ВОРОТА ЯНУСА ОТКРЫТЫ



1
Ловят без удилища

Ловят без удилища ,
Смайлики имен ...
Грех на них судилища ,
До конца времен .

Пусть звенят наградами
И смеются зло ,
Гордость за оградами ,
Время извело .

Мельтешат с личинами ,
Жаждут яркий шанс ,
Чтоб иметь с починами ,
Славы декаданс .

В тщетности развязные ,
С чередой потех ,
Прославляйтесь праздные,
Вы страшнее всех .

С кривдою ужасные ,
С ложью грязь клоак .
Для творцов опасные ,
С рожей задавак .

2
Возница тени

Чеботарев не ростовщик
И жизнь не Писарницкая .
-- Алешин тщетности ямшик ,
Услышь меня Кальницкая!

Везет поклажу пузырей ,
Из Пустоши в Порожнее ...
На вид остуженный пырей
И грешника безбожнее .

Читает лезен о своем ,
Застрявшему в тождественном .
С фантомом чуждые вдвоем ,
В вокзале неестественном --

-- И я канвы не поняла ,
С бродячим архитектором .
Нет озаренного крыла ,
С неизъяснимым сектором .

Обходчик призрачный Иван ,
Пацан по стрелкам шастает .
И с молотком не хитрован ,
Льва попусту грабастает .

О чем они ? Куда они ?
Когда в округе зелено .
Путей тревожные огни
И рисковать не велено .

Под Чехова косит Олег
И дядя Ваня в нале .
В драматургии не стратег
И льва разбил в финале --

И только Федоров молчал ,
Вертя лисенка хлебного .
Он на Олега не серчал ,
Возницу непотребного .

Быть драматургом нелегко ,
Жизнь облекая судьбами .
Звезда свободы высоко ,
А бытность вяжет путами .

Куда переместить слова ,
С раскрашенными книгами ?
Когда распутица крива
И тени лягут фигами .

3
***
В СПР Война Гражданская ,
Не закончилась пока .
У кого личина шпанская ,
Тот не любит простака .

Доброту не ценят жадные ,
Кто тщеславья скороход .
Замыслы у злыдней ладные ,
Всех талантливых в расход .

И корабль фантазий высится ,
Мачты в тканях парусов .
Кормчий ветреный окрысится ,
На старпома без усов .

-- Поплывем к садам бессмертия
И к утопий городам .
Ныне запахи поветрия ,
Как духмяная мадам --

Якорь вынули из пены ,
Весь балласт на берегу .
Но девятый вал измены ,
Подфартил вовсю врагу .

Флибустьеры или вольные ?
Не понять шальную власть .
Бурей бешеной довольные
И спиртное хлещут всласть .

Говорят бессвязно кормчие ,
О грядущей суете ...
И команду видят конченных ,
В бездуховной маяте .

Флаги ставить политурные ,
Рифы с флагами ценить .
Все кораллы абажурные ,
Как заветные хранить .

Чтиво в трюмах позабыто ,
Крысы фэнтези грызут .
Время истины убито
И на библии мазут .

Бочки есть и рассуждения ,
С чередой своих концов .
Нет талантов от рождения
И от Господа творцов .

4
***
За то что Родину любили ,
За то что верили в нее ,
В Союзе писарей гнобили ,
Нас графоманы и жулье .

Литкислород перекрывали
И клеветали огулом .
Пащеки злыдни надрывали ,
Отравленным рыгая злом .

Набравшись мерзости отстойной ,
Судили ближних не страшась ,
В обители Христа достойной ,
Прощенья Господа лишась .

Корабль не Ной им предлагает ,
А Каин гибельных времен .
Творцов от Бога отвергает ,
Восславив фриков без имен .

И твари пребывая в паре ,
Стремяться гадить под себя .
И кабаны навоз в запаре ,
Жуют щедроты возлюбя .

5
***
Я бы поверил Гриценко ,
Если б Сергей Шаргунов ,
Был как Григорий Стоценко ,
Не глашатаем основ .

Если б Сергей депутатом ,
Не был и книги писал .
Ели б двенадцать Донатом ,
Теле - минут не чесал .

Ценят ведущего в Думе
И в передачах словес .
Но получается в сумме ,
Только подвижника вес .

Саша Гриценко раскрасил ,
Образ Сергея на вид .
Краски с отстоями масел
И фаворит не Давид .

Нету открытий Галлея ,
Нет откровений с лихвой .
Видит Гриценко Сергея ,
Думает -- связями свой .

