михаилом Грузенбергом совершили налёт на квартиру, где
он жил в Берлине, и похитили семь томов его расследования — Соколову пришлось
восстанавливать эти материалы по имевшимся черновикам и копиям. Эти семь томов,
как считается, были затем переправлены через Прагу в Москву. В конце 1924 года Н.
А. Соколов по приглашению Генри Форда (который с 1923 года предупреждал его
об опасности оставаться в Европе) собирался переехать в США, но 23 ноября 1924
года умер во Франции при загадочных обстоятельствах (якобы от сердечного
приступа). Мои мысли: «Факт того, что Соколов получил приглашение Генри Форда
переехать в США также свидетельствует о том, что его расследование было заказным
и не соотвествует действительности. Были подтасованы и скрыты факты того, что
Великая Княжна Анастасия Николаевна Романова выжила. Так как США являлись
одними из спонсоров революции 1917 года в России и их правительство было
заинтересовано в убийстве Императора Николая II и Императорской Семьи (Об этом
есть информация в моей книге: «Ларина Ф.Ш. Убийство Императора Николая II
Лениным из личной мести. М.: Эдитус, 2020 г. с. 183-189»)». В 1927 году, когда Анна
Чайковская приобрела известность в Европе (прежде всего в Германии) и в самый
разгар ожесточённых споров о ней, в начале июля 1927 года генерал Макс
Гофман (бывший в 1918 году начальником штаба Восточного фронта и ярый
антибольшевик, он участвовал также в переговорах о Брестском мире) заявил, что
он знает эту историю досконально и готов подтвердить всё публично. Он сказал, что
знает, что Анна Чайковская — Анастасия: «Я могу и не встречаться с ней. Я и без
этого всё знаю». [А. Саммерс, Т. Мангольд. «Дело Романовых, или Расстрел, которого
не было» — М., Алгоритм 2011, с.226−227]. Но вскоре после этого заявления, 8 июля
1927 года он внезапно умер … Возможно, и это было дело агентов Коминтерна (тем
более что Макс Гофман был ярым врагом СССР). 1928 год. СТАЛИН
и ЦАРЕУБИЙЦЫ. Фактор Анны-Анастасии. В начале февраля 1928 года Анна
Чайковская по приглашению княжны Ксении Георгиевны (из ветви Михайловичей,
большинство которых в дальнейшем признают её как Анастасию) в сопровождении
сына доктора Е. С. Боткина Глеба (её верного сторонника, знавшего вместе со своей
72 Ген. А.И. Спиридович «Великая война и Февральская революция 1914-1917», книга III. С. 14.
73 Миллер Л.П. Царская Семья – жертва темной силы. – М.: «Великий Градъ», 2007. – С. 546, 547.
32
сестрой Татьяной её (Анастасию) с детства и до Тобольска 1918 года) — Анна
триумфально прибывает в США. Её встречают десятки корреспондентов крупнейших
мировых изданий, она становится широко известна как в США, так и в мире. В Европе
выходит первая большая книга о ней. Всё это становится известно Сталину. Между
тем, в СССР приближается 10-летняя годовщина «казни Императора Николая II»,
готовится к изданию большая книга об этом (с 1926 года в СССР публично объявлено
(публикацией книги Быкова), что казнены все члены Царской Семьи); в Доме Ипатьева
открыта экспозиция «казнь Николая Романова», цареубийцы периодически выступают
на заводах, в советских учреждениях и в школах с воспоминаниями о своём «подвиге».
Цареубийцы уверены в том, что 10-летняя годовщина «казни» пройдёт как
всенародное торжество воздаяния и мести «кровавому царскому режиму». Известно,
что 28 марта 1928 года Сталин впервые после 1918 года встречается в Кремле с Ф. И.
Голощёкиным — одним из главных организаторов убийства царской семьи. В 1918
году именно он, будучи военным комиссаром Екатеринбурга, в начале июля ездил
в Москву для встречи с Я. Свердловым, за две недели до расправы с царской семьёй.
Питер Курт в своей книге «Анастасия. Загадка великой княжны» (М., Захаров, стр.235)
утверждает, что в 1928 году одна из главных советских газет («Известия»)
опубликовала статью об Анне Андерсон. После встречи Сталина с Голощёкиным
«празднование 10-летия казни» было отменено, экспозиция в Доме Ипатьева закрыта,
публикация сборника статей к этому «юбилею» не состоялась. Но встречи цареубийц
с рабочими коллективами продолжались. Сталин в 1930-х гг. расправился чуть ли
не со всеми цареубийцами. Цитирую по Википедии: Непосредственные исполнители:
Яков Юровский — умер в 1938 году в Кремлёвской больнице. Григорий Никулин
(помощник Юровского) — оставил воспоминания (запись Радиокомитета 12 мая 1964
года). Пётр Ермаков — в 1934 году ушёл на пенсию, пережил чистку, в 1970-х
встречался с писателем Э. Радзинским. Михаил Медведев — пережил чистку, перед
смертью оставил подробные воспоминания о событиях (декабрь 1963 года). Умер
13 января 1964 года, похоронен на Новодевичьем кладбище. Павел Медведев —
11 февраля 1919 года был арестован агентом белогвардейского уголовного розыска С.
И. Алексеевым. Умер в тюрьме 12 марта 1919 года, по одним данным, от сыпного
тифа, по другим — от пыток. Из известных членов Президиума УралСовета того
времени были репрессированы и расстреляны в конце 1930-х — в начале 1940-х
Белобородов, Голощёкин и Сафаров, но не все из них по политическим статьям
(Белобородов — за растрату казённых денег). 1942 год. МИССИЯ барона фон ШЕНКА
в КАМЕНЕЦ-ПОДОЛЬСКЕ. Известно, что писатель и историк Марк Касвинов,
изучавший в 1945—1947 гг. по поручению МГБ нацистские архивы в Вене
и в Берлине, вроде бы нашёл там документы о проверке нацистами версии спасения
Анастасии — Анна Андерсон в годы Второй мировой находилась в Германии
(в различных лечебницах), и, видимо, у Гиммлера была идея как-то использовать
её в пропаганде против СССР. Касвинов нашёл документы о поездке помощника
Гиммлера, барона фон Шенка, в Бухарест и Каменец-Подольск для поиска
подтверждений (или опровержений) истории спасения Анастасии. В Каменец-
Подольске при обысках где-то были найдены большевистские листовки 1918 года
о розыске сбежавшей из ЧК Царской Дочери Анастасии Романовой. Как там оказались
эти листовки, неизвестно, но этот факт подтверждает сведения о том, что чекисты
разыскивали Анастасию до конца 1919 года по всему пути её предполагаемого бегства,
вплоть до границы. Через примерно 30 лет Марк Касвинов кратко написал об этой
находке фон Шенка в Каменец-Подольске в своей книге «Двадцать три ступени вниз».
Интересно, что фон Шенк дожил до 1970-х и дал показания о своей находке 1942 года
33
в суде по иску Анны Андерсон в Гамбурге. Сведения о том, что листовки ЧК о розыске
Анастасии были и в Екатеринбурге есть в книге «Кто Вы, госпожа Чайковская?» (2015
г.) 194546 гг. СТАЛИН. Что делали офицеры МГБ в Коптяковском лесу?
Ещё раз Сталин вернулся к «Царскому Делу» в 1945—1946 гг. Известно со слов П.
Ермакова (самого рьяного убийцы, который участвовал также в расчленении
и захоронении останков), что его вскоре после Победы вызывали в МГБ к генерал-
полковнику Богдану Кобулову (помощнику Берии) и расспрашивали подробности
событий тех дней. С его слов (со слов Ермакова) известно также, что офицеры МГБ
(подчинённые Кобулова) ездили в Свердловск и что-то искали (?) в Коптяковском
лесу. Известно также, что в 2007 году рядом с т. н. «новыми останками» (юноши
и девушки), в нескольких метрах от них были найдены советские монеты 1930-х-40-х
годов. Эта история до сих пор остаётся тайной. Чем мог быть вызван новый интерес
Сталина к «казни Романовых» и к останкам в Коптяковском лесу? Можно
предположить, что летом-осенью 1945 года у него ещё были надежды
на нормализацию отношений с Западом, с союзниками. Вероятно он понимал (или
до этого Черчилль как-то сказал ему), что для полной нормализации отношений
с Англией необходимо будет по человечески перезахоронить останки царской семьи,
близких родственников английской короны (королевы Виктории). Известный
публицист М. А. Налимов в одном из своих интервью на вопрос о том, какой смысл
был в 1946 году лезть в Коптяковский лес ответил так: " Возможно, ее в то время
и создали. Вспомним, что в 1946 году Анна Андерсон попыталась получить Царское
Золото. Начав второй процесс по признанию себя Анастасией. Первый процесс у нее
ничем не закончился, он длился до середины 30-х. Потом она паузу выдержала и в 1946
году вновь подала в суд. Сталин, видимо, решил, что лучше сделать могилу, где будет
лежать «Анастасия», чем объясняться с Западом по этим вопросам. Тут далеко
идущие планы, о многих из которых мы даже не знаем. Можем только
догадываться». 1964 год. ХРУЩЁВ и записи Радиокомитета СССР. Последние
«мероприятия» с цареубийцами случились в конце правления Н. Хрущёва: в мае 1964
года некоторые оставшиеся в живых были приглашены в Радиокомитет СССР
в Москву и надиктовали там свои воспоминания. Почему вспомнили о цареубийстве,
и зачем их пригласили записать воспоминания в Радиокомитет СССР? Возможно,
Хрущёв поручил сделать записи в Радиокомитете, узнав о ходе нового судебного иска
Анны Андерсон по идентификации её как Анастасии — в те годы многим на Западе
казалось, что Андерсон наверняка выиграет этот иск. И получит огромные (к тому
времени уже огромные) деньги в английском банке (положенные там на счёт на имя
дочерей Николаем Вторым в 1912 году как приданное будущим невестам). Хрущёв
(и все другие вожди СССР) не сомневались, что все эти деньги пойдут на борьбу
против большевиков, СССР. 1975 год. АНДРОПОВ и постановление ЦК КПСС о сносе
Дома Ипатьева. Суды в Германии (в Гамбурге), апелляции по которые к середине
1970-х подходили к концу, и многим казалось, что её всё же признают Анастасией, —
эти суды беспокоили и руководство СССР: рос интерес иностранцев к Дому Ипатьева,
да и внутри СССР рос интерес к Царской Семье. Время от времени у Дома Ипатьева
утром находили букеты цветов. Всё это докладывалось по инстанциям Юрию
Андропову. В июле 1975 года, в отсутствие Брежнева (он был то ли на саммите
в Хельсинки, то ли на отдыхе в Крыму) Политбюро ЦК КПСС рассмотрело и приняло
следующую докладную записку Андропова (см. статью «Дом Ипатьева» в Википедии):
«Антисоветскими кругами на Западе периодически инспирируются различного рода
пропагандистские кампании вокруг Царской Семьи Романовых, и в этой связи нередко
упоминается бывший особняк купца Ипатьева в городе Свердловске. Дом Ипатьева
34
продолжает стоять в центре города. В нём размещается учебный пункт областного
управления культуры. Архитектурной и иной ценности особняк не представляет,
к нему проявляет интерес лишь незначительная часть горожан и туристов.
В последнее время Свердловск начали посещать зарубежные специалисты.
В дальнейшем круг иностранцев может значительно расшириться и дом Ипатьева
станет объектом их серьёзного внимания. В связи с этим представляется
целесообразным поручить Свердловскому обкому КПСС решить вопрос о сносе
особняка в порядке плановой реконструкции города. Проект постановления ЦК КПСС
прилагается». Между тем, в 1974 году Общество охраны памятников истории
и культуры (ВООПИК — единственная действительно независимая общественная
организация в СССР тех лет) добилось внесения этого дома Ипатьева в список
памятников истории всероссийского значения. Затем Совмин РСФСР исключил этот
дом из списка охраняемых памятников, но ВООПИК опять возражал. В 1977 году
череда апелляций по судебным процессам в Гамбурге закончилась (точнее, В 1977
году известный западногерманский судмедэксперт, доктор Мориц Фуртмэйер,
поработав с фотографиями ушных раковин царской дочери и миссис Андерсон-
Мэнахэн, подтвердил, что она может быть великой княжной — ранее в судах до 1967
года в фотографиях ушных раковин были перепутаны негативы с позитивами, фото
левого уха с правым). Но результат процесса 1967 оказался патовым: суд счёл
недостаточными имеющиеся доказательства её родства с Романовыми, хотя
и оппонентам не удалось доказать, что Андерсон в действительности не является
Анастасией. Исследование Мориса Фуртмэйера 1977 года уже не могло помочь Анне
Манахан, она больше не хотела иметь дело с судами. (Мои мысли: «Предполагаю, что
Манахан (второй супруг Анастасии Романовой (Анны Андерсон)) – был агентом ЦРУ.
И она в 1977 году находилась под его влиянием, она постоянно находилась в
психиатрических клиниках. И это он не позволил ей довести судебное дело до конца».
Так как после попытки самоубийства в Берлине, Анастасия была сфотографирована
полицией. Позднее с этого снимка была сделана фотография её уха и представлена на
суд, чтобы доказать её отличие от официальной фотографии Анастасии. Объяснение
этому нашлось только в 1977 году: негатив оригинала фотографии, выполненный на
стеклянной пластинке, по недосмотру полиции, был перевёрнут, во время хранения его
в архивах полиции. Этот новый факт мог бы позволить начать новый процесс по делу
Анастасии, но Джон Манахан заявил, что они ничего больше не ждут от немецкой
юстиции. 18 декабря 1966 года прежде, чем выслушать защитные речи адвокатов,
Сенат решил заслушать показания принца Фердинанд Шёнайх-Карлот, кузена принца
Сакс-Альтенбурга. Его мать, Гермина Шёнайх-Карлот, урождённая принцесса Рёйсс,
была второй раз замужем за Кайзером Вильгельмом II. Фердинанд Шёнайх-Карлот
утверждал, что в 1931 году при большом количестве свидетелей Кайзер подтвердил,
что в 1916 году послал, от своего имени, великого герцога Гессе в Царское Село для
обсуждения вопроса о заключении сепаратного мира между Россией и Германией74.
Мои примечания: «Немецкий суд был настроен изначально не признавать Анастасию
Романову (Анну Андерсон) спасшейся дочерью Императора Николая II, так как Его
родственников интересовало Его наследство. То есть, в сущности, скорее всего, на суд
было оказано давление с целью не признавать Анастасию Романову (Анну Андерсон).
Это говорит о том, что эта так называемая «аристократия» и их потомки являются
мародерами. Джон Манахан, сделал заявление от своего имени, воспользовавшись
74 https://proza.ru/2010/06/15/1429
35
тем, что Анастасия Романова (Анна Андерсон) в результате тяжких событий в ее
жизни не могла действовать самостоятельно. Возможно, что он действовал в интересах
ЦРУ. Так как США и Германия финансировали революцию 1917 г. в Российской
Империи. Следовательно, этим странам было не выгодно признание Анастасии
Романовой (Анны Андерсон) спасшейся дочерью Императора Николая II»75. В течение
1975−77 гг. Андропов неоднократно требовал выполнить решение ЦК о сносе Дома
Ипатьева. Конечно, это было связано также (кроме судов Анны Андерсон)
с приближающимся в 1978 году 60-летием убийства, — когда можно было ожидать
нового всплеска интереса к царскому делу.
В 1975 году Свердловский обком КПСС возглавлял Яков Рябов. Однако,
окончательная директива откладывалась, и к моменту сноса на посту первого
секретаря уже находился Борис Ельцин. В конце концов давление из Кремля заставило
его принять окончательное решение. 21 сентября 1977 года Свердловский городской
исполком Совета народных депутатов принял решение за № 351 — о сносе дома
Ипатьева, с формулировкой: «учитывая неотложную потребность в реконструкции
улиц Якова Свердлова и Карла Либкнехта. Документ был подписан первым
заместителем председателя Свердловского горисполкома, главой генплана
реконструкции Свердловска. Снос дома начался 22 сентября 1977 года и продолжался
два дня. Разрушение при помощи «шар-бабы» было произведено днём, в милицейском
оцеплении. 198991 гг. М. ГОРБАЧЁВ, М. ТЭТЧЕР и ЕЛИЗАВЕТА II
Тот же М. А. Налимов (на которого я ссылался выше), писал об этом в конце 1990-х
следующее:
Все этапы появления и изучения останков убитой Царской Семьи тесно связаны
с политическими мероприятиями. Вскрытие останков произошло за несколько дней
до встречи Горбачева и Тэтчер. Что же касается Британии как таковой, то там,
в банке братьев Бэринг, лежит золото, личное золото Николая Второго. Пять
с половиной тонн. Они не могут выдать это золото, пока Николай Второй не будет
признан умершим. Даже не без вести отсутствующим. Потому что никто в розыск
не подавал. Следовательно, без вести отсутствующим он не является. По законам
Великобритании отсутствие трупа и отсутствие документов об объявлении
розыска означает, что человек жив. В этой ситуации, видимо, рассчитывая, что
удастся обработать неких родственников, власть решается на поиск останков
и проведение некачественной экспертизы. — Но ведь и после этого банк братьев
Бэринг не выдал золото…
— Генпрокуратура не случайно выписала свидетельство о смерти. И группа граждан
обращалась в банк за деньгами. Но банк не признает этот документ. Там требуют
решение российского суда о том, что Николай Второй умер и вот это его останки».
В заключение процитирую И. Бунича («Быль беспредела, или Синдром Николая II», —
1995 ). Я думаю, что этот художественный текст близок к тому, что было
в действительности:
«Маргарет Тэтчер пересказала мнение Ее Величества королевы Елизаветы II:
«Она считает, что последнего русского императора Николая II, зверски убили
по приказу Ленина в 1918 году вместе со своей семьей». Августейшая Семья была
убита варварским способом, жестокость углублялась тем, что августейшим
мученикам было отказано в христианском погребении. Никто до сих пор не знает, где
покоятся останки святых мучеников, ибо, как известно, Русская Православная
75 https://proza.ru/2010/06/15/1429
36
церковь заграницей канонизировала их как святых. Ее Королевское Величество
прекрасно отдает себе отчет в том, что Михаил Горбачев, несет, косвенно,
ответственность за совершенные кровавыми убийцами преступления. Королева
Елизавета II — прямая внучка английского короля Георга V, кузена Николая II.
Поэтому она имела полное право делать подобные заявления, не рискуя быть
обвиненной в грубом вмешательстве во внутренние дела Советского Союза. Горбачев
слушал, кивая головой, улыбаясь. А затем сказал, что был бы рад, если бы все его
проблемы могли бы так легко решать, как эта. Желание королевы будет выполнено
в самом ближайшем будущем». И. Бунич опубликовал эту свою книгу в 1995 году,
и уже тогда слова «Желание королевы будет выполнено в самом ближайшем будущем»
звучали с некоторым юмором. Теперь со встречи Горбачёва и Тэтчер прошло почти 30
лет76. Мои мысли: «Результаты ДНК тестов являются подтасованными и фальшивыми,
так как были сделаны лицами напрямую заинтересованными в развале Российской
Империи и убийстве всех Членов Императорской Семьи и Императора Николая II.
Анализ ДНК некорректен, с точки зрения международного права, так как нет
доказательств того, что одежда была Анастасии Романовой (Анны Андерсон). Она
хорошо говорила на русском языке (об этом есть свидетельства в ГАРФ: Фонд 10060,
опись 1 (Фонд Великого Князя Романова Андрея Владимировича и в книге Татьяны
Боткиной «Возвращение Анастасии»)».
ГАРФ: Фонд 10060, опись 1, дело 27: Запись хронологии событий, связанных с
обстоятельствами гибели царской семьи и установлением личности А. Чайковской с 15
марта 1917 г. по 1 февраля 1928 г., составленные великим князем Андреем
Владимировичем.
Автограф, машинописные копии. С.3: Краткие хронологические данныя о пребывании
больной в Берлине. 17-го Февраля 1920 года была речной полицией вытащена из
Канала около Бендлербрюке покушавшаяся на самоубийство молодая женщина и
свезена в Елизаветинскую больницу на Лютцовштрассе. Там, ввиду того, что она ни
слова о себе не хотела сказать и вообще упорно молчала, её приняли за душевно
больную и отправили в больницу Дальдорф для душевно больных около Берлина, где
она была помещена под названием «неизвестной русской».
Как явствует из произведённого ныне допроса сестёр больницы Дальдорф и
имеющейся истории болезни, больная наотрез отказывалась за все своё более чем
двухлетнее пребывание в лечебнице давать какие-либо сведения кто и откуда она,
сопротивлялась при снятии фотографии и старалась изменить свою внешность. Одна
из сестёр, заслуживающая полного доверия, бывшая учительница в Либаве,
утверждает, что больная говорила свободно безо всякаго иностранного акцента по-
русски, так как только говорят на родном языке. В больнице она могла читать и
просила русских книг. Отзыв о ней больничнаго персонала самый благоприятный как
о весьма благовоспитанной, кроткой симпатичной пациентке77. В нижеприведенных
книгах авторы утверждают, что Великая Княжна Анастасия Романова (Анна
Андерсон) выжила. Анна Андерсон являлась Анастасией Романовой – единственная
выжившая среди всей убитой Императорской Семьи после революции 1917 г. В своей
третьей новелле, Lawhon (Flight of Dreams, 2016, etc.) пишет историю Анны Андерсон,
пытавшейся покончить жизнь самоубийством в Германии в 1920 году. Она являлась
выжившей дочерью Императора Николая II и Императрицы Александры Федоровны.
76 И. Бунич («Быль беспредела, или Синдром Николая II», — 1995. Источник – Интернет:
https://diletant.media/blogs/65662/44668224/
77 ГАРФ: Фонд 10060, опись 1, дело 27. С. 3.
37
Lawhon рассказывает историб Анастасии Романовой: начинает с 1970 г. с
Шарлоттсвилля, Виргиния (Charlottesville, Virginia), где она ждала результатов
немецкого суда, рассматривавшего дело о ее официальном признании, заканчивает
прошлым 1920 г., когда она пыталась утопиться в Германии.78 New York
Times Bestseller′ Compelling and utterly fascinating.′—Lisa Wingate, author of Before We
Were Yours An enthralling feat of historical suspense that unravels the extraordinary twists
and turns in Anna Anderson′s fifty-year battle to be recognized as Anastasia Romanov. Is she
the Russian Grand Duchess or the thief of another woman′s legacy? Countless others have
rendered their verdict. Now it is your turn. Russia, July 17, 1918: Under direct orders from
Vladimir Lenin, Bolshevik secret police force Anastasia Romanov, along with the entire
imperial family, into a damp basement in Siberia where they face a merciless firing squad.
None survive. At least that is what the executioners have always claimed. Germany, February
17, 1920: A young woman bearing an uncanny resemblance to Anastasia Romanov is pulled
shivering and senseless from a canal in Berlin. Refusing to explain her presence in the
freezing water, she is taken to the hospital where an examination reveals that her body is
riddled with countless, horrific scars. When she finally does speak, this frightened,
mysterious woman claims to be the Russian Grand Duchess Anastasia. Her detractors,
convinced that the young woman is only after the immense Romanov fortune, insist on
calling her by a different name: Anna Anderson. As rumors begin to circulate through
European society that the youngest Romanov daughter has survived the massacre, old
enemies and new threats are awakened. With a brilliantly crafted dual narrative structure,
Lawhon wades into the most psychologically complex and emotionally compelling territory
yet: the nature of identity itself. The question of who Anna Anderson is and what actually
happened to Anastasia Romanov creates a saga that spans fifty years and touches three
continents. This thrilling story is every bit as moving and momentous as it is harrowing and
twisted. (Мой перевод: В данном бестселлере автор утверждает, что легенда Анастасии
Романовой (Анны Андерсон) являлась правдой. Что, несмотря на приказ Ленина
уничтожить всю Царскую Семью, Анастасии Романовой (Анне Андерсон) удалось
выжить.)79
Выводы Правительственной комиссии РФ по изучению вопросов, связанных с
исследованием и перезахоронением останков российского императора Николая II и
членов его семьи, неоднократно подвергались критике в публичной печати и на
страницах научных изданий. Вкратце суммируем наиболее уязвимые позиции в этих
выводах: 1. Как известно, в захоронении царских останков в Ганиной Яме были
обнаружены скелеты только трех дочерей царя. Эксперты комиссии с 1991 по 1995
годы неоднократно меняли свое мнение, считая, что отсутствует то Анастасия, то
Мария. 2. В конечном счете скелет N 6 признан Анастасией. Но рост его составляет
171 см, тогда как рост Анастасии - 158: разница в 13 см. 3. Три крупнейших
антрополога мира Уильям Мейплз (США), Питер Гилл (Англия), Звягин (Россия)
считают, что среди останков, обнаруженных в Ганиной Яме, отсутствуют скелеты
великой княжны Анастасии и цесаревича Алексея. 4. Проведенная в Германии
экспертиза ДНК потомков семьи Филатовых на 100 процентов совпала с ДНК
останков, найденных под Екатеринбургом. Это и наводит на мысль, что в Ипатьевском
доме была расстреляна семья Филатовых - двойников царской семьи. 5. Проведенная в
78 LAWHON, Ariel. Kirkus Reviews. 1/15/2018, Vol. 86 Issue 2, p1-1. 1p. I Was Anastasia.
79 Ariel Lawhon. I Was Anastasia : A Novel. [N.p.] : Anchor. 2018.
38
Японии экспертиза крови Николая II, которого еще в бытность его цесаревичем
дважды ударил по голове японский полицейский, не совпадает с ДНК
"екатеринбургских" останков. 6. Члены Государственной комиссии на заседании
30.01.1998 г. (завершающее) не голосовали (поименно и в целом) за принятые
решения, не поставили под ними своих подписей. Есть подпись только председателя
комиссии Б. Немцова. 7. Из 18 членов комиссии 5 заявили свое особое мнение, не
совпадающее с мнением комиссии. 8. Уголовное дело, возбужденное по ст. 102
(умышленное убийство в связи с фактом обнаружения останков), было закрыто и не
доведено до суда. Стало быть, согласно Гражданскому кодексу, Санкт-Петербургский
загс не имел права выдачи свидетельств о смерти, которое может производиться
только в судебном порядке. 9. Исследования останков в рамках уголовного дела
проводились как предварительные и не являются судебными экспертизами
(экспертизами, назначенными судом). 10. Государственная прокуратура вела дело в
рамках уголовного расследования, что обусловило его закрытость для
общественности. Материалы были опубликованы только в 1998 году, что поставило
общественность перед фактом. Генеральная прокуратура не выслушивала мнений
других сторон, что составляет ее коренное отличие от суда, обязанного в открытом
процессе выслушать мнение любой заинтересованной стороны. Подмена суда
Генпрокуратурой могла иметь только одну цель: решить вопрос в рамках лишь одной
"избранной" версии. 11. Работа экспертов Правительственной комиссии происходила в
нерабочее время и без бюджетного финансирования, что не могло обеспечить
необходимого качества проделанных работ и ответственности за полученные
результаты. 12. Церковь не признала найденные под Екатеринбургом останки как
принадлежащие царской семье. P.S. Кстати, приговор Екатеринбургского совета,
вынесенный в 1918 году, о расстреле царской семьи до сих пор не отменен80. Еще в
двадцатых годах в Германии появилась знаменитая Анна Андерсон. Она объявила себя
Анастасией, чудом спасшейся во время расстрела. Поражали ее сходство с младшей
дочерью Николая и ее рассказы о семейном быте царской семьи, которые откуда-то
знала эта женщина. Ее признали Анастасией и Матильда Кшесинская, и великий князь
Андрей Владимирович, о ней снимались фильмы...)81. В Россию приехал Содзи
Симада, один из самых известных сегодня авторов детективных произведений, два из
которых, "Токийский Зодиак" и "Дом кривых стен", уже выпущены и успешно
продаются в России. В Японии его называют отцом нового детектива и богом загадки.
У вас Россия фигурирует в произведении "Алмазные ботинки святого Николая", а
насколько часто вы используете российскую тему? Содзи Симада: Не часто.
"Алмазные ботинки святого Николая", пожалуй, единственный. Он написан в жанре
юрэй, то есть в нем фигурируют призраки. Эта книга строится вокруг загадки,
связанной с Анастасией, дочерью Царя Николая II. Я очень тщательно изучал, могла
ли Анастасия остаться в живых, и пришел к выводу, что она не была убита в
80 Александр Сабов. ВЕРСИЯ. Анастасия Романова, дочь Николая II.
Rossiiskaia Gazeta 2002-06-25 RGA No. 112. Page:7.
https://dlib.eastview.com/search/simple/doc?pager.offset=307&id=4164720&hl=%D0%90%D0%BD%
D0%BD%D0%B0+%D0%90%D0%BD%D0%B4%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BE%D0%BD
81 Эдвард РАДЗИНСКИЙ. "РАССТРЕЛ В ЕКАТЕРИНБУРГЕ" ВОЗВРАЩАЯСЬ К
НАПЕЧАТАННОМУ.
Журнал Огонек, Москва, 06.01.1990 №2.
http://aafnet.integrum.ru/artefact3/ia/ia5.aspx?lv=6&si=kEPLDAoo2R&qu=241&st=0&bi=130&xi=&nd
=1&tnd=0&srt=0&f=0
39
Ипатьевском доме. Я верю, что Анна Манахан-Андерсон, которая жила в США и
скончалась в 1984 году, была Царевной Анастасией. То есть вера в спасение царевны
Анастасии - это не идея для художественного произведения, а то, во что вы
действительно верите? Содзи Симада: Да. Хотя использовал это и в романе тоже82.
После революции и отречения царя от престола, Российская империя утратила былую
мощь, и, как следствие, царская семья была отправлена в ссылку и затем расстреляна.
С тех пор выдвинуто немало предположений об их гибели. Утверждают, что самая
младшая из дочерей царя Анастасия Николаевна Романова избежала трагической
участи остальных членов семьи. Ее спас русский солдат, которого впоследствии
расстреляли. Так родилась легенда об Анастасии, которую историки и научные
работники изучали в течение многих десятилетий. В подвале собрали всю семью и
слуг, сказав, что это сейчас их будут фотографировать. Но вместо фотографа вошла
группа солдат, и Юровский обратился к царю, сказав, что русский народ приговорил
его к смерти. Тут же послышались выстрелы. Затем палачи обследовали тела и добили
штыками тех, кто еще подавал признаки жизни. Тела хотели отвезти в более надежное
место, но автомобиль сломался, и было решено захоронить их в близлежащей Ганиной
Яме. Там вырыли могилу, уложили в нее убитых и полили серной кислотой с
известью. Но, как рассказал один из солдат, участвовавший в казни, Анастасия и ее
младший брат царевич Алексей были похоронены в другом месте. На основе этого
эпизода родилась легенда о том, что Анастасия осталась жива. В докладной записке,
которую в 1918 году Юровский отправил своему начальству в Москву, об эпизоде с
Анастасией ничего не говорилось.
Белогвардейские войска, воевавшие за восстановление монархии с красными, вскоре
заняли Екатеринбург и не обнаружили никаких следов царя и его семьи, тайно
похороненных в Ганиной Яме.
С тех пор появилось немало историй, которые и по сей день переходят из уст в
уста. Их рассказывают различные монархисты и "свидетели", основываясь на событии,
которое потрясло мир: Анастасия Романова, младшая из четырех дочерей царя, по всей
видимости, осталась жива и после целого ряда перипетий появилась на публике под
именем Анна Андерсон, требуя признать себя Великой Княжной Романовой, законной
дочерью царя. Анна Андерсон, заявлявшая, что она дочь Царя, взволновала мировую
общественность, разделив ее на два противоположных лагеря. Ее история звучала
очень убедительно для прессы и салонной публики, а также для простых людей всех
континентов. Хотя не только Анна требовала признания себя в качестве дочери
Императора Николая II и Царицы Александры, вскоре она стала единственной
претенденткой, поскольку в течение более полувека настойчиво утверждала, что
является настоящей Великой Княжной Анастасией Романовой. В отношении Анны
были проведены тщательные расследования, поскольку, если бы было доказано, что
она настоящая Анастасия, то ей перешло бы несметное состояние царя, что
совершенно было не в интересах ближайших родственников Николая II, утрачивавших
все права на наследство. Все началось 27 февраля 1920 года в Берлине, когда молодая
82http://aafnet.integrum.ru/artefact3/ia/ia5.aspx?lv=6&si=kEPLDAoo2R&qu=241&st=0&bi=145&xi=&
nd=2&tnd=0&srt=0&f=0
Источник: Российская газета. Дата выпуска: 19.12.2019. Номер выпуска: 286 ( 8044 ). Рубрика:
КУЛЬТУРА. Книги. Автор: Константин ВОЛКОВ. Регион: Общероссийский выпуск. Заглавие:
Головоломка XXI века.
40
девушка пыталась покончить с собой, прыгнув с моста в канал Ландверканал
(Landwehrkanal). Ее спас сержант полиции и доставил в психиатрическую больницу.
Поскольку никаких документов у нее с собой не было, ее записали как Fräulein
Unbekannt, то есть, неизвестная девушка. Она стала называть себя Анна Чайковская и
пробыла там два года. Клара Пейтерт (Clara Peuthert), одна из обитательниц
психлечебницы, уверяла, что Анна была одной из дочерей царя - Татьяной или
Анастасией. Выйдя из больницы, Пейтерт распространила эту новость, и она
приобрела большую известность. Анну посещали журналисты, русские эмигранты и
даже люди, близкие к царской семье. История стала набирать обороты. Одни ее
принимали, а другие называли самозванкой. По выходе из больницы ее принимали
многие, кто в нее верил, в том числе и представители дворянства, оказавшиеся в
эмиграции. Они приютили ее и помогли материально.
Ее приглашали в Швейцарию и различные города Германии в период с 1922 по 1927
год. Один из родственников царицы даже поместил ее в замке Зееон (Seeon).
Американский журналист Глеб Боткин написал ряд статей на эту тему. В США
проживала подруга детства Анастасии, княжна Ксения Лидс (Xenia Leeds), которая
была замужем за американским промышленным магнатом. Она заинтересовалась
Анной и пригласила ее к себе в гости в США, где Анна познакомилась со многими
русскими эмигрантами, поверившими в статьи Боткина. Там Анна и взяла себе
фамилию Андерсон.
Вместе с адвокатом Эдвардом Фоллоусом (Edward Fallows) журналист основал
Корпорацию Великая Русская Княжна Анастасия (Grandanor). Анна
Андерсон вернулась в Германию в 1931 году, но в 1968 году вернулась в США, где
проживал Боткин. Там она и прожила до своей смерти в 1984 году. Умерла от
воспаления легких. За несколько месяцев до этого она вышла замуж за Джека
Мэнахена (Jack Manahan), который был на 20 лет моложе и называл себя "зятем
Царя"83. ПРЕЗИДЕНТ Центра по расследованию обстоятельств гибели членов семьи
Дома Романовых Вадим ВИНЕР: — ОСТАНКИ, найденные в Поросенковом логу,
не могут принадлежать ни царевичу Алексею, ни какой-то из княжон. Об этом мало
говорят, но в захоронении была найдена монета, выпущенная в конце 30-х годов
прошлого века. Стало быть, тела были похоронены, скорее всего, не ранее начала 40-х,
а может быть, и гораздо позже84.
Почему из всей императорской семьи именно Анастасия обрела такую известность?
Произошло это благодаря женщине по имени Анна Андерсон, объявившей себя
великой княжной, спасшейся от расстрела. В феврале 1920 года в Берлине
83http://aafnet.integrum.ru/artefact3/ia/ia5.aspx?lv=6&si=PCAcmRLu2R&qu=331&st=0&bi=28300&xi
=&nd=1&tnd=0&srt=0&f=0
Источник: "Polpred.com"
Дата выпуска: 13.07.2014 Заглавие: ЦАРСКАЯ ДОЧЬ АНАСТАСИЯ (" TALCUAL ",
ВЕНЕСУЭЛА ) Карлос Монтенегро (Carlos M. ЦАРСКАЯ ДОЧЬ АНАСТАСИЯ (" TALCUAL ",
ВЕНЕСУЭЛА ). Карлос Монтенегро (Carlos M. Montenegro) // inosmi.ru, 13 июля 2014№ 1121937
84http://aafnet.integrum.ru/artefact3/ia/ia5.aspx?lv=6&si=PCAcmRLu2R&qu=331&st=0&bi=4768&xi=
&nd=2&tnd=0&srt=0&f=0
Савелий КАШНИЦКИЙ, Владимир КОЖЕМЯКИН, Алексей СМИРНОВ («АиФ. Урал»)
Фото из архива РИА «Новости» (17.08.1915), с сайта www.sovsekretno.ru
Источник: Аргументы и факты. Дата выпуска: 12.09.2007. Номер выпуска: 37 ( 1402 ). Заглавие:
30 Анастасий. Была ли среди них хоть одна настоящая Царская Дочь?
41
полицейский спас молодую женщину, пытавшуюся покончить с собой, прыгнув с
моста. Из путаных объяснений дамы следовало, что в столице Германии она искала
царственных родственников, но те отвергли ее, после чего женщина решила свести
счеты с жизнью. Неудавшуюся самоубийцу отправили в психиатрическую клинику,
где при осмотре нашли у нее на теле многочисленные шрамы от огнестрельных
ранений. Пациентка понимала по-русски, однако медики все-таки полагали, что ее
родной язык - польский. В клинике она не называла своего имени и вообще неохотно
вступала в беседы. В 1921 году в Европе стали особенно активно циркулировать слухи
о том, что одна из дочерей Николая II могла уцелеть при расстреле в Екатеринбурге.
Рассматривая фотографии дочерей русского императора, опубликованные в газетах,
одна из пациенток клиники нашла, что ее соседка чрезвычайно похожа на одну из них.
С этого и началась эпопея Анны Андерсон - Анастасии. "Я спряталась за спиной
сестры Татьяны". Русские эмигранты стали посещать клинику, пытаясь понять,
действительно ли неизвестная, страдающая потерей память, является дочерью
императора. При этом изначально говорили о том, что пациентка психлечебницы - не
Анастасия, а Татьяна. В 1922 году Анна Андерсон впервые открыто объявила себя
Анастасией Романовой. "Я была вместе со всеми в ночь убийства, и, когда началась
резня, я спряталась за спиной моей сестры Татьяны, которая была убита выстрелом. Я
же потеряла сознание от нескольких ударов. Когда я пришла в себя, то обнаружила,
что нахожусь в доме какого-то солдата, спасшего меня. Мнение на ее счет
разделилось: одни были убеждены, что Анна Андерсон - самозванка, другие также
твердо настаивали, что она действительно Анастасия. "Анна Андерсон против
Романовых". В 1928 году Анна Андерсон переехала в США, где стала активно
бороться за признание себя Анастасией. В это же время появилась "Романовская
декларация", в которой оставшиеся в живых члены русского императорского дома
решительно открещивались от родства с ней. Проблема, однако, заключалась в том,
что из 44 Романовых под этим документом подписались меньше половины. Некоторые
Романовы упорно поддерживали Анну Андерсон, к ним примкнули и Татьяна и Глеб
Боткины, дети последнего лейб-медика двора, убитого вместе с царской семьёй. В
1928 году Глеб Боткин стоял у истоков создания акционерной компании "Гранданор"
("Grand Duchess Anastasia of Russia" - то есть "Российская великая княжна Анастасия".
Компания намеревалась отстаивать интересы Анны Андерсон в судах, добиваясь ее
признания Анастасией. На кону стояло "царское золото" - заграничные сокровища
Романовых, которые оценивали в десятки миллионов долларов. В случае успеха Анна
Андерсон должна была стать их единственной наследницей. «Моя милая мученица».
Как фрейлина императрицы избежала расстрела. Судебный процесс "Анна
Андерсон против Романовых" стартовал в Берлине в 1938 году, растянувшись на
несколько десятилетий. Это была череда тяжб, которая в 1977 году завершилась
ничем. Суд счёл недостаточными имеющиеся доказательства родства Анны
Андерсон с Романовыми, хотя и ее противникам не удалось доказать, что Андерсон в
действительности не является Анастасией. Противники "Анастасии" из числа
Романовых, потратив немалые деньги на оплату частных сыщиков, привели
доказательства, что Анна Андерсон на самом деле является полячкой Франциской
Шанцковской, работницей берлинского завода взрывчатых веществ. Раны на ее теле,
согласно этой версии, были получены при взрыве на предприятии. Шанцковские то
опознавали в Анне Франциску, то отказывались от своих слов. Долгий судебный
процесс сделал предполагаемую "Анастасию" очень известной на Западе, вдохновив
писателей и режиссеров на создание произведений о ее судьбе. В конце жизни Анна
Андерсон вновь оказалась в психиатрической клинике, на сей раз в Шарлоттсвилле, в
42
американском штате Вирджиния. 12 февраля 1984 года она умерла от воспаления
легких. Тело ее, согласно завещанию, предали кремации, а прах захоронили в часовне
замка Зеон в Баварии85. Расстрелянные в 01:30 ночи, 17 июля, члены царской семьи и
их ближайшее окружение, были вывезены в сторону рудника уже около четырех утра.
В это время, пока один за другим достаются трупы из подвала, машина с остальными
убитыми оставалась без надзора в полной темноте, что могло помочь Анастасии
избежать смерти, тем более, что многие члены охраны откровенно сочувствовали
девочке. Исследователи полагают, что девочку могли достать из грузовика и спрятать,
на это у спасителей было около 10-15 минут при условии, что действия были
оговорены заранее. Слухи о том, что Анастасия осталась живой, стали расти с новой
силой после того, как Юровский отметил, что зашитые в лиф драгоценности не убили
сестер сразу, многих пришлось добивать штыками. Охрана торопилась, поэтому
вполне могла пропустить момент, когда Анастасия просто потеряла сознание и не
выяснять, действительно ли она умерла. Кроме того, в следующие дни после казни
красноармейцы ходили по ближайшим домам, обыскивая их, в связи с чем появились
мысли, что или было украдено что-то из «дома особого назначения» или пропал кто-то
чрезвычайно важный. Спустя годы, в 1964 г. венский портной Генрих Клейбенцетль
сделал заявление о том, что видел раненную Анастасию в одном из домов, близких к
Ипатьевскому, 17 июля 1918 года. Девочку, всю в крови, принес какой-то солдат, а
затем за ней ухаживала хозяйка дома Анна Баудин. Красноармейцы, приходившие
обыскивать дом, так и не нашли девочку. «Мы вымыли её подбородок, фрау Аннушка
и я, затем она застонала. Кости, должно быть, были сломаны... Потом она открыла
глаза на минуту» - вспоминал портной. Эти воспоминания стали сенсацией и
подогрели их слухи о том, что в Поросенковом логе, где были захоронены останки
Августейшей семьи, так и не были найдены останки Анастасии. Затем Елена Петровна,
принцесса и супруга дальнего родственника семьи - князя Ионна Константиновича
сообщила, что охрана тюрьмы приводила к ней девочку, которая называла себя
Анастасией Романовой и требовала ответить - не является ли девочка дочерью царя. Из
этого можно сделать опять же вывод о том, что в последующие дни после казни
большевики кого-то разыскивали. Именно так назвала себя женщина, которая в ночь
на 17 февраля 1920 года хотела броситься с Бендлерского моста в Берлине. К счастью,
девушку спасли, на что она заявила, что является чудом спасшейся Анастасией,
прибывшей в Германию разыскивать свою «тетю» - принцессу Ирэн, являющуюся
сестрой ее матери. Увы, родственники отказались признавать девушку и осудили за
наличие ребенка, после чего она и решила свести счеты с жизнью. Анну
Андерсон сочли сумасшедшей и поместили в Елизаветинскую больницу для бедных,
где врачи отмечали ее склонность к меланхолии. Позднее осмотр Анны Андерсон,
которая продолжала настаивать на том, что является княжной Анастасией, удивил
врачей - на спине у девушки имелись следы от шести пулевых ранений, а также шрам
на затылке. Девушка понимала, что ей говорят на русском и польском языке (как
85http://aafnet.integrum.ru/artefact3/ia/ia5.aspx?lv=6&si=PCAcmRLu2R&qu=331&st=0&bi=4768&xi=
&nd=9&tnd=0&srt=0&f=0
Источник: АиФ (aif.ru)
Дата выпуска: 18.06.2016 00:09
Заглавие: Искушение спасением. Правда и легенда о царевне Анастасии Романовой
Искушение спасением. Правда и легенда о царевне Анастасии Романовой
43
отмечал персонал клиники - она кивала, но не отвечала им), но общалась только на
немецком. Кроме того, показала аристократичные манеры и даже язвительно
пошутила с доктором, который спросил ее о галлюцинациях, ответив ему: «Вы не
очень-то сведущи, доктор!». Медсестры отмечали ее волнение, когда однажды
принесли журнал с фотографией русской Царской Семьи. Когда медсестра Берта
Вальц показала пальцем на одну из сестер и заявила «Та могла спастись», девушка
поправила ее: «Нет, не та. Другая». Однако, окончательно врачи убедились, что перед
ними - необычный пациент, когда Анна вдруг заявила о том, что «главарь убийц»
царской семьи выстрелил в упор в императора, а горничная бегала с подушкой и
кричала. Впоследствии выяснилось, что ее объяснения совпадают с тем, что заявляло
следствие много лет спустя. В «гости» в палату к Анне Андерсон приходили многие
бывшие приближенные царской семьи - баронесса Буксгевден, принявшая
неизвестную за княжну Татьяну, как, кстати, и Татьяна Толстая. Но та же баронесса,
которая была одной из последних, общавшихся с княжной Анастасией при жизни,
заявила, что в девушке нет никаких особых черт, которые могли бы сделать ее
похожей на Анастасию. Впоследствии Анна Андерсон неоднократно «вспоминала»
детали ее жизни и ссылки в Тобольск, но всякий раз вызывала как восхищение, так и
обвинения. Ей задавали массу вопросов, на которые могла ответить только Анастасия -
и считается, что женщина отвечала на них безошибочно. Доктор Грунберг,
впоследствии помогавший женщине добиться права на звание «великой княжны»,
даже устроил ей «очную ставку» с тетей Ирэн - сестрой ее матери. Девушка, как
отметил сам доктор, не пожелала общаться с «гостьей» (ведь доктор не сказал о том,
кто пришел в гости), но узнала ее сразу86. Академик РАН: Великая княжна Анастасия
Романова выжила в 1918 году. Царская дочь последнего российского императора
Николая II Анастасия Романова не была расстреляна большевиками в 1918 году и
долгие годы прожила под фамилией Чайковская, считает известный историк, академик
РАН Вениамин Алексеев. Княжна могла прожить до 83 лет и умереть в США под
фамилией Манахан, до этого побывав Анастасией Чайковской и Анной
Андерсон. Алексеев полагает, что такая версия истории семьи последнего российского
императора возможна и обсуждает ее в книге "Кто Вы, госпожа Чайковская?".
Подготовленный под его руководством исторический труд передан в издательство,
передает ИТАР-ТАСС. Новая книга базируется на документах Государственного
архива Российской Федерации и содержит впервые публикуемые свидетельства
приближенных к царской семье, мнения членов Дома Романовых, заключения врачей,
лечивших эту госпожу. Они пришли к выводу, что "идентичность "больной" с Великой
княжной вполне возможна и даже вероятна". "Я не утверждаю безапелляционно, что ее
расстреляли большевики. На основе открывшихся архивных документов, новых
отечественных и зарубежных свидетельств, которые прошли через мои руки с 1991
года, у меня как ученого есть основание считать, что судьба Царской Семьи не так
однозначна, как утверждалось почти сто лет", - сообщил в интервью академик. По его
86http://aafnet.integrum.ru/artefact3/ia/ia5.aspx?lv=6&si=PCAcmRLu2R&qu=331&st=0&bi=4768&xi=
&nd=15&tnd=0&srt=0&f=0
Источник: АиФ (aif.ru)
Дата выпуска: 16.07.2019 15:30
Заглавие: Великое спасение или чудовищная смерть? Тайна княжны Анастасии Романовой
Великое спасение или чудовищная смерть? Тайна княжны Анастасии Романовой
44
мнению, доминирующая в России версия о полном уничтожении всей императорской
фамилии основывается, прежде всего, на генетической экспертизе останков,
найденных в местечке Поросенков лог близ Екатеринбурга. При этом, говорит
академик Алексеев, практически не учитывается архивная составляющая, которая
полное уничтожение семьи ставит под большое сомнение. "Интересы и большевиков,
и Колчака, под чьей эгидой проводилось расследование екатеринбургской трагедии
"по горячим следам" в 1918 году, в этом случае уникально совпали. Первым был
нужен миф о бескомпромиссной власти, уничтожающей любой след старого мира,
второму - Великая Россия без императора. Так сложилась и устоялась версия
тотальной гибели царской семьи", - сказал ученый. Алексеев сознает, что затрагивает
больную для современной России тему понимания, чей прах помещен в
Петропавловском соборе в Санкт-Петербурге. .Академик надеется, что история
окончательно прояснится в 2018 году, когда истечет срок секретности международных
обязательств между Советской Россией и Германией. В соответствии с ними,
ссылается Алексеев на мнение французского профессора Марка Ферро, который
работал с документами архивов Ватикана, жена Николая II и их дочери были спасены.
Он называет состав советской и германской делегаций, проводивших переговоры по
этому вопросу. "Откуда у большевиков такое милосердие? После убийства левыми
эсерами немецкого посла Мирбаха у Вильгельма II появилась возможность нарушить
Брестский мир, что привело бы к гибели советского режима. Поэтому пришлось
договариваться", - отмечает ученый. "В мире эту тему десятилетиями обесценивали
незатейливыми постановками, чтивом и кино. Надо внести научную ясность в этот
сложный вопрос. Поэтому я публикую только документы. Где истина - решит
читатель", - говорит Алексеев. Рукопись с множеством писем, научных ссылок,
фотографий и свидетельств сегодня передана в екатеринбургское издательство
"Баско". Директор издательства Сергей Симаков сообщил, что книга выйдет в свет в
марте. Вениамин Алексеев - известный советский и российский историк, академик
РАН, доктор исторических наук, основатель и в 1988-2013 годах - директор Института
истории и археологии Уральского отделения РАН. Лауреат Демидовской премии 2006
года. В 1991-97 годах был национальным представителем России в Международном
комитете по сохранению индустриального наследия (TICCIH)87. Настоящий череп
Николая II найдут на Урале по травме, полученной императором самурайским мечом.
В 1891 году, японский полицейский напал на Николая II Романова. Екатеринбургский
исследователь Романовых Владимир Момот настаивает на дополнительных раскопках
участка на дороге, где были найдены останки Царской семьи. НЕ ВСЕ ОСТАНКИ
РОМАНОВЫХ ДОСТАЛИ ИЗ ЗЕМЛИ. Почти два года назад место на Старой
Коптяковской дороге (Поросенков Лог в 7 километрах от Екатеринбурга - прим. ред.),
где были обнаружены останки членов Царской семьи, признали объектом культурного
наследия. Тогда же появились первые предложения - построить на месте захоронения
мемориальный комплекс и включить его в гостевой маршрут для туристов. С тех пор
дело так и не сдвинулось с мертвой точки. Тем временем, исследователи уверяют, что
в Поросенковом Логу сокрыто еще слишком много останков Царской семьи и
87http://aafnet.integrum.ru/artefact3/ia/ia5.aspx?lv=6&si=PCAcmRLu2R&qu=331&st=0&bi=112808&xi
=&nd=1&tnd=0&srt=0&f=0
Источник: Взгляд. Дата выпуска: 25.02.2014 14:44. Заглавие: Академик РАН: Великая
княжна Анастасия Романова выжила в 1918 году
45
проводить там строительные работы пока нельзя. В частности, на дополнительном
изучении участка настаивает уральский исследователь Владимир Момот. - На
сегодняшний день в Поросенковом Логу лежат останки цесаревича Алексея,
кухонного служителя Терехова. Там же покоятся тела двух солдат, отказавшихся
участвовать в расстреле, - рассказал журналисту « КП»-Екатеринбург» Владимир
Момот. - Плюс у останков людей, захороненных в Петропавловском соборе, не хватает
от 20 до 30% фрагментов костей. То есть они тоже лежат до сих пор в Поросенковом
Логу. Раскопки на месте первого захоронения останков Царской семьи. Напомним, по
официальной версии в ночь с 16 на 17 июля 1918 года в доме Ипатьева в
Екатеринбурге большевики расстреляли Николая II и его семью. Также среди
погибших в ту ночь числятся слуги - повар Харитонов, комнатная девушка Демидова,
камердинер Трупп и доктор Боткин. Всего 11 человек. Изначально тела сбросили в
заводские шахты у Ганиной ямы, однако они оказались неглубокими. Тогда тела
повезли в другое место, но по пути машина увязла в грязи, из-за чего большевики
решили закопать останки царской семьи в том месте, где они остановились - в
Поросенковом Логу. Эта история известна во многом по запискам Якова Юровского -
руководителя расстрела. Однако в них полно нестыковок, например, в части
количества и состава расстрелянных людей. Так, Юровский писал: «Ник. был убит
самим ком-ом наповал, затем сразу же умерли А.Ф. и люди Р-х (всего было
расстреляно 12 человек: Н-ай, А.Ф., четыре дочери, Татьяна, Ольга, Мария и
Анастасия, д-р Боткин, лакей Труп, повар Тихомиров, еще повар и фрейлина, фамилию
к-ой ком. забыл)». Первоначально большевики спрятали тела семьи Николая II в
заводские шахты у Ганиной ямы, но затем они перезахоронили их в Поросенковом
Логу. В этой записке Юровский не только говорит, что было расстреляно 12 человек,
а не 11, но и упоминает некоего повара Тихомирова, который сейчас не числится среди
погибших жителей дома Ипатьева. - Среди царской прислуги человека с такой
фамилией не было, зато был личный помощник повара Харитонова - кухонный
служитель Терехов. Юровский в своей записке просто перепутал две фамилии, так как
знал Терехова всего две недели, - объяснил Владимир Момот. - Также по документам
из Ипатьевского дома в ночь на 17-е число было вывезено 11 тел, а не 12. А
получилось так потому что Анастасия Романова выжила. Ее спас поручик Малютин,
которому подчинялась вся внешняя охрана дома Ипатьева. Позже она стала известна,
как Анна Андерсон. По словам исследователя, информацию о 12, а не 11,
расстрелянных в доме Ипатьева также подтверждают материалы допроса Павла
Медведева. - При этом заведующий хозяйством рабочего клуба Верх-Исетского завода
Кухтенков позже рассказал колчаковским следователям, что подслушал разговор
рабочих, которые, участвовали в захоронении останков. И они сказали: «второй день
приходится возиться; вчера хоронили, а сегодня перезахоранивали всех их было
тринадцать человек - тринадцатый доктор». Таким образом, из двора Ипатьевского
дома были вывезены одиннадцать тел, а при перезахоронении 18 июля их оказалось
уже тринадцать. - Откуда же взялись еще два? - интересуемся мы. - В своих
воспоминаниях Юровский отмечал, что для расстрела было «отобрано 12 человек с
наганами, которые должны были привести приговор в исполнение. 2 из латышей
отказались стрелять в девиц». За это полагался расстрел. «ЧЕРЕП КУХОННОГО
РАБОТНИКА ПРИНЯЛИ ЗА ОСТАНКИ НИКОЛАЯ II». Камень преткновения
современных историков - останки Николая II. Дело в том, что весной 1891 года,
будучи еще только наследником престола, Николай Александрович путешествовал по
Востоку и прибыл в Японию. В мае, когда цесаревич вместе с греческим и японским
принцами проезжал на коляске по городу Оцу, к ним вдруг подбежал полицейский
46
Цуда Сандзо. Он выхватил саблю и два раза ударил ею Николая II по голове. Его тут
же скрутили и обезоружили. Позже Цуда заявил, что напал на Николая II, потому что
тот якобы не оказал почтения памятнику, установленному в честь героев самурайского
восстания. В итоге Цуду Сандзо приговорили к пожизненному лишению свободы (но
уже в сентябре того же года он скончался в тюрьме от пневмонии). Сам Николай II
сразу после покушения сел у входа в магазин, где принялся курить, пока медики
перевязывали ему голову. Известно, что врач извлек у него из черепа осколок кости
длиной около 2,5 сантиметров. После перевязки Николай на коляске добрался до дома
губернатора, где ему снова обработали рану. Позже его доставили в Киото, где уже
российские врачи наложили ему швы. На этом путешествие Николая II по Японии
закончилось. Японский полицейский Цуда Сандзо, напавший на Николая II. - На
черепе, который в 90-х годах был признан комиссией в качестве останков Николая II,
нет следов костной мозоли, образовавшейся после удара по его голове мечом в
Японии, - уверяет Владимир Момот. - Я полагаю, что голова принадлежит кухонному
служителю Терехову, чей скелет так и не нашли. А значит, череп Николая II до сих пор
сокрыт в земле в Поросенковом Логу. В 2009-м году, через несколько месяцев после
того как следователь Владимир Соловьев заявил, что закрывает дело Романовых (22
сентября 2015 года Следственный комитет снова возобновил его, - прим. ред.) я с
группой геофизиков выехал в Поросенков Лог, и мы с помощью приборов нашли еще
семь мест, где хранятся артефакты. - Где именно они находятся? - Вокруг второго
могильника, где были найдены фрагменты тел Алексея и Марии, мы нашли пять мест
возможных захоронений. Плюс еще два места у первого могильника. При этом в двух
местах на глубине в 1-1,5 метра было зафиксировано наличие предметов из цветных и
драгоценных металлов. Это могли быть золотые зубы или не снятое кольцо. На
сегодняшний день никто эти места не вскрывал. Все эти предметы как были под
толщей земли, так и лежат. Я в течение 6 лет пытаюсь организовать нормальную
геофизическую и археологическую экспедицию, чтобы найти все останки. Но пока
ответственные лица на всех уровнях нас кормят только обещаниями. А ведь скоро
2018-й год - 100-летие со дня расстрела и 150-летие со дня рождения Николая II. Из
этого места можно было бы сделать объект для паломников и для туристов, которые
приедут к нам на Чемпионат мира по футболу. По одной из версий в Поросенковом
Логу до сих пор покоятся останки Николая II.
Прямая речь «Мы не можем знать, кому принадлежали найденные останки» - По
версии церкви, интереса данное место (Поросенков Лог, - прим. ред.) не представляет,
- говорит Алексий Кульберг, протоиерей, первый помощник Правящего архиерея
Екатеринбургской Епархии. - Когда комиссия под председательством Бориса Немцова
(В 1993-м году была создана Комиссия по изучению вопросов, связанных с
исследованием и перезахоронением останков российского императора Николая II и
членов его семьи. Сначала ее возглавлял Юрий Яров, вице-премьер Правительства РФ.
А с 1997-года уже вице-премьер Борис Немцов, - Прим. Ред.) производила вскрытие и
экспертизы, то в эту комиссию не был допущен ни один представитель церкви. Что
происходило, какие образцы брались, какие анализы проводились, каким образом
перемещались, пересортировывались останки, об этом мы не знаем. И раз этого мы не
знаем, мы не можем хоть что-то говорить о составе и о том, кому принадлежали
останки88. О судьбе царской дочери Анастасии Романовой, например, пишет Г.
88http://aafnet.integrum.ru/artefact3/ia/ia5.aspx?lv=6&si=PCAcmRLu2R&qu=331&st=0&bi=112855&xi
=&nd=11&tnd=0&srt=0&f=0
47
Шумкин в книге «Кто Вы, госпожа Чайковская?», изданной в Екатеринбурге в 2014 г.
издательством «Баско». Версия о «чудесном спасении» одной из дочерей Николая II –
Анастасии пользуется особым вниманием. Этой теме посвятили свои исследования
люди, лично знакомые с княжной и ее семьей, и современные исследователи.89 Наше
внимание привлекли мемуары ближайшей подруги императрицы Александры
Федоровны – Юлии Александровны Ден.90 В 1922 г. в Лондоне была издана ее книга
на британском языке под названием «Подлинная царица», в которой представлен
портрет юной Анастасии и взаимоотношения в семье (книга об Александре). По
мнению автора, царевна была всеобщей любимицей, прирожденным юмористом. Она
могла очаровать любого своим озорным характером и детской непосредственностью.
