50 лет нашему луноходу


50 лет нашему луноходу
Великий русский конструктор Георгий Николаевич Бабакин триумфально въехал в Академию наук СССР на своем луноходе, уверенно сжимая в руках капсулу с лунным грунтом.

В 7 ч 20 мин 17 ноября 1970 года по московскому времени на Пункт Управления Луноходом поступил сигнал об установлении связи с луноходом! Сеанс № 101 («1» - первый лунный день, «01» - первый сеанс связи с луноходом) начался. После телеметрической проверки состояния всех агрегатов и систем «Лунохода-1», поступили первые доклады бортинженера: «температура в отсеке лунохода - 18°, давление - 750 мм рт. ст., крен - минус 2, дифферент - минус 3».
Уточнив положение посадочной ступени, по команде командира экипажа специалисты выдали первую серию радиокоманд на открытие трапов для схода лунохода и отделения его от посадочной ступени.
Это был самый волнующий момент.
Прошло ещё несколько минут, и включились астротелефотометры.
Уже первая панорама вертикальной развертки, полученная от телефотометра № 3 (правый борт), еще перед съездом «Лунохода-1», содержала много самой нужной в этот момент информации. Например, на передней половине развертки видно черное пятно шарика оптического датчика лунной вертикали вблизи его центра, что свидетельствовало о малых углах крена и дифферента станции «Луна-17». Как и было заложено в конструкцию «Лунохода-1», в поле зрения телефотометра попадали фрагменты крайних колес, бортовые вымпелы, аппарели. За аппарелями виден спокойный рельеф Луны - место посадки было выбрано исключительно удачно.
Включилась центральная телекамера - «Луноход-1» готов к первому рейсу.

Командир Николай Ерёменко так вспоминал об этом первом сеансе: «Когда “Луна-17” благополучно совершила посадку, после раздавшихся аплодисментов и многочисленных поздравлений, к нам подошёл Бабакин и спросил:

- Братцы, вы готовы?
- Так точно, - сдерживая волнение, отрапортовал я.
- Тогда, по коням!

Мы заступили на первую в истории космонавтики такую необычную вахту. Полученные с помощью фототелевизионных камер панорамы приблизили к нам далёкую и загадочную поверхность луны. Она простиралась впереди и сзади лунохода, относительно ровная, очень похожая на один из участков нашего искусственного лунодрома, десятки раз переезженного нами. Георгий Николаевич был сосредоточен и молчалив. штурманская группа, возглавляемая Непоклоновым, предложила вариант схода - вперёд. Я посмотрел на Бабакина, будто спрашивая его разрешения, а потом произнёс: “Сход - вперёд!” затем: “Первая, вперёд!”.

Послушный воле человека - водителя Г. Латыпова, - луноход двинулся вниз по трапам…
- луноход коснулся поверхности земли! - разнёсся по ГГС левитановский голос бортинженера Мосензова. Он тоже волновался. Конечно же - речь шла о поверхности Луны.

«Луноход-1» начал отпечатывать свою первую колею, удалившись от посадочного устройства на 20 метров».

Команда «Вперёд-1» была выдана в 9 ч 27 мин 7 с, а команда «стоп» - через 20 с. Движение лунохода проходило в стартстопном режиме, но команда «стоп», тем не менее, дублировалась водителем в определённое время. Так были пройдены первые двадцать метров.

«Выдать вторую серию по программе!» - звучит по ГГС голос командира экипажа Н. Ерёменко. Команды следуют одна за другой. Их исполнение транслируется бортинженером:
- есть вращение привода солнечной панели!
- Панель полностью открыта, встала на замок!
- температура в отсеке лунохода 18 градусов.
- температура колёс: минимальная -5, максимальная +60.
- токи колёс - в норме.
- есть ход штампа… есть усилия на штампе… есть вращение… Ход штампа вверх… штамп в исходном положении.
- По результатам пенетрирования (пенетрирование - определение качества, в том числе твёрдости, грунта. Измеряется с помощью пенетрометра - прибора, оснащённого погружаемым в грунт щупом) - движение не ограничено.
- Первая, вперёд!.

И снова - вперёд, удаляясь от посадочной ступени. Следует первый поворот на месте - «Направо 20», снова - вперёд, ещё раз - «Направо 20» и «стоп». Включается правый боковой телефотометр, и на снимке появляется первая колея на Луне, проложенная нашим советским луноходом!!!

На знаменитой теперь панораме слева виден прибор - определитель лунной вертикали. Справа - фрагмент посадочной ступени, от которой ведут следы лунохода. Солнце находится слева и сзади лунохода, его лучи падают на поверхность под довольно большим углом. Поэтому тени короткие и пологие формы рельефа слабо различимы.

После сеанса, который закончился в 10 ч 37 мин, в конференц-зале было назначено совещание оперативно-технического руководства, в котором приняли участие члены государственной комиссии, ГОГУ (главной оперативной группы управления), конструкторы, руководители различных служб Центра, селенологи, члены экипажа лунохода.
В дальнейшем это стало традицией. итоговые совещания Георгий Николаевич Бабакин обычно вёл сам. Анализировалась работа во время минувшего сеанса, уточнялась программа на следующий. Часто возникали споры. Селенологи требовали одно, геохимики и физики - другое, конструкторы шасси - третье… и Георгий Николаевич всегда поражал своей эрудицией, глубоким знанием и геологии Луны, и физики космических частиц, и методики экспериментов, и систем лунохода. Его доводы были всегда аргументированы.

