ВЕНОК СОНЕТОВ "НОВОГОДНИЙ"


1.

О, ель зеленая, ты наше божество!

Как варвары, тебя мы нарядили.

Лишив корней твой непокорный ствол,

Твое мы умиранье полюбили.



Мы яростно ликуем над тобой,

Глотая жадно хвойное дыханье.

Печальный ангел с восковой трубой,

Твое напрасно крыльев трепыханье!



Средь елочных игрушек ты висишь

На веточке, на варварство взирая.

Из мастерской явившись, не из рая,

Ты нам бесчинство новогоднее простишь…



Да будет шерсть-хвоя свежей и гуще,

Зеленый агнец, под топор идущий!



2.

Зеленый агнец, под топор идущий,

Колючий агнец, агнец во плоти,

Не от любви я гибну, - от удушья,

Удушья, сладострастного почти!



Комок у горла, я конец предвижу:

Огонь по иглам, дым смолистый вверх!

Он языком багровым тело лижет

И корчится в неистовствах утех!



Легко ли, ангел мой, по ветру виться?

Слеза на землю – пламя к небесам.

Легко ли безразличию вселиться

В тот прах, в который превратишься сам?



И в этот миг, что горестней всего,

Мы, грешники, справляем торжество.



3.

Мы, грешники, справляем торжество,

Грехи свои и без того умножив.

На нас безмолвно сморит божество,

Не без греха оно, конечно, тоже!



Прости, о Ель великая, прости!

Что делать нам, когда мы слабы духом?

В твой мир легенд, язычница, впусти!

Пусть полнится душа хотя бы слухом.



Сегодня сказка, мифы, волшебство

Нужнее мне компьютера и хлеба.

Давно ли мы с тобой глядели в небо,

Кроме витрин не видя ничего?



И стонет человек, живя минувшим,

Забыв про райские заснеженные кущи.





4.

Забыв про райские заснеженные кущи,

Попали в сети видеогреха.

О, теледьявол, нас в экран влекущий!

Ты нас пленил, лишь поманив слегка.



А где-то среди белого безмолвья,

В бесславьи не склоняя головы,

Стоит последнее зеленое сословье,

Вонзая иглы в купол синевы.



Войди в Эдем, и на снегу пречистом

Оставь свой след, не причиняя зла,

И станет мягкой острая игла,

И страхи растворятся в дымке мглистой…



И будет Ель. И будет ночь тиха…

О, дерево познанья и греха!



5.

О, дерево познанья и греха,

Твои плоды обманчиво прекрасны.

Пусть мишура блестяща и легка,

Она уродство украшает часто!



Но твой наряд скрывает красоту,

Уродуя черты гармонии природной.

Зачем же приукрашивать мечту

Цветной стекляшкой, ни на что ни годной?



Ты перед нами, словно папуас,

Нарядом пестрым хвастаешь убого…

Что мы перед высоким ликом Бога,

Взирающего жалостно на нас?



В его глазах подобие укора:

«Твое ли тело вознесли на гору?»



6.

Твое ли тело вознесли на гору?

Светило солнце, лик закрыть не в силах.

Ужасный миг все ближе. Скоро, скоро

На перекладине креста найдет могилу



То сердце, что вместить не в силах душу,

По каплям отдавая жизнь другим.

И ветер пропоет печально: «Слушай!»

Цветы печально согласятся с ним.



Трава склонится. Онемеют птицы.

Забудутся ручьи. Умрут слова.

О, боже, как кружится голова!

О, господи, мне это, верно, снится!



Ель в трауре – зеленые меха…

Не на тебе ли смертный затихал?



7.

Не на тебе ли смертный затихал

Под карнавальный непотребный хохот?

Поэт воспел в восторженных стихах:

«Закончилась кровавая эпоха!»



Наивный он! В оковах мишуры,

В бумажных кандалах из серпантина

Угаснут мифы, и умрут миры,

Оставят след свой в камне и картинах…



Окутав твой блестящий суррогат

Клубами разноцветного тумана,

Заменим елку лазерным обманом,

Поверим в этот псевдорайский сад?



Но вдруг замолк поэт, с разгулом споря,

Предвидя большее, чем безысходность горя…



8.

Предвидя большее, чем безысходность горя,

Ты среди нас Кассандрою лесною,

Ты на костер взойдешь, вещунья, вскоре…

Прошу, не уходи, побудь со мною!



Ты осыпаешь иглами пророчеств,

Твой лик чернеет в золоте оклада…

Ну что тебе, прекрасная, до прочих?

Да, Смерть слепа, но с нею надо ладить.



