Искушение страстью - "Оковы порочного соблазна". Глава 11


Искушение страстью - "Оковы порочного соблазна". Глава 11
Название: Искушение страстью - "Оковы порочного соблазна"
Автор: Песегов Вадим Сергеевич
Категория/Рейтинг: NC +17
Жанр: Любовный роман/Эротическая проза
Статус: В процессе написания
Аннотация:
В третей части романа — «Искушению страстью», рассказывается продолжение истории главного хирурга, заведующего кардиологическим отделением диагностики. Новые события и интриги в деревне, еще более естественней закрутка сюжетной линии, по которой главный герой будет разгадывать искушение страстью к головоломках. Герой соберёт новую команду врачей, под своим руководством будет проводить сложнейшие операциях на сердце, его отделов и сосудов. По мере всего прочего будет развиваться и основная сюжетная линия романа и разные интригующие события в которые будет попадать главный герой.
От автора:
Роман содержит откровенное писание эротических сцен. Нецензурную лексику и описание грязных порнографических сцен. В общем кто не читал первые две части до конца, тому не понять сюжет третей части огромного романа.

Глава 11

Аппарат жизнеобеспечения, фиксировал жизненные показатели с тела Оксаны, когда она находилась в состоянии искусственной комы. Просторная палата, пол, как и стены которой были выложены белоснежной кафельной плиткой, имеющей блеклый зеркальный оттенок. Белые льняные шторы на большом окне даже не колыхались, так как оно было закрыто и в самой комнате создавалась искусственная атмосфера воздуха. Кровать трансформер, была словно похожа на гинекологическое кресло, когда ноги Оксаны были зафиксированы на специальных подставках. Руки Оксаны были прикованы наручниками к поручням кровати, так же как и ноги зафиксированы в области бёдер и голени кожаными ремнями.
— Маргарита — обратился мужской знакомый голос, Оксана точно знала, что где-то его слышала, но вот только из-за смутного состояния не могла понять где — Пациентка уже скора выйдет из комы, так что закругляйся проводить обследование
«Что случилось где я, почему я не могу вернуть контроль над телом, что со мной произошло, как я здесь оказалась», продолжая смотреть пустым взглядом, в полоток, размышляла Оксана, когда лишь появилось сознание в скованном разуме телом.
— Хорошо Виктор Валентинович
Радушно улыбаясь, ответила девушка, цвета волос которой Оксана не могла разобрать, так как полностью не пришла сознание, а словно как была замкнута в своём теле.
— Я только исследую поверхность матки пациентки
— Не забудь отключить аппарат искусственной вентиляции легких
Только сейчас, Оксана поняла, что у неё в горле стоял зонд, через который одновременно проходило и кормление и подача нагнетающего воздуха умным аппаратом.
— Как только пациентка придёт в себя
— Хорошо Виктор Валентинович
— Весь отчёт составь в папке и предоставь мне
Был слышен голос мужчины, который говорил с какой-то девушкой в палате, когда Оксана всё еще была заперта в своём теле, пыталась пробиться сознанием, чтобы вернуть над собой контроль.
— И я хочу чтобы ты контролировала её, когда она не придёт в себя — слышала Оксана указания от человека, чей голос из прошлого который ей был сильно знаком
— Хорошо Виктор Валентинович
— И Маргарита — обратился мужчина, судя по голосу, когда он больше звучал со стороны входной двери — Просто возьми мазок и ничего больше не делай, как только Оксана Владимировна прейдёт, в себя, мне срочно об этом доложи
Помедлил он, словно хотел передумать, мужчина, потянул какой-то отрезок времени, пока медсестра подкатила столик с инструментами, расположив его рядом с поднятыми ногами Оксаны.
— Хотя знаешь — передумал этот мужчина — Ничего не делай
— Но…..
— Просто сиди и наблюдай
— Но ведь вы же хотели удостовериться что мы ей не навредим
— Просто вытащи трубку — заметил мужчина, как Оксана слыша их беседу, пытаясь пробиться через барьер своего сознания к своему телу — Кажется Оксана Владимировна приходит в себя
ЧСС резко подскочило, когда Оксана смогла прорвать сознанием ту грань что не пускала её к контролю над телом, прейдя в себя, ощутила, как что-то мешает дыханию. Начиная метаться, заметив, что руки были прикованы к кровати наручниками, Чувство неконтролируемого разуму страха охватывает сознание Оксаны, как будто предчувствие смерти, из-за чего началось шоковое состояние. Оксана билась в ярости, пока девушка в палате не отключили аппарат искусственной вентиляции легких. После чего самостоятельная функция дыхания Оксаны вновь восстановилась, она смогла дышать самостоятельно с трубкой в гортани.
— Маргарита извлеки трубку вентиляции легких — распорядился тот же знакомый мужской голос, но почему-то он покинул палату, когда Оксана приходила в себя
— Виктор Валентинович вы куда? — взволнованно обратилась темноволосая девушка, извлекая трубку для вентиляции из трахеи Оксаны
— Пойду доложу Громову что пациентка пришла в себя
— А вы разве не будите с ней разговаривать
— Зачем? — ухмыльнулся мужчина в белом халате, лицо которого, Оксана не могла разглядеть из-за света солнечных бликов, пока всё казалось как-то пятнами, комната как будто стала плыть
— Послушайте Маргарита — убедительно говорил мужчина, голос которого Оксана не могла вспомнить, пока девушка извлекала из её горла трубку для вентиляции легких — Просто поговорите с пациенткой и отпустите её
— Что случилось? — поинтересовалась Оксана первым делом, посмотрев жалким взглядом на девушку, как только она извлекла у неё из горла трубку — Где я?
— Успокойтесь — сидела рядом девушка в белом халате, приложив руку к плечам Оксаны, внушительным взглядом карих глаз посмотрела ей в глаза — Как вы себя чувствуете?
— Что случилось? — повторила вопрос Оксана, не помня совсем последних событий — Где я?
— Вы были в состоянии комы
Уверяла медсестра, когда Оксана сразу распознала в ней запах композиции «THE ONLY ONE», удивительное сочетание нот фиалки и кофе образуют фирменный почерк композиции и дают жизнь чарующему цветочному аромату. Персиковый оттенок аромата отражает ее теплое сияние, а золотое кольцо привносит в дизайн дополнительный стильный штрих.
— Сейчас мы вас вывели
— Что произошло? — поинтересовалась Оксана, вдыхая сладкий аромат, в котором чувствовалось воздыхание персика
— Вам лучше это расскажет Виктор Валентинович
— Что происходит? — поинтересовалась Оксана, посмотрела в карие глаза девушки, что сидела перед ней — Развяжите меня
— Я хотела осмотреть ваше влагалище и взять мазок с матки
— Что? — была не согласна Оксана, возмутилась, задавая наводящий вопрос — Какой нахуй мазок дура, отпусти меня
— Успокойтесь мне необходимо посмотреть
Уговаривала темноволосая девушка в белом халате, снимая накидку которой была накрыта тело Оксаны, когда она нежным приятным эффектом соскользнула по обнаженной коже. Вновь переживая момент страха, даже нежное касание пальцев девушки, когда они были одеты в резиновые одноразовые медицинские перчатки, к обратной стороне бёдер Оксаны, становилось для неё неприятным. Испытывая вновь чрезмерное волнение, Оксана чувствовала себя неуютно перед этой темноволосой незнакомкой и точно не хотела ей позволять копаться в себе. Желая вновь избавиться от этого, Оксана панически, переживая момент страха и боли, стала искать бегло по палате возможности вырваться и сбежать от страданий, которые она могла испытать.
— Я просто произведу осмотр и возьму мазок
— Зачем? — возмутилась Оксана, заметив, что браслеты на её руках были слегка ослаблены, если придать чуточку усилий, можно было вытащить руку — Я себя хорошо чувствую, не нужно никакого осмотра
— Лезвие ножа прошло мимо ваших маточных труб — рассказывала брюнетка, взяв лоток, где было гинекологическое зеркало, девушка тщательно смазала его поверхность гелем
— Меня пырнули ножом? — возмутилась Оксана, поднимая голову, посмотрела на свой живот, не увидела на нём ни шрама
— Это было в Лос-Анжелесе
— В Америке? — переспросила Оксана, пока девушка тщательно смазывала зеркало гелем
— Да вы занимались там лечением жены мистера Робинсона
— Робинсона? — медленно стараясь не привлекать внимания, Оксана ёрзала запястьем в надетых на руках браслетах
— Послушайте — недовольно обратилась девушка — Что вы всё время переспрашиваете, дайте я сделаю своё дело, потом можете идти куда вам вздумается
— Но если меня проткнули ножом, почему я не умерла?