В 16 ч 00 мин состоялся девятиминутный телеметрический сеанс связи. Проверено состояние систем, элементов конструкции лунохода и научных приборов. В 21 ч 30 мин с «Луноходом-1» вновь установлена связь. На этом сеансе присутствуют прибывшие в ЦДКС М.В. Келдыш, М.Д. Миллионщиков, А.П. Виноградов, М.С. Рязанский, лётчик-космонавт СССР В.Ф. Быковский, журналисты.

В 23 ч 00 мин рабочие места за пультами занял расчёт экипажа в составе: И. Фёдоров (командир), В. Довгань (водитель), Н. Козлитин (оператор ОНА), В. Самаль (штурман) и А. Кожевников (бортинженер). А рядом с ними - «горячий резерв»: Н. Ерёменко, Г. Латыпов, В. Сапранов, К. Давидовский и Л. Мосензов. Невдалеке от пульта водителя расположился и В.Ф. Быковский, заинтересованно наблюдая за его действиями.

Сеанс начался. В процессе работы проводились отработка методов управления движением лунохода, панорамный обзор местности и её характерных участков, а также запланированные научные эксперименты. При выполнении команды «Поворот 20» бортинженер А. Кожевников доложил о повышенном энергопотреблении мотор-колёсами. По его мнению, причина была в том, что лунный грунт оказался очень тяжёлым, и колёса испытывали повышенное сопротивление. Позже специалисты установили, что все восемь мотор-колёс оказались заблокированы тормозными колодками не только на стоянке, но и во время движения. А это могло, как минимум, привести к существенному снижению проходимости «Лунохода-1», а в худшем - к полной потере подвижности. Анализ сложившейся ситуации показал, что произошёл отказ электромагнитов управления фрикционными дисковыми тормозами мотор-колёс. Но разработчики шасси, учитывая факторы риска и недостаточность достоверных данных об условиях эксплуатации, заложили в электромеханический привод мотор-колёс солидный резерв по крутящему моменту, поэтому «Луноход-1» практически не «заметил» дополнительной нагрузки - тормозного момента. Только при преодолении подъёмов свыше 15° ток электродвигателей кормовых, наиболее нагруженных колёс, превысил номинальное значение. Таким образом, повышенное энергопотребление в процессе движения явилось практически единственным отрицательным следствием отказа тормозов.

Сеанс продолжался 4 ч 40 мин. Через два часа работы была проведена первая смена расчётов экипажа. Трасса проходила по относительно ровной поверхности, имевшей впадины и возвышения с углами наклона до 10°. Попавшиеся на пути камни и кратеры небольшого размера были преодолены, как и невысокая гряда. На различных участках измерялись механические свойства грунта и параметры проходимости шасси. За сеанс пройдено 96 м.

18 ноября 1970 г. все газеты советского союза и зарубежная печать опубликовали сообщение ТАСС, в котором, в частности, говорилось: «Передвижение по Луне самоходного аппарата осуществляется с помощью восьмиколёсного шасси… управление движением «Лунохода-1» производится из Центра дальней космической связи с использованием телевизионной информации о положении аппарата и характере рельефа окружающей лунной поверхности… ».
В 106-м сеансе («1» - первые лунные сутки, «06» - шестой сеанс связи), продолжавшегося 4 ч 21 мин, выполнялись научно-технические эксперименты и осуществлялось движение лунохода. На отдельных участках наклон поверхности достигал 14°, а небольшие углубления скрадывались, так как в это время Солнце стояло достаточно высоко. И тем не менее - глубокий кратер успешно обошли. Как заметил на совещании Г.Н. Бабакин, от экипажа «потребовалось незаурядное "чувство Луны", быстрота, реакция, выдержка и мужество». В этом же сеансе в 2 ч 15 мин 20 ноября «Луноход- 1» впервые двигался в Море Дождей со второй скоростью. К этому эксперименту учёные и конструкторы готовились особенно тщательно. В этом сеансе было преодолено 82 м, удаление от посадочной ступени составило 125 м. К утру 21 ноября «Луноход-1» находился на Луне 100 часов!

22 ноября 1970 г. готовился заключительный в первый лунный день сеанс с луноходом. Утром участники эксперимента - председатель Государственной комиссии Г.А. Тюлин, главный конструктор Г.Н. Бабакин, группа управления и экипаж лунохода - собрались на ПУЛе. Разрабатывается тактика обеспечения установки лунохода на заранее выбранную площадку для его ночёвки. Начал работу расчёт экипажа Н. Ерёменко. В предыдущих сеансах водителями были Г. Латыпов и В. Довгань. Но есть ещё и резерв - Василий Чубукин, который прошёл весь курс подготовки на водителя лунохода. Все понимают и, конечно, прежде всего сам Василий, желание оставить «свой след» на Луне. Накануне члены экипажа обсуждали сложившуюся ситуацию и решили обратиться к Георгию Николаевичу с просьбой о включении В. Чубукина в этот экипаж водителем. И Георгий Николаевич, понимая чувства человека, который так долго готовился вместе со всеми, принял положительное решение.

