Быт или бытие – отчего страдают герои в рассказах М. М. Зощенко. Опубл. в Литер газете


Небольшие рассказы, пользующиеся во времена НЭПа исключительным успехом, смешные сценки, похожие на газетные фельетоны, - могут ли они претендовать на право быть настоящей литературой? Сколько в этих рассказах примет быта далеких 20-ых гг. ушедшего века. Понятны ли эти детали сегодня, зачем о них говорить? Эта статья посвящена таким вопросам, которые принято называть «вечными». Именно вечные темы, на наш взгляд, делают произведения Зощенко подлинно большой литературой.
Для разговора мы возьмем самые знаменитые рассказы, входящие в любой том избранного писателя: «На живца», «Воры», Аристократка», Баня», Нервные люди».
Место действия рассказов.
Нетрудно заметить, что место, где разворачиваются события в рассказах Зощенко, продиктованы особенностями быта послереволюционной России. В рассказах писателя человек практически никогда не остается наедине с собой. Герой русской литературы теперь существует преимущественно в публичном пространстве: на площадке трамвая, в фойе театра, перед лицом управдома или начальника особого отдела на транспорте, в вагоне, на коммунальной кухне.
Такое существование диктует более развитую систему общественных отношений. От того, как люди общаются друг с другом, теперь зависит положение человека в мире.
Предшественником Зощенко в постановке подобного вопроса был Достоевский, в произведениях которого, как заметил первым М. М. Бахтин, все время происходят публичные скандалы в общественных местах.
В рассказе «На живца» рассказчик проявляет подлинную заботу о неизвестной ему гражданке, предупреждая ее об опасности. Забота о ближнем - это и христианская черта, и мечта нового, коммунистического мира. Какую же реакцию ждал герой и что получилось из его предупреждения? (Попутно заметим, что несоответствие поведения гражданки тому, чего ждал рассказчик, создает комическую ситуацию. Таков механизм возникновения комического в искусстве).
Он же и оказался виноват. Анекдотическая ситуация тем не менее возникает из трагического несоответствия мира и того, каким мы хотим его видеть. «Провозглашать я стал любви и правды чистые ученья…».
Из рассказа гражданки о том, кто попался на ее приманку, можно сделать один важный вывод: эта женщина видит зло в любом, кто выше нее по социальному положению, в тех, кто моложе, вероятно, умнее. «Старуха, воспитанная прежним режимом», выявляет в других не лучшее, что в них есть, а стремится найти худшее, что может быть в натуре любого человека.
В конце рассказа следует устойчивый мотив произведений писателя: дискуссия в публичном пространстве, в ходе которой были предложены различные ответы на один вопрос. Вопрос о том, почему старуха любит унижать «ближнего». Мы чувствуем, что ни один из трех ответов не может удовлетворить нас, что ответ глубже, трагичнее.
В рассказе «Аристократка» важно заметить, что желание помочь другому и желание осмеять его, публично унизить тоже сталкивается между собой.
Васька-слесарь пожертвовал билет Григорию Ивановичу, несмотря на то, что этот Васька, наверное, не понял бы проповеди о помощи другому. Героиня же заставила Григория Ивановича унизиться, публично «выворотить» себя перед «чистой» публикой. Сцена, в которой рассказчик вывернул карманы и из них посыпалась всякая дрянь, невольно напоминает сцену из «Бедных людей», когда Макар Девушкин на виду перед начальством ползает по полу, чтобы найти оторванную пуговку. Вспомним, что и в рассказе «На живца» старуха публично оскорбила рассказчика.
В дурацкое положение попал и герой рассказа «Воры», и снова на глазах людей.
Так Зощенко вольно или невольно нащупал одну из главных трагедий XX в. - потерю уважения ко всякой человеческой личности.
Тема подозрительности занимает важное место в рассказах Зощенко. Все подозревают всех в мошенничестве, воровстве, обмане, хитрости.
Конечно, невероятная бедность, отсутствие элементарных вещей, постоянное желание что-то достать, получить вне ставших постоянными очередей способствовали этому. У героев нет нормальной обуви – отсюда ситуация с потерей калоши, нет ни сапог, ни карандашей, рваная одежда, не хватает ткани для портянок или простыней. Все это способствует обостренному восприятию важности вещного мира.
Но не это на самом деле мучает писателя и его героев, а именно неуважительное отношение к человеку и его запросам.
В рассказе «Калоша» наивный, немного дурацкий тон речей рассказчика (сказовая манера повествования) помогает увидеть, насколько мал человек перед таким небольшим начальником, как управдом или заведующий складом забытых вещей. Калоша на шкафу в конце произведения становится символом победы вещи над человеком, ее возвышения над ним.
В рассказах Зощенко появляется и своя «земля обетованная» - Америка, да и всякая заграница. «Говорят, граждане, в Америке бани отличные» - так начинается рассказ «Баня». Чем же они хороши, по мысли рассказчика? Он думает, что только совершенством быта. «Помоется этот американец, назад придёт, а ему чистое бельё подают — стираное и глаженое. Портянки небось белее снега. Подштанники зашиты, залатаны. Житьишко!»
А вот мечта о счастливой жизни в рассказе «Воры» «Вот, говорят, в Финляндии в прежнее время ворам руки отрезали.
Проворуется, скажем, какой-нибудь ихний финский товарищ, сейчас ему чик, и
ходи, сукин сын, без руки.
Зато и люди там пошли положительные. Там, говорят, квартиры можно даже
не закрывать. А если, например, на улице гражданин бумажник обронит, так и
бумажника не возьмут. А положат на видную тумбу, и пущай он лежит до
скончания века...»
