Брюхатые атлеты


По мрачному виду начальника ГОВД* подполковника милиции Вячеслава Калача, сидевшего под портретом рыцаря революции Феликса Дзержинского за длинным Т-образным столом с гирляндой телефоном, офицеры поняли, что он не в духе. Пробежав беглым взглядом по лицам сотрудников, подполковник сообщил:
— Только что из УВД позвонил генерал-майор Жорич и, как председатель физкультурно-спортивного общества «Динамо», упрекнул нас за низкие показатели в физической подготовке личного состава. К нашей огневой подготовке больших претензий нет. Оно и понятно, ведь желающих пострелять по мишеням из пистолетов Макарова, Стечкина, ТТ и автомата Калашникова предостаточно. А вот заняться физзарядкой и строевой подготовкой подчиненных калачом не заманишь. Милиция не институт благородных девиц, а вооруженный отряд партии и народа. Поэтому, кто не умеет — научим, а кто не хочет — заставим заниматься физкультурой и спортом или признаем профнепригодным, уволим на стройки народного хозяйства.
— Товарищ капитан, — он обратился к начштаба Сергею Дорошенко. — Завтра в семь часов утра построение личного состава на стадионе «Авангард» для сдачи зачетов по служебно-прикладных видов спорта: Приказываю всем офицерам обеспечить максимальную явку, за исключением сотрудников, находящихся на дежурстве, в командировках, отпуске или госпитале. Для укрепления правопорядка, уменьшения количества «сухарей»* мы должны быть не только умнее, но и сильнее потенциальных преступников. Тем более, что ожидается инспекторская проверка. Номера с «медвежьей болезнью» не пройдут. Лично разберусь с каждым симулянтом и сделаю оргвыводы. Ясно?
— Так точно! — ответили офицеры.
Рано утром горожане были озадачены скоплением блюстителей на стадионе «Авангард», где проводили тренировки и матчи футболисты местного машиностроительного завода.
— Становись! Равняйсь! Смирно! — залпом прозвучали команды из уст Сергея Дорошенко. Он обернулся к стоявшему рядом Калачу и доложил:
— Товарищ подполковник, по вашему приказу личный состав построен!
— Вольно! — зычно произнес начальник ГОВД. — Сегодня вам предстоит сдача нормативом по некоторым видам служебного многоборья, в частности, кросс на один километр и бег на дистанцию сто метров. На следующем занятии кросс на три километра. Посмотрим, на что способны? Не ударьте лицом в грязь!
На правом фланге Калач, словно на громоздкий куль, наткнулся на Захара Бояркина. Подойдя вплотную, как по тугому барабану, хлопнул ладонью по упорно выпирающему животу старшины и крикнул:
— Смирно! Живот подобрать, руки по швам, подбородок вверх!
Как ни пыхтел Захар, раздувая пухлые хомячьи щеки, но брюхо было безучастно к его тщетным потугам, оно жило само по себе.
— Старшина, займитесь, хотя бы легкой атлетикой, а также, самбо и приемами рукопашного боя, — рекомендовал начальник. — Это касается и других не в меру упитанных сотрудников. Разъелись, как будто все члены команды пердунов сумо. Портупея, не говоря уже о парадном мундире и ремне, на животах не сходится. Придется от брюха избавляться или заказывать портупеи по индивидуальным параметрам.
— Товарищ подполковник, да сколько у нас тех праздников, чтобы одевать парадный мундир? — возразил Бояркин и сам же ответил. — Всего один, 10 ноября —День советской милиции. А во время других красных дат календаря, когда народ пьет, ликует и поет, мы на службе, обеспечиваем правопорядок. Верно, ваш водитель Божков однажды подметил: Когда народ веселиться, милиция походит на свадебную лошадь, у которой голова в венке, а задница в мыле» Ха-ха-ха! Не бровь, а в глаз!
По строю прокатился смех.
— Отставить ржание и шум, у нас не балаган, небал-маскарад.
— У Захара «трудовой мозоль», натертый за долгие годы безупречной службы, от него тяжело избавиться, — с иронией произнес начальник угрозыска капитан Анатолий Винник, атлетически стройный, энергичный..
— Возьми его и других обладателей «мозолей» на стажировку в свой отдел, — предложил подполковник.
— Завалят дело, проблем не оберешься, — возразил Анатолий. — Для оперов главный показатель раскрываемость преступлений, а они в этом деле ни в зуб ногой.
— В угро мне делать нечего, — хмуро проворчал Бояркин и посетовал. —Кому взбрело в голову, поделить атлетику на легкую и тяжелую? Какая же она легкая, если все равно приходиться надрываться и потеть?
— Ну, держись! Мне надоело краснеть перед генералом?! — вспылил начальник. — Я из вас сделаю гвардейцев. Каждое утро буду лично принимать зачеты по сдаче нормативов служебного многоборья. Явка обязательна, симулянтов ждет наказание. Стыдно смотреть, не работники доблестной милиции, а брюхатые тюфяки, завсегдатаи пивных баров…