Рядом с В. Чубукиным расположился Г. Латыпов, а я занял рабочее место В. Чубукина - вести «Бортовой журнал». Сделал запись: «Сеанс № 108». Одна за другой проходят команды. Земля запрашивает - борт отвечает. Серией строго дозированных движений и поворотов луноход был ориентирован так, чтобы с началом второго лунного дня лучи восходящего Солнца попали на панель солнечной батареи при её открытии. Место для ночлега выбрали удачно.

Георгий Николаевич внимательно всматривается на изображение на мониторе.
- Что это там слева? Камень? Ходим аккуратно, чтоб обойти препятствие...
Водитель и командир оценивают обстановку. Ещё манёвры: повороты, остановки, движение...
- Крен - плюс два, дифферент - ноль, - докладывает бортинженер Л. Мосензов.
- Ровнее ровного местечко выбрали, - комментирует Георгий Николаевич. - Хорошо!

В этом сеансе луноход прошёл 17,5 м. Мастерство экипажа быстро росло - если в первых сеансах луноход десятки метров пути преодолевал за 2-3 часа, то перед ночёвкой в 108-м сеансе на 15 включений мотор-колёс экипаж затратил всего 35 минут. Главный конструктор и председатель Государственной комиссии, подводя итоги дневному эксперименту на Луне, выразили благодарность участникам за чёткую работу.
Всего в первый лунный день за три сеанса было пройдено 197 м. Характер грунта регулярно проверялся с помощью пенетрометра. Оказалось, что и скольжение, особенно при значительных кренах, бывает разным. Это требовало от водителей особой осторожности. Опыт управления подтвердил также целесообразность движения по труднопроходимой и не всегда отчётливо просматриваемой из-за неблагоприятной освещённости местности в стартстопном режиме, с обязательными остановками через каждые несколько метров.
8 декабря 1970 г. в районе Моря Дождей наступил лунный день, и «Луноход-1» продолжил активную работу. Сеанс 202 (пробуждение) был назначен на 17ч 05 мин 9 декабря. На борту были специальные датчики, чутко среагировавшие на свет и тепло Солнца. Сеанс начался, как и все предыдущие, с подробного «опроса» различных систем лунохода. В течение часа сложный комплекс вычислительной техники сообщал о состоянии приборов, агрегатов и устройств.

Наиболее важной операцией этого сеанса было раскрытие панели солнечной батареи. Наконец, наступил долгожданный миг - по залам Центра разнёсся спокойный голос командира экипажа И. Фёдорова: «Серию команд на раскрытие панели выдать!» И вскоре - доклад бортинженера А. Кожевникова: «Привод включён, панель открывается... Угол раскрытия соответствует программе и равен 116°. Началась подзарядка бортовых аккумуляторов... Ток заряда - в норме».

Панель солнечной батареи была открыта и установлена относительно Солнца в положение, обеспечивавшее получение максимального зарядного тока для восполнения запаса электроэнергии аккумуляторной батареи. По расчётам, это должно было происходить в первые двое земных суток лунного дня. В это время движение лунохода не планировалось. Когда бортовые аккумуляторы запасут достаточно энергии, луноход может двинуться в путь. С помощью телефотометров были переданы на Землю панорамы лунной поверхности в месте стоянки, а также изображение Солнца, восходящего над горизонтом Луны.

10 декабря в 16 ч 00 мин начался сеанс 203. Включили телевизионную систему управления движением.
- Первая, вперёд! - дал команду Н. Ерёменко. Его экипажу сегодня вновь доверили сделать первые «шаги» после лунной ночи. На месте водителя - Г. Латыпов. А рядом - Виктор Васильевич Горбатко, лётчик-космонавт СССР, прибывший в ЦДКС для ознакомления с работой экипажа. Он (и В.Ф. Быковский) входил в состав предполагавшейся пилотируемой экспедиции на Луну, к сожалению, так и несостоявшейся.

Началось движение лунохода. На расстоянии 5 м появился кратер. Г. Латыпов оценил его диаметр (около 16 м) и принял решение идти вперёд, не меняя направление. Включил первую скорость. И вдруг стрелочные приборы показали, что луноход начал резко крениться. Бортинженер Л. Мосензов доложил, что сработала защита по току, луноход остановился. Крен достиг 27°, а дифферент - 15°. Внутренний склон кратера оказался круче, чем можно было предположить при наблюдении. Вдобавок грунт оказался рыхлым, увеличилось буксование колёс.

Рассказывает штурман К. Давидовский: «Мы немножко растерялись... Посыпались советы со всех сторон, как поступить. Сосредоточиться невозможно. И тогда Георгий Николаевич, который всё время молчал, вдруг решительно сказал: "Прошу всех выйти из помещения. Всех без исключения, и я тоже уйду. Экипаж хорошо подготовлен, и не доверять ему у нас нет оснований. Он справится сам, а произойдёт это часом позже или раньше - не так уж важно". Он пропустил всех перед собой и вышел, плотно закрыв дверь».

