Диалог времён


ДИАЛОГ ВРЕМЁН

Пролог

Ларёк в наши дни — это место, где можно достать всё, что угодно. Конечно, далеко не каждый из них может считаться «сокровищницей», но если быть осведомлённым и при этом иметь наличность, желательно в валюте, то обзавестись здесь удастся самыми экзотическими предметами. Впрочем, можно приобрести что-то не столь экстравагантное, а обычные жвачку, сигареты или алкоголь.

— А почём у вас сигареты? — задал вопрос невесёлый мужчина с мешками под глазами и отросшей щетиной.

— Смотря какие, — неприветливо ответила продавщица. — Что интересует? «Космос», «Ява», может быть, «Мальборо»?

— Никаких не надо, — принял решение покупатель. — Давайте лучше «Киндер-сюрприз».

— Правильно. На себе сэкономишь, ребёнку хоть что-нибудь купишь, — поддержала женщина. — Может ещё Чупа Чупс?

— Нет, спасибо, — улыбнулся невесёлый, став после покупки чуть веселее.

Расплатившись, он отошёл от ларька и сел неподалёку на лавочке. Хотелось закурить, но курить бросил ещё в армии. Возобновлять же пагубную привычку как-то больше не хотелось, несмотря на то, что жизнь складывалась не слишком весело.

Накануне Александру Стародубову исполнилось двадцать девять лет. Несколько лет назад он полагал, что к этому возрасту будет так же, как отец и дед нести службу в органах государственной безопасности. Возможно, дослужится к этому времени до майора или хотя бы останется в звании капитана. А он просто сидит на скамейке рядом с ларьком, держа в руках шоколадное яйцо.

— В чём суть твоей печали?

Александр вздрогнул. Рядом с ним на скамейке сидел бородатый мужчина лет сорока, в бежевом плаще и затемнённых очках. Стародубова удивил не вид человека, а тот факт, что собеседник подкрался к нему незамеченным.

— Навыки теряю… — пробормотал несостоявшийся майор, то ли в ответ, то ли сам себе.

— Это прискорбно. А что умеешь? — с некоторой долей любопытства поинтересовался бородатый.

Стародубов не был в настроении участвовать в импровизированном собеседовании. Не глядя на соседа по скамейке, он зло сказал:

— Стрелять, резать, сворачивать шеи. Но если очень надо, то могу плитку укладывать. Вас что конкретно интересует?

— Плитка — это хорошо, конечно, — рассуждал очкарик. — А сворачивать шеи плохо, — с некоторым возмущением в голосе добавил он после паузы.

На несколько минут разговор сошёл на нет. Александр продолжал смотреть в никуда, его собеседник следил за тем, как голуби лакомятся какими-то помоями рядом с киоском.

— Меня, кстати, Георгий зовут. Можно просто Жора.

— Александр. Можно просто Александр, — поёжившись, Стародубов поднял воротник куртки.

— Александр нельзя, я всё-таки Георгий, — возмутился Жора.

Стародубов взглянул на чудака, но ничего не ответил, решив, что человеку тоже не очень хорошо.

— А кому сейчас хорошо? — будто, прочитав мысли, снова вступил в разговор Жора. — Нет, безусловно, кому-то хорошо. Не бывает, чтобы всем было плохо. Но тем, кому хорошо сегодня, будет плохо завтра.

Александр пожал плечами.

— А хотел бы заглянуть в завтра? — подмигнул Георгий.

— Меня всё устраивало вчера. Что будет завтра мне безразлично.

— Вчера уже нет. Завтра ещё нет. Можно было бы наслаждаться сегодняшним днём, но, как я вижу, ты не очень им наслаждаешься. Сыну купил? — Жора указал на шоколадное яйцо.

— Сыну, — подтвердил Стародубов.

— Сыну — это хорошо. Если есть сын, значит есть завтра. Так как насчёт предложения?

— Я что-то не совсем понял, — Александр с некоторым интересом взглянул на чудака-соседа.

— Завтра я тебе сегодня обещать не буду, разумеется. Но сегодня можно изменить с помощью завтра. А там уже и само завтра поддастся изменениям, — продолжал нести околесицу Георгий.

— Чего?

— Проще сделать, чем объяснять, — с непонятно откуда взявшимся оптимизмом заявил Жора. — Сын твой далеко?

— А причём тут мой сын? — резко спросил Александр.

— Как причём? Чтобы помочь тебе всё исправить, — недоумевал собеседник.

Саша приметил странный перстень на безымянном пальце левой руки Георгия. Возможно, золото, какой-то синий камешек. Дорогая вещица или подделка — сходу было не понять.

— Меняемся? — Жора поймал взгляд Стародубова. — Ты мне шоколадное яйцо, я тебе перстень. Только передай его сыну.

— Зачем ему перстень? Ему три года только, — Александр в уме прикидывал, что золотой перстень не такая уж плохая альтернатива шоколадному яйцу, но странное предложение Георгия всё же заставляло искать какой-то подвох.

— Как зачем? Вдруг пригодится.

— Золотое? — зачем-то уточнил Стародубов.

— Золотое. Ну так что? Меняемся? — Жора почему-то решил накинуть маску торжественности, будто от этого обмена может измениться судьба миров.

— Меняемся, — согласился Александр.

Чудак в очках после завершения сделки тут же распечатал шоколадное яйцо и без промедления его съел. Принявшись за сюрприз, упакованный в пластиковом контейнере, он захихикал.

— Этого бегемота в моей коллекции ещё не было.

Александр бросил последний взгляд на сумасшедшего и быстро пошёл в сторону своего дома.

***

— Надо продать.

— Ты чего, Света, это же золото, — возмутился Стародубов.

— Вот именно! Сколько за него можно выручить? — прикидывала жена.

— Да какая разница? Оно что-то значит, — упирался Александр.

— Саша, да ты ведь сам не понимаешь, в чём его ценность. Раз уж отдал тебе кольцо какой-то странный человек за «Киндер-сюрприз», нужно пользоваться случаем.

— Не нужно. Сейчас я его Димке отнесу, — решил Стародубов.

Димка сидел в соседней комнате и безмятежно возился с резиновыми игрушками. Ему очень нравилось отсоединять головы у одних и присоединять к другим. Когда отец зашёл в комнату, у мальчика в одной руке был резиновый Куклачёв с головой Юрия Гагарина, а в другой дрессировщик кошек, облаченный в комбинезон советского космонавта.

— Вот Димка, смотри я чего тебе принёс, — с улыбкой произнёс Александр.

— «Киндер»? — с надеждой спросил тот.

— Нет, намного лучше. Вот, гляди, — отец продемонстрировал перстень, который ещё пару часов назад носил Георгий.

— Намного лучше? — Дима недоверчиво посмотрел на украшение.

— Только сейчас я тебе его не дам. Вручу, когда вырастишь, — предупредил Стародубов сына.

— Я уже большой! — начал спорить Дима.

— Хорошо, держи, — неожиданно согласился Александр. — Будет у тебя на хранении.

Дима посмотрел на перстень и сунул его в карман.

— Потеряет ведь, — пытаясь сохранять спокойствие, предположила Света.

— Не потеряет, — почему-то был уверен Саша.

Когда родители вышли из комнаты, Дима решил перстень перепрятать. После принятия нелёгкого выбора подарок отца оказался внутри миниатюрной модели автомобиля РАФ-2203. Положив уменьшенную копию транспортного средства на место, мальчик принялся за сбор башен из кубиков.

1

Стародубов сидел на почте и ждал, когда его вызовут к телефону. На этот разговор он очень рассчитывал, хотя на самом деле корил себя за то, что приходится просить помощи у родственников. Наконец мужчину позвали в будку. После тёплого, но короткого приветствия и прочих обязательных для таких бесед фраз, близкие люди перешли к делу. Александр изложил без прикрас положение дел и поинтересовался, может ли чем-то помочь ему свояк.

— В милиции мы пока держимся, — сообщил собеседник. — Но тоже перспективы неясны. Мои возможности, сам понимаешь, ограничены — не в том я звании… В любом случае замолвлю за тебя слово. Может быть, не у нас так, где-нибудь в другом месте участковым получится тебя пристроить.

— Благодарю, Миша.

— Благодарить пока рано. А может махнёте к нам со Светой на лето? На даче места всем хватит. А там как раз и тебе с работой что-нибудь придумать удастся, и семья освоится.

— Наверное, это было бы не самым плохим сейчас решением. Хотя, может я сперва один на разведку съезжу?

— Можешь и один, если хочешь обстановку на огороде самостоятельно разведать, — усмехнулся Миша.

После беседы с родственником Стародубов вынужден был держать разговор со своим семейством. Мнения о перспективах переезда даже временного разделились. Димка был за любое путешествие, а вот Светлане резкая смена уклада жизни пришлась не по вкусу:

— И что мы будем там сидеть на шее, как бедные родственники?

— Разбогатеем, будем сидеть, как богатые, — пытался найти контраргументы Александр.

— Это в милиции разбогатеть получится?

— Разбогатеть получилось бы и в криминале, — рассердился муж. — Меня уже агитировал кое-кто из бывших коллег. Вот только уверена ли ты, что порадуешься такой перемене?

***

Александр решил, что переезжать всей семьёй пока не стоит. Свете нужно свыкнуться с мыслью о переезде, да и ему самому неплохо было бы на новом месте обустроиться. Взяв билет на поезд в один конец, мужчина решил прогуляться по центру не родного, но ставшего почтим родным города. Конечно, никаких особенных чувств Стародубов во время прогулки не испытывал — сентиментальностью он не отличался. Но при этом мужчина чувствовал, что, возможно, возвращаться сюда в ближайшее время не придётся.

— Девушка, а пойдёмте с нами? — на набережной какие-то сомнительные личности в кожаных куртках решили завести знакомство со студенткой, задержавшейся в столь поздний час на улице. Хотя это и был центр города, перспектива общения с группой опасных незнакомцев до смерти напугала даму.

Стародубов в последнее время всё чаще становился свидетелем столь непривлекательных картин, однако по возможности старался не вмешиваться. Бандиты его не трогали, он их тоже старался обходить стороной. Не потому что боялся, а по причине бессмысленности любого геройства в это смутное время. Но сейчас ему почему-то не захотелось оставаться в стороне. Глядя, как несчастную уже фактически силой тащат в автомобиль, он окрикнул типов в кожанках.

— Чего тебе? — примерно так высказался «шкафообразный» человек, если опустить нецензурную лексику.

— Вы чего творите, православные? — Александр заприметил у своих собеседников кресты на толстенных цепях, благо те своё вероисповедание скрыть и не старались.

— А в чём проблема? — вступил в разговор чуть более стройный приятель «шкафообразного», облачённый, помимо кожаной куртки, в спортивные штаны.

— Плохо поступаете, граждане, — сообщил Стародубов очевидное. — А значит плохо для вас всё и закончится.

— Это ты нам, типа, угрожаешь? — вернулся в разговор «шкафообразный», сверкая золотом в лучах заходящего солнца.

— Зачем мне вам угрожать? Просто оповещаю.

Ситуация накалилась до предела. Логика происходящего диктовала два основных варианта развития сюжета. В наиболее реалистичном бандиты должны были достать огнестрельное или, на худой конец, холодное оружие, а потом без зазрения совести закончить отвлекающий от дела разговор. Вариант романтичный предвещал какой-нибудь боевой выпад со стороны Стародубова, который злодеев мог обезоружить, а то и вовсе списать в утиль.

Однако события развивались иным образом — «шкафоподобный» схватился за сердце и упал навзничь. Жив его коллега или нет, обладатель спортивных штанов знать не мог. Причина была банальна — у него в тот же миг что-то щёлкнуло в голове, а потому из вертикального положения недавний собеседник рухнул в горизонтальное.

Наверное в этот момент испуганная студентка должна была истошно завопить или просто вскрикнуть для приличия, но почему-то вид павших «героев эпохи» её не слишком напугал.

— Что вы с ними сделали? — спросила она Александра.

— Ничего, — Стародубов сам был в изумлении. — Я думал это вы применили какое-то вуду.

— Вуду? Это японская борьба?

— Нет, не борьба и не японская, — мужчина быстро справился с состоянием растерянности. — Нам нужно уйти скорее отсюда, пока их приятели не обнаружились.

Александр и его новая знакомая скрылись в подземном переходе, вобравшем большую компанию музыкантов и ценителей музыки. Стараясь сохранять спокойствие, они вышли к плотине. Куда идти дальше, Стародубов не имел представления. Он мог бы смело шагать домой, но дело бросать на полпути не хотелось — сопроводить девушку до её жилища обязывал случай.

— Это «камень любви» — зачем-то сообщила она, указывая на розоватую глыбу у плотины.

— Ага, — кивнул мужчина, не считавший, что сейчас самое время начинать экскурсию. — Вы где живёте?

— Зачем это вам? — девушка взглянула на своего спутника со смесью нарочитой подозрительности и некоторой игривости.

— Я провожу, — одной гулять в такое время опасно, — без тени игривости и прочих нот романтизма Александр оповестил спутницу о своих планах.

— Хорошо, — не стала спорить студентка, — меня, кстати, зовут Людмила.

Стародубов полагал, что видит девушку в первый и последний раз, а потому не видел смысла в знакомстве. Впрочем, вежливость соблюсти он был не против, а потому представился. Людмила тоже жила в центре города, а значит прогулка под звёздами долгой быть не обещала. Однако путь домой у «спасителя» затягивался, о чём он ещё до конца не подозревал.

— Я в УПИ учусь. Точнее, сейчас он называется УГТУ, — щебетала девушка, будто несколькими минутами ранее ничего страшного с ней и не происходило. — А вы уже не учитесь, наверное?

— Не учусь, — Александр становился всё угрюмее, хотя казалось, что угрюмее быть уже невозможно.

— А где работаете? — невзначай поинтересовалась общительная девушка. — Вы такой… уверенный, — наконец подобрала она слово после некоторой паузы.

— Нигде я не работаю, — Стародубов начинал сердиться.

— А чего не устроитесь? Вы на кого учились? — простодушию Людмилы не было предела.

Александр решил, что промолчать лучше, чем сказать что-нибудь нелицеприятное. Его собеседница истолковала это по-своему, решив, что мужчина нигде не учился:

— Так поступайте хотя бы к нам на заочное. Или, если хотите, можете у моего отца многому поучиться — он колдун.

— Кто? — Стародубов хотел убедиться в том, что не ослышался.

— Колдун, — повторила Людмила. — Нет, конечно, по бумагам он психолог. Так работать проще — вопросов меньше. А на самом деле никакой он не психолог — ни Фрейда, ни Юнга не читал. Мне кажется, у вас есть задатки, Саша. Не в психологии, конечно, — рассмеялась девушка.

Стародубов пропустил мимо ушей факт того, что спутница попыталась сблизить с ним дистанцию в разговоре. Собственные задатки его тоже не интересовали. А вот личность «колдуна», о котором он был наслышан на своём предыдущем месте работы, Александра заинтриговала. Впрочем, мало ли этих колдунов в наши дни? Каждый шарлатан мнит себя экстрасенсом, каждая медсестра белым или чёрным магом.

Расспрашивать на ходу про отца своей новой знакомой было не очень удобно, да и дошли они уже до её дома. Расставаться навсегда или попытаться узнать то, чего ему не удалось в недавнем прошлом? Такая дилемма стояла перед нашим героем.

— Да что вы мнётесь? Давайте зайдём внутрь — вдруг на меня в подъезде кто-то нападёт? — предложила студентка технического университета.

Стародубов решил, что проводить свою спутницу до двери квартиры будет разумней, а потому согласился. Входить внутрь он, разумеется, не планировал, но зачем-то сделал это.

— Проходите, Саша, не стесняйтесь. Хотите вина? — девушка скинула плащ и распустила свои длинные чёрные волосы.

— Не хочу, спасибо, — Александр не понимал, почему он не может в этой ситуации просто откланяться и пойти домой — что-то его здесь держало.

— Хорошо, тогда хотя бы чаем угощу, — Людмила будто бы огорчилась, но оставляла новому знакомому шанс исправиться. — С сахаром?

— Нет, — отрезал мужчина. — Вы про отца говорили... Который «колдун».

— Да-да, конечно, говорила. Отец, который колдун. Других у меня и нет, — Людмила снова рассмеялась.

— И где же он? — Стародубов оглядывал просторную прихожую, будто ожидал в ней появления опасного противника.

— На шабаше. Где же ему ещё быть? — девушка продолжала веселиться. — Да шучу я, — глядя на насупленного мужчину, Людмила поспешила объясниться. — Дома он. У себя только.

— Он не в этой квартире живёт что ли? — гость пытался разглядеть что-то за занавесками.

— Нет, он вообще живёт в другом городе — на севере.

— На севере? Наверное, это не тот колдун, — пробормотал Стародубов. — Извините, я тогда домой пойду.

Зачем он извиняется? Почему не может просто взять и уйти? В конце концов, совесть теперь чиста — девушка спасена, находится в своём доме. Миссия выполнена, а значит можно возвращаться к своим.

— Куда же вы пойдёте на ночь глядя, Саша? Оставайтесь до утра, — предложила «дочь колдуна».

— Мне надо домой, — Стародубов занервничал. — У меня жена, сын.

— С ними всё будет в порядке — я точно знаю. Оставайтесь, — это уже звучало не как предложение, а как приказ.

***

— Ты ведь зимой сам говорил, что завязал со всем этим? — Таня была возмущена.

— Я и не собираюсь «развязывать», — оправдывался Дима.

Парочка сидела на балконе, наслаждаясь теплотой наступившего лета. В стакане Татьяны был персиковый сок, её муж потягивал через трубочку морковный. Из комнаты звучала приятная музыка, которая мотивировала бросить всё и умчаться на край света.

У Чкаловской мы бросим якорь ненадолго,

Сойдём на берег, пересядем в «Газель»!*

— Может наконец-то умчимся на край света? — предложила Таня. — Бросим это всё… — она не договорила.

— Нет, есть кое-что важное, что я ещё не доделал.

— Ты разве не можешь это сделать удалённо? — сердилась жена. — Хватит уже геройствовать, сам говорил «пусть крест носит кто-то другой».

— Пусть, — согласился Дима. — Но у меня ещё осталось кольцо.

Кольцо, как кольцо. Странное, конечно, с синим камешком, каким-то спиралевидным узором, да ещё и надпись на неведомом языке. Таня всматривалась, пытаясь понять, что здесь может быть написано, но ограниченные познания в лингвистике не позволяли сделать ей это.

— Какая-то ерунда написана. Это эльфийский, наверное? — предположила жена. — В Китае сейчас всё, что угодно штампуют.

— Какой эльфийский? — возмутился Дмитрий. — По-русски написано «Надень меня». И ни в каком Китае его не штамповали.

— Про Китай не знаю, — допустила Таня, — Но что-то на русский язык не очень похоже.

Дима прищурился — посмотрел на кольцо и так, и эдак. Надпись изменилась на «Не верти меня».

— Ты это видела?

— Что я должна была видеть?

Но Дима уже не слышал её. То ли он глубоко задумался, то ли задремал с приоткрытыми глазами — сходу было не понять. Таня не придала сразу этому большого значения, покуда сок в её стакане не кончился. Когда же муж выронил из рук стакан, она начала паниковать.

— Ты заснул что ли? Дима!

***

— Дима? Ты спишь уже?

— Нет. А где папа? — поинтересовался ребёнок.

— Скоро должен прийти, — вздохнула мама, которую уже несколько часов волновал тот же вопрос. — А ты давай спи, завтра в детский сад вставать.

— Не хочу в сад!

Мать думала его успокоить, но спокойствия ей самой не хватало. Она погладила сына по голове и отправилась на кухню ждать мужа. Пора ли звонить в милицию, скорую или куда-то ещё, женщина не знала. Решив, некоторое время бездействовать, Светлана заснула, сидя за обеденным столом.

Дима же спать и не думал, рассматривая кольцо, которое ему передал папа. Кажется, на нём были какие-то буквы, но собирать из этих букв слова ребёнок пока не умел. Болтавшееся на пальце ювелирное изделие он снял и аккуратно положил обратно в миниатюрную модель автомобиля. Автомобиль же отправился в потаённое место — под диван.

— Не говори никому, — попросил Дима эрдельтерьера по кличке Жан, который стал случайным свидетелем сего действа. Пёс зевнул, всем своим видом показывая, что ему вообще данная затея неинтересна.

***

— Нет. Не сплю я, — запротестовал Дима. — Задумался просто. Сидел и вдруг накатили воспоминания.

— И что же тебе вспомнилось? — поинтересовалась Таня.

— Детство. Вспомнил нашего пса...

— Да, я помню, ты рассказывал. Он бороду постоянно пачкал, когда ел из миски.

— И ещё игрушки мои таскал, но никогда при этом не портил.

— А с чего это ты про пса вспомнил?

— Даже не знаю. Просто закрыл глаза и предстала картина перед глазами — я что-то говорю Жану, а он зевает.

— А что ты ему говорил? — не слишком любопытную Таню почему-то этот вопрос сейчас очень заинтересовал.

— Не помню. Наверное о чём-то его просил. В детстве мне не казалось это странным — с животными я мог говорить.

— А сейчас?

Дима то ли не понял шутки, то ли действительно решил со всей серьёзностью задуматься над вопросом. Бродивший во дворе соседский кот Барсик тут же был подключён к разговору.

— Барсик! — мужчина окликнул кота. — Как дела у тебя, Барсик?

Парочка на балконе расхохоталась, когда рыжий пройдоха промяукал что-то очень похожее на «нормально».

***

Александр остался. Потом он было одумался и вышел в прихожую, но снова пересмотрел планы. То ли желание пообщаться с «колдуном» (а вдруг он настоящий) его останавливало, то ли что-то ему нужно было от самой Людмилы — Стародубов до конца не понимал своих желаний, но чувствовал, что так надо.

— Так надо, — подтвердила Людмила. — Тебе предстоит многое сделать, а потому ты должен многое узнать.

Стародубов вновь не обратил внимание на то, что его новая знакомая до минимума сократила дистанцию в общении. Что надо, что предстоит — сознание мужчины окутывал туман, не позволяющий ясно понимать ситуацию. Девушка уже невзначай расположилась на его коленях и начала распускать руки.

— Не надо этого, — опомнился Александр, пересаживая девушку с колен на диван. — Мне нужен колдун…

— А я? — Людмила насупилась.

— А вы нет. Извините… — добавил Стародубов.

Его очередная попытка вырваться из этого логова безволия наконец-то увенчалась успехом. Александр спешно удалялся от странной квартиры, подозрительного дома, сомнительного двора. Он добрался до площади, миновал плотину, свернул направо у Главпочтамта и направился в сторону дома.

За полчаса мужчина дошёл до цели, не попадая больше ни в какие приключения. Конечно, вся семья уже должна была спать в столь поздний час, а потому Стародубов планировал незаметно раздеться и шмыгнуть в спальню. Но незаметно не получилось — Дима пробрался в прихожую и поинтересовался:

— И где ты шлялся?

— Это ты где таких выражений набрался? — насупил брови Александр.

Димка рассмеялся, посчитав, что отвечать на вопрос не обязательно.

— А я спрятал кольцо! — похвастал сын.

— Молодец, смотри не потеряй. А лучше знаешь что — дай-ка мне его сюда.

— Нет, — Димка вовсе не хотел возвращать вещь, которая уже стала для него ценной.

— Как это нет? Я же тебе его на хранение дал. Только посмотрю и обратно верну.

— Хорошо. Тогда закрой глаза и не подглядывай. Сейчас принесу, — согласился на эту «сделку» Дима, чувствовавший значимость своей роли.

Малыш побежал в комнату, едва не наступив на лежавшего у дверей пса, и достал из модели автомобиля свою драгоценность. На обратном пути он улыбнулся Жану, который равнодушно наблюдал за всем этим действием, а потом вручил кольцо отцу.

— Вот. Всё с ним в порядке, никто не украл. И Жан никому ничего не рассказал.

— Это хорошо, что с ним всё в порядке, — Александр внимательно взглянул на спиралевидный узор и приметил надпись «Надень меня».

— А что там написано? — полюбопытствовал Дима.

— Написано «учись читать», — с серьёзным видом сообщил отец. — Если не умеешь читать, то и пользоваться кольцом не научишься.

— А ты умеешь?

— Конечно, — важно заявил Александр, надев кольцо на безымянный палец левой руки. — Приём, приём! Как меня слышно?

Дима, раскрыв рот от удивления, смотрел, как отец общается с кем-то неведомым с помощью кольца. Стародубов-старший, конечно, ни с кем разговаривать не собирался. Довольный произведённым эффектом, он уже думал снимать красивую безделушку, но тут где-то в голове, как ему показалось, прозвучал мужской голос:

— Приём. Слышу хорошо. Да, сок можешь принести.

***

— Можно ведь не только с животными разговаривать, — сообщил Дима супруге. — Я могу с любой вещью спокойно общаться. Не факт, конечно, что она ответит.

— Да, в этом как раз и вся проблема, — смеясь, согласилась Таня.