Особое внимание фигуре Анастасии в своих воспоминаниях уделяют Татьяна Мельник
(Боткина) – дочь лечащего доктора царской семьи Евгения Боткина и Пьер Жильяр –
учитель царевича Алексея.91 Они подчеркивают, что семья для Анастасии Николаевны
была главной жизненной ценностью. Она была очень близка со своими сестрами,
которые давали ей забавные прозвища, такие как «Швибз» и «Кубышка». По мнению
мемуаристов, Великая княжна была неприхотлива в быту, воспитывалась она в
простоте, не пренебрегала трудом и рукоделием. Во время Первой мировой войны
помогала матери и старшим сестрам работать в госпитале, заботиться о раненых на
фронте солдатах. Версия о спасении одной из дочерей императора Николая II
Анастасии появилась во многом благодаря книге Р. Вильтона «Последние дни
Романовых».92 В ней автор раскрыл все стороны расследования убийства царской
семьи. Британский журналист газеты «Таймс» в Петрограде Роберт Вильтон сам
принимал участие в следствии Н. Соколова, свидетельства которого и породили
основу для историй о чудесном спасении Анастасии. Другой причиной появления этой
версии стало то, что члены Екатеринбургского окружного суда Наметкин и Сергеев,
расследовавшие дело о гибели императорской семьи, пришли к заключению о том, что
царская семья была в какой-то момент подменена семьей двойников93.94 Когда
Источник: Комсомольская правда (msk.kp.ru). Дата выпуска: 27.05.2016 15:21. Заглавие:
Настоящий череп Николая II найдут на Урале по травме, полученной императором
самурайским мечом
89 Барамидзе И., Рашидов О. Та самая Анастасия? // Комсомольская правда. 2002. 4 июля. С. 11;
Там же. 6 июля. С. 11; Бычков С. Романовские триллионы // Московский комсомолец. 2002. 13
июля. С. 5. Волков А. Царский камердинер А. Волков о Лжеанастасии: письмо в редакцию //
Около царской семьи: воспоминания. М.: Анкор, 1993. 208 с
90 Ден Ю.А. Подлинная царица. Последняя великая княгиня / Ю.А. Ден, Й. Воррес; пер. с англ.
В.В. Кузнецова. М.: Терра-Книжный клуб, 1998. 417 с.
91 Жильяр П. Император Николай II и его семья (Петергоф, сент. 1905. Екатеринбург, май 1918
г.): по личным воспоминаниям П. Жильяра: репринт. М.: МАДА, 1991. 287 с.; Мельник Т.Е.
Воспоминания о царской семье и ее жизни до и после революции / предисл. А. Крылова. М.:
АНКОР, 1993. 207 с
92 Последние дни Романовых / Роберт Вильтон; пер. с англ. кн. А.М. Волконского. Берлин: Изд.
книжного магазина «Град Китеж», 1923. 124 с.
93 Известно, что у Николая II таких семей-двойников было семь. В начале 90-х годов было
обнаружено захоронение царской семьи под Екатеринбургом, но останки Анастасии и цесаревича
Алексея найдены не были. Тем не менее позже был найден еще один скелет, «номер 6» и
захоронен как принадлежащий великой княжне. Только одна «деталь» заставляет сомневаться в
его подлинности – Анастасия имела рост 158 см, а захороненный скелет – 171 см. Более того, два
судебных определения в Германии, основанные на экспертизах ДНК екатеринбургских останков,
показали, что они стопроцентно соответствуют семье Филатовых – двойников семьи Николая
II…».
48
большевики взяли Владивосток, Боткин был заочно шестикратно приговорен к
расстрелу, но бежал в Японию95. В 1920 или 1921 г. Глеб женился на Надежде
Алексеевне Мандражи Коншиной, с которой прожил до своей смерти. Из Японии в
1922 г. чета Боткиных перебралась в диаспору русских эмигрантов Нью-Йорка. В
Америке Глеба постигло разочарование в монархизме и русской аристократической
диаспоре. Он «заработал себе репутацию опасного революционера», отказавшись
участвовать в создании теневого правительства России на случай падения режима
большевиков и высмеивал претензии провозгласившего себя императором великого
князя Кирилла Владимировича. Клан Романовых увидел в Боткине врага, когда тот
стал поддерживать Анну Андерсон, утверждавшую, что она — чудом выжившая
великая княжна Анастасия. С 1927 г. Глеб Боткин стал главным «публичным голосом»
в защиту Анны Андерсон; именно в таком качестве он больше всего известен сегодня.
Он писал о ней статьи, защищал ее интересы в суде и, видимо, до конца жизни был
искренне убежден, что перед ним — девочка, которую он знал с восьми лет. К 1930 г.
Боткин рассорился с большей частью эмигрантского истеблишмента. Одновременно
он стал гражданином США, притом «не просто американским гражданином, а
пламенным крестоносцем американизма»96. В преимуществе американской
демократии перед российской аристократией Боткина убедило человеческое участие,
которое ему выказывали его новые знакомые американ- цы, по контрасту с
атмосферой интриг, взаимного недоверия, эгоизма и стремления нажиться на беде
другого, которую он встретил в эмигрантском кругу97. В основу размышлений о
счастье человека Боткин полагает любовь98. В советские годы в историографии
насаждалось крайне негативное мнение о последнем российском императоре, а время
его правления представлялось исключительно в свете нараставшей революционной
ситуации. В связи с этим представляется крайне необходимым проведение
конференций и форумов, где деятельность святого императора получила бы
взвешенную оценку. Одним из таких мероприятий стала конференция «Император
Николай II и его время», прошедшая в Екатеринбурге 19 мая 2008 г. Конференция
была организована Институтом истории и археологии Уральского отделения
Российской академии наук и Екатеринбургской епархией. Заседания конференции
прошли в актовом зале Храма всех святых в земле Российской просиявших,
построенном на месте злодейского убийства царственных страстотерпцев. С
приветственным словом к участникам конференции обратился архиепископ
Екатеринбургский и Верхотурский Викентий. В своем выступлении архипастырь
подчеркнул, что имя императора в течение долгих лет подвергалось нападкам, и задача
историков — очистить его имя от клеветы. С большим интересом аудитория
прослушала выступление директора Института истории и археологии Уральского
94 ПРОБЛЕМЫ САМОЗВАНЧЕСТВА В РОССИИ: АНАСТАСИЯ РОМАНОВА Мария Романовна
Шикарева/В сборнике: Мир культуры: культуроведение, культурография,
культурология. Сборник научных трудов. Под редакцией Т.Н. Арцыбашевой, Г.А. Салтык. Курск,
2017. С. 256-257.
95 Botkin G. The Czar of Shadowland // The North American Review, Vol. 229, No. 5 (May, 1930). P.
537.
96 An American in the Making. P. 23.
97 См. Ibid. P. 23, 26–28; This is Anastasia, P. 196–198; The Czar of Shadowland. P. 536–543, passim.
98 Гальцин Д.Д. Церковь Афродиты Глеба Евгеньевича Боткина (1938–1969): (Написание статьи
оказалось возможным благодаря участию автора в программе Fulbright Visiting Scholars 2011–
2012). / Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2013. Том 14. Выпуск 4. С. 34,
36.
49
отделения Российской академии наук академика РАН В. В. Алексеева. Докладчик
обозначил несколько направлений, в которых должны идти исследователи данного
вопроса. Это прежде всего объективная оценка царствования императора Николая II,
соотношение романовской и советской России, между которыми искусственно
проделана брешь, и, наконец, вопрос об обстоятельствах гибели царской семьи и
судьбе ее останков. Академик В. В. Алексеев рассказал, что тщетно пытался получить
в Копенгагене дело Анны Андерсон, заявлявшей о себе, как о спасшейся царевне
Анастасии. В материалах судебного процесса, длившегося около тридцати лет,
содержатсяуникальные документы, относящиеся к обстоятельствам расстрела царской
семьи. Однако дело, затрагивающее интересы королевских домов Европы, засекречено
до 2030 г.99 Шишов А.В. (Военный историк и писатель, лауреат Международной
литературной премии по истории имени Валентина Пикуля и Всероссийской
историко-литературной премии имени Александра Невского) «Белые командиры
Гражданской войны», М.: Вече, 2016: Открывается, порой случайно и нелогично, по
крохам, тайное, и оттого меняется, казалось бы, явное. Любые архивы,
государственные и частные, могут запросто превратиться в «бомбы», которые в
состоянии изменить лицо уже устоявшегося представления о событиях давно
минувших дней или личности человека. Сказывают свое веское слово мемуары,
которым ранее не было места на наших книжных полках, и иметь их означало
опасность. То есть правда истории рано или, чаще, поздно открывает себя во всей
своей красоте и непривлекательности.
История безликой и «заказной» долгое время быть не может. История, как ее ни крути
и ни испепеляй, всегда судьбоносна, всегда живет для нас в конкретных личностях100.
В дни черного «юбилея» альбом Анастасии побуждает искать ответы на вопросы,
не только связанные с расстрелом Императорской Семьи, но и с историей
России101. Стихи Вяземского мы видим и в листе с числом 25 мая – в день
рождения Государыни Императрицы (это второе четверостишие на данной
странице):
…Когда твой ангел златокрылый,
Сорвав покров с твоих очей,
Укажет им на образ милый,
Уж снившийся душе твоей<…>102.
Многие историки сходятся во мнении, что центральным событием двадцатого
века является екатеринбургское убийство. Эта позиция ярче всего выразилась в
трудах историка Ричарда Пайпса, который назвал его «прелюдией к массовым
убийствам двадцатого века» и говорил о символическом характере этого
преступления: «Когда правительство настаивает на своем праве убивать людей,
99 Кострюков А.А. КОНФЕРЕНЦИЯ «ИМПЕРАТОР НИКОЛАЙ II И ЕГО ВРЕМЯ» / Вестник
ПСТГУ II: История. История Руской Православной Церкви. 2008. Вып. II: 3 (28). С. 145, 146.
100 Шишов А.В. Белые командиры Гражданской войны / А.В. Шишов. – М.: Вече, 2016. С. 4, 5.
101 Исаченко Т.А. Последняя запись в личном альбоме-ежедневнике великой княжны Анастасии
Николаевны (ноябрь 1917 г., Тобольск)/Церковь. Богословие. История: Материалы VII
Всероссийской научно-богословской конференции (Екатеринбург, 8-10 февраля 2019 г.),
Екатеринбург, 2019 г. (с. 28-34). С. 34.
102 Исаченко Т.А. К 100-летию Екатеринбургской трагедии. Дневник Государыни Императрицы
Марии Александровны и личный альбом великой княжны Анастасии Николаевны Романовых в
Фонде дворцовых библиотек РГБ / Романовы и Крым. Научные чтения в Ливадии: сб. материалов
науч.-практ. конф. (18-19 мая 2018 г.) / ГАУК РК «Ливадийский дворец-музей». – Симферополь:
ООО «Антиква», 2018. С. 60.
50
не потому, что они сделали что-нибудь предосудительное или могли бы сделать, а
лишь потому, что их смерть «необходима» как таковая, - мы вступаем в эпоху
совершенно новых представлений о морали. Именно таков символический смысл
событий, произошедших в Екатеринбурге в ночь с 16 на 17 июля. Совершившееся
по секретному распоряжению правительства убийство ни в чем не повинной
Царской Семьи, которая стремилась единственно к тому, чтобы ей дозволено
было жить мирно, и принадлежала к династии, считавшейся на протяжении всей
истории Российской империи абсолютно легитимной, - это убийство впервые
поставило человечество на грань обдуманного геноцида. Те нравственные
постулаты, которые подвигли большевиков приговорить царя к смертной казни,
позже будут применены и в России, и во всем мире к миллионам безымянных
жертв, оказавшихся на пути строителей нового мирового порядка». Ныне уже
покойный русский историк Дмитрий Волкогонов высказал свою мысль еще
более решительно: «Уничтожение Императорской Семьи символизировало
огромную трагедию великой нации, которая сползла к классовой ненависти и
братоубийству. Трагедия, произошедшая в Ипатьевском доме, лишь на первый
взгляд кажется эпизодом смертоносной Гражданской войны, спровоцированной
лицемерием большевистской пропаганды, жестокостью режима и двуличием
лидеров. Убийство в Екатеринбурге наглядно продемонстрировало неспособность
большевиков справиться с проблемами без необузданной жестокости или
государственного террора. Власти в Москве не могли признаться себе в том, что,
даже свергнутого, они боялись Императора Николая II до тех пор, пока он был
жив. Они не верили, что их революция необратима. И Император Николай II
вселял в них мистический ужас как символ нации, которая могла бы, когда ее
иллюзии относительно большевиков рассеются, вернуть своего монарха». В этом
акте насилия проявилась вся жестокость большевистского режима и все
страдания России. Пока Император Николай II оставался на троне,
многочисленные представители дома Романовых открыто интриговали против
Царя. Они считали, что в России будущего ему нет места. Правительства
граничащих с Россией союзных государств, за независимость которых так храбро
сражались русские солдаты, приветствовали известие об отречении Царя и
низложении монархии. Его физическая смерть и гибель Его Семьи
удовлетворили все стороны, ибо уничтожили подспудный страх, что в будущем
Царь может причинить хоть какое-то беспокойство. С другой стороны,
вследствие убийства в сердцах людей укрепилось недоверие к большевикам и
Советскому Союзу. Подробности этой кровавой расправы ужасали своей
неприкрытой циничностью, взывали к мировому сообществу и ожидали
всемирного осуждения. Нежная взаимная любовь, соединившая Николая и
Александру, страдание их больного гемофилией сына, скандалы вокруг
Распутина, убийство и слухи о том, что Анастасия выжила, - все это послужило
материалом для бесчисленных книг, фильмов и эстрадных песен и выступило в
роли давнего призрака в одной из самых волнующих трагедий двадцатого
столетия.
Зная о притязаниях Анны Андерсон и учитывая широкий интерес
общественности на Западе к судьбе царевны Анастасии. Начиная с интервью
Рябова от 1989 г., грешащих множеством ошибок, российские официальные лица
и судмедэксперты принялись то и дело выступать с заявлениями о ее смерти.
Кульминацией подобных попыток явилась спешно организованная Абрамовым
идентификация методом наложения фотоснимков. Этот шаг, предпринятый всего
51
за месяц до открытия первой конференции в Екатеринбурге, продемонстрировал
озабоченность Москвы этим вопросом. Несколько ранее Абрамов и Пласкин в
один голос заявляли, что останки, атрибутируемые трем великим княжнам, не
поддаются идентификации. Однако затем, в связи с массой распространявшихся
на Западе сообщений о том, что Анастасии удалось спастись, власти решили
положить конец крайне нежелательным для них слухам и поручили Абрамову
нанести смертельный удар. Показательно, что ни одни из останков молодых
девушек не были выставлены для исследования и не применялись никакие
новые методы идентификации. Более того, не был затронут даже вопрос о
выявлении признаков сходства с царевной скелета № 6, у черепа которого
полностью отсутствовало лицо. Столкнувшись с массой антропологических и
судебно-медицинских фактов, свидетельствующих, что останки Анастасии не
найдены, власти попросту перестали на них реагировать, все более жестко
отстаивая собственную позицию и игнорируя доводы своих оппонентов. Слухи о
спасении некоторых членов царской семьи начали распространяться и в самой
России. В этих историях чаще всего фигурировали имена своих, доморощенных
«спасенных», которые, в отличие от Анны Андерсон, жили и умерли в России,
имели на родине семьи, детей, родственников. Что касается Анны Андерсон, то
она была предоставлена в полное распоряжение Запада, русской эмиграции, став
объектом голливудских киногрез и одним из самых загадочных феноменов XX
века, к формированию образа которого Россия не имела никакого отношения. На
погребении Романовых присутствовал лишь один влиятельный член из всех
владетельных домов Европы – принц Майкл Кентский, представлявший
Великобританию. В церемонии не приняли участие королева Великобритании
Елизавета II и ее супруг, герцог Эдинбургский, королева Дании Маргрете,
королева Нидерландов Беатрикс, король Норвегии Харальд и король Швеции
Карл Густав, а также король Испании Хуан Карлом и пребывающий в изгнании
царь эллинов Константин. Все эти августейшие персоны были связаны с
Романовыми узами кровного родства или брака. Среди гостей присутствовали
почти все члены дома Романовых и прочие лица нецарской крови. Это массовое
отсутствие практически всех европейских монархов официально было объяснено
политической борьбой и интригами вокруг останков, хотя в частном плане как
минимум двое коронованных особ заявили, что им не хотелось бы публично
стоять рядом с Романовыми во время заупокойной службы103.Поздним вечером
17 февраля 1920 года полицейский, дежуривший на берегу Ландверского канала в
Берлине, увидел бедно одетую молодую женщину. Она как сомнанбула прошла по
набережной, перешла на мост и, постояв с минуту, бросилась в ледяную воду.
Полицейский кинулся следом и успел спасти самоубийцу до того, как она
захлебнулась. В тот вечер ее перевезли в палату Елизаветинской больницы на
Лютцовштрассе. Сестры переодели ее в больничный халат и уложили спать. По
правилам больницы они составили опись ее вещей: черная юбка, черные чулки,
полотняная блузка, нижнее белье, высокие сапоги на шнуровке и тяжелая шаль.
Ни денег, ни документов при ней не оказалось. Никаких инициалов или меток на
одежде не было. На следующее утро к пациентке пришел доктор и попытался
разговорить ее, но опять неудачно. Она отказалась назвать свое имя, не хотела
103 Кинг Г. Романовы / Грэг Кинг, Пенни Вильсон. – М.: Эксмо, 2008. С. 27, 28, 29, 30, 31, 718,
719.
52
говорить ни о родне, ни о том, чем зарабатывает на жизнь, и все время просила
оставить ее в покое. Врач все же осмотрел ее, установив, что пациентка истощена,
что на ее теле, преимущественно на спине, с полдюжины огнестрельных ран, а на
затылке – шрам в форме звезды. В верхней челюсти – трещины. Врачи также
обнаружили, что приблизительно полгода назад она перенесла роды. Далее в
истории болезни было записано, что у пациентки врожденное ортопедическое
заболевание стоп Hallux valgus третьей степени. Предположили, что женщина
является «русской беженкой»: это следовало из ее восточного акцента. Она
призналась врачу, что боится за свою жизнь. Врач поставил диагноз: «душевное
заболевание депрессивного характера». Записали ее как «фройляйн Унбекант»
(нем. Froulein Unbekannt), т.е. «Неизвестная», и в марте отправили ее в
психиатрическую клинику в Дальдорфе, в пригороде Берлина. Мои мысли: «Что
же касается того, что якобы Анна Андерсон была Франциской Шанцковской, то
данная версия полностью несостоятельна в силу многих причин и одна из них
следующая»: По воспоминаниям Феликса (брата Франциски Шанцковской)
Франциска исчезла из дома в то время, когда «фройляйн Унбекант» уже
находилась в Елизаветинской больнице на Лютцовштрассе; она была старше
Анастасии на 5 лет, выше ростом, носила обувь на четыре размера больше,
никогда не рожала детей и не имела ортопедических заболеваний стоп. К тому же
Франциска была простой деревенской девушкой, а Анна производила
впечатление хорошо образованной и воспитанной дамы. Дело «Анастасии
Романовой», самое длинное в истории современной юриспруденции, тянулось с
1938 по 1977 год. Была проведена масса криминалистических экспертиз, и
состоялось несколько судебных процессов. Графологи подтвердили схожесть
почерков двух женщин. Затем во Франкфурте-на-Майне эксперты установили
идентичность ушных раковин Анны Андерсон и настоящей Анастасии. По
законам ФРГ это считалось достаточным для установления личности»104. Мои
примечания: «Немецкий суд был настроен изначально не признавать Анастасию
Романову (Анну Андерсон) спасшейся дочерью Императора Николая II. То есть, в
сущности, скорее всего, на суд было оказано давление с целью не признавать
Анастасию Романову (Анну Андерсон). Предполагаю, что Джон Манахан, сделал
заявление от своего имени, воспользовавшись тем, что Анастасия Романова (Анна
Андерсон) в результате тяжких событий в ее жизни стала инвалидом и нуждалась в
уходе. Возможно, что он действовал в интересах ЦРУ. Так как США и Германия
финансировали революцию 1917 г. в Российской Империи. Следовательно, этим
странам было не выгодно признание Анастасии Романовой (Анны Андерсон)
спасшейся дочерью Императора Николая II». Из протокола допроса П.С. Медведева
И.А. Сергеевым: «При мне никто из членов Царской Семьи никаких вопросов
никому не предлагал. Не было также ни слез, ни рыданий… Видимо, Все
догадывались о предстоящей им участи, но Никто не издал ни одного звука».
Команде заранее было указано, кому в кого стрелять, и приказано целить прямо
в сердце, чтобы избежать большого количества крови и покончить скорее.
Император Николай II больше ничего не произнес, опять обернувшись к Семье,
другие произнесли несколько восклицаний, все это длилось несколько секунд.
104 Баганова М. Самозванцы. Главные аферы всемирной истории. Лжегерои. Лжезлодеи.
Лжемудрецы / Мария Баганова. – М.: Олимп, Астрель, 2010. – С. 268, 269, 279, 282.
53
Затем началась стрельба. Из показаний охранника Стрекотина стало известно,
что когда клали тела на носилки, чтобы выносить их из комнаты, одна из
Царских Дочерей закричала и закрыла лицо рукой. Живыми оказались и другие.
Они думали, что само Небо против них. М. Томашевский из показаний комиссии
И.А. Сергеева: «Когда Все избиваемые упали, начался осмотр, не остался ли кто-
нибудь жив. Великая Княжна Анастасия оказалась лежавшею в обмороке,
кажется, даже не совсем раненою или раненою легко; когда до Нее дотронулись,
Она пришла в Себя». О.А. Платонов «История Цареубийства»: «В следственном
деле об убийстве Царской Семьи имеются несколько протоколов, из которых
следует, что якобы Царица Александра Федоровна и Ее Дочери не погибли в доме
Ипатьева, а были вывезены живыми в Пермь и затем отправлены в сторону
Глазова. С женщинами очень плохо обращались и одна из них, по-видимому,
Анастасия, пыталась бежать, была поймана и избита. Проводивший дознание по
этой версии А.Ф. Кирста (сначала начальник уголовного розыска, а затем
сотрудник контрразведки) допросил доктора Уткина, который рассказал, что
был вызван чекистами для оказания медицинской помощи молодой женщине,
назвавшей себя «Дочерью Государя Анастасией». Близкие к этим показаниям
удалось получить еще от нескольких «свидетелей». Одна из этих «свидетелей»,
Н.В. Мутных, показала, что сама видела Государыню и четырех Ее Дочерей.
«Были Они в ужасном состоянии, но я Их хорошо узнала»». Поляков-Литовцев
Соломон Львович, эмигрантский журналист и писатель опубликовал работу об
Анастасии: «В октябре 1922 года из Ландверканала в Берлине полицейские
вытащили молодую женщину, покушавшуюся на самоубийство. Ни паспорта, ни
других документов и бумаг, по которым можно было бы установить ее личность,
при ней не оказалось. Больную в тот же вечер поместили в больницу для
душевнобольных в местечке Дальдорфе под Берлином. У немцев, приютивших
Анастасию Романову (Анну Андерсон), был приятель – немецкий полицейский
комиссар Грюнберг. Они, узнав смутную историю девушки, заинтересовали ею
Грюнберга. Полицейский комиссар повел дело с толком. Спокойно и методически
стал производить «дознание». Весною 1923 г. Грюнберг увозит Ани к себе в
имение. Со слов Ани он записывает ее историю. Вот она: Нас всех (т.е. членов
Царской Семьи) привели в какую-то темную комнату с сырыми облезлыми
стенами, поставили к стенке и раздались выстрелы. Я потеряла сознание и когда
очнулась, то была в какой-то избе. Около меня находилось двое мужчин и одна
пожилая женщина. Мне сказали, что я спасена, что все наши убиты. В компании
этих двух мужчин, которых называли Чайковскими и которые были братья и
старой дамы, их матери, я жила в Сибири. Где – не знаю. Дальше, не помня
подробностей, Ани рассказывает, что вместе с Чайковскими она бежала в
Румынию. Где-то они перешли сухопутную границу. Очутившись в Румынии, они
поселились в Бухаресте. Грюнберг на улицу ее не выбросил. Он везет ее в
Берлин, бегает по русским, хлопочет, чтоб измученную девушку куда-нибудь
устроили. Но желанная помощь не приходит так быстро, как этого хочет
Грюнберг и как этого требует все ухудшающееся здоровье Ани. В конце концов
Грюнберг сам устраивает ее в городскую больницу. Но он не прекращает хлопот о
своей пансионерке. Он неутомимо бегает по русским. После весьма
непродолжительного пребывания в общей зале демократического городского
Мариенкранкенхауза, где весьма популярный в правых русских кругах Берлина
московский профессор Руднев сделал больной серьезную операцию, она
переводится в фешенебельную и дорогую клинику – в Момзенсанаториум. Здесь
54
ей отводится отдельная комната (номер 28) и к ней приглашается сиделка,
неотлучно при ней находящаяся днем и ночью. Госпожа Ратлеф являлась для
Ани решительно всем. Сиделка – она ей поправляла подушки и лекарство
подавала. Воспитательница – она продолжала учить ее манерам. Учительница –
она сообщала ей элементарные географические и исторические сведения.
Чайковская, урожденная Романова, лишилась памяти, ничего не помнила. Ей
удалось заинтересовать судьбою Ани датского посла в Берлине, Барона Цалле.
Гарриет Ратлеф-Кайлман издала книгу о претендентке. С осени 1923 года и в
следующие годы между Берлином и другими столицами, в частности, между
Берлином и Парижем, идет деятельная переписка по делу самозванки. В начале
1924 года датское посольство в Берлине официально взяло на себя – сроком на
два года – расходы по содержанию Ани в санатории и по оплате трудов госпожи
Ратлеф. В конце 1924 года Германское министерство иностранных дел на
Вильгельмштрассе по ходатайству С.Д. Боткина (Русского резидента при
Боварском Дворе, брата доктора Боткина. – примечание автора книги «Ее
Императорское Высочество Великая Княжна Анастасия Николаевна Романова»
А.Е. Никульского), выдает пациентке Момзенсанаториума паспорт на имя
Анастасии Николаевны Чайковской. Год и месяц рождения? Очень просто: год и
месяц рождения Великой Княжны Анастасии Николаевны. Место рождения?
Конечно, в Царской резиденции: в Царском Селе. Не беда, что составитель
черновика паспорта ошибся в месте рождения – Анастасия родилась не в
Царском Селе, а в Петергофе. В январе 1926 года Великий Князь Андрей
Владимирович провел два дня в обществе фрау Чайковской. После первой их
встречи, он радостно воскликнул: «Я видел Дочь нашего Ники! Я видел Его
Дочь!» Позднее он написал Великой Княгине Ольге: «Я внимательно наблюдал
за ней с близкого расстояния и с чистой совестью должен признать, что
Анастасия Чайковская – это не кто иная, как моя Племянница Великая Княжна
Анастасия Николаевна. Я моментально узнал ее, и мои дальнейшие наблюдения
лишь подтвердили мое первое впечатление. Лично для меня не существует
никаких сомнений – это Анастасия». Историк Александр Крылов писал, что
«одной из первых, ссылаясь на близкие отношения с Великими Княжнами,
признала незнакомку Анастасией Татьяна Боткина. (Дочь доктора Боткина. –
примечание автора книги «Ее Императорское Высочество Великая Княжна
Анастасия Николаевна Романова» А.Е. Никульского.). Она писала: «Если бы Вы
на минутку смогли вообразить себя на моем месте, т.е. на месте человека,
который признал Анастасию Николаевну не по фотографиям, не по одному
свиданию, а также по разговорам, которые, кроме нее, никто не мог знать». Из
Америки приезжает Глеб Боткин, (брат Татьяны. - примечание автора книги «Ее
Императорское Высочество Великая Княжна Анастасия Николаевна Романова»
А.Е. Никульского.) ставший к тому времени журналистом. Встреча с ним во
многом предопределила дальнейшие поступки претендентки. Боткин передал ей
приглашение Княгини Ксении Георгиевны, дочери Великого Князя Георгия
Михайловича посетить ее в Нью-Йорке. Вскоре было создано некое акционерное
общество под названием «Русская Великая Княжна Анастасия Николаевна», во
главе которого стал Глеб Боткин. Общество ставило своей целью добиться
признания прав. Заявление членов Императорского Дома (примечание Ф.Ш.
Лариной, автора книги – в данном заявлении на основании лживых утверждений
О.А. Романовой – младшей сестры Императора Николая II утверждалось, что
близкие родственники убитого Императора Николая II не признают Анастасию
55
Романову и Анну Андерсон своей родственницей, то есть дочерью Императора
Николая II). «… Настоящее заявление одобрено Ее Императорским Величеством
Государыней Императрицей Марией Федоровной». Подлинник подписан:
Великой Княгиней Ольгой Александровной, Великой Княгиней Ксенией
Александровной, Великим Князем Александром Михайловичем, Князем Андреем
Александровичем, Князем Феодором Александровичем, Князем Никитой
Александровичем, Князем Дмитрием Александровичем, Князем Ростиславом
Александровичем, Князем Василием Александровичем, Княжной Ириной
Александровной, Великими Князем Дмитрием Павловичем, Великой Княгиней
Марией Павловной; братом и сестрами Государыни Императрицы Александры
Федоровны: Великим Герцогом Эрни Гессенским, Принцессой Викторией
Мильфорд Хавен, Принцессой Иреной Прусской. (Из 28 живущих на Западе
Романовых подписало 12, а на опознание приезжали только двое. - примечание
автора книги «Ее Императорское Высочество Великая Княжна Анастасия
Николаевна Романова» А.Е. Никульского.).
В 1957 году Лили Ден встречалась с Анной Андерсон. В течение недели она
беседовала с ней, после чего 5 ноября 1957 года 72-х летняя Ю.А. Ден под
присягой сделала заявление в суде г. Гамбурга, что Анна Андерсон и Великая
Княжна Анастасия Николаевна одно и тоже лицо. По словам Ю.А. Ден, Андерсон
сообщила ей такие детали, которые могли быть известны только Анастасии
Николаевне.
В 1967 году, после смерти Великого Князя Андрея Владимировича, его
девяностопятилетней вдове Марии Романовой – Красинской (М. Кшесинской)
был задан вопрос о претендентке. «Я все еще уверена, что это была она, -
отвечала мадам Кшесинская». Урна с ее прахом была захоронена в фамильном
склепе Герцогов Лейхтенбергских в Германии105. Анастасия Чайковская (в
замужестве - Манахан), более известная как Анна Андерсон, великая княжна
Анастасия, дочь последнего российского императора Николая II и императрицы
Александры Федоровны. Ночью 17 февраля 1920 года неизвестная женщина
попыталась покончить с собой, бросившись в воду с Бендлерского места в Берлине.
Дежуривший неподалеку полицейский сумел спасти неизвестную и доставил ее в
ближайший полицейский участок. Ее отвезли в психиатрическую клинику для бедных
в Дальдорфе.
При осмотре пациентки врачи обнаружили на ее теле множество старых шрамов от
рваных ран, один, довольно глубокий – на голове за ухом. Своего имени женщина так
и не назвала, и в документах обозначалась как «фройляйн Унбекант» (Unbekannt – по-
немецки «Неизвестная»). Говорила она только по-немецки, но с акцентом. Позже
сестры утверждали, что русский язык неизвестная понимала хорошо. Вскоре
«фройляйн Анна» делает сенсационное признание: в первый раз открыто называет
себя великой княжной Анастасией, младшей дочерью Николая II. Она рассказала: «Я
была вместе со всеми в ночь убийства, и, когда началась резня, я спряталась за спиной
моей сестры Татьяны, которая была убита выстрелом. Я же потеряла сознание от
нескольких ударов. Когда я пришла в себя, то обнаружила, что нахожусь в доме
какого-то солдата». Позже Анна добавила в свой рассказ новые подробности: от
смерти ее спас русский солдат Александр Чайковский. С его семьей она приехала в
105 Андрей Никульский. Ее Императорское Высочество Великая Княжна Анастасия Николаевна
Романова. Издательское содружество А. Богатых и Э. Ракитской. Москва, 2008. С. 254, 255, 256,
268, 269, 270, 271, 274, 277, 278, 279, 280.
56
Бухарест и оставалась там до 1920 года. От Чайковского она родила ребенка. В 1920
году, когда Чайковский был убит в уличной перестрелке, она бежала из Бухареста и
добралась до Берлина. Ребенок, по ее словам, остался у Чайковских.
Легенда не умирает
Несмотря ни на что, у версии о чудесном спасении великой княжны Анастасии
остается много сторонников. Их не убеждают результаты генетических экспертиз,
проведенных в 90-е годы, уже после смерти Анны Андерсон. Сторонники Анны
Андерсон указывают на сомнительное происхождение образцов для исследования (они
были найдены в больнице через несколько лет после смерти Андерсон). Основные
аргументы верящих в легенду: в 1918 году Сибирь была охвачена слухами о сумевшей
избежать смерти Анастасии (по некоторым свидетельствам, уже после 17 июля
большевики искали ее в разных сибирских городах). У великой княжны Анастасии с
рождения был искривлен большой палец правой ноги. У Анны Андерсон на ноге была
точно такая же деформация. Характер ран на теле Андерсон совпадает с описаниями
увечий, нанесенных Анастасии: ее не застрелили сразу и добивали прикладами и
штыками.Наконец ее приютил у себя инспектор полиции Грунберг. Герцог-Эрнст
Людвиг, брат императрицы Александры Федоровны, был взбешен тем, что в одном из
интервью Анна рассказывает о его тайной поездке к сестре в Россию в 1916 году (в
разгар Первой мировой войны). (Мои мысли: И поэтому он сфабриковал дело, что
якобы Анастасия Романова (Анна Андерсон) – Ф. Шанцковская). В 1928 году княжна
Анастасия по приглашению великой княгини Ксении Георгиевны, правнучки Николая
I, чуть ли не единственной из Романовых, кто ее признает, переезжает в США. Далее
она съезжает в отель «Гарден Сити», а оплату ее счетов принимает на себя знаменитый
Сергей Рахманинов. В этом отеле она впервые записывается в книге регистрации как
«миссис Анна Андерсон». В августе 1932 года Анна Андерсон возвращается в
Германию. Здесь начинается судебный процесс, с помощью которого она пытается
добиться официального признания ее великой княжной. Этот процесс длился до 1977
года и ничего не решил: суд счел недостаточными доказательства ее родства с
Романовыми, но и не стал однозначно утверждать, что она не Анастасия. В 1968 году
Андерсон возвращается в США и выхолит замуж за Джона Манахана. Она поселяется
в его доме в Шарлоттсвилле (штат Виргиния) и живет там до самой своей смерти. Она
умирает 12 февраля 1984 года, ее тело кремируют, а пепел хоронят в часовне замка
Зеон в Баварии. На ее могильной плите написано: «Анастасiя. Anastasia Manahan. 1901-
1984»106.
Тема царских денег неизменно привлекала внимание и западных историков. Наиболее
основательное расследование провел британский финансист и историк Уильям Кларк.
Он, правда, не нашел ни царского золота, ни царских счетов. Зато обнаружил нечто
противоположное. Вступив на престол в 1894 году и узнав, что значительная часть
личных денег царской семьи хранится в Английском банке, Николай II, будучи
патриотом и зная, что его страна прибегла к крупным заимствованиям на мировом
финансовом рынке, счел невозможным держать свои личные сбережения за границей.
Для Английского банка это был удар – потерять столь именитого клиента. Перевести
царские деньги обратно обратно в Россию, при тогдашней банковской банковской
технологии, было непросто. Процесс растянулся на несколько лет и завершился в 1900
году, причем для надзора за переводом в Лондон был направлен директор
106Маринин Алексей. Анна Андерсон. Эпизоды. // Дилетант, исторический журнал для всех. № 4
(16) / апрель 2013. - С. 40, 41, 42, 43.
57
Государственного банка России Э.Д. Плеске. Среди российских дипломатических
документов, находящихся в одном из британских архивов оказалась папка,
озаглавленная «О заграничных имуществах покойного императора». Она находилась
среди бумаг председателя Совещания российских послов в Париже (координационный
орган, созданный бывшими послами Российской империи и Временного
правительства) Михаила Николаевича Гирса и содержала переписку по этому вопросу,
приобретшему в конце 20-х годов скандальный характер из-за появления великой
княжны Анастасии – Анны Андерсон. Ее признали дети лейб-медика Евгения Боткина,
расстрелянного вместе с царской семьей, - Глеб и Татьяна. Семья Боткиных жила в
1908-1914 годах в Царском Селе, а в период летних выездов в Крым дети врача играли
вместе с детьми Николая – Марией, Анастасией и Алексеем. Поэтому свидетельство
Боткиных произвело довольно сильное впечатление. Однако Романовы племянницу не
признали. В октябре 1928 года Глеб Боткин обратился с открытым письмом к Ксении
Александровне, обвиняя сестру царя в том, что она отказывается признать Анастасию
по материальным соображениям. «Факты таковы, - писал Боткин, что существует
крупное наследство покойного императора и его наследников, как в виде денег, так и
недвижимости, включая суммы, принадлежащие княжне Анастасии Николаевне; все
это теперь по праву принадлежит великой княжне». Боткин утверждал, ссылаясь на
сообщения газет, что великая княгиня Ксения Александровна годами пытается
мошенническими способами завладеть царским наследством.
Письмо Глеба Боткина, бывшего дипломата, проживавшего в США, было
перепечатано многими американскими газетами. Деньги великих княжон. В 1934 году
суд Центрального района Берлина признал наследниками вкладов на имя великих
княжон в банке Мендельсона в Берлине великих княгинь Ксению и Ольгу, графиню
Брасову, вдову великого князя Михаила Александровича, а также родственников
покойных княжон по линии матери, императрицы Александры Федоровны, -
принцессу Викторию Гессенскую, принцессу Ирину Прусскую, великого герцога
Гессенского Эрнста и некоторых других. Инфляция обесценила вклады, и к моменту
выдачи судом официальных бумаг на право вступления в наследство общая сумма
составляла менее 25 тысяч фунтов стерлингов. На долю каждого из наследников
пришлась весьма незначительная сумма. Князь Гагарин и барон Нольде сообщили, что
«Государь Император и Его Августейшая Семья, никаких имуществ заграницей не
имели, кроме небольших капиталов Дочерей Государя, около одного миллиона марок
на каждую, в Банке Мендельсона в Берлине». Зная законодательство военного
времени, Нольде не сомневался, что «суммы эти были секвестрированы, и затем
невостребованные подверглись, вероятно, всем последствия инфляции». Нельзя было
отказать последнему Царю в патриотизме и отсутствии личной корысти107. Шансов на
спасение у последнего русского Царя было не так много. После свержения живой он
был никому не нужен. Ни заграничным венценосным родственникам, ни лидерам
Белого движения. Зато за право расстрелять шли бурные споры. Но уничтожение без
конкретных обвинений не только свергнутого монарха, но и членов его семьи
(включая несовершеннолетних детей), а также слуг даже на фоне масштабного
красного террора выглядело ничем не оправданным преступлением. И большевики до
последнего скрывали многие подробности жуткой бойни в Ипатьевском доме108.
107 Будницкий Олег. В поисках наследства // Дилетант, исторический журнал для всех. № 4 (16) /
апрель 2013. - С. 44, 45, 46.
108 Мухин Антон. Из помазанников Божьих в святые мученики // Дилетант, исторический журнал
для всех. № 032 / август 2018. - С. 19.
58
Отдельно следует отметить заключительные главы книги Ивана Федоровича
Плотникова, где поднимается вопрос о расстреле и сокрытии тел убиенных. Об этом
писали многократно, существует целая литература (в том числе и «апокрифическая», в
которой можно встретить информацию о «трех заспиртованных головах», о полном
уничтожении тел Императора, его близких и слуг, о спасении некоторых узников, -
Великой княжны Анастасии или Великого Князя Алексея, и еще много о чем).
В известной книге писателя Э.С. Радзинского («Господи… спаси и усмири Россию»)
содержится ряд документов и материалов, впервые выявленных этим автором. Ее
автор сомневается в том, все ли члены Семьи были казнены (речь идет о вероятном
спасении Алексея, Анастасии) и т.д. В переиздании книги последний вопрос дан уже
совершенно проблематичным, как версия. Официальное признание Анастасии
Романовой (Анастасии Чайковской, Анны Андерсон) членом Семьи Николая II
позволяло ей наследовать вклады, ценности в заграничных банках109. Мои мысли: «Но
ее многочисленным близким родственникам самим хотелось иметь имущество
Императора Николая II. Ее бабушке также более близки оказались ее две дочери и их
дети, чем дочь ее убитого сына Императора Николая II. Я, более чем уверена, что все
ее родственники и соответственно родственники убитого Императора Николая II
принимали участие в государственном перевороте, пожелав власти и усомнившись в
воли единственного законного Императора Николая II. Тем самым, они оказались без
Родины. Европейские страны и Великобритания приняли их, так как все европейские
правящие королевские семьи и спасшиеся Романовы (те, кто сумел посредством
бегства и оставления на произвол судьбы и растерзание Ленину с большевиками)
являлись, предположительно участниками заговора против Императора Николая II.
Но, как мы видим сейчас, бремя предательства предков сказывается и на потомках. Так
как они именуют себя князьями, княжнами, принцами и принцессами. Но нет уже той
страны, нет той России, желающей их принять и позволить чувствовать себя
аристократией и никогда не будет. Мы все равны сейчас, ИМПЕРАТОРЫ освободили
нас, ценой своей жизни и жизни своих СЕМЕЙ! Народ должен своим
ИМПЕРАТОРАМ, только ИМ за свою свободу! И цена свободы, которую должен
нести народ – ВЕЧНОЕ СЛУЖЕНИЕ И БЛАГОДАРНОСТЬ ИМПЕРАТОРАМ-
ОСВОБОДИТЕЛЯМ! Так как из-за их предательства наш Император и Его Семья,
были подвергнуты унизительным и мучительным пыткам, ритуальной казни,
совершенной ублюдками, унижающим достоинство личности обращению. Просто из-
за зависти и гордыни, тех кто должен был служить Императору и Его Семье. И
решающая роль, конечно, же принадлежит Ленину, убившему НАШЕГО
ИМПЕРАТОРА из-за желания личной мести! Грех их предков будет лежать на их роду
вечно. Им НЕТ ПРОЩЕНИЯ! Предательство Императора, предательство Родины – это
не простить. Они, потомки Романовых, по факту, дети предателей.
Также необходимо отметить, что наглая ложь и клевета в отношении Анастасии
Романовой (Анны Андерсон) о том, что она якобы является самозванкой и ее
«настоящее имя» Франциска Шанцковской – это была месть ее родного дяди»:
(Великого герцога Эрнста-Людвига (брата Императрицы Александры Федоровны)) за
то, что Анастасия Романова упомянула о тайной поездке в Россию Великого
герцога Эрнста-Людвига, состоявшейся в 1916 году, в разгар Первой мировой войны.
109 Плотников И.Ф. Правда истории. Гибель Царской Семьи. – Екатеринбург.: Свердловская
региональная общественная организация «За духовность и нравственность», 2003. С. 9, 18, 199.
59
Именно это признание оттолкнуло от неё семью и заставило Романовых
открещиваться от родства, так как её слова, окажись они правдой, могли
скомпрометировать царскую фамилию110. Мои мысли: «Также такое положение дел
было очень выгодно и сейчас выгодно, как никогда следующим лицам: самозванцу
Кириллу Владимировичу, провозгласившему себя в 1924 году императором в изгнании
и его потомкам, а также 2-м родным сестрам Императора Николая II, не
признававшими Его Дочь Анастасию Романову (Анну Андерсон) в лице А.
Чайковской и паразитически живущих на ее незаконно присвоенном наследстве и их
потомкам. Власти Соединенных Штатов Америки и Федеративной Республики
Германии придумали всю эту историю с тем, что Анастасия Романова (Анна
Андерсон) – это якобы Франциска Шанцковская и материал ДНК для медицинского
анализа был взят подставной, не имеющий отношения к Анастасии Романовой (Анне
Андерсон). Так как им невыгодно положение дел при котором будет официальное
признание выжившими потомков Императора Николая II». Если народ Германии
вообразит себе путешествие великого герцога Гессенского в Россию в 1916 году, то в
ответ на это скандал немедленно достигнет национальной партии Германии. Он
подорвет доверие к самой партии. Партия борется с предателями, которые
безжалостно нанесли удар в спину гордой Германии. И вдруг оказывается, что среди
её руководства находится капитулянт. Он на коленях умолял свою сестру, русскую
Царицу, о сепаратном мире! Какой позор! Гессенский не может позволить себе, чтобы
Анастасию признали, а великого герцога обвинили в предательстве. Для этого ему
необходимо нанести смертельный удар Великой Княжне. Вместо того, чтобы
опубликовать рукопись Гарриет фон Ратлеф в форме книги, как ей пообещали, Шерль
передал текст в свою самую скандальную газету, «Берлинер Нахтаусгабе». Мои
мысли: Очень важно отметить, что книга госпожи Гарриет фон Ратлеф, на английском
и немецком языках была издана под следующими данными: автор HARRIET VON
RATHLEF-KEILMANN, наименование «ANASTASIA, THE SURVIVOR OF
EKATERINBURG». Книга на немецком языке есть в фонде Российской
Государственной Библиотеки. А вот, что касается Жильяра: Из воспоминаний Татьяны
Евгеньевны Мельник-Боткиной (1898, Санкт-Петербург 1986, Париж) — дочь лейб-
медика Николая II Е. С. Боткина, автор воспоминаний о Царской Семье. Через
несколько дней тетя Рая неожиданно пришла навестить меня. Она приехала из Ниццы,
как всегда нагруженная большим количеством пакетов и одетая в невообразимый
пылезащитный капюшон, которые носили после революции.
- Мой бедный ребенок, как ты безвкусно одета. Как эта бедная Фанни может тебе все
это давать? На самом деле эта «бедная Фани» была богатейшей американкой. Ее
гардероб был составлен по последней моде из коллекций лучших модельеров Парижа.
Она вышла замуж за Пьера Боткина, брата моего отца, когда он был послом России в
Португалии, и дарила мне одежду, которую она больше не надевала. Поскольку она не
носила наряды больше 3-4 раз, я всегда была роскошно одета. Иногда это бывает очень
неприятно, когда живешь в бедности. Тетя Рая погрузилась в решение сложной задачи.
Она пыталась освободить ручку своего зонтика, запутавшуюся в сетке для продуктов.
- Ты знаешь, сейчас все складывается против Великой Княжны Анастасии. Ситуация
становится катастрофической, - заявила она, вытащив из сумки пачку мятых бумаг. -
Что происходит? - думала я. Мне было очень тревожно. - Я только что получила
110https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BD%D0%BD%D0%B0_%D0%90%D0%BD%D0%B4
%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BE%D0%BD
60
письмо от Остен - Сакен. Статья в Берлинер Нахтаусгабе вызвала в Германии
настоящее потрясение. Анастасия стала звездой, предметом любопытства. В
Штиллехаусе списки ожидания, чтобы попасть в санаторий, переполнены.
Журналисты преследуют сотрудников персонала и засыпают их вопросами. Что
касается пациентов, то они считают Великую Княжну ярмарочным зверем. Они
одолевают ее в столовой, устремляются за ней, как только она выходит из комнаты. Ты
представляешь, какое ужасное влияние оказывает на нее вся эта суета? - Ее нервы не
выдержали? - Как говорит Остен - Сакен: «Она больше никому не доверяет».
Ответственным за все Она считает бедного барона, отказывается его видеть и
оскорбляет его, если он настаивает на встрече. Но это не самое худшее. - Как это? -
Она в опасности, в серьезной опасности. Мы больше не сможем ее защитить. Она
рискует попасть в психиатрическую больницу или хуже. Гессенский постоянно
зарабатывает очки. Полиция Дармштата обратилась в баварскую полицию. Документы
Анастасии не в порядке, говорят о том, чтобы ее выслать в Берлин, где ее поместят в
благотворительную организацию. Скорее в приют для душевнобольных. - И Цале не
может вмешаться? - Он лишен свободы действий. Если он начнет действовать, все
подумают, что он выступает как официальный представитель своей страны. В
Копенгагене давление настолько сильно, что сам принц Вальдемар больше ничего не
может сделать для Анастасии. Вдовствующая императрица убеждена, что все это дело
– лишь огромный обман, и даже не хочет об этом слышать. Ее брат остается
благосклонным к Великой Княжне, но сейчас он не может, ни оказать поддержку, ни
даже поручиться за расследование своего полномочного министра. Цале должен
перестать заниматься этим делом. - Что? - Да, он даже не может навестить Анастасию,
не рискуя, что от него откажется королевская семья Дании. Тогда его карьере придет
конец. Конечно, он продолжает следить за этим делом, но все сейчас держится на
Сергее Боткине. А что может сделать русский эмигрант против влияния великого
герцога Гессенского и полиции Дармштата? - Но что же тогда делать? - У Анастасии
нет выбора. Она должна покинуть Штиллехаус до того, как ее вышлют из Баварии. В
любом случае у нее больше нет денег, чтобы платить за свое пребывание. Я смогла
добиться, чтобы мои американские подруги заплатили за февраль, но это все. Сегодня
26 число, время поджимает. - Куда может поехать Анастасия? - Один только Бог знает.
Великий князь Андрей активно ищет добрую душу, которая бы ее приняла, но он
стучит в закрытые двери. Повсюду он сталкивается с интригами влиятельного
противника, который изо всех сил поддерживает Гессенского и пользуется большой
благосклонностью в рядах эмиграции. Ты его знаешь, именно его генерал Жаннин уже
называл «гадким воробьем». - Ты хочешь сказать… Нет, не собственный же
воспитатель Анастасии!
- Да, да. Жильяр! Герой, который последовал за Царем в ссылку, в то время когда он
ничем не рисковал, будучи гражданином Швейцарии. Человек, который каждый день
был рядом с детьми Императора до их отправления в Тобольск. Какой свидетель
заслужил бы больше веры? А он утверждает под присягой, что госпожа Чайковская
самозванка. - Я этого не понимаю. Это же подлость. Анастасия его воспитанница. Тетя
Рая торжествующе смотрела на меня. - Ты очень наивная, дитя мое. Посмотри. Она
дала мне в руки вырезку из швейцарской газеты, где Жильяр утверждал, что заявление
госпожи фон Ратлеф были лишь грубой ложью и фальсификацией. Это было
составлено ловко и с чувством меры. Жильяр утверждал, что защищал свою честь. Я
передала статью тете Рае. - Жильяр утверждает, что он действует от своего имени, -
продолжала она, - но я в этом очень сомневаюсь. Цале мне написал, что Жильяр
приезжал его навестить с графом Гарденбергом, чтобы предложить ему Цале встречу с
61
герцогом Гессенским. Ты видишь, Жильяр - союзник Дармштата. Оглянувшись назад,
тетя Рая поцеловала меня в лоб и вышла. Вечером я рассказала Косте о ее
подозрениях, связанных с Жильяром. - Это меня не удивляет, - сказал он мне. - Этот
человек всегда казался мне ненадежным. Он вполне способен нарушить и данное
слово и присягу. Впрочем… -Что? - Когда я служил в контрразведке армии Колчака, я
имел с ним дело. Мы искали украшения Императрицы, которые Царица смогла
доверить монахиням монастыря. Когда мы оказались на месте, у монахинь уже ничего
не было. Они утверждали, что к ним приходил Жильяр с доверенностью, и все забрал.
Драгоценности исчезли. Что касается Жильяра, то он тогда уже покинул Россию.
Непорядочный Жильяр? Возможно. Но у нас нет никаких доказательств, чтобы его
разоблачить. Может быть, в этом кроется причина его поведения? Кто-то среди
противников Анастасии мог знать эту историю и поставить Жильяра перед выбором.
«Вы ее не знаете и избегаете скандала. В противном случае мы вас разоблачим».
Возможно, что дело обстоит именно так, но это нельзя проверить. Я не знаю, что
думать об этом объяснении. Оно слишком правдоподобное, но и слишком простое.
Возможно, это сыграло роль в поведении Жильяра, в его внезапном охлаждении к
Анастасии? Но я думаю, на самом деле все гораздо сложнее. Я хорошо знала Жильяра.
Это был швейцарский посредственный преподаватель, полный противоречий. Он
всегда разрывался между своим очарованием аристократической Россией и своей
мелкобуржуазной ненавистью к величественному благородству императора. Его
угодливость Царской Семье смешивалась с завистью. Для него эти воспитанники были
не людьми, а живыми символами системы, которая возвышалась над ним. Обращал ли
он когда-нибудь на них внимание, изучал ли их характер, их поведение?
Интересовался ли он когда-нибудь их глубокой натурой? Я в этом сомневаюсь. Когда
он мне давал уроки французского языка в Тобольске, я была поражена, какую
дистанцию он сохранял между собой и нами. Иногда у меня было впечатление, что я
нахожусь перед автоматом, созданным для преподавания, а не перед человеком из
плоти и крови. Меня всегда шокировало, что к чувствам заключенных он проявлял
полное безразличие. Никогда, несмотря на вопросы, которые мы ему задавали, он не
соглашался говорить о своей жизни, о своих взглядах на происходящее. «Я здесь,
чтобы вас обучать французскому, - говорил он, - а не болтать». Какие воспоминания,
могла сохранить Анастасия в этих условиях? Он постоянно должен был думать об
Анастасии, как о ее Императорском Высочестве, к которой необходимо проявлять
показное уважение. И сейчас, когда я воссоздаю в воображении эти знаменитые
визиты Жильяра в санаторий Моммсен, я представляю его перед Великой Княжной
Анастасией, доведенной до состояния жалкого, опустившегося человека. Я спрашиваю
себя: «Если он так легко отрекся от Анастасии, то не было ли это желанием сохранить
безупречным свое представление о российской монархии, которую он обожал и
ненавидел одновременно и которую он должен был - о кощунство - оплакивать…».
Если хорошо подумать, то существовало также другое объяснение поведению
Жильяра. Более простое, и более мелочное. Вскоре после своего возвращения в
Швейцарию, Жильяр опубликовал книгу о своей службе при российском дворе. Он
там подробно описал ссылку в Сибирь и последние мгновения жизни Царской Семьи.
Произведение принесло большой успех, который превосходил самые сумасшедшие
надежды издателя. Для журналистов и монархистов Жильяр стал авторитетной
личностью и единственным человеком, осведомленным о последних днях, прожитых
Царем и его близкими. Он проводил публичные лекции, был принят почти всеми
Романовыми, которые очень хотели услышать из его уст рассказ о трагических
событиях в Екатеринбурге. С наставником Царских Детей, сидевшем в Царском Селе у
62
края стола, все высочества сейчас обращались, как с равным. Высочества, которые до
революции его просто игнорировали. Какую гордость и радость он, должно быть,
испытывал! Какую гордость он должен был находить в удовлетворении, в этом новом
статусе. Наконец - то его ценность признали. Авторские права на книгу принесли ему
богатство и уважение. Люди его поздравляли и боролись за честь пригласить его к
себе. И вот внезапно он сталкивается с погибшей! Бедной, прикованной к постели, но
живой Анастасией! Она способна выступить свидетелем тех страшных событий. Она
способна вновь отодвинуть Жильяра на задний план. Во время первого визита к
Анастасии в больницу Сэнт-Мари у Жильяра должно быть перемешались все эти
мысли. И потом, в течение нескольких последующих месяцев, он заметил, что
ситуация была более сложная, чем он себе это представлял. Немецкая родня великой
княжны, стоящая за великим герцогом Гессенским, отказалась принять новость о том,
что Анастасия жива, чтобы обеспечить себе комфортное существование в беспокойной
Германии. Если бы он, Жильяр, свидетельствовал в пользу великой княжны, то
Гессенские и Романовы сочли бы его отступником. У него не было даже шансов на их
благодарность. Ему бы пришлось бороться с ними, чтобы добиться правды. Он знал
могущество великого герцога Гессенского и влияние, которое тот оказывал на всех
своих родственников и членов национальной партии Германии. Поведение Жильяра
можно было предвидеть. Как он мог в своем ограниченном и тщеславном уме ставить
на одни весы благополучие сильных мира сего и интересы униженной женщины. В
действительности, что может быть еще более законным, чем защищать дело
монархической власти. Не поддержка же больной туберкулезом женщины. Да,
надменность наставника могла быть причиной всего этого зла, всего этого позора.
Жильяр во время своего второго визита к Анастасии должен был пройти через
сомнение и нерешительность. Сомнения ненадолго задержались в его сознании, не
более чем внутреннее убеждение жены Шуры, которую он смог заставить
замолчать. Цитата из письма, полученного Татьяной Боткиной: «Мадам, из различных
источников до нас дошли очень удивительные слухи, так что нам не захотелось в это
поверить. Вашим доверием злоупотребляла интриганка, которая под именем госпожи
Чайковской, выдала себя за Великую Княжну Анастасию Николаевну. Вы даже
рискнули признать ее дочерью нашего высокочтимого Императора. Мы были бы вам
признательны за то, что вы вскоре рассеете это досадное недоразумение. Официальное
заявление, подтверждающее, что Вы никогда не произносили эти слова, кажется нам
подходящим ответом. Эти действия позволят нам продолжить иметь удовольствие
видеть вас среди наших членов. Поскольку, Вы хорошо это понимаете, наша
организация не может скомпрометировать себя с довольно легковерными людьми,
поддающимися влиянию и слабыми духом, чтобы защищать необоснованные
нелепости. Мы уверены, что Вы вскоре проясните этот неприятный инцидент. С
глубоким уважением. Подписано: N… Секретарь Ассоциации русских монархистов».
В поезде, который направлялся в Германию, я перечитывала со смешанными
чувствами напыщенные и многословные фразы. Это письмо скорее меня рассмешило,
чем возмутило. Какой стиль! За сто верст отдает провинциальным чиновником. Если
великий князь Кирилл для администрации своей партии нашел только таких писак, то
множество единомышленников, верных монархистскому делу, вскоре отдалятся от
него и присоединятся к великому князю Николаю Николаевичу и РОВС. Ну что ж, мне
остается только взять мое самое красивое перо и сухо ответить, что отныне их
ассоциация сможет обойтись без поддержки дочери доктора Боткина. Мой бедный
отец! Я рада, что он не видит всю эту подлость, всю эту низость, которую вызывает
одно только упоминание имени Анастасии. Уже четыре месяца у меня впечатление,
63
что я стала чумной. За исключением нескольких верных друзей, но как их мало,
русские эмигранты исключили меня из своего общества. Когда я приехала в Париж два
дня назад, я захотела нанести несколько визитов. Передо мной были только закрытые
двери. Если Жильяр отрекся от Великой Княжны из страха скомпрометировать свой
социальный статус, так дорого ему доставшийся, то у меня нет этого малодушия. Но я
никогда не думала, насколько тяжело быть отвергнутой за правду. Даже мой дядя
Пьер, бывший посол, принял в этом участие. Он специально приехал навестить меня в
Рив, где он брезгливо взглянул на замок, спрашивая меня, как я могу здесь жить.
Потом он отошел, чтобы поговорить со мной. - Моя племянница, ты сделаешь то, что я
тебе посоветую, - приказал он. – Перестань вести себя как сумасшедшая и разоблачи
самозванство госпожи Чайковской. Я попыталась убедить его. - Но ты должен мне
поверить, это она. Я ее узнала. У меня нет ни малейшего сомнения.
