Пасынок. Альтернативная история. Глава 3


Подаренная Лёхой «пятёрка» закончилась в тот же день. Утром следующего дня, допив оставшийся с вечера портвешок, Саня решил вернуться в больничку.
Найдя в заборе знакомую лазейку, он просочился на территорию лечебницы. Но, встретившая его в коридоре добрейшая Анна Сергеевна, отведя в сторону взгляд, сказала, что ему надо зайти к заместителю главного врача.

- Так, Гусаров, чтоб через пять минут я тебя не видел в клинике. Ты выписан. Понятно? Пожизненно выписан! А то, устроился тут, дармоед!
Это было хреново. Ночи ещё холодные. Спать в больничной палате куда комфортнее, чем в подвале. Да и кормёжка дармовая. Ещё недавно старший лейтенант милиции с совершенно неподходящей ему фамилией Голубь, сидя напротив него в спецмашине, внушал: «Гусаров, если не прекратишь свои художества, то пожизненно поселишься в психушке! Ты у меня уже поперёк горла». А что он плохого сделал? Нёс портрет товарища Брежнева на демонстрации.

Сестрички и врачи больницы относились к Гусарову по-доброму, жалели, что ли. В обмен на их доброту он устраивал настоящие творческие вечера. Он любил эти небольшие отдушины. Когда он видел глаза своих зрителей и слушателей, то ему казалось, что он Человек, именно, с большой буквы «Ч». В этих глазах не было брезгливости и презрения. В них были восторг и понимание. И он читал. Читал с упоением и восторгом, освещая небольшой больничный вестибюль светом вдохновения.

«В твоей измученной душе
темно на первом этаже...

В шестнадцать лет, давным-давно
разбита лампочка... Темно.

Второй этаж - скорбит душа:
кино - вино - и анаша...

На третьем - книги возлюбя -
пустые поиски себя.

Четвертый, пятый и шестой -
пустила мужа на постой.

Держи-хватай-продай-купи...
Душа металась на цепи.

И вот чердак. Конец пути,
и равнодушие в груди.

-Вам повторить? - спросили вдруг.
Но - пара выброшенных рук

и тихий шепот: "Не хочу...
Ты лучше тонкую свечу

поставь на первом этаже,-
там кто-то мечется уже"**

Здесь у всех были измученные души. Каждый прошел этот путь. Теперь большинство его слушателей были на последнем этаже, за которым - ничего, пустота. Поэтому в глазах этих людей он видел такое понимание!

Он был счастлив в такие минуты. Ему было достаточно обшарпанного больничного вестибюля и десятка неравнодушных зрителей. Но… это была иллюзия. Он знал цену всему этому – обожание сменялось брезгливостью, как только он встречал своих слушателей вне этих стен. На улице они переходили на другую сторону, едва завидев его. В троллейбусе или трамвае они делали вид, что не замечают или просто не знакомы.

Но… входила дежурная сестра и громко говорила: «Больные, всем на процедуры», и заканчивалось волшебство. Он снова был неизлечимым алкоголиком с потухшим взглядом, больной печенью, и туберкулёзом в последней стадии...

Степан Аркадьевич, главврач больницы, иногда просил его оформить стенгазету. И это он тоже обожал. Его картины вызывали резкое неприятие у руководящих работников всех уровней, но людям они нравились. Он иногда, когда бывал сильно «болен» и нечем было «поправиться», выносил свои картины на улицу, вставал где-нибудь у заборчика, и смотрел – обратят внимание или нет. Обращали. Он даже развлекался тем, что определял, кто обратит внимание, а кто – нет. Угадывал. В девяноста девяти случаях из ста, как говорится. Однажды развлекался так, видит, идёт студенточка, молоденькая, одета бедненько, глазки грустные. И вдруг увидела его картины и встала, как вкопанная. Стоит, смотрит, а глаза всё светлее и светлее.

- Что, нравятся?
- Нравятся?! Они великолепны!
- Тогда дай рубль!
Студенточка покраснела, стушевалась:
- Нет у меня рубля, вот пятьдесят копеек.
Она вытащила из кармана полтинник и протянула ему. Он смотрел в её светлые глаза и видел в них беззащитность и растерянность.
- Шучу, глупая. Проверял, добрый ты человек или нет. Возьми просто так, что нравится.

Девочка сначала отнекивалась, но потом робко спросила:
- А можно эту? – она показала на «Толпу».
- Можно.
Ах, как хотелось ему взять этот полтинник. Денег не было совсем, а выпить хотелось страшно.
Студенточка ушла, счастливая. А он стоял и думал, что, всё-таки, в нём ещё осталось что-то человеческое. Совесть ещё не пропил.
В этот день ему повезло - какой-то чудак купил несколько его картин на целых пятнадцать рублей.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 12
Опубликовано: 25.01.2021 в 19:00
© Copyright: Галина Суравцова
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1