— Мне кажется, будто по этому кольцу кто-то звонит, — со всей серьёзностью сообщил Дмитрий.

— Так я тебе и поверила — не маленькая уже. Может ещё сок? — девушка направилась к холодильнику.

— Нет, я серьёзно. Приём, слышу хорошо. Да, сок можешь принести.

— Каких досок? Кто это? — послышался далёкий голос будто бы из головы Димы.

— Никаких досок не надо. Я Стародубов. А это кто?

Таня, вернувшаяся с двумя стаканами апельсинового сока, изначально наблюдала за ситуацией с большой долей скепсиса. И всё же на какой-то момент она решила допустить неожиданное в свою картину мира. Конечно, основной версией разговора с невидимым собеседником девушка до сих пор считала розыгрыш со стороны мужа, но всё же вдруг это никакой не розыгрыш?

— И это Стародубов, — ответил голос. — А досок у меня всё равно нет.

— То есть я общаюсь со своим скрытым «я»? — усмехнулся Дима.

— Я не скрытый, — прозвучал ответ. — Я самый настоящий.

— А я? — молодого человека забавила вся эта ситуация.

Татьяну же такое положение дел начало немного пугать. Сидели на балконе, пили сок, глядя на размеренную жизнь двора — и вот тебе такие странности. Она уже подумала, что муж перегрелся или с ним случилось ещё что-то небезопасное для здоровья. Не может ведь, в конце концов, человек общаться как по телефону, фактически никакого аппарата поблизости не имея.

— Не знаю. Говорил, что Стародубов. Ты моё альтер-эго? — звучало в голове.

— Да почему это я альтер-эго? Это ты, как мне думается, альтер-эго.

— Нет, давай разберёмся всё же. Ты где сейчас находишься?

— На балконе, — Дима на всякий случай огляделся по сторонам, но никаких пространственных изменений не приметил.

— Точнее? Скажи адрес.

— Заячий порядок, дом пятьдесят девять, квартира пятьдесят девять. Достаточно точно? А ты где находишься?

— Заячий порядок, дом пятьдесят девять, квартира пятьдесят девять. Только я в гостиной.

Дима заглянул внутрь квартиры, но никого в гостиной не обнаружил. На всякий случай он проверил спальню, прихожую, кухню и санузел.

— Что-то не видать тебя, альтернативный Дмитрий Стародубов.

— Дмитрий? Я Александр...

***

— А я Дима, — Димка очень развеселился от моноспектакля, который разыгрывал его отец.

— Ты чего расшумелся? Димке завтра в садик. — Сонная Светлана наконец-то отреагировала на шум, обнаружив его источник. — А ты чего не спишь?

Александр снял кольцо и спрятал его в карман. Дима, заметив это, насупился.

— Ты его мне должен на хранение отдать! — напомнил сын.

— Что это у вас за секреты такие? — поинтересовалась Света. — Давай спать иди, хранитель.

Стародубов-старший сопроводил Диму до кровати, незаметно передав артефакт сыну. Света заходить не стала, дожидаясь мужа в гостиной. Жан в принципе никуда не выходил и не заходил, продолжая без особого любопытства наблюдать за происходящим.

— Только не подглядывай, куда я спрячу, — напомнил Дима.

Отец подглядывать не собирался, хотя планировал перед отъездом ещё разобраться с чудесами кольца. Впрочем, кольцо его в данный момент волновало далеко не в первую очередь. Света была очень недовольной — мужа она ни в чём не подозревала, однако затяжные ночные прогулки, как не трудно догадаться, радовать её не могли.

— Долго что-то прогуливался, — сообщила она супругу.

— Да, время как-то незаметно пробежало.

— А откуда на тебе чёрный волос?

Александр провёл руками по своим волосам, не сразу поняв о чём речь. Когда наконец сообразил, оправдания искать было поздно.

— Так вот ты где гуляешь значит? Говорит, перед дорогой хочу побродить, голову проветрить. И с кем это ты голову проветривал, отвечай!

— Девушка была в опасности, — оправдывался Стародубов.

— А тут и спаситель нашёлся. Спасал девушку от одиночества?

— От бандитов вообще-то, — буркнул Александр.

— От бандитов? Это хорошо. Но потом она решила тебя отблагодарить?

— Зашёл, чаю просто попил и домой отправился.

— Чаю попил? Так теперь это, значит, называется?

— Я правда только чаю попил! И вообще зашёл, потому что она хотела меня со своим отцом познакомить.

Свету едва не разорвало от возмущения. Стародубов, поняв, что высказался не слишком однозначно, тут же попытался прояснить ситуацию, но его слова женой уже перестали восприниматься.

— Сегодня ночуешь на полу! А завтра мы ещё поговорим, — угрожающе анонсировала она ближайшие перспективы счастливой семейной жизни.

***

— Пропал куда-то…

— Кто? — Таня не знала, пугаться ей или удивляться.

— Другой Стародубов. Александр…

— То есть это…

— То есть это был отец, — закончил фразу Дима.

— Опять эти твои странности, — рассердилась Таня. — Ладно, я ещё могу поверить, что он звонил по телефону, хотя мы выяснили, что никакого звонка не было…

— Звонок был, — не согласился Дима. — Просто в памяти телефона о нём не осталось никаких данных…

— И в памяти телефонного оператора, — добавила жена. — Будешь так себя вести — сдам в психлечебницу для опытов.

— Я же говорю, это необычное кольцо. Оно как-то помогает мне налаживать связь с отцом. Только я пока не пойму, как это всё работает. Но, думаю, что разберусь.

— Разберись лучше с посудой на кухне, а то там уже мухи с ней пытаются разобраться, — проворчала Таня.

Озадаченный Дима пошёл отгонять мух от немытых тарелок и даже для порядка кое-что из посудных принадлежностей помыл. Но от продолжения полезных действий его снова отвлёк голос в голове.

— Дима?

— Да, это я. Это снова Александр?

— Снова, — подтвердил голос. — Ты Дима Стародубов, верно?

— Верно, — забыв про посуду, сообщил Дима. — Моего отца звали Александр Стародубов, — добавил он на всякий случай.

— А моего сына зовут Дима, — собеседник развеселился. — Вот же несуразица… Ведь мой сын лежит сейчас на диване и спит.

— А пёс? Жан на месте? — уточнил Дмитрий Стародубов.

— На месте, — Диме показалось, что голос в голове рассмеялся. — Получается я как-то связался с тобой в будущем?

— Получается...

— Вот оно что. И как там, в этом будущем? Всё хорошо у тебя?

— Лично у меня хорошо всё, да и в целом, как мне кажется, неплохо. Не знаю, наверное что-то в этом будущем могло бы тебя удивить.

— А я как там? Чем занимаюсь в этом будущем?

— Не знаю, — погрустнел сын. — Давно вестей не было, если не считать тот странный звонок в январе…

— Ясно. Слушай, на мне сейчас кольцо такое странное — с синим камешком.

— На мне такое же кольцо. Хотя, может быть, это оно и есть…

— Странно всё это. Но теперь я начинаю понимать о чём говорил Георгий.

— Кто это?

— Да был тут один чудак. Димка, а ты ведь должен знать, что меня ждёт! Мне бы хотелось узнать свои ближайшие перспективы. Ты меня слышишь?

***

— Ты или снял бы кольцо своё, или не мыл посуду. Теперь вот разбирать это всё, — ворчала Таня.

Дима, беседовавший с голосом в голове, а может даже со своим отцом, решил вернуться к мытью посуды, но при этом допустил оплошность. Кольцо соскользнуло с пальца и отправилось прямиком в сифон.

— Ничего, достанем, — Дмитрия было не смутить. — Я тут с отцом говорил.

— По кольцу опять? — иронизировала Таня.

— Да. А что тут смешного? Главное, что связь работает.

— И как он там? — уже без иронии поинтересовалась супруга.

— Вроде нормально, — неуверенно сообщил Дима.

— И когда же он навестит нас?

— Не знаю. Нормально всё у него было в прошлом… Может быть, ему как раз нужна помощь от меня? Чтобы я ему рассказал, что делать надо, а чего не стоит. Сейчас вытащу кольцо и снова свяжусь.

Кольцо в итоге раздобыть удалось, но функционировавшая безотказно связь почему-то теперь работать отказывалась. Никто Дмитрию не отвечал — так было сразу, через час и даже поздно вечером.

— Галлюцинации какие-нибудь. Перегрелся на солнышке или надышался краски. В подъезде же как раз ремонт делают! — предположила Татьяна. — Нет, ну ты правда веришь в то, что такое возможно?

— Зимой я лично перемещался сквозь время, а теперь всего лишь общаюсь с прошлым. Почему я не должен в это верить?

— Там всё иначе было. А может и тогда тебе казалось всё это? Ты ведь пробовал после, ничего не выходило.

— А как же все эти изменения, которые произошли вокруг?

— Ты уверен, что эти изменения вообще произошли? По-моему всё всегда так и было...

***

Александр Стародубов аккуратно положил кольцо на место — вдруг ещё Димка заприметит, что отец знает его секрет. После мужчина решил лечь спать, благо с пола его никто не гнал. Теперь в жизни действительно появилась надежда на то, что всё наладится. «Главное, что у Димки в будущем хорошо» — думал он. — «Может быть, и у меня в настоящем всё устаканится», — мельком посетила Стародубова ещё одна мысль. С такими приятными думами он и отошёл ко сну.

С утра Александра ждал анонсированный разговор «по душам». Света была сердита на мужа, который, на её взгляд, не слишком вразумительно отвечал на вопросы о вчерашнем вояже. Стародубов не желал оправдываться, так как не чувствовал себя виноватым. Жене же наоборот казалось, что он что-то скрывает.

— Что ты скрываешь? — спросила она напрямую.

— Да ничего особенного. Знаешь, а кольцо оказывается непростое. Оно позволяет связываться с будущим.

— Какое кольцо? Ты о чём? — Света уже и позабыть успела о недавней находке супруга.

— Ну как же? Кольцо, которое я выменял на яйцо. Не помнишь что ли? Сейчас принесу.

Александр заглянул в комнату сына и собирался достать из модели автомобиля ценнейший артефакт, однако не обнаружил его там. Заглянул на полку с игрушками и даже в сервант с книгами, но нигде найти искомое при беглом осмотре не удавалось.

— Кажется, Димка перепрятал его. Неужели в садик взял?

— А я тебе говорила. Взял ребёнку такую ценную вещь отдал, — вошла в детскую Светлана.

— Так ты вспомнила, что за кольцо?

— Да я и не забывала. Так что там со связью? С кем связывался в будущем? С подружкой своей?

— Причём здесь Людмила? — возмутился Стародубов.

— Людмила? Так ты её знаешь?

— Веришь, она представилась, когда я её провожал! Давай не отвлекаться от сути — или тебе уже неинтересно?

— Интересно, ещё как интересно, — злобно шептала жена. — Особенно про Людмилу.

— Так вот — я каким-то чудесным образом с помощью этого кольца связался с Димкой.

— Во сне?

— Да почему во сне? Димка это всё видел.

— Подожди. Я что-то совсем запуталась. Ты связался с Димкой в будущем и он это видел?

— Он видел это в настоящем, а отвечал мне из будущего, — пояснил Александр. — Я думал узнать кое-что — ему же там из будущего виднее.

— И как?

— И связь оборвалась. А сейчас я ещё и кольцо не могу найти…

***

Маленький Дима действительно взял кольцо в детский сад. Ночью он приметил, что отец тайник раскрыл. Может быть, подглядывал, а может Жан разболтал, но в любом случае доверять никому было нельзя. Теперь придётся таскать ценную вещь с собой.

Конечно, хотелось похвастать приобретением перед товарищами по группе, но риск слишком велик — вдруг украдут? А если не украдут, то значит не оценят всю значимость кольца, а это тоже плохо. Зачем пытаться друзей удивить, если они ничего в ценностях не понимают?

Во время тихого часа, который Дима традиционно проводил без сна, он решил рассмотреть кольцо внимательней. Синий камешек — красиво, но не слишком интересно. Какие-то буквы — интересно, но, к сожалению, прочитать надпись не получается. Узор понятный и интересный, но какая от него польза? Дима разглядывал кольцо и так, и эдак, даже на палец надел, как отец. Ничего вроде бы не происходило, разве что мальчик наконец-то уснул.

— Приём. Меня кто-то слышит? Александр? Отец?

— Да никто тебя не слышит, — буркнула какая-то тётенька.

— Ты кто? — Дима оглянулся на незнакомку.

Красивая тётенька почему-то отвесила ему подзатыльник и тут Дима понял, что он большой. И не просто большой, каким он и без того себя считал, а прямо взрослый. Взрослый и стоит почему-то посреди кухни. Вроде бы дома, но что-то вокруг не так. Ремонт что ли сделали родители? А что он говорил только что? Звал папу?

— Всё, хватит уже — набаловался с этим кольцом. Тебя ещё пара сковородок ждёт немытых.

— Меня? Зачем? — удивился Дима.

— Чтобы ты их помыл, — сообщила женщина, которую Димке видеть дома никогда не приходилось.

— Но я не умею мыть сковородки... Их мама обычно моет.

— Снимай кольцо! — настаивала незнакомка.

— Зачем?

Тётенька стянула кольцо с Диминого пальца. Он хотел было рассердиться, но проснулся. На двух пальцах у него по-прежнему болталось кольцо. Впечатлённый странным сном, ребёнок ещё больше впечатлился, когда осознал, что спал в тихий час.

***

— Что за фокусы такие? — Таня негодовала. — Я его выброшу к чертям собачьим.

— Не надо к собачьим…

— Могу к кошачьим, — угрожала жена. — Как это назвать?

— А что случилось?

— Что ты начал плести по поводу посуды? Не хочешь мыть, так и скажи!

— Не хочу, — сказал Дима на всякий случай.

— А зачем ты приплёл маму? Да ещё начал делать вид, будто меня не узнаешь?

— Это когда такое было? — удивился супруг, с опаской глядя на кольцо в руках Тани. На всякий случай он артефакт у разгневанной жены забрал.

— Да вообще-то только что, — Таня бороться за кольцо не стала, однако это не мешало ей всё ещё негодовать.

— Правда? Я как-то глубоко задумался. Мне даже почудилось, будто я в детском саду лежу и…

— И что?

— И сплю…

***

— Дим, ты можешь мне кольцо дать? — спросил папа.

— Нет. Ты обманул меня. Я же сказал не подсматривай, а ты подсмотрел и взял без спроса.

— Я не подглядывал, просто глаза неплотно закрыл — так и увидел случайно.

— Правда? Тогда сейчас принесу, — Димка побежал к себе в комнату, убедившись, что слежки нет, достал кольцо из головы Куклачёва. — Вот, держи. Только не забудь вернуть.

— Хорошо, — согласился отец.

— Приём, приём! Дима, ты меня слышишь?

— Слышу, — отозвался Димка, который наблюдал за действиями папы.

— Это я не тебе, — рассмеялся отец. — Точнее тебе, но не сейчас. В общем, вырастешь — всё поймёшь, — Александр в конец запутался.

— Я уже большой! — запротестовал Димка.

— Я слушаю, — сообщил Димка из будущего опять откуда-то из глубин сознания Александра.

— Дим, очень хорошо, что ты снова вышел на связь. Мне бы хотелось кое-что узнать. Сможешь мне помочь?

— Конечно, если это в моих силах, — ответил сын.

— Я уволился с работы… Точнее меня уволили — так получилось, — зачем-то начал оправдываться Стародубов-старший. — Теперь вот не знаю, что мне делать. Миша, точнее Михаил Иванович, возможно, ты помнишь такого, зовёт в Птицынск. Вроде бы в милицию можно устроиться, но, как я понял, он сам в этом не уверен. Можешь мне подсказать, хороша ли эта идея? Ты вообще помнишь, чтобы я в Птицынск отправился работать?

— Дядю Мишу, конечно, я помню — он и сейчас жив-здоров. А вот про твою работу в Птицынске ничего не знаю. Может, я у мамы спрошу?

— Не надо, — почему-то очень тихо сказал Александр. — Извини, не могу пока говорить, конец связи.

***

— Может это вовсе не отец? — Таня до сих пор сомневалась. — Голоса в голове — это к психиатру надо. Или…

— К экзорцисту, — добавил Дима. — Нет, это точно отец. Он просит помощи, но я толком не могу помочь. Понимаешь, если мы сможем подвести его к правильному выбору, то он в нашем времени будет жив…

— Дим, я понимаю, что для тебя это больная тема… Но так не бывает.

— Почему не бывает? Всё бывает! Вопрос только в…

— В чём? В вере? Нет, к сожалению, не всё возможно.

Дима пропустил это мимо ушей, поскольку считал, что возможно всё, хотя не у всех и не всегда. Такая философия ему нередко помогала в жизни, да и случались с ним уже вещи, в которые не поверил бы, не будь он участником этих событий.

— Я должен всё узнать, — мужчина обратился то ли к жене, то ли к окружающей его реальности.

***

— Мам, а папа со мной разговаривает!

— И что тут странного, он же не немой? — удивилась Светлана, готовившая на кухне ужин.

— Нет, ты не поняла. Он разговаривает со мной, когда я большой. Я уже большой, но он говорит со мной, когда я ещё больше. И когда я вырасту, я всё пойму! — Димку почему-то эта история очень впечатлила, а вот мама была в некоторой растерянности.

Александр на кухне отсутствовал, у него была другая задача — поскорее собрать вещи. Он всё же принял решение попытать счастья в Птицынске, не дожидаясь чьих-то советов со стороны. Разговор сына и жены он не слышал, так как в гостиной другие звуки заглушал магнитофон, который был приобретён буквально с полгода назад.

Дети смотрят на нас свысока

И собаки плюют нам вслед.

Но если никто мне не задал вопрос,

Откуда я знаю ответ?*

— Чего это ты Димке наплёл? — Света, войдя в гостиную, всё же подключила мужа к беседе.

— Димке? Ничего я не плёл. Сказал, как есть.

— Опять с кольцом своим балуешься? А если это какая-то чёрная магия? Сейчас же полно всяких экстрасенсов, гадалок и прочих некромантов! Может это Георгий тебе мозги запудривает? Не думал об этом?

— Не думал, — на миг задумался муж. — Да нет, все эти колдуны являются обыкновенными мошенниками. А Георгий просто какой-то чудак. Тут главное, что кольцо работает. Тем более я его честно выменял на яйцо, — убедил, скорее, себя, чем жену Александр.

— Едешь всё-таки?

— Еду. Не получится ничего у Михаила, так в Москву отправлюсь — оттуда недалеко.

— Не надо в Москву, там сейчас опасно, — попросила Света. — Может и в Птицынск не надо?

— Надо. Всё, не отговаривай.

Утром он поехал на вокзал, хотя ночью ещё находился в раздумьях. Но раздумья сменил сон, а затем наступил рассвет, когда думать над выбором уже было поздно. Стародубов обнял жену, поцеловал в голову сына, потрепал за ухом Жана и отправился к выходу. Мысль, что прощается с родными навсегда, не покидала Александра.

— Пап, стой! Кольцо забыл! — Димка бежал со всех ног к двери.

— И действительно — совсем про него забыл, — пробормотал отец.

— Будем на связи, — засмеялся сын.

— Будем, — согласился Александр, думая, что никакой трагедии в его отъезде нет.

***

Стародубов шёл по Привокзальной площади, всеми мыслями находясь в ближайшем будущем, но тут его взгляд зацепил знакомое лицо. На месте, именуемом в народе «под варежкой», стояла Людмила. На этот раз на студентке была броская ярко-малиновая кофточка и модные джинсы. Впрочем, зацепило Александра не яркое облачение новой знакомой, а её взгляд. Казалось, она вовсе не случайно здесь оказалась и ждала именно его.

— Надеюсь, вы не меня ждёте, Людмила, — с улыбкой произнёс Стародубов. — Всё в порядке?

— Всё в порядке. А у тебя?

Фамильярность девушки семейного мужчину немного раздражала — тут и недавний разговор со Светланой всплыл в памяти. Хотя какое ему дело до студентки? На приветствии и ничего не значащих фразах Александр планировал закончить разговор.

— Всё отлично. Удачи, Люда!

— Удача нам с тобой пригодится, — не дав уйти своему новому приятелю, девушка продолжила беседу. — Я ведь за тобой пришла. У нас мало времени — нужно ехать.

— Согласен. У меня поезд через несколько минут отправляется, — не понимая, почему он всё ещё ведёт беседу, а не бежит на перон, Стародубов продолжал переминаться с ноги на ногу.

— Поезд не нужен. Вон наш транспорт стоит, — Людмила указала на синий УАЗ 469-й модели, над которым поработали какие-то умельцы. Приподнятый кузов, колёса, чуть ли не как у самосвала, видоизменённый бампер, решётки на фонарях. Александр машину оценил, но ехать всё же предпочёл железной дорогой.

— Спасибо, Люда, уже на поезд билет куплен.

— Мы поедем туда, куда не едут поезда.

Стародубов не соглашался и даже зачем-то пытался что-то доказать девушке, но затем до него дошло ужасное — поезд на Санкт-Петербург уже несколько минут, как отправился.

— Поезд ушёл, — констатировал он.

— Вот видишь, как легко мы решили вопрос с выбором направления. Хорош уже, ездить по ушам, садись спереди, путь предстоит долгий.

— А кто поведёт? — почему-то этот вопрос мужчину волновал сейчас больше, чем направление маршрута.

— Я. Не доверяешь?

— Просто машина не самая женская.

— А какая должна быть женская? «Волга» или «копейка»? — Людмила рассмеялась.

Не найдя, что на это ответить, Александр сел и зачем-то пристегнулся ремнём безопасности.

— Это разумно — дорога впереди дрянная.

— Так куда едем?

— На север, Саша, на север… Ты, кажется, хотел познакомиться с колдуном?

— Хотел, — придя в себя, согласился пассажир.

— Ну так вот и исполнишь своё желание, — Люда включила радиоприёмник погромче.

Жизнь проходит нелепо, а смерть так внезапна,

Так внеси свою лепту в здоровое завтра!*

***

Большим поклонником туризма Стародубов не являлся. В то время, как его товарищи бродили по Среднему и Северному Уралу, Александр предпочитал учёбу и тренировки. Природа ему нравилась, а вот плестись с большим рюкзаком долгие часы — не очень. Пройти полтора десятка километров, разбить лагерь, разжечь костёр — всё это Стародубов сделать мог при необходимости, однако необходимость такая возникала нечасто.

Глядя на пейзажи за окном, пассажира навещали мысли — возможно, чаще стоило выбираться на природу. Чем они занимались с женой в выходные? В лучшем случае заглядывали в кино или ресторан, а могли и вовсе убить дни отдыха в чтении или ещё каком малополезном занятии. А тут всего несколько сот километров на север — и вот она, дикая и необузданная природа. Горы, леса, реки — всё это не по ту сторону экрана и не на страницах книг, а здесь. Комары и прочие кровососы тоже здесь, хотя их, по мнению Стародубова, как раз можно было бы оставить по ту сторону экрана.

— И долго мы до вашего отца-колдуна добираться будем? — поинтересовался Александр.

— Не переживай, до заката успеем — в июне здесь рано не темнеет.

— Я и не переживаю. Просто планы пришлось так спешно менять, могла бы и подробнее рассказать о том, что нас ожидает.

Девушка почему-то решила не пускаться в объяснения, да и её спутник интересовался будто бы для порядка. Туманное будущее Стародубова ждало в любом случае, а потому какая разница, где именно ничего не знать о перспективах — в Птицынске или на севере Урала.

— Если сильно не спешим, то может остановимся тогда у этой речки? — предложил Александр.

— Конечно, остановимся. Автомобиль оставим здесь, дальше мы вплавь.— Людмила, казалось, говорила серьёзно.

— В каком смысле вплавь? Я окунуться хотел, а плыть куда-то нет большого желания.

— Желания нет, а придётся. Да ладно, чего такие глаза страшные делаешь? На лодке же. Вон там она, в зарослях.

Примерно половину часа речной прогулки Стародубов орудовал вёслами молча. Какие-то мысли его посещали, иные же пролетали мимо, надолго не задерживаясь. Александр не думал, что он совершает что-то странное, хотя по изначальным планам должен был находиться к этому времени в совершенной иной локации. Гнал прочь мысли и о том, почему продолжает следовать за этой странной девушкой. А вот о кольце вспоминать периодически приходилось. Гадал он, почему Дима не выходит на связь, размышлял и о том — не охотится ли за «артефактом» северный колдун.

— Если ты хотела меня просто утопить, то могла бы сделать это в городском пруду. — Прервал свои размышления Стародубов. На кой чёрт мы так далеко забрались? Комары ещё эти…

— Скоро будем на месте.

— Уже раз в десятый слышу твоё «скоро», а место это всё никак не появляется. Я, конечно, могу предположить, что настоящий колдун живёт где-то в глуши, но не настолько же.

Неподалёку закричала птица. Людмила внимательно посмотрела на одну из скал.

— Мы близко, — ободрила она спутника, которому грести давно уже надоело.