Экипаж принял решение: закрыть панель солнечной батареи, чтобы не зацепить реголит; выключить защиту по току; поднять 9-е колесо; развернуть луноход влево; оценить обстановку и, в случае уменьшения крена и дифферента, выдать команду «Назад» для выхода из кратера. С предельной осторожностью луноход развернули на месте, он встал вдоль склона и затем медленно, но уверенно вышел из кратера. Манёвр исполнен был точно.

Вспоминает Г. Латыпов: «В зале тихо-тихо. Выдаю команды "Налево" и "20". Смотрю на приборы. Стрелки показывают: крен 12, дифферент 8. Вот теперь надо сообщить движение назад. Выдаю команду, а такое чувство, будто сам сижу в луноходе и чувствую, как он не спеша выбирается из кратера и преспокойно продолжает движение. В общем-то, я был уверен в луноходе, но всё же, конечно, немного поволновался. Кстати, глубина кратера оказалась не очень большая - два метра. Но склоны оказались довольно крутые, а грунт очень рыхлый и слабо связанный». В течение этого сеанса, который продолжался 9 ч, было пройдено 244 м. На заседании ОТР Г.Н. Бабакин так оценил работу экипажа: «На Луне много неизвестного, в будущем возможны положения и потруднее. Экипаж вёл себя хладнокровно. Кстати, они первые предложили свой вариант выхода из кратера. После этого были опрошены различные специалисты, суммированы имеющиеся мнения и выбран оптимальный вариант. Оказалось, что этот вариант тот, который предложил экипаж».

11 декабря в 17 ч начался сеанс 204, в котором проводилось маневрирование луноходом на различных скоростях с целью объезда встречающихся препятствий. Во время кратковременных остановок проводились замеры прочности грунта, был выполнен ряд других научных экспериментов. Луноход прошёл 98 м, а всего за время пребывания на Луне - более полукилометра...

12 декабря с 18 ч 00 мин по 22 ч 27 мин луноход прошёл 253 м. Водители уже привыкли к необычным пейзажам, к сложным манёврам, убедились, что лунный автомобиль послушно выполняет каждую их команду. И, что самое главное, они приобрели опыт. Поэтому вполне естественно, сеансы второго лунного дня больше насыщены движением. Если до «ночёвки» команда «Вторая скорость!» раздавалась несколько раз, то теперь она стала обычной. Средняя скорость увеличилась, хотя условия движения стали намного хуже. После первой ночёвки луноход работал на скорости, которая была достигнута на лунодроме, во время наземных испытаний.

Очередной сеанс начался 13 декабря в 19 ч. Для получения круговых панорам, луноход многократно маневрировал и временами двигался в обратном направлении. В частности, он приблизился к кратеру, вызвавшему большой интерес селенологов. Но вот изображение немного «смазалось» - вероятно, какие-то временные помехи. Было принято решение перейти на боковую камеру лунохода. Надо было сменить сетку - прозрачную пластмассовую пластинку, которая крепилась на телеэкраны пульта водителя и командира экипажа. На ней были нарисованы две прямые, сходящиеся за линией лунного горизонта. Они показывали, где пойдут колёса лунохода. По нанесённым делениям «2», «4», «6», «8» определяли расстояния до препятствий и их размеры. Секторы обзора у телекамер различные, поэтому и сетки на экранах менялись.
Через несколько минут появилось очень чёткое контрастное изображение. За время работы на Луне лаборатория прошла 825 м и удалилась от посадочной ступени примерно на 600м.

С 14 по 16 декабря в соответствии с программой движения лунохода не предусматривалось. Этот сеанс почти целиком отведён науке. Было решено включить спектрометр «РИФМА» (рентгеновский изотопный флуоресцентный метод анализа) с целью определения элементного состава лунного грунта. Датчики были настроены на основные породообразующие элементы: магний, алюминий, кремний, калий, кальций и железо. Метод и аппаратуру разработали в Ленинградском Физико-техническом институте им. А.Ф. Иоффе АН СССР. В исследовательскую группу в Симферопольском ЦДКС входили Г.Е. Кочаров (научный руководитель эксперимента «Рифма»), С.В. Викторов и Г.А. Кирьян. Эксперимент начался. Сначала решили исследовать вал вокруг кратера, сложенный из вещества, выброшенного с глубины нескольких метров, чтобы получить информацию не только от поверхностных, но и более глубоких слоев Моря Дождей. Чтобы разрыхлить грунт, надо было снять верхний слой. Водитель сделал несколько манёвров: на месте повернул луноход направо, потом - налево, отъехал на 3 м назад, развернулся на 360° и включил научную аппаратуру.

В ночь с 16 на 17 декабря состоялся очередной сеанс движения в юго-восточном направлении, который продолжался 3 ч 41 мин - луноход прошёл 197 м. А за весь период работы с 17 ноября было пройдено 1022 м. Есть первый километр!

20 декабря с 01 ч до 4 ч 26 мин состоялся очередной сеанс связи с луноходом. В начале сеанса маршрут проходил по равнине со значительным количеством мелких кратеров. В конце луноход спустился в кратер диаметром около 100 м. После остановки в центре этого кратера были получены панорамные изображения окружающей местности, на которых видны мелкие кратеры и остроугольные камни размерами до 20-30 см. За сеанс пройдено 337 м. При этом неоднократно производились измерения физико-механических свойств лунного грунта. В частности, был исследован характер грунта на внутренних склонах и на дне кратера.