Опутана неистовством огней,

Ты как «Титаник», гибелью ведомый.

Ты вырвана насильственно из дома,

Ты у кровати светишься моей…



Твои огни я вижу, засыпая.

Ты на кресте. Какая шутка злая!



9.

Ты на кресте. Какая шутка злая!

А крест - еловый! Это ль не смешно?

А рядом шумно музыка играет.

А рядом пьют шипучее вино.



Я мучаюсь. Я в этом гаме лишний,

Но этот праздник выдумал я сам.

Как я могу кричать: "Прошу, потише!",

Раз это выгодно всесильным небесам?



Я ощетинился, я надеваю маску,

Я анекдотами надежно защищен.

О пошлость-матерь, я тобой взращен

Под елочкой, как Дед Мороз из сказки.



Ну до чего же мы с тобой похожи.

Мучитель твой и ты - одно и тоже.



10.

Мучитель твой и ты - одно и тоже.

Мы двойниками заселили мир.

Добро и зло отныне так похожи,

Что на паях организуют пир.



Краса и безобразие отныне,

Целуются, сливаясь во грехе,

А свой приплод в соломенной корзине

Бросают в омут, жертвуя реке.



О Зазеркалье! Где твоя граница?

К какому берегу прибьет меня волна?

Как мне узнать тебя, обманная страна,

В какую сторону мне следует молиться?



От первых криков до последней дрожи

Как боль и наслаждение похожи!



11.

Как боль и наслаждение похожи!

Как близко к избавленью - истязанье.

К твоим ногам подарки мы возложим

Не для тебя. Ну чем не наказанье!



Споем веселую не для твоей улыбки.

Мы выпьем горькую не для твоей слезы.

Не для тебя восторг в сияньем зыбком,

Не для тебя кровь терпкая лозы.



Но почему же в центре мирозданья

Святое древо ставим на кресте?

О, Ель моя, мы братья во Христе,

Позволь мне разделить твое страданье!



Но ты молчишь, страдалица лесная,

Где истина - вовеки не узнаем.



12.

Где истина - вовеки не узнаем,

А и узнаем, не пойдем за ней.

Когда ж пойдем - навеки потеряем

Обратный путь в коловращеньи дней.



О, истина! Угрюма и колюча,

Ты сотни игл припрятала во тьме.

Корнями ты во мгле, главою в тучах,

Твой аромат неистовый во мне.



Как праздничен наряд твой подвенечный,

Но почему смертельно холодна?

Ты чашу празднества не выпила до дна,

Ночь впереди, ночь — это тоже вечность.



Зачем так жалобно твои трясутся плечи?

Смола - слезой. Воск розов. Тают свечи.



13.

Смола слезой. Воск розов. Тают свечи.

Шампанское искрится в хрустале.

Еще не сказаны торжественные речи,

Еще не тронута закуска на столе.



Еще бока потеют у бутылок,

Еще пылает жаром самовар,

Еще враги не заходили с тылу,

Еще не куплен ходовой товар.



Еще музыка в зале не звучала,

Еще танцоры не топтали пол,

Еще сильно желание начала,

И каждый предвкушениями полн…



Но бьют часы, ушедшее калеча.

Год умер. Новый год. И он не вечен.



14.

Год умер. Новый год. И он не вечен.

И он умрет, оставив за собой,

Все наши горести, измены, боли, встречи,

Пока и нам не протрубят отбой.



И на пороге истинного мига,

Подруга хвойная, мы встретимся опять.

Ну а пока, звучите скрипки, книги

Нам возвращайте прожитое вспять.



Всю жизнь незримо с нами, потому

Раз в год справляем жертвоприношенье,

Себе вымаливаем у тебя прощенье,

Пред тем, как уведешь с собой во тьму.



Не знаю, потому ли, оттого...

О, Ель пахучая, ты наше божество!



ЗАМОК



О ель зелёная, ты наше божество!

Зеленый агнец, под топор идущий!

Мы, грешники, справляем торжество,

Забыв про райские заснеженные кущи.



О дерево познанья и греха!

Твое ли тело вознесли на гору?

Не на тебе ли смертный затихал,

Предвидя большее, чем безысходность горя?



Ты на кресте. Какая шутка злая!

Мучитель твой и ты - одно и тоже.

Как боль и наслаждение похожи!

Где истина - вовеки не узнаем.



Смола - слезой. Воск розов. Тают свечи.

Год умер. Новый год. И он не вечен.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Лирика философская
Ключевые слова: Новый год, праздник, философские стихи, ирония, новогодняя елка,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 18
Опубликовано: 31.01.2021 в 19:20
© Copyright: Игорь Цунский
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1