АЙХАЛЬСКИЙ КОШМАР




– Ну, как поживает Снежный человек? – весело спросил директор Санкт-Петербургского бюро расследований «Антианомалия».

Василий Шурупов, посмотрев на тающее вдали село, поправил длинный шарф. Лучше бы начальник поинтересовался положением своего подчиненного. Тяжеловато бегать по пересеченной местности, если у тебя – почтенный возраст и лишний вес. Информация о покрытом шерстью человекоподобном существе не подтвердилась. Паника среди местного населения, слава Богу, скоро уляжется.

– Не знаю, Александр Николаевич, – буркнул в телефон Василий. – Зато белый медведь, который задрал двух лошадей, сыт и доволен жизнью. Доклад будет у вас через три дня.

– Бросайте все и вылетайте в Мирный. Там ЧП – на оленевода напал какой-то странный хищник. В аэропорту вас встретит майор Дикаяров из местного отдела полиции.

Шурупов тяжело вздохнул. Шеф как будто издевается, – сначала швыряет в Иркутскую область, а теперь – в Якутию. Неужели в бюро нельзя найти свободных сотрудников? По справедливости, почувствовать на себе мороз и глубокий снег должен кто-нибудь другой.

– А почему не на Северный полюс? – произнес Василий. – Мне бы сейчас горячую ванну, да удобную кровать. Эти часовые пояса – такая дрянь….

– Василий Николаевич, я понимаю, что вы устали, но в этом регионе наших сыщиков нет. Кому, кроме нас, заниматься сверхъестественным?. Когда вернетесь, получите отгул. Желаю удачи!

В аэропорту Мирного танцевала слабая метель. В двухэтажном продолговатом здании нашлись бутерброды и кофе. Нашелся и обещанный оперативник.

– Оленевод выжил? – поинтересовался, подкрепившись, Шурупов.

Худощавый якут в черной меховой куртке покачал головой.

– С такой раной не живут. Иман Алтасов, эвенк. Только что вышел на пенсию.

– Вы сообщили, что хищник был странный. Почему вы так решили?

– Прежде всего, по характеру травмы. Беднягу прогрызли насквозь в области живота. Звери так не поступают. Обычно они хватают за горло, чтобы задушить, но отметины зубов на шее отсутствуют. Следы на снегу оставлены только людьми и оленями. Возле трупа снег настолько изрыт, что ничего конкретного сказать нельзя. А еще мы нашли чью-то нору. Самое удивительное, – то, что она сделана недавно.

Василий приподнял брови. Нора, вырытая в мерзлом грунте? Какое животное способно на это? Но если это нора, значит, ее хозяин небольшого размера. Вряд ли этот грызун мог наброситься на человека, и, к тому же, убить его.

– Почему вы связываете нору с погибшим? – осведомился Шурупов. – Даже если какая-то мелкая тварь прорыла этот туннель, она не рискнула бы напасть.

– Я тоже так думаю, но кровавый след тянется к норе. Когда я привезу вас на место происшествия, вы все увидите своими глазами.

Местом происшествия оказалось пастбище, которое примыкало к заросшему кустарником предгорью. Справа к нему подходил редкий хвойный лес.

Покинув вездеход, Василий внимательно осмотрел нору. Надо же, почти ровные стенки и геометрически круглый вход. Диаметр – сантиметров двадцать. Все «подземелье» не исследуешь, – туда пролезет только терьер.

– Тот, кто живет в этой норе, мог просто затащить туда кусок мяса, – предположил Шурупов. – Алтасова, возможно, убило другое животное, – более крупное и сильное. Но тогда почему нигде нет его следов?

– Мой коллега консультировался с биологом, – сказал Дикаяров. – Он считает, что на человека здесь может напасть только волк, медведь и росомаха. Росомаха роет норы, но не в земле, а в снегу. Но, даже если это был самый хитрый зверь, у оленеводов есть ружья и собаки. Как мог Алтасов подпустить к себе агрессивную тварь?

Василий пожал плечами. Вот вам и еще одна загадка. Нападение не могло быть внезапным, потому что собака почуяла бы приближение беды. Ее лай сразу насторожил бы хозяина. Хоть из леса выйди, хоть из-под земли, – вместо добычи получишь пулю.

– Может, он был пьяный? – без особой уверенности произнес Шурупов.

– Эксперт не нашел в его крови ни капли алкоголя.

– Алтасов присматривал за стадом один?

– Нет. Это делает целая семья эвенков. В пяти километрах отсюда – чум, в котором живет жена, сын и брат оленевода. Я уже беседовал с ними. Нападавшего они не видели, но, кроме крика, лая и топота оленей, слышали непонятный шум: то ли вой, то ли визг.

– Вы спрашивали, что, по их мнению, здесь произошло?

Оперативник повернулся спиной к усилившемуся ветру.

– Мне даже не пришлось задавать вопрос. Они в один голос заявили, что это дело рук хэргу, то есть подземного злого духа.

Василий с сомнением посмотрел на окровавленный снег. Злой дух, конечно, мог не оставить следы. Однако вряд ли он стал бы прогрызать человека насквозь. Достаточно заманить жертву на тонкий лед или сбросить ее с обрыва.

– Кто, кроме эвенков, живет поблизости? – осведомился Шурупов.

– Да, пожалуй, никто. Поселок в двадцати километрах отсюда. Айхальский рудник ближе, но рабочие сюда не заходят.