Дядя Пьер жестом отмахнулся от этого возражения. - Ты ничего не понимаешь в
политике. Дело монархистов должно остаться единым. Даже если Анастасия жива, ты
должна отрицать это на благо России! Но я не сторонница Макиавелли. Я отношусь к
идеалистам, которые верят, что доброта и любовь должны быть важнее
государственных интересов! Дядя Пьер уехал в гневе, ударяя своей тростью по кустам
в парке. - Женщинам действительно нельзя доверять, - цедил он сквозь зубы. - Чуть
больше гормонов или их недостаток, и они ведут себя как неразумные дуры! Мои
мысли: «То есть он был шовинистом и сексистом». Ах, расскажите мне о постоянстве
и разуме мужчин …
Именно так я узнала, что мой дядя Пьер был женоненавистником. Пересечение
немецкой границы прошло благополучно. Было нелегко получить въездную визу на
территорию Веймарской республики, так как к паспортам беженцев относились очень
предвзято. Ярлык беженца придавал неприятную славу, которая тормозила малейшую
административную формальность. Потребовалось личное вмешательство
полномочного представителя Дании Цале, чтобы мое дело было решено за два дня.
Для него это было рискованно. Дипломат занимался еще больше защитой Анастасии в
тот момент, когда поддержка принца Вальдемара становилась все более и более
незначительной. Клевета Жильяра шла своей дорогой к королевскому двору
Копенгагена, и Цале не осмеливался ни навестить Великую Княжну, ни написать ей.
Между Цале, который больше не мог сохранить свои позиции, и великим князем
Андреем, который должен был показывать свою беспристрастность, чтобы не
навредить достоверности расследования, находилась я, женщина 28 лет, не имеющая
дипломатического опыта. Я была для Анастасии представительницей этих двух
высокопоставленных особ, и не знала, смогу ли оправдать оказанное мне доверие.
Если бы произошел малейший инцидент, то я больше не смогла бы просить их ни о
влиянии на ход дела, ни о защите Анастасии. Наконец-то, у меня больше не было
оснований волноваться. Все было тщательно организовано Цале, Сергеем Боткиным и
доктором Эйтелем. Мы договорились, что лучшим местом для нашей встречи с
Анастасией будет Мюнхен, расположенный на полпути между Оберстдорфом и
Зееоном, где была баварская резиденция семьи Лейхтенбергских. Эта поездка должна
была храниться в строжайшем секрете, чтобы не всполошить журналистов и не
вызвать внезапные действия противников великой княжны.
В санатории Штиллехаус сильно опасались за безопасность Анастасии. Гессенский
продолжал оказывать давление посредством полиции Дармштата на баварскую
полицию. Он добивался выселения Анастасии из Баварии и ее помещения в
психиатрическую больницу Берлина. Комиссар Грюнберг, который когда-то приютил
Анастасию и заинтересовал ее делом членов Веймарского правительства, вмешался в
64
дело, защищая Анастасию. Но это хрупкое равновесие в любой момент могло
нарушиться. Я успокоилась только тогда, когда увидела на вокзале в Мюнхене доктора
Эйтеля, который шел мне навстречу спокойно без всякой напряженности. Он тепло
меня поприветствовал.
- Все хорошо, Госпожа Чайковская отдыхает в отеле. Я должен сказать, что Она вас
ждет с беспокойством. Он улыбнулся на юношеский манер. - Ей стало легче от того,
что она покинула Штиллехаус? - Напротив, мысль о встрече с неизвестным вводит ее в
панику. На самом деле она нигде не чувствует себя в безопасности. Ваше присутствие
успокоит ее. Может быть, и успокоит, но на слишком короткое время. Как бы то ни
было, но Анастасии необходим покой, живость и энергия. Поскольку она доверяет
мне, то я постараюсь сделать все, чтобы вернуть ей надежду и храбрость.
В отеле мы поднялись в номер Великой Княжны. Я ожидала увидеть ее угнетенной, и
мне стало легче, когда я увидела, что она встречает меня. Она была одета в белое, ее
любимый цвет, но ее осунувшееся лицо показалось мне еще более бледным, чем
прошлым летом. Анастасия мне напряженно улыбнулась, подставила мне щеку, чтобы
я ее поцеловала. Я едва коснулась ее кожи своими губами, но она вздрогнула. Она
была напряжена и очень нервозна. Она делала все, чтобы не поддаться какому-нибудь
опрометчивому решению. Меня поразила одна мысль. Передо мной была императрица
Александра, которая пыталась дать аудиенцию. Именно такой, какой мой отец
описывал её много раз. Как и Супруга Николая II, Анастасия скрывала свою нервную
напряженность и свой страх неизвестного под видимой суровостью и сдержанностью.
- Давайте поговорим немедленно, я готова, - умоляла она. У нее был такой хрупкий и
напряженный вид. Я никогда не видела более живого воплощения дочери Агамемнона,
принесенной в жертву своей семьей, чем Великая Княжна Анастасия. Она заставила
меня сесть в кресло. - Я не хочу, чтобы из-за меня вы чувствовали себя усталой, -
воскликнула она. - Вам необходимо отдохнуть. Вам удобно сидеть? Вам не холодно?
Я могу одолжить вам мою шаль. Скажите мне, если вам что-нибудь потребуется. Я вас
прошу, скажите мне. Великая Княжна все больше и больше нервничала, стараясь
показать свое расположение ко мне. Как только принесли чай, она бросилась его
подавать и чуть не перевернула чашку, спеша мне ее принести. Она пыталась быть
веселой, спрятать свою тревогу, но результат не убедил нас, ни доктора Эйтеля, ни
меня. Страх, который прочитывался во взгляде Великой Княжны, невозможно было
рассеять. Поэтому я с облегчением заметила, что нам пора было отправляться на
вокзал. Анастасия не протестовала и покорно покинула отель. Доктор Эйтель нас
проводил до перрона, посадил нас в купе.
- Вы увидите, вам будет очень хорошо у Лейхтенбергских. Герцогиня очень добрая и
мягкосердечная женщина. Поезд тронулся. Она осмотрела все вокруг себя. Вагон был
мрачный, зловещий, с плохим освещением. Начало холодать. Ее взгляд вновь
приобрел трагическую неподвижность, которую я так часто видела в Оберстдорфе. Я
попыталась заговорить с ней, но она мне не ответила. Погрузившись в свою тревогу,
она меня не слышала. Уже была ночь, когда поезд остановился на небольшом грубом
массивном вокзале. На перроне неподвижно ждал мужчина высокого роста в компании
слуги в форме шофера. Я направилась к двери, и незнакомец подошел к вагону. Я
никогда не видела герцога Георгия Лейхтенбергского, но знала, что это был он.
Подойдя ко мне, герцог поприветствовал меня и помог Анастасии спуститься на
перрон. Как Анастасия будет чувствовать себя в замке Зееон? Я даже не знала,
благосклонно ли к этому относится герцог. А если он ее не признает? Великая княжна,
такая чувствительная к обстановке. Она не могла вынести даже малейшей
враждебности. - Я думаю, вам здесь будет хорошо,- пояснил герцог. - Ваши окна
65
выходят на озеро. Как жалко, что до весны еще далеко. Вид замечательный, особенно
когда цветут все яблони.
Едва он закончил свою фразу, Анастасия повернулась к нему. - Спокойной ночи, -
сказала она.
Как только Анастасия уснула, я в спешке переоделась. Перед тем как уйти, герцог
Лейхтенбергский мне незаметно сказал: - Я вас прошу, когда вы освободитесь,
спускайтесь в гостиную. Лейхтенбергский был ее последней надеждой, ее последней
защитой, которая отделяла ее от приюта, где ее хотел закрыть дядя Эрни. Я
приготовилась защищать великую княжну. В изящном кресле эпохи Людовика XVI
восседала супруга герцога Лейхтенбергского, живо разговаривая со своим мужем.
Наконец, герцогиня Ольга, чей практический ум быстро одержал верх, вернула нас к
более конкретным заботам. - Если ваше решение обосновано, мой дорогой, а я вам
доверяю, бедняжка оказалась в ужасном положении. Мы должны действовать. Герцог
высказал свое мнение.
- Я уже начал через Сергея Боткина организовывать все возможные сравнения с
бывшими родственниками великой княжны Анастасии. Мое положение гарантирует
объективность этих встреч.
- Проблема не в этом, - продолжила герцогиня. - Госпоже Чайковской необходима
влиятельная помощь. Посмотрим, к кому мы можем обратиться? Наш друг генерал
Макс Хоффман является гарантом ее подлинности. - Генерал Хоффман? – спросила я.
– Не он ли был главой штаба Кайзера на восточном фронте в 1918 году? Герцог,
улыбнувшись, посмотрел на меня.
- Точно. До вас в Сибири хорошо доходили новости. Да, Хоффман подтверждает, что
ваша подзащитная – это великая княжна Анастасия. Он мне дал слово, что у него были
документы, подтверждающие это. Но они, к несчастью, находятся в строжайшем
секрете.
Я быстро размышляла. Мой муж участвовал в службе контрразведки армии Колчака, и
с ним я научилась понимать с полуслова. Мне не нужно было более пространных
объяснений. Секретные службы Германии обладали доказательством подлинности
Анастасии. Хоффман никогда не согласится свидетельствовать публично. - Кроме
нашего друга, - продолжала герцогиня, - я не знаю никого высокого ранга, кто мог бы
заинтересоваться случаем нашей гостьи.
- Но вы забываете Херлуфа Цале! – воскликнула я. Отпечаток грусти появился на лице
герцога Лейхтенбергского. - Вы не в курсе. Мне жаль Хелруфа Цале, к которому я
питаю самое большое уважение, но он был отстранен от дела. Принц Вальдемар
уступил давлению со стороны окружения его сестры, вдовствующей императрицы.
Цале смотрел на невозмутимое красивое лицо вдовствующей императрицы Марии
Федоровны. Мать несчастного Николая II приняла его холодно, и опытный посол,
благодаря своей долгой карьере в искусстве нюансов и замалчиваний, знал, что ее
заставили его принять. Чтобы он ни говорил, его аргументы будут выслушаны сурово
и даже враждебно. Какая жалость! Вдовствующая императрица была старой
женщиной, обиженной судьбой и окруженной своими идеями, окаменевшими от
возраста и несчастий. Императрица сидела неподвижно. - Ваше императорское
высочество, - начал Цале глухим голосом, - считаю своим долгом представить вам
вновь результаты моих расследований, связанных с госпожой Чайковской. С того
момента, как принц Вальдемар доверил мне это дело, я собрал внушительное
количество доказательств, которые подтверждают, что эта девушка есть никто иная,
как ваша внучка, Великая Княжна Анастасия. Посол бросил взгляд вправо от Марии
Федоровны. Там в стороне сидела Ольга Александровна и занималась шитьем. Она
66
притворялась равнодушной, но ее движения были нервными и плохо согласованными.
Она вздрогнула, услышав имя Анастасии, и ее щеки окрасились в розовый цвет. - С
какой бы стороны я не подходил к этому случаю, все совпадает. Ее воспоминания,
хотя и усеченные из-за частичной амнезии, всегда точны. Я знаю, что некоторые
обвиняют госпожу Чайковскую в том, что она заимствует эти воспоминания из
опубликованных книг о жизни в Царском Селе. Но я утверждаю, что это невозможно.
С одной стороны, у госпожи Чайковской никогда не было средств, чтобы собрать
такую документацию, как и, впрочем, у эмигрантов, которые ее принимали во время ее
пребывания в Берлине. С другой стороны, я сам провел эксперимент. Ее амнезия не
дает ей возможности вспомнить о том, что она прочитала меньше недели назад.
Наконец, я записал много историй, рассказанных больной, которые никогда не были
опубликованы и которые после проверки оказались подлинными. Я приведу только
один пример. Доктор Руднев, который ухаживал за госпожой Чайковской в Берлине,
однажды спросил ее, что она делала в день объявления войны. Госпожа Чайковская
покраснела и рассмеялась. «Мне стыдно, - сказала она, - я и моя сестра Мария, мы
играли, бросая бумажные шарики в прохожих». Доктор Руднев мне потом рассказал,
что он был одной из мишеней проказ их высочеств великих княгинь, и об этом он
никогда никому не рассказывал.
- Я хочу также настоять на физических характеристиках, - продолжил он, не показывая
своего разочарования. - Сходство госпожи Чайковской с Великой Княжной
Анастасией подтверждалось множество раз. Если ее лицо изменилось в результате
роста и внешних ранений, силуэт и манеры те же самые. Ее высочество принцесса
Швеции Марта спросила меня, смогу ли я организовать встречу с той, которая
выдавала себя за дочь царя. Я попросил ее следовать за мной, и принцесса смогла
увидеть больную, когда она прощалась со мной со своего балкона. Она воскликнула:
«Но это не Татьяна. Это Анастасия». Было видно, что принцесса испытала шок. Я
уверен, что она не притворялась взволнованной. Но эти свидетельства, основанные на
личных впечатлениях, могут быть оспорены. Я это понимаю, поэтому ограничусь тем,
что отмечу, что у больной на левой лопатке есть след от родинки, удаленной
хирургическим путем. А у Великой Княжны Анастасии Николаевны была операция по
удалению родинки в том же самом месте до войны 1914 года. Деформация правой
стопы, которой страдала великая княжна, также есть у госпожи Чайковской. Таким же
образом у последней есть след от шрама на суставе среднего пальца левой руки. Я
нашел подробности происшествия с ее высочеством великой княжной. Неловкий лакей
прижал ее палец дверью машины.
Цале прервал свою речь, чтобы подождать реакцию. Мария Федоровна молчала. Посол
начал находить ситуацию стеснительной. Мать Императора Николая II не двигалась,
выпрямив спину и высоко подняв голову, замкнулась в своем молчании. Цале никак не
мог узнать, слушала ли она его. У него было впечатление, что он говорил в пустоту.
Он знал, что Мария Федоровна была очень сильно огорчена недавней смертью своей
сестры Александры, королевы Англии, и вышла из этого испытания ослабленной и
усталой, но он говорил о ее внучке! Она единственная, кто выжила в бойне в
Екатеринбурге! Как Мария Федоровна могла оставаться такой безучастной?
Отчаявшись, Цале смирился и перешел к последней части своей защитной речи:
- Когда я дошел до этой стадии моего расследования, мне оставалось только прояснить
основной пункт. Что случилось с Великой Княжной Анастасией Николаевной во время
трагедии 1918 года? Существовала ли физическая возможность ее появления в
Берлине в 1922 году? В моем распоряжении было две группы свидетельств: те,
которые дала госпожа Чайковская, к несчастью очень обрывочные, и официальное
67
расследование, проведенное следственным судьей Соколовым для адмирала Колчака.
Я сосредоточился над описанием, данным дознавателями армии Колчака, последних
моментов жизни его Императора Николая II и его семьи в доме Ипатьева в
Екатеринбурге.
Мария Федоровна, наконец, показала, что слова Цале до нее доходили. Ее глаза
моргали, и посол видел, как сжимаются мышцы ее лица. Цале оказался перед
дилеммой, которую он не мог разрешить.
- Расследование установило, - начал он монотонно, - что поздно вечером 16 июля 1918
Царь и вся его свита были разбужены стражей. Им приказали подготовиться к новому
переезду. Приготовления прошли быстро, в смятении. Когда узники оделись,
большевики собрали их в комнате в подвале. Согласно отчетам, их было 11: Царь,
Царица, их пятеро Детей, доктор Боткин, горничная Демидова и двое слуг. Соколов
тщательно изучил эту комнату. Из этого он сделал следующий вывод: стража Красной
Армии под предводительством Юровского ворвались и в упор расстреляли
заключенных. Один из, арестованных позже, красноармейцев дал свидетельские
показания. После револьверных выстрелов в живых осталась только Великая Княжна
Анастасия. Тогда один солдат ударил ее прикладом. Мария Федоровна побледнела.
Одной рукой она сильно сжала свою трость, и Цале мог видеть суставы, побелевшие
от напряжения. Среди пятен старости выступала одна дрожащая прожилка. Лицо
приняло враждебное выражение. Мария Федоровна холодно, невыразительно и
взволновано смотрела на Цале. Цале откашлялся: - Я глубоко расстроен, что был
вынужден заставить вас пройти это испытание. Но расследование Соколова
неопровержимо. К тому же, совпадение его данных с рассказом госпожи Чайковской
представляет доказательство, что Ее Высочество Великая Княжна Анастасия
Николаевна выжила. Вы видите, у госпожи Чайковской на лице, в особенности на
челюсти, и на костях черепа, следы травм. Профессор Руднев утверждает, что эти
травмы, по всей вероятности, были нанесены прикладом ружья. Госпожа Чайковская
вспоминает, что их резко разбудили красноармейцы, потом следовала спешка. Она мне
рассказала о входе в подвал дома Ипатьева. Там ее воспоминания теряются. Она
вспоминает, что пришла в себя в крестьянской повозке, она была ранена, ее мучила
лихорадка. Один из красноармейцев, который занимался перевозкой тел, заметил, что
она была жива и спас ее… Я готов рисковать своей жизнью, своим имуществом,
репутацией ради того, что я сейчас буду утверждать. Госпожа Чайковская – это
Великая Княжна Анастасия Николаевна. Цале замолчал. Его сердце билось. Несмотря
на давнюю привычку произносить речи, он чувствовал легкую одышку. Цвет его лица,
обычно светлый, стал красным.
- Я могу добавить только одно. Подумайте о приговоре, который вынесет история вам
и вашей семье, если не предпринять ничего, чтобы прояснить это дело. Мать
Императора Николая II все время смотрела на Цале. Она медленно повернулась к
Ольге Александровне, которая продолжала вышивать неровно и нервно. - Моя дочь
Ольга, - сказала она тихим и усталым голосом, - моя дочь Ольга утверждает, что эта
женщина не моя внучка. Аудиенция была закончена.
Анастасии было сложно адаптироваться в Зееоне. Несмотря на приближение весны,
было еще холодно. Снег блокировал окрестности замка, нам было практически
невозможно выйти. Но с наступлением дня ночные привидения отходили на второй
план, и мне удавалось успокоить взволнованное сознание Анастасии. С прошлого лета
в Штиллехаусе у Великой Княжны не было никаких улучшений в психологическом
плане. Конечно, ее физическое здоровье улучшилось, она научилась пользоваться
левой рукой, но ее поведение свидетельствовало о тревожной нестабильности. Она
68
закрывалась на целый день в своей комнате и проводила время, вытянувшись на
кровати или на диване, ссылаясь на мигрень. Она пугалась по пустякам, дрожала от
страха, когда стучали в дверь. Она не хотела никого видеть, и я была вынуждена
просить герцогиню, чтобы ей приносили еду в комнату. Однако, и меня это радовало, у
Анастасии не вызывал опасений герцог Георгий Лейхтенбергский. Каждое утро он
навещал ее, и по поводу этих встреч Великая Княжна выражала все большее
удовлетворение. Ее ободряла статность, воинственный вид и уверенность герцога.
Через несколько дней после ее приезда она настолько осмелела, что задала ему вопрос,
который ее уже давно мучил: - Почему вы меня приняли? Герцог хорошо помнил то
сильное впечатление, которое испытал во время приезда Анастасии. Гиги
Лейхтенбергский не колебался. - Я всем обязан Императору Александру III, - ответил
он. - Для меня это большая честь и радость, если я могу помочь его внучке. В его
голосе слышалось искреннее волнение. Анастасия улыбнулась. Отныне она всегда с
нетерпением ждала визита хозяина. Каждый раз герцог немного опаздывал. Мы с ним
просто болтали. Анастасия почти никогда не вмешивалась в нашу беседу, но слушала с
живым удовольствием. Однажды герцог принес довоенную подборку немецкой
иллюстрированной газеты Die Woch. Анастасия тотчас оживилась. - Там должны быть
фотографии моих родителей! – воскликнула она. – Они там были всегда! Мы листали
толстые переплеты. Каждая фотография вырывала из Великой Княжны радостный
комментарий, но эти образы исчезнувшего счастья также оживляли в ней сильное
страдание. Вскоре она погрузилась в свои мрачные мысли. Я оставила ее, лежащую на
диване. В этот раз я не сделала ничего, чтобы ее развлечь. Ее глаза были закрыты, но у
меня сложилось впечатление, что в ней происходят изменения. Я не ошиблась. С этого
дня у Анастасии вновь появился вкус к жизни. На фотографиях она увидела своих
родителей, молодых и счастливых, которых шумно приветствовала толпа. Она видела
своих сестер, которые босиком играли на дамбе с маленьким Лордом Маунтбаттеном.
Мужественная представительность казаков из Конвоя, украшенная униформа лакеев,
пробудили в ней радость и вкус к жизни ее отрочества. Периоды прострации случались
все реже. Мне даже удавалось ее рассмешить. Ее тревога оставалась, но сейчас
Великая Княжна этого не скрывала. На своем неправильном немецком, на котором она
вновь охотно разговаривала, она рассказывала мне о Цале, о ее тете Ольге. Анастасия
становилась менее отчаянной. Наконец, она согласилась покинуть комнату, когда я
уверила ее, что ей не грозит никакая нежелательная встреча. Наступила оттепель, и
один или два раза мы совершили одинокую прогулку по аллеям парка вдоль озера. На
этаже, где находились наши комнаты, располагался музыкальный салон с мебелью,
обитой вощёным ситцем веселых тонов. У Анастасии быстро вошло в привычку
проводить там утро. Я садилась за пианино, она меня страстно слушала. Ее особенно
волновали старые русские народные песни. Она то смеялась, то плакала, хлопала в
ладоши, принималась напевать мелодии и даже – о, чудо – русские слова. Герцог все
чаще и чаще приходил присоединиться к нам. Тогда я отходила от клавиатуры, чтобы
с ним поговорить. Мы говорили по-немецки, но мои фразы путались, и я переходила
на русский. Герцог подражал мне, сам не замечая этого. Иногда он останавливался,
извиняясь перед Анастасией, что говорил на языке, который для нее, казалось, был
чуждым. - Продолжайте, ну продолжайте же, - восклицала тогда великая княжна,
сверкая глазами, - я все понимаю! Я была рада. Страх, который заблокировал мозг
Анастасии, начал постепенно исчезать. Понемногу русский возвращался к ней.
Однажды, после отъезда герцога я спросила Великую Княжну: - Почему вы не
говорите по-русски? Я вижу, что Вы его не забыли. Анастасия посмотрела на меня
возмущенно и агрессивно. - Тяня, это невозможно! Как Вы не понимаете, что я не могу
69
разговаривать на этом языке? Тогда как … тогда как… Она запнулась. В волнении она
забывала немецкие слова.
- Тогда как последние фразы, которые я услышала в ту ночь, были сказаны по-русски!
Ее пронзительный голос оборвался на последнем слове. В ту ночь… Она думала об
ужасной и трагической ночи на 17 июля 1918 года. Последние слова произнес
начальник убийц Юровский.
- Ваша судьба решена, - заявил он Императору Николаю II. - Мы Вас сейчас
расстреляем!
Грянул залп. Свистели пули. Чудом выжившая Анастасия еще должно быть слышала,
как Юровский приказал своим подручным: - Прикончите их. Всех! Удар приклада
обрушился на нее, погрузив ее в кошмар новой жизни без корней и без имени. Если
герцог был убежден в подлинности Анастасии, то вся его семья в это не верила. Его
жена Ольга каждый день отправляла свежие цветы в комнату великой княжны. Когда я
с ней разговаривала вечером, она мне рассказала, что хотя она полностью доверяет
своему мужу, она с нетерпением ждала встречи с Анастасией, чтобы, наконец, иметь
возможность сформировать собственное мнение. Сыновья герцога, в отличии от
Георгия, родного брата бывшего флигель-адъютанта Николая II, не оценили
присутствие «интриганки». Только дочь Лейхтенбергов, Натали, баронесса Меллер-
Закомельская, которая была примерно моего возраста, и с которой я с удовольствием
болтала, была благосклонна к княжне. Мы должны были спуститься в гостиную после
чая, как только все гости вернутся в свои комнаты. По мере того как время встречи
приближалось, настроение Анастасии становилось все мрачнее. Однако она ни разу не
попыталась уйти тайком. Верность данному слову была для нее святым долгом,
вопросом чести. Когда я ей сказала, что уже пора одеваться, она послушно встала и
начала собираться. Она открыла шкаф и стала искать среди своих вещей подходящую
одежду. Она действовала медленно, нехотя, и я чувствовала, что она была склонна к
тому, чтобы найти малейший повод, чтобы отложить предначертанный момент.
Вскоре она начала нервно сворачивать и разворачивать великолепную шаль из
розового шелка, которую ей послала великая княжна Ольга Александровна.
- Таня, вы посмотрели, пришла ли почта? – спросила она меня приглушённым голосом.
- Да, - ответила я, ожидая, что за этим последует. - Есть ли письмо для меня?
Я кусала губы. Ответ был все время один и тот же с момента нашего приезда в Зееон. -
Нет, ничего.
Крупные слезы тихо покатились по щекам великой княжны. - Это невозможно. Почему
она не пишет? Она меня забыла, она меня бросила. Анастасия подбежала ко мне,
положила свою здоровую руку мне на плечо и стала меня трясти. - Скажите, почему
моя тетя мне не пишет? Она меня больше не любит? Это так? Я внезапно побледнела.
Анастасия отпустила меня и отступила на один шаг.
- Таня, вы что-то знаете. Скажите мне. Почему мне не пишут? Я хочу поехать в
Копенгаген. Мне нужно увидеть бабушку. Анастасия все больше и больше
волновалась. Внезапно она горестно закричала. - Я знаю, я знаю, почему мне ничего не
говорят. Моя тетя Ольга написала мне, но вы спрятали эти письма. Вы не хотите,
чтобы я знала, что моя бабушка умерла. Скажите, Татьяна, я вас прошу. Бабушка
умерла? От меня ничего не надо скрывать. Я сильная, вы знаете, я могу все вынести.
Она дрожала. - Да, все вынести! Даже самые плохие новости.
Нехотя, измученная совестью, я ее утешала. - Нет, от вас ничего не скрывают. Ваша
тетя вам не пишет, может быть, потому, что у нее мало времени. У вашей бабушки все
хорошо, и она очень требовательна к тем, кого она любит, вы знаете. Анастасия
понемногу овладела собой, легкая улыбка появилась на ее губах. - Это, правда.
70
Бабушка любит, чтобы ей все подчинялись. Таня, вы мне должны кое-что пообещать. -
Что? - Говорите мне всегда правду! Всегда … Я ей это пообещала с болью в сердце.
Когда мы, наконец, спустились в гостиную, Анастасия едва держалась на ногах. Она
была не в состоянии отвечать, ни на какие вопросы. Ее пальцы впивались в
скомканный платок. Герцогиня очень быстро отказалась продолжать беседу и дала мне
понять, после нескольких мучительных напряженных моментов, что я могу отвести
Анастасию обратно в ее комнату.
Великая Княжна испытала облегчение оттого, что очередное испытание закончилось, и
сразу же легла. Она чувствовала себя изнуренной. Я была очень разочарована
результатом встречи и ушла, не составив ей компанию. Анастасия еще раз по
собственной вине повредила своему делу.
После ужина герцог и герцогиня спросили меня, могу ли я посвятить им несколько
минут. Я согласилась, готовясь изо всех сил защищать Анастасию. Мы устроились в
углу большой гостиной.
- Это Анастасия, сейчас я в этом уверена, - заявила вопреки всяким ожиданиям супруга
герцога Лейхтенбергского. Я удивилась, встреча была настолько короткой. -
Фамильное сходство меня не обманывает, - решительно ответила герцогиня. - Она
относится к типу Александра III, как и дети Ксении. Но больше всего меня впечатлило
ее лицо. Оно было белым, как мел, и разукрашено красными пятнами. На ее шее и на
ее руках были видны те же следы. Когда её мать, Александра Федоровна, была
напряжена, ее кожа так же реагировала. Я это замечала много раз во время приемов
при дворе. - Великая Княжна постоянно меня спрашивает о новостях из Копенгагена, я
больше не знаю, что ей сказать. Думаете ли вы, что мы правильно поступаем, скрывая
от нее серьезность ситуации? Герцог встревожился. - Посмотрите, в каком она
состоянии. Если вы ей все расскажите, то потеряете всякую надежду на
выздоровление. Я больше не могла выносить эту атмосферу заговоров. Я
запротестовала. - Но это человеческое существо. Она заслуживает уважения. По
какому праву мы позволяем брать на себя всю ответственность за ее судьбу? Мы
должны сказать ей правду. Если мы хотим, чтобы она выздоровела, нужно обращаться
с ней как с ответственным человеком. Пора сказать ей правду о Копенгагене.
Герцогиня согласилась со мной. Герцог Лейхтенбергский научился доверять решениям
супруги. Он подчинился. - Пусть будет так, Татьяна Евгеньевна. Если вы считаете это
необходимым, откройте ей отношение к ней в Копенгагене. Я не хочу рисковать и с
ней об этом говорить. Я ушла счастливая оттого, что скоро смогу разорвать кокон
абсурда, которым «для ее собственного блага» окутали Анастасию. Конечно, кто-то
должен был это сделать, но был ли это хороший момент? Если бы я знала планы
великого герцога Гессенского, я смогла бы представить интригу, которую враги
Анастасии замыслили против нее, все эти ловушки уже два месяца были готовы к
действию, может быть, мне следовало промолчать. Великий герцог Эрнст Людвиг фон
Гессенский снял трубку внутреннего телефона. - Гарденберг, - сказал он сухо. - Вы
мне нужны.
Граф вскоре толкнул дверь, которая соединяла его кабинет с кабинетом герцога. Он
застал Гессенского, как обычно, шагающим большими шагами в широкой комнате с
темными гобеленами.
- Я вызвал начальника нашей полиции, доктора Узингера, - объявил герцог,
остановившись перед окном, из которого были видны обнаженные деревья в парке. - В
этот момент он ждет в передней. Я хочу, чтобы вы присутствовали при нашей встрече.
Глаза Гарденберга загорелись. - Вы решили предпринять конкретные меры против А.
Чайковской? Фон Гессенский поднес руку к своим изящным усам. - Да, великий князь
71
Андрей привлек к делу госпожи Чайковской превосходного сторонника, герцога
Лейхтенбергского. Я не хочу рисковать. Предложение Гугенберга, опубликовать текст
этой Ратлеф отрывками в его самой газете, конечно же, великолепное. Одна
публикация в «Берлинер Наухсгабе» должна повредить моей племяннице больше, чем
любое наше заявление. Но этого недостаточно, ее нужно окончательно
дискредитировать! - Что вы планируете делать? - спросил Гарденберг. Великий герцог
снова начал шагать по своему кабинету.
- Пресса – наш лучший союзник. Нам необходимо ей предоставить информацию,
откуда начинать скандал. Позволите публике увлечься Великой Княжной, упавшей с
неба, а в удобный момент мы должны представить неопровержимые документы,
которые доказывают обман. Сейчас январь. Выход из печати запланирован на
середину февраля. Необходимо, чтобы все было готово к началу апреля.
Гарденберг принял недовольный вид. - Вы собираетесь передать журналистам
результаты вашего расследования? - Нет, я не хочу, чтобы мое имя появилось в печати.
Это означало бы придавать слишком много значения этой интриганке.
Неопровержимые свидетельства должны быть предоставлены Берлинер Нахтаусгабе
без ссылки на меня. В этом нам поможет полиция. Фон Гессенский позвонил. -Пусть
войдет доктор Узингер, - приказал он вошедшему лакею в ливрее.
Доктор Узингер, начальник полиции Дармштадта, был безвкусно одетым неуклюжим
человеком. Он говорил на грубом и отрывистом немецком языке, который был
распространен среди чиновников Рейха до войны, и который очень отличался от
аристократических интонаций Гессенского. - Я выражаю свое почтение вашему
высочеству. -А, доктор, как вы себя чувствуете?
Любезность герцога была поверхностной. Он говорил уверенно, не дожидаясь ответа,
как человек, привыкший командовать. - Итак, до чего вы дошли в деле Чайковской?
Лицо Узингера приняло раздосадованный вид. - Ваше высочество, мы все еще
пытаемся добиться ее выселения из Баварии, но безуспешно. Мои баварские коллеги
остаются нерешительными. У меня возникло впечатление, что госпожа Чайковская
пользуется каким-то покровительством, может быть даже в правительстве. Эрнст
Людвиг фон Гессенский высокомерным жестом отмел проблему.
- Продолжайте. Если вы сможете добиться успеха раньше, чем ее покровители смогут
найти для нее другое убежище, это было бы великолепно. В противном случае…
Ладно, я хотел бы, чтобы вы мне оказали еще одну услугу. «Услуга равносильна
приказу», - подумал про себя начальник полиции Дармштадта. - Я хотел бы, чтобы вы
мне подготовили самое серьезное досье этой женщины. Я хочу доказать раз и
навсегда, что она не может быть моей племянницей. Обратитесь к графу Гарденбергу,
он вам предоставит все детали, которые вам могут понадобиться: отпечатки пальцев,
фотографии, образцы почерка. Гарденберг заговорил: - Наставник Императорских
Детей, профессор Жильяр, уже заказал морфологическое расследование у
швейцарского криминалиста, профессора Бишова. Но материала, которым он
располагает, не достаточно. Он не смог, например, достать фотографии уха госпожи
Чайковской. Для вас получить эти фото будет игрой. - Как это? – спросил Узингер. -
Такой снимок есть во всех досье полиции Берлина. Он был сделан в 1920 году, после
того, как эта женщина была спасена от самоубийства. Полицейский согласился. - Да, я
мог бы достать его и сравнить с подобной фотографией … - И, еще одна деталь,
перебил его фон Гессенский. Когда я вам дам приказ, вы отправите это досье в прессу.
Но обратите внимание, мое имя нигде не должно упоминаться. - Это разоблачение
вызовет большой скандал, - воскликнул Узингер. - Это как раз то, чего я добиваюсь, -
сухо ответил герцог. - Если вы мне это позволите, ваше высочество, - сказал начальник
72
полиции, - я хотел бы предупредить вас об опасности. Журналисты жадны до
скандального материала. Если мы, полиция Дармштадта, предоставим им эту
информацию, они не откажут себе в том, чтобы объявить о причастности к делу
вашего высочества. - У вас есть предложение? - Надо установить еще одну защиту
между вашим высочеством и прессой. Я знаю очень хорошего частного детектива в
Берлине, Мартина Кнопфа, бывшего полицейского. Если вы его наймете, а он
гарантирует анонимность своих клиентов, то мы окажем ему помощь. Он окажется
более эффективным орудием, чем мы, поскольку мы вынуждены соблюдать
официальные процедуры. Герцог задумался на некоторое время, а потом спросил: - Вы
уверены в этом человеке? Узингер улыбнулся. - Его выгнали из полиции за нарушение
этики. Поскольку дело замято, этим можно воспользоваться. Эрнст Людвиг встал.
- Великолепно. Свяжитесь с этим Мартином Кнопфом. Гарденберг, вам я поручаю
следить за этим делом. Доктор Узингер, я рассчитываю на ваш успех. Вы понимаете, я
не могу позволить этой полусумасшедшей незаконно присваивать имя моей
племянницы. Мартин Кнопф глубоко вдохнул. Запах кожи, пыли и старого пота царил
в помещениях службы пропавших людей. Это напоминало ему то время, когда он еще
служил в берлинской полиции. - Эй, Мартин, что ты там делаешь? Давненько тебя не
было видно! - Привет, Ганс! Надо же, здесь ничего не изменилось!
- Ну, хорошо ли идут дела в твоей частной конторе? – спросил он. - С твоими
историями об обманутых людях ты не беспокоишься о своих деньгах! А мне едва
удается сводить концы с концами.
Кнопф похлопал его по плечу. - Значит, пора уходить в отставку. Я приглашаю тебя на
работу.
- Большое спасибо, чтобы закончить свою жизнь, следя за кем-нибудь в подворотне
или в воде! Хватит шутить. Зачем ты пришел? Лицо Кнопфа приняло небрежное
выражение.
- У меня есть клиент – влиятельный человек, который ищет девушку. Она исчезла из
Берлина в феврале 1920 года. Если бы у тебя было такое досье, это меня бы очень
устроило. Клиент щедрый …
При мысли о легко заработанных деньгах, лицо Ганса прояснилось. - У тебя есть ее
имя? - Только ее приметы. Ганс сделал гримасу. - Это будет непросто. - Ну, именно за
это и платит клиент, - рассмеялся Кнопф. - А что если ты покажешь мне список
пропавших в 1920-1922 годах! Я отмечу имена всех женщин, и ты мне достанешь их
досье. Та, которую я ищу, молода, среднего роста с белокурыми волосами. Если я
увижу ее фотографию, я ее узнаю. - Хорошо, хорошо, - проворчал Ганс.- И это только
для тебя. Это займет какое-то время, так что тебе придется подождать.
- Не беспокойся. Как обычно, ты из этого извлечешь свою выгоду. Я тебе говорю, что
мой клиент хорошо платит. Мартин Кнопф сел за стол из лёгкой древесины, весь
покрытый насечками, сделанными перочинным ножом. Вокруг него очень быстро
скапливались архивные документы. После долгих поисков с подозрительным видом он
отложил в сторону два или три досье. Он был недоволен. Ни одно из них не
подходило. Слишком много отличий или слишком много родственников. - Вот, это
все, что у меня есть, - объявил Ганс.
- Я не могу ее найти. У тебя действительно ничего другого нет? - Ну, есть
предполагаемые убийцы. Но если эта девочка жива, это не подходит. - Все же покажи.
Ганс вернулся с десятком карточек в руке. - Это предполагаемые жертвы Грооссманна.
Ты помнишь, был такой берлинский убийца.
- Да, я тогда еще работал в тюрьме. Он любил блондинок, если я не ошибаюсь. Это
могло бы меня заинтересовать. Мартин погрузился в изучение жертв. У него была
73
гениальная идея, находка века. Было бы глупо не использовать ее за неимением
подходящей пропавшей. Проблема в том, что надо было найти женщину со
славянским акцентом, фотография которой более или менее походила на неизвестную
больную. Чудеса ретушеров здесь не помогут, они никогда не смогут превратить
толстушку в лауреата конкурса красоты. В любом случае, мертвая ему подходила
больше всего. Она не может появиться неожиданно снова. Внезапно глаза Мартина
просияли.
- Скажи, Ганс, Эта полячка, тело которой не было найдено, Франциска Шанцковская, у
тебя на нее ничего другого нет? - Подожди, я дам тебе ее досье.
Когда Мартин Кнопф просмотрел тонкую пачку пыльных документов, он потянулся,
зевая от удовольствия. В этот раз он выиграл. Он поймал удачу. А, этот аристократ
фон Гессенский будет ему крайне обязан. Мартин Кнопф уже видел успех в своих
руках. Когда граф Гарденберг объяснил ему дело, он сразу же понял, что одного
анализа, основанного на фотографиях, будет недостаточно, чтобы дискредитировать
Чайковскую. Было необходимо что-то более сильное, неопровержимое. Он долго
ломал себе голову над этим, и к нему пришла блестящая мысль. Надо «разоблачить
настоящую личность» госпожи Чайковской. Для этого лучше сфабриковать
документы. Журналисты получат наслаждение. Мартин погрузился в досье, которое он
только что прочитал. Да, это так, польская рабочая, откликавшаяся на нежное имя
Франциска Шанцковская. Шанцковская, Чайковская, какое совпадение! Да, у нее
действительно было особое телосложение, «настоящее» совпадение с фреляйн
Унбекант. Бедная необразованная безнравственная девочка, которую ее семья
потеряла из виду. Более того, она лечилась от психического расстройства. Хозяйка
квартиры, в которой она жила, сообщила об ее исчезновении в 1920 году. Не
совпадают даты, но устроив кое-что, это может пройти. Осталось убедить Ганса и
забрать фотографию из дела. Это не сложно, если дать ему немного денег. А что если
заретушировать надлежащим образом, чтобы показать сходство с Чайковской. После
ретуширования было бы неплохо вернуть фото обратно в дело. И будь что будет.
Великая Княжна Анастасия была бы простой польской полусумасшедшей
крестьянкой, которую можно было бы поместить в психиатрическую больницу. Тогда
ею никто больше не заинтересуется! Мартин Кнопф был настроен очень
оптимистично. Теперь у него были основания продолжить работу над этим делом. Ему
оставалось только броситься на поиски. Будет не сложно убедить родителей
«признать» в Чайковской своего ребенка. Купить можно всех, при условии, что
установишь цену и снабдишь это хорошей порцией запугивания. Оставалась хозяйка
квартиры. Мартин потирал руки. Он знал хозяек берлинских квартир. У них не было
морали, им ничего не стоило продать мать и отца. Эта фрау Вингендер не была
исключением из правила. Кнопф старательно записал ее адрес. Первое, что нужно
было сделать, это нанести визит вежливости этой славной женщине. Но надо
действовать очень осмотрительно. Детектив улыбнулся. Легкая работа. Будучи
хорошим полицейским, он любил делать ставку на человеческую алчность… В Зееоне
после полудня погода испортилась, и запланированная прогулка не смогла состояться.
Анастасия, вытянувшись на диване, смотрела на потоки воды, струившиеся по окнам.
Я напрасно старалась ее развлечь, великая княжна оставалась неподвижной и
молчаливой, с грустными глазами. Даже музыка и фотографии, самые любимые
занятия ее не интересовали. У меня больше не было идей, и я решила обновить свою
корреспонденцию. Время от времени я краем глаза смотрела на Анастасию. Ее лицо
искажалось, её опять мучили мрачные мысли. Что сделать, чем ее утешить? Да, у меня
есть идея. Карты. Она всегда это любила. Я собиралась открыть рот, чтобы ей
74
предложить партию, когда Анастасия меня опередила.
- А что думает обо всем этом тетя Ольга? Я все еще не получила от нее письма.
Ну вот, пришел момент, когда я должна была сдержать свое обещание. Я должна
рассказать ей всю правда. Я собрала все мое мужество, и сказала:
- Ваша тетя вам больше не пишет, потому что она не считает вас своей племянницей.
Мне сразу стало легче. Все было сказано, но я должна была быть менее резкой.
Анастасия смотрела на меня, открыв рот, тараща глаза от удивления. Потом, когда
смысл моих слов дошел до нее, на ее лице появился страх. Она резко села, отбросив
одеяла. - Как? – бормотала она. – Что вы говорите? Почему вы так говорите? Я встала,
подошла и села рядом с ней. Это перемещение дало мне время, чтобы подобрать слова.
- Когда я вас покинула прошлым летом, - начала я, - я написала вашей тете, чтобы
засвидетельствовать ваше почтение. Я хотела убедить ее снова вас навестить. Я
объяснила ей, что ваше здоровье улучшилось, что ваша амнезия рассеивается.
Ольга Александровна мне ответила, что я ошибаюсь, что вы не были ее племянницей
Анастасией. Что второй визит с ее стороны был бы бесполезной тратой сил и времени.
Глаза Анастасии наполнились слезами. Она не могла сдержать дрожь своих губ. Это
отчаяние было настолько мучительным, что я с трудом продолжила говорить, опустив
голову. - Вы всегда думали, что ваша тетя вас признает, но подумайте снова о письмах,
которые вы ей написали. Там ничего не доказывает, что вы ее племянница. Они могли
бы быть обращены к любому человеку. Ваша тетя утверждает, что ее выражение
любезности к вам было только проявлением жалости. Она больше не хочет ни видеть
вас, ни писать вам. При слове «жалость» лицо Великой Княжны изменилось. Ноздри
сжались, глаза сверкали от бешенства. Анастасия прошипела: - Она права. Она больше
никогда не сможет меня увидеть. Я ее вычеркнула из своей жизни. Я ей даже не дам
перешагнуть через порог моего дома.
Ее гнев, ее ненависть дошли до высшей точки. - Как можно быть такой подлой! –
шептала она сквозь зубы. – Какой позор! Моя собственная тетя … Но возбуждение
великой княжны вскоре закончилось.
- Что со мной будет? – сетовала она. – Почему меня так ненавидят? Что я сделала,
боже мой, что я сделала, чтобы меня так предали? Мама была права, ни на кого нельзя
рассчитывать. Вас предают те, кого вы больше всего любите …
Она разрыдалась. - Мне нужно увидеть бабушку. Она единственная, кто у меня
остался. Только увидеть ее, издалека, не приближаясь к ней. У меня появилось
впечатление, что папа, мама, радость и счастье, это все лишь сон. Если я увижу свою
бабушку, по меньшей мере, я буду знать, что все действительно существовало. Таня,
мне нужна ваша помощь, я хочу поехать в Копенгаген. Бабушка должна иногда
выходить на прогулки. Я спрячусь в толпе. Я не буду с ней разговаривать. Помогите
мне, Таня. Она всхлипывала, заламывая руки. - Я больше не могу так… Напрасно я
пыталась ей объяснить: – У вас нет документов, удостоверяющих личность. Вы
никогда не получите визу в Данию.
Анастасия рухнула на подушки. Она не могла принять то, что с ней происходило.
- Обязательно должно быть средство, чтобы заставить мою тетю признать меня, -
бросила она. - Пусть нас отправят в суд. Я приду и скажу, кто я. Я все расскажу о моих
родителях, о моем детстве. Она подняла на меня глаза, полные надежды. - Мне
поверят, Таня. Мне поверят!
Я объясняла ей, что у нее нет никаких доказательств. Она не хотела понимать меня.
Она кричала, у нее была почти истерика. - Но это я. Я приду и я скажу судьям, что это
я. Это правда.
Анастасия прижала руки к груди, как будто этим жестом она хотела сохранить свое
75
имя, которое ускользало от нее. - Я это, я, - плакала она, - я это, я…
Она вцепилась мне в руку. Все ее тело приподнималось в ритме ее рыданий. Я взяла ее
руки и нежно их сжала. Через некоторое время ее рыдания стихли. Она начала
дрожать, ее зубы стучали от озноба. Ее губы стали синего цвета. Опять эта нервная
реакция. Я положила ее на диван, закрыла одеялами и села рядом с ней. Наконец, она
подняла на меня горестный взгляд. - Почему, Таня? – шептала она. - Почему? Я
пыталась объяснить неловкими отрывистыми словами:
- Вы были слишком доверчивой, слишком преданной. Вы говорили о своих
воспоминаниях слишком многим людям. Швабе, Кляйст. Они вас предали и
ненавидят. Они вас оклеветали. В особенности, вы рассказали о тайном путешествии
вашего дяди, великого герцога Гессенского, в Россию в 1916 году. Вы публично
уличили дядю Эрни в государственной измене, и тем самым потеряли его навсегда.
Анастасия меня слушала, как будто я открыла ей мир, о котором она и не подозревала.
- Вы также рассказали о вашем замужестве и рождении сына. Вы знаете, многие
русские опасаются, что большевики найдут вашего ребенка и восстановят для него
престол Романовых. Царь-коммунист!
Анастасия спокойно заговорила. - Те, кто говорят это, глупы. Сейчас моему сыну
должно быть семь лет. Утром в день моего отъезда у Анастасии была почти истерика.
Она не хотела, чтобы я уезжала, не взяв сувенира от нее. Она сделала мне подарок из
тех мелких предметов, которые она могла найти в своих чемоданах. Это были две
миниатюрные вазы для цветов и подушечка для булавок. В волнении она хотела даже
отдать мне свои игрушки: котенка Кики и резиновую мышь, у которой не было хвоста.
Когда она принесла мне демисезонное пальто, я вынуждена была рассердиться: - Но
вам тогда будет нечего надеть. Заберите одежду. Мне было очень сложно ее
переубедить. Наконец я уехала, счастливая, думая только о радости Кости, Татьяны и
Елены. Герцог Георгий фон Лейхтенбергский, который был вызван в Париж,
отсутствовал, но его семья со мной трогательно попрощалась. Перед тем как потерять
из виду Зееон, я обернулась и посмотрела на замок в заднее стекло автомобиля.
Анастасия одиноко смотрела на уезжающую машину. В тот день она была очень
красивая. Она была одета, как обычно, в белое. Ее светло-рыжие волосы окружали
маленькую голову золотым ореолом. Лицо княжны было очень бледным, серо-голубые
глаза придавали ее чертам легкий небесный блеск.
Тем холодным весенним утром я не могла и представить, что поток мерзости и
бесстыдной клеветы уже готов был обрушиться на ту, которая испытала столько бед. В
своей квартире на улице Гренель16 в Париже ждал герцог Георгий фон
Лейхтенбергский. Он отпустил своего шофера, который также был его камердинером,
чтобы побыть одному. Раздался звонок, герцог открыл своему посетителю и впустил
его в гостиную. Мужчины сели и посмотрели друг на друга. Фон Лейхтенбергский
плохо скрывал свое раздражение. Было легко составить себе представление об этом
Фрице Лукке, репортере Берлинер Нахтаусгабе. Журналист без образования, он
опоздал на два часа. Он был молод и еще слишком самоуверен. Казалось, что он слегка
выпивший. За несколько часов до встречи Луке позвонил по телефону и проявил
настойчивость, и даже назойливость. Он требовал назначить встречу как можно
быстрее, чтобы обсудить с герцогом важные новости о госпоже Чайковской. Дело не
терпело отлагательств, как утверждал Лукке. Он даже специально приехал в Париж.
Герцог ему неохотно уступил. Что от него хотел посланник газеты, которая больше
месяца держала всю Германию в напряжении, выдавая «эксклюзивную и
сенсационную» информацию с незначительными изменениями на тему «Жива ли
Великая Княжна Анастасия?» Лукке вытащил из своего кожаного портфеля помятый
76
экземпляр своей газеты. - Я пришел, чтобы передать вам это.
Герцог развернул газету, датированную вчерашним днем, 31 марта 1927 года. Он
просмотрел впечатляющий заголовок, который пересекал пять колонок первой
страницы, и побледнел. «Лжеанастасия разоблачена, - было написано в передовой
статье. – Женщина, извлеченная из воды в Ландверском канале 17 февраля 1920 года, и
которая называет себя Анастасией Чайковскаой, на самом деле Франциска
Шанцковская. Она никогда не была замужем, родилась в Боровилассе 16 декабря 1896.
С этим разоблачением было решено одно из самых громких дел нашего времени. В
свое время мы сообщим все детали нашим читателям». С замкнутым выражением лица
Лейхтенбергский быстро просмотрел внутренние страницы. Лукке улыбался
исподтишка: «Новость вызвала у него шок, - удовлетворенно заметил он. – Но этот тип
великолепно владеет собой. Посмотрим, как он отреагирует на мою информацию». -
Мы знаем, что у вас сейчас живет польская рабочая, которая выдает себя за ….Герцог
прервал его. - Госпожа Чайковская – моя гостья. Господин Лукке, у меня нет
доказательств ее подлинности, но я могу вам подтвердить одно, она принадлежит
моему миру. У нее безупречное воспитание и великолепные манеры. Она владеет
правильной речью и ни разу не совершила оплошности. Лейхтенбергский смерил
взглядом своего собеседника, его взгляд задержался на несколько элегантном костюме
посредственного качества и на перстне с печаткой, который украшал его руку. - И я не
должен вам говорить о том, что невозможно приобрести такую непринужденность,
если не погружаться с детства в соответствующую атмосферу. Госпожа Чайковская -
дама знатного происхождения и не может быть польской рабочей. Лукке не понял
оскорбления. Он был слишком хорошего мнения о себе. С момента ее прибытия в
Зееон, герцог фон Лейхтенбергский был удивлен масштабом, который принимало это
дело. Тихая деревушка, которая находилась у подножья замка, изменилась. Зеваки и
журналисты спешили туда, и перед дорожкой, которая вела в монастырь «логово
разбойников», баварскому полицейскому в униформе было нелегко разогнать
любопытных. У герцога было впечатление, что он присутствовал при приливе
энтузиазма и возбуждения, который охватил толпу за несколько минут до
соревнования по боксу. Он с трудом проложил себе путь. Его узнал раздраженный
несвоевременными выступлениями толпы полицейский. Герцог с большим трудом
прошел к себе в замок. Герцогиня ждала его в гостиной, ее лицо стало матово-розовым
от возмущения. Ей столько надо было сказать, что она едва поприветствовала своего
мужа. - Я была вынуждена попросить о помощи полицию, - воскликнула она. - И я
была права. Мне бы никогда не удалось одной дать отпор всем этим непрошеным
гостям. Герцогиня брезгливо показала последние три выпуска Берлинер Нахтаусгабе, в
которых через всю полосу было жестоко написано «Разоблаченная». - Какой позор!-
закричала она. - Анастасия еще ничего не знает. Однажды ей надо будет об этом
рассказать, но я не чувствую в себе силы бороться на двух фронтах. Сначала
наблюдать эту обнаглевшую свору клеветников, а потом сталкиваться с гневом,
который, я предчувствую, является Императорским. Герцог попытался вмешаться, но
герцогиня не дала ему такой возможности:
- Ты не представляешь, сколько оскорблений и вызовов мы получили с момента
публикации этих сплетен! Даже угрозы смерти были адресованы Великой Княжне. Из
осторожности я попросила Анастасию не выходить из комнаты. Мы не дадим
обмануть себя. Мы пойдем в контратаку. Госпожа Ратлеф-Кайлман только что со мной
связалась. Ты увидишь, у нее всегда есть идеи! Озадаченный Гиги фон
Лейхтенбергский заговорил: - Но, но… ты не…, - бормотал он. – Ты же не будешь
утверждать, что больная это дочь Царя Николая II! Герцогиня внимательно посмотрела
77
на своего мужа. Потом она рассмеялась. - Как же так, ты потерял рассудительность в
этом деле. Мой друг, это слишком странно! Таким образом, ты думаешь, что наша
Анастасия это польская рабочая. Рабочая? Но она никогда в жизни не работала, ты же
видел ее руки. Она умеет только вышивать. Давай, успокойся. А если бы мы теряли
голову от всех этих нацистских сплетен, которые публикует эта газетенка?
Потрясенный Гиги фон Лейхтенбергский упал в кресло. Это было слишком. Некоторое
время он чувствовал себя плохо, и эти непрерывные волнения были суровым
испытанием для его сердца. Взволнованная герцогиня взяла его за руку.
- Вы, мужчины, слишком легковерны, - сказала она ему нежно. – Вы всегда готовы
попасть в самую явную ловушку. Подумай. Как больная смогла бы узнать твоего брата
Николая? Как она могла узнать, что Конрад, имя, которое при ней произносили
впервые, был учителем фортепьяно в Александровском дворце? Нет, полячка, ставшая
на половину безумной из-за ранений головы, не смогла бы так притворяться. Герцог
понемногу приходил в себя. Он чувствовал, что с него свалился огромный груз. Да, его
супруга была права. Он позволил себе злоупотребить лицемерной способностью этого
Фрица Лукке. - Как здесь все это произошло? - спросил он.
Герцогиня иронично кашлянула. – О, в первый день был полный беспорядок. Я
получила подряд три письма от Сергея Боткина. Сначала он поверил в сплетни
Берлинер Нахтаусгабе, но после небольшого расследования он быстро понял, что это
провокация и насторожился. Я же никогда не была жертвой обмана! Великий князь
Андрей изучил все это дело с юридической точки зрения и тоже думает о провокации,
которая идет из Дармштадта. Оказалось, что Жильяр проживает у фон Гессенского и
посылает письма, в которых он защищает версию о польской рабочей.
- А Цале? – воскликнул герцог. - О, очень печально, никто из нас не может связаться с
ним. Гарриет фон Ратлеф-Кайлман бойко и с привычным энтузиазмом торопилась
написать статью в защиту Анастасии. Когда она захотела представить ее послу, она
наткнулась на закрытую дверь. Цале. Он считает, что его карьере пришел конец. Его
жена, по словам Сергея Боткина, в отчаянии.
В нескольких словах Гиги фон Лейхтенбергский ввел свою супругу в курс дела об
угрозах, которые нависли над Анастасией. По словам Лукке они исходили от нового
начальника берлинской полиции. Реакция герцогини ободрила его решение. Энергия,
которую она проявила, была заразительной, и внезапно ситуация показалась ему менее
безнадежной. - Привезти Анастасию в Берлин на допрос! – воскликнула Ольга фон
Лейхтенбергская. - Но об этом не может быть и речи. Баварская полиция нас защитит.
Временное удостоверение личности Анастасии действительно до следующего
продления.
Герцогиня стояла в решительной позе в гостиной, подбоченившись. Эта поза была
необычна для аристократки и вызвала улыбку у герцога. - Пусть приедут! – кричала
она. – Не будь я анархисткой, им будет с кем поговорить! Ее слова гремели под
сводом, как воинственный клич. Успокоившись, герцог благодарно сжал руки своей
супруги. Как он мог так заблуждаться! Герцог заметил, что его супруга осыпала Лукке
комплиментами по поводу его статей и задавала ему вопросы о его расследовании,
нахваливая его ловкость и талант. Ольга фон Лейхтенбергская искусно старалась
заставить журналиста заговорить. Фриц Лукке доверчиво разглагольствовал, о чем
придется. Внезапно герцог насторожился. Правильно ли он расслышал? Да, без
сомнения. Лукке только что выдал важный секрет. - Чтобы хорошо расследовать дело,
нужны деньги, - хвастался Лукке. – Но у меня их достаточно 20000 марок! - Как ваша
газета может инвестировать такие суммы? – осведомилась герцогиня. - Берлинер
Нахтаусгабе здесь не при чем, - объяснил Лукке. – Мои расследования финансировал
78
великий герцог Гессенский. Без его финансовой помощи моя газета никогда бы не
смогла позволить себе нанять частного детектива.
Кнопф больше не казался расслабившимся и безразличным, но герцогиня не дала ему
возможности вмешаться. - Пойдемте, - закричала Ольга фон Лейхтенбергская, - мне
пора вас проводить.
Герцогиня сама потрудилась отвезти своих гостей. Когда она вернулась, в ее глазах
сверкала ироничная радость. - Мой друг, я хотела бы, чтобы ты был там, - сказала она
своему мужу. - Я проводила гостей через мост Лгунов. Мое возвращение в замок
Оржер казалось мне триумфальным. Однако там ничего не изменилось. Гусары и
артиллеристы постоянно приходили в парк подышать свежим воздухом, как только
они заканчивали свою работу. Но ребенок, которого я носила, внушал мне
победоносные чувства. Я чувствовала себя королевой. Без сомнения я такой и была,
как любая женщина, даже самая неприметная, которая готовится даровать жизнь.
Татьяна и Елена оказали мне роскошный прием, при объявлении этой важной новости
лицо Кости просияло. Медицинский осмотр подтвердил мои надежды. Я вернулась к
повседневным делам. Занятия языками и хозяйством, преобразились благодаря
счастливому ожиданию. 15 апреля пришла телеграмма из Соединенных Штатов, ответ
на которую был уже оплачен. Любопытная и немного взволнованная, я развернула
голубую бумагу. Текст был написан на английском: Клянешься ли ты – точка – что
госпожа Чайковская – тире – Анастасия – точка. Подпись Глеб. Эта пылкость была в
стиле моего брата. Глеб был самым младшим из нас, он поселился в Соединенных
Штатах после того, как покинул Россию через Японию. Мы не виделись со времен
поражения армии Колчака. Я ему несколько раз писала об Анастасии, но получила
только один короткий и презрительный ответ, наводящий на мысль, что я, должно
быть, ошиблась, поскольку никогда не была очень умна. А сейчас ему мое мнение
оказалось необходимым! Я устремилась на почту, чтобы отправить ему
утвердительный ответ. Что могло заставить Глеба проявить такой внезапный интерес?
На самом деле я должна была об этом догадываться, объяснения было простым. Его
интерес разбудили статьи в Берлинер Нахтаусгабе, которые наделали столько шума,
что даже Америка узнала о скандале!
Судьба предоставила Глебу хороший шанс. Он талантливый иллюстратор многих
публикаций, как в журналистике, так и в литературе. Глеб был известен в нью-
йоркской прессе. Именно к нему приходили репортеры, чтобы получить сведения о
русской эмиграции. Как только New York World распространила информацию об
обнаружении таинственной великой княжны в Берлине, Глеб счел нужным вмешаться.
Он нашел Джона Р. Колтера, заместителя генерального директора
Североамериканского союза газет. Крупная американская информационная ассоциация
объединяла несколько газет на восточном побережье. Моему брату не было равных,
когда надо было убедить собеседника. - Вы ищете сенсационный репортаж? – заявил
он. - Я вам его принес. Я один из редких свидетелей ссылки Царя в Сибирь. Я знал
Анастасию. Отправьте меня в Баварию, и я обязуюсь установить личность. Сделку
быстро заключили. Сенсация с Шанцковской, к несчастью, могла все испортить.