На панораме, полученной 21 декабря, можно было увидеть свою родную планету величиной с двухкопеечную монету - слегка ущербный диск на чёрном лунном небосводе, высоко над пустынным ландшафтом с одиночным камнем на переднем плане.

Второй лунный день длился с 9 по 23 декабря. За это время было проведено 15 сеансов связи, выдано на борт лунохода более чем 3000 радиокоманд, пройдено 1522 м, преодолено (и исследовано!) около 40 кратеров. Поставленные перед экипажем задачи были выполнены полностью.

В период лунной ночи с 23 декабря 1970 г. по 7 января 1971 г. с луноходом было проведено три телеметрических сеанса связи. Сеанс 303 начался в 17 ч 9 января традиционной командой И. Фёдорова: «Выдать первую серию команд по программе!» Включена телекамера. После оценки обстановки водителем, командир дал разрешение: «Первая, вперёд!» Луноход начал подниматься по склону кратера по старой колее. Сеанс движения начался 11 января в 22 ч 30 мин и продолжался 5 ч и 4 мин, длина пройденного пути - 517 м.

12 января на заседании ОТР перед экипажем поставили задачу: луноходу с использованием только навигационных средств (а не по старой колее) вернуться к посадочной ступени. (Это соответствовало задаче «доставить транспортное средство к лунному кораблю-модулю» в рамках программы советской пилотируемой лунной экспедиции.) 13 января в 19 ч 30 мин эксперимент начался.

Вначале луноход двигался по ровной поверхности, а затем вошёл в зону с повышенным количеством кратеров диаметром от 3 до 30 м. Кратер впереди показался не очень глубоким, и водитель решил пройти его напрямую. Но луноход «клюнул» носом. Стоп. Приборы показали очень большой дифферент. Приняли решение: отключить защиту по току, закрыть панель солнечной батареи, поднять 9-е колесо. «Первая, назад!» Луноход вышел из кратера. Открыли панель, обошли кратер и продолжили движение. В сеансе, который закончился в 1 ч 30 мин 14 января, было пройдено 553 м, общее пройденное расстояние составило 2930 м.

С 14 по 15 января (период высокого солнцестояния) выполнялись научные измерения. В ночь с 16 на 17 января движение осуществлялось по поверхности с большим количеством кратеров, затем луноход вышел в район с более ровным рельефом местности и приблизился (по данным штурманской группы) к трассе, проложенной во второй лунный день. С большим волнением все всматривались в телевизионные изображения, ожидая встречу со своей лунной колеёй. И вскоре водитель доложил, что видит её. Подойдя к ней поближе, луноход развернули и левым бортом сняли фототелевизионную панораму, на которой были отчётливо видны следы колёс, оставленные более месяца назад. Сеанс продолжался 2 ч 32 мин. Пройдено ещё 254 м.

В соответствии с программой «Луноход-1» 18 января в очередном сеансе связи, проходившем с 0 ч 30 мин до 4 ч 45 мин пересёк старую колею (есть первый перекрёсток на Луне!) и направился к посадочной ступени по новому маршруту. Преодолев несколько кратеров диаметром более 20 м с крутизной склонов до 15°, луноход вышел к месту посадки «Луны-17» и остановился в 10 м от посадочной ступени.

Эксперимент по оценке точности и надёжности навигационного комплекса, а также проверке методических принципов навигации и вождения лунохода, был выполнен с высокой точностью. В конце сеанса включили телефотометр и получили панораму с чётким изображением Земли и посадочной ступени. Общее расстояние, пройденное луноходом, составило 3593 м.
Посыпались предложения и просьбы специалистов. Конструкторы хотели получить как можно больше сведений о положении и состоянии посадочной ступени. Один пожелал предусмотреть получасовую стоянку лунохода, причём боком к Солнцу: при таком положении оно осветит блок обогрева лунохода и можно будет определить, какое влияние оказывает Солнце на режим сброса тепла. Селенологи хотели осмотреть с помощью телекамер кратер, на валу которого разместилась ступень. Они просили довести вертикальную панораму до «нуля», то есть до самой ближней от телекамеры точки лунной поверхности, под колёсами лунохода. Их интересовали даже самые малые подробности микрорельефа: мелкие камешки, поры, бугорки. Штурманам же надо было, чтобы на этой панораме «присутствовало» и Солнце. Специалист по системе управления луноходом просил предусмотреть движение лунохода назад, хотя бы метра на два - для проверки одного из элементов системы. И всё это было выполнено!

21 января обсуждались итоги работы за третий лунный день. Г.Н. Бабакин подчеркнул, что генеральная программа - возвращение лунохода к посадочной ступени - была выполнена в точно определённое время. С 8 по 21 января выдано 2994 радиокоманды, принято 20 панорам, из них пять астро-панорам. Пройдено 1936 м, прёодолён 81 кратер, 225 раз проводились исследования физико-механических свойств лунного грунта.

В период лунной ночи (с 21 января по 6 февраля) луноход находился в кратере, в котором совершила посадку «Луна-17». Прошло 80 суток с момента начала работы «Лунохода-1» В сеансах движения колея лунохода проходила по поверхности морского типа с кратерами диаметром от 30 до 40 м. Некоторые из кратеров с крутизной до 15° он преодолевал, другие - обходил.