— Тот укол — рассказывала брюнетка, заканчивая обработку, наклонилась между раздвинутых, лежащих на подставках ног Оксаны — Та девушка, вколола вам барбитурат, поэтому вы не умерли, он замедлил кровотечение, а в сочетание с алкоголем, вином, которым вы выпили, ввёл вас в кому
— Мне нужно идти
— Успокойтесь
— Я говорю отпустите меня! — вскрикнула Оксана, начиная дергаться, как только девушка прислонила кончик зеркала к её губам влагалища
— Успокойтесь или я произведу осмотр, когда вы будите спать
— Ты ничего не будешь со мной сделать
Испугалась Оксана и на уровне инстинктов дернула сильно руками, так что освободила сразу обе руки, от чего браслетами поцарапала кожу, когда вытаскивала кисти.
— Отпусти меня немедленно — вставая на кровати, Оксана напугала девушку резким рывком, так что она упала со стульчика на котором сидела, выронив из рук зеркала и фонарик
— Оксана Владимировна — уверяла брюнетка, когда Оксана развязывала ремни, связывающие её ноги к подставкам для осмотра — Успокойтесь, пожалуйста
— Я тебе блядь сейчас успокоюсь — сползая тут же с кровати, Оксана подобрала скальпель, что лежал на полу и направилась к девушке, которая пыталась встать после падения со стула, на заметив у неё в руках острое лезвие тут же передумала — Что ты там хотела со мной сделать?
— Оксана Владимировна, пожалуйста, успокойтесь
— Снимай халат и туфли — стояла Оксана, держа лезвие скальпеля, находясь полностью обнажённой, чувствовала изнывающую слабость, но стресс и паника во всём состояние придавала ей неимоверное множество сил — Быстро я сказала
— Это военный хорошо охраняемый объект Оксана Владимировна — предупредила девушка, когда Оксана присев перед ней на колени, прислонила лезвие скальпеля к горлу — Вам не уйти с него
— Это я сама буду решать
— Вас не выпустят — ухмыльнулась она, но Оксана быстро выхватила у неё из рук халат, словно вырвав его, тут же вставая на ноги, стала надевать на себя
— Это позволь мне решать! — возразила Оксана, держа в руках скальпель, пока девушка перед ней разулась, туфли которой подошли ей в самый раз, когда она их обула на ноги
— И как далеко вы собираетесь уйти?
— Подальше от сюда
— Это исключено
— Откуда тебе то знать? — схватила Оксана девушку, и взяв с железного столика жгут для забора крови из вены, подвела её к кровати с которой она в панике вскочила
— Я еще раз вам говорю Оксана — уверяла девушка, когда Оксана держа её за волосы не больно, подвела аккуратно к кровати, принуждая положив вторую руку со скальпелем, зажатым в пальцах лезвие которого было направлено на горло девушки — Это стратегический объект, вас не выпустят
— Ты меня плохо знаешь
Ухмыльнулась Оксана, когда девушка села, она ловко завела её обе руки за спину и так же быстро привязала их к поручням кровати, так скованно, чтобы она не могла встать полностью.
— А сейчас извини
— Громов очень сильно расстроится за то что вы так со мной
— Да плевала я на тебя и твоего Громова — ухмыльнулась Оксана, взяв чистую салфетку с рядом стоящего столика, скомкав её в руке
— Что вы собираетесь делать?
— Для начала — ухмыльнулась Оксана, ловко всунула салфетку в рот девушке, ухмыляясь при этом, после чего медленно встала с колен — Тебя заткнуть
Направляясь по палате, Оксана подняла с пола белый медицинский колпак, аккуратно собрала волосы на голове в пучок, отойдя к зеркалу. Всё еще чувствовала как ощущение несоизмеримого страха охватывает разум, Оксана стоя перед зеркалом, надела на голову колпак, тщательно уложив внутрь него волосы. После чего взяла с рядом стоящей столешницы маску для лица, надела её скрывая под ней нижнюю половину лица. Подойдя к двери палаты, Оксана отчаянно, вздохнула, взявшись за ручку двери, посмотрела на бирку на халате, где было написано Соколова Маргарита Сергеева, врач гинеколог. Встав у двери, Оксана, переводя дух держалась за ручку, пытаясь как-то понизить панику, чтобы не выдать себя, решительно была настроена убежать из этого заведения, каким бы оно для неё не было.
«Что со мной происходит и как блядь я тут вообще оказалась?», стараясь контролировать шок, Оксана нажимая на ручку двери палаты, вышла из неё, переступив через порог, вошла в коридор.
Большой больничный комплекс, коридор которого простирался на десятки метров, подойдя к окну, Оксана заметила охранный периметр, ограждённый бетонными стенами. Всё это напоминало какую-то цитадель, по квадрату этой местности Оксана заметила несколько высотных вышек, на которых ходили часовые. На улице, на большой площади ездили военные джипы, люди в военной форме с автоматами, как будто что-то охраняли. Единственное что могло на какую-то долю обрадовать Оксану, так это флаги Российской федерации и их символика на изображении на военных транспортных средствах, что она видела, направляясь по коридору, продолжая смотреть в окна. Это здание было больше похоже на какой-то военный госпиталь, здесь был и медицинский персонал, который ходил по коридору, как и охранники, что постоянно ходили по коридору.
Здание было советской эпохи, бетонные стены, тот же квадратный бесперспективный их фасон, квадратные большие окна, только что пластик. Подвесной потолок с квадратными большими светильниками, что был по всей протяженности коридора. Подойдя к лестнице, что вела на первый этаж, Оксана услышала включение военной тревоги, сильно испугавшись, зная прекрасно, что её будут искать. Оксана, обернувшись стоя у лестницы, слыша звон тревоги и заметила как персонал больницы, как и люди вокруг переполошились, от чего она еще крепче вцепилась в перила лестницы, лестничный пролёт которой казался узким как в советских многоэтажках. Всё даже перила лестницы, бетонные пролёты, всё напоминало советский стиль исполнения здания, только лишь теперь символика знаков и униформе персонала военного комплекса, отличала это от того времени, минувшей эпохи.
«Кажется меня скора обнаружат, надо быстрее убираться отсюда, только вот как», спускалась Оксана вниз, затерявшись среди двух медсестёр, что быстро спускались к выходу.
— Это не учебная тревога — слышался голос звуковой сигнализации, охранн6ого периметра — На территории базы посторонний, всем покинуть здание и выйти на улицу
— Господи что случилось — говорила одна из белокурых медсестёр, рядом с которыми Оксана затаилась спускаясь в маске — Какой еще посторонний
— Ты что Танька не слышала?
Рассказывала шепотом, другая белокурая девушка, своей подруге, когда Оксана, направляясь за их спинами, спускаясь по лестничному пролёту вниз, слышала их разговор.
— Сюда привезли какую-то врачиху — продолжила рассказывать она — Мой папа рассказал, что она будет лечить агента, что вернулся из Ирана в тяжелом состоянии
«Агента, какого блядь еще агента и почему я, какого вообще хуя тут делаю?», была возмущена Оксана, нахмурив обидчиво губки, обернулась, заметила, как сзади спускались военные, а так же двое солдат побежали быстро наверх.
Продолжая спускаться, Оксана прошла еще пару пролётов, пока не оказалась на первом этаже, пытаясь держаться рядом с белокурыми медсёстрами, делая вид, что направляясь к выходу.
— Говорят что наш агент вернулся с конференции по урегулирование конфликта в тяжелом состояние — продолжала рассказывать блондинка, когда Оксана, направляясь из их спинами, прекрасно слышала их разговор
— Вот это да — ухмыльнулась, не поверила подруга — И это всё тебе отец рассказал?
— Я случайно подслушала их разговор — смутилась она, когда не выдержала взгляда подруги, направляясь к выходу, стеклянным пластиковым большим дверям
— Ну да как же — не поверила ей подруга, когда они направлялись к пропускному пункту, Оксана начала нервничать, ведь там стояли бойцы из группы захвата вооруженные автоматами и с собаками, они осматривали каждого — Должно быть что-то серьёзное
Создав коридор, из вооруженных людей, по которому медицинский персонал военного госпиталя, направлялся к выходу, персонал безопасности осматривал каждого.
— Сергей Викторович она где-то здесь — уверял один из офицерских чинов, обращаясь к мужчине, которого Оксана видела, когда последний раз была в доме у Коновалова — Орлова где-то здесь
— Головой за неё отвечаешь — пригрозил он этому офицеру, мужчина в черном костюме был решителен — Найдите Орлову, во что бы то вам это не стало
— Девушка маску снимите — обратился один из охранников, к Оксане, когда она следовала за двумя медсёстрами блондинками
«Ну всё теперь мне пиздец», растерялась Оксана, когда её сознание объял неконтролируемый страх и она не знала что делать в такой ситуации.
— Девушка я вам говорю
Обратился охранник, к Оксане, после чего две медсёстры блондинки обернулись и заметили как за ними она шла в медицинской маске, что скрывала нижнюю половину лица.
— Снимите, пожалуйста, маску — повторил но вновь, после чего двое из солдат закрыли путь Оксане к выходу — После его мы вас пропустим
— Это моя дочь — вступился кто-то из мужчин в черном костюме, заметив табличку на белом халате, что был одет на Оксане — Пропустите её
— Не положено — возразил этот парень и был настойчив — Снимите, пожалуйста, маску — после чего несколько солдат в помещении направили на неё свои автоматы
— Нет! — выхватила Оксана скальпель из кармана и инстинктивно схватила белокурую девушку за волосы, приставив лезвие ножа к её горлу — Что вам всем от меня надо?
