Литературный сайт
для ценителей творчества
Литпричал - cтихи и проза

По следам золотого телёнка.


Не надо думать, что «Золотой теленок» написан Ильфом и Петровым так уж на одном дыхании.
Нет, авторские мысли подолгу парили и кружили, отыскивая наиболее трудный, нехоженый маршрут.
Все знают, по какому способу писали Евгений Петрович с Ильей Арнольдычем – если поворот сюжета, фраза или слово приходили им в голову сразу двоим, слово, фраза или поворот сюжета – отвергались.
Тяжело даже представить, сколько всего смешного и талантливого не вошло в роман /я говорю только о «Золотом теленке», потому что по неведомым мне самому причинам, он нравится мне больше, чем «Двенадцать стульев». Наверное, из-за Гердта – Паниковского, Куравлева – Шуры и Юрского – Остапа Бендера. Я увидел этот фильм в 1969 году, в солдатском клубе на китайской границе, шестилетним октябренком. Говорят, что истинные читатели делятся на две совершенно разные категории – одни всю жизнь перечитывают «Трех мушкетеров», другие – «Золотого теленка». Я никогда не мог осилить «Трех мушкетеров» дальше первых страниц./
Так я говорю, страшно даже подумать, сколько и чего не вошло в роман и было отринуто авторами, избалованными своим талантом.
Петров сам потом признавался, что в два романа они втиснули столько, что хватило бы на все десять. Они выплеснули, выжали из себя все, что в них было – в головах, душах и записных книжках, так, что на потом уже ничего не осталось. И это правильно, великие книги только так и пишутся.
Все же нам, армии их верных почитателей, было бы интересно почитать что-нибудь из не вошедшего в окончательный текст, или еще лучше, отброшенные, забракованные варианты всем известного сюжета. Это было бы для нас искренней радостью, ценным подарком.
Но ничего нет и это страшно жаль.
Вот у Михаила Афанасьевича Булгакова остались все черновые варианты «Мастера и Маргариты», и их широко печатают и широко читают – и «Черного мага», и «Копыто инженера».
Хорошо любителям Булгакова!
Нам же, золототеленковцам, остается только мечтать и фантазировать на этот счет.
Я лично так и делаю.
Вот какие фантазии посетили меня сегодня, в четыре часа утра, когда я лежал без сна и думал о разных грустных философских вещах вроде отсутствия денег.
Сначала я подумал, что записывать эти сомнительные, попахивающие графоманским плагиатом, странички, неприлично. Но потом не выдержал и подумал: «Какого черта!»
Светлой памяти Ильфа и Петрова посвящаю я эти эпигонские строчки:

1. ПОСЛЕДНИЕ ДНИ КОРЕЙКО.

- Слушайте, - горячился Паниковский, - слушайте – давайте откроем для вида какую-нибудь лавочку, какую-нибудь контору, какие-нибудь дурацкие «Рога и копыта», чтобы нас не поймали, все узнаем о преступных делишках этого преступника, напишем на него донос в милицию и станем шантажировать! Честное, благородное дело!
Бендер расхаживал по номеру в купальном халате и хмурился как Наполеон при Бородино; Балаганов с Козлевичем сидели в плюшевых креслах, улыбались и ничего не понимали.
Паниковский взорвался:
- Остап Ибрагимович, вы знаете, как я вас уважаю, вы такой человек, но моему уважению есть предел! Поедьте в Киев и спросите! Я вам говорю, что шантаж это милое дело, а вы надсмехаетесь, как будто я сказал вам смешную шутку! Так я вам скажу: «Шантаж, только шантаж!» Верьте честному, благородному слову, или Паниковский умывает руки!
Бендер остановился перед зеркалом и с удовольствием осмотрел свою статную фигуру:
- Дорогой товарищ, - сказал он, - вы бюрократ, злостный учрежденческий бюрократ и волынщик! Не удивительно, что таких как вы песочат в стенгазетах и вычищают из наших советских контор! Предлагать такое на втором году пятилетки! – Остап возмущенно покрутил головой. – Ай-яй-яй!..
Он похлопал себя по голой груди и, сочтя, что достаточно остыл, пошел и лег в маленькую, рассчитанную на безного инвалида, гостиничную ванну. Лишняя вода с шумом выплеснулась на пол. Бендер перевернулся на живот и закричал в приоткрытую дверь:
- Какой шантаж? Какие «Рога и копыта»? Что это за театр Мейерхольда? Студент! Мы последим за товарищем миллионером недельку-другую, выясним, где пещера Лехтвейса и возьмем деньги чистыми руками!
Бендер плескался как дельфин, хохотал и кричал:
- Сидеть же на хвосте у Корейко, или, как говорил Нат Пинкертон, держать его под колпаком, будете вы, Михаил Самуэльевич, с Балагановым! Козлевич и «Антилопа» - в арьергарде! Шура, вы за старшего! Не давайте Паниковскому кефира до окончания дела! Вперед, мои чудо-богатыри! Доклад в устном виде ежевечернее! – и Остап погрузился в воду с головой.
Балаганов засмеялся. Козлевич улыбнулся в польские усы.
Паниковский надулся и ушел в угол.
Изредка оттуда сверкал золотой зуб и доносилось бормотание нарушителя конвенции:
- Эти яйца будут учить старую курицу! Как будто Паниковский не шантажировал миллионеров! Он шантажировал их тогда, когда ваши папа и мама еще только строили друг-другу глазки!