Американская пресса посчитала дело закрытым, и Глебу стоило больших усилий
убедить Колтера продолжить расследование. - Сторонники Великой Княжны всегда
верили в ее подлинность, - утверждал он. – Дело продолжается, и будет продолжаться.
Вы не можете лишить американскую публику такой информации. Наконец, Глеб
доказал свою правоту, опираясь на дело о мистификации Шанцковской отправленное
ему Сергеем Боткиным. Он выиграл! Через несколько дней я получила письмо,
которое информировало меня о его приезде в Европу вместе с Колтером и
79
несколькими другими журналистами, все расходы были оплачены издательством. Как
всегда, Глеб делал все на широкую ногу. Перед тем как приехать в Баварию, он
остановился в Париже, где показал своим друзьям репортерам поучительную картину
раздоров, которые потрясали русскую эмиграцию. Дело Анастасии разделяло семьи в
духе, достойном гражданской войны. Но, как ни парадоксально, история Анастасии
привела также и к любопытным примирениям. Великий князь Кирилл,
претендовавший на российский престол и смертельный враг великого герцога Гессен-
Дармштадтского, недавно сблизился с братом Царицы. Ссора между ними произошла
сразу после русско-японской войны, когда Кирилл похитил жену Эрнста Людвига де
Гессенского, великую герцогиню Викторию, чтобы законно жениться на ней. Два
человека, над чьими правами на престолы России и Германии, нависла угроза из-за
появления Анастасии, объединили свои интересы, забыв про старые обиды. Русские в
Париже надсмехались над этим альянсом. - Женщина их разделила, женщина их
объединила, - говорили шутники. Среди врагов Анастасии был и Пьер Боткин, наш
дядя. Наконец, после того, как Анастасию обвинили в том, что она была агентом
большевиков, потом сумасшедшей польской рабочей, вдруг появился омерзительный
всплеск антисемитизма. Ее стали упрекать в том, что ею манипулируют евреи и
франко-масоны. Международная еврейская община якобы замышляет заговор, чтобы
провозгласить Анастасию Императрицей всея Руси и, подменив ее сына на
израильтянина, претворить в жизнь вечную мечту своей расы, а именно посадить еврея
на Царский трон!
Мне было стыдно за пошлый, неумный и доведенный до крайности образ, который
американцы, должно быть, создали нашим соотечественникам! К счастью, этот
назидательный контакт с парижской эмиграцией длился только несколько дней.
Наконец, Глеб приехал в Зееон, готовый сыграть удалого героя для большей выгоды
нью-йоркских фотографов. Увы! Его ждало разочарование. Бог знает как, но
Анастасия узнала, что его сопровождали журналисты. Великая Княжна отказалась
принять моего брата. Благодаря письмам великого князя Андрея и моего дяди Сергея
Боткина, я увлеченно следила из замка Оржер за малейшими событиями, которые
имели отношение к Анастасии. Дочь герцога Лейхтенбергского, Надин Меллер-
Закомельская, подружилась со мной и тоже мне писала. Я получала информацию о
неожиданном повороте дел так же, как если бы я оставалась в Баварии. Интрига
Шанцковской разрасталась с каждым днем, не утихая даже во время Пасхи.
Свидетельские показания Дорис Вингендер вскружили головы. Все Германия теперь
отождествляла «неизвестную больную» с польской рабочей. Именно тогда, в Берлине,
сторонники Великой Княжны решили отреагировать. Со своим импульсивным
темпераментом госпожа фон Ратлеф возглавила настоящий крестовый поход, который
должен был заставить замолчать скандальную прессу и поднять на смех клеветников.
Все друзья Анастасии вступили в организацию госпожи фон Ратлеф. Только Хелруф
Цале отказался в этом участвовать. Посол закрылся в своей резиденции, не отвечал на
телефонные звонки Гарриет, не принимал ее и не отвечал на ее письма. Благодаря
поддержке великого князя Андрея, Сергея Боткина и Лейхтенбергских, Гарриет фон
Ратлеф отметила первые успехи. Она получила, вопреки всяким ожиданиям,
официальную точку зрения генерала Макса Хоффмана, главы немецких спецслужб на
восточном фронте в 1918 году и председателя на русско-немецких переговоров,
которые завершились Брестско-литовским миром. Генерал, бывший глава штаба
восточного фронта, написал открытое письмо, которое он отправил во все газеты. Его
свидетельство было кратким и по военному лаконичным: «Я не знаю госпожу
Чайковскую, и никогда ее не встречал, - написал он в своем заявлении, - но я знаю, что
80
это Дочь Императора Николая II. Во время моей службы у меня были на этот счет
документальные доказательства». К несчастью, Хоффман, связанный военной тайной,
не мог сказать большего. Но само заявление уже было исключительным фактом. Через
несколько недель он умер от сердечного приступа. В его личных бумагах не было
никакого досье по этому делу … Будучи совсем близко к цели, Гарриет фон Ратлеф
уже не могла остановиться. Она непременно хотела опровергнуть заявления о
Шанцковской и дискредитировать тех, кто их поддерживал. Ее доводы были просты.
Поскольку враги Великой Герцогини использовали недостойные средства, то она
победит их на их собственной территории без каких бы то ни было сделок со своей
совестью. Первым делом она наняла адвоката, доктора Вильгельма Велера. Она также
заручилась поддержкой частного детектива Фрица Шмихта, и подключила к этой
маленькой боевой группе одну из своих подруг журналистов госпожу Агату Грэбиш,
представительницу всемогущего профсоюза американской прессы Херста. Потом, она
отправила свои войска на штурм. Результаты были более чем убедительными.
Шмихт взял на себя обязательства осведомиться об официальной позиции полиции.
Оказалось, что новый начальник берлинской полиции не придавал никакого значения
делу о Великой Русской Княжне и еще меньше делу о какой-то польской рабочей.
Дело считалось закрытым. Мартин Кнопф пришел в берлинскую полицию 8 апреля
1927 и сказал им, что случай был решен для удовлетворения заинтересованных
княжеских домов. Значит, Анастасия могла оставаться в Зееоне, не опасаясь
требований об экстрадиции в Берлин. Какое облегчение! Агате Грэбиш удалось
приблизиться к Фрицу Лукке из Берлинер Нахтаусгабе под предлогом купить права на
дело для Херста. Лукке, неосторожный и импульсивный, как и любой хороший
репортер, попался в эту ловушку. Он рассказал о встрече с Эрнстом Людвигом фон
Гессенским, о контактах с Гарденбергом и Жильяром. - Они управляют всем, -
утверждал он. Он также показал Агате Грэбиш фотографии из дела. Многочисленные
снимки были из частной коллекции Жильяра, купленные за большую цену. До ста
долларов за экземпляр. Лукке, словно показывая сокровище, вытащил фотографию
Франциски Шанцковской, которую он поместил на первой полосе своей газеты. - Это
единственная, которая у нас есть. На ней Франциске 16 лет. Агата знала свое ремесло.
Она редко видела более ретушированные снимки. Белая краска, которой были сделаны
тени на лице, была наложена толстыми слоями, рот почти инкрустировали, чтобы
сделать его большим и широким. Но лучший результат был у Веллера. Выдавая себя за
журналиста, он пригласил Дорис Вингендер в дорогой ресторан. Там, сменяя
чрезмерные комплименты стаканами хорошего вина, он заставил ее потерять
осторожность. Довольная Дорис болтала без устали. - Вы знаете, - утверждала она,
когда Веллер похвалил ее за великолепную память, - я уверена, что не видела
Франциску в августе 1922 года. Это было скорее в мае, так как одежду я ей принесла в
начале лета. Но Кнопф решил, что это был август. Я записала это в моей записной
книжке, чтобы не ошибиться. Когда Дорис вышла, чтобы напудриться, Веллер
осмотрел ее сумку. Там он нашел контракт исключительного права, который связывал
девушку с Берлинер Нахтаусгабе, с точным указанием оплаченной суммы в 1500
марок. Есть чем нанести решительный удар по легенде о бескорыстной немке, которая
руководствуется только чувством патриотизма! Для Гарриет мошенничество было
достаточно доказано. Теперь она стала осаждать посольство Дании, и после упорного
сопротивления Цале был вынужден ее принять. Она встретила напряженного и
расстроенного человека. Посол упрекал себя в излишней доверчивости, из-за которой
потерял свою репутацию. Но при виде досье он позволил себя убедить. Когда Гарриет
попрощалась с ним, дипломат был почти спокоен. Он вновь верил в подлинность
81
Великой Княжны. Конечно, для него больше не могло быть и речи о встрече с
Анастасией. Малейший неосторожный шаг мог стоить ему его должности. Но
Анастасия вновь обрела союзника. Теперь оставалось еще доказать, что Дорис
Вингендер умышленно солгала, признав Анастасию за Шанцковскую. Для этого
необходимо было неопровержимое свидетельство. Если бы было можно убедить
одного из членов семьи Шанцковских согласиться на встречу, то Гарриет устранила
бы последнюю помеху. За это взялся Веллер. Он использовал все свое мастерство
сутяжника. Мать Франциски отказалась ехать, даже если бы ей возместили убытки. Ее
не интересовала судьба своей дочери. Сестры тоже оказались упрямыми. К счастью,
брат Феликс оказался более податливым. Он любил путешествия, и любопытство
одержало верх над осторожностью. Феликс согласился поехать в Баварию. Оставалось
только молить Бога о том, что молодой поляк побоится совершить
клятвопреступление? Глеб во время всех этих событий ждал, что Анастасия захочет
его принять. Его терпение было на грани, он очень страдал от ее надменности. Джон
Колтер и другие журналисты пытались развеять скуку, как могли, в этом им помогало
виски. Но они никогда не упускали возможность поиздеваться над своим
компаньоном. Однако, несмотря на раздражение, Глеб упорствовал, потому что он не
хотел потерять престиж. Но его терпение не могло быть бесконечным. В тот момент,
когда он решился покинуть Зееон, Великая Княжна обратилась к герцогу фон
Лейхтенбергскому: - Спросите его, привез ли он с собой он этих странных животных.
Без этой фразы мой брат бы уехал, но им овладело любопытство. Больная намекнула
на факты, известные немногим близким людям императорской семьи. Как простая
притворщица могла знать о самом дорогом детском пристрастии Глеба? Встреча с
Феликсом Шанцковским предоставила герцогу возможность сломить упрямство
Анастасии. Встреча должна была происходить на нейтральной территории, в
ресторане Вассербург, в нескольких километрах от Зееона. Гиги фон Лейхтенбергский
в этот раз объяснил Анастасии, кого она встретит в ресторане и почему. При этом он
взял на себя риск еще один раз вызвать гнев Великой Княжны. - Отправляйтесь в
большой холл, - посоветовал он Глебу. – Вы ее поприветствуете, когда она спустится.
Маловероятно, что она не будет на меня сердиться за это «счастливое совпадение».
Глеб был напряжен. Для него многое должно было решиться в этот момент. Его
беспокоила его репутация в нью-йоркской прессе. Он потерял бы всякое доверие, если
госпожа Чайковская не была Анастасией. Но мой брат был честен с самим собой. Глеб
надеялся только на одно, увидеть, как спускается по лестнице Зееона прекрасная
незнакомка. Если это не Анастасия, то тем хуже для журналистов. Он всегда
выпутается. Не надо было воскрешать ту, которая давно умерла. Императорская
Россия исчезла, было бы кощунством ее возрождать. В час отъезда герцог
Лейхтенбергский поднялся по лестнице за Анастасией. - Волнуешься? – бросил он
Глебу. - Совсем нет, - солгал сын доктора Боткина.
В действительности ему удалось казаться непринужденным в своем костюме
американского покроя. Красавец-мужчина, которому грозила полнота, с горящими
зелеными глазами, с матовым цветом лица, который еще больше подчеркивал
золотистый цвет волос. На лестнице появилась Анастасия. Глеб внимательно следил за
тем, как она спускалась. Внезапно Великая Княжна заметила незнакомца, который ее
разглядывал. Она хотела вернуться, но Лейхтенбергский преградил ей путь. Она
взглядом оценила молодого человека, потом вопросительно взглянула на герцога. - Вы
знаете Глеба Боткина? - спросил Гиги фон Лейхтенбергский. - Как у вас дела? –
вежливо спросила Великая Княжна, но в ее глазах не было и малейшего проблеска
узнавания. Анастасия поторопилась покинуть замок, оставив застывшего Глеба. Он
82
знал, что никто, и тем более Дочь Императора Николая II, не мог его узнать, он
слишком сильно изменился со времен революции. Даже его собственный брат Юрий
принял его при встрече за чужого. Но у него, Глеба, больше не было сомнений. Он
только что видел Анастасию! Конечно, она была другой, она похудела, но все ее
манеры говорили за нее. Эта неподражаемая манера безразлично приветствовать, с
улыбкой под серо-голубыми глазами. А манеры, жесты. Все совпадало. Глеб
чувствовал, что под ним пошатнулась земля, настолько большим был шок. Живая.
Анастасия была жива, тут, рядом с ним. Рядом с ним! Чуждая волнению, которое она
сама только что спровоцировала, Анастасия приехала в Вассербург более или менее
спокойной. Ее чувство юмора помогло ей осознать всю комичность ситуации. Кто-то
захотел выдать ее, Романову, истинную аристократку, за сумасшедшую крестьянку, да
еще и полячку! Как не рассмеяться над этой глупой шуткой? У дяди Эрни был вкус к
шуткам, которые она не понимала. Когда Анастасия вошла в ресторан, герцог провел
ее к столику, где уже сидели двое: Феликс Шанцковский и доктор Веллер. Она не
знала ни одного, ни другого. - С кем из этих господ я должна говорить? – спросила
она.
Герцог представил их. Анастасия села, чувствуя себя немного неловко от пристального
взгляда Феликса. Молодой человек не колебался ни минуты.
- Это моя сестра Франциска, - ответил он, когда д-р Веллер спросил его о личности
посетительницы.
Герцог повернулся к Великой Княжне и иронично спросил: - Как, вы ничего не
скажете своему брату?
Анастасия слушала, как Феликс пустился в монолог на языке, который она не
понимала. Герцог заявил, что они возвращаются в Зееон. Когда она была не слишком
раздражительна, она любила погружаться в это полу летаргическое состояние, которое
оказало ей большую помощь в Даллдорфе. Больше ничего не могло ее поразить, не
причинить ей боль. В машине она думала о Глебе. Он ей нравился в Тобольске, когда
ему было 17 лет. Это был единственный молодой человек, которого она и ее сестры
видели во время заключения. Каким романтичным он тогда был, с худым лицом и
глубокими глазами! Анастасия улыбнулась. Да, она помнила, доктор Боткин говорил,
что Глеб хочет стать священником. А в гостинице доктор Веллер и Гарриет фон
Ратлеф, которая настороженно держалась в стороне во время прибытия Анастасии,
пораженно смотрели друг на друга. Их план провалился. Феликс узнал свою сестру!
Медленным движением руки доктор Веллер вытащил лист бумаги из своей папки. -
Итак, господин Шанцковский, нам остается только зарегистрировать ваше заявление.
Подпишите, пожалуйста, здесь. Он протянул Феликсу подготовленную бумагу,
подтверждающую, что подписавшийся опознал свою сестру Франциску в госпоже
Чайковской. Молодой поляк прочитал и нахмурился. - Если я подпишу, должен ли я
буду свидетельствовать об этом в суде? Адвокат предвидел неприятную
неожиданность, в которую тот попадет.
- Да, непременно, - ответил он. – И вас явно попросят принести присягу. Если вы
солжете, вас привлекут к ответственности. - Тогда я не буду это подписывать! –
проворчал Феликс, возвращая письменные свидетельские показания. Госпожа фон
Ратлеф не смогла сдержать возглас негодования. - Как, - воскликнула она, - та,
которую вы только что увидели, не ваша сестра? - Нет, это не Франциска, я в этом
уверен, - ответил Феликс. – Моя сестра не была дамой, как эта. У нее не было кривых
ног. У Франциски всегда были красивые ноги. Почти такие же красивые, как мои.
При этих словах Феликс снял ботинки, чтобы все полюбовались его конечностями.
Веллер сдержал улыбку. - Вы готовы подписать, что та, которую вам сегодня
83
представили, не ваша сестра? – спросил он. - Ах да! – заметил Феликс. – Я не хочу в
тюрьму. Эта женщина похожа на Франциску, но это не она! На следующий день после
этого памятного дня Анастасия провела относительно спокойную ночь. Утром она
сообщила Глебу, что готова его принять. Он заинтриговал ее. Она его не боялась, как
других эмигрантов. Ведь он сын доброго доктора Боткина. Ей нравилось его лицо. Она
считала, что он очень доволен самим собой и обеспокоен тем, чтобы нравиться
другим. Эта навязчивая идея Глеба очень забавляла Анастасию. Когда Глеб вошел в
комнату следом за дочерью Лейхтенбергского, баронессой Меллер-Закоменской,
Анастасия улыбнулась. Она сразу же заметила, что Глеб подмышкой нес довольно
толстую папку, полную рисунков. - Вы их все-таки принесли, ваших странных
животных, - воскликнула она с горящими глазами. – Покажите мне их.
Глеб, немного озадаченный живостью просьбы, сел и под удивленными взглядами
Натали Меллер-Закоменской начал выкладывать содержимое своей папки. На каждом
листочке, тонко раскрашенном акварелью, несколько персонажей, нарисованных
уверенными штрихами, предавались забавам. Медведи, лошади, львы, ослы, стоя на
задних лапах, беседовали, играли в теннис, ссорились, роскошно ужинали. Они были
одеты в униформу российского императорского двора, и очень похожи на людей. -
Какие они смешные, - восклицала Анастасия при виде каждой карикатуры.
Глеб, довольный своим успехом, любезно объяснил, что эти рисунки, которые были
высоко оценены американскими журналистами, давали ему средства к существованию.
Он продолжает рисовать карикатуры на особ императорского двора. Глеб начал делать
эти рисунки в 11 лет, оживляя своих героев в воображаемом Балканском королевстве.
Конечно, королевская семья относилась к стопоходящим. Только у медведей было
достаточно достоинства, чтобы носить корону. Вокруг них Глеб изобразил всю
нелепую аристократию: свиней, увешанных орденами, лошадей в пенсне, и т.д.
Американцы, будучи демократами, насмехались над этой сатирой над монархией, и
хорошо за это платили. Анастасия громко смеялась. Великая Княжна перебирала
рисунки все быстрее и быстрее, с радостью узнавая барона Дрентелна,
преобразившегося в мула с моноклем, или генерала Татищева с чертами фокстерьера с
крахмальным воротничком. Баронесса Меллер-Закомельская тоже веселилась.
Внезапно она заметила, что она единственная смеялась над рисунком, который ей
передала Анастасия. Эти карикатуры были похожи на остальные, может быть еще
более язвительные, боле веселые, более сатирические. Но Великая Княжна вся
дрожала, глядя на них. - Эти, - бормотала Анастасия, - эти, я их знаю. Вы их
нарисовали в Сибири. Я их видела там. Они так рассмешили папу. Даже мама
улыбалась, глядя на них. Только Жильяру они не нравились. Мне говорили, что он был
раздражен, увидев эти рисунки. Как это было странно! На глазах Великой Княжны
появились слезы. Глеб был сильно взволнован. У него внезапно возникло впечатление,
что он переживает те проклятые дни, те долгие часы плена в комнате без отопления, по
которой по малейшему поводу ходили пьяные красноармейцы. Чтобы отогнать тоску,
он не расставался с карандашами и красками, делая забавные и смешные наброски.
Это были разукрашенные отблески бесчувственных сердец. Утром, когда, как обычно,
наш отец доктор Боткин готовился перейти улицу, чтобы присоединиться к
Императорским Пленникам, он скрывал в подкладке своего пальто новые рисунки
Глеба. Вечером он приносил нам критику и комментарии. - Царевич чувствует себя
гораздо лучше. Твои рисунки помогают ему поправиться, - говорил он часто Глебу. А
сегодня, нисколько не колеблясь, девушка, которая носила имя Чайковская, узнавала
картинки, которые развлекали Анастасию и ее сестер. Глеб ликовал. Пусть после этого
84
кто-то сомневается в подлинности Великой Княжны. У него были лучшие
доказательства!
Глеб осторожно вытащил из рук Великой Княжны болезненные воспоминания и
заменил их рисунком, которым он гордился. Большой бал, где четыре Великих
Княжны-Медведицы элегантно танцевали с раскрашенными молодыми военными. В
глаза Анастасии снова вернулась улыбка. - Папа мне обещал большой бал на мои 18
лет. Я это именно так себе и представляла. Со всеми моими сестрами… Мария
вальсировала до утра, скромная Ольга осталась разговаривать с нашими кузенами, а
Татьяна была королевой праздника. - А вы? – спросил Глеб. - Я была маленькой
шалуньей, которая шутила и пряталась за шторами! Анастасия прыснула со смеху. -
Но это было неприлично, и мама ворчала на меня. Великая Княжна гладила кончиками
пальцев шершавую акварельную бумагу.
- Почему вы редко меняете типы? Всегда медведи, лошади, ослы! Вы могли бы
использовать больше животных. Глеб был счастлив видеть ее в хорошем
расположении и любезно ответил.
- Я неспособен очеловечить некоторых животных. Они слишком красивые, слишком
изящные, чтобы уподобляться грубым и неуклюжим людям. - О ком вы думаете? -
спросила Анастасия. Внезапно у Глеба случился провал в памяти. Беседа между ним и
Великой Княжной проходила на немецком, в то время как баронесса Меллер-
Закомельская настаивала на том, чтобы они говорили по-русски. Глеб, который уже
почти семь лет говорил только на английском, устал от этой интеллектуальной
гимнастики, и слова больше не приходили ему на ум. Он обратился за помощью к
дочери Лейхтенбергского. - Как называется белка по-немецки? – спросил он ее по-
русски. - Я знаю, - воскликнула тогда непокорная Анастасия на превосходном русском
языке, - белка по-немецки называется Eichh;rnchen. Во второй раз Анастасия
изъяснилась на своем родном языке. Натали Меллер-Закомельская смотрела на нее,
открыв рот. - Оказывается, вы говорите по-русски! – воскликнула она, обрадовавшись.
Вы говорите по-русски! И она принялась хлопать в ладоши от счастья. Глеб увидел,
что приближается буря еще до того, как она разразилась. Он чувствовал себя так
близко к болезненно бледной хрупкой девушке, которая сидела напротив него, и
малейшую реакцию которой он, казалось, предугадывал. Анастасия разрыдалась. Она
закрыла рот платком, и Глеб почти физически мог почувствовать ее смятение. - Нет,
нет, - закричала она на немецком. – Я не произносила ни одного слова на русском.
Анастасия умоляюще повернулась к Глебу. - Скажите, что я не говорила по-русски. Вы
это хорошо знаете, вы Боткин. Удивленный Глеб наклонился к ней.
- Почему я знаю как Боткин? Анастасия с упреком взглянула на него. - Потому что с
Боткиным всегда говорят на немецком, - возразила она ребяческим голосом, как если
бы ей было 8 лет.
Чтобы ей не противоречить, Глеб сделал вид, что понял, и непринуждённо сменил
тему. - А вы знаете историю о белке, которая ела орехи с золотой скорлупой и
изумрудными ядрами? Глаза Анастасии загорелись. - Нет, я не знаю. Расскажите, я вас
прошу. Глеб начал блестяще импровизировать на тему о царе Салтане, пытаясь
передать на немецком языке особый ритм русских сказок. В это время он очень быстро
думал. Почему есть такая связь между Боткиным и немецким языком? На него нашло
внезапное озарение. Анастасия только что повторила, не отдавая себе в этом отчет,
одну из любимых фраз ее матери. Он сейчас вспоминал об этом. Царица любила
говорить на языке своего отца, и она сожалела, что при дворе было так мало людей,
способных изъясняться на немецком без акцента и остроумно. Ей было так приятно
говорить с доктором Боткиным, который учился в Германии и владел языком в
85
совершенстве. В детском сознании Анастасии эта связь существовала: с Боткиным
всегда говорят на немецком… В течение двух часов Глеб и Анастасия непрерывно
болтали. Анастасия сияла, и Глеб тоже испытывал редкое чувство переполнения
радостью.. Это был благословленный момент вечного счастья. Глебу постоянно нужно
было выиграть, быть признанным, быть выше всех.
- Вам бы понравилось жить в Соединенных штатах? – спросил Глеб безразличным
тоном. Анастасия подумала некоторое время. Соединенные Штаты… - Мне бы очень
понравилось, - ответила она. – Но я думаю, что это невозможно. У меня нет денег, нет
документов. Это слишком сложно организовать.
Она плохо знала вкус Глеба к трудностям. Когда он покидал Зееон, его решение уже
было принято. Он привезет Анастасию в Соединенные Штаты любым способом. А он,
Глеб Боткин, наконец-то, сможет действовать! Он будет кричать на весь мир о позоре
Романовых! Перевернёт всё вверх дном, наймет множество адвокатов, чтобы вести
множество судебных расследований и процессов. -Вы действительно думаете, что
путешествие в Соединенные Штаты будет хорошим решением для госпожи
Чайковской? Матильда Кшесинская сидела в кресле в гостиной Hotel de Palais в
Париже. Она вопросительно смотрела на своего мужа. Великий князь Андрей вяло
качал головой. - В любом случае это единственный шанс, - сказал он. - По меньшей
мере, мы будем уверены, что там она будет в безопасности. Великий князь Андрей
меланхолично смотрел на дождь, который струился по стеклам окна. Этот январский
день 1928 года, грустный и ворчливый, как старый продрогший пес, не внушал
оптимизма. Великий князь снова думал о своем расследовании. Прошедшие месяцы
окончились последовательными провалами. Попытки, предпринятые Кутеповым,
чтобы раскрыть следы переезда Анастасии в Румынию, провалились. Андрей
Владимирович сожалел, что его не послушали. Несмотря на его советы, РОВС
обратился в румынскую полицию, беспристрастность которой была сомнительной.
Королева Румынии Мария никогда не занимала определенную позицию, но ходил слух
о том, что все ее симпатии были обращены к герцогу Гессенскому. Еще один вариант
провалился. В Баварии политический климат портился еще быстрее, чем это
предвидели. Однако, благодаря усилиям Гарриет фон Ратлеф, кампания, начатая
Берлинер Нахтаусгабе, стала посмешищем. Однако клевета все еще оставляла следы, и
противники Анастасии не сдавались. В июне прошлого года Жильяр опубликовал в
«Иллюстрасьон» ловкую документально обоснованную статью, которая представляла
все признаки исторической объективности. В результате в сознании европейской
элиты Франциска Шанцковская и Анастасия были одним человеком, настолько
убедительным оказался учитель французского императорских детей. - Этот Жильяр –
лгун, - взорвался великий князь, неспособный контролировать свой гнев. - Я плохо
поняла, почему никто не оспорит эту позицию в прессе, - спросила Матильда. Андрей
Владимирович пожал плечами: - Жильяр представляет власть имущих. Да и
журналисты рассматривают его, как единственное лицо компетентное в событиях в
Екатеринбурге. Он пользуется своей должностью «наставника Царевича», как титулом
славы и компетентности. Слуга во Франции заслуживает больше доверия, чем хозяин.
Матильда Кшесинская всплеснула своими красивыми руками балерины. - А статья
Татьяны Боткиной? - «Иллюстрасьон» отказалась ее публиковать. Однако, Татьяна
даже не пыталась убедить общественность в подлинности Анастасии. Она
ограничилась тем, что обнаружила исторические ошибки, допущенные Жильяром. На
втором этаже Георгий фон Лейхтенбергский упорно пытался убедить Анастасию.
Великая Княжна по привычке укрылась на диване в комнате, которую ей
предоставили, закрывая свой рот платком. - Сейчас вы чувствуете себя лучше? Вы
86
должны были уже отдохнуть от вашего путешествия из Мюнхена в Париж. Это не
такая длинная дистанция. - О, у меня все хорошо, - ответила Анастасия. - Тогда почему
вы отказываетесь принять вашего дядю? Андрей Владимирович специально приехал с
юга Франции, чтобы вас навестить. Вы знаете, что он вас защищает, единственный из
всех членов вашей семьи. Вам незачем его опасаться! - Нет, - упорствовала Анастасия,
- я не буду его принимать. - Но почему? - Я не хочу иметь ничего общего с семьей.
Дядя Андрей – это брат Кирилла, который предал папу. У Кирилла нет никакого права
на трон, он лгун. Я никогда не буду встречаться с этими людьми! Анастасия
отвернулась к стене.
- Я никого не хочу видеть. Впрочем, меня все бросили. Я хорошо знаю, что меня хотят
видеть мертвой. Так я никого не буду беспокоить. - Вы жалуетесь, что вас бросили, но
когда кто-то приезжает ради вас, как Андрей Владимирович, вы от него убегаете! - Это
не одно и то же, - возразила Анастасия, ее глаза внезапно вспыхнули. - Вот уже 10 лет
меня все заставляют страдать. Сейчас меня довели до изнеможения. Сейчас слишком
поздно. Они должны были приехать раньше. В отчаянии герцог использовал
последний аргумент. - Если вы позволите вашему дяде встретиться с вами, он сможет
об этом поговорить с вашей бабушкой. Может быть, ему удастся ее убедить вас
принять?
Анастасия бросила на него косой взгляд. Она подумала, нахмурила брови, потом в ее
глазах вспыхнула искра радости, как будто она наконец-то оценила настойчивость
герцога. - Хорошо, скажите ему, пусть войдет. Но пусть остается не больше 10 минут.
Через некоторое время Андрей вошел в её комнату, за ним шел герцог Георгий. Он
увидел маленький белый силуэт, вытянувшийся на диване. Он подошел, и Анастасия
сдержанно оживилась. Она тщательно планировала свою позу, чтобы показать
пренебрежение, которое она испытывала к своему посетителю. Андрей сел и молча
посмотрел на нее. Ее лицо светилось, оно изменилось из-за ясного выражения ее серо-
голубых глаз. Потом очарование прошло, и она разрыдалась. Стоя рядом, Андрей
смотрел на нее, как если бы он только что увидел призрак. Потрясенный, он не
находил, что сказать. В тишине, смущенный слезами Анастасии, он пятясь, вышел из
комнаты, очарованный женщиной, одетой в белое, которая оплакивала свои потери.
Как только он оказался в коридоре, он заметил, что его больше не держали ноги. Он
опустился на первый попавшийся стул. Сердце сжалось от сострадания, и он
прошептал:
- Я только что видел дочь Ники... я только что видел дочь Ники… Через два дня герцог
Лейхтенбергский и великий князь Андрей провожали Анастасию через холл Hotel de
Palais, заполненный русскими эмигрантами. Многих из них привлекала новость о
присутствии Великой Княжны в Париже, но они скрывали свое любопытство за
широко развернутыми газетами. Андрей Владимирович и Матильда Кшесинская
посадили свою взволнованную кузину в купе поезда, отправляющегося в Шербур.
Анастасия уезжала не одна. Шотландская медсестра Агнесс Галлагер должна был
позаботиться о ней во время путешествия в Соединенные Штаты. Георгий
Лейхтенбергский сам сопровождал двух женщин до роскошного теплохода
«Беренгария». Прощание было очень тяжелым для Великой Княжны. Ее
первоначальная неприязнь по отношению к князю Андрею улетучилась. Она плохо
переносила расставание с единственным родственником, у кого хватило смелости ее
признать. На прощание он пообещал Анастасии сделать все, чтобы убедить близких
родных в ее подлинности. Глеб Боткин организовал её путешествие в Америку. Он
старался изо всех сил, из кожи вон лез, чтобы заинтересовать русскую диаспору в
Нью-Йорке делом Анастасии. Благодаря своему упорству он смог убедить Ксению
87
Георгиевну, богатейшую российскую принцессу, приютить несчастную Анастасию,
которую оттолкнули Романовы. Было бы слишком глупо отказаться от этого
предложения, в то время как в Германии жизнь Анастасии была под угрозой.
Когда поезд, наконец, тронулся, Анастасия прижалась к стенке, в углу около окна, и
погрузилась в свою тревогу. - Ich Habe Angst, ich habe Angst, - шептала она как
молитву, неспособная избавиться от тревоги. До последнего момента Георгий фон
Лейхтенбергский окружал ее заботой. Он сожалел, что больше не может принимать
Анастасию у себя в Зееоне. Он пытался убедить себя, что в Соединенных Штатах она
найдет большую поддержку и особенно безопасность, которую он не мог ей
обеспечить. Он также испытывал некоторое сочувствие к Ксении Лидс. Он спрашивал
себя, как богатая женщина, привыкшая к американской почтительности, будет терпеть
общение с Великой Княжной.
На Беренгарии герцог проводил Анастасию до каюты. Великая княжна пассивно
подчинилась. Гиги смотрел на нее со слезами на глазах. Это был последний раз, когда
он видел дочь своего императора, он покидал ее. - Вы на меня все еще сердитесь за то,
что из-за меня вам пришлось принять в Зееоне столько враждебно настроенных
незнакомцев? – спросила он ее тревожно. – Я только хотел вам помочь. По меркам
Великой княжны поездка проходила очень плохо. Ничто не могло снискать милость в
глазах Анастасии. Она признала, что Беренгария была хорошо сделана, но пароход,
который считался роскошным, показался ей некомфортабельным, по сравнению со
Штандартом, яхтой ее отца. Великая Княжна удивилась, что Ксения, которая
финансировала ее путешествие, не позаботилась об ее развлечении. Анастасия почти
никогда не показывалась на палубе, так как погода почти не позволяла этого делать.
Она не участвовала в жизни на борту, за исключением одного или двух показов
фильмов. Странно, что как только Беренгария покинула Шербур, Анастасия внезапно
решила говорить по-английски. Она сразу же непринужденно стала изъясняться по-
английски, используя отточенные и немного устаревшие выражения. Нескольких
уроков английского языка, которые ей дал герцог фон Лейхтенбергский в Зееоне,
никак не могли объяснить это внезапное совершенство.
Какой таинственный механизм мог запуститься в ее мозге, подталкивая ее предпочесть
язык ее прабабушки Виктории, на котором она больше не перестанет говорить? Утром
8 февраля 1928 года, с Беренгарии была видна Статуя Свободы. Анастасия была
подавлена мыслью о том, что ей придется встретиться с новым миром, который она
так боялась, и созерцала из иллюминатора своей каюты порт Нью-Йорка, окутанный
густым туманом. Она едва угадывала призрачные контуры огромных небоскребов.
Сирены буксиров казались ей приглушенными, ослабленными, а ее страх
увеличивался и рос вместе с нереальностью обстановки. На набережной 13-ой
Восточной улицы, плотная группа журналистов нетерпеливо ожидала, пока
Беренгария причалит. Репортеры в шляпах с опущенными полями и поднятыми
воротниками, чтобы защититься от моросящего дождя, отчаянно спорили. Ходили
невероятные слухи. - Голливуд предлагал большое вознаграждение Великой Княжне,
чтобы она согласилась сняться в фильме о своей жизни, - заявлял один журналист
доверительным тоном.
- Нет же, - возражал другой его коллега, - она приехала, чтобы удалить шрамы от
штыка, которые ее уродуют. Глеб Боткин чувствовал себя свободно и пытался
рассказать правду. Вокруг него раздавались вопросы. Один из них возвращался, как
лейтмотив. - Где Ксения Лидс? Почему она не приехала встретить свою гостью? -
Принцесса еще не вернулась из своего круиза. Считайте, что она об этом сожалеет, -
отвечал невозмутимый Глеб. Перед настойчивостью прессы Глеб чувствовал себя в
88
своей стихии. Он естественно был на первом плане, не скрывая своего удовольствия.
Отсутствие Ксении Георгиевны не задевало его. Он ловко воспользовался этим, чтобы
организовать вокруг приезда Анастасии самую грандиозную рекламную шумиху,
которую он только мог сделать. Конечно, речь не шла о том, чтобы раскрыть для
прессы настоящую причину отсутствия Ксении. Прибытие Анастасии оказалось
раньше из-за происков Гессенского. Требование об экстрадиции в Берлин на «допрос»,
которого он долгое время пытался добиться, наконец-то было удовлетворено. Поэтому
Анастасия покинула Баварию через несколько часов после того, как приказ был
обнародован.
Анастасия прибыла в Соединенные Штаты в отсутствие своей кузины, но Глебу
удалось организовать ее пребывание в Нью-Йорке без большого труда. Подруга
принцессы, богатая мисс Дженнингс, была готова приютить «эту интересную
женщину, которая была бы украшением ее салонов». - Ну же, когда прибывает этот
корабль? – проворчал фотограф. Репортеры переминались с ноги на ногу, то покорные,
то нетерпеливые. - Эй, посмотрите, - воскликнул один из них. Буксиры уходят, и
Беренгария отдает якорь, она отказывается войти в порт. Разочаровавшись,
журналисты готовы были разойтись, но это не входило в планы Глеба. - Господа, -
воскликнул он, - принцесса Ксения мне отдала все полномочия принять от ее имени
высокую гостью. Я отправлюсь на Беренгарию на таможенном катере и приглашаю вас
последовать за мной. Предложение было принято с энтузиазмом, и вскоре Глеб, за
которым следовал эскорт, увешенный микрофонами, блокнотами и фотоаппаратами,
пошел по узкому коридору, который вел к каюте Анастасии. Подойдя к двери № 419,
он поднял руки, чтобы потребовать тишины. - Позвольте мне сначала войти, чтобы
подготовить ее высочество. Потом будут интервью. - Давайте, хорошо, мы не варвары,
шутил мужской голос. Глеб проник в каюту, давая возможность журналистам
рассеяться по коридору в поисках бортпроводников или горничных, которых можно
было опросить. Он нашел Великую Княжну враждебно и воинственно настроенную, ее
глаза сверкали. Она недвусмысленно истолковала гул, который предшествовал
появлению Глеба.
- Как вы осмелились привести сюда прессу? – были первые слова Анастасии. - Я вам
это запретила, - продолжила Великая Княжна, не слушая его. – Я не буду с ними
встречаться. Наконец, Ксения Лидс вернулась из Вест-Индии и устроила Анастасию в
своем великолепном поместье Ойслер Бэй на Лонг Айланде. На Ксению тоже
произвело большое впечатление явное сходство Анастасии с Царицей.
Принцесса не видела свою кузину с 1915 года и знала очень хорошо, что ее
свидетельство могло бы служить доказательством, но с первой встречи она была
убеждена в ее подлинности. Ксения находилась инкогнито в салонах мисс Дженнингс
и смотрела, как менялась Великая Княжна. Это была Анастасия, она была в этом
уверена! В особенности, Великая Княжна радовалась личным апартаментам в крыле
поместья, где она могла свободно принимать, кого ей хотелось. Ей нравилось почти
исключительное общество Маргариты Дефелден и Ксении. В этой гармоничной
обстановке, Анастасия чувствовала, как к ней возвращаются ее воспоминания. Она
рассказала, что в детстве у нее было два попугая, которых она обожала. Такие же, как
те, что подарила ей Ксения. Этих Ксения привезла из своего круиза. В беседе с
Маргаритой Дефелден она упоминала апартаменты своей матери, описывала цвет
драпировки, нежное благоухание сирени, которыми царица наполняла свою комнату.
А Маргарита Дефелден удивлялась таким подробностям. Великая княжна, которую все
считали страдающей амнезией, воскрешала достоверные подробности, которые она
сама давно забыла. Мало что омрачало тишину и спокойствие Анастасии весной и
89
летом 1928 года, но однажды днем Ксения нашла ее в слезах. - Что с вами случилось?
– спросила она.
Анастасия показала на лужайку перед окном, где Нэнси, маленькая дочь Ксении
играла со своим обручем. - Я вас прошу, - всхлипывала Анастасия, - не одевайте ее
так, я вас прошу. Ксения посмотрела на своего ребенка. Нэнси носила матросский
костюмчик белого и тёмно-синего цветов. Вдруг принцесса вспомнила о Царском Селе
и поняла. Она снова увидела царевича Алексея с его милым лицом, нежной кожей и
горящими глазами, одетого точно также. Для Анастасии это был слишком сильный
шок, она не могла вынести этого резкого воскрешения исчезнувшего счастья. К концу
июня произошел случай, который нанес ущерб полному ребяческому доверию,
которое Анастасия испытывала к Ксении. Принцесса поклялась своей кузине, что
никогда не будет навязывать ей мучительные визиты враждебно настроенных и
пристрастных свидетелей и родственников, от которых она страдала в Зееоне. Однако,
поднявшись пожелать доброго утра Анастасии, Ксения нашла ее съёжившуюся на
диване, явно повернувшуюся к ней спиной и отказывающуюся отвечать ей. Ксения
была озадачена. - Что я вам сделала, чтобы вы со мной так обращались? – воскликнула
она.
Анастасия взорвалась: - Вы меня предали, вы тоже! Вы как остальные. Вы привели
«их» сюда. - Но о ком вы говорите? - О семье. Вы привели сюда Дмитрия! Я слышала
его голос.
Ксения не смогла сдержать удивления. Накануне он пригласила на игру в теннис сына
сестры Николая II, Дмитрия Александровича. Встреча проходила в части сада,
невидимой из окон великой княжны, и Ксения думала, что Анастасия не будет знать об
этом визите. Дмитрию, было любопытно взглянуть, хотя бы издалека, на ту, кого его
родители отказывались признать. Ксения не хотела рисковать даже малейшим
неосторожным взглядом и запретила ему это делать. Но Ксения забыла о ветре.
Возбужденные крики и смех игроков долетели до Анастасии. И Великая Княжна по
одним только интонациям признала своего немецкого кузена. Передышка, которой так
наслаждалась Великая Княжна, была недолгой. В тишине поместья Анастасия забыла
о внешнем мире, который продолжал суетиться без нее. Еще раз интриги и
эгоистические заботы близких ей людей повлекли за собой опасность для Анастасии.
Причиной этого бедствия был мой собственный брат. В начале июля Глеб приехал в
Ойстер Бэй в отсутствие Ксении и Вильяма Лидс. Анастасия с радостью его приняла.
Ужасные воспоминания о ее приезде в Нью-Йорк рассеялись в ее сознании, и злоба по
отношению к Глебу уступила место радости обретения друга былых времен. Великая
княжна была в тот день в насмешливом настроении и была счастлива, что может
поговорить с кем-то, кто понимает ее юмор и может ответить в том же ключе. Она
начала с того, что попросила Глеба провести надлежащий осмотр ее апартаментов, не
упустив ни одной детали, ни безделушки. Наконец, она показала ему нож для резки
бумаги, украшенный гербом ее матери, Царицы Александры.- Что вы об этом думаете?
– невинно спросила она. Глеб, который спрашивал себя, как начать тему о визите,
ответил, не уделив этому внимания. - Очень мило, очень мило. - Но этот предмет вам
что-то напоминает? - Нет, - сказал удивленно Глеб. – Почему? - Вон отсюда,
самозванец, - воскликнула Анастасия с притворным возмущением. – Вы не сын
доктора Боткина! Если бы вы им были, вы бы узнали этот нож, который был подарен
вашему отцу самой царицей. Глеб, на мгновение сбитый с толку, облегченно
рассмеялся.
- Откуда у вас этот нож? – спросил он. - Его мне отдала Таня, - ответила великая
княжна, довольная своей шуткой. - Ох! Это очень смешно. Вас нужно было отправить
90
к Жильяру, чтобы он вас опознал. Анастасия смеялась от всего сердца. Глеб
воспользовался ее веселостью и ловко продолжил: - Вы грубо обращаетесь со мной,
Ваше Императорское Высочество. Несправедливо заставлять меня переживать то, что
навязала вам Ваша семья. Вскоре он получил желаемый результат. Анастасия
нахмурилась, она стала настолько же мрачной, насколько только что была счастливой
и жизнерадостной. - Если бы я могла отплатить также тем, кто заставил меня страдать,
- прошептала она. - Именно поэтому я приехал встретиться с вами, - ответил Глеб. -
Да? – вопросительно сказала Анастасия. Глеб попытался объясниться. -У вас нет
впечатления, что вы очень одиноки последнее время? – сказал он, наконец. - Но это
именно то, что я хочу! - Что вы хотите? - поправился Глеб. – Вы должны остерегаться
кузины. При этих словах проснулись старые демоны Анастасии. Да, это точно, Ксения
должна меня предать. Вся семья сделала это. Ксения тоже Романова и она не может
вести себя по-другому. Подумав, Анастасия нашла этому доказательство. Ксения
привела Дмитрия. И потом она пообещала ей организовать путешествие в Копенгаген
к бабушке. Однако Анастасия все еще вынуждена ждать. Ксения ничего не сделала.
Она ее предала! - В чем вы упрекаете Ксению? – спросила Анастасия. - В том, что она
держит вас попросту в плену в самый решающий момент в вашей жизни. Вы не
отдаете себе в этом отчет, но через несколько дней будет десятая годовщина смерти
вашего отца. - Как вы могли подумать, что я об этом забуду! – почти крикнула
Анастасия. - Успокойтесь, успокойтесь. Глеб взял руку Анастасии, но она быстро
высвободилась. -Вы не знаете, что по закону наследство Царя Николая II может
отныне быть передано правопреемникам, которые докажут законность их требований.
- Итак, я буду наследницей?- Не забывайте, что официально вы мертвы. Деньги
получат ваши тетки, Ольга и Ксения. Анастасия покраснела от гнева. - Поэтому они
меня не признавали! Из-за мерзких корыстных интересов. Я никогда это не позволю.
Мы должны этому помешать. Глеб улыбнулся. Он увел Анастасию, куда хотел. - Я
опередил ваше желание, - сказал он, - и проконсультировался с адвокатом Эдвардом
Фаллоузом. Он мне объяснил, что процедура очень проста. Вам нужно возродиться до
17 июля 1928 года и потребовать ваши права на Царское наследство. Великая Княжна
задумалась. - Вы хотите сказать, участвовать в судебном процессе, это так? И об этом
будут говорить все газеты и радио. - Нет, нет, - поспешил уверить ее Глеб, - я могу вам
гарантировать, что на этот раз не будет никакой огласки. Анастасия больше не
сомневалась. - Да, я очень хочу этого, - согласилась она. - Делайте все необходимое. -
Последнее, я ничего не могу делать, пока вы находитесь во власти Ксении. Вы должны
быть совершенно свободны. Анастасия бросила взгляд сожаления на роскошную
комнату, где они были, на великолепную перспективу, которой она любовалась каждое
утро из окна. Было тяжело оставить все это. Но ярость по отношению к тем, кто хотел
ее ограбить, была сильнее. - Я поеду с вами, - сказала она. Через три недели утром 8
августа 1928 года Эдвард Фаллоуз и Глеб приехали в Ойстер Бэй за Анастасией.
Великая Княжна не изменила своего решения. Она спокойно сопротивлялась мольбам,
прошениям и даже слезам Ксении, которая умоляла ее не выносить на суд дела семьи.
Это было несложно для нее, так как Анастасия была убеждена, что ее кузина Ксения
хочет предать её. Мои мысли: «Я думаю, что Ксению Лидс убедили сестры и мать
Императора Николая II принять у себя Анастасию Романову (Анну Андерсон), чтобы
она не придавала огласке их предательство. А также их целью было упрятать ее в
психиатрическую больницу». На следующий день, 9 августа, Анастасия устроилась в
маленькой однокомнатной квартире Джона Колтера, одного из журналистов, который
сопровождал Глеба в Зееон, официально наняла господина Фаллоуза как адвоката и
дала ему поручение потребовать от ее имени наследство Царя Николая II. Как только
91
полномочия были переданы, Великая Княжна повернулась к Глебу. - Я вас прошу, -
сказала она в порыве искренности, - никогда не бросайте меня. Что бы я не делала, что
бы я не говорила, не отнимайте у меня ваше доверие. Глеб, смутившись, очень
торжественно поклялся ей в верности. - Я знаю себя, - продолжила Анастасия. Я
уверена, что буду ссориться с вами. Я буду вас ненавидеть и выгонять. В ее голосе
слышалось рыдание. - Но даже тогда вы меня не бросите?. Воспоминания (Татьяны
Евгеньевны Мельник Боткиной (1898, Санкт-Петербург 1986, Париж) — дочь лейб-
медика Николая II Е. С. Боткина, автор воспоминаний о Царской Семье): После
отъезда Анастасии в Соединенные Штаты, я оказалась отрезана от её мира. До меня в
Рив доходили лишь обрывки новостей, одни утешительные, другие
обескураживающие. Глеб оставался глух к моим письмам, и я жила в успокаивающей
уверенности, что Анастасия, признанная Ксенией Лидс, вела счастливую жизнь в
Ойстер Бэй. В октябре 1928 года все изменилось. Газеты опубликовали очень
грустную новость, которая оказала серьезное влияние на будущее Великой Княжны. В
своей вилле Хвидере в Дании скончалась мать Императора Николая II Мария
Федоровна от усталости и печали в возрасте 81 года. Почти через сутки после смерти
матери Николая II великий герцог Гессенский возобновил свое нападение на
Анастасию. Он опубликовал в Ассошиэйтэд пресс «Заявление русской Царской Семьи,
относительно Чайковской». Мои мысли: «Это заявление, сделанное после того, как
умерла бабушка Анастасии Романовой (Анны Андерсон) Романова М.Ф., также
является доказательством того, что именно ее бабушка (Романова М.Ф.) знала о том,
что ее внучка жива и ее родственники не хотели при жизни огорчать своими
заявлениями». Анастасия при известии о смерти самого близкого для нее в мире
человека погрузилась в глубокое безразличие к тому, что ее окружало. Она часами
сидела, глядя в пустоту, в состоянии шока в комнате Отеля Гарден Сити, куда ее
устроил Глеб. В реестре бронирования она числилась под именем Анны Андерсон,
чтобы сбить с толку возможные провокации со стороны прессы. Любопытно, что это
имя было выбрано наугад, без всякого законного основания, и оно останется с ней до
конца ее жизни. Предоставленный сам себе, Глеб усилил угрозу, которую
представляло «Копенгагенское заявление». Он придавал значение малейшему шуму в
прессе, убеждал себя в том, что жизнь Великой Княжны в опасности, что он должен
действовать любой ценой, чтобы ее защитить. Он быстро убедил себя в том, что власти
американской эмиграционной службы готовятся выслать Анастасию, и он должен
опередить их. Глеб знал единственное оружие - общественность, и он использовал его
вопреки мнению остальных. 28 октября он опубликовал открытое письмо, обращенное
к Ксении Александровне. В нем он обвинял сестру Царя в «заговоре», в наглой лжи, и
утверждал, что она вела отвратительную борьбу со своей собственной племянницей.
По его мнению, Анастасия была обязана этим «непрекращающимся преследованием»
своему единственному качеству – «единственной законной наследницы последнего
русского императора», что «терзало ее бессовестных родственников». В любом случае,
на честь дочери Императора Николая II посягнули, и Глеб, ее преданный слуга,
должен защитить ее от всех нападок. Впервые Романовы были оскорблены, их
публично уличили в мошенничестве и незаконном присвоении наследства. Отныне
признание Анастасии для Романоых стало просто невозможным. Более того, репутация
любого, кто определенным образом выскажется о Великой Княжне, окажется под
подозрением. Редкие сторонники, которые остались у бедной Анастасии, исчезли. Я
написала великому князю Николаю, чтобы попытаться добиться его судейства. Я еще
надеялась, что он, так или иначе, выскажет свое мнение. Ах, если бы ему не помешала
смерть. 5 января 1929 года верховный главнокомандующий русской армии, последний
92
внук Николая I, скончался. Ему было 73 года. Русская эмиграция, потеряшая своего
начальника, организовала ему грандиозные похороны. Кутепов, на которого отныне
возложили обязанности командующего, поклялся идти до победы или до смерти.
Кутепов отказывался высказать свое мнение об Анастасии. Для него была важна
только борьба с большевиками, и он проклинал эти внутренние распри, которые
вносили разлад в войска.
Из последних, преданных друзей Анастасии остался только великий князь Андрей.
Несмотря на оказываемое, на него давление, его уверенность в подлинности Анастасии
не поколебалась ни на мгновение. Но он тоже был вынужден отказаться поддерживать
Великую Княжну после письма Глеба.
9 февраля 1929 года в Соединенных Штатах появилось общество под названием
Гранданор Корпорейшн. Гранданор – ловкое сокращение от Великой Русской Княжны
Анастасии (Grande-Duchesse Anastasia of Russia) – объединяло под руководством Глеба
и Эдварда Фаллоуза несколько влиятельных банкиров с Уолл Стрит, выбранных из
числа друзей мисс Дженнингс. Целью этого общества было добиться признания
госпожи Чайковской – она же Анна Андерсон – как последней Дочери Императора
Николая II. Я не знала, что делать. Я выбрала наименее смелое решение – молчание.
Но великий герцог Андрей не мог мне подражать. Вся его сила состояла в
непредвзятости, и он не мог рисковать, чтобы его семья была поставлена под угрозу. С
болью в сердце он должен был решиться и отстраниться от дел связанных с
Анастасией. Короткое и простое заявление, которое он мне отправил, предвещало
конец моим последним надеждам. Андрей Владимирович «отказался вмешиваться в
дело». Мои мысли: «Правильно Анастасия Романова (Анна Андерсон) делала, ей же
нужны были ее законные деньги, ее имя и сын, которого она хотела найти в первую
очередь, она боролась до конца, как истинная Императрица! А ее родственники, семья,
не признававшие ее и преследовавшие, словно стая шакалов! Видимо, они при жизни
Романовой М.Ф. не хотели скандалов с вышеуказанным лживым заявление, а после ее
смерти решили его опубликовать!». - Адвокат Эдвард Фаллоуз, - объявил старый
чернокожий дворецкий мисс Дженнингс, торжественный, с большими седыми
курчавыми бакенбардами. В кабинете, который казался тесным из-за позолоты и
тяжелых украшений, покрывавших стены, для встречи юристом собрались основатели
Гранданор Корпорейшн. Мисс Дженнингс выбрала свою любимую комнату, душу
своей великолепной резиденции на Манхэттене. Рядом с ней стояли ее два массивных
и уверенных в себе брата. Она приветствовала известного адвоката любезным
наклоном головы. - Дорогой мистер Фаллоуз, мы с нетерпением ждали вашего
прибытия. Нам не терпится узнать о результатах вашего расследования.
Глеб Боткин стоял немного в стороне, опираясь на спинку кресла в непринужденной
наигранной позе.
- Ее высочество Великая Княжна Анастасия счастлива, что вы вернулись, - заявил он. -
Поскольку ее недавно гостеприимно приняла мисс Дженнингс, она вас просит пройти
к ней в апартаменты сразу после этой встречи. - Ну ладно, адвокат, - начала мисс
Дженнингс, когда они все сели, и виски было подано, - вам удалось распутать дело с
богатством Императора Николая II? Адвокат откашлялся. - Я пришел к выводу о том,
что проблема очень сложная. Слишком много данных было умышленно запутано.
Сейчас я немного лучше разбираюсь, и могу вам вкратце изложить ситуацию.
Проблема касается личного имущества Императора Николая II, а также сумм,
которыми владели Его Супруга и каждый из Его Детей. Я знаю из надежного
источника, что у Императорцы Александры Федоровны был счет в Английском Банке,
и я получил доказательства, что она снимала средства еще в 1915 году. Но после
93
революции я больше не нашел его следов. Я только получил свидетельства из вторых
рук, согласно которым Императрица заявляла в Тобольске, что она не будет страдать
от недостатка денег, если только ее Семья и Она доберутся до Англии. Что касается
личных вкладов Великих Княжон и Царевича, то они, без всякого сомнения,
существуют. Я определил местонахождение некоторых из этих вкладов. Так банк
Мендельсон в Германии признал, что у него есть такие вклады. Для других
учреждений у меня пока нет никаких доказательств. Какие-то слухи о Баринг Бразерз и
все. Вы знаете, что госпожа Чайковская утверждает, что ее отец открыл вклады на пять
миллионов рублей для каждого ребенка в Английском Банке, но Английский Банк
отказывается говорить на эту тему, поскольку у него нет доказательств, что я
представляю признанную наследницу этих счетов. Нам необходимо, прежде всего,
получить для госпожи Чайковской свидетельство о её праве на наследство.
- Но Английский Банк допускает, что у него есть эти средства? – спросил Глеб Боткин.
- Нет. Позиция директора банка, сэра Эдварда Пикока, проста: никаких заявлений
неуполномоченным лицам. Деньги могут быть, но их может и не быть. У меня нет
возможности получить подтверждение. Однако, кто-то об этом знает. Херлуф Цале
приступил к официальному расследованию для датской короны, и я склонен полагать,
что Банк откроет ему свои дела. Но, поскольку у нас нет доступа к бумагам Цале,
проблема остается. - А личное имущество Императора Николая II? – спросил Оливер
Дженнингс. - Здесь еще меньше ясности, поскольку существуют две противоречивые
версии. Романовы и их поверенные в делах убеждены, что в 1914 году в порыве
патриотизма Император Николай II привез на родину все свои ценности. Напротив,
новое правительство России обнаружило, что после Февральской революции, несмотря
на значительное возвращение капитала, у Царя еще было имущество, оцениваемое в 14
миллионов рублей, в валютах на лицевых счетах в английских и немецких банках. Эти
счета были открыты через теневые фирмы и подставных лиц. Глава последнего
русского правительства до октября 1917 года, Александр Керенский, настроен очень
категорично в этом отношении. - Вам удалось определить местонахождение этих
денег, их сумму и происхождение? – спросил Оливер Дженнингс. - К сожалению, как
адвокат госпожи Чайковской и представитель Гранданор, я не имею полномочий,
чтобы получить доказательную информацию. Мне удалось узнать, что сами Романовы
провели расследование, чтобы определить местонахождение этого имущества. М.
Романова, Ольга Александровна были уверены, что Керенский ошибается, и что
ценности Императора Николая II вернулись в Россию в 1914 году. - Что вы хотите
сказать? - Я думаю об очень уважаемом человеке, сэре Питере Барке, последнем
министре финансов Царя. Он единственный знает правду.
Глеб Боткин внезапно выпрямился. - Барк, ну, конечно же! Все сходится. На нем мы
должны сосредоточить наши усилия! Это должно быть тот самый таинственный
человек с очень коротким именем с «а» посередине, о котором говорит Великая
Княжна Анастасия. Тот, кто поместил ценности Царских Детей в Английский Банк.
Мой брат был чрезмерно возбуждён. От подозрений он пришел к уверенности и уже
представил, как он сам заставит Барка, которого он считает вором и мошенником,
вернуть Анастасии украденное добро. Фаллоуз улыбнулся и вернул обсуждение в
надлежащее русло.
- Я был уверен, что один из вас проведет параллель. Сэр Барк, конечно, мог бы быть
этим человеком. Но все-таки мы не намного продвинулись вперед. Он отказался со
мной беседовать. Всегда практичный Оливер Дженнингс спросил: - Какая репутация у
этого человека в финансовых кругах?
- Я не могу вам ответить. Есть только слухи, которые я не могу подтвердить. Барк
94
представляет интересы сестер Царя, Ольги и Ксении. В этом качестве он и занялся
исследованием следов имущества Императора Николая II. Он заявляет, что все
вернулось в Россию. Это его слова против утверждений членов временного
правительства. Он взял на себя обязательства продать украшения М. Романовой, и
оказалось, что, по словам Ольги Александровны, значительная часть полученной
суммы исчезла необъяснимым образом. Более важный факт. Сэр Питер Барк является
председателем и основателем АнглоИнтернейшнл Банк. Некоторые слухи обвиняют
его в том, что он создал капитал этого учреждения благодаря суммам, принадлежащим
Великим Княжнам. Но мы здесь входим в сферу крупных финансовых махинаций. У
меня нет никаких возможностей провести малейшее серьезное расследование,
поскольку госпожа Чайковская не признана Царской Наследницей.