— Близко к чему? Что-то я тут кроме реки и леса ничего не вижу.

— Нам нужно в пещеру, — сообщила Людмила. — Причаливай вон там.

— Колдун живёт в пещере, — негромко произнёс Стародубов, на всякий случай приглядывая пути отхода.

— Ещё не зашёл, а уже думаешь, как бы уйти? — откуда-то из недр пещеры прозвучал голос с нотками иронии. — Меня зовут Товалын Уй, — сообщил обитатель пещеры. Смеркалось, а потому Александр смог разглядеть лишь очертания статного хозяина.

— Александр Стародубов, — представился гость, сделав вид, будто усмешка собеседника не имела места.

— Да, наслышан. Давно хотел с тобой увидеться, — заявил хозяин северных гор.

— Давно? С чего бы это? — Александр нахмурился, подозревая, что колдун о нём знает больше, чем он сам об этом колдуне.

— Действительно, сморозил глупость. Сам ты мне не слишком интересен, а потому несправедливо говорить, что жду тебя давно. Зато давно мне требуется то, что у тебя есть…

Людмила в разговоре не участвовала. Создавалось впечатление, что ей куда интересней глядеть по сторонам, изучая дикую природу в свете уходящего солнца. Девушка либо не чувствовала приближения назревающего конфликта, либо не сомневалась в его исходе.

— Товалын Уй ищет это кольцо? — поинтересовался Стародубов, сам удивившись тому, что запомнил странное имя.

— Кольцо лишь атрибут. Мне нужна связь между временами.

— Зачем она отшельнику? Какие-то нереализованные амбиции? — Саша рассмеялся.

На самом деле гостю было не до смеха — он был напряжён от макушки до пят. Что самое неприятное, Александр всё ещё не мог разгадать, кто перед ним — друг, враг, ситуативный союзник или временный оппонент.

— Я не враг тебе, — сообщил Товалын Уй, будто бы прочитав мысли гостя. — Тебе не понять моих стремлений, они лежат в совершенно непривычной для людей плоскости. К тому же сам ты слаб для того, чтобы воспользоваться случайно полученной силой.

— Почему это случайно? — возмутился Александр. — Состоялся обмен — вполне легальная сделка…

— Вполне легальная сделка, — негромко повторил колдун. — Я чувствую, как наступают времена, когда «вполне легальные сделки» удачные для некоторых, станут причиной печали миллионов.

— У Товалын Уя есть деловые интересы? Вот для чего ему нужно управлять временем? Ждёшь верного сигнала из будущего — предположил Александр, не понимая, почему о собеседнике он говорит в третьем лице. — Дима ничего передавать не будет!

— Дима? С Димой я и не смогу связаться — кольцо работает только как «телефон» для кровных родственников, причём близких. В редких случаях можно связаться с самим собой, но непосвящённый просто не поймёт, что происходит.

— Значит ты с ней хочешь связаться в будущем? — разгадал замысел колдуна Стародубов. — Только в будущем кольца у неё нет!

— Есть — нет, — проворчал Товалын Уй. — Всё это пока действительно неважно. Ты прав, у меня имеются интересы, которые далеко выходят за пределы сегодняшнего дня. Вот только к меркантильным желаниям они не относятся. Это тебе интересно — куда податься, чем заняться, где сытнее.

— С чего это вы взяли? — Александр покраснел, понимая, что в какой-то мере его визави прав.

— Я уже долго живу и хорошо знаю людскую породу. Но хватит разговоров, — несколько неожиданно оборвал беседу колдун. — Я не хочу тебе причинять вреда. Давай кольцо, Людмила доставит тебя обратно на вокзал, новый билет к твоему месту назначения уже куплен на завтра.

— Нет! — Стародубов попятился. — Он пока мало чего понимал во всей этой истории с кольцом, не мог придумать, как действительно ему лучше поступить с ценной вещицей, но всё же посчитал абсолютно неприемлемым отдавать артефакт этому человеку или кем там себя странный тип считает.

— Стой! — крикнул отступающему путнику хозяин пещеры, однако было уже поздно.

Стародубов ретировался с одной стороны удачно, с другой — не слишком. Уйти с линии возможной атаки действительно получилось. Пятясь, Александр соскользнул с обрыва в чистые воды горно-таёжной реки. Возможно, в ином случае падение с высоты стало бы для Стародубова фатальным. Но на этот раз обошлось — уровень воды в реке поднялся до аномально высоких отметок, а потому гость северных гор лишь испытал дискомфорт от незапланированного купания.

— Хотя бы так, — с удовлетворением произнёс Товалын Уй. — Наводнения в этом году не будет — кольцо, омытое водой горных рек, знает своё дело.

Вода действительно начала спадать, так и не став смертельной угрозой для окрестных деревень, посёлков и даже городов. Что же касается судьбы Стародубова, то он больше не вынырнул в этих загадочных краях, что почему-то не слишком озаботило свидетелей происшествия.

— Мы ещё с ним увидимся, — с уверенностью сказал колдун. — Возвращайся завтра утром домой, всё идёт по плану, — обратился он к дочери.

2

Саша толком и не успел испугаться — под водой он находился какие-то жалкие секунды. Куда сильнее мужчину волновали ближайшие перспективы: как противостоять колдуну, а возможно, и Людмиле, в чьих паранормальных способностях он перестал сомневаться. Но ожидаемый бой в ближайшие секунды так и не состоялся. Вынырнув на поверхность, Александр не увидел обрывистых скал, которые обрамляли один из берегов неспокойной реки.

Берег был, но пологим — наш герой первым делом подумал, что его отнесло куда-то в сторону течением, но за столь короткий промежуток времени это едва ли могло произойти. Нет, кругом были иные места, возможно, даже не Урал. Солнце находилось чуть выше, но тоже клонилось к линии горизонта. Выйдя на берег, Стародубов проверил, что кольцо на месте и перешёл к следующей задаче — выживанию. До захода солнца у него имелась всего пара часов, требовалось за это время соорудить себе место для ночлега.

Изучая обстановку, Александр почувствовал, что за ним кто-то следит. Этим кем-то был не зверь, а может даже не человек. Он чувствовал на себе чьи-то взгляды, но не мог понять, кто и откуда смотрит.

— Кто здесь? — спросил путник, осторожно озираясь по сторонам.

— Здравствуй! — прозвучал немолодой голос.

Александр оглянулся на звук, инстинктивно проверяя оружие. По понятным причинам, путешественник оказался безоружным. Впрочем, и хозяин голоса, на первый взгляд, не таил опасность.

— Добрый вечер, — пробормотал Стародубов. — В темноте было сложно разглядеть, кто перед ним стоит, но Александр сумел разобрать, что гостей было двое.

— Мы хотели тебя проведать. Увидеть, каков ты. Понять, достоин ли ты своей ноши, — пояснил один из гостей.

— И вы туда же? Тоже охотники за кольцом? — Александр напрягся.

— Мы стражи Синей горы. Теперь тебе стало спокойней с этим знанием? — поинтересовался собеседник, поприветствовавший Стародубова первым.

— Это орден у вас такой что ли? Сектанты?

— Нет, дорогой Александр, мы не сектанты. И ни к каким орденам, ни к медалям отношения не имеем. Синяя гора — вот она, — указал второй куда-то в сторону. А мы, как уже сказали, её стражи.

— Так охотитесь вы за кольцом или нет? — Стародубов ничего не понял, но пытался уяснить хоть что-то в этом странном разговоре.

— У нас нет такой задачи, — почти хором сказали стражи.

— Чего же вам надо?

— Проведать, посмотреть, понять, — сообщил менее аскетичный, судя по очертаниям в темноте, собеседник. — Взглянув на тебя, мы многое поняли. Тяжело тебе придётся, но должен с божьей помощью справиться.

— С чем справиться? — Александр начал терять терпение, раздражаясь из-за обтекаемых формулировок.

— Да в общем-то со всем, — заявил аскет. — Но если ты не уверен в своих силах, то может не стоит начинать?

— Стоит, — сам не поняв почему, ответил Стародубов.

Подул ветер и гости, которых и так тяжело было разглядеть, начали совсем теряться из поля зрения. Поняв, что останется сейчас совсем один, Александр решил попросить помощи.

— Эй, стражи! Не подскажите, где я могу ночь пережить?

— По правую руку от тебя заросли деревьев — там найдёшь приют, — услышал он тихий голос.

Оставшись наедине с самим собой, Стародубову ничего не оставалось, как последовать этому странному совету. В зарослях действительно затерялся какой-то охотничий домик. Александра озадачил тот факт, что в помещении кто-то находился.

Постучав в дверь, путник обнаружил внутри двоих мужчин на вид лет сорока или даже сорока пяти. Александр даже подумал, что это и есть его недавние собеседники, но обитатели избушки опровергли сей факт, сообщив, что уже как пару часов на улицу не выходили. Стародубова пустили переночевать, а заодно и дали информацию о его текущем местонахождении. Наш герой с удивлением для себя узнал, что находится в относительной близости к Птицынску, куда ещё утром стремился отправиться на поезде.

***

Следующим утром, узнав как добраться до цели, Александр оставил место своего ночлега, распрощавшись с хозяевами. Обитатели небольшой избы оказались отшельниками. Окрестности Синей горы вроде бы являлись почитаемой, хотя и не слишком популярной в народе местностью. Ни о каких стражах собеседники не знали или не захотели гостю сообщать это. Впрочем, для Стародубова было куда важнее узнать дорогу до Птицынска, а этой информацией с ним, как уже было сказано, поделились.

Путь был долгим — по крайней мере, добираться пришлось дольше, чем Стародубов думал изначально. Выйдя к шоссе, он надеялся поймать попутный автомобиль, но в этих диких местах с плотностью транспортных потоков, судя по всему, имелись серьёзные проблемы. Только пройдя километров двадцать, пеший турист сумел остановить «жигулёнок» и договориться с шофёром о заезде в город. У водителя были иные планы, однако в вымокшем и высушенном бумажнике пешехода нашлось кое-что ценное для автолюбителя.

К вечеру Александр был на месте — в центре Птицынска жила его сестра с мужем, к которым он собственно, и выезжал на поезде. Родственники переполошились, узнав о том, что пассажир не только не доехал до места назначения, но даже в вагон не садился. Хотели связаться со Светланой, однако оперативно это сделать не удалось — телефонной связи в квартире Стародубовых не имелось.

— Саша! Ты как добирался? — на лице Елены, старшей сестры Стародубова, была смесь радости и тревоги.

— В конечном счёте на автомобиле. А так пешком долго шёл, да и поплавать пришлось, — нехотя рассказал брат о своих приключениях.

— А с поездом почему не срослось? — поинтересовался Михаил, муж Елены.

— Опоздал на поезд, — вздохнул родственник, не желая вдаваться в объяснения прямо с дороги.

— Главное, что добрался до нас, — удовлетворился ответом хозяин квартиры. — Давай сейчас чаю попьём, а потом после душа уже и серьёзней подкрепишься. С такими приключениями, как у тебя были, объедаться, вероятно, не приходилось, Санёк? — где-то в шикарных усах Михаила в этот момент затерялась улыбка.

***

Долгожданное чаепитие привело Сашу Стародубова в прекрасное расположение духа. В конце концов, до места он добрался, да и никаких потерь в дороге не понёс. Конечно же, рассказывать о приключениях родственникам не было никакого желания — не поверили бы, а то и покрутили пальцем у виска. Приходилось уклоняться от ответов, переводя разговор на другие темы.

Сонные дочери Михаила и Елены заглянули на кухню, пытаясь выяснить, кто там на ночь глядя ведёт философские беседы, интересуется погодой и местными ценами на овощи. Увидев дядю Александра, девочки повеселели, а вот сам Стародубов чуть взгрустнул. Он вспомнил, что хотел купить племянницам каких-нибудь кукол в подарок — на станции в Кирове это было сделать проще всего. Вот только остановки у путника состоялись в других местах, где никаких кукол или других игрушек приобрести не удалось.

— А почему Дима не приехал? — поинтересовалась четырёхлетняя Ирина.

— Дима пока занят, — со всей серьёзностью сообщил девочке Александр. — Он сейчас активно растёт и развивается. Когда добьётся в этом успехов, то, конечно же, приедет.

— Не успеет. Мы скоро в Москву уедем, — не согласилась Настя, которой скоро предстояло отправиться в подготовительную группу детского сада. — А что? Вы же сами так говорили, — с удивлением она посмотрела на родителей.

— В Москву только папа пока поедет, — объяснила то ли дочкам, то ли брату Елена.

— Ты едешь в Москву? — Стародубов удивился, поскольку полагал, что Миша поможет ему устроиться в Птицынске.

— В командировку, — отмахнулся тот. — Ты, кстати, тоже едешь, — огорошил шурина Михаил. — Я убедил начальство в том, что ты полезный человек. У нас мест нет, а в столице есть. Вот только московские товарищи не хотят принимать никого в штат по одним только рекомендациям непонятно кого. Да не переживай ты, думаю, что возьмут без проблем — милиционеры сейчас там нужны, время неспокойное. А твой опыт московским коллегам, думаю, очень пригодится.

***

Дима не интересовался судьбой отца по разным причинам. В детстве довольствовался отговорками мамы, которая придумывала красочные истории, объяснявшие отсутствие Стародубова-старшего в жизни сына. Чуть позже, когда Дмитрий начал замечать отсутствие согласованности в рассказах матери, он оставлял эту тему, чтобы не разочаровываться в отце. Когда же Стародубов-младший вырос и готов был услышать версию приближенную к правде, оказалось, что с надеждой жить ему легче, чем с полной правдой. Пропажа без вести с микроскопическим шансом встретить отца живым воспринималась куда легче, чем извещение о смерти.

Но ситуация поменялась. Если отбросить версию о сумасшествии, к которой, кстати, до сих пор склонялась Татьяна, связь с отцом у него сейчас была. А значит трагичного финала, о котором Дмитрий старался не думать, можно было избежать. Вот только чего нужно избегать отцу? Чтобы приблизиться к истине, Дима решил ещё раз обстоятельно пообщаться с мамой.

— В девяносто третьем году Саша отправился в Птицынск — у Михаила вроде бы имелся вариант с работой, — рассказала мама, заварив себе и сыну крепкий кофе. — Здесь со службы ему пришлось уволиться — в общих чертах ты знаешь эту историю. Так вот, в Птицынске отец надолго не задержался, поехали они в Москву. А в Москве… В общем, там твой папа и пропал. Я не знаю конкретики, где, при каких обстоятельствах и когда именно… Недавно вроде бы была поставлена точка в этом вопросе, но в итоге выяснилось, что точку ставить рано — снова ошибочная информация.

— А что дядя Миша рассказывал? Может быть, он знает что-то? Они же вместе поехали?

— Поехали вместе, да потом обстоятельства их разлучили. Причём ещё в самом начале командировки. Так что знает Михаил не больше нашего. Если, конечно, ничего не скрывает...

***

— Миша, а ты ничего не скрываешь? — девчонки были в садике, Елена ушла на рынок, а потому Александр имел возможность пообщаться с родственником.

— Что ты имеешь в виду? Что я должен скрывать? — Михаил и удивился, и возмутился.

— Мы в Москву точно едем по линии милиции? Нет ли здесь какого-либо криминала?

— Да криминал сейчас, Саша, везде. В погонах, в больших кабинетах, просто в кожаных куртках и спортивных штанах. Но если ты о бандитах, то нет — к ним наша поездка отношения не имеет. Ноу криминалити — как говорят… Ну кто-то наверняка так говорит. Впрочем, всей полноты картины перед глазами у меня нет. Одно знаю — сидеть сложа руки нельзя. Всё летит в тартары, но мы должны хотя бы что-то предпринять, чтобы замедлить это падение.

— Полнота картины, — повторил Стародубов отрывок из речи своего собеседника. — Ты знаешь что-то о колдунах, шаманах, магических артефактах? Как относишься к мгновенным перемещениям в пространстве?

— О чём это ты? — для Михаила вопрос был столь нелепым, что он попытался найти хоть какое-то оправдание услышанному. — Шаманы, колдуны — это какие-то кодовые названия?

— Да почему кодовые? Самые обыкновенные шаманы и колдуны, — объяснил Саша. — Я ведь так и не рассказал, как к вам добрался. Пока Лены дома нет, давай быстренько перескажу свой путь.

Но с повествованием о странном путешествии пришлось повременить — щёлкнул ключ в замке, и в прихожей появилась Елена, руки которой были заняты покупками.

— Набрала вам в дорогу кое-чего из провизии. Да и сейчас нормально поедите — кто знает, чего там вас ждёт впереди.

***

В два часа ночи Стародубов стоял на перроне неухоженного птицынского вокзала. Впереди его ждали неясные перспективы, но после поездки в столицу, как ему казалось, эти перспективы должны стать немного яснее.

— Постельное брать будете? — поинтересовалась немолодая и не слишком привлекательная проводница.

— Будем, — согласился Михаил. — И чаю нам, пожалуйста, тоже принесите.

— Места боковые, но хотя бы не у туалета, — с удовлетворением отметил Александр.

— Это правильно, что ты во всём плюсы ищешь, — похвалил его Миша. — Так что там с твоими приключениями?

— Честно говоря, не уверен, что это лучшее место для откровений, — Стародубов огляделся по сторонам. На нижних полках напротив разместились общительные пенсионеры — старушка своему супругу с воодушевлением и ужасом рассказывала громким шёпотом, как её давнюю подругу, проживающую в Гудермесе, уже в третий раз за год ограбили. Одно место сверху пустовало, на другой полке расположился хмурый кавказец, на которого пожилая женщина периодически с подозрением поглядывала. Кавказец, впрочем, судя по большому кресту на груди, жителем этого южного города не являлся, а потому к рассказам соседки относился с безразличием и вообще отходил ко сну. В соседних отсеках вагона люди тоже были заняты. Ворчание, монотонные монологи и оживлённые диалоги, громкий храп и тихое сопение — всем этим был наполнен ночной вагон, только что переживший большую остановку. В общем, никаких дел до истории Александра никому не было.

— По моему, здесь самое место для любых бесед, — будто прочитав мысли приятеля, сообщил Миша.

— В общем, началось всё с кольца, — Стародубов начал свой рассказ, запивая его чаем и заедая пирожками с луком, приготовленными сестрой. Мужчина старался не упустить ни одной детали, но некоторые эпизоды затрагивал вскользь. К примеру, визит к Людмиле домой получился у него каким-то скомканным и неубедительным.

— Чего же ты сразу от неё не ушёл? — недоумевал Миша.

— Да сам не знаю, — терялся Александр.

— А в автомобиль зачем сел к ней? Это ведь нелогично ехать туда, куда тебе не надо.

— Нелогично, — соглашался Стародубов.

Когда дело дошло до шамана и перемещения к Синей горе, Михаил задумчиво посмотрел в окно.

— Ты мне веришь или нет? — Саша с нетерпением ждал ответа своего попутчика.

Михаил молчал, пытаясь осмыслить сказанное. Конечно, к Александру он относился с большим уважением, но всё же и в нелепости не был склонен верить.

— Может тебе подсыпали что-то? Причём неоднократно… — высказал Миша предположение после затянувшейся паузы. — Нет, в этом хотя бы какая-то логика есть. Попотчевал тебя этот «шаман» какими-нибудь мухоморами, ты весь процесс транспортировки и находился в отключке. Надо бы ещё проверить, может «отшельники» с этой твоей шайкой заодно. Да и кольцо, возможно, с сюрпризами, которые как-то влияют на восприятие…

— Кольцо? Что же кольцо могу показать тебе, — Саша полез в карман куртки, где к своему ужасу ничего не нашёл. — Нет кольца.

— Кто-то его видел кроме тебя? — Миша нахмурился.

— Дима. Я ещё Свете рассказывал, вот только не помню, показывал ли...

— Дима ребёнок, ты в стрессовой ситуации после увольнения. Эх, Саша — зря я тебя в Москву потащил. Тебе действительно отдых нужен, а не все эти приключения, — злился на себя родственник.

Михаил не поверил — и это очень огорчало Стародубова. Теперь перспективы стали ещё более туманными, доверят ли Александру какую-либо серьёзную работу, было непонятно. Ещё сильнее пассажира, лежащего на верхней боковой полке, расстраивало отсутствие кольца. Неужели оно потерялось во время его злоключений? И если да, то где? В горной реке на Северном Урале, в тихой заводи у Синей горы или уже в Птицынске?

Александр попробовал получше поискать утерянный артефакт и, к своему удивлению, нашёл. Первым делом хотел показать кольцо Михаилу, но тот уже погрузился в глубокий в сон. Надев украшение на палец, мужчина рассчитывал выйти на связь.

— Папа, ты здесь? — Дима будто бы поджидал его. Сперва Стародубов обрадовался, так как с начала поездки не удавалось связаться с сыном. Впрочем, тут же его начали одолевать сомнения. Действительно ли он общается с Димой из будущего? Как-то уж слишком гладко происходят контакты — почти всегда, когда надо.

— Здесь, я здесь, — прошептал Стародубов-старший. — У меня много чего произошло за последние дни, но давай не об этом. Расскажи мне, кто ты?

— Дима, твой сын, — послышался в голове удивлённый голос мужчины. — Откуда у тебя появились такие вопросы?

— Моему сыну три года, — продолжал вести диалог Александр. — Ты взрослый и вроде как из будущего. А может я просто схожу с ума и голос в голове, это всего лишь голос в голове?

Пенсионерка, рассказывавшая недавно о проблемах своей знакомой, с подозрением поглядывала теперь на Стародубова.

— Знаешь, Таня, это моя жена, тоже считает, что у меня с головой какие-то проблемы. Но на мою долю уже выпало сполна самых разных приключений, поэтому лично меня голоса в голове не смущают. Я в начале года вообще во времени перемещался, оказываясь в своём теле в ранние годы. Что, всё ещё терзают сомнения в реальности происходящего? — спросил голос.

— Терзают.

— А давай я тебе какое-нибудь событие назову, которое ты в самое ближайшее время сможешь проверить?

— Давай, — согласился Александр. — Наши завтра играют с «Локомотивом». Какой счёт будет?

— Наши это кто? «Урал»?

— Какой «Урал»? «Уралмаш», — удивился Стародубов-старший.

— Сейчас в интернете посмотрю.

— Где посмотришь?

— Проиграют 1:3, — ответил Дима, проигнорировав последний вопрос отца.

— Жаль. Но посмотрим, послезавтра газету куплю, счёт уточню.

— Пап, я тебе кое-что хотел сказать, — начал осторожно Дима. — Завтра и тем более послезавтра может быть поздно.

— Поздно для чего?

— Для всего. Я тут узнал у мамы, что ты пропал без вести то ли в Москве, то ли где-то по дороге. Но подробностей она не знает, ничего толком не знает и дядя Миша, с которым ты должен был отправиться.

— Но я уже еду в Москву. Что же мне делать?

— Не знаю. Может быть, нужно держаться Михаила Ивановича? Если он не знает, что с тобой стряслось, то в негативном сценарии ваши пути разошлись. Значит надо сделать так, чтобы во время поездки вы с ним действовали заодно.

— Знать бы ещё, что делать нужно, — пробормотал старший Стародубов.

— Я завтра свяжусь с дядей Мишей и постараюсь в подробностях узнать детали вашей поездки.

Получив небольшой заряд оптимизма, Александр спрятал кольцо и погрузился в сон. Всего через несколько часов поезд прибыл на Ярославский вокзал, где неопределённое будущее должно было начать превращаться в определённое.

3

События развивались очень быстро. Мишу арестовали прямо на вокзале. Не помогло удостоверение сотрудника МВД, а попытка Стародубова вмешаться только усугубила ситуацию. Странно, но Александра задерживать не стали. Впрочем, на этом весь позитив для Стародубова кончился. Михаил толком ничего заранее не рассказал, не успел передать никаких координат или контактов. Таким образом, наш герой оказался в Москве совсем один без какого-либо плана действий, да ещё и наличных оставалось не так уж много. Вся надежда на положительный исход была связана только с Димой из будущего.

Прогуливаясь по улице Герцена, Александр дошёл до памятника русскому писателю. Без особого интереса Стародубов понаблюдал за неспешной реставрацией какого-то храма. Насмотревшись на то как работают другие люди, гость столицы увидал отделение милиции. После ареста Михаила некоторое разочарование в органах правопорядка у нашего героя появилось, и всё же почему-то именно сейчас ему захотелось побеседовать с кем-то из людей в погонах.

Саша желал всего лишь разузнать обстановку в столице, и ему повезло — попался разговорчивый старший лейтенант. Приняв Стародубова за провинциального коллегу, офицер поведал и о криминогенной ситуации в Москве, и даже о материях государственного масштаба.

— Затеяли эти политические реформы, будь они неладны, — ворчал молодой милиционер. — Всё не могут определиться, кто будет главный. Боюсь, что всё опять произойдёт, как в августе девяносто первого... Или даже ещё хуже.

— Да ладно уж, — не соглашался Стародубов. — Там за власть серьёзная борьба шла. Два президента, ГКЧП, спецслужбы, армия, танки. А сейчас что? И Совет, и президент были по одну сторону баррикад — найдут уж, как договориться.