В выводах я сомневаюсь :
"Серый предлит Иванов .
Организатор не маюсь:
Дырка дешевых штанов "

Строго Гриценко толкуешь ,
О баталийном творце .
Ты в интернете меркуешь ,
Он в испытаний ларце .

Каждому личная доля ,
Всякому выбор дорог .
Страннику вольная воля ,
Схимнику истинный Бог .

6
Ковчег разврата

На Цне реке у горки храма ,
Ковчег дрейфует ресторана ...
И в капище нечистых срама ,
Витает блеянье барана .
Доносит ветер птичий гомон ,
Собачий лай и брех куницы .
Был ресторан плавучий сломан
Стихией , с мордою волчицы .
Такое виделось прохожим ,
Что жутко стало атеистам
И людям всюду толстокожим ,
И впечатлительным артистам .
За окнами ковчега ларей ,
Микст совершался непотребный .
Там люди превращались в тварей
И поедался идол хлебный .
Оторвы патлы разрывали ,
Шалавы выли обреченно .
И блудные к луне взывали ,
Как вурдалаки увлеченно .
Враги поэта бесновались ,
Вплетаясь в оргию разврата .
Кривые души очернялись ,
Вблизи лукавого собрата .
Но утром свет зари знакомо ,
Вонзался в морок ресторана --
У каждой твари тело гомо
И обжигала сердце рана .

7
***
Сидел бомонд в уютном зале,
Внимая ухаря словам .
Как пассажиры на вокзале
И призрачный витал Вигвам.

Он был причудлив изначально ,
Чудесный аппарат времен .
Весь реагировал печально ,
На судьбы проходных имен .

Читалась пьеса о вокзале ,
О пиражках и суете .
Герои маялись в запале ,
В своей духовной пустоте .

Судачил бывший архитектор ,
О разносолах на столах .
И Женя расширяя вектор ,
Увидел прошлое в углах .

Хрусталь шампанским наполнялся ,
Звенели блюда под рукой .
Приказ мгновенно исполнялся ,
Скрепляя царственный покой .

Харчи былые - объеденье ,
Теперь с повидлом пирожки .
Подлунное скрепляло бденье ,
Мечтателей словес стяжки .

О чем - то утром говорили ,
Другие глядя на перрон .
Вовсю проблемы повторили ,
Дополнив жизненный урон .

Обычная по форме пьеса ,
По содержанию нечет .
Не мчался к дядюшке повеса
И сад вишневый не влечет .

Чеботарев сказал -- Не верю!--
Добавил Федоров -- И я --
Вмешалась Ивлева -- Проверю ,
Где пролегала колея --

Кальницкая вела прочитку ,
Точнее чтиво о пустом .
И небыли вручив визитку ,
Махала фикция хвостом .

Герои лезен ирреальны
И пьеса равная уму .
Все рассуждения банальны ,
Не драматурга по всему .

Бомонд не усмотрел интриги
И смыслы темы не узрел .
Вигмам безумия вериги ,
Сорвал и воздух возгорел .

Сигнал пожарного настроя ,
Взревел и весь заголосил .
Фантазий запылала Троя ,
Алешин - Ноль ее взбесил .

8
***
Скрывали мощи Питирима ,
В подсобке храма у огня .
И жизнь была необозрима ,
Социализма в туне дня .

Музей идейных разместили ,
Во храме Господа Христа .
И чучела зверей впустили ,
В святыню сразу неспроста .

Евгений Писарев вальяжно ,
Зверей набитых сторожил .
Макаров приходил отважно
И с поллитровками блажил .

О коммунистах говорили ,
О женщинах лихих страстей .
А сами грешное творили ,
Набравшись водки до костей .

Несли у чучел ахинею ,
Плескалось время полыньей .
И Женя видел Виринею ,
Вползавшую в него змеей .

С годами многое поблекло ,
Что было прежде наверху .
Безбожное свалилось в пекло ,
А Питирим вновь на слуху .

Убрали чучела из храма ,
Святыню Божий Дух объял .
И воссияла солнцем рама ,
Где идол нежитей стоял .

Дух преисподней колобродит ,
В судьбе мятущихся зануд .
Евгения в пути изводит ,
Аркадия в тени Иуд .

Кого отчаянно корили ,
Короновали как себя .
О ком брезгливо говорили ,
Теперь возносят возлюбя .

Дорожкину в друзъя вписали
И злыдней оголтелых всех .
Алешина так причесали ,
Стяжает липовый успех .

У Вечного огня не штольня ,
Теперь вздымается к звезде ,
Душевных звонов колокольня ,
Как Василек на борозде .

