И был ли то Ангел. Часть 1: Вместо пролога


И был ли то Ангел. Часть 1: Вместо пролога
За три года, до сейчас
        Вся эта история началась задолго до того момента, о котором я хочу поведать. Но, не сказав пару строк о недавнем прошлом, трудно будет передать все душевное, моральное и физическое состояние тех, о ком будет идти речь. Совпадение имен, фамилий и географических положений, это просто чистая случайность, подсмотренная автором у закономерности…
        Восемнадцатый день рождения… Один из самых паршивых и ненавистных дней в году юной жизни Змеевой Амины Александровны, когда хочется всех и вся послать на туда, куда верблюд без валенок не осмелится отправиться. Полгода, как не стало отца. Мать с регулярным постоянством кубрячилась со своими «друзьями» где придется в доме или, вернее, до того места, куда хватило терпения дойти. Нет, она не та, о ком может подумать читатель. Просто у матери необычно повышенная потребность. Оно демоническое, это ее желание мужской близости.
        Секс на мраморных ступенях, ведущих в верхние этажи дома, на краю бассейна, в спальне, ну и, конечно же, на огромном диване, покрытом темно-коричневой кожей, в отцовском кабинете. Здесь мать предавалась утехам с особым, извращенным наслаждением, злобно и осуждающе, с презрением и обидой глядя на огромный портрет своего, так рано ушедшего мужа. По ее лицу растекались и смешивались гримасы наслаждения и слезы нечеловеческой горести. Всего этого Амине видеть воочию не доводилось.
       Единственным светлым и теплым лучом солнца для Амины всегда был, есть, да и, пожалуй, будет старший брат Женя. Он живет отдельно уже очень давно. Не один ее день рождения он не пропустил ни разу. Его подарки были великолепны по своему содержанию. Всегда, в любое время суток, в любое время года, брат спешил к ней на помощь, стоило его лишь позвать. Женька – чародей от бога, он всегда нес людям добро и пользу и, главное, здоровье, работая хирургом.
***
      Мать оплатила сегодняшний праздник для своей дочери в том симпатичном элитном кафе. Собрались много друзей и знакомых Амины. В основном это дети хороших или нужных людей Елены Павловны Змеевой. И только Лиду Рогову Амина считала своей подругой, самой настоящей и преданной. Поэтому, когда корпоратив был в полном разгаре, а подвыпившие, слюнявые, похотливые подростки, кто постарше, начали бросать сальные взгляды на виновницу торжества и ее подружку, Змеева, подхватив под локоток Лидочку, увела на улицу к ожидавшему их такси.
– Пусть без нас тут все продолжается, все оплачено, – презрительно оглянулась на удаляющееся заведение, пояснила Амина подружке.
Подруга была доставлена домой в целости и сохранности, а Амина набрала номер Жени.
– Что-то случилось, ангелочек? – обеспокоенно спросил брат.
– Жень, я сбежала. Там все так противно и все так похабно. И еще эти слюнявые, озабоченные избытком спермотоксикоза, лезут целоваться и норовят лапать за задницу. Мерзость.
– Аминка-витаминка, – он хохотнул. – Для них это нормально. Ну, не в смысле, что это нормально, а в том, что… Ну, возраст, – Женя подбирал слова.
– Ой, да ладно. Можно подумать, я не знаю, чего они хотят. А тебе, как врачу, вообще давно пора все объяснять, не стесняясь своей младшенькой сестрички. Вот.
– Может ты ко мне? У меня всегда есть комната для тебя, сестренка. – Женя подумал, что сестре в день рождения не следовало бы возвращаться домой.
– Нет, спасибо.
– Уверена?
– Я рада была услышать твой голос, Женька. Сладких тебе сновидений, чародей.
– И тебе, ангелочек, – ответил брат.
        Она взбежала по лестнице на второй этаж в свое крыло их загородной резиденции и быстро стянула с себя всю одежду до нага. Посмотрелась в свое отражение и осталась вполне довольной увиденным. Достала из-за зеркальной двери шкафа белый махровый халат с вешалки, погрузив в его мягкую атмосферу себя, взяла трусики с полки и пошлёпала мягкими тапками по коридору, в отцовский кабинет, а из него в библиотеку.
       Амина обожала ванную комнату, что была смежной с библиотекой. После ванны она обязательно засядет за «Проклятых королей» Дрюона, пока не захочется провалиться в сон. С каким наслаждением она отмывала горячей водой свое тело, что казалось ей буквально липким от всех тех прикосновений и взглядов. Приняв ванну, она отправилась читать.