— Мне бы твоё провинциальное простодушие… Делят оставшуюся власть и так просто никто сдаваться не собирается. Знаешь, приказы не принято обсуждать, вот только боюсь, что некоторые из них выполнять не захочется.

Стародубов пожал плечами. Его эта возня, которая за пределы Москвы выплёскивалась неохотно, не слишком интересовала. Лозунги, транспаранты, демонстрации — всё это казалось ему детской забавой, которой народ отвлекают от чего-то более важного.

— И на какой стороне ты собираешься быть, если тебе не понравится приказ? — поинтересовался Стародубов у старшего лейтенанта.

— Если не понравится, то уволюсь из органов. А пока я здесь, то буду верен присяге.

Обдумывая это, Александр так увлёкся, что даже не обратил внимания на то, как собеседник его оставил. Поскольку потребность в общении полностью не была удовлетворена, Стародубов надел кольцо, в очередной раз пытаясь выйти на контакт с Димой.

— Так что там с футболом? Купил газету?

— Газету? — переспросил Александр, вспоминая недавний разговор.

— Нет, об этом я уже и позабыл. Расскажи мне лучше, что там с Мишей? Его на Ярославском вокзале арестовали, а меня нет. Так что держаться вместе, увы не получается с самого начала.

— Вот об этом дядя Миша мне и поведал. Его задержали в июне девяносто третьего, но через трое суток отпустили. Возможно, тебе это время нужно просто как-то продержаться в безопасности.

— Может я выйду на связь с его коллегами, до которых мы так и не добрались?

— Не очень хорошая идея, — предупредил Дима. — Мне дядя Миша рассказал, что вы имели все шансы отправиться в Абхазию, Боснию или Таджикистан. А это, насколько я понимаю, не самые курортные места в тот период.

— А что в самой Москве безопасно? — поинтересовался Стародубов.

— Если не будешь задерживаться там до октября, то не хуже, чем в любом другом городе.

— А в октябре почему не стоит здесь находиться? Опять путч? — уточнил Александр.

— Расстрел Белого дома. Официально полторы сотни погибло, фактически может и больше, — Дима подготовился к очередному разговору с отцом. — Наша основная задача вывести тебя из списков пропавших без вести, причём в список погибших попадать тоже нежелательно. Так что надолго задерживаться в Москве, я думаю, не стоит.

— Возможно, ты прав. Слушай, а что за расстрел Белого дома? На нас американцы нападут что ли? В таком случае я не согласен отсиживаться в кустах. Погибну — не беда, если есть шанс послужить на благо отечества, то я обязан сделать это.

— Не будет американцев. Наши танки будут стрелять по нашему Верховному Совету. Не думаю, что здесь нужно искать правых и виноватых — Дима не желал терять отца, пускай и обрёл он его пока только в таком виртуальном варианте.

— Ерунда какая-то. Своим же стрелять по своим… Что опять гражданская война?

— В истории, конечно, термины остались не столь категоричные, но всё же истина где-то рядом. Думаю, что это не твоя война и даже не твой бой.

— Хорошо, до октября торчать мне здесь нет смысла. Так может дождаться Мишу и обратно в Птицынск махнуть? — Александр пытался зацепиться за хоть за какой-нибудь план.

— Не знаю, может и вовсе домой поехать?

— И что же я скажу Свете? Да ещё эта история с шаманом…

— С шаманом? Про шамана ты мне ничего не рассказывал.

Стародубов-старший коротко пересказал свои приключения по дороге в Птицынск. Удивить Диму не удалось — столь странные перемещения в пространстве, в отличие от Михаила, он воспринял обыденно.

— Чего мне удивляться? — говорил сын. — Я во времени перемещался, а тут всего лишь в пространстве.

Александр в очередной раз поразмышлял над своим сумасшествием, но голос в голове его успокоил. Хотя чего это голосу подтверждать факт помутнения рассудка? А может это и вовсе шаман, а не Дима? Решив временно прекратить контакт, Саша Стародубов отправился в киоск за свежей печатью.

Счёт футбольного матча успокоил Александра. «Уралмаш» действительно уступил, что его, как футбольного болельщика немного расстроило. Однако уступил именно с тем счётом, о котором говорил сын, а это уже означало, что Дима действительно что-то знает. Или не Дима, а чей-то голос в голове… В любом случае, правда заключается в том, что можно обращаться к этому голосу, чтобы узнавать события ближайшего будущего. Смирившись с данным фактом, Стародубов вновь вышел на связь с сыном, который, вероятно, своё кольцо уже и не снимал.

— Слушай, Димка. А может мне в тотализатор поиграть? А что, сейчас этого добра навалом — выползли на свет божий из подполья.

— Теоретически — идея хорошая. Вот только на практике, не обернётся ли это серьёзными проблемами для тебя? Будешь выигрывать крупные суммы, долго ли тебе это позволят?

— Согласен. Да и не благородное это дело — несколько лет вести борьбу с подпольными казино, а потом, как ни в чём не бывало, заявиться туда играть, — размышлял Александр.

Странный человек, более часа разговаривающий сам с собой привлекал внимание случайных прохожих. Но случайные прохожие шли дальше, по своим неслучайным делам, а вот пара сомнительных личностей, ни по каким делам идти не собиралась. Улучив момент, незнакомцы предложили Стародубову сыграть в кости или хотя бы выпить в каком-то кабаке.

— Нет, в кабак я не пойду, играть тоже не буду. Может подскажите, где тут на ночлег остановиться можно? — поинтересовался мужчина.

— Это легко устроить. Деньги есть? — уточнил хриплым голосом один из сомнительных.

Получив утвердительный ответ, парочка повела гостя Москвы в неизвестном направлении.

***

Дима, тем временем, точнее временем своим, которое на двадцать шесть лет отставало от времени отца, окопался в библиотеке. В журнальном зале мужчина обложил себя столичными и федеральными изданиями, вышедшими в свет в июне девяносто третьего года.

Полной картины событий пресса, конечно же, не давала, однако узнать хоть что-то позволяла. Политическое противостояние Донбасса и Киева, экранизация «Мастера и Маргариты», русский генерал в туркменской тюрьме, российские рок-группы гастролируют в Германии — всё это, конечно, было безумно интересно, вот только совершенно непонятно, как данные очерки могли помочь отцу в его времени. Изучив в одной из рубрик письмо в редакцию пятнадцатилетней девушки, которая не желала становиться чьей-то любовницей, Дима с раздражением отодвинул стопку газет.

— Пятнадцать лет? Действительно рано, — согласилась симпатичная женщина, которую Дмитрий сразу и не заметил. Дама с идеальной фигурой и не менее идеальным лицом всё же не была юной. Юные и даже молодые девушки обычно изъясняются в несколько иных интонациях

— Я вас что-то сразу и не приметил, — мужчина без каких-либо видимых причин немного оробел.

— Ой, да не волнуйтесь. Меня вообще мало кто замечает, — кокетничала незнакомка. — Меня зовут Людмила.

— Здорово, — порадовался за неё Дима. — Взаимно, — добавил он после некоторой паузы.

— А вы? — Людмила была слишком любопытной для случайной собеседницы.

— А я Дима.

— Вот теперь взаимно, — улыбнулась Людмила. — Так чем же вас заинтересовала столь несвежая газета? Пишите научную статью о Конституционном кризисе?

— Понимаете… — Дима хотел уже пуститься в объяснения, но вовремя остановился. — Я историк по образованию. Более того, по призванию, — он нёс какую-то чепуху, пытаясь зачем-то придумать себе удовлетворительное алиби.

— Понимаю. А потому заинтересовались различными историями. Обычное дело. А почему такой странный выбор исторического периода? Ведь это было буквально вчера…

— Да, недавно. Но ведь тоже интересно узнать, в какой атмосфере проходила молодость предыдущего поколения.

— Безусловно. Но почему бы вам не спросить самих родителей? Они же, я думаю, как раз к предыдущему поколению относятся — новая знакомая вплотную подобралась к неудобной теме.

— Потому, — Дима решил отбросить вежливость, посчитав, что не обязан этой даме что-то объяснять. Ему даже пришлось изобразить глубокий интерес при погружении в очередную заметку.

— Кольцо интересное, — между делом заметила Людмила.

— Что? Ах да, интересное, — Стародубов снял кольцо с пальца, лишь потом осознав, что стал выглядеть ещё глупее.

— Да не переживайте. Я понимаю, что это не то кольцо, чтоб миром править. Но если захотите, то могу кое-что рассказать про ваше украшение. В общем, если будет интересно — знаете, где меня искать, — Людмила встала и вышла за пределы читального зала.

Дима находился в недоумении. Во-первых, откуда он должен знать, где её искать? Во-вторых, откуда женщина знает, что кольцо необычное? В конце концов, откуда у неё вообще знания, касающиеся этого предмета?

***

— Вот здесь остановишься, — голосом, не терпящим возражений, заявил один из сомнительных, которого, как выяснилось, звали Сергеем.

Александр оглядел комнатушку, которую ему предлагали в качестве ночлега. Из мебели в ней имелись только кровать, да тумбочка. Впрочем, что ещё нужно было для того, чтобы выспаться? Одежду, в конце концов, можно повесить на спинку кровати.

— А одежду куда вешать? — на всякий случай уточнил Стародубов, демонстрируя, что он не так уж прост.

— На спинку кровати, — простодушно ответил Вова, второй сомнительный тип.

— Это ваша гостиница? — Саша, расплатившись, благо цены в данных «апартаментах» были весьма демократичными, поинтересовался у своих новых знакомых.

— Нет, конечно, — засмеялся Вова. — Мы здесь от ментов прячемся, когда они одну из наших точек накрывают.

— Точку? Вы чем-то нелегальным занимаетесь?

— Почему же сразу нелегальным? — оскорбился Сергей. — В нашем ведении притоны, бордели. Иногда захаживают уважаемые люди. Чего тут нелегального? Может тебе самому что-то нужно? Бабу там, ствол, кайф какой-нибудь?

— Да мне бы поспать просто, — вежливо отказался Стародубов. — А какой ствол?

— Берёзовый, — отшутился Вова. — Интересуешься просто так или для дела?

— Для дела, — соврал Александр.

— Вот, сразу видно серьёзного человека, — обрадовался Сергей. — А то поспать, типа, хочет. Ладно отдыхай пока, будет тебе к ночи ствол.

Стародубов разделся, повесил свою одежду на спинку кровати и прилёг отдохнуть, как рекомендовал Сергей. Для какого дела ему нужно оружие, Александр пока не придумал. Равно как и не знал, чем расплачиваться будет. И тут ему пришла в голову шальная мысль — сплавить новым знакомым кольцо. Правда моментально от этой мысли пришлось отмахнуться, тем более, надев украшение на руку наш герой вновь услышал голос в голове.

— Пап, ты ведь тут? Кажется, я начинаю уже чувствовать твоё присутствие.

— Тут. Хватит меня папой называть, мне сейчас, наверное, лет примерно столько же, сколько и тебе.

— Как хочешь, — чуть взгрустнул Дима. — У меня новости.

— О результате очередного матча «Уралмаша»?

— Проиграет «Ростсельмашу» 1:2. Но новость, не об этом, — уточнил сын. — Я тут был в библиотеке и встретил странную женщину. Её зовут Людмила, и кажется она что-то знает о кольце.

— Любопытно, — прошептал Стародубов-старший. — И что же она знает?

— Что-то знает. Что именно — мне неизвестно. Ещё сказала, что я знаю, где её найти. А с чего бы мне знать? Я её впервые видел…

— Найти её, возможно, не проблема. Зайди на Студёную 11, квартира под номером 114. Возможно, там Людмилу и найдёшь. Вот только это может быть небезопасно для тебя.

— Почему?

— Это я предполагаю. Историю про шамана помнишь недавно рассказывал?

— Помню.

— Так вот, она к этой истории имеет самое прямое отношение. Слушай, как думаешь, ствол мне нужен? — внезапно перевёл тему разговора старший Стародубов.

— Ствол? Это ты про оружие? Как знаешь, может и пригодится…

— Вот и я так думаю...

***

Пока Александр думал, как ему обзавестись огнестрельным оружием, Дмитрий направился разгадывать тайну Людмилы. Конечно, можно было бы отложить визит на более поздний срок, хотя бы на утро следующего дня, но Дима ждать не желал.

— Куда это ты собрался на ночь глядя? — поинтересовалась Таня.

— К женщине одной нужно зайти, — успокоил он жену.

— Ах если к женщине, да ещё и на ночь глядя, почему бы и нет? — Татьяна покраснела от возмущения.

— Да не смущайся ты так, тут дело серьёзное, даже таинственное.

— Опять кольцо? — скептически посмотрела на супруга Таня.

— Оно самое. Не переживай, я мигом — живёт она тоже в центре, так что быстро доберусь.

Оставив супругу в смятении, Дима запрыгнул в джинсы и кроссовки, футболка уже была на нём, и помчался на улицу Студёную. Вскоре он оказался на месте, в быстром темпе удалось дойти минут за двадцать. Уже, стоя перед дверью, Дмитрию вдруг подумалось, что семья Людмилы может не порадоваться столь позднему визиту незнакомца. Да и сама женщина знает его не так уж хорошо, чтобы принимать гостя в поздний час. Поскольку мысли эти пришли после того, как кнопка звонка была нажата, отступать было поздно.

— Кто это? — прозвучал знакомый голос за дверью.

— Людмила, это я — Дима. Мы с вами сегодня в библиотеке разговаривали.

— Я вам не Людмила, — ответил недовольный голос.

— Хорошо, как скажете — могу просто Людой называть, договорились, — исправился Дима.

Дверь всё же отворилась — на ночного гостя смотрела красивая женщина, даже девушка, как показалось Диме при более пристальном разглядывании.

— Так вы не Людмила вовсе, — разочаровался Стародубов.

— Не Людмила, — подтвердила девушка.

— Зачем тогда дверь открыли? — уточнил гость.

Девушка, чем-то походившая на новую знакомую, захлопнула дверь перед носом Дмитрия.

— Нет всё же откройте, — настоял незваный визитёр.

— Да определитесь уже — открыть надо или Людмилу?

— Вообще Людмилу, но для начала можно было бы и открыть, — определился со своими желаниями Дима.

Дверь снова отворилась. Людмилы за ней не появилось — за порогом стояла всё та же самая молодая красавица, вопросительно глядевшая на странного мужчину.

— Я к Людмиле, — напомнил Дима. — Она тут в принципе живёт?

— В принципе нет.

— Но вы на неё так похожи…

— И что с того? Нет её тут.

— Это я вижу. Как к вам можно обращаться? — Дима решил добавить немного вежливости беседе.

— Сударыня.

— Я про имя вообще-то, — фыркнул ночной гость.

— Мила.

— И всё-таки Людмила?

— Нет — Мила, — настаивала хозяйка.

— Вот что, Мила. Разговор есть, может пройдём внутрь?

Мила от такой настойчивости опешила и дала пробоину в обороне, пустив гостя за порог.

— О чём же вы хотели со мной поговорить?

— Поговорить хотел с Людмилой, но за её неимением придётся с вами, Мила. Вам знакомая эта вещь? — мужчина достал кольцо.

— Ой так неожиданно, — девушка залилась краской. — Это вы предложение мне хотите сделать?

— Нет, вовсе нет, — Дмитрий испугался неоднозначного жеста. — Я же на колено не вставал.

— Необязательно так делать, — просветила собеседница. — Впрочем, как знаете — я невеста завидная.

— Женат я уже, поздно.

— Развестись никогда не поздно, — огорошила гостя Мила.

— Хватит уже переводить разговор на другую тему! — раздражился Дмитрий. — Кольцо видели такое или нет?

— Вот прямо точно такое нет. Вообще кольца видела — круглые там всякие, с камнями.

Дима не понимал — над ним издеваются или нет. Кольцо на всякий случай всё же убрал и вернулся к первой теме, которая его интересовала:

— Людмила где?

— Да откуда же я знаю? — возмутилась девушка.

— А кто знает? — Дима был настроен решительно.

— Да с чего вы взяли, что я её знаю?

— Похожи на неё очень.

— И что с того? Вы вот тоже похожи на одного моего знакомого, только он ниже ростом и симпатичней. А ещё, судя по всему, умнее.

— Я тоже умный и симпатичный, — оправдывался Дима. — Ещё высокий, между прочим.

— Ладно уговорил, — согласилась девушка.

— Так значит расскажете про Людмилу?

— Уговорил, что высокий, — пояснила Мила. — А про Людмилу чего рассказывать? Нет её здесь и не будет.

— Почему это?

— Поссорилась я с ней, — парировала хозяйка квартиры, явно не желая развивать тему.

— Так значит знаете её?

— Значит знаю.

— Мать ваша? Или тётя?

— Нет, я сама.

— Что сама?

— Сама я Людмила. Бываю иногда...

— Как это? — Дима опешил.

Девушка взяла какие-то салфетки, протёрла лицо и теперь уже выглядела как та самая Людмила из библиотеки.

— Не пользуйтесь этими салфетками, Мила, они вам возраст прибавляют, — посоветовал Дима.

— Где вы тут Милу увидели? Я Людмила, — изменившимся тоном голоса сообщила женщина.

— Хорошо, Мила — Людмила, так Людмила. Так что с кольцом? Вы что-то можете сказать о нём?

— Могу, — согласилась то ли Мила, то ли Людмила. — Но мне нужно провести экспертизу. Оставите его?

— Нет, — наотрез отказался гость.

— Не получилось, значит, — прошептала хозяйка, а потом громко и даже немного нервно добавила. — Так чего же ты от меня хочешь? Чтобы я взяла просто так и все тайны раскрыла?

— Да.

— Так дело не пойдёт. Убирайся!

Дима опешил от столь резких перемен. Преображение Милы в Людмилу его смутило меньше, чем перемена настроения самой Людмилы.

— Может быть, мы найдём компромиссный вариант? — бросил он пробный камень.

— Может и найдём. Смотря что предложишь, — с истеричного тона женщина перешла на загадочный.

— Хотите я вам кофе сварю? Или давайте за роллами сбегаю?

Людмила поморщилась, будто ей предложили что-то непристойное.

— Мог бы что-то более непристойное предложить, — сказала она мечтательно.

— Не мог бы, — насупился гость.

— Понимаю, уже не так хороша. А так? — Людмила открыла другую пачку влажных салфеток и протёрло лицо.

— Тогда тем более нет — вы про кольцо мне толком ничего не расскажите.

Но дама уже и не собиралась вести диалоги — сбросив с себя халат, она схватила Диму за рукав, поразив того недюжинной силой, и потащила в спальню.

***

Спал Стародубов недолго. Разбудили его Сергей с Вовой в тот момент, когда он смотрел весьма любопытный сон. Танки ехали по Москве напрямик к Дому Советов и, кажется, собирались его штурмовать.

— Чушь какая, — сказал спросонья Александр.

— Какая чушь! Говорю же тебе — новейшая разработка, — возмутился Вова. — Министерство обороны ещё толком образец не рассмотрело, а мы уже свистнули его в НИОКР. Покруче «Макарова» будет. Да нормально всё, не напрягайся — «свистнули» я для красного словца сказал. Легально достали — учёные тоже хотят есть.

— Магазин на 17 патронов, прицельная дальность — полтинник. Говорят, пробивает лёгкий броник, — добавил Сергей.

— И во сколько же мне обойдётся это чудо техники? — Стародубов протёр глаза, отогнав последние остатки сна и присмотрелся к пистолету.

— А что предложишь? — поинтересовался Вова.

— Деньги, как вариант не рассматриваются?

— Рассматриваются, но у тебя нет нужной суммы, — многозначительно сказал Сергей. — Если выполнишь для нас кое-какую услугу, то получишь ствол. — Добавил он после паузы.

— Услуга криминального характера, насколько я понимаю?

— Правильно понимаешь, — обрадовался Сергей. — Хорошо иметь дело с понятливыми людьми.

Александр начал подумывать, как бы поскорее порвать с этой назойливой парочкой. Впрочем, заполучить новинку, которая ещё не попала в руки ни к одной спецслужбе, было интересно.

— Я внимательно слушаю, — Стародубов ничего выполнять не собирался, однако сыграть требуемую роль до поры был не против. Сунув руку в карман, мужчина нащупал кольцо и ненароком вышел на связь с будущим.

— Папа, срочно беги оттуда, — услышал он в голове взволнованный голос Димы.

— Хватит называть меня папой — я не в Риме! — неожиданно вскричал Александр.

— Как скажешь, братан! — опешил Вова. — Я ж не про тебя. Я говорю, что «папа» наш заигрался — нужно его убрать.

До Стародубова наконец дошёл смысл посыла Димы. Вскочив с кровати, он выхватил оружие из рук Сергея и шмыгнул за дверь, на ходу убирая пистолет за пояс.

— Не, ну ты видел какая исполнительность — ещё задачу рассказать не успели, уже побежал делать. Это я понимаю, правильный человек.

Только Александр успел выбраться на улицу через чёрный ход, как в помещении послышались выстрелы. Специальный отряд быстрого реагирования знал своё дело, а потому беседа Вовы с Сергеем оборвалась на полуслове. Точнее на автоматной очереди нежданных гостей.

— Кажется обошлось, — сообщил Александр то ли Диме, то ли самому себе, удалившись на безопасное расстояние. — Правда теперь с ночлегом облом…

***

Дима сидел красный. Вывернуться из захвата девушки ему удалось, но последние минут двадцать визита проходили для него в крайне нервной обстановке. Помолодевшая Людмила предприняла было ещё одну попытку штурма, но гость оказался неприступен. На всякий случай он вскарабкался на шифоньер, откуда держал развратницу на дистанции с помощью пылившегося на этом самом шифоньере бильярдного кия.

— Кольцо так кольцо, — бормотал Дима. — Давайте обговорим вариант с ним. В конце концов, я могу оставить его вам на временное пользование. Вы же вернёте?

Дама недобро сверкнула глазами:

— Что же за семейка такая! — прошипела она. — Нормальные мужики так не выделывались бы.

Женщина задумалась о чём-то, провела руками по волосам, затем будто вспомнила, что она всё ещё в неглиже и даже с негодованием вскрикнула. Немного успокоившись и накинув на плечи какое-то одеяние из звериной шкуры, негромко сообщила.

— Действую пока авансом — нужно поспешить. Передай отцу, чтоб мчался наутёк из этого притона.

— Какого притона? — не понял Дима.

— Давай быстрее, под пули же попадёт! — поторопила она ночного гостя.

***

Александр нашёл чем занять себя ночью. Сидя на лавочке под памятником Толстому, он неожиданно для себя увидал недавнего знакомого, служившего в милиции. Тот, казалось, тоже был рад повстречать коллегу. Патрулирование в одиночку — вещь, казалось бы, недопустимая. Однако Толе, а именно так звали старшего лейтенанта, ночью приходилось нести службу без поддержки коллег — так сложились обстоятельства. Но поскольку другие обстоятельства свели Анатолия со вчерашним знакомым, одиночество тут же прекратилось.

— Спокойно сегодня на улицах, а всё равно тревога чувствуется, — поделился ощущениями Толя. — А ты чего здесь?

— Да вот, у подруги хотел остановиться, а она выставила за порог, — соврал Александр.

— Чего же в гостиницу не пойдёшь?

Стародубов и на этот счёт придумал оправдание, а затем разговор о себе замял, переведя беседу в русло привлекательное для Анатолия. Молодого офицера интересовали судьбы страны, что Александра забавило. Несколько лет назад он и сам был таким же наивным. Будни Холодной войны, на незримом фронте которой Стародубов сражался, позволяли легко определять, где «свой», а где «чужой». Потом, когда «чужих» стало слишком много, Александр, как и многие его коллеги, пытался вести борьбу. Затем «чужие» уже оказались слишком близко, причём восседали они высоко — бороться стало бесполезно, и Стародубов просто работал. Работал до тех пор, пока со службы его не уволили.

— Понимаешь, настроения у нас разные. Многих отправили на пенсию, кого-то уволили, но до сих пор хватает тех, кто был бы не против вернуть старые времена.

— Старые — это как до революции? — пошутил Стародубов. — Или при Рюрике. Поняв, что шутка не удалась, Александр всё же сподобился на разговор серьёзный. — Всё я понимаю, но что же ты это первому встречному рассказываешь? Не боишься, что и тебя могут уволить?

— Нет, ты, Саня, не из таких. Этих приспособленцев я чую за версту. Я вообще много чего чую. Ты ведь не мент, Саша. Нет, — нервно засмеялся Анатолий. — Ты из «конторы».

— Из какой конторы? — сделал недоумевающий вид Стародубов.

— Глубокого бурения, — пробормотал Толя. — В иные времена я тебе бы и руки не подал, но сейчас времена не иные, а сложные — всем честным людям нужно вместе держаться.

Стародубов кивнул, обдумывая, возможно ли ему извлечь какие-то дивиденды из нового знакомства. О долге, чести и прочих достоинствах он старался не рассуждать, доверив эту тему юным романтикам, к которым себя не относил.