— Орлова?! — был удивлён один из мужчин в черном костюме, судя по всему, как поняла Оксана он был командующим этого комплекса — Пожалуйста, все опустите оружия
— Отпусти нож — прокричал кто-то из солдат не слушая приказа своего командира, солдаты взяли Оксану в кольцо, когда она держа блондинку за волосы, прислонила лезвие скальпеля к её пульсирующей вене на шее — Сдавайся у тебя нет шансов
— Пожалуйста, все опустите оружия — вмешался Громов, человек которого все должны были тут слушать — Не медленно опустите оружие — обратился он к солдатам, окружившим Оксану, прекрасно понимая её состояние
— Прошу, пожалуйста — слёзно просила блондинка, которую Оксана держала за волосы, отходя с ней к стене в холле — Помогите
— Спокойно Орлова — уверял Громов, выйдя в центр — Вас никто не обидит, просто опустите нож и девушку и мы с вами обо всём поговорим
— С чего мне вам верить — возразила Оксана, пытаясь держать крепко девушку за волосы, дёрнула её так, чтобы она не дёргалась, от чего блондинка взвизгнула — Я вас видела у Коновалова
— Я вас тогда просил чтобы вы спасли моего сына
— Того агента? — указала Оксана на блондинку, когда держала её в заложниках, отойдя к стене в холле медицинского военного госпиталя — Что якобы вернулся из Ирана
— Тут всё сложно Оксана Владимировна — пытаясь вести себя деликатно, говорил Громов, медленно сделав шаг вперёд вошёл в круг солдат, которые окружили Оксану — Давайте вы отпустите эту девушку и мы с вами обо всём поговорим
— Что я тут делаю господин Громов? — поинтересовалась Оксана, не желая отпускать девушку, когда сама поддавалась влиянию паники, ведь лай собак под дулами автоматов, что её окружили, взяв плотное кольцо, из которого не возможно было выбраться — Почему я?
— Опустите оружие Оксана Владимировна — уверял Громов, мужчина в черном костюме, был сам в замешательстве от напряженной обстановки солдат, нацелившись на Оксану дуло автоматов и лая овчарок, создавал напряженную обстановку в которой пришлось ему работать — И мы с вами обо всём поговорим
— Нет — держала крепко Оксана за волосы, девушку, оказавшись прижатой к стенке, прикрывалась ей как щитом, когда сама была так же напугана как и блондинка, к горлу которой она прислонила лезвие скальпеля — Сначала пусть ваши люди отойдут
— Вы держите в заложниках
Утверждал Громов, успокаивая, выставил руку в его сторону, мужчину в другом черном костюме, что хотел прорваться через оцепление собак и солдат с автоматами.
— Богданову Веронику Игоревну — рассказывал Громов, сделав осторожно шаг к Оксане — Она дочь начальника безопасности этого штаба
— Сергей Викторович да сделайте же что-нибудь
Вмешался мужчина, выкрикнув из толпы солдат, судя по тону его интонации, как поняла Оксана на тот момент, он был отцом блондинки, которую Оксана держала в заложниках.
— Она же её убьёт!
— Спокойно Игорь Васильевич — уверял Громов, успокаивая своего товарища — Солдаты опустите, оружие прошу вас
— Они слушаются только меня — пояснил Богданов — Я начальник безопасности и сейчас я хочу, чтобы Орлову обезвредили
— Ну всё хватит этот бедлам
Не выдержал один из солдат, который явно знал как нужно вести себя в этой ситуации, заметил беглый взгляд Оксаны и ту неосознанность с которой она держала блондинку.
— Пора его заканчивать
— Сержант нет! — прокричал Громов
— Сержант там ведь моя дочь — добавил Богданов, когда парень чуть старше тридцати лет вышел в круг и направляясь к Оксане, чем ошеломил её своей смелостью
— Назад! — прокричала Оксана растерявшись, сердце билось с таким бешеным ритмом, что было готово выпрыгнуть, а руки и всё тело было скованно страхом — Иначе я её убью
Чувство неконтролируемой паники играло в Оксане, она уже не могла контролировать ситуацию, когда мужчина в военной униформе направлялся к ней, с автоматом в руках, прекрасно зная, что нужно делать в такой ситуации.
— Назад! — прокричала Оксана в истерики, предчувствуя, словно страх смерти — Я её убью
— Пожалуйста
В слезах умоляла блондинка, когда вся ситуация перешла на секунды и момент решал всё, а солдат был в опасной близости от них с Оксаной и нужно что-то делать.
— Помогите
— Назад!!!
Прокричала Оксана, когда мужчина одним захватом, болевым приёмом на кисть руки пальцами надавил на кость, так чтобы она выронила из рук скальпель, не навредив, заложнице.
— А….. — кричала Оксана от боли, болевого приёма, который применил солдат, после чего тут же получила прикладом автомата в челюсть, сильным ударом её ошеломило и сбило с ног
— Папа! — вскрикнула в слезах, ринулась тут же белокурая девушка к своему отцу, как только солдат болевым приёмом выбил скальпель из рук Оксаны и высвободил пленницу
— Дочка!
Подбежал сразу Богданов, когда его белокурая дочка, бежала в его сторону и падая тут же в его объятия, падая словно на него, словно требовала от него защиты, своей ранимостью. Девушка прижималась к своему отцу, не переставая при этом плакать от пережитого шока и ужаса, что ей довелось пережить, пока Оксана держала её в заложниках. Она вжалась к телу своего папаши, тряслась вся от ужаса, не переставая при этом рыдать.
— Как ты? — поинтересовался Богданов, обвивая лицо своей дочери руками, при всех поцеловал её в лоб, как любимого ребёнка
— Господи папа — в слезах и заботах говорила она, пытаясь вызвать у отца к себе долю жалости, при этом неустанно не переставала его обнимать — Я так испугалась, папа мне до сих пор страшно
— Всё хорошо девочка моя — обвив голову дочери рукой, Богданов, прижал её к себе, заключив в объятие, чтобы помочь ей успокоиться и отойти от ужаса, шока который ей довелось пережить
— Это было лишним солдат
Вышел вперед Громов и резким хуком справа одарил в челюсть солдата, которым ударом приклада автомата, причинил неимоверную боль Оксане по лицу.
— Как вы Оксана Владимировна — подбежал взволнованно Громов, когда Оксана прижимаясь к стене, поджала слегка под себя ноги, чувствовала сильную боль в челюсти от которой не могла сдержать слёз — Простите пожалуйста моих солдат
— Я хочу домой — слёзно умоляла Оксана, прижав ладони к стене, касаясь челюстью, стороной которой пришёлся удар приклада к холодной каменной стене — Домой понимаете……
— Увидите сержанта Варламова в карцер — распорядился Громов строго — Пусть подумает там о своём поведении, пока Оксана Владимировна не придумает, как с ним поступить за подобное поведение
— Папа я так испугалась — жаловалась блондинка, когда отпрянула от тела Богданов, стоя с ним в обнимку — Кто она вообще такая?
— Иди дорогая — распорядился он своей дочери, чтобы она не мешала ему вести дела — По какому праву вы хотите арестовать сержанта?
— За превышение должных обязанностей — заявил Громов, кивнув в сторону двух солдат, чтобы задержали сержанта, ударившего Оксану прикладом автомата
— Он спас моей дочери жизнь Сергей — обратился мужчина в черном костюме, встав за спиной у Громова, когда он продолжал сидеть рядом с Оксаной на коленях
— Когда ей ничего и не угрожало — оспаривал такое утверждение Громов
— У неё был нож у горла моей дочери — пытался возразить Богданов подобное утверждение
— А он ударил девушку — возразил, оспаривая это Громов, испытывая жалость к Оксане, когда она прижималась испуганным взглядом к стене — Прикладом для оружия, господи, да какой же он после этого мужчина?
— Эта твоя девушка взяла в заложницы мою дочь
— А ты сам то Игорь — был не согласен Громов, вставая с колен, обернулся к мужчине, что вышел к нему — Как бы ты повёл себя в такой ситуации, эта девушка испытала шок, очнувшись после комы, в которую мы же её и погрузили, чтобы доставить сюда
— Она чуть не убила мою дочь — был не согласен Богданов — Я хочу, чтобы её изолировали
— Я изолирую тебя и твою дочь скорее
— Громов — возразил вновь Богданов, когда подошёл к Громову слишком близко, посмотрел ему в глаза в тот момент, когда солдаты начали уже расходиться — Она чуть не убила мою дочь!
