Нежная песня смерти.


Можно петь и другие песни.
Симмонс Дэн. Песнь Кали.

Сегодня снова бой. Нам опять говорили, что врагов будет много. Что шансов выжить, напротив, до смешного немного. Так что все, кто мог, молились за спасение своей несуществующей души, и скулёж этот мне было противно слышать. Поэтому я легко, с удовольствием отрешился от всего этого и начал готовиться к бою. Проверил свои автоматы, кобуры с пистолетами и заточенные лично мной лезвия трёх ножей, с намного меньшим удовольствием — четыре рабочих гранаты — и был готов выступать. Однополчане на всю катушку говорили о грабежах, насилии по отношению к мирному населению и неуставной мерзкой игре в карты, в которую чуть ли не все продули друг другу всё до подштанников. Я поморщился от омерзения, и лишь одно помогло мне выглядеть в их глазах спокойным. Ведь в бою, на поле брани и нигде более, меня с зовом ждало нечто прекрасное. То прекрасное, что не мог видеть ни один из этих тупых солдафонов. Я ждал Её, услышать Её, стать с Ней одним целым.
Да, именно Она позвала меня сюда, в эти сырые окопы и ужасные солдатские лагеря, вручила мне в руки оружие. Не пошлый страх за своё будущее, не банальный патриотизм, не жажда наживы или самоутверждения над другими. Не медальки на груди и убогая карьера, которая всегда до мимолётного короче большинства моментов жизни. Нет, меня звала именно Она. И сегодня я снова услышу Её песню. Прекрасную и нежную, в отличие от заунывного завывания всякого инструмента и фальшиво орущих солдат.
У нас один солдат играл на старой гитаре, чтобы привлечь к себе внимание собутыльников и пьяных девчонок. Пришлось мне фальшиво хлопать с прочими, чтобы не ругаться в их адрес всеми известными словами, сбрасывать в хлопки всё омерзение. Но в душе я думал лишь об одном. Приди же, скорее приди, забери меня, от этого ора и галдежа, от этих пустых и бессмысленных лиц. Забери в свои объятия! Я не жду тебя, но иду к тебе навстречу.
В общем, командир пропустил очевидную для меня засаду — и это меня-то ещё звали параноиком, кто смел рот открывать! — и лишился головы с половиной отряда. Я не стал их предупреждать, так как уже с радостью слышал Её. Стреляя в неприятелей и видя падающих под громкими ответными выстрелами однополчан, я слышал Её. Слушал настоящую песню. Песню, которую можно услышать лишь раз, если не знаешь её примет, и много раз, если знаешь. Прекрасную и чистую, не осквернённую инструментами и алкоголем, банальностями жизни и идеологией. Песня, одинаковая всегда. Прекрасная именно этим. Вечностью. Когда живое переходит в неживое, оно поёт, и видна тогда его сущность. Лучшее в ней.
В общем, когда я прикончил — какое мерзкое слово для того, кто видит Её истинную сущность и слышит Её, какая она на самом деле! — почти весь отряд, я снова вкусив Её песню. Наслаждение от этого было беспредельным, я был счастлив. Какой-то солдат вскоре испортил мне всё настроение. Он кинул гранату и убил одним махом всех прочих из поверженного мной отряда. Не дал сделать то, что я так хотел сделать сам. Он же совсем не слышал Её, он не слышал! С огромным трудом я сдержался, чтобы не убить его одним ударом ножа. Те, кто не слышат, кто в бою не становятся частью Её, не могут запеть по-настоящему, и симфония будет нарушена. Они убивают всех мирных, спящих, из засады. Им не понять открытого и прямого боя, когда ты видишь того, кто со смертью исторгает настоящую, невинную, ничем не передаваемую песню. Когда убиваешь сам, только тогда можешь слышать Её. Солдатик пытался поздравить меня, но я рыдал от досады. Песня была совсем испорчена. Я был без сил, не было желания даже как-то реагировать. В общем, я отпустил солдата и сел на горячий от взрыва гранаты камень, сославшись на переутомление. Медитируя для успокоения нервов, я через минут десять успокоился и пошёл дальше, в поисках уцелевшего противника. Я хотел закончить начатое. Как хотел.
Случилось то, что я втайне хотел испытать давно. Она меня услышала. И спела.
Солдаты неприятеля нашли меня и открыли прямой огонь на поражение. Они знали, кто я, что слышу то же, что и они. Они сами боялись запеть, ведь они слышали. Но не приняли и поэтому боялись. Я же смеялся, когда меня с воем прошивали насквозь их пули. Не стоит удивляться, ведь теперь я сам пел Её песню. Это не передать никакими словами.
Я истово пел с ними, и точная симфония, которую я искал много лет, была закончена. Когда поёшь ты, когда поют с тобой Её песню, ты счастлив по-настоящему. Поэтому когда на пригорке нашли мой труп, прошитый доброй сотней патронов, все были шокированы улыбкой. Приписывали победе над неприятельскими солдатами, лежавшими рядом измочаленными от огня единственного автомата. Им не было дано понять истинную причину счастья. Я пел и теперь слышал Её постоянно.
Её песню.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Миниатюра
Ключевые слова: смерть, война, радость,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 10
Опубликовано: 12.04.2021 в 10:23
© Copyright: Старый Ирвин
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1