— Знаешь, Толя. Я честный человек весьма условно, а вот один действительно честный твой коллега сейчас, вероятно, где-то в «обезьяннике». Задержали его ещё на Ярославском вокзале, куда мы утром прибыли. Вот не знаю, как бы помочь другу…

— На Ярославском? Да, был там сегодня рейд. Добрые молодцы со всей страны собирались — потом из них кое-кто наёмников лепить планировал для отправки за границу. Это я краем уха слышал, — оправдался Толя. — Только вот, ходят слухи, ни за какие границы они в итоге не поехали бы, внутри страны нужны.

— Кому нужны наёмники внутри страны? Бандитам?

— Вряд ли бандитам. Если честно, не знаю — я сам узнал ненамеренно. Если что, от меня ты ничего не слышал.

— Разумеется, — согласился Стародубов, отметив, что с Герцена они давно свернули и патрулируют какой-то тупик.

— Тут церковь была. Икона в ней особенная — сгинула в Смутное время, — зачем-то сообщил лейтенант новому знакомому.

Стародубов лишь пожал плечами. Ярым атеистом он не являлся, равно как и к числу религиозных людей себя не относил. Что же касается чудотворных икон и прочих церковных атрибутов, то на всё это Александр смотрел со скепсисом. Нащупав снова кольцо в кармане куртки, Стародубов призадумался — если такие артефакты действуют, то почему бы иконам не творить чудеса? Долго думать ему не пришлось — на очередной сеанс связи вышел Дима.

— Пап… Александр, — поправился он. — Хорошо, что мы тебя вытащили из той передряги, но опасность окончательно не отведена. Я собираюсь ехать в Птицынск, нам с дядей Мишей нужно придумать подробный план по твоему спасению. Всё же он в тех событиях являлся непосредственным участником, а значит сможет подсказать, куда двигать стоит, а куда лучше не лезть. Но для начала тебе было бы неплохо отыскать его — номер отделения я выяснил. В общем, запоминай…

4

Дима не оставил кольцо Людмиле, но всё же дал женщине единственное обещание. Он обещал помочь некоему «шаману» исправить какое-то событие в его прошлом. Правда помощь эта не была спешной, а потому женщина задерживать Дмитрия не стала. Добившись компромисса, она решила помочь своему новому знакомому, сообщив об опасности, грозившей Александру Стародубову в прошлом. Откуда ей об этой опасности стало известно, женщина рассказывать не стала. Вообще загадок в ней было куда больше ясного. Дама легко могла менять внешность, обладала информацией, которую обычными методами, казалось бы, достать было невозможно. Зачем ей вообще с такими возможностями какое-то кольцо?

Впрочем, для Стародубова-младшего все эти вопросы являлись второстепенными. Куда важнее для него был результат, а результат пока получался сносным. Отец, вроде как, не пострадал, а значит, возможно, приблизился к спасению. Решение отправиться в Птицынск Диме пришло спонтанно, долго над ним он не раздумывал.

Нельзя сказать, что реализация планов Дмитрия Стародубова не встречала никакого сопротивления. Таня с прохладцей отнеслась к внезапному желанию мужа отправиться в Птицынск, да ещё и в одиночестве. Супруг готов был согласиться на поездку вместе с женой, но тут уже Татьяна стала упрямиться, заявляя, что вообще-то хотела на море. В итоге условились поехать на море после визита Димы в Птицынск, который не должен был затянуться.

Визит действительно получился кратким. Добрался до цели мужчина без происшествий, но ещё в поезде осознал, что не может найти кольцо. Решив, что ценное украшение осталось в другой куртке, Стародубов чуть успокоился, но вновь начал переживать, когда на вокзале его никто не встретил. Дойти до квартиры родственников с вокзала при желании можно было и пешком, а потому пенять на судьбу Дима не стал, отправившись своим ходом.

— Совсем меня не ждёте? — проворчал он, когда тётушка открыла дверь.

— Димка, а чего ж ты не предупредил? Позвонил бы хоть заранее… — растерялась Елена Владимировна.

— Я, можно подумать, не предупредил? — с возмущением он бросил сумку в угол, чем привлёк внимание рыжего кота, пришедшего из кухни. — Кто это?

— Никифор, — представила кота тётя.

— Никифор? А Николай где? — пришла пора удивляться Диме.

— Николай? Кто это?

— Кот. Чёрный такой. В прошлый раз приезжали с Танькой, он у вас жил.

— У нас уже Никифор лет десять живёт, а Николая никакого не было.

Не желая спорить, Дима удалился в санузел, выйдя откуда наткнулся в коридоре на свою двоюродную сестру.

— Привет, Настя! Тоже в гости приехала?

— Привет!— женщина выглядела усталой и какой-то забитой. Обняв родственника, она напомнила тому, что вообще-то никуда и не уезжала.

— А как же Москва? — изумился Дима.

— А что Москва? Стоит на месте, что с ней станется?

— Но ведь ты там осталась жить после учёбы?

— После какой учёбы, Дима? На какие шиши я бы там училась?

Стародубову пришла в голову мысль отправиться всем вместе на кухню и там за чашкой чая поговорить о последних новостях, которые наверняка должны были объяснить все имеющиеся странности, обнаруженные по приезду.

— Итак, что мы имеем? — начал Дима. — О моём визите никто не предупреждён, хотя я буквально вчера созванивался с дядей Мишей.

— С кем? — подавилась пирожком Елена Владимировна.

— С Михаилом Ивановичем, — отчеканил гость.

— С Мишей? Несмешная шутка. Его уже столько лет с нами нет, — сообщила она дрогнувшим голосом.

***

— Не слишком ли жестоко с твоей стороны? — седой старик, вид которого намекал на отсутствие определённого места жительства, распивал чай на мрачноватой кухне. Эта была та же самая кухня, на которой на днях оказался Дима, а два с половиной десятилетия назад его отец. Но оба Стародубова видели совершенно иное оформление пространства. Одному бросилась в глаза современная импортная техника и модный гарнитур из Восточной Европы. Второго зацепил ультрасовременный дизайн, будто в космическом корабле. Старик же наблюдал иное — какую-то ведьмину кухню, где повсюду висели сушёные травы, повсеместно стояли непонятные склянки, свечи, а со стены угрожающе смотрел рогатый череп. Интерьер ему не нравился, но здесь он был гостем, давно уже покинув это жилище. — Слишком много тьмы, — добавил он. — Черепа птиц здесь лишние.

— А по мне в самый раз, — ответила, улыбнувшись, красивая женщина средних лет. — Что же касается жестокости — не согласна. Мальчик оказался не слишком сговорчивым, а значит пусть платит за свою упёртость. Да и к тому же, всё это не идёт в разрез с его просьбой. Я помогу ему спасти отца, как он просил, а про дядю речи не было.

После некоторой паузы хозяйка добавила:

— Скажи, Товалын Уй, ты хочешь просто кое-что исправить в своей судьбе или имеешь какие-то скрытые цели?

— Это не исправление, дочка. Я действую так, как предначертано.

***

— Что за ублюдки? — негодовал Толя. — Какого рожна милиционера в обычную камеру посадили? Да ещё и с откровенными беспредельщиками?

Александр молчал. Всё это было неправильно. Михаил не должен был погибнуть. Если кого и ждала печальная участь, то его самого. Неужели тот факт, что он избежал неприятностей накануне, отразился на судьбе Миши? Стародубов не верил в это. Ему хотелось задать много вопросов Диме, но тот не выходил на связь.

— Что делать теперь планируешь? — Толя посмотрел в глаза своему новому приятелю.

— Домой поеду, — едва слышно сказал тот.

— Я перебросился парой фраз с начальником. У нас тут кое-какая вакансия появилась, возможно, как раз для тебя. Намекнул ему, что ты из бывших «конторских» — он замялся, сам понимаешь, ещё недавно были сложные отношения между нашими структурами. Но потом начальник мяться перестал и решил дать тебе шанс. Воспользуешься?

Стародубов задумался. С одной стороны, в Птицынск он ехал как раз для того, чтобы в милицию устроиться при посредничестве Михаила. С другой, после всей этой ситуации с Мишей, желание нести службу в органах правопорядка у него уменьшилось.

— Ты знаешь, мне кажется, вариант не для меня. Личное дело подпорчено, да и на понижение в звании идти не хотелось, — ответил Александр после недолгих раздумий. — В любом случае спасибо за помощь.

— Саша, ты не совсем правильно понял предложение. Твоё личное дело и звание никого не интересуют. А вот навыки пригодятся. По трудовому кодексу тебя оформлять не собираются, талоны на питание тоже не предложат, зато с деньгами проблем не возникнет.

— Что же это за вакансия такая? — изумился Стародубов.

— Скоро узнаешь, — усмехнулся старший лейтенант.

***

Дима решил не мучить родственников своим присутствием и уже на следующий день отправился домой. Он полагал, что все эти альтернативные течения времени оставят его после расставания с крестом. Но, как оказалось, и новый загадочный артефакт заставляет расплачиваться за вмешательство в прошлое. А может быть дело вовсе не в кольце?

— Таня, пару лет назад мы были в Птицынске, помнишь? — Дима с надеждой смотрел на супругу, которая с ответом не спешила.

— Помню, были, — наконец ответила она.

— Кота помнишь?

— Кота помню, — подтвердила Татьяна.

— Как его зовут?

— Никифор?

— Как? — Дима взвизгнул от негодования.

— Ой. Николай же, — исправилась жена.

— Николай, — согласился Дмитрий. — А дядю Мишу помнишь? С усами такой.

— Дима, что ты меня за дурочку держишь? Конечно, помню. А что с ним?

— Погиб.

— Когда? — Таня ужаснулась.

— Двадцать шесть лет назад.

— Но этого не может быть! — жена рухнула на стул, после чего мебель жалобно заскрипела.

— Не может. Однако и на смешной розыгрыш со стороны родственников не похоже.

— А кто же это был тогда с усами? — уточнила Татьяна.

— Дядя Миша, кто ж ещё, — проворчал мужчина.

— Но ты же сам только что сказал… Так это опять какие-то твои штучки? — догадалась она.

— Может мои, а может и не мои, — пробормотал Дмитрий.

— Так твои или не твои?

— Это я и хочу узнать, — надев ветровку, Дима, несмотря на поздний час, отправился за порог квартиры. К своей радости он нашёл в кармане затерявшееся колечко, но вот выйти на связь с прошлым на этот раз не удалось. Стародубов-старший, кажется, разгуливал без кольца, а потому контакт наладить не получилось. Зато контакт получилось наладить с каким-то бездомным, который настиг Дмитрия на пути к цели.

— Есть сигаретка? — поинтересовался бродяга у Димы.

— Не курю, — ответил тот.

— Это правильно. Я вот тоже не курю.

Дима подумал сначала удивиться, но потом решил не тратить время на беседы с каким-то оборванцем. На типичного бомжа старичок не походил — шлейф неприятного запаха от него не шёл, да и голос не выдавал в нём любителя дешёвых спиртосодержащих жидкостей — не хрипел и не сипел.

— Да я и спеть могу, если надо, — сообщил странный бомж, решивший составить компанию Дмитрию. — Знаешь, какой у меня шикарный баритон?

— Петь не надо, — предупредил Дима. — А чего вы увязались за мной?

— Я человек свободный — захотел и увязался. — Тем более я знаю, куда ты идёшь.

— Куда? — опешил Дима.

— К бабе, — захохотал обитатель улиц. — Куда же ещё может молодой мужик отправиться, на ночь глядя?

— Куда угодно. В магазин, например, в кинотеатр. Да что я вообще оправдываюсь?

— Это потому что не к своей бабе. Шёл бы к своей, не оправдывался.

— И даже если не к своей, вам-то что? — рассердился Дима.

— Да мне в общем-то параллельно. Вот только с пустыми руками к чужой бабе лучше не идти. А у тебя, я смотрю, руки пустые.

Стародубов ускорил шаг, надеясь, что общительный бродяга отстанет. Но навязчивый старик не отставал — казалось, такой темп ходьбы его вполне устраивает.

— Слушай, мужик, отвали уже, — Дима выключил режим вежливости, понимая, что от назойливого старца отмахнуться не получится.

— Отвалить я могу запросто. Только вот подумай, может я могу тебе чем-то помочь?

— Чем? — не глядя в сторону старика, переспросил Стародубов. Не дождавшись ответа, он всё же глянул на то место, где только что шёл собеседник. Но ни рядом, ни где-то в стороне никого не было. Пожав плечами, Дима уже куда медленнее побрёл в гости к Людмиле.

***

— В общем задача такая, — полковник был в штатском, да и встречался со Стародубовым на лавочке в парке, а вовсе не в своём кабинете. — Нужно убрать…

— Кого? — изумился Стародубов такой прямоте.

— Не кого, а что. События. Да, именно события, которые могут повлечь за собой фатальные последствия.

— Не поздно ли спохватились? — с иронией спросил Александр.

— Поздно. Но лучше, как говорится, поздно, чем рано.

— Не так говорится, — не согласился Стародубов. — Как я события уберу?

— Конкретные инструкции получишь позже.

— Да что мне инструкции, я принцип не понимаю. Волшебной палочки у меня нет, — на миг Александр задумался о кольце, но тут же отбросил эту затею.

— Обойдёмся без магии, — полковник был серьёзен. — По крайней мере, ты обойдёшься без неё точно. Руки марать тебе не понадобится: там задержишь журналистку — текст не попадёт в эфир; тут помешаешь уголовникам — оружие, им не предназначенное, не потеряется в пути; здесь преградишь путь ответственному чиновнику — опасное решение не будет принято. В общем, коррективы незначительные, зато большой беды избежать удастся.

— И откуда же я узнаю, где дорогу преграждать, где журналистку заболтать?

— Не твоя забота, всё будет в инструкциях.

— Но как же я один смогу предотвратить, как вы говорите, большую беду?

— А с чего ты решил, что действовать будешь один? Вас таких сейчас много.

— А если я не соглашусь? — не унимался Стародубов.

— Случится большая беда, — констатировал полковник.

— Что? Из-за меня одного?

— Из-за тебя одного.

Александр, конечно, не поверил, но спорить не стал. В конце концов, если эта затея хорошо оплачивается, да ещё и имеет своей целью благое дело, то с чего бы ему отказываться?

— Мне кажется, я вас где-то видел, — заявил Стародубов ни с того, ни с сего. — Я не узнаю вашего лица, но чую, что имел дело с вами...

Полковник не посчитал нужным отвечать на этот вопрос и уже собирался, откланиваясь, покидать место встречи, но Александр не захотел так просто отпускать нового знакомого.

— Не уходите, ещё один вопрос. А вы на чьей стороне? За президента или за Верховный совет?

— А тебе не всё равно? — полковник удивился.

— Сейчас уже всё равно, — признался Александр.

— Вот и мне всё равно. Что мне не безразлично, так это то, чтобы сто пятьдесят семь человек в этом водовороте не погибли.

Стародубов вспомнил кое-что из рассказов Димы и по-новому взглянул на полковника.

— Откуда вы знаете?

— Работа такая, — прервал разговор полковник. — Первые инструкции получишь от Димы.

— От кого? — полковник так стремительно удалился, что слышать вопрос Стародубова уже не мог, а может просто не хотел.

***

— Кольцо твоё мне не нужно, — сообщила Людмила, которая на этот раз решила обходиться без маскарада. Впрочем, кухня вновь преобразилась — «ведьмин уголок» от Диминых глаз был спрятан.

— А что же нужно? — мужчина, почувствовавший себя на этой «космической» кухне межзвёздным путешественником, потянулся за каким-то тюбиком на столе.

— Это горчица, — предупредила Людмила. — Что же касается моих целей, то я, кажется, их озвучивала. — Ты помогаешь моему отцу, я твоему. Справедливо?

— Справедливо. А чего вы сами ему не поможете? Вы же многое умеете.

— Многое, да не всё. Тем более раз кольцо оказалось у тебя, тебе и действовать.

— А вы вернёте дядю Мишу?

— Ты начинаешь торговаться. Ты же мне моего дядю не вернёшь? — Людмила то ли потешалась, то ли говорила серьёзно.

— А у вас дядя пропал? — Дима, задумавшись, снова потянулся к горчице.

— Нет, у меня и не было никакого дяди. Но если вернёшь, то будет, — улыбнулась женщина. — Да не печалься ты. Дядю я тебе не верну, но ты сам можешь это сделать. Если, конечно, поступишь так, как я попрошу.

— Что же делать, не тяните?

— Да не беспокойся ты. Это ведь всё в прошлом — какая разница, сколько здесь пройдёт времени? Отложи уже эту горчицу. Хочешь подкрепиться — вот чай, вот тебе пряники, — Людмила добавила в «космическое пространство» немного человеческой еды.

— Но, как я начал пользоваться кольцом, в прошлом… На той стороне кольца — время течёт примерной с такой же скоростью…

— На той стороне кольца — хорошо сказал. Может ты и прав, я не знаю. В конце концов, твоё же кольцо, не моё. Но, разве это повод отказаться от пряников?

— Откуда вы вообще знаете про кольцо? Про то, как оно действует? — спросил Дима, жуя пряник.

— Я много чего знаю. Но зачем тебе знать, что и как я выяснила? Тебе нужно цели достигнуть или просто получить ответы? Хватит уже терять время на болтовню — сидишь тут пряники жуёшь, а на том конце кольца люди страдают!

От негодования Дима поперхнулся пряником, но ничего умного сказать не успел. Людмила же продолжила свою речь:

— Перейдём к делу. Вот эти координаты будешь передавать отцу сегодня ночью и завтра в течение дня. Это очень важно, смотри не забудь.

— Раз так важно, то будильник заведу. А с дядей что?

— Не спеши, всему своё время.

Уже перед выходом Людмила, воспользовавшись Диминой задумчивостью, поцеловала его в щёку. Возмутиться мужчина не успел — хозяйка ловко его выставила за дверь. У подъезда Диму поджидал недавний знакомый — старичок, которого он сперва принял за бомжа.

— И как она тебе?

— Кто? — уклонился от ответа Дима.

— Как кто? Людка.

— Не в моём вкусе, — Стародубов даже покраснел, но во тьме ночной увидеть это обычным зрением было невозможно.

— Чего зарделся? — усмехнулся старик.

Дмитрий пошёл прочь, пытаясь не обращать внимание на смех странного человека. Домчался до дома он быстро, ничего не замечая на своём пути. Все мысли Стародубова были связаны с возложенной на него миссией. От мыслей Диму отвлёк гнев жены, которая непонятно с чего начала повышать на него голос.

— Это ещё что такое? Как это называется?

— Где? Что называется? — Дима не мог понять суть возмущений.

— В зеркало на себя глянь!

Дима посмотрел в зеркало — на него смотрел высокий широкоплечий мужчина. Вот если бы он домой пришёл маленьким и толстопузым, то возмущение супруги могло быть понятно. Успокоившись, Стародубов хотел продолжить возмущаться, но мельком увидел след от помады на своей щеке.

— Но ведь это на щеке… — промямлил Дима и тут же получил шлепок по этой же самой щеке.

— Кто? — негодовала Татьяна.

— Людмила, — Дима сразу сообразил, что речь идёт об авторе следа.

— Людмила значит, — тихо повторила Таня и попыталась повторно отвесить пощёчину. На этот раз Дмитрий ловко увернулся.

— Я же для дела, — оправдывался муж.

— То есть для дела не грех и по чужим бабам прогуляться?

— У неё нет никого, — продолжал усугублять ситуацию Дмитрий.

— Да замолчи уже. Даю тебе минуту, чтобы объясниться.

Прозвучал сигнал будильника и Дима решил перенести разрешение конфликта на лучшие времена. Сейчас же ему, согласно расписанию, требовалось выйти на связь с отцом и передать первые координаты.

***

— Ты уверен? — переспросил Александр. — Мне кажется, что здесь какая-то ошибка. Я должен оглушить Толю, чтобы он опоздал на работу? Вроде бы про физическое воздействие речь не шла…

— Я не знаю, о чём шла речь, — «телеграфировал» из глубин сознания Дима. — Мне просто приходится передавать информацию.

Александр без особого удовольствия отправился по заданному адресу поджидать Толю. Старлей должен был появиться с минуты на минуту, но почему-то задерживался. В конце концов, он появился и, что расстроило Стародубова, первым увидел приятеля. Это означало одно — незаметно напасть теперь не получится. К тому же Анатолий вышел из подъезда своего дома не один, а ещё с каким-то мужчиной.

— Привет, Саня! Как неожиданно… Димка должен был найти тебя, а в итоге ты его нашёл.

— Димка? — не понял Стародубов.

— Да, кстати, знакомься. Это Дима. В общем, я в ваши дела не лезу, мне пора на службу.

Александр был растерян. Про какого Диму говорил полковник? Про этого или про сына? С другой стороны, откуда полковнику, который знал, конечно, многое, иметь сведения о сыне Стародубова?

— Не будем терять время, — отвлёк нашего героя от размышлений единственный, имевшийся в наличии Дима. — Вот адрес, где можно будет переночевать. А вот сюда нужно будет зайти завтра ровно в девять утра, — новый знакомый показал написанный на клочке бумаги адрес. — Этого человека, Дмитрий продемонстрировал фотокарточку, но через несколько секунд её спрятал, требуется задержать всего на две минуты. Лучше даже на три. Любыми способами, но физическую силу желательно не применять.

— А что же Толя? — пришёл в себя после небольших потрясений Стародубов.

— У Толи свои задачи, — Дмитрий не горел желанием затягивать беседу. — Следующим вечером получишь новый адрес. Лично уже встречаться не будем — найдёшь всё, что тебе потребуется в урне, рядом со скамейкой, где впервые встретился с Анатолием.

Оставшись в одиночестве, Александр попытался выйти на связь с Димой, но наладить «диалог времён» не получилось. Зато в девять утра, находясь в условленном месте, Александр получил мощный сигнал из глубин сознания. Разговаривать Стародубову в столь ответственный момент было не слишком удобно, учитывая, что он поджидал во дворе важную персону.

— Дим, давай через несколько минут.

— Через несколько нельзя — нужно действовать срочно, не затягивая. Меня так попросили.

Стародубов-старший снял кольцо и решил действовать согласно инструкции, полученной не из глубин подсознания, а в реальности. Хотя физическую силу Александра просили не применять, он уверил себя, что удержание подъездной двери на пару минут — физическим воздействием является весьма условным. Персона вовремя не вышла, а значит случайная встреча, которая могла на что-то повлиять, не произойдёт.

На что именно должна влиять встреча, и вообще могла бы она иметь место, Стародубов не знал и знать не желал. Притаившись в ближайших кустах, Александр наблюдал, как разгневанный мужчина лет пятидесяти, покрасневший от напряжения и возмущения, искал невидимого злодея. Так и не найдя глазами никого, он выругался и пошёл по своим делам. Стародубов же решил, что сейчас самое время выйти на связь с Димой.

— Не делай так больше! — предупреждал сын. — Я чётко выполняю инструкцию — передаю данные в указанное время.

— Кем указанное? — не понял Александр.

— Людмилой! — Дима лишний раз не хотел сообщать отцу, но всё же это имя как-то само вырвалось.

— Мне кажется, тебе пора выходить из-под её влияния. Не знаю, какие она преследует цели, но не факт, что цели эти пересекаются с нашими…

5

— Что вы утаиваете от меня? — Дима попытался в лоб выявить устремления Людмилы. — Мы же договорились — я помогаю вам, вы мне. По факту же вы мне вредите — зачем я отправляю отцу неверные инструкции?

— С чего ты взял, что они неверные? — набросила маску смущения женщина.

— Он мне сообщил, что чуть дров не наломал, — огрызнулся Дима. — Если бы сделал всё так, как я ему сказал, точно мог испортить дело.

— Ты уверен? — Людмила встала из-за стола, подошла к полке, откуда взяла пачку какого-то странного чая. Диме на мгновение показалось, что в интерьере «космической кухни» появилось что-то лишнее — коровьего черепа на стене в прошлый раз точно не было. — Может, его сейчас ведут к пропасти, а он и не подозревает?

— Вы что-то знаете об этом? Если ему грозит опасность, то так и скажите. К чему всё усложнять? Да вы не спасти его хотите, а какие-то свои задачи разрешить! — догадался Дмитрий.

— Представь себе, что такое может быть...

— Но почему бы сразу так не сказать? Если наши цели не расходятся, то давайте поможем друг другу!

— Мы и без того друг другу помогаем. Вот возьми, — протянула она гостю чашку с заваренной травой. Дима без лишних вопросов принял странный напиток из рук женщины и уже даже не вспоминал про коровий череп, несколько секунд назад напугавший его.

— Вы хотите что-то поменять в прошлом, правильно?

— Правильно, — согласилась Людмила.

— Я сделаю всё, чтобы вам помочь! — сказал громко Дима. — Но и вы...

— Вот и славно, — удовлетворилась ответом женщина, поглядывая в чашку своему гостю.

Дима осовело наблюдал за происходящим, зачем-то полез в карман и достал оттуда кольцо.

— Вам же оно нужно?

