Планета Х. Осень.


Планета Х. Осень.
Сентябрь приходил с порывами ветра и ворохом первых мокрых снежинок! Все с тоской выходили на работу, вспоминая вольницу сенокоса, и целый месяц входили в рабочий ритм, которого не существовало!
Река заметно мелела. Истоки в горах уже прихватывало льдом, но все равно, осторожно пробираясь через мели и перекаты, жители еще ходили за последней горбушей и нетронутыми полянами грибов и ягод. Смерть по-прежнему собирала скудную, последнюю жатву. Река становилась очень опасной, каменные мели украшали красные отломанные лопасти лодочных винтов, а все топляки поднялись из воды и река, порой, была просто непроходимой!
Море тоже собирало свою жатву! Прельстившись штилем, многие выходили в море на моторных лодках, но штиль внезапно оборачивался мощным шквалом, разгонявшим грязные серые валы до 3 метров высоты, и горе было тем рыбакам, кто не успел на полном газу пробиться через смертельный бар с лодкой, полной воды, в относительно спокойную реку!
Коряки-фаталисты, понимая, что своих родных в национальных селах они не увидят до середины зимы, когда станет зимник, прихватив с собой заветную "бутильку", отправлялись в незваные гости! Часто пути гостей и мишек пересекались, и мишки, урча от сытости, отправлялись дальше своей дорогой уже в тоскливом одиночестве! Пропавших никто не искал, МЧС не было даже в зародыше, а родственники, довольные тем, что теперь "бутильку" надо делить на одного меньше, на вопрос о судьбе пропавшего, философски отвечали:
- И-и-и, Саса! Ушель Давыд-ка в тундру! Ушель к Верхним людям, наверно! Нет-ту сыноцка, совсем нет! Вот!
Смерть родственника /уход к Верхним людям/ для коряков не горе, а праздник. Есть лишний повод напиться. Иногда отмечают этот праздник всем селом, с песнями, танцами и свальным грехом на закуску.
Для всех остальных снежан осень - это бесконечное ожидание парохода с картошкой, морковкой, луком и капустой!
Порта, как такового, в Снежном не было. Был, так называемый, Портопункт - выкопанный на берегу широкий ковш, сообщающийся с рекой. В ковше, на песке стоял катер и два плашкоута - плоскодонные безмоторные баржи. Морской прилив нагонял воду в ковш, катер и плашкоуты всплывали, катер брал их на буксир и весь этот горе-караван выходил в море к пароходу, ставшему в нашей бухте на якорь под разгрузку. Понятно, что когда штормило, пароход разгрузить в море было совершенно невозможно. Опечаленные жители смотрели, как пароход, словно утка прыгает на волнах и хорошо представляли во что превращается сейчас картофан в контейнерах. Пароход, покачавшись на волне пару суток, выбирал якоря, матерно гудел на нас и отправлялся дальше на Север, пообещав вернуться на обратном пути!
Осенние шторма затяжные, и погода по всему побережью могла быть одинаковой и, глядишь, дней через 10 тот же пароход возвращался в нашу бухту с Севера так и не разгрузившись! Приветствовав нас уже трехэтажным гудком, он снова становился на якорь и прыгал на волнах. А через пару дней, сообщив по рации, что контейнеры шибко воняют и текут, их содержимое просто вываливалось за борт! Эта операция у нас называлась: "Пароход посадил огород". Надежды на свежую картошечку с лучком и грибочками накрывались медным тазом! Ну как тут с горя не выпить!!! Оставался лишь один шанс заполучить овощи...
Конец сентября уже отметился первыми метелями и первыми морозами. Река мелела на глазах и ее закраины прихватывало тонким хрупким ледком.Вниз по течению начинала идти шуга - небольшие круглые или овальные льдинки, по-другому называвшиеся "салом". Лед застревал на мелях и перекатах, схватывался первыми морозами, заметно сужал русло реки и выносился в морскую бухту. "Сало", крупными пятнами плавая по волнам, утихомиривало море, волнение спадало и в полной тишине становился слышен громкий шелест льда на прибойке!
И в это время по рации передавали, что к нам идет, последний в этом году сухогруз "Пионер" с капустой на борту! Завидев в бухте его огни, все машины Снежного, с людьми и без них, слетались в Портопункт на песчаную косу. А в "ковше" было пусто! Катер и плашкоуты уже вышли в море и пришвартовались к высокому борту "Пионера". И наступал долгожданный момент, когда катерок, по полному приливу вводил плашкоуты в "ковш" и становился на якорь.