– А, кроме норы, в этой местности есть что-либо необычное?

– Есть. Возле рудника, например, – закрытый объект, где производили промышленные ядерные взрывы. А еще есть река Сохсопоох. В переводе с якутского это название означает «река с ловушками». Говорят, олени часто проваливались на осеннем льду и тонули.

Пытаясь согреться, Василий прошелся по пастбищу. Река, скорее всего, тут ни при чем. Радиация, пусть даже от промышленных взрывов, могла вызвать какую-либо мутацию, но как быть с малым размером строителя норы? А если на оленевода спикировало крылатое существо? Оно может быть любого веса и вооружения, и может не делать следы. Только вот нанести смертельный удар в живот, упав с неба, не совсем удобно.

– Майор, надо навести справки, не видел ли кто-нибудь в этом районе крылатых мутантов, – посоветовал Шурупов.

Дикаяров засмеялся.

– Я так и знал, что вы об этом спросите. Взрывы отгремели давно, и уровень радиации стал нормальным еще в девяностых.

– Какова же ваша версия? Разумеется, кроме нападения животного.

– Это могло быть оружие, поражающее на большом расстоянии. Наши ребята проверили все предполагаемые позиции стрелка, но ничего не нашли. Гильза или снаряд тоже не были обнаружены.

– Что же, подведем итоги. Это не животное, не огнестрельное оружие и не дьявольская сила. Если это было убийство, мы вряд ли установим мотив. Старый оленевод, скорее всего, никому не нужен. Он мог, скажем, увидеть то, что ему видеть не полагалось, но мне это кажется сомнительным.

– Мне тоже. В этой пустыне ничего особенного не происходит. Беззаконие творится в городах, а трупы сейчас предпочитают закапывать в лесу.

Опустившись на колени, Василий еще раз осмотрел нору. И все же этот туннель какой-то необычный. Выход на поверхность почти горизонтальный. Больше напоминает метрополитен. Хоть сейчас прокладывай игрушечную железную дорогу. Стоп! А вдруг этот путь действительно проделан для какого-то транспорта? Но тогда возникает логичный вопрос: кем проделан и для чего?

– Странный наклон у этой норы, – пробормотал Шурупов. – И стенки слишком ровные. Такое впечатление, что это пневматическая почта.

Оперативник приблизился к дыре.

– Кому здесь нужна такая почта? Пастухам? Они же кочуют по всей долине. И ради этого бурить мерзлую землю….

– Может, и не для этого. Говорите, недалеко отсюда рудник? Давайте-ка съездим на экскурсию!

– Думаете, виноваты шахтеры?

– Я ничего не понимаю в добыче полезных ископаемых, но, возможно, эта нора – результат какой-то технологии. Скорее всего, шахтеры решили делать вид, что они ангелы, поэтому нам придется идти напролом.

В кабинете директора Айхальского рудника было уютно и тепло. Размеренно тикали большие часы, а на книжной полке лежал красивый, хотя и неотшлифованный, драгоценный камень.

Согревшийся еще в вездеходе, Василий показал удостоверение лысому мужчине в сером костюме.

– Бытыхан Гордиевич, вы в курсе, что при бурении погиб человек?

Побледнев, директор сгорбился за письменным столом.

– Как вы узнали, что рудник имеет к этому отношение?

– По окровавленной дыре, которую полиция нашла на пастбище. Животные не могут прокладывать такие геометрически правильные ходы в мерзлом грунте. Я хочу узнать подробности, – как все произошло, и какая техника применялась.

Бытыхан Гордиевич достал из шкафа коньяк и отхлебнул прямо из бутылки.

– В прошлом году наш инженер предложил новый способ зондирования грунта. Идея была дорогостоящая, но я заинтересовался. Нашел средства, заказал на заводе комплектующие. Машина получилась, как в фантастическом фильме, – из титана, похожая на личинку насекомого. Мы назвали ее «АР-1», то есть «Айхальский рудник». Испытания проходили успешно, – на объекте, где когда-то производили промышленные взрывы. Мы пели от радости, ведь машина могла находить и алмазы, и газ, и нефть на любой глубине. Позднее можно было запустить ее в серийное производство.

– А потом ваш металлический крот стал неуправляемым, – догадался майор.

– Да. «АР-1» управлялся дистанционно, и однажды отклонился от заданной траектории. Попытки остановить его ни к чему не привели. Машина вышла на поверхность в шестнадцати километрах от полигона, а потом неожиданно вернулась. Оленевод, который оказался на ее пути, был так потрясен, что даже не выстрелил. Шансов спастись у него не было, – бур, установленный на носу корпуса, пробьет все, что угодно.

Шурупов сбросил куртку и сел в кресло. Как все просто! Один программный сбой, и человек погиб. Персонал рудника, на свою беду, предпочел не предавать гласности драматический факт, а это уже серьезная статья.

– Ваши технические заслуги, конечно, оценят, – сказал Василий, – ноотвечать вам все равно придется.

– Вы хотя бы выяснили, кто конкретно виноват? – поинтересовался Дикаяров.

Директор кивнул.

– Оператор центра управления не проверил перед очередным испытанием электронику. Это был несчастный случай. Какой страшный парадокс! Явная польза общему делу обернулась гибелью человека.





Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 5
Опубликовано: 25.03.2021 в 19:49
© Copyright: Александр Рубис
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1