Утверждал стоя на своём, мужчина высказывался недовольно в адрес Оксаны, посмотрев на то, как она сидела на полу, поджав под себя ноги, вжималась к стенке, боясь даже посмотреть на солдат с автоматами и их овчарок
— Я хочу, чтобы её посадили в камеру
— Отставить — грозно скомандовал Громов, когда двое из солдат двинулись к Оксане исполнять приказ своего начальника — Даже не вздумайте никто к ней прикасаться
— Думаешь, что если она будет спасать твоего сына
— Ты сам знаешь, что на кону — заявил Громов, продолжая смотреть напряженно на Богданова не давая двум солдатам даже приблизиться к Оксане — Я не могу позволить Оксане Владимировне быть изолированной, тем более какой ценой, мне довелось её сюда доставить
— Какой такой еще ценой? — ухмыльнулся недоверчиво Богданов — Такой, что даже её родители сочли её мертвой, что пришлось выставить невинную умершую девушку за Орлову, лишь бы только все посчитали её мертвой и выставить всё как несчастный случай
— Что?
Дрожащим голосом, поинтересовалась Оксана, обернувшись, продолжая сидеть на мраморном полу у стены, посмотрела со слезами на глазах, на двух спорящих между собой мужчин.
— Все теперь считают меня мёртвой?
— Формально да — улыбнулся Громов застенчивой улыбкой — Но не фигурально, вы живы, просто вы больше не Орлова, пока что, пока мы все не решим
— Значит, все считают меня мертвой?
— Нам пришлось сделать пластическую операцию трупу и такую грудь как у вас — рассказывал Громов, обернувшись к Оксане, чувствовал себя неуютно в виду таких событий
— Мы даже наняли косметолога специально для такого
Изумился в подлой улыбке Богданов, теперь, когда его товарищ выглядел не в лучшем цвете, решил высмеять его перед Оксаной
— Представляете, сколько пришлось заплатить, чтобы та девушка, которую положили в гроб вместо вас, была так похожа на вас
— Теперь все Оксана Владимировна
Рассказывал знающе Громов, продолжая смотреть на Оксану, когда она со слезами на глазах смотрела на него и абсолютно, не понимая теперь событий происходящего.
— До единого человека — уточнил более подробно Громов — Считают вас мертвой
— Мёртвой? — переспросила Оксана, раскрывая глаза лазурные голубые глаза, что были подобно топазу несравнимой красоты — Господи, я хочу домой
Умоляла Оксана, оставаясь сидеть на холодном мраморном полу, прижав к губам кончики пальцев, чувствовала, как челюсть всё еще болела от удара приклада автомата.
— Что я вам такого сделала
Прокричала Оксана, сидя на коленях, не могла никак сдержать слёзы отчаяния катились с глаз, подобрала с пола белый колпак слетевший с головы момент удара.
— Я хочу домой — утверждала Оксана, стоя на четвереньках, когда охрана солдат постепенно разошлась под грозным взглядом Громова, оставив холл, почти пустым — Домой-домой — прижав подушечками пальцев колпак, поднесла его материю к губам, нервно начала прикусывать
— Ты уверен, что она тебе нужна? — насмехался Богданов над увиденной картиной — Ты потратил такие ресурсы и всё в пустую
— Не смотря на это — возразил Громов, едва сдерживая своё раздражение — Орлова лучший диагност и хирург, я читал всё её досье, даже видел видео с камер наблюдения в штатах, когда она отчаянно пыталась спасти жену Робинсона, местного магната, но ей этого не позволили
— Вижу, Сергей ты прекрасно осведомлён Орловой — похлопал Богданов по плечу своего товарища, после чего прошёл мимо, с усмешкой еще раз посмотрел на Оксану, как она от пережитого ощущения страха, нервно сходила с ума, кусая губами медицинский колпак — Смотри не пролети
— Постараюсь — недовольно ответил Громов, после чего мужчина подошёл к Оксане — Господи Оксана Владимировна, на вас жалко смотреть
— Я хочу домой
Не могла Оксана сдержать слёз, продолжая сидеть на полу на мраморной белоснежной плитке полевого госпиталя, когда все разошлись, они остались в вестибюле с Громовым наедине.
— Отпустите меня домой — отбросив медицинский колпак в сторону, недовольно потребовала Оксана от мужчины, который любезно улыбаясь, протянул ей руку
— Не могу Оксана Владимировна
Утверждал Громов, подойдя к Оксане, протянул ей руку, помогая подняться на ноги, придерживая аккуратно её, за талию, пока она не начала уверенно стоять на ногах.
— Но обещаю, если вы поможете мне понять, чем болен мой сын
Утверждал Громов, доставая из внутреннего кармана, надетого пиджака, белый шелковый носовой платок и сам аккуратно его кончиком нежной материи, стёр вытекающие слёзы с глаз Оксаны.
— Я верну вам вашу прежнюю жизнь, а та ошибка, что мы якобы похоронили вместо вас другую девушку, сочтём за глупую неловкость
— Неловкость? — возмутилась Оксана, недовольно посмотрев на Громова — Вы закопали неизвестного мне человека
— О… уверяю вас — смутился Громов взгляда Оксаны, когда она поправляла на себе халат и так возмущенно на него смотрела — Она уже была мертва, когда мы слегка подправили ей лицо и сделали укладку волос как у вас
— Скажите, хотя бы, что к её смерти вы не причастны
— Острая сердечная недостаточность была причастна — ухмыльнулся Громов, взяв за руку Оксаны, направляясь к лестничному проходу, ведущим на верхние этажи здания
— Хоть это утешает — ухмыльнулась Оксана, подойдя к лестничным пролётам — Что хотя бы ей не перерезали глотку
— Господи Оксана Владимировна
Ухмыльнулся Громов, смутившись тому, как грозно Оксана состроила гримасу, когда подошла к ступенькам лестницы, взявшись за перила, обвив пальцами поручень.
— Откуда такая кровожадность?
— Я могу хотя бы переодеться?
— Переодеться? — ухмыльнулся Громов, удивлённо посмотрел на Оксану — Я думал медсестра в палате, оставила вам во что переодеться
— Кстати о медсестре — смутилась Оксана, очертание прекрасных скул отразила ямочки на щечках, продолжая мило улыбаться Громову в ответ
— Да она должна была вас смотреть
Рассказывал Громов, следуя за Оксаной по ступенькам лестницы, поднимался вверх, когда она в ответ играла перед ним выраженной, скрытой под белым халатом красотой упругих бёдер.
— Лезвие ножа которым вас проткнули, прошло рядом с маточными трубами и мы очень волновались
— Это ваша была заслуга? — поинтересовалась Оксана, остановившись на ступеньках, посмотрела на зелёную покрытую краской стену с побелкой — Вы приказали этой суке меня пырнуть ножом?
— По-другому я вас просто не смог бы сюда заманить
— Сука! — не стерпела Оксана и со всей силы влепила мужчине пощечину прямо по щетине, чем обожгла руку от соприкосновения с его колкой кожей
— Заслуженно — признал это Громов, приложив ладонь к щеке, после того как Оксана взвизгнула отпрыгнув на ступеньку, после того как обожгла руку о его щетину
— Вы блядь в своём уме — прокричала Оксана, грязно ругаясь матом — Вы могли меня убить, что вы сделали
— Кстати в морге
Уточнил Громов, ухмыльнувшись, как Оксана вцепилась другой рукой в ладонь, которую обожгла и шипела как королевская кобра, оскорблённая обидой, болью и непомерной злостью на него.
— Ваши родители, когда были в штатах, видели ваш якобы труп, нам круто пришлось накачать вас барбитуратами, чтобы вы не подавали никаких признаков жизни
— Вам смешно да
— Кстати о той медсестре — решил ловко Громов переменить тему — Вы кажется что-то хотели сказать о ней
— Так вам теперь стала интересна её судьба
— Она дочь моего компаньона
— Здесь что клановый подряд?
— Нам ведь нужно куда-то было — ухмыльнулся Громов, разводя руками, когда они с Оксаной поднялись на второй этаж, где были такие же зелёные покрытые краской стены и длинный коридор с кабинетами и отделением расположенным дальше — Пристроить своих детей
— Понятно — уныло ответила Оксана, понимая как эта блеклая серая обстановка советского военного комплекса ей становилась скучной — Так я могу для начала одеться?
— Разве вам не дали одежду
— Ваша медсестра — изнурённо вздохнула Оксана, посмотрев на подвесной потолок с квадратными светильниками — Сидит связанной на койке, где я пришла в себя, точнее на полу
— Связанной? — переспросил Громов, не поверив сначала тому, что услышал от Оксаны — На полу?
— Бога ради — вновь изнывая, вздохнула Оксана, запрокинув голову в потолок, направляясь вдоль коридора — Прекрати повторять каждое моё слово
— Вы связали девушку, которую хотела вам помочь — пояснил Громов, схватив Оксану за руку, чем самым вызвал в ней еще больше недовольства, заставил обернуться к себе — И оставили её в палате
— Эта дура хотела мне матку осмотреть
— Ваши месячные так ведь не пришли
— Естественно они не придут — остановилась Оксана, внимательно посмотрела на мужчину, который держал её за кисть руки — Вам и это известно?
Продолжая со всем вниманием, разглядывать каждое подергивание мышцы на лице мужчины, Оксана словно хотела понять, чего он так скрывает, хотела уловить этот таинственный взгляд.