- А когда у вас они будут, то вас нужно будет окружить армией юристов и
финансистов, чтобы разобраться в финансовых структурах, с которыми вы
столкнетесь, - пришел к заключению Вальтер Дженнингс. – Хорошо, мы вам это
предоставим. Возвращайтесь в Европу и не скупитесь на расходы. Делайте все
необходимое, чтобы получить признание Великой Княжны. Мы возьмем на себя все
расходы. Ставки очень высоки! Через несколько месяцев в большой комнате, которую
предоставила Анастасии мисс Дненнингс, великая княжна играла со своими
любимыми попугаями. - Милый мой, милый мой попугай, - напевала Анастасия по-
русски. – Иди сюда. Иди сюда, мой дорогой, мой милый попугай. Арахисом великая
княжна пыталась привлечь одну из двух птиц, которых ей подарила кузина Ксения.
Красивый зеленый попугай свободно порхал по комнате Анастасии, в то время как
второй спал, засунув голову под крыло, на золоченом насесте, поставленном перед
окном. - Браво, мой маленький попугайчик! – воскликнула Анастасия, когда, наконец,
ее любимая птица опустилась к ней на руку. - Чудесно! Вот и ты, наконец. Попугай
ловким ударом клюва схватил лакомство, которое предлагала ему хозяйка, и улетел на
свой насест, чтобы его отведать. Анастасия подошла к клетке и принялась гладить
пальцем красновато-коричневые с золотистым отливом перья на его шее.
- Любовь моя. К счастью, вы со мной. Здесь вы единственные, кто меня любит. Вы
меня понимаете, вы не заставляете меня присутствовать на бесконечных вечерах,
которые наводят на меня тоску.
Попугай закрыл глаз, как будто он понимал и одобрял речь, Анастасии. С тех пор, как
Анастасия поселилась у мисс Дженнингс, прошел уже год, она отдавала всю свою
нежность этим маленьким птицам. Она произносила им длинные речи по-русски, но
замолкала при малейшем шуме.
Великая Княжна была очень удивлена и крайне недоверчива, если ей говорили, что она
использовала русский язык, чтобы поговорить со своими горячо любимыми птичками.
Анастасия действовала как всегда, не раздумывая, не следя за собой. Она выбирала
нежные слова в своей памяти инстинктивно и не заботилась о языке, к которому они
принадлежали. Вторая птица проснулась и начала переваливаться с боку на бок, чтобы
привлечь к себе внимание. Анастасия прыснула со смеху.
- Ты очень смешной, ты похож на толстых женщин, которых представляет мне мисс
Дженнингс во время своих танцевальных вечеров. Они смотрят на меня круглыми
глазами, как будто я поразительное развлечение. Они разговаривают со мной с таким
нарочитым подобострастием, что мне сложно не рассмеяться им в глаза. - Одна даже
спросила меня, почему я не ношу скипетр и корону! Эти американки очень глупы.
Разве они, осыпали меня долларами? - Но я человек! Я не предмет, не ярмарочный
зверь, которого можно показывать! Никто не думает обо мне. Никто не представляет,
что у меня есть чувства. Эта мерзкая Анни Дженнингс принимает меня за
95
экзотическую обезьяну! Я ненавижу ее. Она отвратительная и глупая. Она думает, что
поскольку она платит за мои меха и красивые платья, я должна есть у нее из рук. Я,
Дочь Царя, должна подчиняться янки, потому что она богатая! - А ее толстые и
самодовольные братья. Они думают только о деньгах, которые они могут заработать
благодаря мне. Я уверена, они эксплуатируют меня без моего ведома. Анастасия
разрыдалась. - Я так одинока! Мне не с кем поговорить. Меня все бросили. Ксения
говорила, что любила меня, а потом она отдала меня этим надменным снобам. Глеб
больше не навещает меня, он больше не хочет меня видеть. - У меня есть только вы,
мои милые, вы единственные, кому я могу доверять. Я рассказываю вам все мои
истории, как я рассказывала их адвокату со смешным именем. Теперь он просит,
чтобы я написала книгу. Это коллега Фаллоуза. Как же его зовут? Ах да, Куртис Дж.
Мар. Я встречалась с ним в течение двух месяцев каждое утро. Оливер Дженнингс был
очень рад. Он говорил, что сделает из меня успешного писателя, и я буду зарабатывать
миллионы. А потом, когда я ему все объяснила, новостей больше не было. Никто
больше не говорит со мной о моей книге. Подумаешь, ушли и забыли. Как будто
ничего не было. Один из попугаев потер свою голову о левое плечо Анастасии. - Эй,
мне больно. Ты же видишь, что я не могу почесать тебе клюв этой рукой. Пальцы меня
не слушаются. Подожди, иди сюда. Анастасия погладила птицу здоровой рукой.
- Ты знаешь, любовь моя, - доверилась она попугаю, - я думаю, что я все поняла. Они
сговорились против меня. Они хотят опубликовать мою книгу, но это моя история!
Она принадлежит мне. Все обвиняют меня в том, что я притворщица, но мне не
позволяют ответить. Они заставили меня молчать. Меня душат! В своей книге я
рассказывала о таких милых вещах. Я рассказывала, как мы пили чай, на террасах. Как
я спала с цветущими глициниями. А потом Мари была такая красивая в своей
униформе, когда проводила смотр своего полка. У меня тоже был своей полк… Но это
их не интересовало. Этот Мар хотел, чтобы я рассказала ему об ужасных местах, там, в
Сибири. Ах! Но я не уступила. Я рассказывала только о прекрасном. О том, что было
хорошо для меня. Как мама ласкала мои волосы, как она улыбалась сквозь слезы, когда
Алексей был болен, а добрый отец Григорий приходил ее утешить. Анастасия с легкой
улыбкой на лице раскачивалась вперед и назад, растворившись в своих
воспоминаниях. Она долго оставалась в этом блаженном состоянии транса, пока
внезапный треск не заставил ее вздрогнуть. Она побледнела. - Ох, боже мой, -
воскликнула она, - за мной шпионят! Кто-то стоит за дверью, я слышу. Это слуги. Им
заплатила Анни Дженнингс, чтобы они следили за мной. Они ужасны. Я чувствую на
себе их взгляды. Я боюсь их. Однажды их хозяйка прикажет убить меня, и они это
сделают. Так убивают кролика, или беззащитную птицу. Они свернут мне шею! Я
должна убежать от них. Где Фаллоуз? Он поможет мне… Анастасия устремилась к
белому телефону, который стоя на ночном столике. Она собиралась схватить трубку,
но не закончила свой жест. - Это бесполезно, я знаю. Гудков не будет. Телефонные
провода, должно быть, перерезаны, как обычно. Я изолирована. И потом, даже если
аппарат работает, мне скажут, что Фаллоуз в Европе, где он занимается установлением
моей личности, и что я должна поговорить с этим дурно пахнущим Ллойд-Смитом,
который замещает его. Этот Уилтон Ллойд-Смит! Я его не выношу. Этот человек
называет себя моим адвокатом, но он даже не способен встать, чтобы принять меня,
когда я вхожу в комнату, где меня ждут. Этот хам, который получает удовольствие от
того, что унижает меня. Он проявляет ко мне уважения не больше, чем к служанке!
Это невыносимо. Он отказывается подчиняться мне. Фаллоуз никогда бы не позволил,
чтобы ко мне проявляли такую невнимательность. По меньшей мере, он знает, как
нужно обращаться с великой княжной. Он знает правила этикета и должен быть рядом
96
со мной, чтобы меня защитить. Внезапно Анастасия застыла. - Мертвая, мертвая,
мертвая! Они хотят видеть меня мертвой, мертвой! Она продолжила более хриплым
голосом, растерянно глядя вокруг. - Да, мой попугайчик. Они злые! Когда я умру, все
будут счастливы. Они смогут забрать все, что у меня есть, деньги, которые оставил
мне папа. Дядя Эрни будет танцевать от радости, и все остальные тоже. Меня больше
не будет, я больше не смогу им напомнить об их стыде, малодушии и алчности.
Майским утром, когда адвокат приехал в апартаменты мисс Дженнингс, он был принят
женщиной вульгарного вида в атласном халате. Позади нее коренастый мужчина
небольшого роста курил сигару из специальных запасов Дженнингсов. Озадаченный
Ллойд-Смит воскликнул: - Кто вы? Женщина смерила ее взглядом. - Я графиня
Хустингтон, ранее Баттенберг. Меня прислали из Таймс, из Лондона, чтобы написать
статьи о Ее Высочестве Великой Княжне Анастасии. Леди Хустингтон небрежно
добавила: - Я несколько раз встречалась с Великой Княжной в детстве, и я ее узнаю без
малейшего сомнения. Ллойд-Смит был неприятно удивлен, он попросил пригласить
Анастасию. Мужчина вышел вперед: - Меня зовут Ирвинг Бэрд, я импресарио, - сказал
он самодовольным голосом,- Ее Императорское Высочество отказывается вас видеть.
В глазах адвоката блеснула вспышка ярости. - Это мы сейчас увидим. Через несколько
минут он зашел в комнату Анастасии. Ирвинг Бэрд смог оказать только формальное
сопротивление. На лице Анастасии адвокат заметил злорадство. - Сейчас вы ничего не
можете сказать против меня. У меня есть покровители, которые смогут меня защитить.
- Но кто эти люди? – закричал адвокат. Великая Княжна рассмеялась. - Мошенники.
Женщина заявляет, что она дочь принца Александра Баттенберга. Я хорошо знаю, что
Сандро умер, не имея детей. Но она напишет мою книгу. Она мне это сказала. Как
только я получу деньги за авторские права, я уеду. А пока я прошу вас больше не
приходить сюда, или я прикажу вас вышвырнуть вон. Ллойд-Смит подчинился,
озабоченный тем, чтобы как можно быстрее доложить об этом мисс Дженнингс. Через
несколько дней в Фэрфилде на семейном совете собрались адвокат, мисс Дженнингс и
ее два брата. Ллойд-Смит сделал удручающий доклад. Он навел справки об этой
парочке. Великая Княжна не ошиблась. Женщина, некто Джил Коссли Барт, была
лучше известна в отделах полиции, чем в Таймс. Там утверждали, что никогда ее не
нанимали. На Ирвинга Бэрда не было досье, но он был известен тем, что он не
гнушался ни какими делами, даже очень сомнительными. - У меня достаточно против
них доказательств, чтобы заставить их покинуть ваши апартаменты, - пришел к выводу
адвокат, – но это вам даст только временную передышку. Каждую минуту вы рискуете
скандалом. Анастасия повсюду заявляет, что вы ее незаконно лишаете свободы, что вы
ее заключили под стражу. - Этому надо положить конец! Ллойд-Смит согласился. -
Есть только одно средство, вы это знаете. Анни Дженнингс подавленно посмотрела на
него. - Помещение в психиатрическую больницу, не так ли? – спросила она монотонно.
- Да, - ответил адвокат. – Я связался с Глебом Боткиным и Ксенией Лидс. Они
понимают нашу позицию и не против этой меры. Глеб Боткин даже подтверждает, что
в некотором роде Великую Княжну можно считать неуравновешенной. Я уже
приступаю к действию. Вальтер Дженнингс жестом остановил его. - Вы не боитесь
таким образом устроить скандал, которого мы стараемся избежать?
Ллойд-Смит уверенно ответил. - Все будет сделано незаметно. Я нашел трех врачей,
которые готовы объявить Анастасию сумасшедшей без осмотра… - Сколько они
просят? - Пятьсот долларов каждый. Психиатрическая больница «Четыре ветра»
согласилась на время принять великую княжну. Плата будет составлять 175 долларов в
неделю. Вальтер Дженнингс одобрил это. - Не беспокойтесь о расходах. Деньги стоят
меньше, чем наша репутация. Он склонился к своей сестре, которая побледнела, и по-
97
дружески похлопал ее по плечу. - Не беспокойтесь, Анни. Анастасии не на что будет
жаловаться. «Четыре ветра» - это самое роскошное заведение такого типа на
восточном побережье. Вам не в чем будет себя упрекнуть. Вы правильно поступили по
отношению к этой женщине. Но нужно подумать и о вашей защите. Ллойд-Смит
вернулся в Нью-Йорк с облегчением. Он получил неограниченные полномочия. Ему
ничего не стоило спровоцировать отъезд Ирвинга Бэрда и Джил Коссли Барт. Все
бумаги были готовы для помещения в психиатрическую больницу, но Анни
Дженнингс отказалась от своего решения. Она не хотела отдать этот приказ. Она
боялась, что журналисты все узнают и сделают Анастасию жертвой бессовестных
миллиардеров. Тем не менее богатая американка поместила Анастасию в
психиатрическую больницу. Ксения Лидс согласилась с этим решением. Через девять
дней судья Питер Шмак Верховного суда Нью-Йорка объявил Анастасию
душевнобольной, опасной для себя и окружающих. Вечером 24 июля Ллойд-Смит в
сопровождении медсестры и двух санитаров психиатрической больницы «Четыре
ветра», вошел в апартаменты Мисс Дженнингс. По их мнению, Анастасия поняла, что
затевалось против нее. В панике она растерялась на некоторое время, потом схватила
первый предмет, который попался ей под руку, тяжелую бронзовую статуэтку и
выбросила её в окно. Неподвижный Ллойд-Смит увидел, как она побежала к
разбитому окну, ее пеньюар расходился на груди. Ллойд-Смит услышал, как она
закричала: - На помощь, на помощь, меня хотят закрыть в сумасшедшем доме. На
помощь!
На улице уже собралась толпа зевак, которые смотрели на кричащую женщину.
Медсестра захотела взять все в свои руки. Она нежно взяла Анастасию за плечи,
пытаясь ее успокоить, говоря с ней монотонно нежным голосом. Великая Княжна
отбивалась. Медсестра отпрянула от Анастасии, и Великая Княжна, воспользовавшись
этим, убежала в другую комнату. Она успела закрыть за собой дверь на два оборота
ключа. Из коридора Ллойд-Смит слышал, как она зовет на помощь. Он больше не мог
терять времени. Назревал скандал. Одним жестом он приказал выломать дверь. Два
медбрата из «Четырех ветров» без труда выбили замок. Увидев их, Анастасия убежала
в свою ванную комнату и сжалась в глубине ванны. В панике у нее возникло
впечатление, что там она найдет защиту.
Через несколько минут собравшиеся зеваки, которых привлекли крики Анастасии,
увидели, как выводили женщину, которую крепко держали двое мужчин, одетых в
белое. Не теряя ни минуты, ее посадили в машину скорой помощи, и автомобиль
уехал, скрипя шинами. Всё, что касается Доры Винжендер, было раскрыто в
результате расследования, проведённого великим князем Андреем и Гарриет фон
Ратлеф. Всё это они сообщили в письме, которое мне прислал великий князь 15 августа
1927 года: Уважаемая Татьяна Евгеньевна, Князь пришёл ко мне, и мы долго говорили
об этом деле. Он прочитал мне вашу статью, которая очень хорошо написана, и
опровергает все обвинения Жильяра, перешедшего все границы приличия. Что
касается меня, то я изучил рукопись госпожи Ратлеф, в которой она разбивает всю
историю с Шанцковской. В этой рукописи я отметил несколько интересных деталей: я
знал, что госпожа Ратлеф 4 декабря 1926 года отправила рукопись в Berliner
Nachtausgabe. В начале января редакция газеты отправила рукопись в Дармштад. 14
января Жильяр был уже в Берлине, в редакции. Неизвестно, о чём они говорили, но 25
января он предложил профессору Бишофу провести антропоморфическую экспертизу.
Ясно одно, что ещё до публикации статьи госпожи Ратлеф, Дармштад и Жильяр были
информированы, и подготовили материал, который появился в Nachtausgabe 31 марта.
Факты, изложенные госпожой Ратлеф, имеют обоснованное объяснение и производят
98
большое впечатление. Что особенно поражает, это отказ герцога Гессе и матери
Шанцковской лично встретиться с больной. Последняя объясняет свой отказ страхом
перед поездкой, хотя ей обещали все оплатить. Сёстры и братья проявляют полнейшее
безразличие к новости об их найденной сестре. Такое же безразличие проявляют и
местные власти. Никто не пришёл навестить больную, кроме брата, и история вскоре
была забыта. Странно то, что эту афёру организовали не местные власти, где она жила,
а те, что не имеют ничего общего ни с местом рождения, ни с местом пребывания
Шанцковской. Госпоже фон Ратлеф удалось, уж не знаю как, поговорить с Винденжер,
которая сообщила, что все свидетельские показания ей были продиктованы
детективом Кнопф, и что за это она получила тысячу пятьсот марок. Но так как она не
хотела себя компрометировать, то всё рассказанное не имело точной даты. Как и
следовало ожидать, все утверждения Винденжер были лживыми: Анастасия Романова
(Анна Андерсон) не оставляла у неё никакой одежды, так как не была у неё в течение
этих трёх дней. Полицейская карточка, вероятно, тоже фальшивая, так как эти
карточки не хранятся так долго. Создаётся ясное впечатление, что всё это было
специально подстроено, чтобы выдать её за Шанцковскую, и под этим именем
заставить исчезнуть в каком-нибудь укромном месте. Это видно из факта приезда
одного из редакторов de Nachtausgabe к герцогу в Париж, который хотел, по мере
возможности, забрать её из Зееона под предлогом, что Президент полиции Берлина
взял это дело в свои руки и требует очной ставки больной с Винденжер. Теперь мы
уверены, что президент не хотел ничего подобного и даже не проявлял интереса к
этому делу. Кроме того, детектив Кнопф и редактор Лукке дали понять герцогу, что
они располагают тремя тысячами марок, чтобы поместить больную в один из
госпиталей Берлина, если он (герцог) им её доверит, а там, мало-помалу, идентичность
будет установлена. Ясно одно, что они любой ценой хотят заставить её уехать из
Зееона. Читая статью Жильяра, видишь, что переезд больной в Зееон вверг его в шок.
Он не может скрыть свой гнев и своё негодование. «Как такое могло случиться»? -
пишет он. Действительно, как такое могло случиться, если «они» сделали всё, чтобы
Анастасия исчезла под вымышленным именем? Как, несмотря на их дорогостоящие и
тщательно подготовленные происки, она смогла от них ускользнуть и находится вне
досягаемости для них?
Действительно, есть от чего придти в ярость. И эту ярость он (Жильяр) не смог скрыть.
Это не было средством пролить свет на личность больной, которая их интересовала, а
только желание убрать её с дороги. Всё это напоминает мне призрак Макбет, который
тревожил совесть её семьи. То же самое, происходит с больной. Кое-кому она мешает
и мешает очень сильно, если уж собственный дядя не решается посмотреть ей прямо в
глаза, а посылает подкупленных людей с единственной целью избавиться от неё.
Почему? Трудно сказать. Но странно и то, что Дармштад настойчиво отрицает слухи,
имеющие отношение к поездке великого герцога Гессе в Россию, тогда как об этом
факте не сообщалось, ни одной из сторон. Почему они считают необходимым это
делать? Когда газета, отметив этот факт, спросила напрямик у Дармштада: «Скажите,
была эта поездка, или нет»? Дармштад предпочёл промолчать. Всё это удивительно и
это следует понимать так, «они» знают, что это Анастасия. Ольга больше мне не
отвечает и не хочет мне писать. Я понял это так, что моё письмо произвело нужный
эффект, но она не хочет предавать Жильяра. Вот общее обозрение той грязи, которая
вылезла в связи с этим делом. Искренне ваш. Андрей. 6 февраля 1928 года великий
князь Андрей писал Сергею Боткину ( см. Доминик Оклер «Qui tes-vous Anastasia?»,
стр. 177).
В течение двух дней, в свободное время, я наблюдал за больной, и могу вам сказать,
99
что в моём сознании не возникло ни малейшего сомнения: она действительно Великая
Княжна Анастасия. Невозможно её не узнать. Естественно, годы и страдания
наложили свой отпечаток, но не настолько, чтобы ей не поверить. Сначала её лицо
потрясает глубокой печалью, но когда улыбка озаряет её лицо, это она, вне всяких
сомнений это Анастасия. (…) Теперь дело перешло в новую стадию (…) мне кажется,
что мы приближаемся к эпилогу этой ужасной трагедии. Теперь, когда я увидел ее, я
не имею права складывать оружие. Я должен осмелиться сделать всё, чтобы
справедливость восторжествовала. Я верю в успех этой тяжёлой миссии. Ксения
Георгиевна (1903-1965) была дочерью великого князя Георгия Михайловича (1863-
1919) и принцессы Marie de Grece (1876-1940). Её дед был младшим братом
Александра II. У княжны Ксении было удачное замужество. Она стала супругой
Вильяма Лидс (1901-1972), оловянного короля, одного из самых богатых людей на
западе. У них была дочь Нэнси, родившаяся в 1915 году. После своей ссоры с
Анастасией, Ксения была вынуждена развестись, и вышла замуж за Германа Джюда.
Письмо великого князя Андрея моей тёте Рае, от 16 февраля 1928 года. Сердечно
благодарю вас за ваше доброе письмо. Мне особенно интересно то, где вы пишете, что
все ополчились против меня в силу того, что я занимаюсь делом по идентификации.
До настоящего момента я не думал, что это может быть опасным. Но я не могу, в угоду
остальным, прятать правду.
Цитируется по книге Доминик Оклер «Qui tes-vous Anastasia?» стр. 179.
Представленный текст, это попытка подвести итог огромному расследованию, которое
предпринял Фаллоуз, в том виде, в каком он его представил в оставленном досье111.
Доктор Райхе, эксперт-антрополог, исследовавший фотографии Анны Андерсон и
великой княжны, объявил во всеуслышание, что «речь идёт об одной и той же
личности, или о её идеальном близнеце». Независимый эксперт-графолог,
выступавший в суде на стороне истицы, также объявил, что почерк Анны Андерсон
соответствует почерку Анастасии Николаевны Романовой. В 1977 году ещё один
эксперт-антрополог доктор Фуртмайр нашёл сходство между ушными раковинами
претендентки и подлинной Великой Княжны, но к этому времени Андерсон была не в
состоянии самостоятельно принимать решения и уже не могла воспользоваться
новыми результатами, свидетельствовавшими в её пользу. Вместе с тем, относительно
Ольги Александровны (родной сестры Императора Николая II) выяснилось, что она
была близкой знакомой сэра Эдварда Пикока, директора Банка Англии на протяжении
более чем двадцати лет. Как пишет исследователь Роберт Мэсси[en] в своей книге
«Николай и Александра», король Англии Георг V лично уполномочил его как
директора Госбанка Англии быть финансовым советником Ольги Александровны.
Известно, что до революции Император Николай II хранил большие суммы денег
прежде всего в Государственном банке Англии и в других банках мира. В 1917 году
Временное правительство, возглавляемое Александром Керенским, приблизительно
оценило заграничные вклады Царя в четырнадцать миллионов рублей, а граф
Бенкендорф в своих мемуарах «Последние дни в Царском Селе» писал, что на момент
революции каждый из детей Императора Николая II имел состояние, оценивавшееся в
«несколько миллионов» рублей «заграницей и в Государственном Банке». В случае,
если бы было доказано, что все прямые наследники Императора Николая II погибли,
111 https://www.proza.ru/2010/06/14/1078
100
именно его сёстры Ольга Александровна и Ксения Александровна, которые и были
самыми ярыми противницами того, что «Анна Андерсон» — это Анастасия Романова,
стали бы наследницами несметного состояния. Главным доказательством,
свидетельствующим в пользу идентичности личностей Андерсон и Анастасии,
является наличие у обеих характерного искривления больших пальцев ног, достаточно
редко встречающегося у молодых женщин. Некоторые люди, хорошо знавшие членов
семьи Романовых (в частности, няня императорских детей Александра Жильяр и дети
лейб-медика двора Евгения Боткина, расстрелянного вместе с Царской Семьей,
Татьяна и Глеб Боткины), находили в Анне Андерсон и другие черты сходства с
Анастасией Романовой.
Неоднократно предпринимались попытки установить личность Анны Андерсон с
использованием научных методов: сравнение формы ушных раковин Андерсон и
Анастасии и почерковедческая экспертиза дали положительные результаты112. Сама
госпожа фон Ратлеф так вспоминает о своих первых впечатлениях: «Движения её,
осанка, манеры выдавали в ней даму высшего света. Таковы мои первые впечатления.
Но что поразило меня более всего, так это сходство молодой женщины
с М.Ф.Романовой (мамой Императора Николая II). Говорила она по-немецки, но с
явственным русским акцентом, и когда я обращалась к ней по-русски, она вполне
понимала меня, ибо, хотя она отвечала по-немецки, её реплики были точны (…) Любой
прямой вопрос её пугал; она замыкалась в себе. Её нелегко было вызвать на разговор,
но затем уже следовало стараться не помешать ей, прерывая замечаниями. Если
предмет беседы был ей интересен, она говорила вполне охотно. Так было почти всегда,
когда речь заходила о её детских годах: жизнь вместе с родителями, братом и
сёстрами, кажется, единственное, что её интересовало, воспоминания переполняли её в
эти моменты… Она умела быть признательной за доброту и дружбу, которую ей
выказывали. От всей её натуры веяло благородством и достоинством, которые
притягивали всех, кто знакомился с ней…»113. Для тех, кто знает историю загадочной
Анны Андерсон (1901-1984), объявившей себя спасшейся дочерью императора
Николая II Анастасией, скажу сразу, что врожденная деформация ее стоп (Hallux
valgus), о которой было известно с детства Великой Княжны и которая была также у
Анны Андерсон, - это очень редкая врожденная деформация стоп ставит жирную
точку в ожесточенных спорах сторонников и противников Анны Андерсон. В сказке
принцесса была узнана по хрустальному башмачку, но если в сказке Принц узнал
Золушку, то в жизни Анны-Анастасии все произошло наоборот, и до сих пор, через
почти 88 лет от появления Анны-Анастасии в Берлине, даже значительная часть (если
не большинство) членов Дома Романовых не признает, что Анна Андерсон была
спасенной 17 июля 1918 года Великой Княжной Анастасией Николаевной Романовой.
Ожесточенные споры о загадке Анны Андерсон продолжаются до сих пор… …
Удивительно то, что все знали о редкости этого ортопедического заболевания, но до
последнего времени никому не приходило в голову обратиться к специалистам-
ортопедам и узнать точную медицинскую статистику. Лишь в этом (2007 году) ранее
никому неизвестный инженер из Екатеринбурга (назовем его «N», подробнее о нем – в
конце статьи) сделал это. Итак: «Первая работа об этом заболевании (отклонении
112https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BD%D0%BD%D0%B0_%D0%90%D0%BD%D0%B4
%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BE%D0%BD
113https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BD%D0%BD%D0%B0_%D0%90%D0%BD%D0%B4
%D0%B5%D1%80%D1%81%D0%BE%D0%BD
Anastasia, the survivor of Ekaterinburg, by Frau Harriet von Rathlef-Keilmann
101
большого пальца к наружной части стопы) была опубликована доктором Laforest в
1778 году. Из наиболее крупных работ, посвященных исследованию причин данного
заболевания, стоит назвать монографии Д.Е.Шкловского (1937 год), диссертации Е.И.
Зайцевой (1959 год) и Г.Н. Крамаренко (1970 год). Работая в Центральном научно-
исследовательском институте травматологии и ортопедии Министерства
здравоохранения СССР, Галина Николаевна Крамаренко обработала статистический
материал, собранный в результате массовых обследований женщин, по заболеваниям
статической деформации стоп. В результате она получила следующие данные. Hallux
valgus. как правило, появляется у женщин достигших возраста 30-35 лет. Г.Крамаренко
обнаружила, что «изолированным» hallux valgus страдает 0,95% от числа
обследованных женщин. Причем первая степень болезни была зафиксирована у 89%, а
третья только у 1,6 % из числа женщин, имеющих данное заболевание. Таким образом,
от этого недуга страдает одна из шести с половиной тысяч женщин в возрасте старше
30 лет (1:6500). Что касается случаев врожденного заболевания, то они единичны и
встречаются крайне редко. В головном учреждении России по данной проблеме
Научно-исследовательском детском ортопедическом институте имени Г.И. Турнера
за последние десять лет зарегистрировано только восемь случаев этого заболевания.
И это на сто пятьдесят миллионов [точнее, на 142 миллиона – Б.Р.] жителей
России». Итак, статистика врожденного случая «hallux valgus» составляет 8:142 000
000, или, примерно, 1:17 750 000 ! Таким образом, именно с такой вероятностью
(99,9999947) Анна Андерсон действительно была Великой Княжной
Анастасией! Кстати, этот самый Научно-исследовательский детский ортопедический
институт имени Г.И.Турнера находится в Царском Селе (ныне г.Пушкин), где 518
июня 1901 года в 6ч. утра родилась Анастасия Николаевна Романова. Очень вероятно,
что детский врач Генрих Иванович Турнер (1729 сентября 1858 - 20 июля 1941), чьим
именем назван институт, осматривал Царских Детей в начале XX века в
Александровском дворце и ставил диагноз «hallux valgus» маленькой Анастасии…
Приведенная выше статистика практически нивелирует отрицательные результаты
ДНК-тестов, проведенных с останками некоторых ее тканевых материалов в 1994-1997
годах, поскольку в те годы достоверность исследований ДНК не превышала 1:6000 – в
три тысячи раз менее достоверно чем статистика «хрустального башмачка» Анны-
Анастасии! При этом, статистика врожденного «hallux valgus» является фактически
статистикой артефактов (здесь нет никаких сомнений), в то время как исследования
ДНК являются сложной процедурой, при которой нельзя исключить возможность
случайного генетического загрязнения исходных тканевых материалов, а то и их
злонамеренной подмены. Теперь по порядку. Фройляйн Унбекант Снова цитирую
статью «N»: «Фройляйн Унбекант» (Unbekannt – неизвестная) - так в протоколе
берлинской полиции 17 февраля 1920 года была зарегистрирована девушка, спасенная
при попытке самоубийства. Она не имела при себе документов и отказалась назвать
свое имя. У неё были русые волосы с каштановым отливом и пронзительные серые
глаза. Она говорила с явно выраженным славянским акцентом, поэтому в ее личном
деле была сделана приписка «неизвестная русская». Начиная с весны 1922 года, о ней
написаны десятки статей и книг. Анастасия Чайковская, Анна Андерсон, позднее -
Анна Манахан (по фамилии второго мужа). Это имена одной и той же женщины.
Последнее имя, написанное на её могильной плите, Анастасия Манахан. Она умерла
12 февраля 1984 года, но и после смерти её судьба не дает покоя ни её друзьям, ни
врагам. В тот же вечер 17 февраля ее поместили в Елизаветинскую больницу на
Лютцовштрассе. В конце марта перевели в неврологическую клинику в Дальдорфе с
диагнозом «душевное заболевание депрессивного характера», где она прожила два
102
года. В Дальдорфе при осмотре 30 марта она призналась, что пыталась покончить с
собой, но отказалась назвать причину или дать какие-либо комментарии. Во время
осмотра был зафиксирован её вес – 50 килограмм, рост – 158 сантиметров. При
осмотре врачи обнаружили, что полгода назад она перенесла роды. Для девушки «не
достигшей двадцатилетнего возраста», это было немаловажное обстоятельство. На
груди и животе пациентки они увидели многочисленные шрамы от рваных ран. На
голове за правым ухом был шрам длиной 3,5 см, достаточно глубокий, чтобы в него
мог войти палец, а так же шрам на лбу у самых корней волос. На стопе правой ноги
был характерный шрам от сквозного ранения. Он полностью соответствовал форме и
размерам ран нанесенных штыком русской винтовки. В верхней челюсти – трещины.
На следующий день после осмотра она призналась врачу, что боится за свою жизнь:
«Дает понять, что не хочет назвать себя, опасаясь преследования. Впечатление
сдержанности, порожденной страхом. Больше страха, чем сдержанности». В истории
болезни так же записано, что у пациентки врожденное ортопедическое заболевание
стоп hallux valgus третьей степени. По этому поводу я обратился за консультацией к
врачам-ортопедам и не напрасно».
Здесь я прерываю пересказ статьи «N» и возвращаюсь к началу нашей заметки. Оценил
ли сам инженер «N» в полной мере открытие, которое он сделал?! Однако, продолжим
рассказ. «Заболевание обнаруженное у пациентки врачами клиники в Дальдорфе
абсолютно совпало с врожденным заболеванием Анастасии Николаевны Романовой.
Как выразился один из ортопедов консультировавших меня: «Проще найти двух
девушек одного возраста с одинаковыми отпечатками пальцев, чем с признаками
врожденного hallux valgus». Девушки, о которых мы говорим, имели при этом еще
одинаковый рост, размер стопы, цвет волос и глаз и портретное сходство. Из данных
медицинской карты видно, что следы травм «фройляйн Унбекант» полностью
соответствуют тем, которые со слов судебного следователя Томашевского были
нанесены Анастасии в подвале дома Ипатьева. Совпадает и шрам на лбу. У Анастасии
Романовой такой шрам был с детства, поэтому она единственная из дочерей Николая
II, которая всегда носила прически с «челкой». Противники Анастасии Чайковской,
начиная с марта 1927 года, предпринимают попытки выдать ее за уроженку
крестьянской семьи (из Восточной Пруссии) Франциску Шанцковскую. С
медицинской точки зрения это выглядят более чем нелепо. Франциска была старше
Анастасии на пять лет, выше ростом, носила обувь на четыре размера больше, никогда
не рожала детей и не имела ортопедических заболеваний стоп. Кроме того, Франциска
Шанцковская исчезла из дома в то время, когда «фройляйн Унбекант» уже находилась
в Елизаветинской больнице на Лютцовштрассе».
АННА АНДЕРСОН
Почему же некоторые члены Дома Романовых в Европе и их родственники из
королевских династий Германии почти сразу, в начале 1920-х годов, оказались
настроены против нее? Я думаю, есть три главные причины. Во-первых, Анна
Андерсон резко высказалась о Великом князе Кирилле Владимировиче («он –
предатель») – том самом, который сразу после отречения Николая II увел свой
Гвардейский экипаж из Царского села и нацепил красный бант. Во-вторых, она
неумышленно раскрыла большую государственную тайну, которая касалась брата ее
матери (Императрицы Александры Феодоровны), ее немецкого дяди Эрни
Гессенского. В третьих, сама Анна-Анастасия находилась в таком тяжелом
физическом и психологическом состоянии (последствия тяжелых увечий, полученных
в подвале дома Ипатьева, и очень тяжелых предыдущих двух лет скитаний), что
103
общение с ней было нелегким для любого человека. Есть и важная четвертая причина,
но обо всем по порядку.
В 1922 году в Русском зарубежье решался вопрос о том, кто возглавит династию, за
место «Императора в изгнании». Главным претендентом был Кирилл Владимирович
Романов. Он, как и большинство русских эмигрантов, даже представить себе не мог,
что правление большевиков затянется на долгие семь десятилетий. Появление
Анастасии летом 1922 года в Берлине вызвало сумятицу и разделение мнений в рядах
монархистов. Распространенная следом информация о физическом и психическом
нездоровье княжны, и наличии у нее наследника престола, все это не способствовало
немедленному ее признанию, не говоря уже о рассмотрении ее кандидатуры на место
главы династии. Снова пересказываю статью инженера «N» (с некоторыми
сокращениями): «Романовы не хотели видеть в роли помазанника божьего сына
Анастасии Романовой (Анны Андерсон), который находился не то в Румынии, не то в
Советской России. К моменту встречи с родственниками в 1925 году Анастасия была
тяжело больна туберкулезом. Её вес едва достигал 33 кг. Люди, окружавшие
Анастасию, считали, что дни её сочтены. Но она выжила и после встреч с тётей Олей и
другими близкими людьми мечтала о встрече с бабушкой – Марией Федоровной. Она
ждала признания родных, а вместо этого в 1928 году на второй день после смерти
бабушки несколько членов дома Романовых [12 из 44 – Б.Р.] публично отреклись от
неё, объявив, что она самозванка. Нанесенное оскорбление привело к разрыву
отношений. Отношения с родственниками матери были так же испорчены. Причиной
оказался наивный рассказ Анастасии о приезде её дяди Эрни Гессенского в Россию в
1916 году. Визит был связан с намерениями, склонить Николая II к сепаратному миру
с Германией [это не удалось, и при отъезде из Александровского дворца Эрни даже
сказал своей сестре, Императрице Александре: «Ты для нас больше не солнышко» -
так называли Аликс в ее детстве все немецкие родственники – Б.Р.]. В начале
двадцатых годов это была еще государственная тайна, и Эрни Гессенский обвинил
Анастасию в клевете. Разрыв отношений с большей частью родственников вынудил её
отстаивать свои права в судебном порядке. Так в жизни Анастасии появились
судебные эксперты. Первая графологическая экспертиза была сделана по просьбе
Гессенских в 1927 году. Её выполнила сотрудница Института графологии в Присне,
доктор Люси Вайцзеккер. Сравнивая почерк на недавно написанных образцах с
почерком на образцах написанных Анастасией еще при жизни Императора Николая II,
Люси Вайцзеккер пришла к заключению, что образцы принадлежат одному и тому же
лицу. В 1960 году решением Гамбургского суда графологическим экспертом была
назначена графолог доктор Минна Беккер. Четыре года спустя, докладывая о своей
работе на заседании высшего апелляционного суда в Сенате, седая доктор Беккер
заявила: «Я никогда еще не видела такое количество тождественных признаков в
двух текстах, написанных разными людьми». Еще одно важное замечание доктора
стоит здесь упомянуть. Для экспертизы были предоставлены образцы почерков в виде
текстов, написанных на немецком и русском языках. В своем докладе, говоря о
русских текстах, госпожи Андерсон доктор Беккер отметила: «Такое впечатление,
будто она вновь попала в знакомую среду». Из-за отсутствия возможности сравнить
отпечатки пальцев, к следствию были привлечены антропологи. Их мнение
рассматривалось судом как «вероятность близкая к уверенности». Исследования,
проведенные в 1958 г. в университете Майнц докторами Айкштедтом и Кленке, и в
1965 г. основателем Германского антропологического общества, профессором Отто
Рехе, привели к одинаковому результату, а именно:
1. Госпожа Андерсон не польская фабричная работница Франциска Шанцковская.
104
2. Госпожа Андерсон есть Великая Княжна Анастасия Романова.
Их оппоненты указывали на несоответствие формы правого уха Андерсон уху
Анастасии Романовой, ссылаясь на экспертизу, сделанную ещё в двадцатые годы.
Последние сомнения антропологов разрешил один из самых известных судебных
экспертов ФРГ доктор Мориц Фуртмайер. В 1976 году доктору Фуртмайеру удалось
обнаружить, что по нелепой случайности для сравнения ушных раковин эксперты
использовали фотографию пациентки Дальдорфа, сделанную с перевернутого
негатива. То есть правое ухо Анастасии Романовой сравнивали с левым ухом
«фройляйн Унбекант» и естественно получили отрицательный результат на
идентичность. При сравнении той же фотографии Анастасии с фотографией правого
уха Андерсон (Чайковской) Мориц Фуртмайер получил совпадение в семнадцати
анатомических позициях. Для признания идентификации в западногерманском суде
было вполне достаточно совпадения пяти позиций из двенадцати. Исправив эту
ошибку, он поставил точку в спорах ученых об идентификации Анастасии. Мы с
Вами, уважаемый читатель, можем только гадать, как бы сложилась её судьба, не будь
той роковой ошибки. Даже в шестидесятые годы эта ошибка легла в основу решения
Гамбургского суда, а затем и высшего апелляционного суда в Сенате.
Теперь предоставлю слово американскому автору Петеру Курту, чья книга
«Анастасия. Загадка Анны Андерсон» (в русском переводе «Анастасия. Загадка
Великой княжны») по мнению многих является лучшей в историографии этой загадки.
Петер Курт был лично знаком с Анной Андерсон. Вот что написал он в послесловии к
русскому изданию своей книги:
«Истина – это западня; ею нельзя обладать, не попавшись.
Ее нельзя поймать, она ловит человека».
Сёрен Киркегор
«Вымысел обязан оставаться в границах возможного.
Истина – нет».
Марк Твен
… Я знал Анну Андерсон более десяти лет и был знаком практически со всеми, кто
оказался вовлечен в ее борьбу за признание на протяжении последней четверти века: с
друзьями, адвокатами, соседями, журналистами, историками, с представителями
русской царской семьи и королевских семей Европы, русской и европейской
аристократии – широким кругом компетентных свидетелей, без колебаний
признававших ее Царской Дочерью. Мое знание ее характера, всех подробностей ее
дела и, как мне кажется, вероятность и здравый смысл, - все убеждает меня, что она
была русская великая княжна.
Это мое убеждение остается неколебимым. Однако, никакие научные свидетельства,
ни результаты судебно-медицинской экспертизы не убедят меня, что г-жа Андерсон и
Франциска Шанцковская – одно и то же лицо. Я категорически утверждаю, что те, кто
знал Анну Андерсон, кто проживал рядом с ней месяцы и годы, лечил ее и ухаживал за
ней во время ее многочисленных болезней, будь то врач или медсестра, кто наблюдал
ее поведение, осанку, манеру держать себя, - не могут поверить, что она родилась в
деревне в Восточной Пруссии в 1896 году и была дочерью и сестрой крестьян,
выращивавших свеклу».
СПАСШАЯСЯ АНАСТАСИЯ
Об истории спасения Анастасии есть свидетельства, данные под присягой в немецком
суде, а история жизни Анны Андерсон подробно описана в сотнях публикаций и в
десятках книг.
105
Приведу здесь только краткий перечень причин, которые не позволяют считать
Анастасию погибшей вместе со всей Царской семьей в ночь на 17 июля 1918 года: -
Есть свидетельство очевидца, который видел израненную, но живую Анастасию в
доме на Воскресенском проспекте в Екатеринбурге (почти напротив дома Ипатьева)
ранним утром 17 июля 1918 года; это был Генрих Клейнбецетль, портной из Вены,
австрийский военнопленный, который летом 1918 года работал в Екатеринбурге
подмастерьем у портного Баудина. Он видел ее в доме Баудина ранним утром 17 июля,
через несколько часов после зверской резни в подвале дома Ипатьева. Ее принес один
из охранников (вероятно, еще из прежнего более либерального состава охраны –
Юровский заменил не всех прежних охранников), - один из тех нескольких молодых
парней, которые давно симпатизировали девушкам, Царским Дочерям;
- Есть большая путаница в показаниях, отчетах и рассказах участников этой кровавой
резни – даже в различных версиях рассказов одних и тех же участников; - Известно,
что «красные» искали пропавшую Анастасию в течение нескольких месяцев после
убийства Царской Семьи; - Известно, что один (или два) женских корсета не были
найдены. Ни одно из расследований «белых» не отвечает на все вопросы, в том числе
расследование следователя комиссии Колчака Николая Соколова;
- до сих пор не открыты архивы ЧК-КГБ-ФСБ об убийстве Царской семьи и о том, что
делали в Коптяковском лесу чекисты во главе с Юровским 1919 году (спустя год после
расстрела) и офицеры МГБ (ведомства Берии) в 1946 году. Все известные до сих пор
документы о расстреле Царской Семьи (в том числе «Записка» Юровского) получены
из других государственных архивов (не из архивов ФСБ). Таким образом, суммируя
все вышесказанное о «гибели» Анастасии, если все члены Царской Семьи были убиты,
то почему мы не имеем ответов на все эти вопросы до сих пор?
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Инженер «N» опубликовал свою статью («Унесенные ветром») в феврале 2007 года в
американской газете «Панорама» (Los-Angeles, newspaper «Panorama»). Он сделал
великое дело для восстановления правды об Анне Андерсон и Царской Дочери
Анастасии. Удивительно, как в течение более чем 80 лет никому не пришло в голову
узнать медицинскую статистику деформации стоп hallux valgus! Воистину эта история
напоминает сказку о хрустальном башмачке! Не случайно, наверное, именно «N»
нашел его. Скоро мы узнаем имя этого человека и… его тайну. Теперь мы можем быть
окончательно и бесповоротно уверены, что Анна Андерсон и Великая Княжна
Анастасия - это одно и тоже лицо.
Борис Романов
P.S. Остается выяснить, чьи останки захоронены под именем Великой Княжны
Анастасии в Санкт-Петербурге в июле 1998 года (впрочем, есть сомнения и
относительно других останков, захороненных тогда), и чьи останки найдены летом
2007 года в Коптяковском лесу.
P.P.S. Известно, что Анастасия родила сына осенью 1919 года, где-то на границе с
Румынией (в то время она скрывалась от красных под фамилией Чайковская, по
фамилии человека, который спас ее и вывез в Румынию). Какова судьба этого сына?
История Великой княжны Анастасии не закончена…
Борис Романов114. Судя по всему, что известно к настоящему времени, четвертая Дочь
Императора Николая II и Александры Феодоровны, Анастасия, осталась жива после
расстрела и зверской резни в подвале дома Ипатьева в ночь на 17 июля 1918 года.
114 https://petroprognoz.ru/analitika/20okt07-AA-ANR.html
106
Тяжело раненная, она была спасена одним из солдат внешней охраны и затем увезена,
через всю Россию, в Румынию. Затем она, под именем Анна Чайковская, оказалась в
Германии. Затем она была известна как Анна Андерсон, и после замужества в США
как Анна Манахан. Она прожила до 1984 года и похоронена в Германии под именем
Анастасия Манахан. Анастасия родилась в Царском Селе (ныне г.Пушкин) 518 июня
1901 года ровно в 6ч. утра (по записи в дневнике Николая II). Ниже я привожу (в
сильном сокращении) историю Анны Андерсон и главные доказательства ее
идентичности с Великой Княжной Анастасией. При этом главный акцент я делаю на
узнанной совсем недавно (совсем недавно – ее сторонниками) медицинской статистике
редкой ортопедической деформации стоп, которая была как у Анастасии, так и у Анны
Андерсон. «Совсем недавно» на эту медицинскую статистику обратили внимание
сторонники Анны Андерсон, - сама статистика известна давно. Если бы ее сторонники
заинтересовались этой статистикой при ее жизни, когда в Германии шли суды по
установлению ее идентичности, в этом случае, возможно, судьба Дома Романовых (за
рубежом) была бы иной. Кроме того, что Великая Княжна Анастасия возглавила бы
его, она могла бы получить огромные деньги, вложенные на ее имя в английские банки
Императором Николаем II и Императрицей Александрой до 1917 года (в 1912 году они
сделали большие банковские вклады в Англии на имя всех дочерей, как их будущее
приданное). Учитывая, что Анастасия (Анна Андерсон) ненавидела большевиков,
понятно, что эти деньги работали бы против Кремля – вероятно, уже с начала 1930-х
годов, и до конца ее жизни. Возможно, несколько иной была бы и история России… по
крайней мере, в части похорон Царской Семьи 1998 года в Санкт-Петербурге и споров
вокруг новых останков, найденных в Коптяковском лесу летом 2007 года…
Для тех, кто знает историю загадочной Анны Андерсон (1901-1984), объявившей себя
спасшейся Дочерью Императора Николая II Анастасией, скажу сразу, что врожденная
деформация ее стоп (по латыни Hallux valgus), о которой было известно с детства
Великой Княжны и которая была также у Анны Андерсон, - эта очень редкая
врожденная деформация стоп ставит жирную точку в ожесточенных спорах
сторонников и противников Анны Андерсон.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Итак, мы можем констатировать следующее:
1. Анастасия Николаевна Романова имела врожденную деформацию обоих стоп
“Hallux Valgus” (бурситы большого пальца стопы). Это видно не только на некоторых
фотографиях молодой Великой Княжны, но было подтверждено после 1920 года даже
теми близкими к ней (к Анастасии) людьми, кто не верил в идентичность Анны
Андерсон (например, младшей сестрой Царя, Ольгой Александровной - а она хорошо
знала Имперских Детей начиная с их рождения; это подтвердил также Пьер Жильяр,
учитель Царских Детей, бывший при дворе с 1905 года). Это был именно врожденный
случай заболевания. Няня (маленькой Анастасии), Александра (Шура) Теглева также
подтверждала врожденные бурситы больших пальцев стоп Анастасии.
2. Анна Андерсон также имела врожденную деформацию обоих стоп “Hallux Valgus”
(бурситы большого пальца стопы). Кроме диагноза немецких докторов (в Дальдорфе в
1920 году), диагноз врожденный «Hallux Valgus» был поставлен Анне Андерсон (Анне
Чайковской) также русским доктором Сергеем Михайловичем Рудневым в клинике Cв.
Марии летом 1925 года (Анна Чайковская-Андерсон находилась там в тяжелом
состоянии, с туберкулезными инфекциями):
«На ее правой ноге я заметил сильную деформацию, очевидно врожденную: большой
палец сгибается направо, формируя опухоль». Руднев отметил также, что «Hallux
Valgus» был на ее обеих ногах. (см. Питер Курт. - Анастасия. Загадка великой княжны.
107
М., изд-во «Захарова», стр.99). Доктор Сергей Руднев вылечил и спас ее жизнь в 1925.
Анна Андерсон называла его «мой добрый российский профессор, который спас мою
жизнь».
3. 27 июля 1925 в Берлин прибыли супруги Жильяр. Еще раз: Шура Жильяр-Теглева
была няней Анастасии в России. Они посетили очень больную Анну Андерсон в
клинике. Шура Теглева попросила показать ей ноги (стопы) пациентки. Одеяло было
осторожно отвернуто, Шура воскликнула: «С ней [с Анастасией] это было то же самое
как здесь: правая нога была хуже чем левая» (см. книгу Питер Курта, стр.121)
Теперь, приведу еще раз данные медицинской статистики «Hallux Valgus» (бурситы
большого пальца стопы) по России:
- «Hallux valgus» (HV) имеют 0,95 % от числа обследованных женщин;
- первую степень HV имеет 89 % от них (= 0,85 % от обследованных женщин);
- третью степень HV имеет 1,6 % от них (= 0,0152 % от обследованных женщин или 1:
6580);
- статистика врожденного случая «hallux valgus» (в современной России) составляет
8:142 000000, или, приблизительно, 1:17 750 000! Мы можем предположить, что
данные статистики врожденного случая «hallux valgus» в прежней России не
отличались слишком сильно (пусть даже в несколько раз, 1: 10 000 000, или 1: 5 000
000). Таким образом, вероятность того, что Анна Андерсон не была Анастасией
Николаевной Романовой составляет от 1:5 миллионам до 1:17 миллионам.
Известно также, что статистика врожденного случая этого ортопедического
заболевания на Западе в первой половине XX века также исчислялась единичными
случаями на всю ортопедическую медицинскую практику. Таким образом, очень
редкая врожденная деформация ног «hallux valgus» Великой княжны Анастасии и
Анны Андерсон ставит жирную точку в жесткие (и порой жестокие) споры
сторонников и противников Анны Андерсон115. Русская православная церковь,
видимо, тоже сомневается в некоторых скелетах, покоящихся в соборе
Петропавловской крепости, если попросила провести дополнительную экспертизу... -
Весь сыр-бор в том, что на черепе, который правительственная комиссия в 90-е годы
прошлого века признала останками Императора Николая II, нет следов костной
мозоли, образовавшейся после удара по его голове самурайским мечом в Японии.
Отмечу, что она не могла рассосаться. Кроме того есть вопросы по скелету, который
якобы принадлежит Анастасии. В записках коменданта Ипатьевского дома Якова
Юровского утверждается, что было расстреляно 12 человек. Об этом же говорят
показания, данные белогвардейскому следователю Николаю Соколову участником
расстрела Павлом Медведевым и его супругой. Однако вывезено было лишь 11 тел. Во
время выноса тел началось мародерство, и тогда Юровский собрал всех в подвале. Под
угрозой расстрела на месте он заставил мародеров вернуть украшения. Юровский
приказал обшарить все тела. Досмотр длился где-то полчаса. В это время во дворе
осталось три тела без присмотра. Одно из них исчезло. - Это документально
подтверждено? - Это подтверждено показаниями чекиста Медведева-Кудрина и
военнопленным австрийцем Рудольфом Лахером, который был у Юровского
переводчиком при общении с латышскими стрелками, участвовавшими в расстреле.
Свидетели подтвердили, что вывезли только 11 тел. Мало того, через два дня вся
Вознесенская горка в Екатеринбурге была облеплена листовками о том, что сбежала
115 https://proza.ru/addrec.html?2007/12/27/514
108
одна из дочерей Императора Николая II. - Прямо так и писали? - Да. В книге Марка
Касвинова "Двадцать три ступени вниз" утверждается, что посланнику Гиммлера в
Каменец-Подольске в 1942 году передали листовку, в которой говорилось, что сбежала
Дочь Императора Николая II. Это - не фальсификация. Другой пленный австриец
Генрих Клейбенцетль подтвердил, что Анастасию раненой привели в дом портного
Баудина и через два дня утром увезли. Но самое интересное в другом! В 90-е годы
прошлого века, когда останки передавали для захоронения в Петропавловской
крепости, в акте написали, что скелет №6 принадлежит Анастасии Николаевне
Романовой 1899 года рождения. На самом деле она родилась в 1901 году – в 1899 году
родилась Мария. Плюс ко всему антрополог из США дал заключение, что среди
останков не было костей Анастасии, а Мария там была. Скелет, который приписали
Анастасии, принадлежал человеку ростом 171 сантиметр - Анастасия была на 13
сантиметров ниже.
Для меня очевидно, что Дочь Императора Николая II спаслась и жила потом под
именами Анастасия Чайковская и Анна Андерсон. – Откуда у Вас такие данные? - В
Государственном архиве Российской Федерации есть уникальный документ: письмо
князя Андрея Владимировича Романова Сергею Дмитриевичу Боткину, где он
поздравляет его и себя с тем, что они теперь точно знают, что Чайковская и Андерсон
– это и есть Анастасия Романова. - Но ведь у других родственников было иное
мнение: Анну Андерсон они считали самозванкой… - Да, родственники императрицы
Александры Федоровны отказались признавать Анастасию, потому что она рассказала,
что дядя Эрни в 1916 году приезжал в Царское Село и пытался договориться о
сепаратном мире. Если бы в 1922 году это признали правдой, то его бы лишили всех
титулов и имущества, и он был бы признан предателем Германии. Потом развернули
кампанию по непризнанию Анастасии. И лишь много лет спустя сын дяди Эрни
подтвердил, что его отец ездил в 1916 году в Царское Село и встречался с
Императором Николаем II. Кузен Императора Николая II Кирилл в 1922 году объявил
себя преемником престола, хотя его отца Владимира лишили права престолонаследия.
Вот все эти обстоятельства и привели к тому, что Анастасия до сих пор официально
считается расстрелянной в подвале Ипатьевского дома.116.
Больше об Анне-Анастасии вы может прочитать на странице Владимира Момота на
Проза.ру:
http://proza.ru/avtor/annaanastasia
Владимир Момот: сегодня я работаю над редактированием перевода еще одной книги,
посвященной судьбе Анастасии Романовой. Книга является результатом
журналистского расследования Доменик Оклер. Доменик была аккредитованным
журналистом газеты «Фигаро» на судебном процессе по иску Анны Андерсон,
который проходил в середине 20-го века в Гамбурге. Русский перевод книги
«Анастасия, кто Вы?» адресован, в первую очередь, российским историкам. В своем
расследовании Доменик Оклер ссылается на исторические документы, большая часть
которых ранее не публиковалась в России. Сами документы и их копии сегодня
находятся в государственных, научных и частных архивах на территории Германии,
Франции, США и Дании. Прошедшей зимой я получил возможность познакомиться с
частью из них. Это документы архива Сергея Дмитриевича Боткина. В 20-30 годы он
вместе с Великим князем Андреем Владимировичем Романовым провел расследование
обстоятельств гибели Царской Семьи и идентификации Анастасии Чайковской (Анны
116 https://proza.ru/2015/11/14/1713
109
Андерсон). В результате своего частного расследования они смогли доказать, что эта
женщина была Великой Княжной Анастасией Николаевной Романовой. Среди
документов есть медицинское заключение профессора Московского университета
Сергея Михайловича Руднева, который спас Анастасию от смерти в Германии в 1925
году. Он оперировал больную туберкулёзом Анастасию, а затем лечил её в течение
восьми месяцев в Момзенсанатории. За это время он убедился, что его пациентка
является Великой Княжной Анастасией. Кульминационной точкой признания
Анастасии можно считать письмо Великого князя Андрея Романова Сергею Боткину
от 6 мая 1928 года. В этом письме князь Андрей писал: «Вы можете себе вполне
представить мою радость, что мое опознание подтверждается родственником, который
в детстве знал А. Н., и они смогли договориться. (Речь идет о Ксении Георгиевне Лидс,
урожденной Романовой. Прим. В.М.)… Мы можем спокойно продолжить нашу работу
с верой в полный успех, в который я так верил с первого дня… Перейдя последнюю
грань сомнений, позвольте поздравить Вас с успехом и от всей души поблагодарить
Вас за огромный положенный Вами труд и оказанную мне помощь. От всей души Вам
благодарный. Андрей». Результаты этой многолетней, кропотливой работы
подтверждаются документами, находящимися в других архивах. Часть материалов
данного расследования (личный архив Великого князя Андрея Владимировича
Романова) была передана в ГАРФ еще в 1997 году. Однако сотрудники
Следственного Комитета России не захотели принять их к сведению. Отсюда масса
нелепых ошибок в выводах следователя Соловьева. Материалы книги и документы
архива С.Д. Боткина подтверждают важность проведения новой, полноценной
исторической экспертизы. Одновременно они доказывают необходимость организации
дополнительных археологических работ на месте обнаружения костных останков под
Екатеринбургом. Еще в сентябре 2009 года уральскими геофизиками рядом с местами
обнаружения царских останков с помощью приборов были зафиксированы новые
участки возможных криминальных захоронений. К большому сожалению, вопрос о
финансировании дальнейших научных работ до сих пор не решен. Моя трехлетняя
переписка с руководством Свердловской области, аппаратом Правительства РФ и
аппаратом Президента РФ наглядно показала, что чиновники не желают или боятся
заниматься данной темой. Они превратили сугубо научную проблему в политическую.
Вокруг Царского дела кипят нешуточные страсти. При этом старательно
замалчивается, что после обнаружения фрагментов костных останков в 2007 году
территория Поросенкового лога находится под охраной государства. До завершения
археологических работ и присвоения этой территории статуса объекта культурного
наследия на ней запрещено вести любую хозяйственную деятельность. Сегодня там
нельзя построить даже поминальную часовню. В сложившейся ситуации мне остается
надеяться на то, что в нашей стране есть еще меценаты, которым интересна и важна
история России. Что касается чиновников от политики науки и РПЦ, то они вместо
организации проведения серьезных научных исследований, всеми доступными
средствами пытаются закрыть научную тему, подменив её политическими акциями117.
Книгу о спасшейся Анастасии Романовой (Анне Андерсон) написала Татьяна
Евгеньевна Боткина («Anastasia retrouvee»). Великая Княжна Анастасия Николаевна
Романова, как и все Члены Семьи последнего Русского Императора, по версии
официального следствия, была убита в подвале Ипатьевского дома. Однако, эта версия
в результате изучения архивных документов не выдерживает никакой критики. Из
117 https://proza.ru/2012/07/30/308
110
вновь выявленных документов, находящихся в архивах России, Украины и Германии,
следует, что Великая Княжна Анастасия выжила после расстрела. О событиях лета
1918 года в Екатеринбурге и идентификации Анастасии я рассказал в своих статьях
«Ночь без рассвета» и «Анна-Анастасия». «Белым пятном» в её биографии осталась
хроника событий с 19 июля 1918 года по 17 февраля 1920 года. То есть события c
момента, когда тяжело раненную Анастасию, вывезли из дома портного Баудина до её
попытки суицида в Берлине. Об этом периоде её жизни сегодня известно только по
рассказам самой Анастасии. Один из них дошел до нас благодаря книге Татьяны
Евгеньевны Боткиной «Anastasia retrouvee». Суть этого рассказа сводиться к
следующему. Анастасию спас красноармеец охраны Александр Чайковский. Он
спрятал раненную Анастасию в соседнем доме. Через пару дней Чайковский вывез
Анастасию из Екатеринбурга на крестьянской телеге. Ему помогали его младший брат
Сергей, сестра Вероника и их мать Мария. К середине декабря повозка беглецов
достигла берега Днепра. Благодаря помощи немецкого офицера разведки лейтенанта
Хассенштейна Чайковскому удалось переправиться на правый берег Днепра, и по
оккупированной германской армией территории добраться до женского монастыря в
Приднестровье. Там монахини вылечили княжну. Когда началось очередное
наступление Красной армии Чайковские с Анастасией бежали за Днестр в Бессарабию.