Людмила задумалась, будто пыталась понять, что ей действительно нужно.

— Ты знаешь, я думала, что обойдусь твоей помощью, но легче будет справиться самой, — женщина потянулась за кольцом, которое ей протягивал гость.

— Мне оно тоже нужно. Так что шиш вам! — Дима покосился на слегка вымокшие штаны, куда он намеренно пролил странный напиток. — Раз так — справлюсь без вашей помощи.

***

Сын давно уже не выходил на связь — это старшего Стародубова беспокоило. Но всё же не так сильно, поскольку каждый день он был занят от рассвета и до заката, а иногда и от заката до рассвета. Александр завязывал знакомства с женщинами и чинил препоны мужчинам. Причём речь шла не просто о каких-то женщинах и мужчинах, а о тех, которые намеренно или невольно могли повлиять на судьбу страны. По крайней мере, так говорил полковник — тот самый полковник, которого Стародубов не видел с июня.

Сложно было сказать, насколько Александр приближался к цели самоспасения — но каких-то фатальных событий с ним и вокруг него не происходило. В столице было всё спокойно — люди ходили на работу, посещали кино и рестораны. Где-то наверху, возможно, подковёрная борьба и велась, но за пределы кабинетов она пока не выходила. С деньгами, что немаловажно, у Стародубова тоже был полный порядок — новые работодатели не обманули. Но вот что будет дальше — этот вопрос периодически мужчину тревожил.

— А что дальше? Возьмут в штат — перевезёшь семью в Москву, обустроишься, — Толя был преисполнен оптимизма.

— Как-то слишком просто, — сомневался Стародубов, не глядя на друга.

— Есть и другой вариант. Можешь развестись, бросить семью, найти другую женщину и жить с ней в своё удовольствие.

Стародубов с негодованием посмотрел на Анатолия, но вместо того на скамейке сидел другой человек. А может вовсе и не человек — в последний раз это лицо Александр видел при странных обстоятельствах.

— Как тебе такой вариант? — шаман говорил уже своим голосом.

— Откуда ты здесь?

— Оттуда, где мы виделись с тобой в последний раз. У нас было тогда одно незаконченное дело, помнишь?

Александр помнил, а потому предпочёл диалог закончить. Выхватив из-за пояса пистолет, добытый месяц назад при странных обстоятельствах, он навёл оружие на неприятеля.

— Пугаешь? А мне не страшно, — уведомил шаман оппонента. — А знаешь почему?

Стародубов так и не узнал — шальная пуля прошла сквозь голову собеседника, обрызгав Александра кровью. Сам он выстрелить не успел, да и не то чтобы планировал это делать без веской причины. Пресловутая шальная пуля выпорхнула из другого орудия убийства и шаману по задумке не предназначалась. Выстрелы шумели где-то рядом, а потому наш герой, стараясь избежать участи своего визави, спрятался под скамейкой.

Стрельба прекратилась — кто-то был убит, кто-то остался жив, кто именно Стародубова не интересовало. Решив, что его жизни сейчас ничего не угрожает, он ещё раз пристально посмотрел на шамана — кажется, действительно мёртв. Погибнуть как простой смертный от пули — наверное не входило в планы этого странного типа. А ведь такой участи можно было бы избежать, если знать, как пойдут события заранее...

***

— Ты начинаешь отходить от плана, — бездомный, по-хозяйски расположившийся на кухне Людмилы, высказывал недовольство.

— У меня есть свой план — женщина не собиралась оправдываться.

— Кажется, мы собирались вернуть мне мой облик, — прокряхтел старик.

— Ты собирался, не я, — поправила гостя Людмила. — Я, к слову, от этих планов не отказываюсь. Но почему я не могу преследовать свои цели? В конце концов, ничего страшного пока не произошло. Что ты тогда делал? Устраивал «театральные представления», которые кардинально ничего не меняли. У них свои планы, у нас свои — но до поры они не расходятся. Так чего же дёргать зря паренька — пусть пока играет в «спасение».

— Мне кажется, ты тоже можешь заиграться, как когда-то заигрался я…

— Подумаешь… Тоже потеряю облик — буду являться людям в виде старухи с клюкой, а при случае обращаться какой-нибудь вороной.

— Это неприятно, дочка.

— Неприятно, но ты же справляешься. И ведь не о себе ты печёшься, не свою судьбу планируешь изменить… — Людмила отвернулась к окну.

— А ты, как я вижу, в первую очередь за свою. Что будет вокруг тебе плевать! — старик рассердился.

— Ты прав — плевать.

***

Стародубов читал газету. Конечно, и в печатной прессе хватало эмоционального бреда, который отвлекал от сути новостей, но по телевидению уяснить смысл происходящего было ещё сложнее. Ничего страшного, чем пугал Дима или хотя бы этот странный полковник не происходило.

Не пахло двоевластием — президент и вице-президент ладили, Верховный Совет в плановом порядке продолжал разработку новой Конституции, а Конституционный суд, в свою очередь, обходился без каких-либо судьбоносных вердиктов. Радикальные экономические реформы были пересмотрены и преобразовались в точечные изменения — в общем, жизнь налаживалась. После столь внезапного появления и исчезновения шамана, казалось, что никакой таинственности в происходящем нет. Какой-то чудак появился из ниоткуда, но затем в никуда и пропал. Всё шло своим чередом. Вот только Миша…

— Папа! Александр! — знакомый голос в голове заставил вспомнить о некоторой ненормальности происходящего.

— Слышу тебя Дима. Давно не слышал, а сейчас вот снова слышу. Как у тебя дела?

— Да у меня всё нормально. Ты как в порядке? Давно не мог выйти с тобой на связь и уже начал думать, что ничего не смог исправить…

— Всё в порядке. Я здесь, а Миши нет. Понимаешь — я вместо него. От судьбы не уйдёшь, приходится чем-то расплачиваться. Или кем-то…

— Да, дяди Миши здесь нет. Но и тебя пока тоже… У тебя точно всё нормально?

— Точно, — успел сказать Александр, а потом спешно снял кольцо, заприметив на дальнем конце аллеи человека, которого уже и не ожидал увидеть. Теперь Стародубов точно был уверен, что никакой это не человек, а обстановка вокруг далека от нормальности.

— Может быть, в третий раз нам удастся поговорить? — шаман продемонстрировал белозубую улыбку.

— Всё за кольцом охотишься? Зачем оно тебе?

— За кольцом? Да, с кольцом можно было сделать всё самому, — шаман был серьёзен. — Но зачем самому, когда и у других получается. Не правда ли?

— О чём это ты?

— Ты знаешь о чём — зачем задавать вопросы, на которые знаешь ответ.

— Тогда, может быть, задать вопрос, на который я ответ не знаю?

— Попробуй, — шаман ухмыльнулся.

— Что тебе нужно? — с вызовом спросил Александр.

— Неправильный вопрос. Ответ тебе никак не поможет. Мне, к примеру, не помешал бы шашлык, модная стрижка и джинсы, как вон у того паренька.

— Хорошо. Что тебе нужно от меня?

— Теплее. Но тоже не то. Мне без разницы — ты или не ты, главное, чтоб сработало…

— Что? Что должно сработать? — Стародубов так и не дождался ответа. Шальная пуля откуда-то взялась и на этот раз. Окровавленный шаман снова был обездвижен и, казалось, что уже не очнётся. Александр, впрочем, в такой исход не верил — кто его знает, сколько жизней у этих шаманов. И всё же, не веря в окончательную гибель странного существа, предпочёл на всякий случай с места преступления удалиться. Что Стародубова удивило, так это отсутствие каких-либо перестрелок в непосредственной близости к происшествию. Кто же тогда стрелял? Чья это шальная пуля?

***

Дима зарёкся посещать странную квартиру, но в очередной раз обнаружил себя здесь:

— Что случилось с вашим отцом, мне неинтересно. Меня не волнует то, что он планировал и почему вы хотели этому помешать. Я не понимаю, почему не удаётся вернуть моего. Дядя Миша погиб в прошлом и исчез в настоящем. Отец в прошлом гибели избежал, но пока не появляется.

— Ну не знаю, — Людмила говорила таким тоном, будто на самом деле всё знала. — Может погиб не тогда, а позже, в другой ситуации. Ты давно с ним не общался? Что с ним? Попробуй связаться, может всё же он в беде?

Дима поспешил надеть кольцо, но никакой связи на другом конце так и не почувствовал.

— Опоздал? — женщину растерянность Димы, кажется, забавила. — Не переживай, сейчас исправим.

Людмила достала из шкафа какие-то чёрные свечи, установила их на стол и зажгла, попутно загасив люстру.

— Что это? Какое-то колдовство? — с недоверием посмотрел на свечи Дима.

— Какое колдовство? В интернете заказала. Просто так обстановка стала немного интимней. — «Космическая кухня» пропала во тьме, зато Стародубову вновь почудился коровий череп со светящимися красными глазами.

— Зачем же нам интимная обстановка? — недоумевал Дима. — Мы же серьёзные вопросы обсуждаем.

— Серьёзные. Но в интимной обстановке, — уточнила женщина. — Вижу, что беда грозит Александру, — сказала она голосом типичной шарлатанки, глядя куда-то мимо Димы.

Дима обернулся, встретившись взглядом с черепом, так ничего и не понял. Хозяйка, воспользовавшись отвлечённостью своего собеседника, нежно погладила его по шее.

— Это лишнее, — поёжился Дмитрий. — Так что вы там ещё видите?

— Вижу, что всё можно исправить, — таким же сказочным голосом продолжила Людмила.

— Отлично, — признал Дима. — И чего же мне делать?

— И чего же мне делать? — прозвучал в голове Дмитрия тот же вопрос.

— Папа, ты тут?

— Тут это где? Я в Москве и не знаю, чего делать-то… Пытаются навесить на меня убийство этого чудика, а он даже не убит, я уверен. Толя говорит, что свидетели есть, вытащить меня будет очень сложно.

— Что? Вышел на связь? — Людмила облизала губы, глядя на Диму, погрузившегося в разговор.

Стародубов-младший кивнул, пытаясь что-то придумать для помощи отцу.

— Кольцо пусть снимет и на убитого оденет, — подсказала Людмила.

— Откуда вы знаете про убитого?

— Действуй, не время сейчас рассуждать! — властно произнесла она.

Дима решил действовать, но по своему. Он не передал отцу требования Людмилы, а придумал кое-что получше.

— Точно бежать оттуда?

— Да точно. Мне кажется, что это ловушка. Не слушай никого — Толю, полковника, вообще никого. Просто беги со всех ног.

Александр побежал. Бежал по дворам, подворотням, выбегал на какие-то улицы, преодолевал переулки и, в конечном счёте, почти выбился из сил. На его счастье какой-то добрый автомобилист готов был помочь Стародубову уйти от погони, гостеприимно распахнув дверцу. Ничего не соображая, мужчина запрыгнул в УАЗ и даже зачем-то пристегнулся.

— Вот и славно, — поприветствовала его девушка. — Теперь домой?

Стародубов кивнул и, продолжая находиться в маловменяемом состоянии, отошёл ко сну. Сложно сказать, сколько он спал, вероятно, очень долго, но, в конце концов, пришла пора просыпаться. Проснулся мужчина всё в том же автомобиле — только вот УАЗ, давно покинувший столицу, припарковался в знакомом дворе.

— Мы дома, — сможешь подняться?

— Смогу, — прохрипел Стародубов, не желая спорить с этой странной барышней.

***

— Ах, какой ты хитрый! Ах, как ты всех переиграл! — Людмила смеялась, глядя на Диму. Тот действительно был уверен, что переиграл коварную женщину, шамана и ещё невесть кого. А когда в замочной скважине кто-то начал орудовать ключом, Стародубов-младший ещё сильнее уверился в своей правоте.

В квартиру по-хозяйски зашёл немолодой мужчина, уступавший немного Диме в росте, но не уступавший в стати. Людмила порхнула к нему, поцеловав в щёку вернулась в кухню. Не удивляясь ошалелому взгляду Димы, она, между делом, сообщила:

— Всё сработало. Так просто, не правда ли?

— Папа? — Дима не мог поверить своим глазам.

— Пришёл всё-таки? Столько лет упрямился, а тут снизошёл до визита к отцу, — Стародубов-старший как-то слишком обыденно встречал Диму, будто не виделись они максимум пару недель.

— Ты давно здесь? — уточнил Дмитрий.

— Да вот только что зашёл, если не приметил.

— Нет, я про другое. Давно в этом времени?

— В каком этом? — не понял отец. — А какие ещё бывают?

— Ты что ничего не помнишь? — ужаснулся Дима. — Совсем ничего?

Пока Александр Стародубов хлопал глазами в растерянности, по инерции за что-то сердясь на Диму, радостная Людмила снова достала чашки, в которые тут же разлила фиолетовую жидкость из чайника.

— Мне этот каркаде можешь не наливать, кофе попью — проворчал Александр.

— С характером точно что-то нужно делать, — произнесла Людмила. — Так дело не пойдёт.

— Так это вы всё подстроили? А как же ваш отец? Шаман или как там его? Он тоже достиг своей цели?

— А чего ты за моего отца переживаешь? Твой вернулся, ты же этого хотел? — пока Александр Стародубов удалился помыть руки, Людмила решила прояснить ситуацию. — Может я и не хотела, чтоб он возвращался? Может, это я его тогда убила?

— Но зачем?

— Ты всё равно не поймёшь...

— А дядя Миша?

— Что дядя Миша? Его я там не трогала. Хотя и здесь он мне не нужен — усачи не в моём вкусе… Наверное остался навеки в прошлом... Но ничего не поделаешь, такова судьба… — картинно пожала плечами женщина.

— Миша, Миша… Пропал зазря… — Стародубов-старший вернулся в кухню.

— Пап, а кольцо осталось при тебе?

— Кстати, да, — проявила интерес к артефакту Людмила. — Сохранил?

— Какое кольцо? — не понял Александр.

— Вот такое, — предъявил свой артефакт Дима.

Стародубов напряг память, силясь вспомнить, видел ли он что-то подобное. Ничего так и не вспомнив, он переключился на насущные вопросы:

— Ладно жена, пожарь мне сосиски и кофе поставь. А кольцо я что-то не помню — потерял наверное, раз нет его.

— Жена? — ужаснулся Дима.

— Сосиски? — не поверила своим ушам Людмила.

— Пируете? — прозвучал голос из прихожей. — А со мной значит так вот? — знакомый Диме бродяга материализовался внутри квартиры.

— Дверь что ли не закрыл? — удивился Александр. — Ты откуда, чудище?

— Себе решила жизнь устроить, а мне помочь — никак? — игнорируя обоих Стародубовых, старичок обращался к Людмиле.

— Ничего ещё не закончено, — ответила та. — Не мельтеши и пойди пока прочь!

Старик исчез. Дима смотрел на эту картину круглыми от удивления глазами. А вот Александр почему-то не впечатлился внезапным появлением и исчезновением странного персонажа, будто такие картины были для него привычны.

— Сосисок нет в доме. Может рыбу? — невзначай Людмила поинтересовалась у Александра.

— Давай рыбу хотя бы.

Дима выскочил в коридор, а потом и в подъезд. Рыба с сосисками его как-то не заинтересовали, а вот странный старик привлёк его внимание. Ещё несколько часов назад он многое готов был отдать, чтобы вернуть отца, но всё же возвращение представлялось как-то иначе. Не будучи удовлетворённым такими реалиями, Дмитрий хотел обратиться за помощью к невесть куда пропавшему старику.

— Эй! Вы тут? — Дима понимал, что на этаже никого нет, но на всякий случай поинтересовался.

— Тут я. Что, прошляпил бабу? — невесело усмехнулся старик, выглядывая из-за мусоропровода.

— Какую бабу? У меня своя есть, — насупился Дима, поняв о ком речь. — Что вообще тут происходит?

— Переход непроходимой границы. Невозможное стало возможным. Иными словами, чудо. Хотя тебе ли удивляться, молодой человек? Можно подумать, для тебя впервой.

— Это я так сделал? Но я хотел не так, — разочаровался в изменениях Дима.

— Ты не так, я тоже не так, а вот Людка так. Всё просчитала, всех переиграла. Столько лет живу, а недооценил возможности полезных идиотов…

— Чего теперь делать? — у Димы затеплилась надежда. Ему показалось, что этот странный старик теперь точно на его стороне, а значит можно направить ситуацию в желаемое русло.

— А ты что хочешь?

— Спать, ещё есть немного. И отца нормально вернуть, а не так, — подумав, Дима добавил. — И дядю Мишу ещё.

— А что готов сделать? — старик, кажется, задумал какую-то хитрость.

— Готовить я точно ничего не буду, может Танька чего-нибудь сделала съестного, пока я тут торчу.

— Да не про это я — отца как вернёшь «нормально», да ещё и дядю своего?

— Отца проще простого…

— Да? — усмехнулся старик.

— Да, — дерзко ответил Дима. — Мужчина побарабанил в захлопнувшуюся дверь, которую тут же открыл отец.

— Чего барабанишь, чай не заяц? — спросил он недовольно.

— Ты не тут живёшь, тебе по другому адресу.

— Точно? — переспросил отец.

— Точно, — подтвердил Дима.

Стародубов-старший вновь юркнул в квартиру, мигом оделся и, даже не попрощавшись с Людмилой, отправился к лифту.

— Куда ты? — бросила она ему вслед.

— Домой, к жене.

— А как же я?

— А ты тут сиди, — буркнул Александр.

— Ловко провернул, — оценил старик. — А с дядей что?

— Не знаю… А может шут с ним, с дядей… Да пошутил я, — глядя на опешившего старика, Дима рассмеялся.

— Ты не шути так. Я тебе сделку хотел предложить — ты мне кольцо, а я тебе дядю. А то, если тебе дядя не нужен, как я кольцо заполучу?

— А зачем вам кольцо? — поинтересовался Дима. — С кем вы общаться будете? С собой или с Людмилой? В прошлом или будущем? Может у него ещё какие-то скрытые он меня функции есть?

— На палец надену, красоваться буду.

— Да как вы наденете, вы же какой-то бесплотный…

— Ну вот и не задавай глупые вопросы, — проворчал старик. — Плотным хочу стать, а с кем общаться буду — не твоего ума дело.

— Что ты натворил? — выглянула из квартиры Людмила, гневно обращаясь к Диме.

— Справедливость натворил. Ладно, не серчайте, Люда. Не против, если мы с вашим стариком внутри квартиры кое-что обсудим? Тем более, рыбу, чувствую, вы уже пожарили.

***

— Разве так можно? — Дима пытался найти подвох в этом странном, на его взгляд, плане.

— Всё можно, молодой человек, если знать как.

— Но ведь события прошли уже эту точку. Отец вернулся там и получается, что здесь. Он уже не в Москве, а вы уже не живы, — замявшись, Дима уточнил. — Не совсем живы. Опять же дядя Миша…

— Ты хочешь невозможного, а потом, когда тебе предлагают решение, говоришь, что это невозможно, — ворчал старик. — С чего ты взял, что время линейно изменяется тут и там? Почему ты думаешь, что нельзя снова сделать «перемотку».

— Но я не знаю как…

— Тебе и не надо знать! Просто делай, как я говорю — будет тебе и дядя Миша, и отец в статусе хорошего семьянина. Прекращай только спорить и лезть со своим непониманием.

— Хорошо, прекращаю…

— Какая нам дата нужна?

— Не помню. Или даже не знаю. Хотя что-то там про футбольный матч было... — Дима силился восстановить в памяти недавний или наоборот давнишний разговор.

— Кольцо надень. И вспомни в мельчайших подробностях тот день.

— И что? Так получится?

— Да делай уже!

— Пап! Александр!

— Да! — отозвался голос в глубинах сознания.

— Вы ещё не доехали до Ярославского вокзала?

— Нет, одна станция осталась.

— Ничего не осталось! Срочно выходите с дядей Мишей прямо сейчас!

— К чему такая срочность? — недоумевал отец.

— Не спрашивай! Просто срочно выходите! — кричал Дима.

Александр успел выйти, сумел вовремя выскочить из тронувшегося поезда и ничего не понимавший Михаил. А дальше пришлось выполнять уже Диме свою часть уговора. Стародубов-старший передал шаману кольцо в прошлом, Дмитрий же вручил ценный артефакт в настоящем

— Вот и всё, твоя миссия закончена, молодой человек! — сообщила радостная Людмила. Старика на кухне уже не было, где, когда и в каком обличье он появится, Дмитрия не интересовало.

— Вы меня не обманули? — с недоверием переспросил он.

— Не веришь — проверь.

Дима достал из кармана мобильный телефон. Найдя в записной книжке номера отца и дяди Миши, успокоился. Правда до отца дозвониться не удалось, но уже в разговоре с дядей он выяснил, что Александр Стародубов гаджеты не очень любит, а потому редко когда берёт с собой мобильные устройства. Сам же Михаил Иванович был жив, здоров и возмущён кратким визитом Дмитрия в Птицынск. Оказалось, что пока Дима навещал Елену Владимировну и приехавших погостить из столицы двоюродных сестёр, дядя Миша беззаботно рыбачил в приволжской глуши.

6

С того дня, когда Дима гостил у Людмилы прошёл почти год. Женщина его действительно не обманула — отец вернулся в семью живой и невредимый, причём два с лишним десятка лет назад. С дядей Мишей тоже было всё в порядке, он вёл спокойную пенсионную жизнь, занимался дачным хозяйством, ездил на рыбалку и воспитывал внуков, которых дочери периодически доставляли на отдых из Москвы.

Судьбы Людмилы и шамана Дмитрию были неизвестны, но особо это его и не волновало. Зато очень интересовали истории отца, которые он временами охотно, а иногда и без большого желания, порционно выдавал. Вот и на этот раз на Александра Владимировича нашла ностальгия.

Пока Светлана и Таня занимались делами кулинарными на кухне, Стародубов-старший решил поделиться кое-какими эпизодами из своей биографии со Стародубовыми средним и младшим. Последний появился на свет чуть более полугода назад, а потому рассказы деда его не слишком забавили. Дима же отца слушал с большим интересом.

— Получается вы всё же смогли тогда предотвратить расстрел Белого дома?

— Какой расстрел? — сразу и не понял Александр. — А, ты наверное про Конституционный кризис говоришь. Поскольку никакого расстрела не было, то, можно сказать, да. Хорошая у нас тогда команда была, вот как сейчас помню…

***

Александр сделал всё, как просил Дима. Встретился в условленном месте с шаманом и передал тому кольцо. С тех пор этого странного мужчину он больше не видел. Перестал Стародубов по понятным причинам слышать голос взрослого Димы в голове. Это его, конечно, в какой-то степени огорчало, но всё же не так сильно — маленький Димка никуда не исчез, а со временем он вырастет и сможет уже поговорить с отцом как взрослый.

Но то в будущем, а в настоящем они с Михаилом устроились на работу внештатными агентами одной очень интересной организации. Там были действующие сотрудники милиции и Министерства безопасности, имелись также бывшие из советских спецслужб. С кем-то удавалось пересекаться мельком, с иными общение было чуть более плотным.

Милиционер Толя и «безопасник» Дима, к примеру, относились к последним. Служба службой, а для прикрытия у всех участников были вполне легальные поводы для встреч. К примеру, вышеназванная парочка часто пересекалась с Александром и Михаилом в тренажёрном зале, которые в подвалах и полуподвальных помещениях расплодились как грибы.

— Не много ли ты себе навесил? — усмехнулся Стародубов, глядя, как коренастый Толя собирается выжать лёжа полтора центнера.

— Обижаешь. Если обещаешь страховать, то раза на три смело выжму.

— Михаил, это тренажёр для женщин. Даже не тренажёр, а массажёр от излишне жирных боков, — наставительно объяснял «безопасник» Дима провинциальному милиционеру.

— А что? Думаешь, я хочу себе жирные бока отрастить?

— Жирные бока ещё никого не убили, а вот дополнительные грузы, непредназначенные для тренажёра, наверняка уже кого-то загнали в гроб. Саша, не занимайся ерундой, убери эти блины! — Дмитрий продолжал командовать и в зале. — Сегодня вечером в театр идём. Приличная одежда есть? В общем, у кого нет, знает где найти.

— Опять этот театр… Что ж важные персоны на футбол не ходят, — прошептал еле слышно Толя.

— ВИП-ложи когда появятся у нас, тоже будут ходить, — парировал Дима, обладавший тонким слухом.

— Какие ложи? — переспросил любознательный Михаил.

— Масонские. Да выключи уже этот жужжащий массажёр!

***

Стародубов рассчитывал, что он попадёт в Большой театр, увы, театр был не слишком большим, даже напротив весьма камерным. На этот раз запирать никого не надо было — задача заключалась в другом. Коллеги должны были занять все кабинки в мужском туалете во время антракта и не допустить в эти кабинки попадания важной персоны.

— Персона может обгадится, а может и сдержится — не суть важно, — пересказывал Дима слова полковника. — Важно то, что в таком состоянии наш приятель никаких судьбоносных бесед в антракте вести не захочет, да и не сможет при всём желании.

— А после антракта? — уточнил Толя.

