На озере


В годы моего детства одним из самых популярных дачных мест в пригородах Ленинграда был Сестрорецк. Вообще-то Сестрорецк был городом и даже промышленным. Там находился один из старейших в России Сестрорецкий оружейный завод. И улицы, примыкающие к заводу, были совершенно городские, но за железной дорогой, которая проходила параллельно берегу Финского залива, начинался совсем другой, дачный Сестрорецк, с бесконечным песчаным пляжем вдоль залива, с домами отдыха, санаториями. Как раз в этой части Сестрорецка, в основном, и проживали дачники из Ленинграда. Отец тоже долгие годы снимал там комнату или, если повезет, комнату с верандой, где мы с мамой жили все лето, а сам он приезжал к нам на выходные.

На дачной стороне Сестрорецка самым главным был, конечно, залив, где все дачники и проводили основное время. А вот на другой, городской части Сестрорецка, за железной дорогой, было озеро Разлив. Озеро знаменитое на всю страну, потому что именно в шалаше на озере Разлив перед революцией скрывался от царских ищеек Владимир Ильич Ленин, и этот факт был известен каждому октябренку, не говоря уже о пионере. Шалаш был на дальней от железной дороги стороне озера, а на ближней была купальня с вышкой для прыжков в воду и лодочная станция, где можно было взять лодку напрокат. Озеро тогда казалось мне просто огромным, да оно и правда было большое.

Не знаю почему, но мама давала мне на даче практически полную свободу. Разумеется, я должен был в более или менее определенное время являться к обеду и ужину, но в остальном был свободен, как птица, и болтался где хотел и с кем хотел. На этот раз мы с пацанами решили пойти на озеро покататься на лодке. Мы - это я, мой приятель Борька, с которым я был хорошо знаком еще в Ленинграде, мы с ним учились в одной школе и даже жили в соседних дворах, и еще один мальчик, Борькин сосед по даче, которого звали Янек. Мне тогда было лет одиннадцать, наверно, Борька был на год старше меня, а Янек, наоборот, на год младше.

Была середина июня. Погода стояла изумительная. Жарко, но не очень. Настроение потрясающее, потому что до конца каникул еще целых два с половиной месяца!

Ну вот и пришли. Взяли лодку и поплыли. Мы с Борькой гребли по очереди, а Янек сидел так просто. Лодочная станция была в узком заливчике, заросшем камышом. Нам там быстро стало скучно, и мы вышли в открытое озеро. Хорошо-то как. Солнышко светит и, куда ни глянь, вода. Поплавали так наверно час, а может и больше, и решили, что пора возвращаться. Лодку-то мы взяли только на два часа. Огляделись, а берег, оказывается, довольно далеко. Поплыли к берегу. Ну вот, мы почти у цели, теперь осталось пустяк, найти наш заливчик и мы дома. А вот и он. Я раздвигаю камыши, Борька гребет, а станции что-то не видно. Плывем дальше, ничего похожего. Вроде не в тот заливчик зашли. Идем обратно. Снова выходим в озеро. Плывем вдоль берега. Ага, есть протока. Нет, опять не туда. Снова вернулись. И как раз в это время погода начала портиться. Подул сильный ветер, на озере появились волны и лодку начало быстро относить к другому, дальнему берегу. Гребем по очереди, то я, то Борька. Никак не выгрести, лодку относит, да еще качает, как бы вообще не черпануть. Тут еще Янек начал плакать и говорить, зачем он только с нами связался, что он хочет домой, к маме. Но нам успокаивать его было некогда, надо было думать, что делать дальше. Решили так. Грести не будем. Пусть нас принесет к другому берегу. Привяжем лодку там, а потом пойдем вокруг озера пешком на лодочную станцию, сдаваться. И как раз в этот момент нам одновременно пришла в голову одна и та же мысль – попробовать сесть на весла вдвоем, каждому по веслу. Сели. Сначала ничего не получалось, лодка крутилась, а вперед не двигалась, а потом приноровились, нашли темп и лодка пошла! Мы начали выгребать против ветра и выгребли! Конечно потом мы еще около часа искали свою протоку к лодочной станции и все-таки нашли.

Домой возвращались, конечно, полумертвые, но гордые и, мне показалось, даже какие-то повзрослевшие. Маме я, разумеется, ничего рассказывать не стал, а то она бы меня убила и больше бы вообще никуда не пускала. А назавтра я встал, как новенький. Вот Борька после этого заболел. Ничего серьезного. Просто я был на озере в трусах и рубашке, а он был в одних трусах, голый до пояса, и пока мы искали лодочную станцию, когда еще было солнце, сгорел до волдырей. Вот и провалялся три дня в постели с температурой. А с Янеком мы больше не виделись. Да и не хотелось нам его искать. В город, наверно, уехал.





Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 10
Опубликовано: 03.12.2020 в 12:39
© Copyright: Яков Ходорковский
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1