После подписания Брестского мира эта территория России отошла к Румынии. Они
поселились сначала в двухэтажном доме в Кишиневе, а затем переехали в Бухарест,
«где какой-то родственник Чайковских, садовник по профессии, предоставил в их
распоряжение свой дом». Дом садовника стоял на улице Стефана Боджи недалеко от
железнодорожного вокзала. В Бухаресте Чайковский и Анастасия обвенчались. 29
сентября 1919 года она родила сына. Чайковский много раз заставлял ее написать
королеве Румынии Марии, чтобы та узнала о чудесном спасении своей родственницы.
Великая Княжна упорно отказывалась это делать. Анастасия помнила о неприязни
матери к румынским родственникам. В ноябре братья Чайковские попали в уличную
драку. Смертельно раненный Александр скончался на глазах у Анастасии. Она
оставила сына в доме Марии Чайковской и тайно с Сергеем отправилась в Берлин. В
Берлине она хотела встретиться со своей тетей Иреной Прусской. 17 февраля, вечером
она потеряла Сергея и устав от тоски и одиночества решила свести счеты с жизнью в
водах городского канала. Этот, незамысловатый на первый взгляд рассказ, несмотря на
множество подробностей, оказался полон противоречий. Каждый раз, рассказывая о
событиях того времени, Анастасия вносила существенные правки. Даже Александр
Чайковский превращался у неё то в сибирского крестьянина, то в обедневшего
польского дворянина. И своего сына в одном из рассказов она оставила у Марии
Чайковской, а в другом – сдала в приют в Бухаресте. Неизменным всегда оставалось
повествование о событиях кровавой екатеринбургской ночи. У многих современников
сложилось впечатление, что ее воспоминания это плоды воображения психически
больной самозванки. Однако, все врачи, обследовавшие ее, дали заключения о том, что
она психически абсолютно здорова, только очень напугана. Почему Анастасия
говорила полуправду? Что так тщательно скрывала Великая Княжна? За эту
скрытность журналисты окрестили её Айсбергом. В деле Анастасии есть еще один
интересный факт. На гамбургском судебном процессе был заслушан в качестве
свидетеля барон фон Шенк. В 1942 году он находился на оккупированной территории
в Каменец - Подольской области. При обыске в одном из домов он нашел листовку
Уральской областной Чрезвычайной комиссии 1918 года, в которой сообщалось о
розыске сбежавшей младшей Дочери Царя Анастасии. Возможно, эта листовка
послужила Чайковскому своеобразным пропуском на территорию, оккупированную
111
германской армией в далеком 1918 году. Сын Великой Княжны Анастасии Романовой
(Анны Андерсон) вырос и прожил всю свою жизнь в Советском Союзе. Опасения за
его жизнь и жизнь спасших её людей были истинной причиной, из-за которой Великая
Княжна скрывала правду даже от своих друзей. Питер Курт рассказал мне, что
последние годы жизни в своих ежедневных молитвах Анастасия просила прощение у
сына за то, что оставила его в девятнадцатом году118. Хорошо профинансированная и
раскрученная в 1927 году «журналистская утка» о том, что Анастасия Чайковская это
польская работница Франциска Шанцковская, была полностью опровергнута в ходе
судебных заседаний в верховном суде ФРГ в конце шестидесятых. Результат
генетической экспертизы (99,9%) 1994 года оказался таким, что каждая тысячная
женщина может считаться Шанцковской. Однако в российской криминалистике
существует методика идентификации личности по внешнему облику человека,
разработанная профессором Ленинградского университета, доктором юридических
наук Павлом Петровичем Цветковым. В своей статье «О криминалистическом
исследовании внешнего облика человека» (журнал «Правоведение» - 1972г. №2 с. 121-
127) он писал: - «Учитывая, что идентификация личности производится путем
исследования от общего - через особенное - к единичному, правильнее
дифференцировать элементы и признаки внешнего облика человека на общие
(присущие любому человеку), особенные (присущие не всем людям), уникальные
(единичные - практически принадлежащие одному лицу)». Если проводить
идентификацию Анастасии Чайковской с Великой Княжной Анастасией Романовой по
анатомическим и функциональным признакам, то мы получим следующую картину
совпадений. Общие признаки: возраст, рост, цвет волос, цвет глаз, размер стопы,
походка, осанка, жестикуляция, мимика, манера поведения. Особенные признаки
(особые приметы): три шрама полученные в результате травм и операции в детском
возрасте, совпадающие по месту расположения, размерам и форме. Это шрамы на лбу,
пальце руки и под левой лопаткой.
Уникальные признаки: крайне редкое ортопедическое заболевание ног (врожденный
hallux valgus), строение ушной раковины (заключение судебного эксперта ФРГ,
профессора Морица Фуртмайера).
Согласно выводам профессора П.П. Цветкова: «Комплекс общих, особенных и
уникальных элементов и признаков внешности образует индивидуальность внешнего
облика конкретного человека», а вышеприведенный перечень признаков доказывает,
что младшая Дочь Императора Николая II выжила после расстрела в Ипатьевском
доме. Хочу еще раз повторить, что сегодня известны не только адреса архивов, но и
номера фондов в которых хранятся документы, удостоверяющие личность Анастасии
Чайковской. До тех пор, пока не будут решены указанные выше проблемы, ставить
вопрос о прекращении следствия по делу об убийстве Членов Царской Семьи и их слуг
является преступлением. Я очень надеюсь, что это понимает руководство
Следственного комитета. Поэтому «Эпилог» придется отложить119. В воспоминаниях
Юровского (Записке Юровского) 1920 года написано: «всего было расстреляно 12
человек…». И далее поименный список жертв, среди которых упомянут «повар
Тихомиров». Сегодня известно, что автор «записки» назвал поваром Тихомировым
кухонного служителя Терехова, о котором нет упоминания ни в материалах
нынешнего следствия ни в исторической экспертизе. О том, что в подвале
118https://proza.ru/2009/11/16/500
119 https://proza.ru/2008/12/21/441
112
Ипатьевского дома было расстреляно двенадцать человек, также сообщили на
допросах участник расстрела Павел Медведев и его жена Мария. Однако, по
воспоминаниям участников событий чекиста Медведева (Кудрина) и австрийца Лахера
на грузовике вывезли одиннадцать тел. Кроме того, на месте сожжения одежды
расстрелянных, согласно документам следователя Н.Соколова, были обнаружены
детали только 4 женских корсетов, принадлежащих Императрице и трем Ее Дочерям.
Закономерно возникает вопрос: «Куда исчезло тело одной из жертв, одной из
женщин?» Об этом «историческая экспертиза» скромно умалчивает. Согласно
заключению известного американского антрополога доктора Мейпплса, принимавшего
участие в идентификации девяти останков первого захоронения, в нем была
обнаружена Великая Княжна Мария, а не Анастасия. В 1997 году в фонды ГАРФ были
переданы три папки личного архива Великого князя Андрея Владимировича Романова.
Одна из них содержит документы, подтверждающие тот факт, что Великая Княжна
Анастасия Николаевна Романова выжила после расстрела и смогла в 1920 году
выехать в Германию, где жила сначала под именем Анастасии Чайковской, а потом
Анны Андерсон. Документы аналогичного содержания находятся сегодня в США,
Германии и Королевском архиве Дании. В России, кроме упомянутого выше ГАРФ,
подтверждающие документы находятся в Государственном Военном архиве и архиве
ФСБ. Очевидно, директор ГАРФ С.В.Мироненко и следователь Генеральной
прокуратуры В.Н.Соловьев упустили из виду, что Яков Юровский был сотрудником
ВЧК. Его личное дело с послужным списком и рапортами хранится в архиве, так как
«не имеет срока давности». Неужели у них не хватило полномочий, чтобы
познакомиться с этими документами? Что касается Анастасии, то ее прах покоится в
Баварии на фамильном кладбище герцогов Лихтенбергских. Мне, как и другим
исследователям, которые годами проводят кропотливую работу по изучению и
сопоставлению архивных документов, сложно понять желание господ Соловьева и
Мироненко отрапортовать к круглой дате любой ценой. Экспертизы генетиков
конечно очень важны, но это еще не следствие. В то же время повторение выводов
Государственной комиссии десятилетней давности не может считаться исторической
экспертизой120.
Итак, согласно воспоминаниям Юровского было расстреляно двенадцать человек. Это
подтверждается и протоколом допроса жены Павла Медведева Марии. Она рассказала
на допросе: «Оставшись наедине со мной, муж объяснил мне, что несколько дней тому
назад Царь, Царица, Наследник, все Княжны и слуги Царской Семьи, всего 12 человек,
убиты» [РЦХИДНИ. Ф. 588.Оп3. Д. 12.Л. 43-58.]. Почему тогда в выводах следствия
Генеральной прокуратуры России, как и в выводах следователя Соколова, речь идет об
одиннадцати жертвах расстрела? Почему в своих воспоминаниях, написанных позже
воспоминаний Юровского, остальные участники событий говорят только об
одиннадцати телах? Так в уже упомянутых воспоминаниях участника расстрела
Медведева (Кудрина) датированных декабрем 1963 года написано: «Спускаюсь к
грузовику, еще раз пересчитываю трупы — все одиннадцать на месте — закрываю их
свободным концом сукна» [ Питер Курт «Анастасия. Загадка Великой Княжны». 2005.
Издатель Захаров. С. 382-383.]. Схожи с этим и показания австрийского
военнопленного Рудольфа Лахера, оказавшегося в ту ночь в Ипатьевском доме. На
одном из заседаний высшего апелляционного суда в Сенате ФРГ по делу Анны
Андерсон в январе 1966 года Лахер под присягой дал показания, что в ночь убийства
120 https://proza.ru/2008/08/15/212
113
Царской Семьи он из окна своей комнаты насчитал «одиннадцать окровавленных
свертков», которые он принял за тела Романовых и их слуг. Он видел как
«окровавленные свертки» - завернутые в простыни тела сваливали в грузовик, и
сосчитал их [ Там же. С. 369-371.]. Ранее, 27 июля 1965 года, на одном из заседаний
того же процесса дал показания портной из Вены Генрих Клейбенцетль. Он предъявил
удостоверение личности и документы подтверждающие, что в июле 1918 года он жил
в Екатеринбурге, где был подмастерьем у портного Баудина. Здание, в котором жил
Баудин, было рядом с Ипатьевским домом и Клейбенцетлю часто приходилось
заниматься починкой обмундирования солдат, охранявших царскую семью. В ночь на
17 июля солдаты принесли в дом к Баудину раненную Анастасию, и ему вместе с
женой хозяина Анной пришлось ухаживать за княжной. Утром в дом пришли «красные
охранники», но они «слишком хорошо знали хозяина, чтобы обыскивать дом». Они
сообщили, что Анастасия исчезла. На третий день за Анастасией пришел охранник,
один из тех, кто ее принес [ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 1. Д. 151. Л. 10 — 22.]. Показания
этих двух свидетелей, выступавших на процессе за противоборствующие стороны,
подтверждают, что Анастасии удалось избежать смерти в ту роковую ночь, но каким
образом? Это объяснил сам Юровский. В своем выступлении 1 февраля 1934 года на
совещании старых большевиков в г. Свердловске он рассказал о расстреле Царской
Семьи. Вот как он описал инцидент, который произошел после расстрела. «Когда
унесли первые трупы, то мне, точно не помню кто, сказал, что кто-то присвоил себе
какие-то ценности. Тогда я понял, что, очевидно, в вещах, ими принесенных, имелись
ценности. Я сейчас же приостановил переноску, собрал людей и потребовал сдать
взятые ценности. После некоторого запирательства двое, взявших их ценности,
вернули. Пригрозив расстрелом тем, кто будет мародерствовать, этих двоих отстранил,
и сопровождать переноску трупов поручил, насколько помню, тов. Никулину,
предупредив о наличии у расстрелянных ценностей…» [ГАСО Ф. 472.Оп.1. Д.17.
Л.293 - 296.]. Таким образом, во время этого инцидента возле тел во дворе могли
оказаться только солдаты внешней охраны. Очевидно, они и вынесли раненную
Анастасию из двора Ипатьевского дома, ведь как правильно пел Владимир Высоцкий:
«Расстреливать два раза Уставы не велят». О факте исчезновения Анастасии
свидетельствует сообщение Жилищного Комиссариата в газете «Известия» № 138 от
21 июля 1918 года. Перед тем как привести текст данного сообщения необходимо
напомнить, что сообщение Уралсовета о расстреле Николая II было сделано на
митинге в новом городском театре 22 июля, а официальное сообщение ЦИК Советов
от 19 июля было опубликовано в газете «Уральский рабочий» только 23 июля. До
этого момента информация о расстреле держалась в строжайшем секрете. Проводимые
чекистами поиски Анастасии под надуманными предлогами, вызвали волну
недовольства горожан. В результате в газете появилось следующее сообщение: «До
сведения Жилищного Комиссариата дошли слухи о том, что некоторые неизвестные
лица от имени Комиссариата осматривают квартиры и комнаты, не имея на то
надлежащего удостоверения и потому Жилищный Комиссариат объявляет во всеобщее
сведение гражданам г. Екатеринбурга, что для осмотра помещений допускать лишь
только тех лиц, которые предъявят удостоверение Жилищного Комиссариата на право
осмотра с приложением печати. О лицах же, являющихся без удостоверений или с
удостоверениями, но без приложения печати надлежит немедленно сообщать по
телефону 7-35 и 6-26, дабы в корне пресечь злоупотребления. Жилищный Комиссар.
Жилинский». Рядом с этим сообщением было опубликовано объявление Военного
Комиссариата Северо – Урало - Сибирского фронта о том, что 18 июля сбежал ротный
командир 4-й роты 4-го Екатеринбургского полка Николай Эглик похитивший 14
114
тысяч рублей, выданных ему для раздачи жалования красноармейцам роты. Возможно,
он был связан с людьми, спасшими Анастасию, так как ее вывезли из дома Баудина
утром 19 июля. В истории гибели царской семьи была еще одна загадочная страница.
В своем рапорте от 18 декабря 1918 года на имя министра юстиции колчаковского
правительства Старынкевича прокурор Казанской Судебной Палаты Миролюбов,
осуществлявший надзор за ходом следствия, сообщил, что «по свидетельству
Кухтенкова, который занимал должность заведующего хозяйством рабочего клуба на
Верх-Исетском заводе, 19 июля в 4 часа утра в клуб пришли Ермаков, Костоусов,
Леватных, Партин и Кривов. Они стали совещаться в партийной комнате и до него,
свидетеля, донеслась фраза: «всех их было тринадцать человек - тринадцатый доктор».
Увидав его, свидетеля, названные лица, не желая продолжать разговора при нем,
тотчас же вышли в сад, он же, Кухтенков, заинтересовавшись их разговором,
незаметно прошел за ними, спрятался в траве и стал слушать. Прежде всего, до него
долетела фраза Костоусова: «второй день приходится возиться; вчера хоронили, а
сегодня перехоранивали». Из дальнейшего разговора он понял, что Леватных, Партии
и Костоусов принимали участие в погребении убитого Государя и его семьи». Таким
образом, из двора Ипатьевского дома были вывезены одиннадцать тел, а при
перезахоронении 18 июля их оказалось тринадцать. В воспоминаниях Юровский
писал, что было: «отобрано 12 человек (в т. ч. 7 латышей) с наганами, которые должны
были привести приговор в исполнение. 2 из латышей отказались стрелять в девиц».
Как было сказано выше «латышами» в то время в городе называли солдат 6-го
Тукумского Латышского стрелкового полка. Из–за наступления армии Колчака и
чехословаков в середине июля на территории округа было введено военное положение.
10 июля Окружной Комиссар Анучин подписал Приказ №59 «О мобилизации».
Данный Приказ был опубликован в газете «Известия» №132 от 14 июля 1918г. В этих
условиях отказ солдат от исполнения приказа означал для них только одно - расстрел.
Чтобы как-то объяснить исчезновение солдат на четвертой странице газеты
«Известия» № 138 от 21 июля было напечатано объявление начальника гарнизона
Зотова. В нем сообщалось о том, что красноармейцы: 6-го Тукумского Латышского
стрелкового полка Людвиг Берзиен и 1-го Уральского стрелкового полка Алексей
Петрович Баранов самовольно отлучились из рядов Красной армии. Это было
единственное объявление такого характера за весь период издания газеты в 1918 году.
Объявление выглядит тем более странным, потому что в соответствии с
распоряжением Окружного Комиссариата по военным делам информация о солдатах
самовольно оставивших свою часть еженедельно представлялась секретарями полков в
Комиссариат. По сохранившимся архивным документам только из 1-го Уральского
стрелкового полка в апреле месяце сбежало более 20 солдат [Газета «Известия» №138
от 21 июля 1918года.]. Что касается Алексея Баранова, то он был очень известным
человеком. 13 апреля он, как делегат с фронта, выступал в Екатеринбурге на
конференции с докладом о дезертирстве теплогорских красноармейцев с Дутовского
фронта. Резолюция по его докладу легла в основу приказа комиссариата по военным
делам № 42 от 22 мая 1918 года. Баранов в составе 4-й роты охранял детей Николая II
в Тобольске и по дороге в Екатеринбург, поэтому обвинения против него в
дезертирстве просто нелепы. Очевидно, солдаты Баранов и Берзиен были теми
людьми, которые ценой собственной жизни заплатили за отказ стрелять в детей. Их
тела были захоронены в Ганиной яме вместе с телами членов семьи Николая II и его
свиты. После расстрела в Ипатьевском доме события развивались следующим
образом. 6-й Тукумский Латышский стрелковый полк 17 июля выехал в Ярославль, где
вечером следующего дня вступил в бой с восставшими левыми эсерами. Штаб полка
115
оставался в Екатеринбурге до самого взятия города войсками Гайды [К истории 30-й
стрелковой дивизии (Речь на встрече с писателями 22 ноября 1935)]. Большая часть
сборной команды 1-го Уральского стрелкового полка уехала в расположение полка в
Оренбург. Командиром полка в это время был Иван Сергеевич Павлищев, сменивший
5 июня полковника Браницкого на этом посту. Со слов прибывших, в полку узнали о
событиях произошедших в Екатеринбурге, и роли, которую сыграл в них комиссар
Юровский. Это была моральная пощечина для офицеров полка. Состоялось
офицерское собрание, на которое был приглашен главком Блюхер. Адъютант полка
капитан Бартовский сказал Блюхеру, «что прошло 6 месяцев по договору, и что они
честно кончают свою службу как честные военные специалисты, и что политически
они с большевиками разные люди». На вопрос Блюхера. «Почему же вы в полку
были?». Офицеры ответили: «Потому что договор подписали». Блюхер, уговаривая
офицеров сохранить полк, предложил дойти до соединения с Красной Армией и тогда
разойтись. Он ушел с собрания, а через 15 минут к нему пришел И. С. Павлищев и
сказал: «Мы обсудили, товарищ главком, и решили остаться, но имеем к вам просьбу:
не назначайте нам комиссаров». Блюхер выполнил просьбу офицеров полка, и 5
сентября 1918 года вместе с отрядами Блюхера полк вышел из окружения и продолжал
воевать [Из личного архива Г.Л. Блюхер.]. Осенью он был переименован в 268
стрелковый полк и вошел в состав 30-й стрелковой дивизии, которой командовал В.К.
Блюхер. Что касается секретаря штаба поручика Малютина, то после расстрела семьи
Романовых, который чекисты совершили «за его спиной», он бесследно исчез из
города вместе с Анастасией и полковыми документами. Последняя информация,
которую пока удалось найти о его судьбе, это сообщение о том самом «Пермском
процессе» 1919 года, где его обвинили в банальном воровстве.
Анастасия.
30 января 1998 года Комиссия по изучению вопросов, связанных с исследованием и
перезахоронением останков российского Императора Николая II и членов его семьи во
главе с вице-премьером правительства Борисом Немцовым утвердила отчет
российских экспертов по идентификации останков, найденных на Коптяковской
дороге в 1991 году.
30 июля 1998 года в Екатеринбурге представителем Генеральной прокуратуры России,
и членами Правительства Свердловской области был подписан «Протокол передачи
останков Российского Императора Николая II, членов его семьи и приближенных лиц»
Руководителю Государственной Герольдии при Президенте Российской Федерации
Г.В. Велимбахову «для захоронения в Петропавловском Соборе Санкт-Петербурга». С
копией протокола желающие могут ознакомиться в Свердловском областном
краеведческом музее, где она представлена в постоянно-действующей экспозиции
«Романовы». В этом историческом документе с дюжиной личных подписей
высокопоставленных государственных чиновников вкралась грубая ошибка. Для
захоронения вместе со всеми найденными останками передали останки «Романовой
Анастасии Николаевны 1899 г. рождения», то есть рядом с именем Анастасии стоит
дата рождения княжны Марии, и это не случайно. Научные баталии, развернувшиеся
вокруг идентификации останков, нашли свое отражение даже в книге составленной
Виктором Аксючицем «Покаяние. Материалы правительственной Комиссии по
изучению вопросов, связанных с исследованием и перезахоронением останков
российского Императора Николая II и членов его семьи». «Камнем преткновения»
стало заключение группы американских антропологов во главе с доктором Ульямом
Мэйпплсом (William Mapples) – директором лаборатории идентификации
человеческих останков им. С.А. Паунда. Изучив найденные останки, Мэйпплс пришел
116
к заключению, что среди них отсутствуют останки семнадцатилетней княжны
Анастасии, так как среди них нет останков соответствующих её возрасту и росту. Зато
скелет № 5 полностью согласуется по возрасту и росту с Марией. Обоснование
выводов по этому вопросу и полемику с российскими коллегами доктор Мэйпплс
подробно изложил в своей книге «Dead men do tell tales» (Мертвый человек
рассказывает историю) [William R. Maples, Ph.D. and Michael Browning “Dead men do
tell tales”. New York. 1994. 238-268.]. В отличие от Мэйпплса, российские ученые во
главе с профессором Звягиным В.Н., несмотря на явные несоответствия, пришли к
выводу, что останками Анастасии является найденный в захоронении скелет № 6
[Покояние. Материалы правительственной Комиссии по изучению вопросов,
связанных с исследованием и перезахоронением останков российского Императора
Николая II и членов его семьи. М. «Выбор» «Бост-К». 2003. С. 133 - 137.]. Кроме
несоответствия скелета возрасту и росту Анастасии, на костях, образующих фаланги
больших пальцев ног, не было обнаружено следов очень редкого врожденного
ортопедического заболевания стоп hallux valgus третьей степени, которым болела
Анастасия. За консультацией по данному вопросу мне пришлось обратиться в Научно-
исследовательский детский ортопедический институт имени Г.И. Турнера, который
является головным учреждением России по данной проблеме. Научный руководитель
отделения патологии стопы доктор медицинских наук Михаил Павлович Конюхов
сообщил, что данное заболевание встречается крайне редко. За последние одиннадцать
лет в институте было зарегистрировано только восемь случаев, при которых был
поставлен данный диагноз. По данным Федеральной службы государственной
статистики за этот период времени в стране родилось более 14 миллионов детей. Из
этого следует, что на одного ребенка, родившегося с указанной патологией,
приходится 1.75 млн. здоровых детей. Среди многочисленных женщин, пытавшихся
выдать себя за спасшуюся Анастасию Романову, была только одна, у которой врачи
обнаружили данное заболевание. Её звали Анастасия Чайковская, Анна Андерсон -
Манахан. О жизни этой удивительной женщины написаны десятки книг и статей. Она
утверждала, что является княжной Анастасией, и в судебном порядке пыталась
вернуть свое имя. Результаты почерковедческих и антропологических экспертиз
выполненные специалистами ФРГ однозначно доказывали, что Анна Андерсон и
великая княжна Анастасия Романова это один и тот же человек. Однако, в феврале
1967 года апелляционный суд в Сенате ФРГ отказался признать ее требования из-за
недостаточности доказательств. К сожалению, самое весомое для германского суда
антропологическое доказательство было найдено только в 1976 году, одним из
известных судебных экспертов ФРГ доктором Фуртмайером. Мориц Фуртмайер
обнаружил, что дармштадтские эксперты, давшие отрицательное заключение по
идентификации, использовали для сравнения ушных раковин Анастасии и Анны
фотографию Анны сделанную с перевернутого негатива. При сравнении нормальных
фотографией доктор Фуртмайер получил совпадение в семнадцати анатомических
позициях. Для судебного признания идентичности достаточно было пяти позиций из
двенадцати. В 2006 году директор «Мюнхенского фонда композитора А.К. Глазунова»
Николай Воронцов любезно передал мне копии некоторых документов и журнальных
публикаций об Анне Андерсон, хранящихся в его личном архиве. Среди них оказались
заключение Морица Фуртмайера и научная статья Е. Кайзер – Линднер об
исследованиях, проведенные в 1958 г. в университете Майнц докторами Айкштедтом и
Кленке, и в 1965 г. основателем Германского антропологического общества,
профессором Отто Рехе, которые пришли к одинаковым выводам, а именно:
1. Госпожа Андерсон не польская фабричная работница Франциска Шанцковская.
117
2. Госпожа Андерсон есть великая княжна Анастасия Романова.
В сентябре 2006 года я передал эти материалы в Свердловское областное бюро
судмедэкспертизы с предложением дать заключение о правомерности выводов
немецких ученых. Современные компьютерные технологии позволяют выполнить
аналогичные экспертизы с более высокой точностью. Увы. Полтора года спустя я
получил ответ о нецелесообразности выполнения данных исследований, так как есть
отрицательный результат генетической экспертизы. В действительности, в июне 1994
года, благодаря сохранившемуся в американской больнице образцу тканей Анны
Андерсон, в Олдермэстоне (Великобритания) доктор Гилл провел анализ
митохондриальной ДНК, доставленного ему «материала». В результате исследований
английский генетик пришел к выводу, что выделенная из этого «материала» ДНК
соответствует ДНК внучатого племянника Франциски Шанцковской Карла Маутера.
Этот вывод до сих пор вызывает массу споров. Но после того, как я познакомился с
архивными документами 1-го Уральского стрелкового полка, для меня эти выводы
стали просто абсурдными. Откуда польская работница, всегда жившая в Германии,
могла знать, что в охране Ипатьевского дома был солдат первой роты с фамилией
Чайковский?
С другой стороны, сравнительная генетическая экспертиза это, говоря математическим
языком, вероятность совпадения определенного числа признаков. Результат в шесть
девяток после запятой принято считать абсолютным совпадением. В таком случае,
вероятность совпадения только по признаку заболевания стоп Анастасии (Hallux
valgus) на порядок выше результата любой генетической экспертизы. В своей статье
«Анна - Анастасия» [Владимир Момот «Унесенная ветром». (В редакции автора «Анна
- Анастасия»). Альманах «Панорама» № 7 (1349). 2007.E 1,2,8. Лос – Анджелес.] я уже
говорил о том, что Анна имела цвет волос, цвет глаз, рост, размер стопы и шрамы от
детских травм, такие же, как и великая княжна. Если учесть эти «признаки»
совпадения Анны Андерсон и Анастасии Романовой, то вероятность идентичности
возрастает до шестнадцати девяток после запятой. Это на десять порядков точнее
генетической экспертизы и означает, что на Земле с населением 6,5 миллиардов
человек, просто не может быть двух разных людей с такими одинаковыми признаками.
Эпилог. Летом 2007 года на территории Поросенкового лога в 70 метрах от первого
захоронения было обнаружено кострище с фрагментами костных останков двух детей.
Медико-криминалистические исследования этой находки выполнил эксперт-
криминалист доктор наук Виктор Николаевич Звягин. В своем заключении он указал:
«Выявлено резкое несоответствие рассчитанной и реальной зольной массы
представленных костных объектов, которые свидетельствуют, что при поисковых
работах в июле 2007 года было обнаружено лишь одно из нескольких мест
криминального захоронения останков двух детей предположительно Николая II». [В.Н.
Звягин «Медико-криминалистическое исследование находок в Екатеринбурге (2007
г.)]. При этом необходимо вспомнить, что у некоторых скелетов, обнаруженных в 1991
году, недоставало до 30% костей. На основании данного заключения в сентябре 2009
года сотрудники Института геофизики УрО РАН выполнили по моей просьбе
предварительное обследование территории Поросенкового лога. В результате были
обнаружены несколько мест сокрытия артефактов и костных останков, связанных с
событиями 1918 года. Глубина залегания объектов составляет от полуметра до
полутора метров. Это объясняет причину, по которой археологи и поисковики не
смогли их обнаружить до сих пор. Результаты этой работы были рассмотрены в мае
2010 года на совещании у заместителя председателя Правительства Свердловской
области Александра Петрова. В итоговом документе совещания было записано о
118
необходимости проведения на указанной территории полномасштабных
геофизических и археологических работ для поиска недостающих фрагментов костных
останков. Прошло более пяти лет, а воз и ныне там из-за отсутствия бюджетного
финансирования. Зато старший следователь СК РФ Владимир Соловьев, игнорируя
заключение профессора Звягина и результаты уральских геофизиков, все эти годы
пытался организовать захоронение, найденных костных фрагментов, как тела Алексея
и Марии.
В 2015 году Генеральная прокуратура России вновь возбудила дело о гибели членов
царской семьи. 27 января 2016 года на Рождественских чтениях член синодальной
комиссии по канонизации протоирей Олег Митров в своем докладе заявил, что выводы
профессора Звягина должны были «побудить следствие искать другие захоронения, но
оно проигнорировало заключение». После этого выступления появилась надежда на
то, что на государственном уровне наконец-то будут решены вопросы о проведении
геофизических и археологических исследований и об изучении архивных документов,
касающихся Анастасии. Большая часть этих документов сегодня находится в закрытых
фондах Российских архивов и недоступна исследователям. Речь идет о документах
Государственного архива Российской федерации (ГАРФ), Российского
Государственного военного архива (РГВА) и архива ФСБ, в котором хранятся
документы Контрразведывательного отдела ОГПУ. Кроме того, в США, Германии,
Франции и Дании находятся уникальные архивные документы, к которым российские
ученые еще ни разу не прикасались121. Противники Анастасии Чайковской, начиная с
марта 1927 года, предпринимают попытки выдать ее за Франциску Шанцковскую. С
медицинской точки зрения это выглядят более чем нелепо. Франциска была старше
Анастасии на пять лет, выше ростом, носила обувь на четыре размера больше, никогда
не рожала детей и не имела ортопедических заболеваний стоп. Кроме того, Франциска
Шанцковская исчезла из дома в то время, когда «фройляйн Унбекант» уже находилась
в Елизаветинской больнице на Лютцовштрассе. Анастасия Николаевна Романова
родилась 18 июня 1901 года в Петергофе, а умерла 12 февраля 1984 года в
Шарлоттсвилле. В соответствии с завещанием, её прах после кремации был перевезен
в Баварию и похоронен на фамильном кладбище герцогов Лейхтенбергских в Зееоне.
Она прожила трудную жизнь, сохранив честь и достоинство Великой княжны122.
Уважаемый читатель. В государственных и частных архивах многих стран мира
находятся документы, доказывающие, что младшая дочь Императора Николая II после
расстрела в подвале Ипатьевского дома осталась жива. Одним из них является архив
дочери последнего царского лейб-медика Татьяны Евгеньевны Боткиной. На основе
собранных документов в последние годы своей жизни Татьяна Евгеньевна написала
книгу «Anastasia retrouvee». Книга была написана на французском языке и издана в
Париже издательством Bernard Grasset в 1985 году. «Anastasia retrouvee» это не просто
сборник документов, а свидетельство очевидца и участника событий жизни Анастасии
на протяжении семидесяти пяти лет. Во время первой же встречи в эмиграции в 1926
году Татьяна поняла, что перед ней стоит та самая Великая княжна Анастасия,
которую она знала с детских лет. Никакие увещевания и доводы злопыхателей о
самозванстве Анастасии не могли перечеркнуть их общие детские воспоминания о
жизни в Крыму, Царском селе и Тобольске. В эмиграции они стали близкими
подругами и пронесли свою дружбу до последних дней жизни. Татьяна Евгеньевна
121 https://proza.ru/2008/08/15/177
122 https://proza.ru/2008/08/15/170
119
выбрала для своего повествования форму романа, хотя книга носит документальный
характер. Согласно архивным документам, в книге есть некоторые исторические
неточности. Это касается хроники и имён некоторых участников событий от июля
1918 года до февраля 1920 года. Но в целом книга очень интересна и для любителей
исторического жанра, и для профессиональных историков. В России это произведение
Татьяны Боткиной ранее никогда не публиковалось. Появлением книги у нас мы
обязаны трем замечательным женщинам. Это переводчики Ида Матвеевна Шепелева и
Ольга Юрьевна Ольшванг, а также Екатерина Петровна Макарова, проживающая в
пригороде Парижа. Её дед в июле 1918 года участвовал в освобождении
Екатеринбурга и был свидетелем предварительного следствия по делу об убийстве
членов царской семьи и их слуг. Узнав от Елены Дмитриевны Лейхтенбергской о том,
что я занимаюсь историей княжны Анастасии, она любезно передала мне в 2008 году
копии документов о княжне из архива ныне покойного мужа. В 2009 году, по моей
просьбе, Екатерина Петровна разыскала у парижских букинистов книгу Татьяны
Боткиной и прислала в Екатеринбург. Русский литературный перевод книги я назвал
символически - «Возвращение Анастасии».123С самого первого дня нашей встречи я
поняла, что мадам Чайковская – Андерсон на самом деле Великая княжна Анастасия,
младшая дочь последнего императора Всея Руси. В этом вопросе я никогда не
испытывала ни малейшего сомнения. Каждая мелочь воспоминаний Анастасии
совпадала с рассказами о жизни императорской семьи, которые я ежедневно слышала
от своего отца. Каждый жест, каждая черта характера напоминали мне девочку,
которую я знала в Царском Селе. Та, что была моей подругой, та, ради которой, я
боролась в течение всей моей долгой жизни, покинула нас 12 февраля 1984 года, не
дожив до 83-х лет. Анастасия умерла, лишенная имени, признания, отвергнутая
своими родными. Я всего лишь старая одинокая женщина, стоящая на краю могилы, и
единственное, что удерживает меня в этом мире – моя память. Прежде, чем умереть, я
должна отдать дань уважения памяти великой княжны. Чтобы наше прошлое не было
предано забвению, чтобы оно продолжало жить, я хочу поведать правду, мою правду и
ничего другого. Это то, что я видела, что мне рассказали, то, что я прочувствовала
душой и телом. А также выводы, которые я из этого сделала. Никакого
приукрашивания, никаких ухищрений, кроме того, что мои свидетельства выражены в
форме романа. Со всей моей искренностью и уверенностью я открываю вам свою
душу и жизнь, только потому, что не хочу, чтобы была забыта ужасающая трагедия
этой хрупкой и очаровательной женщины. Отвергнутая всеми, Анастасия никогда не
могла понять, по каким абсурдным причинам она была приговорена пережить свой
рухнувший мир. Судьба Великой княжны Анастасии выражает весь абсурд и
жестокость нашего двадцатого века. Императрица лежала на спине, ее серые волосы
были обагрены кровью, возле нее маленький царевич бился в агонии, его худенькие,
прозрачные руки судорожно сжимали растерзанную грудь. Ольга, Мария, Татьяна
неподвижно лежали в уродливых позах. Среди всего этого кошмара стонала
Анастасия… Пули пощадили ее, - добавила странным тоном Зинаида Толстая. -
Убийцы были в смятении, опьянены кровопролитием и, в таком случае, они, может
быть, ее только оглушили. Когда я жила еще в Тобольске, среди встревоженного
населения ходили разные слухи о том, что в Екатеринбурге одна Великая княжна
сбежала. Говорили об объявлениях, где назначалась цена за ее голову, об обысках и
облавах. Раньше я никогда не обращала внимания на эти рассказы, а теперь
123 https://proza.ru/2010/05/31/1093
120
оказывается, что это была правда. Чайковский (В охране дома Ипатьева был
красноармеец 1-й роты 1-го Уральского стрелкового полка А. Чайковский или
Гайковский, так как в полковых документах встречаются оба варианта фамилии.
[РГВА Ф.3576. Оп.1.Д.46]. Примечание редактора.) – это имя крестьянина, который
спас великую княжну. Собирая кусочки информации, выдаваемые по крохам
Анастасией, я смог восстановить ее историю. 124. Я никогда не думала, что так трудно
будет прощаться с ней. Я испытывала чувство вины, словно предала беззащитного
ребенка, который надеялся на меня. Впрочем, Анастасия вела себя так, как будто
хотела усилить мое чувство вины. Последние несколько часов, проведенных с ней,
оказались для меня самыми трудными. Она то смеялась, то плакала. Я пришла
навестить великую княжну ранним утром, и сразу была поражена ее нервозностью:
руки дрожат, лицо исказилось, от нервного тика дергались веки. Увидев меня, она
соскочила и побежала мне навстречу, оттолкнув медсестру Эльзу, которая помогала ей
одеться1. - Я хочу вас спросить, - закричала она, - я думала об этом всю ночь
Анастасия схватила меня за руки, не дав времени поздороваться и спросить, как она
спала. - Дело в том, что я еду с вами во Францию. Я буду жить у вас, и вы будете обо
мне заботиться. Это будет так приятно. - Анастасия Николаевна, вы хорошо знаете,
что это невозможно. У меня муж, двое детей. Мы не богаты и я не смогла бы
заботиться о вас так, как вы того заслуживаете. У Анастасии задрожали губы.
- Но, что будет со мной без вас? – бормотала она в отчаянии. - У меня никого нет, а
вам я верю, вы никогда не сделаете мне ничего плохого. Полиция! Она была в руках
немецкой полиции, людей, способных на все. Анастасия задрожала от ужаса. Ее мать,
хоть и родилась в этой стране, часто предостерегала ее: «Немцев нужно опасаться. Это
они поддержали революцию в России, и Ленина, подлого революционера, послали в
Россию они, чтобы сеять раздор и смерть»125. Я сообщила великому князю Андрею об
исчезновении Анастасии. Он любезно ответил мне, что судьба госпожи Чайковской
его больше не интересует. Я чувствовала себя виноватой в том, что случилось. Я
упрекала себя за то, что не приютила великую княжну. Наконец, пришла телеграмма
из Германии. Я в спешке ее распечатала. Ее отправил мне Фэллоуз. «Анастасия
нашлась. Она помещена в психиатрическую больницу рядом с Ганновером. Скоро
пришлю письмо». В психиатрической больнице! Облегчение, которое я должна была
испытать, узнав, что великая княжна жива, стерлось из-за мрачной новости. Анастасия
в приюте в Германии. Это означало только одно, что великий герцог Гессенский
достиг своей цели. Никогда великая княжна не сможет повторно пережить тот ужас,
который она испытала в Даллдорфе. Она умрет от отчаяния, а Эрнст Людвиг, наконец,
освободится от бремени существования его племянницы. Я не могла больше
ошибаться. Когда пришли объяснения Фэллоуза, я воспрянула духом. Мрачный приют
для сумасшедших, который я себе представляла, был на самом деле очень приличным
учреждением. В санатории Илтем лечили нервные заболевания и депрессии богатых
жителей Ганновера. Однако, поскольку пансион великой княжны был оплачен на 6
месяцев вперед, то с ней обращались с большим почтением. К тому же великая княжна
не проявляла намерений сократить свое пребывание. Зато способ, каким Анастасия
прибыла в Илтем, вызывал у Фэллоуза крайнее возмущение. За осмотрительными
фразами адвоката плохо скрывалась досада, что им играли и управляли братья
Дженнингс. Я была ошеломлена. Ах, как была красива, эта страна свободы и
124 https://proza.ru/2010/05/31/1100
125 https://proza.ru/2010/06/07/1272
121
«Декларации прав человека». Что стало с американским идеалом равенства и уважения
к правам человека? На самом деле, США стали такими же испорченными, как и старая
Европа. Достаточно было иметь деньги, чтобы действовать, невзирая на законы, по
своему усмотрению. Оливер и Вальтер обладали не большими достоинствами, чем все
гангстеры из Чикаго. Гнев выводил меня из себя. Если подумать, то Дженнингсы
выходили из неудобных ситуаций безо всякой элегантности, используя средства,
достойные плохого детектива. В итоге, они были настолько корректны в этом деле,
насколько сами этого хотели. Сколько неожиданных поворотов! После шумного
помещения великой княжны в психиатрическую больницу «Четыре ветра»
Дженнингсы хранили абсолютное молчание по этому делу. Даже Фэллоуз был об этом
не проинформирован. Только как тень на картине - деньги на пансион. Но ради того,
чтобы избежать скандал, Дженнингсы пошли на такие жертвы. Я без труда могла
представить себе досаду братьев Дженнингсов, когда менее чем через год пресса
упомянула об исчезновении великой княжны. Они очень рисковали, если бы
журналисты узнали, при каких обстоятельствах Анастасия подступила в «Четыре
ветра». В этих обстоятельствах у них был только один выход: они должны были тайно
вывезти великую княжну из США. Фэллоуз восстановил все подробности этой
«операции». В первом действии Дженнингсы убедили свою сестру Анни в том, что она
ничем была не обязана притворщице, которая посмеялась над ней. Вальтер Дженнингс
привез в «Четыре ветра» двух бывших офицеров Штандарта, которые категорично
заявили, что они не знают молодую особу, которую им представили. Вторым
действием было получение фальшивых документов, с которыми Анастасия могла бы
покинуть страну, не привлекая к себе внимания. Некая блондинка однажды пришла в
немецкое консульство в Нью-Йорке, в сопровождении господина Фолей, импресарио
Рахманинова. Она заявляла, что ее зовут Анна Андерсон. Она предоставила
фотографии, на которых было поразительное сходство с Анастасией, и получила
немецкий паспорт. Когда она подписывала документы, она заявила, что не умеет
писать, и поставила неловкий крест.
В третьем действии финская медсестра пришла в «Четыре ветра», где заявила, что ей
поручено сопровождать Анну Андерсон на борту парохода «Дойчланд», который
направлялся в Куксхафен. Во время поездки на пароходе медсестра закрыла
Анастасию в каюте в ночной рубашке, без другой одежды, чтобы избежать побега.
Таким образом, великая княжна была привезена в Илтен.
Благодаря данному сценарию Дженнингсы избавились от Анастасии в полной тишине
со стороны прессы. Остальное их не касалось. С момента своего приезда в Илтен
великая княжна доказала, что документы по которым её устроили в санаторий
фальшивые. Она сохранила в своем багаже бумаги, которые подтверждали, что она
Анастасия Чайковская. Фэллоуз закончил свое письмо, объясняя мне свои планы.
Врачи санатория Илтен были столь же категоричны, как и врачи в Штиллехаусе. По их
заключению у великой княжны не было никаких симптомов сумасшествия. К тому же,
она не может притворяться. Из этого медики сделали вывод о том, что она
действительно была той, за кого себя выдавала. Адвокат собирался основываться на
этих свидетельствах, чтобы получить в немецком суде признание подлинности
великой княжны. Его единственной заботой был недостаток средств. Дженнингсы
прекратили оказывать финансовую поддержку, а фонды Гранданор Корпорейшн
быстро истощались. Но Фэллоуз был оптимистом. Даже если он на этом потеряет все
свое состояние, он выиграет дело своей клиентки! - Мой дорогой шурин, не смог бы
ты мне оказать огромную услугу? – писал принц Сигизмунд Прусский, красивый
мужчина 36 лет с воинственной посадкой головы, Фридриху-Эрнсту Саксен-
122
Альтенбургскому. Ответ Фридриха не заставил долго ждать.
- Ты можешь на меня рассчитывать, - ответил непринужденно принц. – Я соглашусь на
все, что интересно и развлекательно. И даже на остальное. При встрече Сигизмунд
Прусский вытащил из кармана вырезку из газеты и протянул Саксен-
Альтенбургскому. - Взгляни на это. Твой ум историка и генеалога подпрыгнет от
возбуждения. Самый младший сын последнего правящего герцога Саксен-
Альтенбургского рассеяно смотрел на газетный заголовок. - Hannnoverscher Anzeiger.
Хорошая информационная газета. Я слышал, что говорят о ее директоре, Поле
Мадзаке. Это честный человек, что сегодня встречается очень редко. - Ну, прочитай
же, - терял терпение Сигизмунд.
Фридрих Эрнст лукаво улыбался. - Всегда такой властный, ты никогда не изменишься.
Ты похож на свою мать, дорогую Ирену. Он склонил свое проницательное, умное лицо
над статьей. По мере того, как он просматривал ее, он хмурил брови, и его лицо
покрывалось морщинами. Когда он поднял голову, они обменялись внимательным
взглядом. - Так, морское чудовище вернулось, - прокомментировал Фридрих-Эрнст. –
Как касается меня дело Анастасии? - Я хочу, чтобы ты нашел эту женщину, - ответил
Сигизмунд. – Видишь ли, я очень хотел бы знать, кто она на самом деле. Мой дядя,
Эрнст Людвиг, слишком категоричен. Моя мать встречала ее, но тогда эта женщина
была очень больна. Я хочу иметь возможность составить самостоятельное
представление о ней. - Но я никогда не знал детей Николая II. Да, моя тетя Элизабет
вышла замуж за великого князя Константина, но они жили в Павловске. Я никогда не
был в Царском Селе. - Я не прошу тебя опознавать ее. Надо просто задать ей
несколько вопросов от моего имени. Они о подробностях, которые может знать только
царская дочь. Они никогда не были опубликованы в прессе. Принц Саксен-
Альтенбургский встал. Это был молодой человек среднего роста, худощавый и
немного нервный. Он не мог оставаться долго на одном месте. Совсем как его сестра,
Шарлотта – Агнесс, супруга Сигизмунда, он был очень красив, с отличным профилем
и изящной формой лица. Сигизмунд всегда ценил его ум и его чувство юмора.
- Очень ловко, очень ловко. И я думаю, что вопросы, - как и ответы, - должны остаться
в секрете. Особенно, если так называемая Анастасия ответит на них правильно.
- Ты очень сообразителен. Да, я должен быть уверен в этом. Если эта женщина на
самом деле моя русская кузина, то я никогда не расскажу о критериях, которые
позволили мне ее признать. Это не позволит Жильяру вмешаться в очередной раз и
заявить, что она ошибается? В такой ситуации я не смогу это опротестовать. Все
скажут, что я слишком молод, чтобы помнить, и поверят Жильяру. Сигизмунд взял
лист бумаги из письменного прибора. - Поскольку мы пришли к согласию, нам
остается только составить анкету. - Почему ты этого до сих пор не сделал? –
воскликнул принц Фридрих. - Я рассчитываю на твои советы. Ты лучше меня знаешь,
какая информация была опубликована о семье императора. - Действительно, а когда
ты видел Анастасию последний раз? - Это было до войны, в Польше в Спала. Осенью
1912 года. - Ладно, спроси ее, помнит ли она подробности вашей встречи. Я не знаю
какие. О прогулках, которые вы совершали, о месте, где ты жил. Я уверен, что никто
об этом не говорил. - Ты прав. Я вспоминаю. Мне тогда отдали комнату главного
камергера, барона Фридриха. - С энтузиазмом начал Сигизмунд. Через несколько
минут документ был готов.
- Вот твой список. Здесь 18 вопросов, - сказал, наконец, Сигизмунд. – Ты ее увидишь,
ты ей это передашь и расскажешь мне про ее реакции. Принц Фридрих-Эрнст щелкнул
каблуками, шутливо пародируя приветствие командиру. - К вашим услугам. А сейчас
ты угостишь меня хорошим коньяком и сигарой. - Когда ты поедешь к ней?
123
- Когда ты этого пожелаешь. Я, может быть, уже уехал. Ты хорошо знаешь, что никто
никогда не знает, где я. Может быть, я в Стамбуле, а может быть, на лестнице.
Сигизмунд рассмеялся. - Я вижу, ты знаешь все шутки, которые ходят о тебе. Нужно
сказать, что с этими археологическими раскопками, которые ты проводишь в самых
разных местах, тебя сложно поймать. Принц Саксен-Альтенбургский удовлетворенно
улыбнулся. - Ба, но тебе это удалось. Кстати, никому не говори, что ты мне дал ключ к
этой анкете. В противном случае злые языки будут намекать, что я мог тебя предать и
отдать ответы молодой особе. Проблеск иронии был виден во взгляде Фридриха -
Эрнста.
- Мне нужно беречь свою репутацию, - воскликнул насмешливо принц. - Пусть меня
считают чудаком, это еще ладно. Но лгуном! Я от этого никогда не оправлюсь. В
кабинете доктора Ниперта в санатории Илтен принц Фридрих-Эрнст Саксен-
Альтенбургский разочарованно и с удивлением созерцал странное создание, которое
сидело напротив него. Эта маленькая хрупкая беззубая женщина неопределенного
возраста с бледным, почти прозрачным лицом, привела его в замешательство. Она вся
была закутана в белую шаль. Принц Саксен-Альтенбургский рассчитывал встретить
уверенного человека, который надменно требует подтвердить ее подлинность, а не эту
испуганную птичку, которая тайком смотрела на него. Анастасия осторожно села
против света, чтобы спрятать свою искалеченную челюсть, и расслабилась. Она
рассматривала четкие черты своего собеседника, забавлялась смущением, которое
вызывала у него. Внезапно ей захотелось его шокировать.
- Как я могу быть уверенной в том, что вижу перед собой сына великого герцога
Саксен Альтенбургского? – спросила она, хитро прищурив глаза. Озадаченный
Фридрих-Эрнст молчал. - Да, - настаивала великая княжна, - кто мне докажет, что вы
тот за кого себя выдаете! Я не знаю… Например, вдруг вы польский рабочий? Ее глаза
сверкали, и плененный принц рассмеялся. Его сдержанность исчезла. Он все еще не
знал, кто эта маленькая женщина, которая подшучивала над ним. Но ее чувство юмора
делало ее симпатичной. Он почувствовал, что не имеет права прибегать к уверткам.
Протянув ей анкету Сигизмунда, он объяснил ей цель своего визита. Анастасия взяла
бумагу, прочитала ее, положила ее на колени, потом снова подняла. На ее лице
отразилось смятение. - Все смешалось, - извинилась она. – Я ничего не могу сейчас
сказать, но я постараюсь вспомнить. Я это знаю. Вы мне дадите немного времени?
Фридрих-Эрнст не хотел ее торопить. Он знал, что ответов на эти вопросы не было ни
в одной книге или газете. Смутившись тем, что ему пришлось подвергнуть эту
женщину испытанию, он наскоро попрощался и ушел. В тот момент у него уже
сложилось свое мнение. Через несколько дней Анастасия пригласила его. Она не
только нашла в своей памяти подробности, о которых спрашивал ее немецкий кузен,
но она начала весело говорить с принцем о последней встрече с Сигизмундом, давая
дополнительные уточнения. Фридрих-Эрнст Саксен-Альтенбургский был покорен,
слушая ее. Сомнения не было. Только Анастасия Николаевна могла говорить с такой
свободой и точностью. Принц шутил с великой княжной, не выдав своей тревоги ни
единым жестом. После этой встречи они стали лучшими в мире друзьями. Не желая
этого, принц нашел способ, чтобы пленить Анастасию. Его талант юмориста
впоследствии ему очень пригодился. Принц был единственным из всех сторонников
великой княжны, кто мог заставить великую княжну изменить свое мнение.
Вернувшись в отель, принц Саксен-Альтенбургский позвонил своему шурину, чтобы
сообщить ему о своей встрече. Сигизмунд долго молчал на другом конце провода. -
Ладно, как я вижу, тебе не доставляет удовольствие, что нашлась твоя русская кузина,
- воскликнул Фридрих-Эрнст. - Ты меня разочаровываешь. Если ты планируешь ее
124
отвергать, как твоя мать и твой дядя, то на меня не рассчитывай. Сигизмунд
приглушенно рассмеялся. - Дай мне время прийти в себя. Я только что понял значение
того, что ты мне сообщил. Я должен буду сражаться со всей моей семьей. - Тогда я
отдаю предпочтение тебе. Я всецело предан тебе. Тон принца заставил Сигизмунда
отреагировать. - Мой дорогой, не старайся хитрить со мной. У тебя уже есть план
действий? - Нет еще, но успокойся, у меня есть некоторые идеи. Я тебе расскажу об
этом, когда вернусь. Саксен-Альтенбургский задумчиво повесил трубку. Несмотря на
то, что вообразил себе Сигизмунд, он не знал, что ему делать. Будучи восторженным
человеком, ценя больше Гете и Новалиса, чем Гегеля и Канта, он чувствовал, что готов
ко всему, чтобы защитить великую княжну. Его прельщала идея столкновения с кем-то
из самых известных имен Европы. Но принцу не хватало опыта, он предпочитал
фантазию обдуманным действиям и, зная это, остерегался своей первоначальной
реакции. Перед тем как разработать подробный план действий, он решил нанести
визит Мадзакам, собственникам газеты, которая объявила о возвращении великой
княжны. Пол и Гертруда Мадзак, зажиточные граждане Ганновера. Очень серьезные и
осмотрительные, они придали принцу спокойствие, которое он искал. Убежденные в
подлинности Анастасии, они считали, что в интересах самой княжны ничего нельзя
ускорять. Они заявляли о своей готовности присматривать за ней, охранять ее от
нападок внешнего мира и даже обеспечить ее содержание, когда она решит покинуть
Илтен. Мадзаки его успокоили. Они считали, что их дружба с Анастасией защитит ее
от нее самой. Как только было объявлено о присутствии великой княжны в Ганновере,
в санаторий стали стекаться мошенники всех мастей, жаждущие получить деньги,
воспользовавшись скандалом. Среди них было несколько ясновидящих, ярых
сторонников Анастасии. Их безумия следовало опасаться больше всего. Вновь
появился доктор Веллер. Адвокат, который был когда-то нанят Гарриет фон Ратлеф, и
смог привести в замешательство Дорис Вингендер. Юрист смог завоевать доверие
великой княжны и убедил Анастасию нанять его как единственного защитника. В
начале 1932 года по его совету она покинула Илтен. Вскоре вновь возник скандал. В
Лондонской газете The News of the World была напечатана статья «Анастасия
разоблачена. Великая княжна признает свое самозванство». После расследования
Веллер обнаружил, что это новое оскорбление исходило от окружения великого князя
Кирилла. Адвокат поспешил привлечь газету к ответственности за клевету, но зло уже
было сделано. В декабре 1932 года она поссорилась с Веллером и обвинила его в
предательстве. Потом к большому удивлению всех, кто ее знал, Анастасия
повернулась лицом к женщине, о которой она так долго отзывалась с ненавистью -
Гарриет фон Ратлеф-Кайлман. Гарриет никогда не забывала «свою малышку». Она
пригласила Анастасию в Берлин, нашла ей удобную квартиру в семейном пансионе,
окружила ее своей любовью и сделала все, что было в ее власти, чтобы утешить
великую княжну. Великая княжна разрешила фон Ратлеф-Кайлман нежить себя более
года. Спокойная и счастливая, она больше ни о чем не заботилась, она едва отвечала на
отчеты Фэллоуза, который продолжал собирать доказательства в ее пользу. Ее
здоровье оставалось слабым, но профессор Руднев вновь наблюдал ее. Благодаря
заботе и защите Гарриет от любой внешней агрессии, Анастасия скоро обрела
психическое равновесие, которого ей так не хватало. Все рухнуло, когда в конце 1933
года у Гарриет фон Ратлеф-Кайлман случился внезапный приступ аппендицита.
Несмотря на усилия профессора Руднева, возник перитонит, и она умерла на
операционном столе. Анастасия отреагировала на это по-детски, инстинктивно. Она
решила, что враги ее снова нашли. Это ОНИ отравили ее единственную подругу. В
«ОНИ» она смешивала беспорядочно и нелогично большевиков, своего дядю Эрни и
125
великого князя Кирилла. В этот момент в её судьбу решил вмешаться Фридрих-Эрнст
фон Саксен-Альтенбургский. Между двумя периодами археологических раскопок в
Месопотамии он посетил всех знакомых, где защищал права великой княжны.
Благодаря его протекции, Анастасии стали оказывать гостеприимство самые известные
дома Пруссии. Так, она жила у принца Гильома фон Гессен-Филиппшталя, у
баронессы Моники фон Милтиц и барона фон Кляйста-Рестова. Принцесса Реусс,
внучка старшей сестры королевы Виктории, тоже принимала Анастасию в своем
замке. Самые известные имена немецкой аристократии своим отношением и
поведением показывали свою солидарность с Анастасией. При рождении сына Принц
Мишель Бенедикт, великий герцог Сакс-Веймар-Айзенах, попросил Анастасию стать
крестной матерью для его ребенка. Наконец, Анастасия почувствовала себя свободной
и уверенной в себе. Когда она утомлялась от своих хозяев, она уходила отдыхать в
небольшую квартиру в Ганновере, которую для нее арендовали Мадзаки. Но вскоре
она возвращалась. Для великой княжны были готовы комнаты во многих замках. Она
ходила из одной в другую, часто по привычке одетая во все белое. Иногда она
оставалась у кого-нибудь на несколько дней, иногда жила несколько месяцев.
Покровительство, которым в это время пользовалась великая княжна, казалось,
разоружило враждебность великого герцога Гессенского и великого князя Кирилла.
Более чем за 5 лет не было предпринято ни одной провокации против Анастасии.
Великая княжна, после того как она поссорилась с Фэллоузом в 1935 году вновь
доверила защиту своих интересов американскому адвокату. Мало-помалу, она
убедилась в том, что она больше ничем не рискует. Незаметно у нее вновь появился
вкус к жизни. Ее характер изменился. В 1937 году скончался великий герцог Эрнст
Людвиг фон Гессенский, и Анастасия была уверена в том, что ее несчастья на этом
закончились. Когда в начале 1938 года Фэллоуз снова встретился с великой княжной
Анастасией в Ганновере, у него было впечатление, что он увидел другого человека.
Анастасия пополнела, по совету госпожи Мадзак она согласилась носить вставные
зубы. Наслаждающаяся жизнью, она радовалась всему. Она приходила в восторг от
запаха цветов, пения птиц или отменного пирога. Она постоянно шутила. Когда
пришло время прощаться с адвокатом на перроне вокзала, великая княжна все время
шутила. Этот образ счастья Фэллоуз увозил с собой после встречи. Пять лет
спокойствия - это все, что Анастасия могла получить от своей судьбы. Весной 1938
года умер великий князь Кирилл. Вскоре его сын Владимир возобновил войну против
Анастасии и её сторонников. Он заставил Сергея Боткина покинуть пост главы
русских беженцев в Берлине и назначил на его место генерала Василия Бискупского,
который был близок к нацистам. Через несколько недель полиция Ганновера под
влиянием «высокопоставленного человека» решила вновь открыть «дело
Шанцковской». В этот раз речь шла о том, чтобы определить: «Является ли Анастасия
самозванкой. Если да, то она должна быть, как следует наказана». Анастасия не
выходила из своей квартиры уже неделю. У нее закончились запасы продуктов. Если
она быстро вставала, она начала испытывать головокружения. Она не открывала дверь.
Ей было настолько страшно, что она была готова умереть с голоду. Она плохо
понимала, что происходит. На нее вновь обрушился кошмар, в тот момент, когда она
этого больше не ожидала. Она не могла сориентироваться. Все, что она знала, это было
то, что в очередной раз ее лучшие друзья ее предали. Даже Фэллоуз специально
приехал из Соединенных Штатов, чтобы ее преследовать. Он ожесточенно нападал на
нее. Он хотел заставить ее встретиться с Шанцковскими, но она не уступала. Если бы
она вышла из дома и согласилась пойти в комиссариат полиции, ее бы сразу же
арестовали. Эти нацисты питали к ней личную неприязнь. Они союзники Владимира.
126
Они хотят прийти за ней, но она не выйдет из дома. У Мадзаков Фэллоуз сокрушался.