— Вы были там в Лос-Анжелесе
— Я? — удивился Громов указывая на себя пальцем — Нет что вы, я предан своей страны и из неё честно говоря, никуда не хотел уезжать
— Тогда откуда вам столько известно? — прокричала Оксана, испугавшись таких подробностей и того что таил в себе Громов, отошла спиной от мужчины на несколько шагов
— А ты не думала
Обратилась темноволосая девушка в обаятельном черном коротком кружевном платье, стояла она за спиной у Оксаны. Почувствовала Оксана, даже не оборачиваясь, опасное сочетание в себе запахов, которое только имела эта коллекция парфюма «SIMPLY SEXY». Прекрасно складываясь, жасмин, ваниль и бергамот, ноты этого запаха вызвали мурашки по коже, как только Оксана почувствовала эту симфонию будоражащих, как натянутая струна гитары, ароматов.
— Что просто я могла ему всё рассказать?
— Ты — обернулась Оксана и сразу же узнала женщину, брюнетку, что обладала способностью гипноза и ту самую, что проткнула её ножом в больнице Лос-Анжелеса — Ты сука!!!
Ринулась Оксана на брюнетку, но Громов, успел схватить её за кисти рук, свёл их за спиной, не давая ей приблизиться к брюнетке, которую она хотела убить, за всё то, что она от неё испытала.
— Я блядь убью тебя — яростно пыталась вырваться Оксана, когда мужчина сзади, держал её за руки, не давая приблизиться к брюнетке — Я тебя убью, ты сука, слышишь?!
— Как грозно — ухмыльнулась темноволосая девушка коварной улыбкой, в красоте которой и её обаяние отражался истинный сарказм — И как низко сказано, фу…. Оксана ты могла бы и лучше
— Что блядь она тут делает? — продолжая грозно ругаться матом, обернулась Оксана, посмотрела на мужчину, который держал её за руки, пытаясь сдержать безумие, которое она могла устроить
— Это сделка с дьяволом Оксана Владимировна — отпустив Оксану, опустив голову, ответил Громов, теперь когда картина всего стала ясна перед ней
— Какая нахуй еще сделка? — грязно продолжая ругаться нецензурной лексикой, Оксана смутила двух проходящих у неё за спиной медсестёр, что шарахнулись от неё как от огня
— Анна помогла нам доставить вас сюда
— А взамен? — поинтересовалась Оксана, обернулась, посмотрела на Громова, после чего вдруг опять перевела взгляд на брюнетку
— Кстати по видеокамерам я видела такое внизу — ухмыльнулась Анна, решив сменить тему разговора — Группа захвата, Оксана просто молодец, взяла в заложницу ту блондинку
— Анна хватит! — возмутился Громов, не желая отвечать на вопрос Оксаны, прошёл мимо неё с видом, как будто её тут и не было — Кто вас пустил на пост управления видеонаблюдением комплекса?
— Там было открыто — ухмыльнулась темноволосая девушка, заигрывая с Громовым, придавая очертанием изумительной формы губ, она словно потешилась над его недовольством — А ваш охранник очень любит пончики, он просто не смог отказаться, когда всё началось
— Хватит валять дурака Анна — возмутился Громов — Здесь вам не цирк
— Что вы ей пообещали? — вскрикнула Оксана, едва сдерживая себя, вцепилась в руках Громова
— Ну же ответьте ей господин Громов — забавлялась темноволосая обладательница гипнозом девушка — Скажите сами, что вы пообещали, за мою помощь?
— Я предложил ей вас — словно выдавил из себя это Громов, по выражению мимики лица, что заметила на нём Оксана, она поняла, как это было ему тяжело — Но на одну ночь
— На одну? — была не согласна с условиями брюнетка, встав между Громовым и Оксаной, брюнетка вцепилась в кисть руки её руки, уже заявляя на неё свои права
— Стойте — вскрикнула вновь Оксана, обращая на себя внимание брюнетки и Громова — Какую ночь, что блядь за бред, она проткнула меня ножом, я чуть не умерла……
— Но ведь не умерла же — ухмыльнулась темноволосая искусительница, кончиками пальцев коснулась подбородка Оксаны— Потому что я знала где стоило тебя проткнуть
— Вас спас укол барбитурата
Уточнил Громов, уныло вздохнул, от того что брюнетка, ставила в себе заслугу своё умение, принуждая взглядом, чтобы она отпустила руку Оксаны.
— Именно он оставил кровотечение, а в сочетание с алкоголем, ввёл вас в состояние комы
— Вы двое сговорились за моей спиной — вскрикнула, возмутившись, Оксана, посмотрев на мужчину и женщину, между которых стояла в узком коридоре больничного военного комплекса
— По-другому я просто не смог бы вас сюда доставить
«Они предали меня, только она в своих личных интересах, а он из-за того что жалкий слабак, который ни на что не годен», размышляла Оксана, посмотрев снова на темноволосую женщину, после чего перевела взгляд на Громова.
— Хватит! — громко вскрикнула Оксана, когда степень напряжения между Громовым и брюнеткой стала чрезмерно возрастать — Вы оба ничего не получите от меня — нахмурила она обидчиво губки
— Оксана Владимировна вам следует одеться
— Постой? — возразила брюнетка — Она что не одета?
— А ты сама разве не видишь Анна — недовольно ответил Громов
— Так под халатом ничего нет? — раскрыла она выразительно красивые глаза, утонченная красота словно была готова поглотить разум Оксаны — Совсем ничего?
— Она связала дочь моего коллеги и оставила её в палате, из которой вышла из комы
— Господи я же должен её освободить — направился он в спешке по коридору — Оксана Владимировна оставайтесь, пожалуйста, в коридоре
— Как будто теперь я могу куда-то отсюда выйти — уныло вздохнула Оксана, обвивая локти, отошла к большому окну, рядом с входом на лестничную клетку
— Просто признай — встала за спиной Анна, девушка хотела вывести Оксану из себя, совершенно не думая о том, что она совсем недавно вышла из состояния комы — Ты хочешь меня
— Слушай, отстань! — была не согласна Оксана с таким утверждением, чувствуя за спиной парфюм брюнетки, вздохнула, глубоко хватая воздух — Скажи лучше спасибо Громову, что не позволил мне убить такую змею как ты
— Змею?! — удивилась брюнетка, словно выражая восторг карих глаз, когда они отразились в отражение холодного стекла окна, к которому прикоснулась Оксана — Мне это нравится
— Просто — прокричала, обернувшись, Оксана, на темноволосую девушку, чем напугала выходящую рыжеволосую девушку со стороны лестничной клетки, когда она чуть не запрыгнула на руки рядом идущего солдата — Оставь меня в покое!
— Ладно-ладно — выставила руки Анна, уверяю Оксану успокоиться, считая насмешки за глупое недоразумение — Всё успокойся, я пошла
Забавляясь тому, как Оксана сдерживала свой порыв ярости, темноволосая девушка, заметила, чем чаще она вдыхала, парфюм который пропитал её тело, тем больше она её желала.
— Просто……
— Убирайся!!!
Прокричала, рявкнула Оксана, царапая коготками пластик подоконника рядом с которым стояла, продолжая смотреть на зелёную лужайку и бетонное ограждение рядом со зданием.
— Оставь меня в покое — тяжело дышала Оксана, пытаясь прийти в себя, только сейчас, поняла, в палы ненависти, что находится одна в помещении
«Слаба богу, наверно у меня просто поехала крыша, её тут нет, её тут нет», убеждала себя Оксана, не желая признавать того, что искусительница её разума, находится теперь с ней рядом.
***
Расправляя одетое платье на бёдрах, Оксана смотрела в зеркало, стоя напротив него в просторном кабинете. Здесь бетонные стены заменили, на офисную отделку, что имела кофейный оттенок, помещение с большими окнами, интерьер которых украшали огромные вертикальные жалюзи.
— И так господин Громов — поинтересовалась Оксана, продолжая смотреть в зеркало, выразительно раскрыла голубые лазурные глаза — Почему я вам так была нужна?
Расправляясь аккуратно кончиками пальцев складки на бёдрах, Оксана обернулась и посмотрела на Громова, когда он явно переживал какое-то нервное недомогание, держал в руке стакан с коньячным напитком.
— Просто расскажите, что случилось с вашим сыном?
— Он мой племянник — нервно посмотрел на дверь Громов, убедившись, что в кабинете, с Оксаной, только они одни — Он сын моего старшего брата, который уже очень давно мёртв
— Просто скажите мне, в чём проблема? — поинтересовалась Оксана, ухмыльнувшись роскошной улыбкой, алых, щедро накрашенных помадой губ
— Мы думаем, что это отравление ядом — помешкал немного Громов, прежде чем открыться перед Оксаной — Но вот каких, симптомы слишком запутанны
— Исключено — возразила Оксана, сразу отвергая версию Громова — Прошло слишком много времени, он бы умер
— Да действительно — согласился Громов — Тогда что объясните тогда, почему здоровье никак не может восстановиться
— Как давно это случилось
— В Иране?
— Я спросила как давно — ухмыльнулась Оксана, пропустив мимо ушей страну, так как пока она к ни о чём не говорила — И что он там делал?