9
***
Солнце истины взойдет ,
Где худоба ходит :
Морок нечисти пройдет ,
Злоба не проходит .

Ангел звездный вострубил ,
О грядущих бедах .
Сук невежа изрубил ,
Позабыв о Ведах .

В Рамаяне горечь слов ,
В Библии не с медом .
Берегите люди кров ,
Над семьей и родом .

Не блудите от щедрот ,
Не беситесь сдуру .
В чистоте держите рот ,
Если вы не Гуру .

Не всегда любовь права ,
Мы не все святые .
Только с Богом голова ,
С сердцем не пустые .

Добротой пылай всегда ,
Без лихого взляда .
Вновь судилища беда ,
Канет в бездну ада .

У судьбы стезя одна
И другой не будет .
Если верой не бедна ,
Счастья не убудет .

10
***
Замшев покладистый барин
Или столичный купец .
Женя Попов не татарин ,
Гоя судьбой не скопец .

От диалога не скучно ,
Прошлое время смешно .
Брили идейные тучно ,
Группку хамивших грешно .

Множат творцы передряги ,
Речи срамные вопят .
Запада слышат деляги ,
Все вдохновенно сопят .

Книги свои диссиденты ,
Тайно кропают назло .
Будут хулы преценденты ,
Будет в прицеле чело .

Замшев ведет разговоры ,
О коммунистах в пуху .
Снова Попову раздоры ,
Вспомнились как на духу .

Гнали , травили , гнобили ,
Не понимали в верхах .
Родину в душах сгубили ,
Светлых округ в попыхах .

Бросил билетик Аксенов
И Евтушенко не стал ,
Прежних держаться законов
И от Союза отстал .

Нету писателей в зоне ,
Где пребывают чины .
Классиков нету в законе ,
Вольницей удручены .

Ныне в Тамбове напасти ,
Судят садисты теперь ,
Вольного творческой страсти ,
Словно отверженный зверь .

Замшев Максим не имеет ,
Падших душевный ответ .
Плаха суда пламенеет ,
Каты попрали Завет .

11
***
Распалась связь времен ,
В Тамбове в сентябре .
Вновь адвокат Семен ,
Нашел нуля в ведре .

Он плавал небольшой ,
Как глубины конек .
Семен прослыл левшой ,
Мура ему вдомек .

На Вечери простой ,
С Иудушкой в связи ,
Ни грешный , ни святой ,
Никто не сел вблизи .

Отринув грех оков ,
В полыме бездны сна ,
Вновь мудрый Иванов ,
Не долетел до дна .

Толкуй да Винчи код ,
Поймав нуля в воде :
-- Алешин в год невзгод ,
Предаст любых везде --

12
***
В кильдиме с фальшивыми книгами ,
Судил он поэта не с фигами ,
А с пламенной жуткой хулой
И с кривдой неистово злой .

Ссылаясь на дружбу умелую ,
Судьбу он подсек очумелую .
Упала судьба в преисподнюю ,
Отринув лучину Господнюю .

И тени судивших неправедно ,
Летели бескрылые завидно .
Видение падшего тусклое ,
И жерло пролетное узкое .

На дне все грехи бестелесные ,
Для черного духом прелестные .
В клоаке поганых и гадостных ,
Предателей сонмища сладостных .

Друг друга грызут обреченные ,
Как звери едой увлеченные .
О дружбе кричат неразлучной ,
Об участи мерзких не скучной .

13
***
В Ильинском храме палачи ,
Все полыхают в преисподней .
Когда загомонят грачи
И перед ночью новогодней .

Когда сажают сад они ,
Поэта осудив безбожно ,
В Ильинском адские огни ,
С грехами смешаны тревожно .

На Страшном пламенном Суде ,
Вся камарилья супостатов .
Никто не защитил в беде ,
Творца от истязаний катов .

Раскрашен извергов конец ,
Здесь греховодники лихие ,
Наказаны за зло сердец ,
Вовеки с бесами плохие .

В котле дымящемся Труба ,
Рашанского терзает пламя .
И Валя с падшими слаба ,
Судилища сжигают знамя .

Но почему - то Страшный Суд ,
Гостям ничуть не страшен .
Как буд - то сонмище Иуд ,
Игры жаркое башен .

В восторге ныне от таких ,
Нестик и Олисава ,
Кренев помор из никаких
И Зайцева красава .

Медведев Павел полетал ,
Над городом хранимый .
Но за столом не посчитал ,
Кто бесом одержимый .

Не сосчитать у камелька :
Лукавых , лживых , грешных ...
И Иванов играл Ванька ,
Из вестников не здешних .