2. КОФЕ, МУЛАТЫ И БЕЛЫЕ ШТАНЫ.

- Знаете, Шура, я, так и быть, возьму вас с собой, - сказал Остап Бендер, с улыбкой глядя, как недавний обладатель пятидесяти тысяч накинулся на столовский винегрет.
- В Черноморск, к Козлевичу? – спросил Балаганов с набитым ртом.
- Нет, в Рио-де-Жанейро. С вами там будет не так скучно.
- Жалко, что Паниковский умер, вот бы обрадовался старик! – Шура Балаганов шмыгнул носом. – Ведь мы же бы его взяли с собой?
- Ну безусловно, - сказал Бендер. – Поставили бы его на углу улицы имени Боливара и какой-нибудь Касса-дель-паса, заплатили пять песо бразильскому городовому – и работал бы Паниковский, по специальности, облегчал карманы туристов-империалистов! Жил бы еще старик и жил!
- Ну точно! – умиленно сказал Шура. – Знаете, Бендер, как он вас уважал!
Помолчали. Услужающий принес Шуре котлет, а Остапу кружку пива.
- А как же мы будем переходить кордон? – шепотом спросил Балаганов и вгрызсься в твердый как подошва, антрекот. – Зимою, по льду?
Остап вздохнул:
- Знаете, Шура, в московском допре вы поглупели окончательно. Вам так хочется, чтобы на румынском берегу пограничники ободрали вас как липку? Слышал бы вас господин Корейко! Проклятая сигуранца еще и набьет вам баки – и правильно сделает!
Бендер поглядел на смущенного Шуру:
- Нет, товарищ, как все интеллигентные люди, мы перейдем границу панской Польши с моими хорошими знакомыми. Милейшие люди, мы с ними в одном полку служили. Они сейчас контрабандистами. Вы не представляете себе, как много в Бердичеве контрабандистов. Пограничная стража в отчаянии, у них сажают уже шестого начальника.
- А что мы будем делать в панской Польше? – спросил любопытный Балаганов.
- Говорите по-польски? Пшепрашам пан? – строго спросил Бендер. – Нет? Очень жаль, я тоже не умею, пся крев.
Он смахнул крошку бисквита с лацкана смокинга:
- Согласитесь, Шура, все же паны как-то роднее, как-то классово ближе, нежели румынские бояре. И сочувствуют жертвам сибирских руд. В-общем, увидим на месте.
Друзья перешли в трактир для таксистов «Пале-Рояль».
Бендер выпил рюмку дорогого мерзкого ликера и закурил гавану, от которой долго кашлял:
- Поступим как Наполеон Бонапарт, - сказал он, продолжая разговор. – Сначала ворвемся в Польшу, а думать будем потом.
- А Козлевич? – спросил честный Балаганов. – Он и по-польскому знает…




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 24
Свидетельство о публикации: №1210307410537
@ Copyright: Сергей Зельдин, 07.03.2021г.

Отзывы

Добавить сообщение можно после авторизации или регистрации

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1