— На этот вопрос я не могу ответить
— Я врач! — заявила Оксана, обернувшись, недовольным взглядом посмотрела на Громова — Я должна знать, что произошло
— Мы думаем, что это яд? — еще раз повторил Громов, не желая отвечать на вопрос Оксаны
— Он в коме? — поинтересовалась Оксана, внимательно посмотрев на мужчину, что сделала глоток коньячного напитка из бокала, что держал в руке
— Что? — сделал вид, будто не расслышал Громов, переспросил так, удивлённо посмотрел на Оксану — Я не расслышал, что вы сказали Оксана Владимировна
— Я могу его увидеть? — поинтересовалась тогда Оксана, отошла от зеркала, положив руки на бёдра и выразительной походкой, играя бёдрами, отошла от него
— Два месяца вот уже как это происходит
— Ровно два месяца вы нашли меня в доме у Коновалова
— Я тут же стал собирать команду лучших врачей
Рассказывал Громов, направляясь по просторному кабинету к закрытой лаком покрытой деревянной двери, выполненной в стиле советской эпохи.
— Сейчас стало всё гораздо хуже
— Могу лишь с гордостью заверить — уверяла Оксана направляясь по кабинету, стукая каблуками черных туфель по гладкой поверхности паркета — Что это не отравление ядами
— У главного лечащего врача моего сына — заявил Громов, встав в дверях выхода из кабинета, как только он её открыл — На этот счёт совершенно другое мнение
— У главного лечащего врача?
Возмутилась Оксана, встав рядом с мужчиной, раскрыла выразительно словно королева, голубые лазурные глаза, цвет которых был подобен первозданному топазу.
— Я думала — утверждала Оксана, продолжая смотреть на мужчину недовольно, будто была готова его разорвать взглядом — Что я буду вашим главным лечащим врачом
— Виктор Валентинович об этом другого мнения
Оспорил Громов, переступая порог, мужчина вышел в коридор, направляясь по нему, прошёл мимо двух медсестер и солдата, несущего караул в отделении.
— Он собрал тут команду из своих лучших интернов
— Какой еще Виктор Валентинович
— Ваш ректор института — рассказывал Громов, направляясь по коридору, в сторону где была вывеска реанимационное отделение — Он отобрал лучших студентов своего курса, чтобы они помогли поставить диагноз моему сыну
— Вы блядь разрушили мне жизнь!
Вскрикнула Оксана, чем напугала выходящую медсестру из реанимационного отделения, девушка несла в руках пробирки с кровью, услышав её громкий крик, она от испуга всё выронила.
— Уничтожили, грубо говоря, меня
Продолжала кричать Оксана, когда пробирки с забора крови, пациентов некоторых солдат в тяжелом состоянии падали на пол. Соприкасаясь с кафельной белоснежной поверхностью их стекло, разбивалось, а их содержимое брызгами разлетелось по полу и стенам.
— И всё блядь ради чего?
— Вы разбили кровь Оксана Владимировна
Ухмыльнулся Громов, даже не посмел посмотреть в сторону Оксану неодобрительным взглядом, в ответ он просто улыбнулся тёплой улыбкой.
— Представляете, сколько работы вы создали моим медицинским работникам
— Вы блядь издеваетесь? — была вне себя от ярости Оксана и готова была уже разорвать этого мужчину на части — Вы разрушили мне жизнь
— Вы нужны Виктору Валентиновичу
— В качестве кого? — была не согласна Оксана с таким утверждением — Я не собираюсь быть у кого-то лакеем на посылках
— Не забывайтесь Оксана Владимировна — не мог уже сдерживать себя в руках Громов, когда подошёл к Оксане — После того что вы выкинули внизу и с девушкой, что хотела вас осмотреть, я должен был вас изолировать и посадить вас в карцер
— Так почему же вы этого не сделали! — наклонились Оксана к мужчине, словно решила над ним поиздеваться — Почему я до сих пор еще не сижу как больная истеричка в клетке, чтобы на меня все смотрели как на ёбаную блядь макаку
— Наверно потому
Обратился Виктор Валентинович, когда Оксана, словно уже орала на Громова, устроив скандал прямо посреди отделения, смутив медсестёр и солдата несущего там караул с боевым автоматом.
— Что я не позволю
— Зачем я вам Виктор Валентинович — была приятно удивлена Оксана увидеть, бывшего ректора, у которого проходила практику в институте — У вас есть уже команда
— Что толку от этой команды
— Но ведь они лучшие ученики на вашем курсе сосудистой хирургии
— Мы не можем поставить диагноз
Рассказывал Виктор Валентинович, когда вышел в коридор, внимательно и очень удивлённо, мужчина посмотрел на Оксану. Время над ним постаралось, как успела заметить Оксана, виски стали седыми, а на лице появились морщины, однако щетина на его лице осталась всё такая же.
— Вот уже два месяца
— Это вы сказали что я вам нужна?
— Потому что никто из этих бездарей как оказывается
Развёл отчаянно руками Виктор Валентинович, отчаянно посмотрел в сторону реанимационного отделения, из которого вышел, оставаясь стоять в проходе открытых двустворчатых дверей.
— Не может предложить нормальную идею
— Есть условие — изумилась в улыбке Оксана, так как помнила, что этот человек заступился за неё тогда в больнице в Москве, когда она спасала Аришку — Я либо королева, либо ищите себе другого ассистента
— Я предполагал такой вариант — ответил Виктор Валентинович, выходя в коридор, когда за его спиной плавно закрылась дверь
— Ну и что? — продолжая любознательно смотреть на этого человека, почувствовала Оксана всё тот же старый вкус одеколона «Acqua di Parma Colonia Intensa», что сочетал в себе удивительный вкус кориандра и будоражащий шлейф американского сандала — Каким будет ваше решение?
— Два короля ведь не смогут ужиться вместе
— Стойте Оксана Владимировна — коснулся Громов, плеча Оксаны, вынуждая её обернуться и обратить на себя внимание — Без халата в это помещение нельзя
— Ну, так дайте мне халат
С презрением Оксана посмотрела на медсестру, что отчаянно пыталась собрать осколки разбитых колб, когда кашемировая девушка сидела на полу на коленях, отчаянно смотрела на свою неряшливость.
— Или вы Виктор Валентинович дайте свой
— Девушка встаньте — обратился Громов к медсестре, что сидела на кафельном полу на коленях, рядом с разбитыми склянками крови, Оксана поняла, что она недавно устроилась сюда, так как совершенно не понимала, что нужно делать в такой ситуации — Одолжите пожалуйста ваш халат
— Что? — вставая с колен, поинтересовалась шатенка, выразительно раскрыв карие глаза, посмотрела на Громова в недоумении
— Халат одолжите нам свой — обратился Громов, подав руку девушке, когда она неуверенно вставая с колен, пыталась подняться на ноги
— Но как же……
— Давайте он вам всё равно ни к чему теперь
Не давая выговориться бедной девушке, заявил Громов, начал он снимать с шатенки белый халат, обнажая напоказ белое летнее платье, одетое на ней, что так пикантно подчеркивало её фигуру.
— Вызовите санитарку, пусть тут всё уберёт
— Хорошо Сергей Викторович — освобождаясь от халата, девушка вела себя нерасторопно перед Громовым — Слушаюсь Сергей Викторович
— Вас тут все уважают — чувствуя себя королевой, Оксана встала спиной к Громову, позволяя его обольщению надеть на себя белый халат — Это заметно
— Давайте не будем терять времени — смутился Виктор Валентинович, как Громов обольщал Оксану своим ухаживанием, как она словно об него позволяла себе вытирать ноги, когда она расправлял складки белой материи на ней — Пройдёмте в палату к пациенту
— Это будет замечательно — ухмыльнулась Оксана, понимая, в каком положении находится её бывший ректор, что Громов, позволил себе такое ухаживание над ней
— Давайте я открою дверь — предпочёл Громов, ринувшись, первый к закрытым створкам пластиковых дверей — Оксана Владимировна так почему вы не хотите рассмотреть версию с ядом
— Потому что это бред!
— Я тоже самое — добавил Виктор Валентинович — Говорил вам Сергей Викторович
Рассказывал Виктор Валентинович, когда Оксана, застёгивая пуговицы белого халата, вошла в реанимационное отделение военного медицинского комплекса Российской Федерации.
— Версию с отравлением мои коллеги давно исключили
— Ваши коллеги не смогли поставить диагноз
— Возможно, они просто не туда смотрят
Встряхнула Оксана кончиками пальцев золотистые пряди русых волос, придавая им выразительный объём, когда играя бёдрам в каждом шаге, направлялась по реанимационному отделению.
— За два месяца я думаю, можно было что-то придумать
— Поэтому я вынужденно попросил Сергея Викторович
Рассказывал Виктор Валентинович, направляясь следом за Оксаной, когда она словно светилась гордостью, понимая, что в этот момент без неё они никуда с места не сдвинуться.
— Разыскать вас
— Очень интересно
Изумилась в улыбке Оксана, заметила у открытой двери реанимационной палаты девушки с золотистым русым оттенком волос, что стояла, держа папку пациента в руках.