— А после антракта уже собеседник отправится «Оптимистическую трагедию» досматривать. Не до разговоров ему будет, — разъяснил Дима.

«Корректировщики истории», как их в шутку называл полковник, разошлись по кабинкам. Александр тоже был близок к цели, но тут его взгляд зацепил знакомую фигуру, а потом и знакомое лицо.

— Люда? Что ты здесь делаешь? — изумился он.

— Что молодая девушка может делать в театре? — кокетливо спросила она.

— И что же? — Стародубов заметил знакомое кольцо на указательном пальце Людмилы, которое, он вроде бы передавал шаману.

— Селфи, — белозубо улыбнулась она.

— Чего? — не понял мужчина.

— Саня! Бумагу срочно подай! — раздражённый голос Димы из недр туалета заставил Стародубова прийти в себя.

— Извини, служба, — сказал он зачем-то Людмиле и удалился на «пост».

Стародубов успел прошмыгнуть прямо перед носом у персоны, пришедшей в ярость от такой ситуации. В дверь кабинки громко стучали, слышались угрозы и ругань, но Александр хорошо знал своё дело, а потому надёжно держал оборону.

— Этот ещё спокойный был, — позже делился впечатлениями Дима. — А вот полковник мне рассказывал, как один гражданин и в более безобидной ситуации чуть не разнёс всё к чертям собачьим. «Подонки!», кричал, «хватит терпеть!».

— Опасный. Такого бы от важных дел подальше держать, — предположил Михаил.

— Я тоже так думал, — согласился Дима. — А вот полковник, правда тогда он ещё подполковником был, сказал, что нормальный мужик, пригодится стране в будущем. Так что мы его наоборот от нежелательных контактов ограждали.

— Да? А кто это? — поинтересовался Александр.

— Да какая разница! Полковник говорил почему-то, что человека этого даже от апельсинового сока стоит держать в стороне. Я понимаю виски, там, коньяк какой. Но чтобы от сока становиться опасным…

***

— И чем это всё кончилось? — у Димы по ходу рассказов отца возникла куча вопросов.

— Я всю цепочку происшествий знать не могу. Вероятно, что-то мы предотвратили.

— Да я не про эти «сидения в сортире», я про Людмилу. Как она снова всплыла, да ещё с кольцом?

— Ах про Людмилу? Мда… забавная женщина. Если шаману нужно было кольцо для каких-то высоких целей, по крайней мере, он сам так говорил, то Людка наша, судя по всему банально устраивала себе личную жизнь.

— В смысле? — не совсем понял Дмитрий.

— В самом прямом. Здесь у неё ничего толком не получалось, вот и посылала сама себе сигналы в прошлое — захотела исправить то, что с первой попытки сделать не удалось.

— А так можно было?

— Видимо можно. Если, конечно, тебе в прошлом не три года, — улыбнулся Александр, глядя на заснувшего Тимофея. — Наш юный друг от рассказов, смотрю, совсем утомился. Давай сейчас поужинаем, а после я тебе ещё одну историю расскажу, — пообещал отец.

После ужина рассказать ничего не удалось — Таня сообщила, что Тимофею пора домой — спать в гостях он почему-то не сможет. Как Дима не пытался её переубедить, а ведом он был надеждой дослушать историю, пришлось согласиться. Погрузив семью в новенький «Икс-рей», который появился у него недавно, Дмитрий аккуратно покатил домой. Впрочем, уже на следующих выходных семейство снова собралось в загородном доме у старшего поколения Стародубовых. Там Александр и продолжил рассказ о стародавних приключениях.

— Конституция, как ты знаешь, была принята в девяносто третьем. Верховный Совет сохранили, хотя фактически страна стала республикой президентской. То что президент избирался раз в пять лет, думаю, ты и без меня знаешь, не зря же на историка учился.

— Как это на пять? Насколько помню…

— Помню — не помню. Смысл мне выдумывать. Да и не об этом речь, — перебил сына Александр. В общем, слушай дальше.

***

Александру, его коллегам, как и всей резидентуре сети, работы на постсоветском пространстве хватало. Откуда эта работа взялась и кто не досмотрел на предыдущих этапах — такие вопросы задавать было не принято.

Оставалось лишь принять факт — Советского Союза больше не существовало, зато существовали полтора десятка его осколков, где то и дело вспыхивали, замораживались или совсем угасали локальные конфликты. Временами казалось, что это вовсе не локальные конфликты, а разные фронты единого глобального противостояния. Кого и с кем — такие вопросы рядовые сотрудники, к коим относился и Стародубов, тоже вышестоящему руководству не задавали. Свои догадки принято было держать при себе.

— Ну что братцы, едем на море? — без энтузиазма поинтересовался Толя. После того, как Дима был переведён куда-то наверх, командиром группы стал милиционер.

— Или в горы, — предположил Михаил.

— Это уже не нам решать, — вздохнул Борис, появившийся в группе полтора месяца назад. — Горы или море — всё интересней, чем без дела слоняться.

С последнего совместного мероприятия группы прошло уже более двух недель. Александр, впрочем, кое-какие задачи, полученные напрямую от полковника, выполнял. Догадывался он, что и коллеги не бездельничали всё это время, хотя в тренажёрном зале, где компания регулярно три раза в неделю пересекалась, на обсуждение таких тем было наложено табу.

— Мы вчетвером поедем? — уточнил Миша.

— Нет, парами на разных поездах. Первыми отправляетесь вы с Борисом, а чуть позже двигаем и мы с Саней. Встретимся в Адлере, там получим дальнейшие указания.

— Что, совсем без отдыха получится? Я уже на море чёрт знает сколько не был, — пожаловался Борис, разглядывая свои бледные бицепсы.

— Руки загореть могут не только на пляже, — наставлял Толя. — Хотя я бы тоже не отказался пару дней на берегу поваляться. Ладно, посмотрим на месте — пока ничего по этому поводу сказать не могу.

За всю дорогу к Толе с Александром так никто в купе и не подсел, что для сезонного времени было странно. Стародубов большую часть пути находился в одиночестве — милиционер постоянно пропадал в вагоне-ресторане. То ли выполнял работу, то ли развлекался. А может и просто лопал в три горла, благо от недостатка аппетита никогда не страдал. До часа икс, когда вся компания должна была встретиться в условленном месте, оставалось ещё время. Толя и Александр решили его не терять, а потому сразу направились на пляж.

— Странно всё это — в двух шагах идёт война, а тут люди наслаждаются жизнью, — задумчиво сказал Александр, осматривая полный пляж.

— Война войной, а обед по расписанию, — парировал цитатой милиционер. Было бы у нас больше времени на отдых, познакомился бы я сейчас вон с той красоткой.

Стародубов бросил взгляд на девушку, по которой мечтательно вздыхал Толик и с ужасом обнаружил, что знает её.

— Я бы на твоём месте с этой мадам не связывался, — сообщил он с опаской.

— А чего так? Стройна, красива, мила.

— А ещё коварна и родственники у неё непростые, — добавил Стародубов.

— Знаешь её что ли?

— Приходилось иметь дело, — Александр даже почему-то поморщился. Не собираясь вдаваться в объяснения, он быстро разделся до плавок и помчался, насколько это позволял галечный пляж, к тёплому морю.

Долго ли плескался Стародубов в волнах или нет — история умалчивает. Однако по окончании плескания на пляж ему выйти пришлось, где он увидел странную картину. Толя безумным взглядом пожирал свою спутницу, в которой Александр не без раздражения узнал Людмилу.

— А мы тут кукурузу лопаем, — весело сообщил Анатолий приятелю.

— Приятного аппетита, не подавитесь, — поздравил его Александр.

— Людмила весьма интересная девушка — эрудированная не по годам и…

— Красивая по годам, добавил Стародубов.

Девушка засмеялась, сделав вид, что комплимент её смутил. Александр заметил, что кольцо всё ещё было при ней. Неясно о чём эта парочка говорила, но Стародубов готов был спорить — Люда затуманивала сознание Анатолию.

— Как отец? — невзначай спросил старый знакомый собеседницу Толи.

— Да кто ж его знает? — искренне удивилась девушка. — Всё в делах наверное.

— А ты как здесь оказалась?

— Как здесь оказываются? Приехала, что в этом сложного?

— У нас тут немного планы поменялись, — подмигнул Толя. — Я никуда не еду, так что вы без меня там справляйтесь.

Стародубов ошарашенно посмотрел на друга, не до конца понимая причину столь резких изменений. Да, лишние вопросы в их среде были не в чести, однако Александра терзали смутные сомнения — уж не фактор Людмилы сыграл свою роль?

— Да не переживай ты сильно. Я тебя за главного оставляю, — подбодрил товарища Анатолий.

Саша сходу и не нашёл чего сказать. Зато нашла Людмила:

— У нас отпуск с Толиком. Сейчас покутим, а потом распишемся.

— Ага, — кивнул незадачливый милиционер, усиливая подозрения Стародубова.

— Распишитесь — чего б не расписаться, — наконец нашёлся Стародубов. — Вот только покутите позже. Сейчас у нас дела, Толя, если ты не забыл. И без тебя мы никак не справимся.

Толя, будто борясь с каким-то наваждением, кивнул. Но потом вновь замотал головой:

— Исключено! Сперва кутить, а потом дела. А вдруг меня там убьют? — милиционер махнул рукой в сторону границы. — Когда же мне кутить?

— Вроде трезв, а рассуждаешь как-то странно, — задумался Стародубов. — Милая девушка, а не принесёте ли вы нам ещё по початку кукурузы? — обратился он к Люде.

Девушка фыркнула, всем своим видом показывая, что никакие початки она нести не собирается. Для того, чтобы Александр осознал всю глупость сказанного, Людмиле пришлось даже демонстративно отвернуться. Воспользовавшись случаем, Стародубов схватил Анатолия и потащил его сопротивляющееся тело с пляжа. Когда Людмила заметила это — было уже поздно. Наваждение с Толи спало, сопротивлялся он вяло, будто для приличия.

— Да не связывайся ты с ними, — настоятельно рекомендовала пожилая брюнетка, наблюдавшая за картиной со стороны. — Голубые это, я сразу поняла. Или наркоманы, — добавила она после неловкой паузы.

***

— И что потом? Дотянулась она до этого Толика? — Диму рассказ под шашлык развеселил.

— Да, но, уже значительно позже. Нашей миссии этот роман ни капли не помешал, — Александр разлил по стаканам томатный сок и тоже налёг на шашлык.

— О дальнейшей их судьбе тебе известно?

— Не могу сказать наверняка. Но если не ошибаюсь, переехала Людка со временем в Москву. Толе квартиру дали на службе — если не разбежались, то там и живут.

— Поразительно. Такая женщина и так просто…

— Чего просто? Толя тоже не из простых. Сейчас ещё одну историю расскажу про него.

— Это уже в Абхазии дело было? — уточнил Дима.

— В какой Абхазии? — не понял старший Стародубов.

— Ну как? Вы же на море явно не просто так приехали? Речь о грузино-абхазской войне?

— Да не было никакой войны, — Александр отмахнулся от слов Димы, будто тот сказал что-то непристойное. — Страны разошлись мирно — как Чехия и Словакия в Европе. Мы как раз делали всё, чтобы никакой войны там не случилось.

— Но ведь она началась, если не ошибаюсь, примерно за год до вашего там появления? — Дима недоумевал и даже залез в интернет, чтобы проверить кое-какие факты.

— Да ничего не началось. Мы же не одни работали, там и до нас ребята отметиться успели — и в Абхазии, и в Осетии и в Приднестровье.

Сын не нашёл, что ответить, тем более интернет никаких локальных войн на Кавказе в начале последнего десятилетия прошлого века так и не обнаружил.

— Так что Толя? — напомнил Дима о незаконченном рассказе.

— Новая порция шашлыков подоспела, девчонкам надо отнести — так что Толя подождёт. Тимофей-то шашлыки ещё не ест?

— У него зубов нет.

— Без зубов сложно будет, — задумавшись, сказал Александр. — Кстати, Толя тоже так говорил, когда без зубов остался.

— Как это без зубов?

***

Следующим летом компания отправилась в Санкт-Петербург. Там ей предстояло не слишком сложное, но при этом важное задание. За год с нашими героями произошло немало изменений. Взаимоотношения Толи с Людой были немного странными. Казалось, девушка очень заинтересована в таком спутнике, сама обрывает телефонные провода находит его в любое время дня и ночи (это при всех попытках конспирации со стороны Анатолия), но потом куда-то пропадает, причём надолго.

Пока Толя впадал в перманентную депрессию, Борис наслаждался жизнью. В отличие от коллег, семьёй и взаимоотношениями обременён он не был. Немолодой, на тот момент ему уже стукнуло сорок лет, он всё же пользовался большой популярностью у женщин. Стародубов в шутку называл его «русским Джеймсом Бондом». И ведь до тех пор, пока Борису не попалась в руки «бондиана», сердцеедством он заниматься не пытался — кого может впечатлить хмурый «безопасник»? Но потом вошёл во вкус и в отдельных моментах начал копировать повадки любимого героя. Правда алкогольными напитками Борис всё же не увлекался, взбалтывая, но не смешивая коктейли молочные.

Михаил с Александром были людьми семейными, а потому периодически отлучались к жёнам и детям. А вот Анатолий, находившийся в сложных отношениях с Людмилой, иногда получал от жизни непростые испытания.

— Жаждал спортивные состязания — получай, — ворчал Стародубов.

— Да я больше как-то футболом интересуюсь, хоккеем. А вот тяжёлая атлетика или спортивная гимнастика мне не по душе, — негодовал Михаил.

— И тем не менее, мы нужны здесь для того, чтобы игры прошли в спокойной обстановке.

— Чего же тут беспокойного может случиться? — недоумевал милиционер. — Вражеские спортсмены пробирки подсунут с запрещёнными веществами, отыскав дыры в стене? — Михаила очень развеселила собственная шутка, в процессе хохота он даже хрюкнул.

— Какие вражеские? Это добрые игры — тут выступают только друзья, — объяснял незадачливому приятелю Стародубов.

— А враги? — уточнил Михаил.

— А враги могут испортить праздник. Не слышал что ли о терактах? В Ирландии и Британии, к примеру, люди уже измучились от этих подонков.

— Так то Британия или Ирландия. Впрочем, ты прав, лучше эту заразу душить в зародыше, не позволяя прорасти вглубь… Кстати, наши-то скоро уже выступят? — Михаил внезапно заинтересовался раскладом на соревнованиях по тяжёлой атлетике.

— Не отвлекайся, Михаил. Наши в концовке выступают, когда веса серьёзней пойдут.

— Мужики, я отлучусь ненадолго, — прибежал запыхавшийся Анатолий. За моральную слабость перед слабым полом он был разжалован из командиров, а группой теперь руководил Стародубов.

— Опять Людка? — со скепсисом поинтересовался старший у коллеги.

— Да почему сразу Людка? — негодовал тот. — Хорошо, это всё из-за Людмилы, — добавил Толя после паузы. — Но на самом деле в контексте ситуации я действую с пользой. Познакомилась она с какими-то иностранцами…

— Ирландцами? — уточнил Михаил.

— Да откуда мне знать? В общем, не нравится мне такое внимание к ней со стороны заграничной публики — пойду с гражданами туристами разъяснительные работы проведу.

— Это она специально — хочет, чтобы ты приревновал, — предположил Александр.

— Ты сам хоть не ревнуешь? — ехидно переспросил Толя.

Стародубов, внезапно заинтересовавшийся выступлением отечественного спортсмена, будто и не расслышал вопрос.

— Вот он новый рекорд, — обрадовался Александр. — Глядишь, через пару лет Олимпиаду выиграет.

— В общем, я ушёл, — сказал невесть кому Толя и ушёл.

***

— Это просто спортсмен, — оправдывалась Люда. — Боксёр. А я ведь журналистка, вот и захотела интервью взять.

— Какая ты журналистка? — недоумевал Толик.

— Вольнонаёмная. На время Игр нанялась в местную спортивную газету.

— Значит боксёр говоришь? — Толя, кажется, вынашивал какую-то идею.

— Что ты задумал? — испугалась девушка.

Но Толя уже решил не пускаться в объяснения, а начал действовать. Соревнования по боксу были в самом разгаре — не за горами уже и полуфинал в тяжёлом весе. Российский спортсмен был готов выйти на бой против своего турецкого коллеги, засветившегося в общении с Людмилой. Анатолий, прикинув, что по росту, весу и даже выражению лица вполне похож на нашего спортсмена, используя метод уговоров и внушений, убедил тренерский штаб и боксёра сделать рокировку, после чего вышел в ринг сам.

***

— И что, долго у него получилось продержаться в таком бою? — усмехнулся Дима.

— Все раунды, — не смутился Александр. — Он ещё и по очкам выиграл. В итоге наш боксёр потом в финале выступал.

— А с зубами что? Соперник приложился?

— Нет, потом он шоколадный батончик после боя решил съесть — так пару зубов и сломал. С тех пор заграничные батончики он ненавидел.

— Какая странная история. А спортивные соревнования в итоге нормально прошли? Справились вы с работой?

— Соревнования? А что с ними будет — прошли. Мы с работой тоже справились, но с соревнованиями она связана не была.

— Какова же была ваша задача?

— Да там один паренёк приезжал поддерживать американцев. Оказалось, что он из бывших наших — светлая голова. Уже в Стэнфорде учился, подавал большие надежды. Ну Боря его и перевербовал. Боря ведь хороший психолог, умеет побороть любые фобии у человека, даже самые въевшиеся. Парень очень боялся Советский Союз, но убедившись, что Советского Союза уже нет, успокоился. В общем, паренёк закончил МФТИ, а дальше, думаю, ты знаешь.

— Чего знаю? — не понял Дима. — Я не спорю, что в МФТИ много талантливых выпускников, но почему я должен знать именно этого?

— Ну поисковик «Тьматем» кто по твоему придумал? А видеосервис «Тебе труба»?

— Что это вообще? — ужаснулся Дима. — Я «Яндексом» пользуюсь, а на видео вообще предпочитаю время не тратить.

— С видео согласен, «Яндекс» тоже неплох, но «Тьматем» всё же пока на шаг впереди. Это, кстати, в МФТИ наш приятель познакомился с Пашей Лариным.

— С каким Пашей Лариным? — Диме оставалось только чесать затылок от непонимания, в какой версии реальности он оказался.

— Как с каким? С которым «Тьмутем» они создавали. Сейчас, как ты знаешь, в Находке у них основной офис базируется.

— Сколько новых открытий, — удивлялся Дима. — И как я всё это пропустил… Вы прямо какие-то супергерои.

— Завидуешь? — улыбнулся отец.

— Нет, — соврал Дима. — Слушай, а все ваши попытки изменить мир к лучшему не привели к тому, что где-то стало хуже?

— Мир мы не трогали — ограничивались только своей страной и ближним зарубежьем, — поправил Александр. — Да и вообще, с чего бы где-то что-то стало хуже?

— Не знаю. Вот, к примеру, предотвратили вы конституционный кризис, а советское ядерное оружие в Белоруссии или Казахстане захватили какие-нибудь террористы?

— Какие террористы? Всё ядерное оружие из Белоруссии, Казахстана и Украины вывезли двадцать пять лет назад. Кстати, в этом деле Василий отметился, земляк Михаила Ивановича.

— Василий Петрович? — поразился Дима.

— Ага. Знаешь такого что ли? — пришлось уже Александру удивляться.

— Наслышан, — подтвердил сын. — Может быть, предотвратили вы конфликт в Абхазии на корню, а в Чечне до сих пор неспокойно?

— Когда это в Чечне было неспокойно? Там какой-то конгресс ещё в 1990-м пытались собрать, да ключевые участники мероприятия так и не доехали до места встречи. Ещё бесноватый генерал от авиации в Грозном нарисовался, это мне полковник рассказывал. Так свинтил он куда-то на Ближний Восток, где потом при странных обстоятельствах был ликвидирован. Но мы тут не при чём, — на всякий случай добавил старший Стародубов. — Может просто чьи-то надежды не оправдал, вложения не окупил — вот и оценили его так за рубежом.

— Может вы ещё и массовую приватизацию с залоговыми аукционами во что-то более приличное преобразовали? — саркастически спросил Дима.

— В экономике я не так силён. А что это такое?

— Ваучеры тебе знакомы? Слышал такое слово?

— Нет, — пожал плечами Александр.

— А как крупные предприятия были приватизированы?

— Да спроси что попроще. Вон может мама знает. Света, Дима тут интересуется, как крупные предприятия были приватизированы?

— Какие крупные предприятия? — не поняла женщина, протирая стол после семейного ужина.

— Из газовой, нефтяной отрасли. Нефть, металл в чьих сейчас руках? — задал вопрос Дима.

— Ясно в чьих, у нас же госкап, — в ответ на непонимающий взгляд Димы, женщина добавила — акции, конечно, можно купить, но контрольный пакет у государства.

— А частные компании что? — открывал для себя всё новые грани изменившегося мира Дима.

— Всякие там «Тьматем», «Невский автозавод», «Банк Олег», которые уже в последние пятнадцать-двадцать лет появились, понятное дело частные, — поймав ещё один непонимающий взгляд Димы, Светлана добавила. — Но социально ориентированные.

Минут через сорок, Дима, меняя подгузник Тимофею, сообщил тому новость:

— Вот так живём мы в чудном новом мире и ничего не знаем о нём.

— Не нравится новый мир? — услышал Дима в ответ. Взглянув на Тимофея, Стародубов понял, что говорил всё же не малыш. Выглянув в окно, он увидел большую птицу во дворе.

— Нравится, — ответил Дмитрий птице.

— И я о том же. Но если будем бездействовать, всё снова поменяется. И не факт, что в лучшую сторону.

7

— Такие вот дела, — закончила долгий рассказ птица.

— Понятно. А ты вообще кто? — Дима пытался закончить разговор, пока кто-то кроме Тимофея мог случайно увидеть его разговаривающего с обитателем фауны. Тимофей, ясное дело, Дмитрия не сдал бы — он вообще пока был не очень многословным. Но если вдруг войдёт в гостевую спальню Таня или кто-то из родителей — как им объяснить?

— Я сокол, — сообщил говорящий сокол.

— Да понял уж, что не воробей. Конкретней, пожалуйста.

— Товалын Уй, — уточнил гость.

— Это ты чего такое непонятное сказал.

— Имя своё.

— Что-то, мне кажется, мы не знакомы, — Дима уже собирался закрывать окно, но сокол успел прояснить ситуацию.

— Шаман я. Человеческое обличье потерял. Помнишь я в виде бездомного появлялся?

— А, шаман, — без энтузиазма протянул Дима. — Помню, но мы же, кажется, все вопросы решили.

— Появились другие, неразрешённые, — настаивал на продолжении диалога шаман. — После того, как Людмила кольца потеряла что здесь, что там — беда всем грозит.

— А чего Людмила сама свои ошибки не исправит? — Дима не мог понять, чего эта дотошная птица хочет конкретно от него.

— Не может — без ума она от любви, ничего не соображает, — в голосе сокола появились ворчливые ноты.

— Что-то ты темнишь, — сказал Стародубов с подозрением глядя на сокола. — И чем же я могу помочь?

— Найди кольца, — настаивал незваный гость.

— А потом ещё, может, тебе их вручить?

— Не надо, наигрался я. Мне б только человеческий облик вернуть…. Но это уже после.

— А где мне искать? Где она потеряла колечки эти?

— Ты с кем там разговариваешь? — Таня неслышно вошла в комнату, застав Диму врасплох. Тот оглянулся на супругу, пытаясь спешно придумать что-то вразумительное, а когда вновь глянул за окно — никакой живности там уже не было.

— Так с Тимофеем, — оправдался Стародубов.

— Мне послышалось, вы что-то потеряли?

— Да, Тима потерял игрушку.

— Серьёзно? — Таня посмотрела на плюшевого фиксика, которого малыш взял с собой в дорогу.

— Или книжку, — предположил Дима.

— Какую книжку? Он читать ещё не умеет.

— Не умеет, но уже пытается. Ладно, Тима, не переживай, я у деда газету возьму, принесу тебе почитать, — дабы избежать дополнительных вопросов, Дима покинул спальню и направился на поиски отца. Найдя его в гостиной у камина, Дмитрий рассказал о странной встрече.

— Чего делать будешь? — поинтересовался отец.

— Не знаю. А ты ничего не будешь что ли?

— Я уже на отдыхе. Оперативная работа — не для меня.

— Так вдруг беда приключится?

— Не приключится, — Александр был уверен.

— Приключится, — настаивал Дмитрий.

— И что ты предлагаешь? — менять место у камина на что-то непредсказуемое Александру сейчас совсем не хотелось.

— У тебя может есть контакты Людмилы? Или через Толика выйдем на неё? — предположил Дима. — Хотя бы будем понимать, где и когда нужно искать кольцо?

— Нет, не общаюсь я с ними. А почему ты сказал «когда»? Что ты имел в виду?

— Так ведь она потеряла кольцо как в настоящем, так и в прошлом. Но в каком?