Опыт управления луноходом показал, что для правильной оценки характера и рельефа местности в процессе движения большое значение имеет угол падения солнечных лучей относительно местного горизонта и телекамер лунохода. Экипаж научился учитывать это обстоятельство и отличать действительные опасности, возникающие при движении, от мнимых. Чтобы подробнее изучить эти вопросы, учёные предложили в четвёртом лунном дне провести специальный эксперимент.
На пути движения выбрали подходящий участок. Луноход сделал ряд манёвров, чтобы получить панорамы этого типичного лунного ландшафта с различных точек. Солнце светило с одной стороны, его положение за время манёвров мало изменялось, а луноход, оставляя за собой зигзагообразный след колеи, шёл вокруг кратера и получал снимки одной и той же местности.

На планшете штурманов - несколько фотопанорам одного и того же участка поверхности, отснятого с разных «позиций» по отношению к Солнцу. На одних снимках чётко обозначены овалы кратеров с хорошо просматриваемыми краями, на других - очертания расплывчаты, на третьих - совсем не видны.

Во второй половине сеанса движения луноход вошёл в зону выбросов из крупного кратера, в пределах которой наблюдалось повышенное количество камней различного размера. Сеанс закончился съёмкой Солнца и посадочной ступени, находящейся на расстоянии 260 м от лунохода. За время сеанса луноходом пройдено 323 м в северном направлении.

9 февраля исследование этого участка продолжилось. Было обнаружено несколько свежих кратеров диаметром до 20 м. Один из них, по заключению селенологов, являлся самым молодым из всех встречавшихся до этого. В этих сеансах радиометр и рентгеновский телескоп лунохода продолжали функционировать в соответствии с программой. На 10 февраля луноход находился на расстоянии 578 м от посадочной ступени. Сеанс связи должен был начаться, как обычно. Но на выдаваемые с ПУЛа радиокоманды ответной «квитанции» о выполнении их на борту не поступало. Оказалось, что все упустили из вида лунное затмение, наступившее незадолго до начала именно этого сеанса в то время, когда Луна находилась вне зоны радиовидимости ЦДКС. Над Морем Дождей нависла ночь...

Эта «ночь» была короткой (чуть больше двух часов), но коварной, потому что наступила практически мгновенно. Температура лунной поверхности упала с +142 до -153 °С. К тому же обычно перед наступлением лунной ночи панель солнечной батареи закрывалась, а теперь она оставалась открытой, значит, система терморегулирования вынуждена была работать в непредвиденном режиме.

После того, как тень покинула место стоянки лунохода и, наконец, появилось Солнце, включился радиокомплекс «Земля-борт-Земля». Сеанс проходил с большим, чем обычно, напряжением. Одна за другой придирчиво проверялись системы лунохода, работа его основных узлов. Отклонения от предельных норм не наблюдалось, лишь немного понизилась ёмкость аккумуляторной батареи из-за отсутствия во время затмения тока заряда.
Луноход приступил к выполнению научно-технических экспериментов, предусматривавших тщательное изучение системы двух кратеров, к которым он вышел в конце предыдущего лунного дня. В соответствии с намеченной программой и условиями освещения лунной поверхности Солнцем, были разработаны маршрут движения и программа исследования.

Изучение системы кратеров началось 9 марта с объезда полукилометрового кратера по северо-восточной части его кромки, после чего луноход пересёк его по северному склону и вышел на западную границу в зону выброса лунного грунта. Затем опустился по склону двухсотметрового кратера и выполнил стереоскопическую съёмку его дна. Движение проходило в исключительно трудных условиях, путь был загромождён большим количеством камней и вторичных кратеров. Несмотря на то, что общее время движения было существенно меньше, чем в предыдущие дни, было пройдено 2004 м, больше, чем в любой другой день. Увеличение средней скорости движения было обеспечено накопленным опытом его экипажа и группы управления. Работа продолжилась 6 апреля. В день космонавтики 12 апреля луноход попал в кратер с очень сыпучими, крутыми краями. Выбраться из него было очень сложно. Пробуксовка колёс достигала 90%, углы наклона до 24°. Вот как вспоминал эту ситуацию заместитель технического руководителя ГОГУ Гарри Николаевич Роговский: «Мы никак не могли вылезти из этого кратера. Идём по стенке, а нас сносит вниз. А движение проходило во время лунного дня, когда солнышко стояло высоко. Обязательное условие при этом: панель солнечной батареи должна быть освещена, чтобы вырабатывать энергию для зарядки аккумуляторов и питания всех систем. Панель закрывалась только на время ночи для сохранения тепла. Для того же, чтобы выбраться из этого кратера, мы были вынуждены закрыть её. Риск был большой, так как мы нарушали тепловой баланс. Окончательное решение принимал именно экипаж. Закрыли, вылезли из кратера, открыли. Все закончилось благополучно».