— Кто же из вас двоих, примул план
Интересовалась Оксана, изумляясь в улыбке, ощущая себя королевой между двух мужчин, которые в обществе пользовались огромным уважением и в тоже время сильно нуждались в ней.
— Доставить меня сюда
— Виктор Валентинович — обратилась девушка, как только Оксана подошла к палате, рядом с которой в открытых дверях стояла эта интерн — Состояние больного ухудшилось
— Марина Павловна пожалуйста передайте все данные Оксане Владимировне — довольно услужливо попросил Виктор Валентинович, обращаясь к девушке интерну

Взяв красную папку открытой, Оксана сразу обратила внимание на лист проделанной ЭКГ, где регистрировалось «изменения сегмента ST» и «зубца Т» , «снижение амплитуды комплекса QRS» ,»нарушения ритма сердца» и «нарушения проводимости сердца».
Изменения сегмента ST и/или зубца Т отражают изменения электрических свойств клеток миокарда, вызванные органическим поражением или так называемыми функциональными влияниями любой этиологии (нейровегетативными, метаболическими, электролитными и т. п.). Следует подчеркнуть, что изменения зубца Т и депрессия сегмента ST не позволяют определить локализацию нарушения. Можно указать отведения, в которых регистрируются эти изменения. Только подъем сегмента ST позволяет локализовать нарушение реполяризации.
Нарушение реполяризации — это заболевание, в ходе которого сокращается или становится более длительной по времени фаза реполяризации. Подобное нарушение может носить симптоматический характер, но определить это можно только путем проведения необходимых диагностических мероприятий.
— Выраженные изменения диффузного характера — первое на что обратила внимание Оксана, как только посмотрела на кардиограмму, еще не видев самого пациента — Отмечаются признаки частичной дистрофия миокарда
Диффузные изменения в миокарде — неспецифические, то есть нехарактерные для какого-либо определенного заболевания, процессы, затрагивающие все стенки сердца.
Такие нарушения могут наблюдаться и у здорового человека. Однако при выявлении диффузных изменений миокарда рекомендуется обратиться к терапевту, который выяснит причину обнаруженных отклонений. При необходимости пациента направят к кардиологу!
— Странно — взяла Оксана лист проделанной рентгенограммы пациента — Вы тоже обратили на эту тень в сердце, смотрите, какие она имеет причудливые контуры — обратила она внимание Виктора Валентиновича, показывая пальцем на лист проведенной рентгенограммы
— Перикардиальный выпот — пояснил Виктор Валентинович, соглашаясь с мнение Оксаны — Мои интерны уже установили дренаж
Экссудативный перикардит — воспаление серозного перикарда, сопровождающееся накоплением выпота в перикардиальном пространстве. Признаками экссудативного перикардита могут быть тяжесть и боль в груди, одышка, дисфагия, кашель и осиплость голоса, отечность лица, набухание шейных вен, симптомы сердечной недостаточности и тампонады сердца.
— Мы предполагаем что — встал Громов между Оксаной и Виктором Валентиновичем — Что его могли отравить или подсыпать что-то в еду в Иране
— Он бы уже умер — опровергла Оксана любое малейшее предположение о возможном яде
— В малых дозах седативное или транквилизатор
Предположил Виктор Валентинович, пытаясь убедить Оксану в обратном, когда она вошла в палату к пациенту, не слушая бредовые домыслы двух мужчин.
— Могут вызвать подобные симптомы
— Здравствуйте
Обратилась Оксана к пациенту, как только вошла в его палату, когда он лежал на больничной койке подключенный к аппарату жизнеобеспечения. Заметила Оксана бледность кожных покровов, отдышку и нарушение проводимости сердечного ритма, посмотрев на экран, где фиксировались показания сердечного ритма. Рядом на стуле стояла миска с кровеносными выделениями, что выходили вместе с кашлем у пациента. Уменьшение массы тела, Оксана сразу предположила о физиологических изменениях в теле пациента. Перед Оксаной на больничной койке лежал парень, к которому по внешнему виду было слегка за тридцать, но исхудавшее тело в период долгой болезни, привело его к потере массы на десятки килограмм.
— Я Орлова Оксана Владимировна
— Дядя рассказывал мне о вас — ответил вялым голосом парень, взгляд его был тусклым и тупым, он словно смотрел в одну точку на потолке — Он хочет убедить, этого лакея
Указал он, пальцем правой руки, открывая медленно голову от подушки, на Виктора Валентиновича, когда он вместе с Громовы вошёл к нему в палату.
— Что меня не отравили
— Бред какой-то — согласилась Оксана, присаживаясь рядом — Как вы себя чувствуете
— В груди болит — уточнил пациент на один из симптомов, на который Оксана тут же обратила своё внимание — Знаете, как будто, словно чувство сдавливание
— У вас кашель с кровью — обратила сразу на это внимание — Чувство сдавливание, отдышка, а так же нарушение ритма сердца и сердечной проводимости и прошло два месяца
— Вы не представляете — говорил он, посмотрев на Оксану, как будто вот она ему приглянулась, заметил он яркое красное платье, что было одето на ней, под белым халатом — Это словно тюрьма, я даже не знаю, когда это закончится
— Перикардиальный выпот и дренаж из вашей груди, по которому стекает экссудат
— Вы еще краше, чем та блондинка — коснулся он кисти руки Оксаны, когда она сразу же определила у него повышение температуры тела, а потому каким он был одеяло был укрыт, смогла легко предположить что у него озноб — Где мой дядя, только таких находит?
«Озноб, лихорадка, нарушение сердечного ритма, изменение тени сердца на рентгенограмме, кашель с кровью», размышляла Оксана, продолжая смотреть на бледное лицо пациента.
— Возможно киста — предположила Оксана, пытаясь погрузиться сознанием в сердце пациента, представляя некую аномалию блокирующую ток крови в левой части сердца — Или может это не опухоль, тогда что эта за тень
— Я узнаю этот взгляд — заметил Виктор Валентинович, как Оксана встала со стула на котором сидела — Вы уже там, вы словно видите….
— Всё не так как вы думаете Виктор Валентинович
Опровергла Оксана, доводы мужчины, после чего вновь подошла к девушке интерну, взяла у неё из рук красную папку, положив её в раскрытом состоянии на столешницу в палате.
— Где же этот снимок — искала Оксана среди листов снимок рентгенографии пациента — Заметила аномально образованную тень на сердце пациента, которую объяснить не могла
— Оксана Владимировна можете мне объяснить
Поинтересовался Виктор Валентинович, когда подошёл к Оксане и легонько кончиками пальцев, коснувшись её руки, мужчина обратил на себя её внимание.
— Что я упускаю
— Пока только то — достала Оксана из раскрытой карты, снимок рентгенографии пациента, направляя его на солнечный свет, проникающий в палату через большое окно, внимательно посмотрела на аномальную тень на снимке — Что это точно не яд
— Что вы думаете Оксана Владимировна?
— Кардиомиопатия
Кардиомиопатия — первичное поражение сердечной мышцы, не связанное с воспалительным, опухолевым, ишемическим генезом, типичными проявлениями которого служат кардиомегалия, прогрессирующая сердечная недостаточность и аритмии. Различают дилатационную, гипертрофическую, рестриктивную и аритмогенную кардиомиопатии.
— Но это не точно — уверяла Оксана, продолжая некоторое время смотреть на снимок рентгенографии пациента
— Объясните — потребовал Виктор Валентинович
— Понимаете — отложив снимок обратно на столешницу, Оксана внимательно посмотрела на мужчину, который перед ней стоял
Гипертрофическую кардиомиопатию (ГКМП) характеризует ограниченное или диффузное утолщение (гипертрофия) миокарда и уменьшение камер желудочков (преимущественно левого). ГКМП является наследственной патологией с аутосомно-доминантным типом наследования, чаще развивается у мужчин разного возраста.
При данной патологии присуще уменьшение размеров полостей сердца, утолщение и плохую подвижность межжелудочковой перегородки (при обструктивной кардиомиопатии), снижение сократительной деятельности миокарда, аномальный систолический «пролапс створки митрального клапана».
— Что-нибудь еще? — поинтересовался Виктор Валентинович, как только выслушал Оксану
— Возможно еще
Амилоидоз сердца — системный диспротеиноз, приводящий к отложению амилоида — специфического белково-полисахаридного комплекса в тканях сердца. Амилоидоз сердца сопровождается гипертрофией миокарда, нарушением его сократительной способности, развитием хронической недостаточности кровообращения, аритмий, гипотензии, клапанных пороков.
При амилоидозе сердца миокард уплотняется, становится малорастяжимым («резиновый» миокард); объем полостей сердца обычно изменяется незначительно. Старческий амилоидоз сердца протекает по типу диффузного поражения мышечных волокон, что сопровождается их атрофией; отложение амилоида нередко выявляется в коронарных артериях и аорте. Следствием структурных изменений миокарда являются нарушения систолической и диастолической функции, уменьшение сердечного выброса и признаки «сердечной недостаточности».