— Да в каком угодно! Видишь, задача не имеет решения, так что давай не будем на неё отвлекаться.

***

— Экологическая катастрофа на севере, протесты на Дальнем Востоке, цветные революции в Средней Азии и Восточной Европе. В конце концов, эпидемия рыбьего гриппа! И это только начало, — неистовствовал сокол.

— А чего это ты рыбьего гриппа боишься? Ты же не рыба, — вразумил его Дима.

— Не ыба, — повторил Тимофей, — Цыпа! — сказал он утвердительно, глядя на сокола, усевшегося на подоконнике. За прошедший год мальчик заметно подрос, продвинулся в пешей ходьбе и налаживании коммуникаций.

— Ты не осознаёшь масштабы трагедии!

— Да ладно, ещё скажи, что в Северной Америке беспорядки из-за колец ваших…

— Очень даже может быть. Я год не появлялся, всё надеялся на твою сознательность, а её нет.

— Причём здесь я? — негодовал Дима. — Кольца у меня нет, креста тоже. Пусть кто-то другой спасает.

— У него крест, — сокол повернул голову в сторону Тимофея.

— Он тогда пусть и… Подожди! — Стародубов бросился к сыну. Глядя на непонятно откуда взявшийся серебряный крест, он ничего не нашёл, кроме как спросить Тиму о находке. — Кто тебе его дал?

— Цыпа, — указав пальцем на конкретного пернатого Тимофей улыбнулся.

— Ах ты ж… — пока Дмитрий подбирал слова, сокол уже успел скрыться в вечернем сумраке. Стародубов изъял у сына артефакт, решив, что тому ещё рано решать серьёзные задачи.

***

На этот раз в Птицынск решено было ехать на собственном автотранспорте. Дима с отцом попеременно занимали кресло рулевого, Таня с Тимофеем обосновались сзади, а Светлана решила поездку к родственникам пропустить, сославшись на мероприятия в огороде. Истинную цель путешествия знал только Дима, в общих чертах представлял Александр и совершенно не представлял Тимофей, хотя он тоже присутствовал при обсуждении планов. Что касается Тани, то она находилась в полном неведении, воспринимая вояж к родственникам в качестве продолжения отпуска.

— Вот это новости! — обрадовался дядя Миша, когда семейство припарковало автомобиль во дворе его дома. — Лена, у нас гости!

Кот Николай выскочил встречать гостей, потёршись о ноги Димы, прошмыгнув мимо Тани, он с опаской посмотрел на Тимофея.

— Киса! — радостно воскликнул тот. Николай на всякий случай юркнул обратно в квартиру. — Цыпа! — это уже Тимофей в квартире приметил ворона Федю.

— Автоматическая межпланетная станция «Луна-25» будет отправлена на Луну! — торжественно сообщила птица услышанные по телевидению новости.

— Когда? — на всякий случай уточнил Дима, но ворон его вопрос оставил без ответа.

Пока Елена Владимировна обнимала брата, а дядя Миша накрывал на стол, Дмитрий решил пообщаться с вороном, по которому даже немного соскучился.

— Слушай, Федь, а ты с соколом одним случайно не знаком? — неясно на что рассчитывал Стародубов, но Федя, конечно же, проигнорировал вопрос или просто не захотел говорить. — И про кольца ничего не знаешь? — Ворон и на этот провокационный вопрос ничего отвечать не стал. — Они потерялись, а может быть их кто-то украл, — обрисовал картину Фёдору Дима.

— Сорока, — внезапно сказал ворон.

— Лобока! — добавил Тимофей, которого беседы родственников на кухне не заинтересовали.

— Какая-то конкретная сорока или ты просто так сказал? — уточнил Дима.

— Так, — после небольшой паузы ворон выдал фирменную поговорку. — Не будь тетерей, борись с потерей.

— Да я хочу, но как?

— Киса! — снова закричал Тимофей, не слишком ловко побежав за котом. Николай, кажется, что-то нашёл под батареей и отчаянно пытался это что-то вытащить. Лапами орудовать было неудобно, а потому Дима помог усатому, достав оттуда небольшую блестящую вещицу. Когда вещицу он рассмотрел, то даже взвизгнул от удивления. Потерянное Людой кольцо каким-то образом оказалось в птицынской квартире дяди Миши.

— Дим, пошли уже обедать, остынет же всё. Тима, отстань от кота! — Таня вошла в гостиную, отреагировав на звук визга. Перепугавшись, что что-то случилось с сыном, она сразу и не сообразила, что визжал муж.

— Нашёл, нашёл, нашёл! — бормотал себе под нос Дима. — Одно нашёл я, второе искать уже не мне, — войдя в кухню, он многозначительно посмотрел на отца.

— Тут Толик со своей возлюбленной приезжал прошлым летом, — продолжал какую-то историю дядя Миша.

***

— Всё, я нашёл кольцо, — улучив момент, Дима сообщил отцу. — Теперь его нужно найти в прошлом.

— В прошлом и обращайся ко мне, тут я чем помогу? — Александр не был в восторге от затеи.

— Да как это возможно? Пока ты не наденешь кольцо там, я не смогу выйти на связь здесь! Эх, сейчас бы шаман не помешал. Где его только носит?

— Цыпа! — сообщил Тимофей.

— Где? — Дима с надеждой посмотрел на сына, но тот пальцем указал на ворона, сидевшего на двери. Федя сперва сидел молча, а потом начал на мотив «Катюши» петь что-то на итальянском:

Se ci coglie la crudele morte,

dura vendetta verrà dal partigian*

— Что это он поёт? — поинтересовался Дима.

— Да это Настина работа. Когда приезжала в гости, на звонке телефона у неё песня стояла. Вот Федя что-то и запомнил про месть партизан.

— А ведь тут и правда парочка каких-то партизан жила, — осенило Александра. — Я давно ещё к вам приезжал, когда путь мой был сложен, у отшельников остановился.

— Давай съездим к ним! — предложил дядя Миша, которому не терпелось куда-то съездить.

— Миш, там на даче работа есть, — осторожно напомнила Елена Владимировна.

— Работа не волк, — наставительно сообщил Федя. Тимофей, услышав про волка, на всякий случай тихонько всплакнул.

— Кого там ещё принесло! — Михаил Иванович, мысленно собравшийся в поездку неведомо куда, почуял неладное, когда в дверь позвонили. — Петрович? Тебя каким ветром занесло? — перестав гневаться, но ещё не начав радоваться, поинтересовался дядя Миша.

— Да вот мимо проходил, дай думаю зайду. Ой, а у тебя гости? Саня! Какими судьбами? — Василий Петрович так обрадовался, что чуть не забрался в обуви на кухню. Остановить его смог только грозный взгляд Елены Владимировны. — Василий Петрович, — представился он Диме и Тане, когда обувь удалось всё же оставить в прихожей.

— Мы вроде как знакомы, — пожав руку гостю, заметил Дима.

— Да? — удивился тот.

— Ну как же? Синяя гора, дача, карлик этот ваш, — напомнил Дима. — Забыл... В вашей реальности же не было ничего этого…

Диму, конечно, никто не понял. Таня, Елена Владимировна и Михаил Иванович сделали вид, что увлеклись чаем. Отец даже не делал вид — чай его действительно увлёк. Тимофей и Василий Петрович с подозрением смотрели друг на друга.

— Что, у вас и улицы тут нет этой таинственной?

— Какой? — уточнил дядя Миша.

— Там ещё вывески были какие-то странные. В дореволюционном стиле.

— У нас в центре все вывески странные — в дореволюционном стиле, — отмахнулся Михаил Иванович.

***

Разговор о вывесках не задался — Дима понял, что лучше свои воспоминания о Синей горе держать при себе. Зато предложение Михаила Ивановича отправиться в гости к каким-то отшельникам нашло поддержку у части компании. Ехать невесть куда собирались: Дима, его отец, дядя Миша и, конечно же, Василий Петрович. Елена Владимировна, Таня, Федя и Николай склонялись к поездке на дачу. Тимофей при принятии решения воздержался, но поскольку он пока в принципе мало чего решал, Тане подумалось, что на даче ему будет лучше. Проблема заключалась в том, что «дачная группа» полностью состояла из людей и животных, которые транспортным средством управлять не умели.

— Значит так, — начал дядя Миша, — ко мне в «Ниву» садятся Петрович и Саня. А Дима всех остальных везёт на дачу.

— У меня мопед есть! — напомнил Василий Петрович.

— Тогда пускай тётушка едет с вами на мопеде на дачу, мы с отцом к отшельникам на моей «Ладе», а дядя Миша со всеми остальными транзитом через дачу на Синюю гору.

— Куда? — недовольно спросил Михаил Иванович, которого такой расклад в любом случае не радовал.

— А, вы же не помните ничего, — поправился Дима. — К отшельникам я имел в виду.

— Не пойдёт! — протестовал дядя Миша.

В конечном итоге было решено, что на дачу пока никто не едет, зато в короткую поездку к отшельникам отправляются на «Ниве» все те, кто к этим отшельникам собирался.

— И Тимофей пусть едет! — настаивал Дима.

— Вот ещё, — не согласилась Таня. — Да и вы мигом — одна нога тут, другая там.

8

Путь в неведомые края был долог и тернист. Один раз пришлось менять пробитое колесо. Ещё раз компания на короткой остановке потеряла Василия Петровича, увлёкшегося пением птиц. Когда путешествие из автомобильного превратилось в пешеходное, дядя Миша едва не отправился на охоту, учуяв близость зайца.

— Какой заяц? Мы же к отшельникам идём! — напомнил Александр.

— Точно, — успокоил в себе охотника дядя Миша. — А зачем?

— Зачем мы к ним идём, Петрович? — старший Стародубов переадресовал вопрос ещё одному спутнику.

— Мне откуда знать? Я просто люблю внезапные поездки, — оправдался тот.

— Кажется, пришли уже, — отвлёк всех от беседы Дима.

Жилища отшельников видно не было, зато Дмитрий вспомнил знакомые пейзажи у подножия Синей горы. Солнце стояло высоко и освещало едва сохранившуюся церквушку.

— И куда теперь? — поинтересовался дядя Миша. — Что-то я не узнаю этих мест.

— Я тоже, — добавил Василий Петрович.

— Зато я узнаю, — вспомнил Александр. — А вот и хозяева.

Старый и Пахомыч почему-то не удивились визиту столь масштабной делегации. Предложив гостям настой из трав и самодельные печенья, обитатели глухих мест всё же поинтересовались целью поездки.

— Мы не знаем, — честно сообщил Михаил Иванович, которому начало казаться, будто Старого с Пахомычем знает он давно.

— Сегодня полнолуние — это стражи вас позвали поди. Покамест отдохните, в речке искупайтесь, — предложил Старый. — Потом уже разговоры говорить будем.

***

Разговоры, конечно, велись и до полнолуния. Дядя Миша отметил, что в этих местах наверняка полно рыбы, а потому сделал для себя заметку. Александр в беседе со Старым вспоминал обстоятельства его первого визита в эти края. Дима околачивался у подножия Синей горы, пытаясь восстановить в памяти все забытые или даже нереализованные в этой реальности мероприятия. И только Василий Петрович ничего не вспоминал, ничего не примечал и ни с кем не беседовал. Завалившись в зарослях каких-то кустов, он отсыпался перед полнолунием.

— Луна на небосклоне, — приметил Пахомыч.

— Какая большая, — удивился Старый.

— А где Петрович? — заволновался дядя Миша.

— Да вот он в компании с какими-то дедушками идёт, — указал на приятеля Александр.

— Пахом? Никодим? — Дима узнал стражей, но вот узнали ли они его?

— Рады видеть тебя, Дмитрий. И вы здравствуйте, — обратился Никодим к дяде Мише и Александру.

— Мы собрали вас для ответственного задания, — вторил Пахом.

— Правда? — с недоверием переспросил Михаил Иванович.

— Истинная. Наш старый знакомый, сокол, должно быть, виделся с Дмитрием. А Дмитрий, как я вижу, своё кольцо вновь вернул, — вещал Никодим.

— Дима, ты будешь здесь — надевай кольцо, поднимайся в храм, — скомандовал Пахом. Мужчине не нужно было говорить два раза, миссия для него пока не была понятной, зато казалась простой.

— А вы, друзья-приятели, пойдёте сейчас купаться, — обратился Никодим к троице гостей.

— Холодно же и темно, — воспротивился Василий Петрович.

— Комары ещё, — добавил Михаил Иванович.

— А у тебя какие отговорки, Александр Владимирович? — поинтересовался Пахом у оставшегося Стародубова.

— Да какие тут могут быть отговорки? Понял я, что за купания вы предлагаете. У меня только один вопрос — где вынырнем?

— Не только где, но и когда, — поправил Никодим. — Это зависит от того, где нырнёте. — Василий, ты где проходил срочную службу?

— В Семипалатинске, — напрягся тот.

— В Семипалатинск это туда! — указал Пахом в сторону одиноко стоящего дуба. — От дуба отойди по течению примерно семь саженей и ныряй.

— А сажень это сколько? — поинтересовался Василий Петрович.

— Три аршина, — подсказал, стоявший сзади Пахомыч.

— Вам Михаил и Александр надобно в Москву, — разрешив вопрос с Василием, Пахом, обратился к двум оставшимся путникам.

— А зачем нам в Москву? — изумился Михаил Иванович.

— Он знает, — подсказал Никодим, указав на Александра.

— Точно? — Михаил с подозрением глянул на родственника.

— В общих чертах, — успокоил приятеля Стародубов.

— В Москву это туда, — указал Пахом в сторону берёзы. — Прямо напротив дерева и входите в воду.

— Что прямо в одежде? — переспросил Михаил.

— Коли хочешь вынырнуть без одежды, можешь и оголиться, — сообщил Никодим.

Зашедший в воду в одних семейных трусах Василий Петрович что-то издалека проворчал, но выходить на берег уже не стал. Отшельники, тепло попрощавшись с гостями, удалились в свою избу, стражи, игнорируя вопросы Михаила, начали движение под гору.

***

— Бодрит водичка, — Михаил уже вынырнул, без особого удивления обнаружив, что появился он не в том месте, где заныривал. — И как будто молодит. Чувствую себя так, будто годков двадцать пять смыло.

— Ага. Течение мощное, — мы, кажется, где-то в столице вынырнули. — И ещё бы знать в каком году. Судя по свежести твоего лица и отсутствию седины, сейчас явно не двадцать первый.

— Давай у людей спросим, — предложил Миша, — с трудом выбираясь из воды на берег. — Мужик, не подскажешь, где это мы?

— В Антарктиде, — решил пошутить рыбак.

— Чего-то не похож ты на полярника, — нахмурился Александр.

— Да Воробьёвская набережная, не признали что ли? — оправдался рыбак.

Путники, выжимая мокрую одежду, огляделись по сторонам и признали новую локацию, хотя, по правде говоря, Михаил так и не понял, где он очутился.

— Значит на месте, — подтвердил Стародубов. — А какая дата сегодня? — вновь покосился на рыбака.

— Ну вы даёте! С луны свалились что ли?

— Почти, — согласился Александр.

— День Победы сегодня, — торжественно сообщил рыбак.

— Да? Здорово! Всю жизнь хотел парад увидеть вживую! Каждый год по ящику смотрел, но всё не то — обрадовался дядя Миша.

— Каждый год? — рыбак посмотрел со скепсисом. — Парад раз в пять лет проходит, да и то сейчас. Между первым и третьим вообще сорок лет разница была.

— А сейчас четвёртый или пятый? — поинтересовался Александр. Рыбак чувствовал себя оскорблённым, а потому решил не отвечать на этот вопрос. Впрочем, Стародубов довольно быстро и сам определился с датой.

— Пятидесятилетие победы, — сказал он Михаилу.

— Как понял? — приятель не столь быстро соображал, даже помолодев, а потому вопрос до сих пор оставался для него неясным.

— Первый парад проходил в сорок пятом. Затем с паузой в двадцать лет — в шестьдесят пятом и восемьдесят пятом.

— Ну это понятно, — кивнул Михаил.

— После девяносто пятого парад проводился каждый год, а наш недавний собеседник говорил об этом событии, как о более редком. Восемьдесят пятый год сейчас может быть?

— Может, — предположил Михаил.

— Не может, откуда бы рыбак в восемьдесят пятом году знал, что теперь парады будут раз в пять лет проводиться?

— По радио передали.

— Допустим, хотя не думаю я, что наш приятель настолько за новостной повесткой следит. Но в любом случае сейчас не восемьдесят пятый и не девяностый.

— Да почему? — не унимался Михаил.

— Ну вот, к примеру, этот флаг тебя ни на какие мысли не наводит? — на каком-то административном здании виднелся триколор, который ещё лет пять назад действительно было бы странно видеть в одной связке с Днём Победы.

— Хорошо, с датой определились. А делать что будем? — Михаил внезапно понял, что никакого плана действий у них нет.

— Пошли на парад. Если поспешим, то ещё можем успеть.

— Нас туда приглашали? Или ты думаешь, так легко попасть на него? — Михаил, рассчитывавший на сообразительность приятеля, как-то резко разочаровался в нём.

— Но мы ведь тоже не какие-то простофили. Как-нибудь проберёмся, — самоуверенно предположил Стародубов.

***

— Как тебе это удалось? — Михаил не верил своим глазам. Они стояли прямо перед Красной площадью, держа в руках профессиональные фотокамеры.

— Давай не отвлекайся, щёлкай. Зря что ли нас так оперативно в газету приняли?

— Да щёлкаю я. А техника когда будет?

— Техника будет на Поклонной, так что особо не рассчитывай.

— А тут что?

— А тут ветеранам дань памяти можешь отдать. Или на глав государств поглазеть можно. Только сильно не пялься, любопытных фотографов спецслужбы не слишком жалуют, — предупредил приятеля Стародубов.

Михаил покосился в сторону трибуны. Президента России он, безусловно, знал, а вот высокие гости в большинстве своём были ему неизвестны. Разве что генсека ЦК КПК экс-милиционер смутно помнил из телевизионных новостей.

— О смотри! Это же эти самые! — указал Михаил на президента США с супругой.

— Да не пялься ты так, — одёрнул коллегу Стародубов. Михаил с трудом справлялся с любопытством, то и дело бросая взгляд на президента Соединённых Штатов. Александр же смотрел на супругу президента, точнее на её руку.

— А сам чего пялишься? — огрызнулся Михаил.

— Кольцо! Мне нужно её кольцо. Тем более оно, как мне кажется, не её, — произнёс Стародубов.

— Обалдел что ли? — товарищ негодовал.

— Сейчас-сейчас, — Александр уже вынашивал коварную идею.

Дождавшись, когда официальные мероприятия подойдут к концу, Стародубов улучил момент и сделал несколько кадров первой леди вблизи. На удивление, ему никто не препятствовал. Зримая охрана больше переживала за нашего президента, президент американский также не обращал особого внимания на приблизившегося фотографа. Сама женщина внимание обратила и даже пару раз улыбнулась в кадр. Стародубов, набравшись смелости, даму поприветствовал, отвесил комплимент, а затем поцеловал руку, беспардонно стащив кольцо с пальца.

— Нашла тоже «кольцо всевластия», — тихо выругался он. — Случайно толкнув какого-то политика с зализанными волосами и извинившись перед ним, Стародубов ретировался на исходную позицию.

— Ну так чего? — поинтересовался Михаил.

— Всё в порядке, — выдохнул Стародубов, надевая кольцо.

— Приём? — раздался знакомый голос в голове.

— Приём-приём, — ответил Александр.

— Превосходно, — обрадовался Дима. — Но на самом деле проблем у вас выше крыши — чем дальше вы сумеете отойти из центра, тем будет лучше.

— Димка! Так ты в курсе происходящего?

— Я не совсем, а вот наши стражи всё знают.

— И чего же нам посоветуют стражи?

— Бежать со всех ног. Но это будет подозрительно, так что просто двигайте потихоньку в сторону от центра.

***

Александр с Михаилом уже достаточно далеко отошли от торжественных мест. Заметила ли жена американского президента потерю было неясно. Но, по крайней мере, никто пока паре путешественников не препятствовал.

— Дим, кольцо я забрал, а что дальше делать?

— Стражи говорят, что этого достаточно.

— В смысле?

— Достаточно и всё. Она думала, что это «кольцо всевластия», а потому планировала бороться за власть.

— А теперь не будет?

— Нет, теперь ей политика будет неинтересна. Муж на пенсии окажется, она будет заниматься благотворительностью, сидеть с внуками, выращивать цветы на лужайке.

— Ну всё, мир спасён, можем возвращаться? — иронизируя, переспросил Александр.

— Тут ещё у шамана есть кое-какое предложение.

— Опять он?

— Найди его, он сейчас на Малом каретном переулке должен обитать.

— И что передать?

— Передай, чтоб с экспериментами заканчивал. А то человеческий облик потеряет...

Выполнив ещё одну задачу, мужчины собрались домой. Почему-то им подумалось, что если они нырнут на Воробьёвской набережной, то вынырнут у Синей горы.

— Что, ныряем? — спросил Михаил.

— Подожди, давай салют посмотрим, — предложил Стародубов. — Хорошо, давай посмотрим. А потом нырнём.

— Куда это вы собрались? — Услышал Стародубов знакомый голос.

— Полковник?

— Полковник, — подтвердил полковник.

— Домой.

— На водяных вроде не похожи, на Ктулху тоже.

— Да мы на том берегу, — Михаил махнул неопределённо в сторону другого берега.

— На стадионе живёте? — уточнил полковник.

— Вообще-то нас заждались, — заявил Стародубов и прямо в одежде побрёл в воду. Михаил поддержал его, а полковник невозмутимо стоял на берегу и наблюдал, как взрослые мужчины купаются в прохладной воде, да ещё и в одежде.

— Наплескались? — полковник едва сдержал улыбку, когда стало очевидно, что гости столицы уплыть никуда не могут.

— Дима, что за фигня? — спросил Стародубов, но сын не отвечал.

— Мне бы кольцо передать, — сообщил полковник.

— Какое? — включил дурака Александр, который в мокрой одежде чувствовал себя неуютно.

— Дурака не включай, мне Георгию его отправить нужно в прошлое.

— А вы так тоже умеете? — изумился Стародубов.

— Я много чего умею, — похвастался полковник. — Но сейчас не об этом речь.

— О кольце, я понял, — Александр протянул руководителю артефакт.

— Мы домой собирались, — влез в разговор Михаил. — Нам бы в своё время… и в своё место.

— Вы в своём времени и своём месте, — полковник был серьёзен.

— Нет, — запротестовал Александр. — У нас там семьи, дачи, жизнь пенсионная!

— А вы здесь, — полковник стоял на своём.

— Но почему сюда получилось, а обратно никак? — недоумевал Михаил.

— С чего ты взял, что обратно не получилось? Очень даже получилось. Вы занырнули здесь, а вынырнули там.

— Что-то не похоже, — оглянулся по сторонам Стародубов.

— Другие вы вынырнули там, — продолжал полковник. — Вернулись и теперь приступите к продолжению своей пенсионной жизни. А те вы, которые не другие, остались тут и проживёте ещё двадцать шесть лет со знаниями и навыками из будущего. Для нашей совместной работы, кстати, будет весьма полезно — дел ещё непочатый край.

Эпилог

— Это такое странное ощущение, — делился Александр на дачной веранде впечатлениями. — Вынырнули мы вроде как здесь, но в голове воспоминаний добавилось. Будто я дважды прожил последнюю четверть века.

— И какой вариант тебе больше понравился? — спросил Дима.

— Даже не знаю… Главное, что в любой из версий реальности все мы живы, здоровы и полны оптимизма.

— Моника Левински с нетерпением ждёт новой встречи с президентом России, — важно сообщил присутствующим Федя.

— Посвежее новостей нет? — переспросил птицу дядя Миша.

— Подводная лодка К-141 приняла участие в совместных учениях с югославским флотом.

— Это ещё в мае было, — махнул рукой Александр.

— Новую базу ВМФ открыли в Сингапуре, — сообщил появившийся у калитки Василий Петрович. Лицо его было в шрамах, тело отличалось статью, а голос стал каким-то непривычно низким.

— Хорошо ж ты съездил в Семипалатинск, — восхитился Михаил Иванович.

— Да это я в интернете прочитал, — прохрипел друг.

— Но всё равно здорово изменился. Лицо, голос, стать.

— Ну подкачался немного — на лодке грести от Урала до Волги, не так-то просто. Лицо я в малине случайно оцарапал, а голос охрип — не сдержался я, проплывая по Волге, во всю голосину пел «Из-за острова на стрежень».

— Что? Вообще никаких интересных приключений не было что ли? — разочаровался Александр.

—Почему не было? Были. Слушайте, чего расскажу…

*В тексте использованы фрагменты песен: «Жюль Верн» (группа «Uma2rman»), «Воздух», (группа «Наутилус Помпилиус»), «Измени своё завтра» (группа «Белый Шаман»), «Fischia il vento» (Феличе Кашоне).




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Авторская песня
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 11
Опубликовано: 24.12.2020 в 20:56
© Copyright: Марат Рамазанов
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1