        Девочка сидела в кресле и читала. На голове полотенцем завернутые волосы, невероятная нега удовольствия, одиночества между ней и книгой. Тишину вдруг нарушило легкое сопение, доносящееся из кабинета. Амина оторвала взгляд от строк, прислушалась, отложила книгу на столик и тихо подошла к приоткрытой двери в кабинет.
       Спиной к ней спала мать. Ее прекрасное загорелое тело в сумраке помещения и темноты дивана вырывалось белым пятном трусиков и полосой бюстгальтера. Амина потянула ноздрями воздух, принюхиваясь. Пары алкоголя неприятно защекотали ее обоняние, девочка досадливо поморщилась. Собралась сходить за пледом, чтобы укрыть мать, но тут послышались чьи-то шаги.
        Интуитивно она подалась всем телом назад, выключила настольную лампу и замерла, укрытая темнотой, но при этом наблюдая за происходящим в кабинете. Вошел незнакомый молодой мужчина в джинсах, кроссовках и футболке невероятно болотного цвета. Он по-хозяйски включил свет и подошел к дивану, стал смотреть на спящую женщину. Амина вновь принюхалась. В нос ударил кислый запах пота, смешанный с запахом никотина заядлого курильщика, а также пивной перегар.
       Девочка смотрела на незнакомца, который правой рукой начал мять у себя между ног. Затем до ее ушек долетел звук открывающейся молнии брюк. Девушка напряглась всем телом, усиливая и обостряя зрение и слух. Ей уже доводилось видеть в журналах, которые приносила Лида, мужской член. Один раз подруга ей открыла порно сайт в интернете, и это было нечто невероятное.
       Пальцы немаленькой ручищи обхватили ствол у основания, плавно двигаясь вдоль члена вперед и назад, оголяя и пряча плоть. Эта штука росла прямо на глазах Амины. К прежним запахам добавились новые, будоражащие чувства внутри самой наблюдательницы. Ее дыхание стало чуть учащенным и слегка протяжным. Легкое, будто порхающее чувство внизу живота. Она уже испытывала смутно похожие ощущения, когда вдвоем с подругой они, запершись в комнате, просматривали страницы откровенных фотографий для взрослых.
       Сейчас же она почувствовала в себе распаляющееся тепло, легкую дрожь в ногах, а также влагу в промежности. Рука инстинктивно скользнула между ног, коснулась мокрой ткани. По лицу заструился румянец стыда, но пальцы продолжали скользить по мокрым трусикам. И от этого прикосновения по всему телу словно пробежался электрический разряд. Амина успела прикрыть рукой свой рот, чтобы стон не был услышан, при этом аромат от руки заставил ее покачнуться, ее голова слегка закружилась от приятного запаха.
        Острое зрение настолько приблизило все происходящее, что девочка отчетливо видела каждую жилочку на мужском органе, зависшую капельку смазки на краю подрагивающей головки. Запах мужчины, усиленный в десятки раз, не на шутку возбудили юное создание.
       Между тем рука мужчины нагло погрузилась сзади между ног женщины и плавно заскользила поверх белья. Раздался легкий стон матери, пребывающей во сне. Несколько секунд и разгоряченный мужчина резко обхватил женщину за бедра, одним коротким рывком поставил перед собой на колени, широко их расставив. Не успела она проснуться от такого вероломства, как правая рука проскользнула между ног и пальцы нагло сгребли и сжали в пригоршне пышный лобок женщины. Короткое и протяжное: «А-а-ах!» сорвалось с губ Елены Павловны, при этом спина прогнулась, как у кошки и таз подался навстречу мужчине.
        Амина видела мокрые трусики своей матери, чувствовала запах ее смазки и ощущала, как пульсирует ее влагалище от безумного возбуждения. При этом она сама интенсивно ласкала свой затвердевший возбужденный клитор. Неизвестный не утруждал себя лишними хлопотами. Его сильные руки коротким рывком разорвали ткань белья, обнажив набухшую от возбуждения, мокрую промежность и пульсирующее при каждом прикосновении рук к телу, коричневое колечко заднего прохода.
        Левой рукой мужчина прижал женщину головой к дивану, а правой направил напряженный член во влагалище и сильным толчком вошел в нее. По кабинету пронесся сладострастный стон. Рука Амины скользила под трусиками между влажных лепестков губок и вниз, а затем вверх – по шелковистым, волнистым завитушкам мягких волосиков, на покрывшийся молодой порослью лобок. Дрожащий пальчик вновь замер на отвердевшей горошинке клитора.