Британская газета «Таймс» поставила под сомнение достоверность существования «Лунохода-1». Однако директор английской обсерватории «Джодрелл Бенк» профессор Б. Ловелл публично опроверг этих фальсификаторов, заявив, что в течение всего предыдущего дня, то есть спустя пять месяцев после посадки «Луны-17», обсерватория регулярно принимала радиосигналы «Лунохода-1». В седьмые лунные сутки днём луноход маневрировал в зоне ещё более сложного рельефа: жуткое хитросплетение кратеров и крупных камней. В результате удалось преодолеть всего 197 м пути. Однако ресурс лунохода был не бесконечным. До 18 июня (конец восьмого лунного дня) во всех сообщениях ТАСС говорилось, что состояние служебных систем аппарата «нормальное»; после восьмой ночи «нормальное» изменилось на «удовлетворительное». Дневной проход лунохода резко снизился. По окончании 9-го лунного дня (в середине июня) экипаж И. Фёдорова был отправлен в отпуск.

3 августа пришло сообщение о скоропостижной смерти члена-корреспондента АН СССР, Героя Социалистического Труда, лауреата Ленинской и Государственной премий Георгия Николаевича Бабакина. Некролог был подписан руководителями государства и партии, видными учёными и конструкторами. Секретность была снята, и имя Г.Н. Бабакина стало известно всем - как всегда, посмертно.

На следующий день группа управления и экипаж «Лунохода-1» отправили телефонограмму: «Глубоко скорбим в связи с преждевременной утратой сердечного и доброго человека, настоящего коммуниста, учёного, так много сделавшего для развития науки и техники... "Луноход-1" останется на Луне вечным памятником нашему горячо любимому и уважаемому Георгию Николаевичу Бабакину».

В 10-й лунный день (2-16 августа) успешно выполнялась программа, предусматривавшая детальное изучение работоспособности всех систем и агрегатов лунохода в различных режимах работы после многомесячного пребывания на Луне. С целью более точного отождествления одних и тех же деталей лунной поверхности на смежных панорамах съёмка исполнялась с разных точек на расстоянии 20-30 м. Общее пройденное расстояние увеличилось до 10 452 м. Максимальный ток солнечной батареи упал до 2,3 А, а ёмкость аккумуляторной батареи - с расчётных 200 до 128 А/ч.

Ещё в более сокращённом режиме работали в 11 -й лунный день. Это было напряжённое и в моральном отношении тяжёлое время - каждый сеанс мог оказаться последним. Ёмкость аккумуляторной буферной батареи продолжала падать. К тому же телеметрия показала, что температура в приборном отсеке повысилась до предела. 14 сентября 1971 г. в 16 ч 05 мин начался завершающий сеанс. «Луноход-1» был установлен на практически горизонтальной площадке в таком положении, что уголковый светоотражатель мог обеспечивать многолетнее проведение лазерной локации лунохода с Земли. За этот день он прошёл 88 м.

30 сентября, в 12-й лунный день, луноход на связь не вышел. 4 октября 1971 г. работа завершилась. По всей вероятности, активное существование лаборатории прекратилось из-за недостаточной ёмкости аккумуляторной батареи и выработки ресурса изотопного источника. В результате за лунную ночь 15-30 сентября температура внутри приборного отсека недопустимо понизилась, и электронная аппаратура вышла из строя.

За одиннадцать лунных дней (10,5 земных месяцев) были успешно выполнены все поставленные задачи. Запланированное время эксплуатации «Лунохода-1» было превышено более чем в 3 раза. Суммарная длительность активного существования составила 301 сутки 06 ч 37 мин. За 157 сеансов с Землёй было выдано 24 820 радиокоманд. Лаборатория прошла 10 540 м, что позволило детально обследовать лунную поверхность на площади 80 000 кв.м. Углы подъема при преодолении небольших, трудно различимых кратеров, достигали 15-25 град. На крутых подъемах буксование колес достигало 70%, но аппарат ни разу не застрял в рыхлом лунном реголите, толщина слоя которого (до твердого основания) составляла 1-6 м. В среднем по трассе буксование не превышало 10%.Телефотометры передали на Землю 211 лунных панорам, телекамеры -25 тысяч фотографий. В 537 точках определили физико-механические свойства грунта Луны, а в 25 местах провели его химический экспресс-анализ.

Важнейшей особенностью экспедиции «Луноход-1»стал объём полученной научной информации фундаментального и прикладного характера. На борту «Лунохода-1» была установлена следующая научная аппаратура: газоразрядные счетчики, детекторы заряженных частиц, рентгеновский телескоп, рентгеновский спектрометр «Рифма» для определения элементного состава грунта, уголковый лазерный отражатель для лазерной локации Луны, комплект температурных датчиков. Кроме того, имелись аппаратура и оборудование двойного назначения - служебного и научного.