Ему оставалось не более 12 дней, чтобы убедить великую княжну согласиться на
встречу с семьей Шанцковских. Это требовала берлинская полиция. Потеряв всякую
надежду, он принялся перебирать в памяти прошлое Анастасии в поисках средств,
чтобы убедить великую княжну. - У меня есть идея, - прошептал он. – Необходимо
использовать ту же уловку, как и при ее переезде в Зееон. Но я сомневаюсь, что этого
будет достаточно. Адвокат медленно встал и отправился к Анастасии. Великая княжна
не читала письма, которые ей присылали. Единственным способом войти с ней в
контакт - это поговорить с ней через входную дверь. Когда Фэллоуз постучал в дверь,
он, конечно, не получил никакого ответа. Не смутившись, он произнес свою заранее
заготовленную речь. - Вы согласились бы встретиться с Шанцковскими, если Татьяна
Боткина приедет сюда? Вопреки всяким ожиданиям, он услышал тихий голос, который
донёсся до него. - Татьяна меня бросила. Я больше не хочу ее видеть.
Фэллоуз вздохнул. Он помнил, что написал Татьяне Боткиной и попросил ее приехать
в Ганновер, чтобы давать уроки русского великой княжне, но она ответила, что она не
может уехать из Ниццы после развода из-за детей. - А если приедет Глеб? Долгое
молчание. Фэллоуз больше не мог это выносить. Он чувствовал, что уже устал от этой
комедии. Для великой княжны он разорился, продал свой дом, отказался от
страхования жизни, испортил свое здоровье, пока ездил по Европе. И все это, чтобы
часами умолять закрытую дверь! Какая насмешка! Когда он собрался уходить, он
услышал металлический скрежет, он был вне себя от радости. Да, он нашел нужный
аргумент. Анастасия открывала дверь. Глеб прилетел первым самолетом. Его
сотрудничество с крупными американскими газетами рухнуло из-за упрямства, с
которым он защищал великую княжну. Для существования у него были только
доходы, которые ему приносили две книги, написанные об Анастасии. Одна была
напечатана в 1931 году, другая в 1937. Он вынужден был занять денег на свою
поездку, так как его финансовое положение было катастрофическим. Анастасия
встретила его с радостью, шутя над его полнотой. Ослабленная из-за своего голодания,
великая княжна принялась возражать против встречи с Шанцковскими. Однако
встреча все-таки состоялась 9 июля 1938 года. В этот раз приехала вся семья. Нацисты
сделали то, что не удалось Эрнсту Людвигу фон Гессенскому. Встреча проходила в
помещении штаба полиции Ганновера. Два брата Шанцковские, Валериан и Феликс,
долго смотрели на Анастасию, в то время как их сестры, Гертруда и Мария - Юлиана,
оставались немного в стороне. Фэллоуз тревожно ждал. Не имея права практиковать в
Германии, он присутствовал как простой свидетель. Сознание собственной
беспомощности приводило его в отчаяние. Вся надежда была только на удачу.
Валериан нарушил молчание: - Нет, это не она. Феликс поддакивал:- Это правда.
После этого полиция Ганновера уже не могла дать ход этому делу. Фэллоуз решил
воспользоваться этим неоспоримым успехом. Он обратился к двум известным
берлинским адвокатам, Полу Леверкюну и Курту Фермерену. Он доверил им защиту
интересов своей клиентки в Германии. 17 августа 1938 года Анастасия по их совету
согласилась на рассмотрение дела в суде. Она выступила против свидетельства о праве
на наследство, которое исключало ее из раздела немецких активов Николая II. Они
находились в Мендельсон Банк. Это было начало чудовищного судебного дела,
которое закончилось с очень сомнительным результатом только в 1970 году. Мое
примечание: «В ходе судебного заседания было установлено, что муж сестры
Императора Николая II Ксении Александровны Романовой (Александр Михайлович)
являлся агентом большевиков». Но во второй половине дня дебаты перешли в
решающую стадию. Волленберг наконец решился заговорить о «дяде Поле». Он
127
объяснил лаконично и очень убедительно, как большевики использовали дело
Анастасии, чтобы разделить русскую эмиграцию. С этой целью они заставили одного
из своих агентов свидетельствовать в пользу Анастасии. - Я сам встречал этого агента,
чье кодовое имя «дядя Поль». Он прикрывался именем одного из великих князей. Я не
узнал его имя, но мне удалось узнать, что он живет на юге Франции со своей
любовницей, и что он большой друг короля Англии. Обвинение было очень точно
построено. Только великий князь Андрей подходил под это описание. Если Вольману
не удастся разрушить свидетельство Волленберга, Анастасия будет обречена на
поражение. - Вы убеждены, что ваш «дядя Поль» был благосклонен к великой княжне?
– спросил прусский адвокат, как только это стало возможным. Удивленный такой
постановкой вопроса, Волленберг попросил дать разъяснения. - Да, - продолжил
Вольман, - если бы ваш великий князь был настроен даже против Анастасии, то
разделение эмиграции произошло бы в любом случае. Большевики также могли дать
своему агенту приказ отвергнуть его родственницу. Волленберг взял время на
раздумье.
- Это возможно, - наконец допустил он. – Я не знаю точное содержание инструкций,
полученных «дядей Полем». - Поскольку вы встречали этого великого князя, -
воскликнул тогда судья Бэтче, - вы должны быть в состоянии нам его описать. -
Конечно. Насколько я могу вспомнить, это был не очень большой человек, с
величественной осанкой. Правильные черты лица. Маленькая борода. Ах да, у него
была очень характерная немного покачивающаяся походка. Принц Фридрих
облегченно расслабился. У великого князя Андрея никогда не было бороды, а рост был
1 метр 85 сантиметров. К тому же, у него была очень твердая, военная походка.
Однако, подробности описанной Волленбергом походки ему кого-то напоминали.
Великий князь Александр Михайлович, муж Ксении, сестры Николая II. Анастасия,
недавно говоря о своем дяде, упомянула эту деталь. «Он ходил как моряк в открытом
море», - сказала она. Отвлекшись, принц замешкался на совпадении, в то время как
перед судом Волленберг продолжил говорить о «дяде Поле». - Я не знаю, кто он, но я
мог бы узнать его на фотографии. Вольман тогда доказал, еще раз, что он владел
мастерством великих мэтров коллегии адвокатов. - Я приготовил образцы портретов
великих князей России, которые были еще живы в 1925 году. Если свидетель хочет, то
может их рассмотреть. Волленберг погрузился в изучение 12 снимков. Там было
только два бородача: великий князь Николай Николаевич, генералиссимус русской
армии в 1914 году, очень высокий старик с красивой белой бородой и … Александр
Михайлович. Без колебаний Волленберг указал на последнего. - Вот «дядя Поль», -
заявил он. - Таким образом, вы обвиняете зятя Николая II в том, что он был агентом
большевиков! Шум, который начался в зале, помешал ему продолжить. Судье
Петерсену было очень сложно восстановить тишину. Муж великой княжны Ксении –
большевистский шпион! Это невероятно. Принц Фридрих продолжал недоумевать.
- Эта «покачивающаяся походка» меня очень заинтересовала, - прошептал он самому
себе. К нему наклонился Йен Лилберн, молодой английский историк, который не
пропускал ни одного заседания.
- Я внимательно прочитал мемуары Александра Михайловича. Я припоминаю, что он
бы в Каире в 1925 году во время встречи Волленберга и «дяди Поля». А из Каира легко
исчезнуть на несколько дней, и никто об этом не будет знать. Интересно, не так ли?
Принц выпрямился во весь рост. Невысокий житель Вены, которого судья пригласил
следом за Волленбергом, полностью изменил соотношение сил. Впервые у Анастасии
был очевидец ее невообразимого спасения в Екатеринбурге. - Меня зовут Генрих
Клейбенцетль. Я портной в Вене.
128
Это был щуплый человек, с открытым лицом в морщинах. У него был пикантный
голос с мелодичным акцентом, усыпанным красочными выражениями, которые сразу
же вызвали улыбки у присутствующих. - Где вы были в июле 1918 года, - спросил его
судья Петерсен.
- Ну, как я уже сказал господину Адвокату, я жил в Екатеринбурге, где помогал
господину Баудину, местному портному. Вы понимаете, советские люди, они меня
освободили из плена. Меня и других военнопленных, но мне нужно было зарабатывать
на хлеб. Я помогал хозяину чинить форму красноармейцев, которые жили в доме
Ипатьева. - Где вы жили? - У господина Баудина была очень добрая жена. Она
предложила мне комнату на втором этаже, над ателье. Их дом находился напротив
дома, в котором был заключен царь. Я никогда не видел царя близко. Только издалека,
из моего окна, когда он гулял во дворе. Нужно сказать, что когда я приносил форму,
мне разрешали входить только в караульное помещение. - Расскажите нам о дне 16
июля. - Надо вам сказать, господин судья, что в доме Ипатьева у меня был среди
охранников приятель. Его звали Петров. Он был болтлив, очень болтлив! Он был в
курсе всего. Тогда, после полудня он мне сказал: «Ты скоро увидишь, Гайни»…
Гайни- это мое имя господин судья. «Ты скоро увидишь, Гайни, что здесь произойдет.
Наш начальник, Юровский, только что вернулся с неместными людьми. Они приехали
из Москвы и выглядят очень сурово». - И что вы сделали? - О, у всех есть немного
любопытства. Я вернулся вечером с починенной формой. На тот случай, если бы меня
спросили, что я там делаю. Но охрана на улице меня знала. Мне ничего не сказали.
Они были пьяны, но я был неспокоен. Потом вот, начали стрелять, стрелять! Я
спрятался за пустыми ящиками, напротив изгороди. «Гайни, сказал я себе, не
показывайся. Они сейчас убивают людей, тебе не надо быть среди них». - Вы видели,
что произошло? - Ах нет, мне было слишком страшно. Там был шум, приехал
грузовик, крики. Я ушел, когда все стихло. Я спасся, но мне было страшно. Я долго
бродил по городу. Когда я успокоился, я вернулся домой. Я хотел спать, но госпожа
Аннушка, жена господина Баудина, мне сказала так: «Я на время отдала твою комнату,
но ты сможешь подняться за своими вещами». Я вытянулся на гладильном столе в
ателье, но я не мог уснуть. Госпожа Аннушка постоянно ходила на кухне. Я спросил,
что случилось. Сначала, она ничего не хотела мне говорить, но потом она мне
призналась, что там наверху в моей кровати была великая княжна. Она только что
была ранена в доме Ипатьева, и ее принесли два человека. Я не колебался. «Я вам
помогу», - сказал я госпоже Аннушке. Мы вместе поднялись в мою комнату, и я
увидел ее - великую княжну. У бедняжки все лицо было в крови, это было ужасно. Она
была белее простыни. Ей промыли подбородок, и принесли чай. - Вы знали, кто была
эта раненая? – спросил Бэтче.
- Это была одна из дочерей Николая II. Ее звали Анастасия, но я ее узнал только по
фотографии. Она оставалась три дня. Красноармейцы обыскали весь город. Они были
как сумасшедшие. К счастью, они хорошо знали нашего хозяина. Поэтому, когда они
пришли к нам, мы им сказали, что никого не видели, и они ушли, не настаивая на
обыске. Нам повезло. А потом люди, которые привели Анастасию, военный и
штатский, вернулись и увезли ее. Маленький портной замолчал. От него исходило
такое спокойствие, что даже не очень щепетильный Беренберг-Госслер, не осмелился
на него напасть. Ему задали несколько безобидных вопросов и отпустили.
Клейбенцетль покинул зал заседаний, не более взволнованный, чем когда он пришел
сюда.
Житель Вены был последним важным свидетелем этого заседания. Мои примечания:
«Князь Дмитрий Голицын подтвердил, что великий герцог Эрнст-Людвиг Гессенский -
129
брат Императрицы Александры Федоровны действительно приезжал в 1916 г. в
Российскую Империю, чтобы просить о сепаратном мире»: - Князь, не могли бы вы
нам объяснить, какие у вас были обязанности в 1916 году? Голицын начал давать
свидетельские показания, периодически останавливаясь, чтобы позволить переводчику
перевести: - Тяжело раненый на фронте в 1915 году, я выздоравливал в госпитале
Владимира Владимировича фон Мекка, управляющего благотворительными
учреждениями ее высочества императрицы Александры Федоровны. Однажды, я ждал
в одном из коридоров Александрийского дворца господина фон Мекке, он должен был
выйти после аудиенции у царицы. В это время в коридоре появился человек, которому
было неловко в штатской одежде. Он явно не привык ходить в штатском. Увидев меня,
он поспешил скрыться за первой попавшейся дверью. Когда фон Мекк подошел ко
мне, у него был очень озабоченный вид. - Вы видели здесь незнакомца? – спросил он
меня.
- Да, - сказал я с интересом. – Кто это? Господин фон Мекк приказал мне забыть то,
свидетелем чего я стал. Его сухость меня поразила настолько, что спустя некоторое
время я его вновь спросил у него, кого я видел у входа в апартаменты императрицы. -
Это был великий герцог Эрнст-Людвиг Гессенский, брат царицы. Но, пожалуйста,
никому об этом не говорите, это приказ! Судьи допустили возможность спасения
великой княжны Анастасии. В нагромождении отвергнутых свидетельских показаний
возник важный факт. Несмотря на 9 лет судебных разбирательств, несмотря на
огромную публичность, которая сопровождала процесс, несмотря на давление и
предвзятое отношение, судьи не смогли установить, что госпожа Андерсон могла быть
кем-то другим, кроме Анастасии… Анастасии отказали в праве на её имя и
национальность. Юридически великая княжна не существовала. Важное решение,
которое вынес гамбургский Сенат в июле 1967 года, опиралось на судебную практику,
которая отказала Анастасии в праве называться человеком. Единственное
доказательство, которое безоговорочно могло установить подлинность великой
княжны это отпечатки пальцев, но отпечатки императорской семьи никогда не были
зарегистрированы… Сертификатом на наследство, выданным трибуналом Берлина в
1933 году, в качестве наследников Николая II и его детей были определены прямые
наследники по боковой линии императора и императрицы. Это были: великий герцог
Гессе, Ирена Прусская, Виктория де Гессе, великая княжна Ксения Александровна,
великая княжна Ольга Александровна и графиня Брассова, вдова великого князя
Михаила Александровича Романова. Барбара Прусская, внучка Ирены, сестры
императрицы Александры, была удочерена собственной бабушкой и, вследствие этого,
стала наследницей части немецкого имущества Николая II (сумма шесть тысяч
немецких марок была отдана на хранение в Мендельсон Банк). Анастасия требовала
возврата этих денег, заявляя, что была ограблена. Было предложение уговорить
великую княжну отказаться от права на наследство императора и тогда сразу будет
вынесено решение по вопросу её идентификации. В 1966 году брат Пьера Жильяра,
наследник учителя царских детей, позволил принцу Сакс-Альтенбургу и Яну
Лильберну составить опись содержимого сундука Жильяра. Принц нашёл там
единственный экземпляр фотографии Шанцковской и две ретушированные копии,
выполненные так, чтобы было сходство между польской работницей и великой
княжной Анастасией. Эти фотографии были тотчас же переданы в досье Гамбургского
процесса, но судьи не приняли их во внимание. После попытки самоубийства в
Берлине, Анастасия была сфотографирована полицией. Позднее с этого снимка была
сделана фотография её уха и представлена на суд, чтобы доказать её отличие от
официальной фотографии Анастасии. Объяснение этому нашлось только в 1977 году:
130
негатив оригинала фотографии, выполненный на стеклянной пластинке, по
недосмотру полиции, был перевёрнут, во время хранения его в архивах полиции. Этот
новый факт мог бы позволить начать новый процесс по делу Анастасии, но Джон
Манахан, по поручению своей жены, заявил, что они ничего больше не ждут от
немецкой юстиции. 18 декабря 1966 года прежде, чем выслушать защитные речи
адвокатов, Сенат решил заслушать показания принца Фердинанд Шёнайх-Карлот,
кузена принца Сакс-Альтенбурга. Его мать, Гермина Шёнайх-Карлот, урождённая
принцесса Рёйсс, была второй раз замужем за Кайзером Вильгельмом II. Фердинанд
Шёнайх-Карлот утверждал, что в 1931 году при большом количестве свидетелей
Кайзер подтвердил, что в 1916 году послал, от своего имени, великого герцога Гессе в
Царское Село для обсуждения вопроса о заключении сепаратного мира между Россией
и Германией126. Мои примечания: «Немецкий суд был настроен изначально не
признавать Анастасию Романову (Анну Андерсон) спасшейся дочерью Императора
Николая II, так как Его родственников интересовало Его наследство. То есть, в
сущности, скорее всего, на суд было оказано давление с целью не признавать
Анастасию Романову (Анну Андерсон). Это говорит о том, что эта так называемая
«аристократия» и их потомки являются мародерами. А, может быть, Джон Манахан,
сделал заявление от своего имени, воспользовавшись тем, что Анастасия Романова
(Анна Андерсон) в результате тяжких событий в ее жизни находилась в состоянии
помутненного сознания. Возможно, что он действовал в интересах ЦРУ. Так как США
и Германия финансировали революцию 1917 г. в Российской Империи. Следовательно,
этим странам было не выгодно признание Анастасии Романовой (Анны Андерсон)
спасшейся дочерью Императора Николая II. И эти страны (страны НАТО, Запада)
говорят о своей демократии и правах человека. Их интересуют лишь природные
ресурсы и желание потреблять все больше и больше. Ни о какой гуманности в их
поведении и внешней политике не может быть и речи». Спустя пять месяцев после
унизительного вердикта в Гамбурге (был только один положительный факт. Смерть
великой княжны в доме Ипатьева не была доказана) великая княжна Анастасия
посетила Париж, в качестве туриста. Стоя на мосту Александра III, она воскрешала в
памяти воспоминания о своём деде. Матильда Кшесинская – старая и больная,
отвергнутая Императором Николаем II, являвшаяся к тому же агентом Ленина и
большевиков, вдова великого князя Андрея, в отсутствие своего сына, посетила
принца Фридриха и попросила его передать послание затворнице из Чёрного Леса. Как
и её муж, она всегда верила в их родственные связи, и хотела бы встретиться с
Анастасией, чтобы выразить своё сочувствие (Матильда в возрасте восьмидесяти пяти
лет не чувствовала себя достаточно здоровой, чтобы совершить поездку в Германию).
Это неожиданное известие вернуло Анастасии частицу её жизненной энергии.
Покапризничав для вида, обвинив принца в том, что он тратит время на всякие
неинтересные глупости, она отправилась в Париж в предвкушении обещанного
свидания. В это время Русский Вова – так забавно старые русские называли сына
великого князя Андрея (ещё при жизни своего отца он начал усердно заискивать перед
своим кузеном, великим князем Владимиром, ставшим главой дома Романовых. В
обмен на это он получил право на титул великого князя, несмотря на то, что был
незаконнорожденным) – узнал о планах своей матери и срочно, отложив все дела,
вернулся в Париж. Когда Анастасия приехала к мадам Кшесинской, чтобы встретиться
со знаменитой балериной, Вова вежливо, но твёрдо, ей отказал, объяснив, что по
126 https://proza.ru/2010/06/15/1429
131
причине преклонного возраста его мать никого не принимает (после отъезда
Анастасии из Парижа, Матильда Кшесинская встретилась с французским режиссёром
Жильбером Пруто, который планировал вместе с Витторио де Сика и Полем Морисом
в роли адвоката, сделать фильм об Анастасии, соединив подлинные документы и
лживость кассационного процесса. В фильме должно было быть интервью с вдовой
великого князя Андрея. Когда Пруто во время видеосъемки попросил Матильду
высказать её мнение об Анастасии, графиня Кшесинская сказала: - Я всегда была
уверена, что это именно она. В этот момент Вова, который присутствовал в студии,
бросился к режиссёру. - Выключайте, завопил он. Камеры погасли, но магнитофоны
продолжали записывать. Вова, нервничая, сказал по-русски:
- Мама, ты прекрасно знаешь, что не должна была этого говорить! 17 февраля 1970
года был сыгран последний акт трагикомедии, которая с 1918 года определяла судьбу
великой княжны. Кассационный суд в Карлсруэ утвердил приговор Гамбургского суда.
Как заявил один из судей Курту фон Стакельбергу, адвокату Анастасии: - Суд мог
отклонить вердикт. Но в таком случае всё пришлось бы начинать сначала… Джон
Манахан вздрогнул. Он не заметил, как заснул от внезапно навалившейся усталости.
Атмосфера в комнате как-то неуловимо изменилась, комната казалась пустой и
холодной. Джон посмотрел на свою жену. Она мирно отдыхала, лицо спокойное, чуть
улыбающееся. Он посмотрел на подсоединённый к Анастасии медицинский аппарат.
Бутыль с кислородом ему показалась странной, и он взглянул на входной клапан. Тот
был закрыт, кислород больше не поступал127. Май 1933 Великий князь Кирилл
Владимирович Романов предлагал Анастасии отказаться от своих притязаний взамен
ренты и денежной компенсации128. Мои примечания: «Скорее всего, именно Джон
Манахан и перекрыл кислород Анастасии Романовой (Анне Андерсон). Так как при
трезвой оценке их крайне странных отношений можно сделать заключение, что
мужчине, являвшемуся моложе Анастасии Романовой (Анны Андерсон) на 20 лет, не
нужна была женщина - инвалид. Я думаю, что он действовал по заданию властей
Германии и США (возможно, ЦРУ) и его задачей было контролировать ее, а также
узнать все подробности ее жизни, искусственно создав благоприятные и комфортные
условия после долгих издевательств и лишений. Чтобы она не могла довести до конца
судебное разбирательство о том, что именно она и есть Великая Княжна Анастасия
Романова (спасшаяся дочь Императора Николая II). И, возможно, именно Д. Манахан
и перекрыл ей доступ к кислороду, то есть убил ее, убил беззащитную женщину-
инвалида. Он ее никогда не любил, а всего лишь играл роль поклонника и
влюбленного мужчины, чтобы контролировать ее и не дать довести судебное дело до
победного конца и медленно садистическим способом убивать ее в психиатрических
клиниках, действуя в интересах властей США и некоторых сил в Германии. Так как
после 1970 г. были обнаружены важные доказательства, касающиеся идентичности
ушных раковин Анастасии Романовой (Анны Андерсон) с дочерью Императора
Николая II Анастасией Романовой. Единственным мужчиной, искренно и бескорыстно
любившим ее был ее первый супруг (Семен или Николай Черных), которого называли
Александр Чайковский, спасший ее из рук убийц-большевиков, которых спонсировали
власти США и Германии». Ее оппоненты указывали на несоответствие формы правого
уха Андерсон уху Анастасии Романовой, ссылаясь на экспертизу сделанную ещё в
двадцатые годы. Последние сомнения антропологов разрешил один из самых
127 https://proza.ru/2010/06/16/1259
128 https://proza.ru/2010/06/16/1470
132
известных судебных экспертов ФРГ доктор Мориц Фуртмайер. В 1976 году доктору
Фуртмайеру удалось обнаружить, что по нелепой случайности для сравнения ушных
раковин эксперты использовали фотографию пациентки Дальдорфа, сделанную с
перевернутого негатива. То есть правое ухо Анастасии Романовой сравнивали с левым
ухом «фройляйн Унбекант» и естественно получили отрицательный результат на
идентичность. При сравнении той же фотографии Анастасии с фотографией правого
уха Андерсон (Чайковской) Мориц Фуртмайер получил совпадение в семнадцати
анатомических позициях. Для признания идентификации в западногерманском суде
было вполне достаточно совпадения пяти позиций из двенадцати. Исправив эту
ошибку, он поставил точку в спорах ученых об идентификации Анастасии129. Из
книги: «Анастасия, кто Вы?», автор Доменик Оклер, интернет ресурс:
https://proza.ru/2015/07/16/1409: «…имеются и другие факты, - продолжал Журген. -
Однажды, когда она жила у моих родителей, у неё случилось обострение болезни,
которой она страдает много лет. Речь идёт о костном туберкулёзе локтевого сустава.
Известный московский хирург профессор Руднев, нашедший убежище в Берлине,
прооперировал её в 1925 году. Но время от времени на локтевом суставе
образовываются нарывы, и требуется немедленное оперативное вмешательство. Моя
тётя мадам Стальберг, которая занимает важный пост в Красном Кресте, поехала с
мадам Андерсон в Берлин. Профессор Руднев предложил ей быть его ассистентом при
проведении операции. Находясь под наркозом мадам Андерсон не переставая,
говорила. Она говорила по – английски. Она звала сестёр, свою мать, царицу,
вспоминала детство. А вы ведь знаете, что анестезия исключает возможность
симуляции. Я была взволнована.
- Это очень интересно. - Есть и ещё кое – что, - продолжал Журген фон Бисмарк. -
Однажды, находясь у моей бабушки, она очень заскучала и, от нечего делать,
переходила с кресла на кресло. Тогда моя мать начала показывать ей фотографии,
среди которых находилось фото моего отца периода войны 1914 года. Он сидел в
салоне царского дома, находившегося в русской части Польши, которую оккупировали
немецкие войска. Мадам Андерсон буквально остолбенела, увидев эту фотографию.
- Но, это же Спала, - сказала она не колеблясь. – Это дворец моего отца. Она назвала
все деревни, находившиеся рядом, и ни разу не ошиблась. Мы проверили. - А кроме
вашей семьи, есть в Германии ещё люди, которые верят, что это она? Журген фон
Бисмарк назвал мне семьи, в которых она гостила: герцог и герцогиня
Лейхтенбергские, Гессе – Филиппшталь, принц Сакс – Альтенбургский, баронесса
Мильтич, семья фон Герлах, которые помогли ей установить контакты со многими
знатными семьями.
После их ухода я чувствовала себя в растерянности. Что обо всём этом думать? Самые
близкие родственники царя и царицы её отвергают, в то время как иностранцы её
признают и … Доказательства её подлинности появляются самопроизвольно – во
время операции или среди случайных разговоров. Она отказывается встречаться со
всеми, кто пытается её расспрашивать. Если это Анастасия, то её странности и ярость
можно объяснить. Она столько страдала. Далеко не каждый человек смог бы всё это
вынести. Если она не Анастасия, то откуда берутся эти знания и манеры знатной
дамы? Я покидала Гамбург совершенно потрясённая. Дело Анастасии оказалось
совсем не такое простое, как я сначала думала. 14 августа началось роковое
путешествие в Сибирь. Накануне отъезда царю дали возможность встретиться со
129129 https://petroprognoz.ru/analitika/20okt07-AA-ANR.html
133
своим братом и с Керенским.
Отъезжающих сопровождали все члены императорского дома: прежде всего доктор
Боткин, личный врач императора. Татьяна Боткина, девятнадцатилетняя дочь доктора,
тоже присоединилась к ним. Вот почему я, прежде, чем отправиться в Гамбург,
навестила её. Я считаю, что её роль в «эпопее Анастасии» остаётся очень
значительной. К отъезжающим присоединился и генерал Татищев, один из адъютантов
императора. Одно только замечу, что с ними не было Мордвинова, личного адъютанта
царя, и баронесса Буксговден, любимая придворная дама царицы, тоже не поехала,
сославшись на болезнь. Позже, в Тобольске, она присоединилась к семье государя. Как
Мордвинов, так и она, оказались в числе тех редких, приближенных к царю
придворных, которым удалось спастись. И так же, как Мордвинов, в союзе с
Жильяром, баронесса Буксговден будет до конца бороться против претензий
Незнакомки. Для того, чтобы доказать, что самая младшая из великих княжон осталась
в живых, свидетели предлагали свои версии. Я лично выслушала несколько рассказов,
которые бесспорно подтверждают эту гипотезу. Княжна Кочубей, живущая сейчас в
Париже, уверяет, что многие из её друзей, пребывавших тогда в Сибири, говорят, что
видели листовки, развешанные на стенах домов Екатеринбурга и в его окрестностях.
Там сообщалось, что одна из великих княжон исчезла. Жителей предупреждали, что
всех, кто её укроет, ожидает смертная казнь. Кроме того, солдаты днём и ночью
производили обыски, разыскивая пленницу Ипатьевского дома.
- В то время, - добавила княжна Кочубей, - ещё никто толком не знал о расстреле. Была
машина, уехавшая от дома Ипатьева в сторону леса, где на большой поляне находился
колодец «4–х братьев». Машина была загружена телами, наспех завёрнутых в
простыни. Говорили, что оглушительный рёв мотора заглушал выстрелы и крики. Мои
друзья думали, что великой княжне удалось украдкой сбежать от своей охраны. Как-то
в Бордо я встретила генерала Химича из армии адмирала Колчака, который рассказал,
что в Екатеринбург они попали через два месяца после расстрела царской семьи. Но,
вскоре ему пришлось снова столкнуться с «красными» под Царицыным, который
позже стал называться Сталинградом, а в период Хрущевской «десталинезации» его
переименовали в Волгоград. Среди захваченных пленных, двое красноармейцев
оказались из Екатеринбурга. Он сам их допрашивал. Каждого по отдельности, чтобы
узнать правду о расстреле. И каждому из них в конце допроса задавал один и тот же
вопрос: - И вы убили их всех? И тот и другой ответили на его вопрос:
- Нет, одна из великих княжон сбежала. Имеется ещё один свидетель, который, как мне
показалось, особенно убедителен. Это граф Бонде, швед, президент международной
миссии Красного Креста. После освобождения Екатеринбурга его поезд направился
туда, чтобы позаботиться о пленных, как того требовал их долг. Чтобы попасть в
Екатеринбург, им надо было пересечь линию фронта в районе Красной Армии. - Имея
дипломатические паспорта, мы надеялись, - рассказывал он, - что нас не будут
досматривать. Тем не менее, красноармейцы ворвались в вагон моего поезда и начали
обыскивать его сверху до низу. Я попросил объяснения, и мне ответили: - Мы ищем
великую княжну Анастасию.
Несмотря на официальную версию, многие факты говорят в пользу того, что великая
княжна выжила.
Но сосчитали ли они перед отъездом трупы? Некоторые из красногвардейцев и убийц,
захваченные в плен во время освобождения Екатеринбурга, отрицают это, а кое – кто
даже утверждает, что только на месте у «4-х братьев» палачи обнаружили, что нет
одного трупа.
После того, как «Неизвестная из Берлина», которую вытащили из Ландверского
134
канала, решилась заговорить, то она рассказала следующее: - Мужчина, который
заворачивал меня в одеяло, услышал, как бьётся моё сердце. Он пожалел меня и в
темноте спрятал, прислонив к стене. Позже на телеге, спрятав меня под соломой, он
увёз меня в избу своей матери. Всё, что я узнала, рассказал мне он. Я была без
сознания. Чем руководствовался Соколов, доказывая, что трупы всех мучеников этой
ночи с 16 на 17 июля были расчленены и сожжены на поляне у «4-х братьев», а их
останки облиты кислотой, сожжены и сброшены в шахту, откуда их потом извлекли?
На этих серьёзных фактах я хочу остановиться подробнее: 1) Стены комнаты, где
произошло убийство, очевидно, были испещрены следами пуль с низу до верху. Пол
так же был продырявлен и на нём остались следы от ударов штыками. Соколов делает
из этого вывод, что никто не мог выбраться живым после этого пулевого дождя, после
этого металлического града. Но, мы читаем, что пишется в хрониках: Анастасия упала
на пол, потеряв сознание, а тело её сестры Татьяны, упавшее сверху, прикрыло её от
всеобщей бойни.
2) Из шахты, что находилась на поляне у «4 – х братьев» были извлечены, среди всего
прочего, драгоценности и металлические детали одежды и 6 корсетов, которые не
смогли сгореть в огне. Исходя из этого, Соколов делает вывод, что 6 трупов пленниц
дома Ипатьева были сожжены на этой поляне… Сколько раз противники выдвигали
этот аргумент о 6 корсетах, как решающий. Выискивая доводы в пользу того, что
Анастасия осталась жива, я пренебрегла этим официальным заключением.
Я отлично знаю, что в 1918 году всякая респектабельная женщина должна была носить
корсет из китового уса. Великие княжны следовали этому правилу. Посмотрим на
Анастасию – самая маленькая, самая недисциплинированная, ей было всего 17 лет, и
она только недавно начала носить корсет. Кроме этого, как-то себе трудно
представить, что внезапно разбуженная среди ночи, впопыхах одеваясь, она
вспомнила, что нужно одеть корсет? Но, как же тогда получилось, что планшетка от
корсета оказалась там? Один из свидетелей, допрашиваемых Соколовым, сам дал нам
разумное объяснение. - 19 июля под наблюдением Юровского, - рассказал он, - мы все
вместе пришли в дом Ипатьева и собрали все предметы и одежду, принадлежащие
расстрелянным накануне. А потом всё это погрузили в машину. (Чтобы сжечь, -
подумала я.) - Однако, некоторые редкие предметы были уничтожены на месте, в
камине. Корсет Анастасии, вероятно, вместе с другими личными вещами
императорской семьи, был увезён и сожжён возле шахты. Занавес опустился над
Сибирской трагедией. В течение двух лет расследования продолжали проводиться, но,
в мире не только не говорили об этом, но даже никто ничего не слышал. Европа
врачевала свои раны. Она снова повернулась лицом к Германии, побеждённой, но всё
ещё страшной. Большевики для неё оставались явлением непонятным. И только,
начиная с 1920 и 1921 годов, до нас начали доходить первые официальные сообщения
о чудовищном преступлении, совершённом в доме Ипатьева. А 17 февраля 1920 года в
Берлине произошло событие, которое сначала выглядело, как обычное происшествие,
но, которое спустя 2 года, породило явление, позже названное «Дело Анастасии». В
этот день речная полиция Берлина выловила из Ландвергского канала тело женщины,
которую сначала посчитали мёртвой. Когда молодую женщину удалось привести в
сознание, её пытались расспросить, уговаривая назвать хотя бы своё имя. Напрасный
труд. Замкнувшись во враждебном молчании, она не назвала не своего имени, не
объяснила причин, которые толкнули её на этот отчаянный поступок. Полиция
решила, что всё это вызвано страхом, тем более, что она всё время прятала своё лицо.
Поиски истины слишком затянулись, и друзья Анастасии, а позже и немецкие власти
решили установить идентичность Незнакомки под именем мадам Анастасия
135
Чайковская. Впрочем, впоследствии в Яссах, благодаря расследованию, которое
провели власти Румынии в 1927 году, был обнаружен документ, в котором говорилось,
что группа беженцев, сопровождающая великую княжну Анастасию, прошли Березину
в 1919 году. Вот текст документа: «В армянской церкви города Яссы работал армянин,
по имени Сарко Грегориан, который бежал из России в 1919 году. Этот армянин
заявил, что перебираясь из России в Румынию, им нужно было пересечь Днестр.
Прежде, чем пересечь Днестр, они некоторое время жили в монастыре*, находящемся
недалеко от румынской границы. В том же монастыре в это время была русская
великая княжна Анастасия, младшая дочь царя Николая II, которую спас
красногвардеец во время ночного убийства в Екатеринбурге. Этот красногвардеец
служил в охране дома Ипатьева, когда там содержалась царская семья. В то время,
когда беженцы поджидали удобного момента, чтобы переправиться через Днестр,
ночью к монастырю подошла большая группа вооружённых большевиков. Беженцы
были вынуждены тайком бежать из монастыря. Сарко Грегориан с женой и тремя
детьми, а также великая княжна Анастасия и сопровождающие её люди переправились
через Днестр в том месте, которое было названо «Бе». (На процессе поднимался
вопрос об этой аббревиатуре «Бе», и позднее было установлено, что это обозначало
«Бе»резина.**) На другом берегу реки их встретил офицер русской армии, возможно,
полковник. Он посадил всех беженцев в автомобиль и довёз до Георгиева. Великая
княжна из Георгиева поехала в Бухарест. 6 мая 1919 года, когда Сарко Грегориан
находился в Кишиневе, посыльный привёз ему 5 тысяч лей от великой княжны
Анастасии, в качестве благодарности за помощь, которую он оказал ей во время
бегства из монастыря. Еще покидая Кишинев, Анастасия прислала ему льняной
крестик и иконку, и просила его не крестить новорожденную малышку, пока она не
вернётся. Она обещала стать её крёстной матерью. И до сегодняшнего дня армянин так
и не крестил ребенка, потому что ждёт возвращения великой княжны Анастасии.
Переведено и подписано старшим лейтенантом Herona.
Бухарест, 4 мая 1927». *Речь идет о церкви Св. Михала Архангела в селе Парканы. Это
была одна из самых больших и красивых церквей Бессарабии. Она была освящена в
1914 году и уничтожена в1960 году по приказу Н.С. Хрущева. (Прим. ред. В. М.) **На
самом деле «Бе» это сокращение от названия города Бендеры. Причина заблуждения в
том, что в 1919 году город был переименован в Тигина. Прежнее имя городу вернули
только в 1940 году. (Прим. ред. В. М.). Принц Сигизмунд? - Сын «тёти Ирэны»,
родной племянник императора Вильгельма II. Когда, наконец, она соизволила его
принять, то настолько очаровала его, что он забыл про свои обиды. - Да, - добавила
Татьяна Боткина, - принц Сигизмунд, немецкий кузен царских дочерей, её узнал, как
впрочем, и Лили Дэн, бывшая придворная дама императрицы. В течение нескольких
недель Лили Дэн игнорировала её, а потом убедилась, как и я, что это Анастасия. Её
убедила, между прочим, одна интересная деталь. Рука Анны Андерсон и рука
императрицы имеют одну особенность – у той и у другой длина трёх средних пальцев
одинакова.
Тут я, буквально, подскочила. На фотографии великой княжны - девочки я заметила,
на правой руке, которой она пишет, три средних пальца, действительно одинаковы по
длине. Я взяла свою книгу, и снова встретилась с «Незнакомкой», живущей у
комиссара Грюнберга, где она совсем не чувствовала себя лучше. Она прожила у него
всего несколько месяцев, но, они имели тяжёлые последствия.
Грюнберг систематизировал и хронологически обработал всё, что Анастасия
Чайковская, которую все называли «Анна», рассказала Кляйсту. Всё, что она ему
доверила о своём прошлом. Он пригласил, в интересах опознания, жену Генриха
136
Прусского, урождённую Ирэн Гессенскую. Чтобы организовать встречу двух женщин,
которые могут оказаться тётей и племянницей, он увёз Анастасию в свой дом в
деревне. Его отсутствие в Берлине совпало с событием, которое, увы, никогда не
освещалось. Клара Пойтерт, которая продолжала поддерживать контакт со Швабе,
сообщила ему, что к ней приходил какой – то иностранец. Его прислали к ней из
приюта Дальдорф. Она не могла с ним нормально поговорить, так как плохо понимала
его язык. Он спрашивал про Анастасию, он увидел её фотографию и написал внизу по-
русски: «Анастасия Николаевна». Очень взволнованный, со слезами на глазах, он дал
ей понять, что хочет узнать адрес молодой женщины. Клара Пойтерт, которая не знала
её адреса, дала ему адрес Швабе. Швабе встретили его, и иностранец рассказал им, что
это он привёз Анастасию в Берлин и здесь её потерял. Адрес комиссара Грюнберга ему
сообщили, но там ему сказали, что Незнакомка, которую он ищет, живет в деревне.
Обескураженный, он исчез, ничего не рассказав о себе. Эта история, когда её
рассказали больной, вызвала у неё приступ отчаяния. Она без конца повторяла, что
мужчина, который её искал, должен был оставить письмо у Швабе. Почему они
отпустили его? Почему позволили ему уйти? Конечно, речь шла о брате её спасителя.
Обида на Швабе и Кляйстов перешла в ненависть. Она обвиняла их в том, что они
только ищут выгоду от её присутствия. После таких обвинений они, разочарованные и
раздражённые, поставили её в один ряд со своими злейшими врагами. (Мои
примечания: «Эти воспоминания Анны Андерсон (Анастасии Романовой) говорят о
том, что она не бросила своего ребенка (сына), а потерялась в Берлине. И, что она
любила своего сына и первого супруга Семена или Николая Черных (Александра
Чайковского)».
На «анастасиевском» горизонте появилось много новых личностей.
№1. Мадам Ратлеф - Кайлман, прибалтийка, которую господин Грюнберг знал и
попросил её позаботиться об умирающей. №2. Господин Цале, дипломат,
полномочный представитель Дании в Германии. Принц Дании Вольдемар, младший
брат царицы – матери, обязал его заняться проблемой идентификации Неизвестной.
Сестра принца Вольдемара, Мария Фёдоровна, вдова Александра III и мать убитого
царя, бежала в свою семью в Копенгаген с младшей дочерью великой княжной Ольгой.
Из любви к ним Вольдемар решил узнать правду. №3. Профессор Руднев, известный
московский хирург, которого история Анастасии так взволновала, что он решил
поместить её в свою клинику Моммзен в Берлине. Он решил попытаться её спасти.
Мадам Ратлеф – Кайлман, господин Цале и он образовали трио ангелов хранителей.
Они были абсолютно убеждёны, что имеют дело с великой княжной Анстасией.
Именно по этой причине каждый из них станет её самым ярым защитником. Цале,
верный инструкциям, выданным ему принцем Вольдемаром, будет посылать рапорт за
рапортом в королевский дом в Копенгагене, пытаясь доказать, что он не может
обмануться. Больная является настоящей великой княжной Анастасией. Мадам Ратлеф
– Кайлман будет писать статьи и книги об Анастасии. Профессор Руднев сделал
несколько уникальных операций на суставах Анастасии, пораженных костным
туберкулезом, и тем самым спас её от неминуемой гибели. Он будет много лет вести
записи и сообщать Цале о состоянии её здоровья. К несчастью, существенная часть
свидетельств этих троих, включая целые тома досье, содержащие отчёты господина
Цале своему королю, остались недоступными. Спустя тридцать два года, несмотря на
неоднократные запросы, королевский двор Дании отказал трибуналу Гамбурга
предоставить материалы Цале. История борьбы в деле Анастасии между господином
Жильяром и датским дипломатом Цале, настолько запутана, что я хочу забежать
немного вперед. Прежде, чем продолжить рассказ, я приведу кое – какие документы,
137
которые могут ответить на вопрос, о причинах поведения Жильяра, и установить
некоторое равновесие, которое я тщетно искала во время ожидания начала процесса в
Гамбурге. В сущности, ошибки Претендентки, на которые ссылается Жильяр в книге
«La fausse Anastasia», не так уж значительны, как можно думать. Я касалась этой темы
в своём расследовании, не ставя целью опорочить мадам Андерсон. Что касается
рапортов господина Цале, то непонятно, почему, если по утверждению профессора
Жильяра они были забавны и пристрастны, король Дании не позволил, чтобы трибунал
с ними ознакомился? Не для того ли, чтобы на все вопросы отвечала «La Fausse
Anactasia» Жильяра, книга, которую прочитали и адвокаты и судьи? Почему два
разных подхода и два разных отношения в одном деле? Чего боится королевский двор
Дании, скрывая досье Цале? Свидетельство, которое я хочу вам сейчас представить, не
имеет ничего сенсационного. Женщина, которая отправила его мэтру Вермерену,
адвокату мадам Андерсон, никогда не имела отношения к процессу Анастасии. Мадам
де S.A. познакомилась с господином Цале у своих родителей, господина и госпожи
фон Купельвейзер, которые в то время являлись владельцами известного острова
Брион. Она знает, что верность и чистосердечие этого великолепного дипломата выше
всяких подозрений. Вот, что она пишет: «Господин Цале, дипломат, представитель
Дании в Берлине, отдыхал со своей женой и дочерью Бритой (подругой моей сестры
Аннель) в течение лета 1932, 1933 и 1934 годов на острове Брион. В те годы Брион ещё
принадлежал моей семье. Я, будучи замужем, жила в Париже, а летние месяцы
проводила на Брионе у моей матери в небольшом замке. Дипломат и его семья часто
бывали гостями моих родителей… Дипломат нам как – то рассказал про Анастасию, с
которой он вновь встретился после её возвращения из Америки. Он рассказал нам всю
историю этой несчастной женщины. Великая княжна нас очень заинтересовала, тем
более, что предыдущим летом мы познакомились с маркизой Мильфорт – Гавен,
внучкой покойного князя Михаила Романова. Разве можно понять поведение семьи
этой несчастной? – сказал он.- Они начали с того, что сказали «да», а потом забрали
свои слова обратно. Даже бывшая гувернантка, жена наставника, предала её. Однако,
все они говорили, что видели шрам, который был у неё на пальце левой руки. Они
задавали ей вопросы, ответить на которые могла только Анастасия. Но, я убеждён, к
досаде тех свидетелей, которые сегодня молчат, что истина пробьёт себе дорогу…
-Однажды, - продолжала мадам de S.A., Цале провожал меня до залива. Мы были одни.
Меня очень взволновало то, что он рассказал у моих родителей, и я спросила: - Можно
ли что - то сделать, чтобы правда восторжествовала быстрее? - Увы! – ответил Цале, -
Здесь замешаны очень большие деньги. Но, не волнуйтесь. Я обладаю такими
неопровержимыми документами, что правда восторжествует, хотят они этого или нет.
- Позднее, - закончила мадам de S.A., - я встретила у принцессы Крой, мадам Цале,
ставшую вдовой. Я спросила, в каком состоянии находится «Дело Анастасии», но она
только молча, безнадежно махнула рукой». Факты, которые сообщила мадам de S.A. ,
происходили 8 или 10 лет спустя после того времени, когда Цале защищал интересы
«Неизвестной девушки».
В моих руках находится и другой документ, обвиняющий Жильяра. Речь идёт о письме
мадам Ратлеф – Кайлман господину Сергею Боткину, бывшему послу, президенту
Ассоциации помощи русским эмигрантам в Берлине. Я исключила только повторения:
Глубокоуважаемый Сергей Дмитриевич, Посылаю вам письма супругов Жильяр,
полученные мною в различные периоды. Я считаю более полезным, чтобы эта
корреспонденция находилась у вас. Я заботилась о больной «неизвестной» в течение
целого года, и я лично не сомневаюсь, что она действительно является великой
княжной Анастасией Николаевной. Вот почему я хотела, насколько это было
138
возможно, помочь установлению личности больной. Естественно, я подходила к делу
со всей объективностью, и не позволяла чувствам руководить мною. Я прочитала в
газетах, что господин и мадам Жильяр никогда не признавали в больной великую
княжну Анастасию Николаевну и даже никогда не находили никакого сходства. Все
эти утверждения построены на лжи. В первые дни октября 1925 года, когда Жильяры
увидели больную в Берлине, они были совершенно потрясены. На второй день своего
визита к ней господин Жильяр говорил о больной, как о великой княжне Анастасии
Николаевне. Он сказал мне, что лицо больной, очень похудевшей, скорее напоминает
лицо великой княжны Татьяны Николаевны, но характер, резкие перепады от
радостного состояния к меланхолии, это абсолютно в стиле великой княжны
Анастасии. И мадам Жильяр заметила, что деформация пальцев ног абсолютно такая
же, как у великой княжны Анастасии Николаевны. Мадам Жильяр была потрясена тем,
что после получасового разговора больная попросила её подать ей духи. Затем она
вылила их на её ладони и попросила её смочить виски. Потрясённая Мадам Жильяр
рассказала об этом жене посла Дании. Ещё она рассказала мадам Цале, что великая
княжна Анастасия Николаевна очень любила иногда душить её (бывшую Шуру
Теглёву) своими духами. Она сама часто душилась, и духи всегда играли большую
роль в жизни великой княжны Анастасии Николаевны. Всё поведение Жильяра
указывало на то, что он полностью уверен в возможности скорого опознания больной в
качестве великой княжны Анастасии Николаевны. Разговаривая между собой, они не
допускали и мысли, что больная не является великой княжной Анастасией
Николаевной. Однако, после нескольких визитов к русским эмигрантам, он поменял
своё мнение. Что касается мадам Жильяр, то она плакала, покидая больную, и
говорила мне сквозь слёзы: - Я любила княжну, и так же полюбила эту несчастную!
Скажите, почему я так полюбила её? Вернувшись в Швейцарию, Жильяр писал мне, но
тон его писем изменился. Он объяснил, что не может писать иначе, так как не убеждён
в том, что больная является великой княжной. Вы сами это прочтёте в письмах,
которые я вам посылаю. До этого времени я держала слово, данное Жильяру, никому
не показывать и не отдавать эти письма. Теперь я сама предлагаю вам их, а также
письма его жены. Дело в том, что господин Жильяр дал разрешение на опубликование
своих писем в газетах, уверяя всех, что они (он и его жена) никогда не верили, что речь
идёт о великой княжне Анастасии Николаевне. Я прошу вас снять копии с этих писем,
потому что, возможно, это недоразумение, и журналисты плохо информированы. В
течение всего года я тщательно записывала каждое слово больной, и теперь вы
полностью можете мной располагать. Если нужно громко рассказать об этом, я это
сделаю даже под присягой. Примите моё искреннее уважение. Х. Ф. Ратлеф
Копия сделана в Организации защиты прав русских эмигрантов Германии. Копия
соответствует оригиналу. Берлин, 4 августа 1926.
№522 (печать) (заверил А. Гамм.) Свидетельство самого профессора Жильяра
доказывает, что и мадам Жильяр и великой княжне Ольге Александровне не так легко
дались заявления, которые они сделали официально, спустя несколько лет после
посещения «Неизвестной девушки». В свое время они колебались, глубоко
взволнованные внешним сходством, словами и жестами больной. В одной из редких
копий отчетов господина Цале королю Дании, которая у нас имеется, описывается
первое посещение великой княжной Ольгой несчастной молодой женщины,
прикованной к постели:
- Я сопроводил великую княжну до двери комнаты, где находилась Неизвестная, и
остался ждать её в коридоре. Она вышла из комнаты больной в очень возбуждённом
состоянии. Я обеспокоенно смотрел на неё, ожидая, что она решила. Она сказала,
139
сильно волнуясь:
- Я не могу сказать, что это она, но, я и не могу сказать, что это не она. Встреча со
слугой Волковым у меня оставляет впечатление диалога двух призраков. Двое,
вернувшиеся с того света, встречаются лицом к лицу. Первый, Волков, волей случая
избежавший смерти, сумел добраться до Дании, и был узнан своими хозяевами. И вот
этого ожившего мертвеца отправляют в Берлин, увериться, что другая, вернувшаяся с
того света, является самозванкой. Умирая, Волков сознался в том, что лгал,
утверждая, что не узнал великую княжну, потому что, подписывая отрицательный
вердикт, он верил, что это делается во благо царицы – матери. Это запоздалое
признание могло стать еще одним из доказательств. Адвокаты мадам Андерсон
надеялись найти их в досье Цале. Теперь о том, что касается Шуры Теглёвой, ставшей
мадам Жильяр. Есть смысл вернуться к размышлениям мадам Ратлеф – Кайлман.
касающихся ступней больной. Великая княжна Анастасия сильно страдала от
деформации больших пальцев ног. Это вынуждало её, девочку – подростка, носить
ортопедическую обувь. Обувщик, который изготавливал для неё обувь, жил в
Дармштате у Гессенских. Императорская семья несколько раз приезжала по
приглашению брата царицы, великого герцога де Гессе. Разумеется, что у обувщика
были гипсовые слепки больных ног Анастасии. В 1926 году, когда великий герцог
захотел доказать, что незнакомка не является его племянницей, он потребовал, чтобы
ему прислали слепки ступней этой «авантюристки», чтобы, сравнив их, иметь
доказательство её лжи. Слепки ему были сделаны, но на этом все остановилось. Никто
никогда не слышал о результатах этой экспертизы, такой простой и такой
убедительной».130 Мои мысли: «Сын Великой Княжны Анастасии Романовой (Анны
Андерсон) родился в конце 1919 г., а не в 1918 г., то есть после заключения
официального брака с Семеном или Николаем Черных (Александром Чайковским). Об
этом пишет в своих воспоминаниях Татьяна Боткина: «29 cентября 1919 г. у Анастасии
родился сын. Она назвала его Александром. (https://proza.ru/2010/06/16/1470)». Мои
мысли: «В кинофильме Андрея Медеведева, 2020 г. под названием «Великая
неизвестная война» говорится о том, что: «Уинстон Черчилль. Глава Банка Англии
Монтегю Норман передает Рейхсбанку 6 000 000 фунтов. Чехословацкий золотой
запас, находящийся в английском банке. В британских элитах на происходящее
реагировали с восторгом. В марте 1939 г. было заключено Дюссельдорфское
соглашение между имперской промышленной группой Рейха и Федерацией
британской промышленности. Именно в этот день вермахт полностью занял
Чехословакию. Только господ на Западе это нисколько не смущало. Никто не боялся
замараться, никто не опасался того, что это приключение закончится войной.
Половину чехов ассимилировать преимущественно путем переселения в Германию в
качестве подневольной рабочей силы. Другая половина, особенно интеллектуалы
подлежит ликвидации. Адольф Гитлер. Начинает действовать так называемый «новый
порядок». Пристсрастие Гитлера к древнегерманской истории, изучение источников
нордической культуры и, прежде всего, арийских народов явились той основой на
которой в значительной мере строилась его рассовая теория и на которую опиралось
его неприятие смешанных расс. На этой же основе выросла его концепция единения с
Англией. Это единение предполагалось противопоставить величайшему врагу Запада –
коммунистическому недочеловечеству. При этом фюрер был твердо убежден, что
Сталин с 1924 г. в соответствии с гигантской тайной программой осуществляет
130 https://proza.ru/2015/07/16/1409
140
систематическое расовое смешение народов Советского Союза, стремясь к
преобладанию монголоидных элементов. Отсюда вывод, СССР, как цивилизация не
представляет никакой ценности. Русские – не люди вовсе. Хуже евреев. Поэтому такая
разная война в Европе и в России. Вступая на территорию Франции, Бельгии и
Нидерландов каждый солдат вермахта имеет памятку с десятью заповедями о ведении
воны. В которой предписывается себя вести лояльно по отношению к мирному
населению и не нарушать международных правил ведения войны. Когда вермахт
вторгается в Советский Союз солдатам дают указание не щадить никого. В войсках
«СС» 57 % иностранцев. 7000 французских добровольцев только в дивизии
шарлемань. Ее бойцы воюют против Красной Армии вплоть до второго мая,
защищают рейхсканцелярию. В дивизиях «СС» венгры, датчане, голландцы,
норвежцы, шведы, бельгийцы, эстонцы, латыши, хорваты, финны. Сотни тысяч
добровольцев. Плакаты: «Вместе против большевизма» по всей оккупированной
Европе. Для этих европейцев русские тоже недолюди. Из письма личного секретаря
фюрера Мартина Бормана, 1942 г.: «Славяне призваны работать на нас. Когда же мы
перестанем в них нуждаться они могут преспокойно умирать. Размножение славян
нежелательно. Они могут пользоваться противозачаточными средствами или делать
аборты. Чем больше, тем лучше. Образование опасно». Из выступления
рейхскомиссара Украины Эриха Коха, Киев, 1943 г.: «Мы – раса господ. И должны
помнить, что последний немецкий труженик в расовом и биологическом отношении
представляет в 1000 раз большую ценность, чем местное население». Всего в СССР
согласно директиве Гитлера планируется уничтожить 30 000 000 человек. Это после
войны европейские политики станут говорить: «Ой, ну что вы, мы с Гитлером дела
иметь не хотели». А тогда в тридцатые годы в Европе Гитлер не считался ни
чудовищем, ни просто плохим парнем. Даже после принятия расовых законов 1935 г.,
в 1936 г. европейцы совершенно спокойно поехали в Берлин на Олимпиаду. Ничего
зазорного они в этом не видели, как и в законах. Ну подумаешь расовые законы. В
Америке тоже всюду надписи: «Только для белых» и ничего. Что касается
автомобильной промышленности, то она на 70 % находилась в руках американцев.
«Opel» был частью «General Motors». Именно на базе «Opel Blitz» создается
газенваген, машины – душегубки для уничтожения людей. Из акта комиссии по
расследованию массового убийства с помощью машин-душегубок детей-инвалидов в
детском доме г. Ейска: «При раскопке могилы нами обнаружены 214 детских трупов.
Мальчиков и девочек. В возрасте от 4 – до 7 лет примерно, лежащих беспорядочно
друг на друге. У некоторых в руках были палки и костыли». Глава компании «General
Motors» Джеймс Муни в 1939-1940 г.г. приезжал в Берлин, чтобы обсудить с Гитлером
и Геренгом как превратить заводы «Opel» в оборонные предприятия. Сам Муни готов
был инвестировать 100 000 000 долларов США на перепрофилирование заводов в
Германии. К началу Второй Мировой заводы «Ford» полностью встали на
обслуживание немецкого военно-промышленного комплекса. Американец владел еще
тремя заводами во Франции. После того, как страна была оккупирована нацистами
заводы поставили вермахту 6000 грузовиков. До 1945 г. заводы «Ford» в Кельне
произвели в общей сложности 78 000 грузовиков для вермахта и 14 000 машин на
гусеничном ходу. При этом заводы на 100% оставались собственностью американца.
Нефтяной рынок в Германии стал частью западной системы. 90 % этого рынка
контролировалось США, Великобританией и Нидерландами. «Standard Oil»
(американская нефтяная корпорация) будет снабжать гитлеровскую Германию нефтью
и в годы Второй Мировой через Канарские острова. Оттуда немецкие танкеры будут
возить ее в Гамбург. В 1944 году Германия ежемесячно будет получать 48 000 тонн
141
американской нефти. Компания «International telegraph and telephone» (ITT Corporation)
– американская корпорация в конце тридцатых годов тоже переводила национал-
социалистам деньги. Взамен «ITT Corporation» получила доступ к немецким военным
производствам, таким как авиастроительный завод. До последнего момента
Великобритания не оставляла надежд найти с нацистами хоть какой-то компромисс.
Поэтому не случайно, что параллельно с московскими переговорами лето 1939 г.
велись еще тайные англо-германские переговоры. В Кремле об этом знали, потому что
у советской разведки были очень хорошие позиции в Лондоне, обеспеченные так
называемой «кембриджской пятеркой». Знаменитыми советскими разведчиками.
Сталин был осведомлен. Очень влиятельный в Великобритании лорд Ллойд. Он
говорил, что Гитлер всем плох, всем ужасен. Неприемлем. Но мы ему простим все
лишь бы он шел на восток и уничтожил коммунистическую заразу. Япония в это
время демонстрирует себя, как очень агрессивное государство по отношению к
Советскому Союзу. Англия фактически признавала все захваты Японии на территории
Китая и гарантировала Японии свободу рук в том случае, если японская агрессия
пойдет на север. На территорию Советского Союза. Я хочу назвать вам 4-5 чисел.
«Standard Oil of New Jersey», инвестировала в Третий рейх 120 000 000 долларов, «ITT
Corporation» 30 000 000, «Ford» 17, 5 миллионов долларов, «General Motors»
100 000 000. Если суммировать инвестиции пяти тысяч компаний США, которые
поддерживали отношения с Рейхом, то Вы получите сотни миллионов долларов. Без
западных вливаний средств Германия бы не смогла заново вооружиться. Без
иностранных денег война не продлилась бы шесть лет. За пять лет воны прибыли
американских монополий только в нефтяной, сталелитейной, химической и
авиационной промышленности достигли 57 миллиардов долларов. Дипломатические и
экономические игрища элит Великобритании, США, Франции обошлись миру в
70 000 000 жизней». Мое личное мнение, логическая конструкция о судьбе Анастасии
Романовой (Анне Андерсон): «Во многих источниках указывается, что Анастасия
Романова (Анна Андерсон) вспоминала с теплотой и благодарностью своего супруга
Семена или Никола Черных (Александра Чайковского), спасшего ей жизнь. Он
рисковал собственной жизнью и жизнью своей семьи, чтобы спасти ее из рук убийц-
большевиков. Это был отважный и смелый мужчина, совершивший Великий Подвиг.