      Между тем действие превращалось в некое сплетение тел, чувств, возбудившихся диких инстинктов. Какофония звуков, ритмичных сильных шлепков тела о тело, дыхания, стонов, хлюпанья смазки.
       Девочка не только видела совокупление этой пары, вдыхала букет ароматов секса, но буквально чувствовала и, словно в рентгеновских лучах, видела, как смазанные стенки влагалища сжимают весь ствол погруженного члена. И раньше на долю секунды, чем сама женщина успела счастливо-протяжно простонать, созерцала оргазм внутри матери, при этом испытав свой первый, горячий и яркий. Ее буквально скрутило. Амина тихонько осела на мягкий ковер и замерла, продолжая наблюдать, что будет дальше.
         Наглец вышел из Елены Павловны, его плоть, обильно смазанная и блестящая, подрагивала в сжимающей руке. Возбужденный, он качнул слегка член, а затем, без подготовки резко с силой вошел полностью в задний проход бедной женщины. Амину пронзила вся та острая, дикая, разрывающая тело боль, что пронзила ее мать. И тут же невероятный, нечеловеческий вопль боли наполнил кабинет, словно огромную сферу из толстостенного хрустального стекла.                        Девочка отчетливо увидела, как у основания члена, по его стволу потекли струи крови. Миг и она стояла на ногах, а ее волосы развивались в электрическом сиянии абсолютно сухие.
       Мать Амины также с невероятной силой сбросила с себя насильника, фурией возвышалась над ним лежащим на полу у нее между ног, по которым тонкими зигзагами прорисовалась кровь.
– Ты! Мерзкий примитив, – не обращая внимания на боль между ягодиц, угрожающе шипела Елена Павловна. – Чего тебе не хватало? За что ты так со мной?! Я тебе что, скотина? Ишь как тебя раззадорило, меня в зад насиловать сподвигло. Вон как он у тебя вздыбился… Будь ты хоть чуточку ласков и нормальным, разве ж я бы отказала, а ты решил взять силой, да еще так изуверски. Ну да я отблагодарю за унижение и боль. Ел с моих рук, в деньгах, роскоши купался и после всего этого, вот так меня. Одно название, примитивный. – Ее глаза налились тьмой, бездонной и непроглядной.           Лежащий у ее ног сложил молитвенно руки, с ужасом смотрел вытаращенными от страха глазами, на свою бывшую любовницу. – С этой минуты и на тридцать лет вперед, такая эрекция тебя будет посещать, как по большому празднику, в предзакатное время на час, каждое двадцать девятое февраля. Вот тогда и успевай трахнуться на долгий срок. А теперь –пошел вон из моего дома! – она с размаха сильно пнула лежащего, он тряпкой скользил по натертому паркету к дверям.
– С днем рождения, ангелочек, – обернулась мать в сторону библиотеки, когда утихли последние звуки закрывающихся дверей вслед убегающего мужчины.
– У тебя кровотечение, мама. Позволь мне тебе помочь.
– Прости, что так плохо тебе пришлось познакомиться с первой демонстрацией секса. Все должно было пройти идеально… И да, помоги мне, пожалуйста, – она повернулась к дочери задом, прогнулась вперед, упершись руками на диван.
     Руки Амины легли на ягодицы Елены Павловны, а вслед за этим последняя почувствовала легкий ветерок горячего дыхания, при этом боль уходила, а раны затягивались.
– Спасибо родная, – поцеловала благодарная мать.
– Это было так необходимо?
– Наступит день инициации, ты лишишься девственности, а значит, произойдет выбор твоей сущности. Ты обязана знать и все уметь.
– Когда это произойдет? И кем я стану? Демонессой, как ты, или чародейкой, а может ведьмой? Кем?
– Я не знаю, кем ты будешь, но сейчас ты наш ангел. Мой и твоего непутевого брата.
– Нет, Женя… он хороший, – нежно улыбнулась матери Амина.
– Я знаю. Но не стоит так помогать людям. Он уже через многое прошел, а впереди его ждут огромные испытания.
– Ты ведь ему поможешь?
– Безусловно, но только столько, сколько возможно сделать это для него не заметно.
– Так когда, мама?
– Я не знаю. Скоро, но точно не знаю. Ну, а пока буду тебя периодически знакомить с этой премудростью.
– А попробовать?
– Не наглей и не забывайся, ангелочек, – мать нежно шлепнула ее чуть ниже спины. – А сейчас сходи, подмойся, а то от тебя такие ароматы, что я вновь возбуждаюсь, могу сама тебя изнасиловать. Струями душа не балуйся и отправляйся спать.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Эротика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 20
Опубликовано: 22.08.2020 в 15:14







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1