Наш «Луноход», один из двух, оставшихся на ночном светиле с начала 1970-х годов, стал весьма необычным лотом на аукционе «Сотбис» в 1993 году. Казалось бы, кого заинтересует эта мертвая, замерзшая конструкция, которую невозможно ни эксплуатировать, ни доставить на Землю? Тем не менее, российская фирма выставила «Луноход» на торги. Понимая, что продают нечто виртуальное, предприятие назначило почти символическую начальную цену – всего 5 тыс. долларов. Самое удивительное, что стоящий на Луне аппарат захотели купить сразу несколько человек. Цена в ходе торгов росла с космической скоростью – 10 тыс., 20, 30, 40… Победу одержал американский коллекционер космической техники, создатель компьютерных игр Ричард Гэрриот. Он купил «Луноход» за 68 500 долларов.
«Да, это наше детище, – заявил руководитель пресс-службы предприятия Михаил Шерстнев. – Но на аукционе аппарат продавали не мы. Сами с изумлением узнали о торгах из СМИ. Может, какая-то другая организация российской космической отрасли…»
Вот так фокус! Кто же эта таинственная фирма, запросто продающая за рубежом недостягаемый «Луноход»? Что ж, обратимся к документам аукциона. Руководители НПО имени Лавочкина, видимо, наивно полагают, что на торгах строго засекречивают сведения о собственниках продаваемой космической техники. На самом деле, информация эта вполне доступна. Так вот, название фирмы точно указано в документах «Сотбис»: Lavochkin Science Industry Association (Научно-производственное объединение имени Лавочкина). Зачем же пресс-служба вводит в заблуждение журналистов?
Не думаю, что это инициатива Шерстнева. Скорее всего, он получил жесткое указание от начальства. Может, и сам не знает правды. Но вот руководителям предприятия, видимо, не хотелось бы признаваться в этой продаже. Ведь, строго говоря, «Луноход» – собственность вовсе не завода, а советского государства, финансировавшего на протяжении многих лет проект. За несчастные 68 тыс. долларов престиж страны существенно пострадал. «Чей самоходный аппарат стоит на Луне?» – спросит школьник где-нибудь в Америке или Германии. И получит ответ: «Американский! Правда, был когда-то советским, но из-за своей нищеты русские продали его за бесценок…»
Зачем всё-таки в 1993 году на аукционе, о котором могли не знать и наверняка не знали богатые и экстравагантные потенциальные российские покупатели — тогдашние «малиновые пиджаки» был куплен виртуальный для земной реальности предмет? Чтобы этой виртуальной покупкой реально оплатить что? Уж не возврат ли из России того вещества, в количестве 29 гр., которое выдавалось за американский лунный грунт? Предположение это вполне обоснованное и логичное, поскольку ни одного грамма из 29 якобы переданных СССР американцами, сейчас в России обнаружить так и не удалось. Что это за странная сделка для практичных американцев? Вероятно, это действительно сделка, прикрывающая вывоз поддельного американского грунта назад в США…


Источники:

1. Довгань В. Г. Лунная одиссея отечественной космонавтики. От "Мечты" к луноходам / В. Г. Довгань. – Ростов-на-Дону : Изд-во ЮФУ, 2015;
2. Лунный грунт из Моря Изобилия. — М.: Наука, 1974;
3. Шесть лет и вся жизнь конструктора Г. Н. Бабакина : воспоминания отечественных исследователей Космоса / [авт.–сост. И. Л. Шевалев]. – Химки (Моск. обл.) : [Москва : Арт-Бизнес-Центр], 2004;
4. Интенетпроект ГЕОХИ РАН;
5. Интернетпроект "Исследование Солнечной системы" _h_t_t_p_:_//_galspace_._spb_._ru_/_index_110-1_._html;
6. Фигура Луны и проблемы лунной топографии. Сборник статей, Наука. М., 1968;
7. Первые панорамы лунной поверхности. Том 1, 2. Наука. М.1969;
8. Передвижная лаборатория на Луне ЛУНОХОД-1. Том 1, 2. Наука. М.1978;
9. Современные представления о Луне, Академия Наук СССР. Институт космических исследований. М.: Наука, 1972;
10. Кратеры Бабакина, М.Борисов, Знание. М.1982;
11. Передвижение по грунтам Луны и планет, В.В.Громов и др., Машиностроение. М.1986;
12. Планетоходы, Кемурджиан А. Л., Машиностроение, 1993;
13. Зонды исследуют лунную трассу. Машиностроение. М.1969;
14. Карта Луны, издательство ВАГО, 1967;
15. Георгий Николаевич Бабакин : [книга-альбом] / [авт.-сост.: М. Лукичев, Н. Шаульская]. – Ярославль : РМП, 2014;
16. Автоматические станции для изучения поверхностного покрова Луны / [А. Л. Кемурджиан [и др.]]. – Москва : Машиностроение, 1976;
17. Актуальные вопросы проектирования автоматических космических аппаратов для фундаментальных и прикладных научных исследований / [сост. В. В. Ефанов]. – [Химки : НПО им. С. А. Лавочкина], 2015;
18. ВНИИтрансмаш – исследованию космоса / [гл. ред. Э. К. Потемкин]. – Санкт-Петербург, 2003;
19. Лунный грунт из Моря Кризисов / [отв. ред. В. Л. Барсуков]. – Москва: Наука, 1980;
20. Черкасов И. И. Грунт Луны / И. И. Черкасов, В. В. Шварев. – Москва: Наука, 1975;
21. Черток Б. Е. Ракеты и люди. Лунная гонка / Б. Е. Черток. – Москва: Машиностроение, 1999;
22. Конюшая Ю.П. Открытия советских ученых - Москва: Московский рабочий, 1979;
23. Russian Space History. Property of the Industries, Cosmonauts, and Engineers of the Russian Space Program. Catalogue. SOTHEBY′S, December 11, 1993 - New York.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Очерк
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 18
Опубликовано: 25.11.2020 в 19:04
© Copyright: АлексейНиколаевич Крылов
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1