Казалось бы, вот она цель, сделать жизнь такой, но завершение абзаца – « Вот дураки-то!»
Дураки, раз не пользуются чужим. В самом герое его собственные беды. И в окружающих.
Ход рассказа «Баня» рисует нам не столько бытовые неурядицы, сколько взаимное неуважение людей друг к другу. Начальство бани, опасаясь, что «каждый гражданин настрижёт верёвок — польт не напасёшься», ввело два номерка и не подумало, куда их деть голому человеку. Это создает в рассказе наиболее комическую ситуацию. Но вот еще один эпизод. Герой привязал номерки к ногам. «Номерки теперича по ногам хлопают. Ходить скучно. А ходить надо». Выделим здесь слово «скучно». А вот эпизод из другого рассказа: «Инвалид - брык на пол и лежит. Скучает». Это из «Нервных людей». «Батюшки светы! Хоть караул кричи. Смотреть на такое зрелище грустно», - это уже из рассказа «Электрификация». И скучно, и грустно… Почему простые герои Зощенко говорят языком трагического русского поэта? Потому что в глубине души они страдают от того же, отчего самые образованные герои русской литературы XIX в: от несовершенства мира, от неуважения человека друг к другу, от взаимонепонимания. Это и делает рассказы писателя столь значительными.
Но герои писателя не способны понять это. Им кажется, что мир плох, потому что быт плох. Но кроме быта есть еще и бытие – осмысленная жизнь, жизнь, имеющая какую-то цель. Герои писателя мучаются, потому что нет в их жизни этой цели. Они могут стать «жертвами революции» только потому, что случайно попали на дорогу истории. Могут стать жертвами Пушкина и невзлюбить его, потому что имели несчастье жить в квартире, в которой когда-то прожил какое-то время великий поэт, и теперь там будет музей.
Даже война в их мире приобретает пародийный оттенок. В этом смысл знаменитого рассказа «Нервные люди».
Перед нами и малая гражданская война на коммунальной кухне, и малый негероический эпос, разгоревшийся вокруг «яблока раздора» нового времени – ежика.
Ежик нужен, чтобы чистить примус. А примус в нашем сознании немедленно ассоциируется с образом кота Бегемота. По сути Булгаков писал о том же, о чем и Зощенко: о противоречиях мира и человека – но у ленинградского писателя эта тема полностью растворена в бытовых подробностях жизни, а у Булгакова сгущена в библейских сценах.
Ежик в рассказе намертво прирос к Дарье Петровне и ее мужу. «Вот приходит «жиличка, Дарья Петровна Кобылина, чей ежик… Муж, Иван Степаныч Кобылин, чей ежик, на шум является». Неграмотное «чей ежик» прекрасно работает в контексте рассказа. У этих людей за душой действительно нет ничего, кроме ежика.
Очень интересна тема «амбициозности» героев Зощенко, снова восходящая к героям Достоевского. Амбициозность – это стремление быть ничем не хуже других, признак неуверенности, малости человека в мире.
В рассказе «Баня» герой говорит: «ищу шайку. Гляжу, один гражданин в трёх шайках моется. В одной стоит, в другой башку мылит, а третью левой рукой придерживает, чтоб не спёрли». Зачем этому человеку три шайки? Амбиция. Я сумел их добыть, а ты нет. Я выше тебя.
А вот в «Аристократке»: «А я этаким гусем, этаким буржуем нерезаным вьюсь вокруг ее и предлагаю: - Ежели, говорю, вам охота скушать одно пирожное, то не стесняйтесь. Я заплачу». «А хозяин держится индифферентно - ваньку валяет». То есть и хозяин держится амбициозно, с вызовом, не дает себя унизить.
Далее следует расплата за неуместную амбицию, проявленную героем. Все это похоже на расплату Якова Петровича Голядкина в «Двойнике» Достоевского.
Само слово амбиция может принимать и комический характер. Инвалид Гаврилыч в пылу боя кричит: «Мне, говорит, сейчас всю амбицию в кровь разбили». То есть разбили ему лицо, на котором обычно и написано амбициозное выражение.
Само слово «нервные» в названии рассказа можно заменить на амбициозные.
Иван Степаныч, чей ежик, работает в кооперации и считает себя выше других жильцов
- Я, говорит, ну, ровно слон работаю за тридцать два рубля с копейками в кооперации, улыбаюсь, говорит, покупателям и колбасу им отвешиваю, и из этого, говорит, на трудовые гроши ежики себе покупаю, и нипочем то есть не разрешу постороннему чужому персоналу этими ежиками воспользоваться.
Именно амбициозность заставляет его говорить языком, в котором перемешаны разговорная лексика с канцеляризмами.
В самом последнем предложении рассказа мы видим еще одного амбициозного человека: «А нарсудья тоже нервный такой мужчина попался - прописал ижицу».
Конечно, говоря о рассказах писателя, необходимо раскрывать понятие сказа, сатирические, комические нотки, мастерскую игру со словом, но нас особенно интересует, что делает эти рассказы настоящей литературой. Думается, именно тема несовершенства мира, несовершенства, которое смутно угадывается героем - рассказчиком. Иногда этот герой проговаривается: - Не в деньгах, гражданка, счастье. Извините за выражение. Но приходится извиняться, потому что для массового человека именно в деньгах, в вещах, в том, что можно взять, забрать, присвоить.
Мечта о наполненной жизни, о высоких целях, о взаимопонимании и уважении к человеку сближает Зощенко с лучшими русскими писателя классической литературы.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Эссе
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 31
Опубликовано: 18.01.2020 в 12:24







Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1