Кренев Мичуринск возлюбил ,
Как золотое чадо .
А то что ангел вострубил ,
Вновь никому не надо .

14
***
Полубота не Пересвет ,
Расстояние в тысячу лет .
И другие сегодня заботы ,
У поэта судьбы Полуботы .

Мурманск помнится дорогой ,
На ладони эпохи другой .
Север был потеплее юга ,
Когда друг защищает друга .

Наступили страстей времена ,
Замелькали купцов имена .
И уехал в Москву Полубота ,
Когда нищенкой стала работа .

Секретарь Алексей на правах ,
Где творцы светозарны в словах .
А в реальности вмиг предадут
И безбожно грехам воздадут .

Потому - то в стихах Полубота ,
Пересвет у Непрядвы болота .
Татарву не подпустит к Руси ,
Где взывали к добру "Гой еси! "

15
Корабль Трубы

Воображение без меры ,
Трубу возносит на гора .
То поджигает тень химеры ,
То в море видит катера .

На корабле он капитан ,
Плывет куда захочет .
Всех обожает мавритан
И ножичек не точит .

Он флибустьер по вечерам ,
А утром славный Нео .
И триста выпивает грамм ,
Пиратский спирт с Борнео .

Он у руля не слабачок ,
Силище бьет фонтаном .
Матрос наемный дурачок ,
Живет в мечтах баштаном .

Событий пениться вода ,
Казна в надежном трюме .
Тамбовщина вся ерунда ,
Как разговоры в Думе .

По курсу стольная земля ,
Там стапеля не рухнут .
Тамбовским дурням ни рубля ,
Пусть с голодухи пухнут .

Журнал с кругами по бортам
Спасительный но чуждый .
До ватерлиний тексты там
И в них пустые нужды .

Матрос не смотрит на него ,
Тамбовских нет мотивов .
И нет родного ничего ,
В хранилище извивов .

Корабль стремится в никуда ,
Хотя Москва по курсу .
"Творить безумие вреда" ,
Труба окончил Бурсу .

И параллельно корабли ,
Плывут вздымая Роджер .
Щеряк , Хвалешин короли ,
Земель Блефуску - Ложер .

Под килем мечется хамса ,
Трепещут все ветрила ...
И Кирка веет чудеса ,
Где рифы из Берилла .

16
***
Не трогай Леду грязными руками ,
Она не любит извергов веками .
И мрамор превращается в ледник ,
Чтоб злыдень отвратительный поник .

Не пей воды блистательной Пьеретты ,
Все струи родниковой оперетты .
Ты козлоногий полысевший Пан
Вмиг почернеет розовый тюльпан .

У лилий нету шорохов в воде ,
Лишь всплески в камышовой бороде .
Шаться праздно по Селу Царя ,
Как прошлое искать без фонаря .

Найди в кустах поношенный тимпан ,
И Вереск убедись - вельможный пан!
От долчевой Мадонны не балдей ,
Ее ласкали галлы и халдей .

Приблудную собаку не гони ,
Она у статуй прожигает дни .
Бабулю Полю и Гришаню Тошкина ,
Ты накорми харчами от Картошкина .

И с ДЦП оглохшие от звонности ,
С Соляриса пребудут обреченности .
Квазигерои творческой бездарности ,
По саду бродят вашей популярности .

17
***
Владимир Крупин верит в Слово
И в Сына Божьего Христа .
На суету глядит сурово ,
Сжимая горькие уста .

Владимир пишет о небесном
И о земном пером души .
Не часто говорит о лестном ,
Наедине с судьбой в глуши .

Имея честь и побужденье ,
Повсюду обществу не лгать ,
Увидел Крупин на мгновенье ,
Как могут злобу извергать .

Над Пушкинской нерукотворный ,
Храм возвышался на виду .
А в ангельской судил проворный ,
Народ поэта на беду .

Внимали небыли нахала
И клеветали как могли .
Взметнули бесы опахала
И пасть порочным помогли .

Судили падшие поэта ,
За доброту и правоту .
И очумели без Завета ,
Стяжая злобно колготу .

Владимир Крупин покрестился ,
Увидев шабаш у черты .
И зверский морок источился ,
Сулящий холод пустоты .

Не обрисуешь мирным словом ,
Дурных безбожников грехи .
Звезда сияла над Тамбовом
И сочинял творец стихи .

18
***
За своих порученцы горой ,
Кто за власть окрыленный герой .
А с житейского тыла лукавый :
С левым левый , с правым правый .

Не судите писателя сходу ,
Вдохновением служит народу .
Ополченский романс не баянный ,
Украинской войной окаянный .