Это не первое и не последнее соломоново обещание взбодрить и наказать личный состав воспринял совершенно спокойно, потому что Калачу, как тому плохому танцору, всегда мешали, то очередное преступление, то другие неотложные дела.
После общей физзарядки Дорошенко поочередно вызывал сотрудников подразделений на старт километрового кросса. Первыми к финишу устремились сотрудники угрозыска, следствия, ОБХСС*, участковые инспектора, гаишники, милиционеры патрульно-постовой службы и медвытрезвителя.
Я бежал в одной группе с Калачом, его заместителем Жуняевым, начштаба Дорошенко и медвытрезвителя Недбаем. Нашими соперниками были сотрудники ОВО* во главе с майором Роговым. На первом же повороте беговой дорожки вокруг футбольного поля мы их обошли.
Сохраняя ровный темп бега, я старался не отстать от начальника ГОВД. Пересекли линию финиша в тот момент, когда наши упитанные соперники, едва преодолели две трети дистанции. Группу аутсайдеров замыкал старшина Бояркин. Я увидел, как благодаря стокилограммовому весу, он набрал скорость, и не вписался в поворот. Издалека он был похож на перемещающийся бочонок.
Вдруг на крутом вираже старшину занесло, он ядром скатился на обочину. Поднялся и, не спеша, дошел до финиша. Еще двое, столь же тучные охранники, чередуя бег с ходьбой, сошли с дистанции.
Стирая с красного, словно фонарь, лица пот, Захар сконфуженно пояснил:
— Не удержал равновесие, по инерции занесло. Хоть из кожи лезь, а все равно за временем не угнаться.
— С треском провалил сдачу нормативов, — констатировал подполковник.
—Мне на Олимпиадах и чемпионатах не выступать, — вздохнул старшина.
—Вдруг придется преследовать преступника. При такой степени ожирения вряд ли ты его догонишь, — посетовал подполковник, но бывалый служака нашелся с ответом:
— Зачем гнаться, сломя голову и высунув язык, когда в руках автомат или пистолет? Пуля любого чемпиона догонит и перегонит. Я — ветеран милиции, для резвости годы уже не те. В отделе есть молодые рысаки. Вот с них и требуйте, чтобы не баклуши, а рекорды били.
— Не умничай, а то покажу, где раки зимуют, — осадил его Калач. — Переведу на службу в медвытрезвитель . Там не придется мух ловить, пьяниц в городе, хоть пруд пруди. Запаришься грузить и доставлять их в камеры, быстро жир спадет.
— Товарищ подполковник, мне общение с алкашами противопоказано, аллергия на запахи сивухи, спиртного, — встревожился мрачной перспективой Захар.
— Ничего, коль ты не способен угнаться за грабителем, то повоюешь с пьяницами и тунеядцами, А то до аллергии, клин клином вышибают. Перемена пойдет на пользу.
—Вячеслав Георгиевич, — вкрадчиво промолвил старшина. — У меня жена, дети, внуки. Поймите, глупо, ради посмертной славы,  подставлять грудь под бандитские пули и ножи. После сериалов «Рожденная революцией», «Место встречи изменить нельзя», «Следствие ведут знатоки», всем известно, что, как поется, наша служба и опасна, и трудна…
— Об этом и раньше было известно, — усмехнулся подполковник, а Бояркин продолжил с завидным упрямством:
— При задержании вооруженного преступника, чтобы самому не оказаться в гробу, лучше перестраховаться и первым выстрелить на поражение.
— Наказание за преступление должно быть неотвратимо. Поэтому преступника следует брать живьем и лишь в крайнем случае применить оружие. Следователю для возбуждения уголовного дела нужен не очередной труп, а обвиняемый.
— У следователя будет меньше, не потребуются допросы, очные явки, все убытки спишет на труп и закроет дело, — возразил Захар.
— Тоже мне знаток юриспруденции? — нахмурился Калач. — Прекрати спор! Так уж и быть, для ветерана милиции делаю исключение. Разрешаю повторить попытку.
— Спасибо за доверие, но силы на исходе, — с обидой в голосе признался старшина. — И так много энергии затратил, необходимо ее восполнить.
— Тогда подтянитесь пять раз на перекладине.
Захар не посмелел ослушаться начальника. Подошел к перекладине, подпрыгнул, ухватившись руками. Она прогнулась под тяжестью его тела. Из последних сил один раз подтянулся и повис, как мешок с песком.
— Отставить! — сжалился Калач, с досадой махнул рукой.
После кросса состоялись зачеты по бегу на сто метров, метанию гранаты и ядра, прыжкам в длину и в высоту…Вячеслав объявил результаты соревнований между подразделениями:
— Победителями в командном зачете признаны сотрудники угрозыска. Под стать им выступили следователи, сотрудники ОБХСС, занявшие второе и третье места. Этих спортсменов включим в состав команды для участия в областной спартакиаде динамовцев. К сожалению, огорчили сотрудники вневедомственной охраны, занявшие последнее, восьмое место. Не выдержав накала борьбы, из-за избыточного веса сошли с дистанции брюхатые бегуны. Капитанам Виннику и Беккеру, старшему лейтенанту Котову за физическую подготовку подчиненных объявляю благодарность.
Он обернулся ко мне и велел:
— Замполит, обязательно отметить отличившихся и неудачников в газете «На страже правопорядка». Страна должна знать своих героев.
Перевел дыхание и, взирая на шеренгу тучных охранников, сломавших линию строя, с иронией изрек:
— Пивные животы, берите пример с сотрудников угрозыска! На них любо-дорого поглядеть, как на подбор. Стройные, энергичные, легкие на подъем, исповедуют принцип: сыщика, как и волка, ноги кормят. Понимают, что при избыточном весе, медлительности за преступником не угнаться.
Подполковник отыскал взглядом начальника ОВО Евгения Рогова и приказал:
— Товарищ майор, срочно займитесь внешним видом, закалкой своих подчиненных. В критических ситуациях при отражении нападения грабителей, их преследовании, избыточный вес, неповоротливость могут привести к трагическому исходу.
— Специфика работы моих подчиненных связана с малоподвижным образом жизни, — посетовал майор. — Во время несения службы на охраняемых объектах, то стоят, то сидят, поэтому обрастают лишним жиром. Следует учесть и тот факт, что в основном охраняют предприятия пищевой промышленности: мясокомбинат, консервный, винный и молочные заводы, базы и склады с продовольствием, дефицитными товарами, поэтому проблем с харчами не испытывают. Не уподобляться же им глупому сапожнику без сапог, когда под руками обилие продуктов?
— Потреблять пищу следует в меру. А для сжигания лишнего жира есть стадион, спортзал, плац, — напомнил Калач. — После дежурства у каждого охранника двое суток свободного времени. Пусть не ленятся, а займутся физической закалкой.
— Предлагаю нескольких охранников перевести на стажировку в угрозыск, — проявил инициативу Михаил Котов.
— Завалят дело, — возразил Анатолий Винник. — Упадет процент раскрываемости преступлений, а это основной показатель работы милиции. Бери их под свою опеку.
Бояркин без проблем продолжил бы тянуть служебную лямку, если бы не приключение. Спустя двое суток, сменившись с ответственного поста, решил позабавиться, прогнать скуку. Его осенила оригинальная идея.
На свалке расположенного рядом рынка он подобрал консервные банки из-под кильки и тюльки, сцепил их медной проволокой. Потом, оставшимся от трапезы бутербродом, приманил одну из тощих бродячих собак. И пока пес с жадностью проглатывал пищу, Захар изловчился и привязал к облезлому хвосту гирлянду банок. Угрожающе замахнулся, пес отскочил, загремели банки-жестянки.
Преследуемый дребезжащими звуками, сопровождаемый лаем, набежавших со всей территории рынка бездомных сородичей, пес выбежал на улицу. Это зрелище захватило прохожих. Бояркин, откуда и прыть взялась, устремился следом. Как малое дитя разразился хохотом, придерживая руками, словно пятидесятилитровый бурдюк, выпуклый живот.
В числе случайных зрителей оказался Калач. Он велел скучающей по экстриму группе захвата, отловить ошалевшего пса, а оперативникам из угрозыска — установить личность хулигана, устроившего «концерт». Свидетелей нашлось больше, чем достаточно и сыщики быстро вычислили затейника. Вскоре старшина предстал перед суровыми очами начальника.
— Эх, Захар, старый служака, белены, что ли объелся? — упрекнул подполковник — До седых волос дожил, а ума не накопил.
— Товарищ полковник, войдите в мое положение, — Бояркин, льстя, повысил начальника в звании. — В постоянном напряжении, истукан, сижу в банке за бронированной дверью. Того и гляди, грабители ворвутся и прикончат. Захотелось снять стресс. За почти тридцать лет безупречной службы накопилась усталость, потребовалась разрядка. Бес попутал, вспомнил о детских шалостях и решил развлечься. С кем не бывает? Виноват, исправлюсь.
— Будет тебе и другим затейникам разрядка, — твердо сказал Калач и слово сдержал. Утром личный состав снова высыпал на стадион «Авангард». Прослышав, что теперь два-три раза в неделю придется потеть-пыхтеть на стадионе, Бояркин, вопреки байке о том, что, если здание милиции сгорит, то старшина пять лет будет сидеть на пепле, подал рапорт об уходе на пенсию по выслуге лет.

P.
S. Ныне в структуре полиции нет ОВО с ее не в меру упитанными сотрудниками. Судя по тому, что команда керченских динамовцев во главе с ветераном МВД, мастером спорта СССР по боксу и служебному многоборью полковником милиции Анатолием Ивашурой с республиканских соревнований без кубков, медалей и призов не возвращается, дела с физической и огневой подготовкой сотрудников на подъеме. Так держать!

* ГОВД — городской отдел внутренних дел.
* ОВО — отдел вневедомственной охраны.
* ОБХСС — отдел борьбы с хищениями социалистической собственности.





Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 23
Опубликовано: 31.07.2020 в 10:32
© Copyright: Владимир Жуков
Просмотреть профиль автора







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1