Рассветало по-зимнему медленно и неохотно. Отлив высасывал воду из ковша и не успевали еще плашкоуты крепко сесть на грунт, как к ним устремлялись автомобильные подъемные краны для разгрузки и машины всех мастей.
Бывало, что капусту мы уже выкапывали лопатами из-под снега. Здесь же стояли рыбкооповские весы, где капусту взвешивали, и мы везли ее домой. Не было смысла завозить ее на склады, капусту расхватывали, как горячие пирожки. На склад и в магазин попадали ее жалкие промороженные остатки!
А в домах начиналась капустная страда! На работу почти никто не ходил - все очищали кочаны от сгнивших, поврежденных листьев, и рубили ее, с тмином, семенами укропа и с другими приправами, заранее скупленными в "Тухлом" магазине.
Бочки стояли тут же в коридоре. Капусту рубили, жмякали на столах, пересыпали солью и утрамбовывали в бочки. Все! Засолились! Можно и на работу, похвастаться! А капустка бродила в тепле, пуская пузыри и пену. Ее прокалывали лыжными палками, рассол, булькая уходили на дно бочки и оттуда поднимались ароматные газы! Во всех домах Снежного пахло одинаково: засорившимся сортиром!
Потом, когда капуста заквасилась и рассол из мутного и вонючего стал чистым и прозрачным, как "Снежинка", полные бочки весом под 200 кг надо было отнести в сарай. Ну разве можно прожить на нашей Планете без друзей?! И уже в сарае, положив на капусту большой гнет, можно было вздохнуть спокойно! Дело сделано! Остался маленький, но немаловажный штришок: утром этот гнет надо было отбить и отковырять от замерзшей за ночь капусты. И вот она лежала перед тобой, ровным слоем в бочке, посверкивая льдинками. Осталось лишь положить рядом необходимый инструмент: большой молоток и крепкое долото! Только ими мы всю зиму рубили квашенную капусту на еду, хотя она промерзала до дна, зато даже в мае следующего года оставалась такой же сочной, вкусной и хрустящей! А что мы делали с рассолом - вам должно быть понятно и так!
В Советском Союзе праздников было маловато и поэтому, на Севере, мы придумывали свои и неукоснительно их соблюдали! К примеру: "Праздник первого и последнего стога", "Первого лосося и окончание путины", но все это не шло в сравнение с "Праздником Урожая!", который с помпой всегда отмечался после закваски капусты! Готовились к нему заранее и тщательно! По условию праздника на столе не должно было быть икры и всевозможных блюд из рыбы!
Это был Праздник-Ностальгия по материку и детским деревенским воспоминаниям!
На стол подавали жестковатые котлеты из оленины, тефтели из оленины, пельмени из оленины. Дело в том, что кроме оленины - а это мясо на любителя, у нас ничего не было. Каждый изгалялся, как мог! Я всегда готовил свое фирменное блюдо: гуляш по- сегедски! Что это такое - я не знал, и узнал об этом гуляше из книги Гашека "Приключения бравого солдата Швейка"! В этой книге, бравые солдаты Австро-Венгрии жрали этот гуляш кастрюльками! Чем мы хуже? Я обжаривал на сковородке оленину вместе с литровой банкой горького маринованного перца из магазина вместе с огненным рассолом, добавлял перец-горошком и лавровый лист. А дальше, по мере приготовления - томатную пасту и поджаренную муку! Все! Гуляш готов! Куда там было против моего гуляша по-сегедски каким-то деревенским котлетками и пельменям! Выпив пол стакана спирта и закусив моим гуляшиком, человек надолго становился как-то мягче, добрее, но... молчаливее!
И только позже, вытерев слезы и сопли, осторожно вопрошал:
- А ты с этим мяском на медведя ходить не пробовал? Забойная штучка! П.... ец мишке!
Так как свежего картофана мы не дождались, на гарнир было пюре из сухой картошки и коричневые советские крупнокалиберные макароны! Но главное: в центре стола стоял тазик квашеной капусты, а вокруг - миски с моченой и свежей брусникой, маринованные и соленые грибочки, мороженная морошка и княженика, ну и конечно варенья и термоядерные компоты из перезревшей голубики!
Вот он, "Праздник Урожая" на Северный лад! Мужикам - чистый спирт из нашего "Пьяного" магазина, а дамам, как слабому полу - водка "Снежинка" в больших граненных стаканах! Ибо: какой Праздник без ДАМ?!



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Ключевые слова: Камчатка, последний пароход,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 6
Опубликовано: 21.02.2021 в 09:20
© Copyright: Александр Кузнецов-Софос
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1