Там играют окопные блюзы ,
Музы глохнут и слепнут Союзы .
Не палите в Захара лапшой ,
Он творит как умеет душой .

Хоть Прилепин не Шолохов в слове ,
Он за мир православный панове .
Вы пишите свое о своем ,
Где иллюзий широк окоем .

Защищает писатель обитель
И в канонах отчизны Спаситель .
Веру не искажает крамола ,
Патриарха Стамбульского мола .

Критикан Кузьменков Александр ,
Не ищи теневых саламандр .
У любого писателя змей
И болотных несчетно огней .

19
Ворота Януса

Трубе приснилось - он великий ,
Бог Рима -- Янус многоликий!
Его тандем - бинарный лик ,
Двоятся отблески и блик .

Двоясь взирает Анатолий ,
На хронологию историй .
На прошлые глядит века
И на грядущие слегка .

Помпилий Нума храм построил
И все по мудрому устроил .
Когда война ворот запоры ,
Открыты и свободны споры .

Идут когорты мимо бога
И фурий стелется дорога .
Пронижут арку легионы
И Янусу видны уроны .

Труба двулик и не един ,
Он лицемеров господин .
Помирятся не саттелиты ,
Ворота Януса закрыты .

При Нуме сорок лет проход ,
Закрыт был в Аида исход .
Трубе хотелось не скучать
И стал ворота он качать .

Ключи нашлись и на коне ,
Стратег рассвирепел к войне .
Прошли века , еще века ,
Война для Рима нелегка .

Сраженьям полную отмашку ,
Ворота были нараспашку .
Рим бесконечно воевал
И Януса вновь воспевал .

Труба сиял во храме богом ,
Не думая лучась о многом .
Но вдруг Юпитер без идей ,
Стал демиургом для людей .

Труба хотел забыть разборки ,
Но молния раскрыла створки .
И Толя Янус из фарфора ,
Стал прототипом семафора .

20
***
Звезды сиятельной не видно
И нет пленительной нигде .
Проханову за Русь обидно ,
На растаможенной гряде .

Земля свободно продается ,
От Петербурга до Читы .
Но ничего не создается ,
В Союзе жаждущих тщеты .

Стихи ослабли проходные
И тексты хилые внутри .
За книгой яркой выходные ,
Не пролетали года три .

Пески безводные в пустыне ,
Нет родников иных начал .
Шедевры искренние ныне ,
Нигде Проханов не встречал .

Бессильны пишущи в слове ,
Рисуют смутно бытие .
Не у художников в основе :
" Чужое всуду не мое " .

21
***
Толстой еще не отлученный ,
Был в Севастополе солдатом .
И ветер боем закопченый ,
Махал неистово канатом .

Палили пушки батареи ,
Шрапнелью пламенной нещадно .
И кораблей скрипели реи ,
Когда штормило беспощадно .

Повсюду павшие за город ,
За рубежи России святой .
Толстой неустрашимый молод ,
Сражается с ордой заклятой .

Зачем Европе окрыленной ,
В Крыму истерзанной России ,
Стяжать поживы опаленной
И крест не осенять Мессии?

Католики и протестанты ,
Приплыли править чужаками .
Но моряков идут десанты ,
На пришлых с острыми штыками .

22
***
Тоном обрадовал Север ,
Ритмом задался Подъем .
Ешьте голодные клевер ,
Много полезного в нем .

Рябчиков жуйте буржуи ,
Бывшие до пандемий .
Нюхайте выдохи туи ,
Против любых анемий .

Люб Иванову Парфенчиков ,
Весей карельских герой .
Слушает звоны бубенчиков ,
Тройки метельной порой .

Отдохновенье культуры ,
Если забота видна .
Флагами литературы ,
Будет гордиться страна .

Быть в регионах уставам ,
Пишушь наших времен .
Мчаться железным составам ,
К станциям разных имен .

Быть в регионах Союзам ,
Выше Союзов Москвы .
Быть за околицей музам ,
Краше столичных увы .

Сад посадили бессмертный ,
Смертные ради плодов .
Сладок посыл интровертный ,
Без непотребных судов .

Хочется праздников всюду ,
С флагами и коньяком .
Только в Тамбове Иуду ,
Кличет Труба дураком .

Север светлее Тамбова ,
Станет в полярную ночь.
Будет Парфенчиков снова ,
Льдинки культуры толочь .

Виски не русских отрада ,
Книги чиновник читай .
Литературу без сада
Или в саду почитай .



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Авторская песня
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 26
Опубликовано: 09.12.2020 в 12:10
© Copyright: Валерий Хворов
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1