По сути своей он оказался более достойным и прекрасным человеком и ВОИНОМ, чем
вся эта аристократия «белая эмиграция», сбежавшая в другие страны из Российской
Империи и бросившая Императора Николая II и Его Семью на растерзание
большевикам. И не важно, что он был не из аристократической среды, так как по своей
сущности он являлся Истинным Человеком: Достойным и Отважным. А вся эта
«аристократия» - «белая эмиграция» и другие родственники Императора Николая II и
Императрицы Александры Федоровны оказались швалью, ублюдками и мразями,
шайкой трусов и мародеров, издевавшихся над Анастасией Романовой (Анной
Андерсон), занимавшихся разделом имущества убитого Императора, то есть
мародерством. Бог помог Семену или Николаю Черных (Александру Чайковскому)
спасти Анастасию Романову (Анну Андерсон). Вероятнее всего, что она потерялась в
Берлине, когда приехала туда с Семеном или Николаем Черных (Сергеем Чайковским)
родным братом своего убитого супруга. Так как она была в очень подавленном
состоянии и после перенесенных травм, особенно удара по голове прикладом оружия в
Ипатьевском доме, у нее могли наблюдаться нарушения работы сознания. Возможно,
что все бы это излечилось при благоприятных обстоятельствах, но она потеряла
Семена или Николая Черных (Сергея Чайковского) во время их пребывания в
Германии. (О том, что они потерялись написано в книге Татьяны Боткиной:
142
«Возвращение Анастасии», «Anastasia retrouvee», (интернет ресурс:
https://proza.ru/2010/05/31/1100): «Сгустились сумерки, когда Анастасия, при помощи
Сергея Чайковского добралась до окраин Берлина. Великая княжна, изнуренная, шла с
трудом, не замечая течения времени. Все перемешалось в ее голове: стремительный
отъезд с Сергеем из Румынии, расставание с ребенком. связанное с опасностями,
пересечение границ без документов, перебежки с поезда на поезд, а, иногда, пешие
переходы, в снег…
Анастасия провела рукой перед глазами. Наступила ночь. Великая княжна дрожала.
Почему она на улице в это холодное время, в час, когда все слуги в Александровском
дворце переходили из комнаты в комнату, зажигая лампы, в час, когда она лежала в
своей постели, а царица была так нежна? Пристроившись рядом, она с любовью
разглаживала волосы своей маленькой дочки. Ничего не замечая, Анастасия
остановилась. Сквозь туман слез, она внезапно различила силуэт удаляющегося
Сергея, так далеко от нее! После смерти Александра Анастасия уцепилась за него. Что
станет с ней, если Сергей исчезнет? Испугавшись, она позвала его. Сергей не слышал
и продолжал идти. Анастасию охватила паника. Она не могла больше выносить этот
город, сжимавший ее своими стенами, мостовые, от которых болели ноги,
встречавшихся женщин с пустыми глазами, закутанных в серые шали. Лицо ее
исказилось от страха, и Великая княжна побежала. Ей нужно догнать Сергея, иначе,
она была уверена в этом, большевики найдут ее и увезут с собой. Она бежала, почти не
зная куда, и лишь когда, наконец, почувствовала, что ее поддерживает мужская рука,
успокоилась. Сергей всегда ее защищал, и она знала, что он не предаст. Они молча
продолжали свой путь. Анастасия вся сосредоточилась на ходьбе, но она так устала,
что с трудом передвигала ноги. Начался мелкий дождь и светло-серый тротуар
покрылся темными пятнами, которые, в свете фонарей, блестели, как черное дерево.
Раза два Анастасия поскользнулась на мокром асфальте и едва не упала, вовремя
ухватившись за руку своего спутника. Она не сразу поняла, что Сергей что-то говорит.
С огромным трудом разбирала произносимые им слова.
- Мы в Берлине, куда вы так хотели попасть. Куда теперь? Анастасия пробормотала:
- Я не знаю. Я очень устала. Я хочу лечь…Сергей озабоченно посмотрел на великую
княжну.
- Вы не в состоянии дальше идти. Нужно найти отель. Немного спустя, Сергей,
поддерживая еле стоящую на ногах Анастасию, вошел в холл неопрятного дома с
множеством окон. Анастасия чувствовала, как ей помогают подняться по лестнице,
ведут по коридору. Откуда-то, издалека, до нее долетали приглушенные звуки голосов.
Наконец, ей помогли лечь на кровать. Руки и ноги казались неподъемными. Она
чувствовала, как погружается в глубокий сон, не имея сил сделать малейшее
движение, сон утомительный, тяжелый. Анастасия внезапно проснулась, сердце
бешено колотилось, готовое разорваться. Холодный пот струился по спине, а челюсти
были так стиснуты, что болели все мышцы лица. Она поискала глазами красную
лампадку, которая всегда горела в ее комнате в Александровском дворце, освещала
икону, в серебряном с золотом окладе, висевшую над ее кроватью. Господи, что
случилось? Где она? Ее взгляд пробежал по комнате, маленькой, темной и незнакомой.
Ее охватил ужас. Сибирь! Ссылка! Тюрьма! Все началось снова! Великая княжна
застонала, стала звать мать и сестер, смешивая, в своем заблуждении крики прохожих,
доносившиеся с улицы, с голосами пьяных красногвардейцев. Затем к ней вернулась
память. Анастасия сжала тонкими пальцами виски. Неважно, что она постоянно
погружается в эти ужасные воспоминания. Важно лишь то, что ей удалось убежать от
большевиков. Теперь, успокоившись, она могла радоваться тому, что жива и свободна.
143
Завтра, как только отдохнет от дороги, она найдет свою тетю Ирину. Больше не надо
будет прятаться, бояться, что в любой момент эти мерзкие убийцы могут ее найти.
Волна радости охватила Анастасию, она почувствовала себя полной жизни и
соскочила с кровати, радуясь близкой встрече. Великая княжна не сделала и двух
шагов, как глаза ее затуманились, а затем появились белые вспышки, ей казалось, что
ее обволакивает густой туман. Анастасия, задыхаясь, превозмогая головокружение,
добралась до кровати и повалилась на нее. Она заплакала от слабости и усталости.
Мимолетное ощущение, что все хорошо, улетучилось, оставив синяки на теле и шум в
ушах. Она чувствовала себя плохо, очень плохо, не в силах выносить накатившую
дурноту. Если бы рядом с ней кто-нибудь был, чтобы поддержать, успокоить, сказать,
что все это дурной сон. Сергей! Почему его нет здесь, когда он так ей нужен? Комната
стала казаться враждебной. Она должна увидеть Сергея! Анастасия поднялась, на этот
раз осторожно, и направилась к двери, скрывавшейся в полумраке. В соседней комнате
никого не было. На стуле она увидела скудный багаж Сергея. Газета и его пустой
портсигар небрежно брошены на кровать, но Сергея здесь нет. Почему он ушел?
Анастасия боролась с собой, чтобы не впасть в панику. Сергей не мог ее бросить, он
где-то рядом, его надо найти. Первая дверь, которую она открыла, выходила в
обшарпанный коридор, освещенный голой лампочкой. В глубине коридора Анастасия
заметила лестницу и спустилась по ней. Портье отеля, дремавший за стойкой, не
заметил, как молодая женщина, с встревоженными глазами, пересекла маленький холл
и вышла в ночь. Резкий ветер, продувающий анфиладу улиц, обрушился на нее, и от
его пронзительного свиста Анастасии стало плохо. Молодая женщина была без сил. В
маленьком сквере ей снова привиделся Сергей, сидящий на скамейке, но, когда она
подошла, оказалось, что это всего лишь тень от дерева. Разочарование надломило
Анастасию. Ее маленькая комнатка в отеле казалась теперь тихой гаванью, и ей так
захотелось туда вернуться. Анастасия повернула обратно, прошла одну улицу, вторую,
третью. Эти места были ей незнакомы. Анастасия вдруг поняла, что заблудилась в
незнакомом городе. У нее не было денег. Она не знала название отеля и его адрес.
Анастасия продолжала бесцельно идти. Она так устала, что не хватало сил на то,
чтобы волноваться по этому поводу. Глянув за перила моста, она не могла больше
оторвать глаз от черной воды, сверкание которой завораживало ее. Анастасия закрыла
глаза и стала качать головой вперед и назад. Понемногу она начала раскачиваться всем
телом! Великая княжна никогда не помнила, что произошло. Внезапно, вода ее
встретила»). Мои мысли: «Также во многих источниках и в том числе в архивах
Романова Андрея Владимировича есть ее воспоминания о том, что она просила помочь
ей найти ее сына. Это подтверждает гипотезу о том, что она потерялась в Берлине,
точнее потеряла Семена или Николая Черных (Сергея Чайковского) родного брата
своего убитого супруга. Татьяна Боткина также поступила крайне эгоистично и
неблагодарно по отношению к Анне Андерсон (Анастасии Романовой). Она могла ее
приютить у себя, помочь устроить ей жизнь, найти достойную работу, создать
благоприятную психологическую атмосферу. Также крайне важно отметить, что
основные проблемы у Великой Княжны Анастасии Романовой (Анны Андерсон)
начались после того, как она 2 года провела в психиатрической больнице. Ее туда
поместили после попытки самоубийства». Из книги Татьяны Боткиной «Возвращение
Анастасии» (https://proza.ru/2010/06/07/1272: За два года, проведенных среди
сумасшедших, Анастасия похудела на 15 килограммов. Исхудавшая, с острой анемией
и первыми признаками костного туберкулеза, она почти не умела говорить. Кран,
дверная ручка ей казались непреодолимыми препятствиями. Она забыла множество
движений каждодневной жизни. Доктор Шиллер (сообщение доктора Шиллера о
144
состоянии здоровья Анастасии в 1923 году), семейный врач фон Кляйстов, не скрывал
страшного диагноза. Шансы выжить, у больной были невелики, а если сказать точнее,
их просто не было. https://proza.ru/2010/05/31/1100: Сверкающие глаза великой княжны
покрылись вуалью меланхолии. - О, да. Все… Я забыла все. Как открывать кран. Как
чистить зубы. Узнавать время. Даже сейчас я еще забываю. Я делаю усилия, но это
очень трудно. Я не хочу напрягать себя, иногда это так тяжело… - Когда это с вами
случилось? Спросила я.
Быстрым жестом Анастасия спрятала от меня свои руки, но я успела заметить, что они
дрожали. Она опустила глаза. - В госпиталях, - ответила она бесцветным голосом. - Я
два года провела в этих госпиталях… В тех, где содержат сумасшедших!
https://proza.ru/2010/06/07/1272: Анастасия провела в Дальдорфе около двух лет. Два
года в приюте оставили неизгладимый след в ее душе. Первые дни были похожи на ад.
Никогда, ни во время своего заключения в Сибири, ни во время путешествия с
Чайковскими, она не чувствовала такой тоски). Мои мысли: «Вынося исторический
приговор в контексте норм международного права, следует отметить следующее:
Изучив различные данные, в том числе архивные данные, я могу сделать вывод, что:
1. Была проявлена особая жестокость и бесчеловечность, граничащая со
звериной жестокостью, со стороны всего императорского дома Романовых, так как
никто не признал Анастасию Романову (Анну Андерсон) спасшейся дочерью
Императора Николая II. Более того предпринимали активные действия с целью
опорочить Ее и единственной их целью было завладеть имуществом Императора
Николая II.
2. Особую жестокость и бесчеловечность, граничащую со звериной
жестокостью, проявили все правящие члены королевских домов Европы, не
предприняв никаких шагов к тому, чтобы помочь устроить комфортную и
благополучную жизнь спасшейся Дочери Императора Николая II Анастасии
Романовой (Анне Андерсон). Необходимо отметить, что была предпринята
бесчеловечная афера со стороны Эрнста-Людвига, великого герцога Гессенского,
родного дяди Анастасии Романовой (Анны Андерсон), заключавшаяся в том, что он
фашистским образом обвинил Ее в том, что она простая польская рабочая Ф.
Шанцковская.
3. Особую жестокость и бесчеловечность, граничащую со звериной
жестокостью, проявили американцы и второй супруг Анастасии Романовой (Анны
Андерсон): Д. Манахан, издевавшиеся над беззащитной женщиной-инвалидом, держа
ее постоянно в домах для умалишенных. Не поддается никакому оправданию поступок
ее второго супруга Д. Манахана, предположительно, отключившего ее от аппарата
искусственного дыхания. Так как он был моложе ее на 20 лет и держал при себе с
единственной целью, чтобы она не смогла довести до конца разбирательство в суде.
Напомню, что в 1976 г., когда она была повторно замужем (второй супруг д, Манахан)
были выяснены обстоятельства, касающиеся идентичности ушных раковин Анны
Андерсон и Анастасии Романовой. Но Д. Манахан от имени Анны Андерсон
(Анастасии Романовой) сделал официальное заявление, что будто Она не хочет
продолжать судебное разбирательство. Думаю, что он просто воспользовался Ее
беззащитностью и инвалидностью в целях правительства США и, возможно, что он
был агентом ЦРУ. Данная организация известна своими жестокими и бесчеловечными
преступлениями по всему миру.
Таким образом, подводя итог, всем вышеуказанным военным преступлениям, то есть
преступлениям, совершенными лицами, обязанными быть верными присяге и чести,
представляется следующий приговор:
145
Вышеперечисленные лица, указанные в пунктах 1, 2, 3 являются военными
преступниками. Военные преступления не имеют срока давности. Ответственность
наступает по законам военного времени. Предполагаю, что справедливым наказанием
в данной ситуации, учитывая особую жестокость и тяжесть совершенных
преступлений говорить о смертной казни. Так как всем, кто мог и имел возможность
помочь Императору Николаю II и Его Императорской Семье помочь спастись было
безразлично абсолютное беззаконие и звериная жестокость в Их отношении. А
впоследствии этими же лицами была проявлена изощренная жестокость и
антигуманность по отношению к спасшейся Дочери Императора Николая II Анны
Андерсон (Анастасии Романовой). Также приказ Ленина об убийстве Императора
Николая II и Его Царской Семьи – это военное преступление, преступление против
человечности. Далее были совершены также факты мародерства в со стороны
Романовых. Так как они присвоили незаконным образом имущество Анны Андерсон
(Анастасии Романовой) при содействии правящих кругов США и королевских домов
Европы и Англии. Также Романовы (члены императорского дома), члены правящих
кругов США и королевских домов Европы представляется справедливо обвинить в
дезертирстве. Так как вместо того, чтобы всем вместе помочь Императору Николаю II
и Его Царской Семье, они занимались пустословием, распускали гнусные сплетни,
английская разведка совместно с мразями из русской аристократии организовали
убийство бедного Распутина, помогавшего больному гемофилией Цесаревичу
Алексею». Под военным преступлением в международном уголовном праве
понимается предусмотренное в акте международного уголовного права виновно
совершенное общественно опасное деяние, посягающее на установленные
основополагающими принципами международного права и международным
гуманитарным правом правила ведения вооруженных конфликтов международного и
немеждународного характера. Анализ концепции состава преступления в
международном уголовном праве позволяет сделать вывод о том, что в нормах
международного уголовного права содержатся признаки объективного (описание
деяния, последствий, времени, места, способа его совершения и т.д.) и субъективного
(виновность, мотив, цель) характера, характеризующие деяние как преступление по
международному уголовному праву: 1) опасность деяния для мирового правопорядка,
мирового сообщества в целом или тех благ и интересов, которые охраняются системой
международного права в целом; 2) противоправность, т.е. указание на преступность
деяния либо описание деяния как преступного или его последствий в юридической
норме; 3) виновность; 4) индивидуальная уголовная ответственность за его
совершение.
С учетом вышеизложенного состав военного преступления по международному
уголовному праву определяется как совокупность установленных источниками
международного уголовного права объективных и субъективных признаков,
характеризующих деяние как военное преступление по международному уголовному
праву. Состав военного преступления по своей сути отражает признаки состава
международного преступления, т.е. может рассматриваться как совокупность
установленных источниками международного уголовного права объективных и
субъективных признаков, характеризующих деяние как преступление по
международному уголовному праву (Кибальник А.Г. Современное международное
уголовное право: понятие, задачи и принципы / Под ред. А.В. Наумова. СПб., 2003. С.
249). Общественная опасность военных преступлений как международных
проявляется в их угрозе миру и безопасности человечества, международной
безопасности и международному правопорядку (Международное право: Учеб. / Отв.
146
ред. В.И. Кузнецов. М., 2001. С. 637). Иными словами, они представляют собой "особо
опасную угрозу для всего международного сообщества". А.Н. Трайнин считал, что
международные преступления угрожают "основам существования и прогрессивному
развитию народов", а М.И. Блум отмечала, что "международные преступления... резко
различаются по своей направленности и опасности для судьбы мира и человечества"
(Блум М.И. Вопросы борьбы с преступностью. Рига, 1988. С. 34), И.И. Карпец полагал,
что все международные преступления "весьма серьезно могут подрывать
международный правопорядок" (Карпец И.И. Преступления международного
характера. М., 1979. С. 46). Н.И. Костенко указывает, что "международные
преступления по своему характеру наиболее тяжкие преступления, и совершаются они
в области международных отношений...", посягают "на отношения между
государствами в условиях мирного сосуществования" (Костенко Н.И. Международная
уголовная юстиция. Проблемы развития. М., 2002. С. 138). Принимая во внимание то,
что задачей международного уголовного права является обеспечение и поддержание
мирового правопорядка, следует сделать вывод, что мировой правопорядок (или его
безопасность) и будет выступать в качестве общего объекта для всех международных
преступлений131. Но… (ВОСКРЕСЕНИЕ УБИЕННЫХ). Но Соколов так и не нашел
трупов Царской Семьи. Был чей-то отрезанный палец, чья-то вставная челюсть… И
кострище рядом с безымянной шахтой, которое он объявил могилой и прахом Царской
Семьи… Через полтора года после «расстрела Семьи в Ипатьевском доме» (так
утверждал Соколов), или «исчезновения Романовской Семьи из Ипатьевского дома»
(так формулировали его оппоненты), появляется Анастасия. Таинственная женщина,
судьба которой уже более 70 лет волнует мир132. Следует сказать и о нашумевшей
книге Э. Саммерса и Р. Мэнгольда «Досье на царя». Авторы, приложив много усилий и
выработав свою концепцию об обстоятельствах последних дней царской семьи,
«открыли» (среди прочих интересных документов) экземпляр дела Р.А. Вильтона,
хранящийся в Гарвардском университете. Обнаружив в нем полностью
игнорировавшиеся предыдущими авторами материалы расследования А.Ф. Кирсты в
Перми, они, главным образом на их основе, выработали гипотезу о перевозе семьи
Николая II в июле 1918 г. Из Екатеринбурга в Пермь, они, главным образом на их
основе, выработали гипотезу о перевозе семьи Николая II в июле 1918 г. Из
Екатеринбурга в Пермь и о гибели ее лишь осенью 1918 г. Допускают они и
возможность спасения отдельных членов семьи и относятся с доверием к миссис
Андерсон, провозгласившей себя великой княжной Анастасией Николаевной еще в
1920 г. По решению Комиссии от 26 октября 1993 г. Академик РАН В.В. Алексеев
подготовил краткую историческую справку о событиях, связанных с гибелью
последнего российского императора Николая II и поисками его останков, в которой
изложил известные исторические факты расстрела царской семьи, их слуг и
обнаружения останков девяти лиц, внес предложение по исторической экспертизе
предполагаемого царского захоронения. Аргументация была следующая: «…
поскольку общественное мнение по данному вопросу в России и за рубежом настолько
131 Статья: Анализ формирования признаков объекта и объективной стороны составов военных
преступлений в современном международном уголовном праве (Белый И.Ю.) ("Право в
Вооруженных Силах", 2015, N 11) (Система Консультант Плюс).
132 Радзинский Э. Господи… Спаси и усмири Россию. Николай II: жизнь и смерть. Москва:
ВАГРИУС, 1996. (для книги об Анастасии Романовой = Анне Андерсон: с. 403.
147
наэлектризованно, что одними лабораторными исследованиями судмедэкспертного
характера не обойтись». В.В. Алексеев предлагал «поднять новый пласт исторических
материалов, проливающих дополнительный свет на эти события. С моей точки зрения,
не до конца использованы возможности введения в научный оборот следующих
документов133:
1. Директив центра по отношению к царской семье, решению ее судьбы в первой
половине июля 1918 г. и связи их с внутренним и международным положением
Советской республики того периода.
2. Официальных материалов местных органов власти:
а) не найдено решение Уралоблисполкома о расстреле, хотя оно цитируется в
западных публикациях;
б) исследователям недоступен акт фиксации смерти представителей царской семьи в
ночь на 17 июля 1918 г., между тем как имеются свидетельства его существования.
3. Официального доклада Я.М. Юровского большевистскому центру о расстреле семьи
и сокрытии ее останков (есть упоминания о том, что сын Я.М. Юровского располагал
копией данного документа).
4. Прижизненных медицинских карт членов семьи (сохраняется надежда получить их
от одной из европейских стран).
5. Докладов немецкой агентуры, которая тщательно следила за всеми передвижениями
в районе дома Ипатьева (позволит подтвердить или окончательно опровергнуть
возможность вывоза из дома женской части семьи).
6. Документов Наркомата иностранных дел (известно, что его ответственные
сотрудники до конца 1918 г. делали публичные заявления о сохранности женской
части семьи).
7. Досье Анны Андерсон – Анастасии (хранится в Датском Королевском архиве).
8. Коллекции документов международной комиссии по расследованию обстоятельств
гибели императора Николая II и его семьи (г. Стенфорд, штат Коннктикут, США)».).
В.В. Алексеев поставил вопрос о необходимости введения в научный оборот уже
опубликованных Г.Т. Рябовым, Э.С. Радзинским, Ю.А. Бурановым, В.М. Хрусталевым
и другими исследователями исторических источников, как то: директивы центральной
власти о судьбе царской семьи; решение Уралоблисполкома о расстреле; официальный
доклад Я.М. Юровского большевистскому центру; документы Наркомата иностранных
дел о якобы сохраненных жизнях женщин царской семьи134.135
Когда произошла «Октябрьская Революция», совершенная большевиками и Ленин
оказался у власти, было покончено со всем, что было сделано Царем. Ленин решил
судьбу Романовых, то есть издал приказ об убийстве Императора Николая II и Его
Семьи. Брат Ленина был повешен за попытку убить Императора Александра III, отца
Императора Николая II.После «Октябрьской Революции» вся власть и ответственность
133 ГА РФ. Ф. 10130. Оп. 1. Д.3. Л.2.
134 См.: Протокол заседания № 107 СНК от 2 мая 1918 г. о содержании царской семьи в
Екатеринбурге. ГА РФ. Ф. 130. Оп. 23. Д. 13. Л. 58-59; телефонное сообщение исполкома
Уралоблсовета председателю СНК В.И. Ленину и председателю ВЦИК Я.М. Свердлову. ГА РФ.
Ф. 601. Оп. 2. Д. 35. Л. 8-9; записка А.А. Иоффе Г.В. Чичерину. 21 июля 1918 г. РГАСПИ. Ф. 2.
Оп. 1ю Д. 6674. Л. 1.
135Лыкова, Людмила Анатольевна. Следствие по делу об убийстве российской императорской
семьи : [историографический и археологический очерк] / Л. А. Лыкова ; Федеральное арх.
агентство, Российский гос. арх. социально-политической истории. - Москва : РОССПЭН, 2007. С.
39, 220, 221.
148
за судьбу Императора Николая II и Его Семьи была на Ленине. Ленин даже ценил
доктрину экстремиста Нечаева, оправдывавшего уничтожение всей династии
Романовых.
Даже один этот факт является весомым доказательством того, что именно Ленин
одобрил казнь Императора Николая II. Авторы считают, что Ленин приказал убить
только Императора Николая II, а Его Семья была спасена136. Двадцать пятого июля
1918 года, спустя всего неделю после предполагаемой казни, король Георг V в
Лондоне посетил церковную службу по своему двоюродному брату Николаю II. «Из
России мне стало известно, - написал король в своем дневнике, - что вероятнее всего
Алики (Александра), ее четыре дочери и малолетний сын были убиты одновременно с
Ники. Это невыносимо ужасно и свидетельствует о том, какие изверги эти
большевики. Возможно, что для бедной Алики это даже к лучшему. Но чем виноваты
бедные дети!»137 «Что случилось с этой несчастной Аликс, которая столько раз была
причиной всех ваших несчастий? – спрашивала той осенью королева Румынии Мария
в своем письме к сестре Николая II, великой княжне Ксении Александровне»138.
Многие из тех, кто не поверил ей, подозревали, что фрейлейн Анни была просто
пешкой в чьей-то игре, находилась под влиянием некой группы, которая подготовила
ее для этой исключительно трудной роли. После русской революции прошло всего
несколько лет, и появившаяся в Берлине претендентка на великокняжеский титул в
глазах многих являлась советским секретным агентом. Другие в этой общине
перешептывались и указывали пальцами друг на друга, полагая, что некоторые
недобросовестные товарищи по изгнанию использовали ее, чтобы предъявить
претензии на якобы неслыханные богатства Романова, хранящиеся в европейских
банках. Но подобные предположения являлись чистой нелепостью: захоти Советское
государство или какая-то группа монархистов, недовольных текущим развитием
событий, внедрить в общину лжекняжну, они вряд ли остановили бы выбор на столь
эмоционально неуравновешенной и необщительной особе, какой оказалась фрейлейн
Анни. Это был один из наиболее убедительных доводов, высказанных в ее пользу.
«Один из молодых стражников, - заявляла она, - уделял мне очень много внимания в то
время, пока мы находились в Екатеринбурге». «Много раз, - утверждала она, - мы
разговаривали с ним и надеялись встретиться друг с другом при иных
обстоятельствах»139. По словам фрейлейн Анни, этого стражника звали Александр
Чайковский. Очевидно, ее спаситель был по национальности русским, сыном
заключенного, которого приговорили к ссылке в Сибирь, но который был выходцем из
семьи, принадлежавшей к польской знати140. Она говорила, что Александр был
136Anthony Summers, Tom Mangold. The file on the TSAR. Updated and reissued in 2002 by Orion
Books Ltd, Orion House, 5 Upper St Martin’s Lane, London WC2H 9 EA. Printed and bound in Great
Britain by Clays Ltd, St Ives plc. P. 39, 285-297.
137 King George V, diary entry of July 25, 1918, in Rose, 216.
138 Queen Marie of Romania to Grand Duchess Xenia Alexandrovna, letter of September 19, 1918, in
Hall and Van Der Kiste, 137.
139 AA to Rathlef-Keilmann, notes of June 20, 1925, in Rathlef-Keilmann notes, in Hamburg, Bln III,
loose.
140 Statement of Baron von Kleist, August 4, 1922, in Gilliard and Savitch, 49; Marie Clara Peuthert to
Princess Irene of Hesse, Princess Heinrich of Prussia, letter of August 23, 1922, in Gilliard and Savitch,
51-52; AA to Rathlef-Keilmann, notes of June 21, 1925, in Rathlef-Keimann notes, in Hamburg, Bln III,
loose.
149
«красивым молодым человеком около двадцати шести лет и с черными волосами»141.
Согласно ее версии Чайковский увез раненую Анастасию в дом своих родителей,
который, как она предполагала, находился в небольшом поселке близ Екатеринбурга, и
там его мать Мария, сестра Вероника и брат Александра Сергей обеспечивали уход за
Анастасией и лечили ее раны142. Когда, по словам претендентки, большевики в
Екатеринбурге установили, что Анастасии не обнаружено ни среди живых, ни среди
мертвых, Чайковский испугался, что его схватят, и вместе со своей семьей повез ее на
повозке в Румынию. Как она вспоминала: «Лежа в телеге на охапке соломы, я не знала,
кем были те люди, разговор которых я слышала. Когда телегу трясло на ухабах, у меня
начинала ужасно болеть голова, и я чувствовала сырость тряпки, в которую она была
забинтована, а также то, что волосы мои слиплись от крови»143. В ходе этого
путешествия они покупали новые повозки и новых лошадей, продавая драгоценности,
которые, как она сказала, были зашиты в ее одежде144. Фрейлейн Анни практически
ничего не помнила об ее гипотетическом путешествии из Сибири через Украину в
Румынию. «Я не могу сказать, что я находилась в сознании» - такое объяснение она
дала позднее громадным пробелам в своем повествовании; она только говорила «о
неделях, возможно месяцах» в течение которых она лежала на задке повозки, страдая
от полученных ран. «Мы двигались по таким малонаселенным местам, нам
приходилось ночевать в лесу, и мы проехали по такому количеству дорог… Бывало и
так, что мы двигались по безлюдным дорогам в течение настолько долгого времени,
что у нас кончалась вода и иссякали запасы провизии. Мне в рот клали мякиш черного
хлеба, чтобы я не умерла с голоду»145. «Он спас меня»146. В один из дней осени 1918
года, рассказывала фрейлейн Анни, их группа пересекла какую-то безымянную реку,
возможно, это был Днестр, и направилась в Бухарест, чтобы найти приют у
родственника Чайковского, который работал в это городе садовником и жил в
небольшом домике147. «Все это время я сильно болела, - утверждала фрейлейн Анни, -
и помню очень немногое из того, что было тогда»148. По ее мнению дом, в который они
приехали, стоял поблизости от узловой железнодорожной станции. Кажется, Зинаида
Толстая, которая, услышав рассказанное, первая высказала предположение, что улица,
141 Statement of Baron von Kleist, August 4, 1922, in Gilliard and Savitch, 49; Marie Clara Peuthert to
Princess Irene of Hesse, Princess Heinrich of Prussia, letter of August 23, 1922, in Gilliard and Savitch,
51-52; AA to Rathlef-Keilmann, notes of June 21, 1925, in Rathlef-Keimann notes, in Hamburg, Bln III,
loose.
142 Zenaide Tolstoy to Baron Arthur von Kleist, August 4, 1922, in Gilliard and Savitch, 49;Gertrude
Spindler to former Russian ambassador in Bucharest Pokloevsky-Kozell, in Pokloevsky-Kozell letter to
Serge Botkin, May 17, 1926, in Gilliard and Savitch, 146; Marie Clara Peuthert to Princess Irene of
Hesse, Princess Heinrich of Prussia, letter of August 23, 1922, in Gilliard and Savitch, 52; statement of
Dr. Sonnenschein of St. Mary’s Hospital. In Ian Lilburn Collection; Rathlef-Keilmann, 91-93.
143 Rathlef-Keilmann, 91.
144 Statement of Baron Arthur von Kleist, June 20, 1922, in Gilliard and Savitch, 48; statement of Baron
Arthur von Kleist, quoting zenaide Tolstoy, August 4, 1922, in Gilliard and Savitch, 49; Marie Clara
Peuthert to Princess Irene of Hesse, Princess Heinrich of Prussia, letter of August 23, 1922, in Gilliard
and Savitch, 51-52; Pokloevsky-Kozell, letter to Serge Botkin, May 17, 1926, in Gilliard and Savitch,
146; Bonhoeffer report, March 18, 1926, in Hamburg, XIV, 2389-2402.
145 Rathlef-Keilmann, 91 – 92.
146 Rathlef-Keilmann, 31.
147 Rathlef-Keilmann, 94-95; Gertrude Spindler to former Russian ambassador in Bucharest Pokloevsky-
Kozell, in Pokloevsky-Kozell letter to Serge Botkin, May 17, 1926, in Gilliard and Savitch, 146; AA to
Rathlef-Keilmann, notes of December 9, 1925, in Rathlef-Keilmann, notes, in Hamburg, Bln III, loose.
148 AA, dictated replies to questions, May 8, 1929, p. 7, in Ian Lilburn Collection.
150
на которой стоял этот дом, называлась Свенты Воевода149. Претендентка рассказала
барону фон Клейсту что, находясь в Бухаресте, она 5 декабря 1918 года родила
сына150. Эта дата стала предметом особой озабоченности, поскольку она ставила дату
зачатия, даже с поправкой на преждевременные роды, на время до массовой казни в
Екатеринбурге. Вскоре претендентка стала настаивать на том, что эта дата была
названа самим фон Клейстом, а лично у нее нет никакого представления о
предполагаемой дате рождения сына151. Если учесть, что связность ее повествования
обеспечивалась путем стыковки одного обрывочного воспоминания с не менее
обрывочным другим, могло быть и так, что барон просто ошибся. Барону фон Клейсту,
Пойтерт и инспектору полиции она заявила, что ребенок был назван Алексеем152.
Позднее в силу каких-то неизвестных причин она опровергла это не имеющее особой
важности сообщение, объявив, что все трое сами придумали все это и что «ребенок
получил то же имя, что и отец, то есть Александр»153. В одной дате, по словам
фрейлейн Анни, она была достаточно твердо уверена: в соответствии с тем, что ею
было сказано барону фон Клейсту, она вышла замуж за Александра Чайковского 18
января 1919 года. Первоначально она сказала, что сочеталась браком под именем Анна
Романская, хотя позднее настаивала на том, что назвалась Анастасией Романовой154.
Венчание состоялось по католическому обряду, оно прошло в одном из соборов
Бухареста, название которого она не помнит, и проводил его священник, имя которого
она тоже не может вспомнить. Она призналась, что в то время она обратилась в
католическую веру и сына своего, перед тем как отдать его, она тоже окрестила по
католическому обряду155. Если верить претендентке, Чайковскому как-то удалось
отыскать некий аппарат, название которого ей было неизвестно, но который она
успешно использовала, чтобы изменить форму носа и очертание рта; позднее это
воспоминание было опущено ею156. Хотя претендентка и путалась, называя
большинство дат, она сообщила Пойтерт, что ей думается, что, до того как о ее
присутствии в городе стало известно, она прожила в Бухаресте около двух лет157.
Однажды, сказала она, было совершено нападение на Александра Чайковского; в
какой-то перебранке на одной из улиц Бухареста в него стрелял, как подозревают,
большевистский агент, посланный, чтобы найти ее. Через три дня Александр умер, и
его похоронили на одном из католических кладбищ города. После смерти Александра,
как утверждала фрейлейн Анни, она оставила своего сына на попечение семьи
149 Statement of Baron Arthur von Kleist, quoting Zenaide Tolstoy, August 4, 1922, in Gilliard and
Savitch, 49.
150 Statement of Baron Arthur von Kleist, August 10, in Gilliard and Savitch, 49.
151 Kurth, 34.
152 Statement of Baron Arthur von Kleist, August 10, 1922, in Gilliard and Savitch, 49; Marie Clara
Peuthert to Princess Irene of Hesse, Princess Heinrich of Prussia, Letter of August 23, 1922, in Gilliard
and Savitch, 52; letter of Inspector Franz Grunberg, June 19, 1925, in Hamburg, XIV, 2540-2545.
153 AA to Rathlef-Keilmann, June 30, 1925, in Rathlef-Keilmann notes, in Hamburg, Bln III, loose.
154 Statement of Baron Arthur Kleist, August 10, 1922, in Gilliard and Savitch, 49 – 50; Inspector Franz
Grunbertg, letter of June 19, 1925, in Hamburg, XIV, 2540-2545.
155 Statement of Baron Arthur Kleist, August 10, 1922, in Gilliard and Savitch, 49 – 50; Marie Clara
Peuthert to Princess Irene of Hesse, Princess Heinrich of Prussia, letter of August 23, 1922, in Gilliard
and Savitch, 51-52; letter of Inspector Franz Grunberg, June 19, 1925, in Hamburg, XIV, 2540-2545;
statement of Dr. Karl Sonnenschein, in Ian Lilburn Collection.
156 Statement of Baron Arthur Kleist, August 10, 1922, in Gilliard and Savitch, 49.
157 Marie Clara Peuthert to Princess Irene of Hesse, Princess Heinrich of Prussia, letter of August 23,
1922, in Gilliard and Savitch, 52.
151
Чайковских в Бухаресте и направилась на север158. Первоначально она утверждала, что
для этой цели использовала деньги, вырученные от продажи ее последних
драгоценностей. Однако позднее фрейлейн Анни выдвинула маловероятную версию,
согласно которой Сергей, брат Александра Чайковского, в январе 1920 года пошел к
королеве Румынии Марии и, объяснив положение вещей, продал ей драгоценности за
небольшую сумму денег наличными, нужную, чтобы добраться до Германии159. В
соответствии с тем, что позже ею было сказано своим приверженцам, из Румынии она
попала в Венгрию, а затем проехала через всю Австрию, и все это без паспорта или
вообще каких-либо документов; данное обстоятельство требовало от нее нелегального
пересечения границ и уклонения от встреч со служащими таможни160. Сначала она
утверждала, что пересекла границу и пришла в Германию пешком, затем заявляла, что
приехала сюда на поезде161. Как вспоминала Пойтерт, претендентка говорила ей, что в
поисках некоего русского аристократа, которого постоянно преследовали
большевистские агенты, она сперва поехала в Париж и только позже прибыла в
Германию162. Но в соответствии с тем, что ею было сказано как барону фон Клейсту,
так и Зинаиде Толстой, она отправилась из Бухареста прямо в Берлин, прибыв сюда
примерно в середине февраля 1920 года163. Прибыв в Берлин, говорила фрейлейн Анни
Зинаиде Толстой, она сняла комнату в небольшом пансионате, расположенном на
Фридрихштрассе близ железнодорожной станции. Однако вспомнить название
пансионата фрейлейн Анни не смогла, правда, в разговоре с другими она позже
утверждала, что не помнит ничего о том времени ее пребывания в этом городе164.
«Моим намерением было, - говорила она барону фон Клейсту, - жить незаметно и
тихо, опасаясь преследователей, а также работать, чтобы было на что жить»165.
Позднее она добавит, что в ней жила надежда каким-то образом добиться аудиенции у
принцессы Ирэны Прусской166. И вместе с этим в первый же вечер своего пребывания
в Берлине или неделей позже (она настаивала на том, что верны обе версии) фрейлейн
Анни совершила попытку самоубийства167. Она обычно признавалась в этом деянии,
считая его «величайшей глупостью»168. Одному из докторов претендентка призналась,
что, когда она лежала предоставленная самой себе в гостиничном номере, не знающая
158 Statement of Baron Arthur von Kleist, quoting Zenaide Tolstoy, August 4, 1922, in Gilliard and
Savitch, 49.
159 AA to Alexei Miliukov, June 18, 1966, in Miliukov tapes.
160 Gertrude Spindler to former Russian ambassador in Bucharest Pokloevsky-Kozell, in Pokloevsky-
Kozell letter to Serge Botkin, May 17, 1926, in Gilliard and Savitch, 147.
161 Bonhoeffer report, March 18, 1926, in Hamburg, XIV, 2389-2402; statement of Dr. Theodor Eitel,
December 22, 1926, in Hamburg, VIII, 1394-1402; AA, dictated replies to questions, May 8, 1929, 10, in
Ian Lilburn Collection; statement of Dr. Karl Sonnenschein, in Ian Lilburn Collection.
162 Marie Clara Peuthert to Princess Irene of Hesse, Princess Heinrich of Prussia, letter of August 23,
1922, in Gilliard and Savitch, 53.
163 Marie Clara Peuthert to Princess Irene of Hesse, Princess Heinrich of Prussia, letter of August 23,
1922, in Gilliard and Savitch, 52.
163Statement of Baron Arthur von Kleist, quoting Zenaide Tolstoy, August 4, 1922, in Gilliard and
Savitch, 49 – 50; statement of Baron Arthur von Kleist, June 7, 1922, in Gilliard and Savitch, 46.
164 Statement of Baron Arthur von Kleist, quoting Zenaide Tolstoy, August 4, 1922, in Gilliard and
Savitch, 49.
165 Statement of Baron Arthur von Kleist, June 20, 1922, in Gilliard and Savitch, 48.
166 Rathlef-Keilmann, 32.
167 Rathlef-Keilmann, 32; Marie Clara Peuthert to Princess Irene of Hesse, Princess Heinrich of Prussia,
letter of August 23, 1922, in Gilliard and Savitch, 53.
168 Statement of Dr. Theodor Eitel, December 22, 1926, in Hamburg, VIII, 1394 – 1402.
152
пределов безнадежность положения, в котором она оказалась, сокрушила ее, и ей стало
страшно показаться на глаза принцессе Ирэне, потому что «в этом случае всем станет
известен ее позор, все будут знать, что она родила ребенка от спасшего ее
простолюдина и что этот ребенок брошен ею где-то в Румынии». Все это, заявила она,
и заставило ее броситься в канал Ландвер169. Но если верить Пойтерт, претендентка
говорила ей, что вскоре после приезда в Берлин она заметила слежку. В один из
вечеров ее втащили в проезжавший мимо автомобиль и накачали наркотиками; люди,
похитившие ее, сняли с нее принадлежавшую ей одежду и, перед тем как подъехать к
каналу Ландвер, одели как заводскую работницу, а затем бросили ее, находящуюся в
полубессознательном состоянии, в воду170. Таким был рассказ о спасении в изложении
фрейлейн Анни – сложная путаница невероятных приключений и противоречий,
которая не способствовала укреплению доверия к ее словам. Совершенно невероятная
история приобрела ореол правдоподобия, после того как в эмигрантской общине
возникли и просочились в печать многочисленные слухи, подтверждающие эту
историю. Начиная с конца двадцатых годов сторонники претендентки на титул
великой княжны выступили с серией заявлений и сплетен, которые содержали
предположение, что Анастасия выжила во время той массовой казни. Военнопленный
австриец Франц Свобода, который был в Екатеринбурге во время казни, говорил, что
ранним утром 17 июля 1918 года ему случилось проходить мимо дома Ипатьева, и он
тогда услышал приглушенные звуки выстрелов. Вбежав во двор, он увидел «солдата,
наклонившегося над телом женщины; она закричала, и солдат ударил ее прикладом по
голове». Свобода говорил, что эта молодая женщина подавала признаки жизни; вместе
с двумя приятелями, имена которых не установлены, он втащил эту раненую девушку,
то есть Анастасию, в тележку и тайно отвез ее в дом, расположенный дальше по
улице171. Еще один человек, а именно Генрих Клейбенцетль сказал, что вскоре после
казни он видел раненую Анастасию, и хозяйка дома, в котором он жил и который
стоял неподалеку от дома Ипатьева, ухаживала за ней172.
И кроме того, еще были слухи, которые привозили те, кто приехал из Сибири, и
сведения, о том, что одной или более великим княжнам удалось избежать смерти; по
утверждению одного из прибывших оттуда «слухи о княжнах беспрестанно ходили по
всему Екатеринбургу»173. Несколько человек заявляли, что большевистские власти
провели в Екатеринбурге повальные обыски, переходя от дома к дому в поисках
пропавшей дочери императора. Они также говорили об афишах, в которых извещалось
о вознаграждении за ее поимку174. Артур Розе, лейтенант русской Белой армии
169 Statement of Dr. Karl Sonnenschein, in Ian Lilburn Collection.
170 Marie Clara Peuthert to Princess Irene of Hesse, Princess Heinrich of Prussia, letter of August 23,
1922, in Gilliard and Savitch, 53.
171 Franz Svoboda, affidavit of November 19, 1928, in Hamburg, Bln IV, 4-47; Svoboda, statement of
December 12, 1938, in Hamburg, Bln IV, 41-52; Svoboda, statement of February 21, 1940, in Hamburg,
Bln IV, 40.
172 Heinrich Kleibenzetl, statement of July 28, 1965, in Hamburg, XXVI, 4911-4924, 4935-4941.
173 Alexei Golovine, statement of February 25, 1965, in Hamburg, XXIV, 4677-4680; Alois Hochleitner,
statement of April 8, 1929, in Hamburg, XXIV, 4465; Olga Vissor, statement in Rathlef-Keilmann, 207;
Dr. Gunther Bock, testimony of November 19, 1965, in Hamburg, XXVII, 5159, 5166; Julius Homberg
to Rathlef-Keilmann, letter of April 20, 1929, cited in Kurth, 45; Arthur Rohse, testimony of November
20, 1956, in Hamburg, VII, 69-70.
174 Rathlef-Keilmann, 207; Heinrich Kleibenzetl, estimony of July 28, 1965, in Hamburg, XXVI, 4911-
4924, 4935-4941: Alois Hochleitner, statement of April 8, 1929, in Hamburg, XXIV, 4465; Aucleres,
25-27; Dr. Vladimir Poletyka, statement of May 23, 1929, in Hamburg, XXIV, 4468-4470.
153
упоминал об «особых приказах», изданных военным командованием, предписывавших
подготовить «четыре бронированных и полностью укомплектованных личным
составом вагона», которые предполагалось послать через всю Сибирь, чтобы отыскать
и вывезти в безопасное место спасенных великих княжон175. В дополнение к истории
княгини Елены Сербской, которую большевики осенью 1918 года сочли Анастасией,
граф Карл Бонде, глава шведского отделения Красного Креста в Сибири, подробно
рассказывал, как в один из дней 1918 года его личный поезд «был остановлен и
обыскан с целью найти великую княжну Анастасию, дочь императора Николая II.
Однако великой княжны на поезде не было, и никто не знал, где она скрывается»176.
Таинственной оказалась фигура спасителя – Александра Чайковского. Хотя ни одного
человека с таким именем и фамилией не оказалось в отряде, который сторожил дом
Ипатьева, сторонники претендентки сделали предположение, что это был псевдоним.
В конце концов они высказали догадку, что таинственным Чайковским являлся поляк
– Станислав Мишкевич, который вместе со своим братом Николаем действительно
числился в охране в Екатеринбурге177. После того как был опубликован рассказ
фрейлейн Анни, а вместе с ним и многочисленные просьбы о подтверждении
представленных сведений, на первый план вышел некий Константин Анастасиу,
который заявил, что осенью 1918 года он встретил в Бухаресте солдата, которого звали
Станислав, и тот сказал ему, что, когда тела убитых отвозили в лес у деревни Коптяки,
он спас одну из великих княжон. Она была ранена и нуждалась в медицинской
помощи, но он боялся отвести ее хоть в какую-нибудь больницу178. Хотя эта версия
находилась в противоречии с тем, что поведали Свобода и Клейбенцетль, сторонники
претендентки на княжеский титул ухватились за нее, как за дополнительный аргумент
в этом деле. Кроме того, был еще некий Сарчо Грегорян, он говорил, что 5 декабря
1918 года несколько человек, которых вел мужчина, похожий, судя по описанию, на
Мишкевича, пересекли реку Днестр. По его словам, он запомнил это, потому что ему
сказали, что среди этой группы находится спасенная великая княжна, и за его услуги
ему заплатили деньгами, полученными от продажи нитки жемчуга179. Немецкая
оккупация Бухареста продолжалась до осени 1918 года, и много лет спустя данное
обстоятельство позволило нескольким бывшим офицерам германской разведки дать
показания в пользу слушания уже бывших в употреблении историй о спасшейся
Анастасии, которая скрывалась в этом городе, вероятно, не без немецкого участия180.
Весной 1925 года один человек, которого сторонники претендентки на
великокняжеский титул описали как «русского солдата по внешнему виду», пришел в
Дальдорф и стал наводить справки о Неизвестной, данная версия приняла еще более
странные формы. Кто-то отправил его к Кларе Пойтерт, и, как об этом говорилось
потом, он, увидев фотографию претендентки, залился слезами и воскликнул, что это
Анастасия. Он оставил письмо, в котором говорилось, что ее ребенок помещен в
175 Arthur Rohse, testimony of November 20, 1956, in Hamburg VII, 69-70.
176 Gilliard and Savitch, 24; Count Carl Bonde, statement in letter of October 13, 1952, to Prince
Friedrich of Saxe-Altenburg, in Hamburg, Bln V, 96.
177 Sokolov, 155, 158; see Rathlef-Keilmann, 196.
178 Declaration of Constantine Anastasiou, April 8, 1926, in Rathkef-Keilmann, 220-222.
179 Statement of Sarcho Gregorian, quoted in memorandum of Lieutenant General Heroua, Romanian
Ministry of the Interior, Criminal and Police Department, Bucharest, May 4, 1927, in Rathlef-Keilmann,
223-224.
180 See Lieutenant Colonel Werner Hassenstein, testimony of May 6, 1955, in Hamburg, XVIII, 3113-
3118; Heinrich Dietz, testimony of August 27, 1958, in Hamburg, VIII, 3344.
154
сиротский приют в Румынии, а на обратной стороне фотографии написал «Анастасия
Николаевна… Александерева… Иван Алексеев. Шоров… geb. (рожден) Pittersburg
(Петербург)». Сторонники претендентки подозревали, что этот мужчина являлся
Сергеем Чайковским, братом человека, считающегося спасителем княжны, лицом,
сопровождавшим ее на пути из Бухареста в Берлин. Однако этот неизвестный исчез
раньше, чем его смогли допросить, и больше никто и никогда не видел его и ничего не
слышал о нем181. Такие слухи, рассказы и любопытные переплетения версий требовали
объяснения, и в январе 1926 года берлинские сторонники претендентки послали в
Бухарест женщину по имени Гертруда Шпиндлер с целью провести расследование
этой истории. Единственным достижением Шпиндлер стало то, что она смогла найти
улицу, название которой впервые было предложено Зинаидой Толстой в качестве
возможного места, где могла жить семья Чайковских. Улица называлась Светны
Воевода, это был узкий переулок, который тянулся по городу позади бывшей
аристократической виллы182. Великая княгиня Ольга Александровна писала о том, что
«Да я уверена, что в знак благодарности моя мать без тени сомнения опустошила бы
свою шкатулку с драгоценностями»183. Мои мысли: Эти ее слова говорят о том, что
она боялась остаться без денег матери и поэтому специально не признавала Анастасию
Романову (Анну Андерсон) спасшейся дочерью Императора Николая II. То есть весь
ее образ был лживым и кажущимся, что она благородна. А на самом деле она была
просто корыстной сволочью (Романова О.А., сестра Императора Николая II).
Маловероятное не есть невозможное. Всего лишь через неделю после того, как в
августе 1922 года фрау Чайковская покинула апартаменты семьи фон Клейст, она
оказалась гостьей Франца Грюнберга, инспектора берлинской полиции в его
загородном поместье Функенмюлле. Грюнберг несомненно верил, что Анна Андерсон
(Анастасия Чайковская) действительно является Великой княжной Анастасией
Романовой. «Анастасия не является авантюристкой, она, по моему мнению, также не
является и жертвой обмана, в котором ее представляют дочерью царя. Прожив рядом с
ней ряд месяцев, я пришел к твердому убеждению, что она является дамой, привыкшей
вращаться в высших кругах русского общества, и вполне вероятно, что она
принадлежит к императорской фамилии. Каждое ее слово и каждый жест исполнены
такого возвышенного достоинства и таких повелительных манер, которые не
позволяют утверждать, что она освоила все это на более воздних этапах своей
жизни»184. Принцесса Ирэна, которая вплоть до 1913 года регулярно встречалась с
Анастасией на семейных празднествах, прибыла в Функенмюлле. Грюнберг за обедом
представил ее Анастасии Романовой под вымышленным именем. Первое впечатление
Ирэны было не в пользу претендентки.
Спустя несколько лет после смерти принцессы Ирэны великий князь Андрей
Владимирович в письме к своей двоюродной сестре великой княгине Ольге
Александровне утверждал, что принцесса признавалась (кому, он этого не сказал), что
181 See Rathlef-Keilmann, 217-218; Botkin, Woman Who Rose Again, 107; Kurth, 62-63; the reverse of
the photograph is in Rathlef-Keilmann, illustration 35, facing p. 209.
182 Statement of Baron Arthur von Kleist, quoting Zinaide Tolstoy, August 4, 1922, in Gilliard and
Savitch, 49; Pokloevsky-Kozell letter to Serge Botkin, May 17, 1926, in Gilliard and Savitch, 150;
Kurth, 402, n. 88.
183 Vorres, 177.
184 See Inspector Franz Grunberg, letter dated June 19, 1925, in Hamburg, XIV, 2540-2545.
155
«она могла совершить ошибку, и вероятно, что это была Анастасия»185. В 1917 году
Волков, бывший камердинер императрицы Александры, сопровождал семью
Романовых на их пути в ссылку в Сибирь. Волков бросился бежать в ближайший лес и
тем самым спасся от пуль, которыми были убиты те, кто был вместе с ним. То, что на
самом деле произошло при встрече Волкова с претенденткой, стало, как и почти все в
деле фрау Чайковской, спорным моментом. Волков спрашивал у нее, может ли она
назвать имена двух служителей, ухаживавших за цесаревичем Алексеем, может ли она
опознать Татищева как одного из адъютантов, где великие княжны прятали свои
драгоценности в последние дни своего заключения, а также может ли она узнать на
фотографиях вдовствующую императрицу и великого герцога Людвига Гессенского186.
Претендентка давала правильные ответы на вопросы пожилого мужчины, но вскоре
расспросы утомили ее, и, повернувшись к Ратлеф-Кальман, она заявила, что больше не
намерена тратить силы на то, чтобы доказывать свою подлинность187. Сам Волков
оставил отчет о встрече, совершенно противоположный тому, что утверждалось
Ратлеф-Кальман. После того как в 1929 году Волков умер, профессор Сергей
Осрогорский, который тоже служил при русском дворе, утверждал, что бывший
камердинер был не совсем тверд в своем обличении. «С одной стороны, - писал
Осрогорский, - он отказывал ей в ее притязаниях. Но с другой, он говорил мне, что его
беседа с этой больной глубоко тронула его, что он расплакался и поцеловал ей руку,
чего он, конечно же, никогда не стал бы делать, если бы перед ним оказалась не
великая княжна, а кто-либо еще». На вопрос об этом Волков, если верить
Острогорскому, разразился потоком слез и воскликнул: «Да, это так, я верю, что она и
есть великая княжна»188. И Цале, и Ратлеф-Кальман – оба настаивали на том, что
ранения в голову и в лицо могли изменить ее внешность. Младшая сестра Николая II,
Ольга Александровна после революции последовала за своей матерью в Копенгаген,
где она, ее муж и их дети поселились под крышей дома вдовствующей императрицы, и
их способность выживать в этом новом и непонятном для них мире находилась в
сильной зависимости от ее расположении и щедрости. Вдовствующая императрица
прямо заявляла, что считает ту молодую женщину в Берлине самозванкой189. Когда же
фрау Чайковская наконец открыла рот, она, как утверждала Ратлеф, засыпала великую
княгиню вопросами, спрашивая: «Как себя чувствует бабушка? Как ее сердце?»190
И вдруг происходит нечто, породившее очевидное изумление, - Чайковская обратилась
к Александре Жильяр, назвав ее «Шурой», то есть тем именем, что было в ходу у детей
императора, и указав на флакон с туалетной водой, попросила, чтобы та этой водой
протерла ей лоб. Ратлеф-Кальман говорила, что Анастасии очень нравилось, когда
няня так протирала ей лоб191. По утверждению Ратлеф-Кальман, Жильяр был
настолько тронут, настолько ошеломлен увиденным, что он вышел из комнаты, говоря
со слезами, запинаясь: «Как это чудовищно! Что стало с великой княжной Анастасией?
185 Grand Duke Andrei Vladimirovich to Grand Duchess Olga Alexandrovna, letter dated February 10,
1955, in Hamburg, XIV, 2549. P. 193
186 Rathlef-Keilmann, statement of July 1925, in Ian Lilburn Collection; Rathlef-Keilmann, 50.
187 Rathlef-Keilmann, 50.
188 Dr. Serge Ostrogorsky, affidavit of May 21, 1929, cited in Kurth, 123.
189 Hall, Little Mother, 342; Alexander Mikhailovich, Always a Grand Duke, 7, 212; Marie Pavlovna,
Princess in Exile, 102.
190 Rathlef-Keilmann, 99.
191 Rathlef-Keilmann, 104.
156
Ведь она же развалина, она – физически и душевно искалеченный человек!»192 По
словам Цале, ближе к окончанию своего визита Ольга Александровна выглядела
взволнованной и запутавшейся. «Я не могу сказать, что это – Анастасия, - так сказала
она Цале, - но я не могу также сказать, что это не она»193. Однако Ратлеф- Кальман
представила события в ином свете. Она убеждала, что великая княгиня отвела ее в
сторону и прошептала: «Наша малышка и Шура выглядят совершенно счастливыми,
снова найдя друг друга. Если бы у меня были хоть какие-то деньги, я бы сделала все
для нашей маленькой, но у меня денег нет, и мне приходится зарабатывать средства на
мои личные нужды с помощью живописи». И немногим позже, так говорила Ратлеф-
Кальман, она добавила: «Я так счастлива, что приехала сюда, и что я сделала это, даже
несмотря на то, что моя мама была против. Она так сердилась на меня. А еще моя
сестра послала мне телеграмму из Англии, в которой говорилось, что я ни при каких
обстоятельствах не должна навещать малышку»194. Cчитать ли все это фактом
признания со стороны Ольги? По мнению Ратлеф-Кальман, так оно и есть. И у нее был
еще один довод: по ее словам, Жильяр и его жена вели себя так, как если бы «они
открыто признали возможность» того, что претендентка и в самом деле была
Анастасией; во время посещения бывший учитель, заявляла Ратлеф-Кальман, даже
«говорил об этой пациентке так, как если бы он говорил о самой Анастасии195. И
нельзя забывать его полное эмоций восклицание: «Что сталось с великой княжной
Анастасией?»196 Во время обеда в дипломатической миссии Дании Цале обвинил
Жильяра в том, что тот «вышел за пределы полномочий нейтрального наблюдателя», с
тем чтобы проводить никому не нужные исследования. Результаты этого вечера в
дипломатической миссии Дании стали очевидны на следующее утро, когда все
собрались в клинике Моммсена на последнюю встречу. Как это было замечено Ратлеф-
Кальман, поведение Жильяра в отношении претендентки «заметно изменилось»197.
Завершилась эта встреча и вовсе на какой-то двусмысленной ноте. Александра Жильяр
заливалась слезами. «Ведь я когда-то так сильно любила ее, так сильно! – такими были
слова Александры, записанные Ратлеф-Кальман»198. Далее Жильяр, уже совершенно
запутавшись, как это было сказано Ратлеф-Кальман, он пошел к выходу, сделав
любопытное замечание: «Мы уезжаем, но у нас нет возможности утверждать, что эта
дама не является великой княжной Анастасией»199. Эта очевидная неуверенность
повторяется и в словах, которые при прощании Ольга Александровна сказала Цале:
«Мой разум, - так цитировала ее речь Ратлеф-Кальман, - не позволит мне принять ее
как Анастасию, но мое сердце говорит мне, что это - она»200. Это было удивительное
заявление, признание в сомнениях, исходящее от великой княгини. И это сомнение
нашло отражение в письме, которое Ольга отправила Цале, покидая Берлин. Она
заявила: «… Никто не может утверждать, что она действительно не Анастасия»201.
Ольга Александровна отправила фрау Чайковской в течение следующих месяцев пять
192 Rathlef-Keilmann
193 Zahle report, undated, quoted in Aucleres, 74.
194 Rathlef-Keilman, statement of November 20, 1926, in Hamburg, XIII, 2261-2270.
195 Rathlef-Keilman to Serge Botkin, letter of august 4, 1926, quoted in Aucleres, 72-73.
196 Rathlef-Keilman, 104.
197 Rathlef-Keilmann to Serge Botkin, letter of August 4, 1926, quoted in Aucleres, 72-74.
198 Rathlef-Keilmann, 106.
199 Rathlef-Keilmann, 107.
200 Ibid., 106.
201 Olga Alexandrovna to Zahle, letter of October 31, 1925, in Hamburg, XXXII, 6025-6026.
157
коротких писем. «… Очень грустно уезжать, зная, что ты больна, что ты страдаешь и
что ты одинока. Не бойся. Ты не одна теперь, и мы не оставим тебя»202. В других
письмах, написанных ею на русском языке, она рассказывала о своих сыновьях и
продолжала интересоваться состоянием здоровья претендентки. Все свои письма она
подписывала либо просто «Ольга», либо «С любовью, Ольга». Вместе с письмами
Ольга Александровна посылала небольшие подарки, среди которых были: шелковая
шаль, свитер, который связала сама Ольга Александровна, и что наиболее странно,
один из ее семейных альбомов с фотографиями, среди которых были портреты ее
брата великого князя Михаила Александровича с пояснениями, написанными ее
собственной рукой. Несомненно, это был любопытный подарок, сделанный женщине,
про которую великая княгиня позднее заявит, что, когда они