— Да и в завершение
Отошла Оксана, играя бёдрами к окну, посмотрела на военную, хорошо охраняемую военную базу, периметр которой был под постоянным контролем камер видеонаблюдения, системой летающих дронов и постоянных патрулей солдат.
— Миокардит
Миокардит — воспаление мышечной оболочки сердца (миокарда), чаще ревматического, инфекционного или инфекционно-аллергического характера. Течение миокардита может быть острым или хроническим. Острый миокардит проявляется одышкой, цианозом, отеками на ногах, набуханием вен на шее, болями в сердце, сердцебиением, аритмиями.
Тяжелая форма миокардита может возникать при дифтерии, «скарлатине», «сепсисе». Высокой кардиотропностью обладают вирусы, вызывающие миокардит в 50 % случаев. Иногда миокардит развивается при «системных заболеваниях» соединительной ткани: «системной красной волчанке», «ревматизме», «васкулитах», «ревматоидном артрите», при аллергических заболеваниях. Также причиной миокардита может служить токсическое воздействие некоторых лекарственных препаратов, алкоголя, ионизирующее излучение. Тяжелое прогрессирующее течение отличает «идиопатический миокардит» невыясненной этиологии.
— Но опять же — добавила тут же Оксана, когда рассказывая, ходила кругами по палате, выставила указательный палец руки, что была на поясе — Повторяю, это не я!
— Мы изучили сердце вдоль и поперек
— Тогда, что эта аномальная тень на сердце?
Поинтересовалась Оксана, пытаясь разглядеть левую сторону сердца, где в левом предсердие что-то было, напоминающее аномальное образование или поражение мышечной ткани сердца.
— Биохимический анализ крови пациента — распорядилась Оксана направляясь к выходу из палаты, дверь которой была открыта — И развернутый, так же бак посев
Играя выразительно бёдрами в каждом шаге, когда материя платья, одетого на Оксане так отчетливо отражала пикантные формы её стройного тела.
— Да и Виктор Валентинович — встав в проходе открытой двери, Оксана посмотрела на мужчину в белом халате, когда он не сводил с неё глаз — Возьмите биоптат миокарда, проведите зондирование полостей сердца
— Что вы пытаетесь найти?
— Я хочу исключить миокардит
— Уверяю вас Оксана Владимировна — заверил Виктор Валентинович, направляясь в сторону Оксаны, когда Громов, оставаясь в недоумении так на него внимательно смотрел — Ваше мнение не имеет обоснования, ссылаясь на какую-то тень в сердце, без основания тратя время
— Вы потратили два месяца — возразила Оксана, была не согласна, обвив руками пластиковый проход, открытой двери, выгнув спину, выставила бёдра — Так будьте любезны потратить всего несколько дней, чтобы опровергнуть мою теорию
— Мы ходим вокруг до около
— А давайте спросим у самого пациента или может господина Громова — изумилась Оксана в улыбке, состроив злорадную усмешку — Чью позицию в лечении он выберет, для своего якобы, как он любит говорить сына
— Дирофлярии в сердце — вынес свою теорию Громов — Возможно та самая тень, что вы видели Оксана Владимировна и есть тот самый очаг паразитов
Дирофиляриоз — инвазионное заболевание, вызываемое круглыми гельминтами рода Dirofylaria. У собак паразитируют два вида — D. immitis и D. repens, которые различаются тем, что в половозрелой форме (собственно гельминты) первые локализуются в полостях сердца и крупных сосудах (легочная артерия, аорта), а вторые — в подкожной клетчатке, хотя изредка могут быть обнаружены и в несвойственных им местах: глазах, головном мозге, брюшной полости и спинном мозге. А личинки — микрофилярии — путешествуют по крови, в утренние и вечерние часы концентрируясь на периферии, так как комары именно в это время особенно активно нападают.
Когда сердечные паразиты появляются у больного можно заметить следующие симптомы: Учащенный пульс; Болевые ощущения в области груди; Лихорадочное состояние; Головная боль; Раздражительность; Нервозность; Бессонница; «Тошнота».
— Исключено — возразила Оксана, пациента, вышла в коридор, когда Виктор Валентинович и Громов услужливо проследовали за ней — У нас выраженное нарушение сердечного ритма, застойная сердечная недостаточность, а так же «атриовентрикулярная блокада»
— Так же наблюдаются симптомы раздражительности, головной боли и сдавливания в груди
— Виктор Валентинович — оспаривая такое утверждение, говорила Оксана, подойдя к мужчине, как только вышла в реанимационном отделении — Я вам могу назвать тысячу таких болезней, что будет иметь всё то, что вы мне тут перечислили
— Я всё еще являюсь главным врачом пациента
— Тогда зачем такими стараниями
Возразила Оксана, встав лицом к лицу с Виктором Валентиновичем, посмотрела ему в глаза, чувствуя его одеколон. По мере оспаривания всех позиций этого мужчины, Оксана не поняла, как возбудилась и чем больше она приводила опровержения, тем больше желание секса, порочного тёмного омута окутывало её разум. Издавая едва слышный порочный стон, в момент разговора, Оксана слегка раскрыла губы, их щедрый алый оттенок, отражал в себе искушению страстью.
— Вы меня сюда притащили?
— Я конечно не врач — встал Громов между Виктором Валентиновичем и Оксаной — Но если Оксана Владимировна так говорит убедительно и за несколько минут назвала вам несколько причин убедительных доводов того, как лечить моего сына, так делайте этой
— Сергей Викторович — уверял Виктор Валентинович — Мы изучали с моими интернами
— Простите — вышла из палаты белокурая девушка в белом халате, посчитав уместным унять этот спор внести свои коррективы — Возможно это будет не кстати, но Виктор Валентинович вы помните как у пациента случился приступ «пароксизмальной тахикардии»
Пароксизмальная тахикардия — вид аритмии, характеризующийся приступами сердцебиения (пароксизмами) с частотой сердечных сокращений от 140 до 220 и более в минуту, возникающих под влиянием эктопических импульсов, которые приводят к замещению нормального синусового ритма. Пароксизмы тахикардии имеют внезапное начало и окончание, различную продолжительность и, как правило, сохраненный регулярный ритм. Эктопические импульсы могут генерироваться в предсердиях, атриовентрикулярном соединении или желудочках.
— А вот это уже интересно — ухмыльнулась Оксана, состроив неотразимую улыбку восхищения, посмотрела укоризненно на Виктора Валентиновича — Ну и когда вы хотели мне сказать об этом?
По этиологическим факторам пароксизмальная тахикардия сходна с экстрасистолией, при этом суправентрикулярная форма обычно вызывается повышением активации симпатического отдела нервной системы, а желудочковая — воспалительными, некротическими, дистрофическими или склеротическими поражениями сердечной мышцы.
— Тут может быть тысячу причин этому — оспорил Виктор Валентинович в ответ, сразу понимая, о чём подумала и что может теперь Оксана ему противопоставить — Это не обязательно будет структурное нарушение целостности сердечной мышцы
— Результаты крови — направляясь к выходу из отделения, Оксана не стала слушать бессмысленные домыслы от Виктора Валентиновича — Должны быть завтра утром у меня
— Вы куда? — поинтересовался Громов, хотел проследовать за Оксаной
— Пойду найду себе какого-нибудь солдатика — ухмыльнулась Оксана, играя бёдрами, подошла к выходу стеклянных пластиковых дверей, что вели из реанимационного отделения — И попробую хорошо провести время
— Оксана Владимировна — окликнул Громов, Оксану, когда она выходила из дверей реанимации, взявшись за ручку, она оттолкнула её от себя — Вы ведь ничего толком не ели, давайте я отведу вас, пообедаете
— Доставьте еду в мой номер — ухмыльнулась Оксана, встав в коридоре, нагнулась, облокотилась на выставленное колено, отразив упругие бёдра — Он ведь у меня есть? — поинтересовалась она, подмигнув Громову
— Я распоряжусь, чтобы вас туда проводили — ответил Громов, немного помешкав, словно переменился — Нет, я сам вас провожу
— Я могу хотя бы осмотреться? — развела уныло руками Оксана, оставаясь стоять в коридоре больничного военного комплекса — Я ведь всё равно далеко никуда не уйду
— Пусть идёт — встал за спиной у Громова, Виктор Валентинович — А я как раз хотел с вами обговорить очень интересное решение проблемы диагностики вашего сына
— Серьёзно Виктор Валентинович — возмутился Громов, обернувшись посмотрел на стоящего у него за спиной мужчиной — Вы два месяца со своими интернами пудрили мне мозги, а теперь когда Оксана Владимировна у нас появилась
«Пожалуй лучший момент чтобы мне тихо уйти и найти себе солдатика, блядь как секса хочется, похоже эта кома на меня как-то повлияла», направляясь очень осторожно по коридору, Оксана очень аккуратно наступала на кафель плитки, направляясь к лестничной клетке.
— Старый надоедливый дурак — тихо выругалась Оксана, подойдя к лестничному проходу, коснулась пальцами арочного входа, прижалась к ней грудью, посмотрела на двух спорящих мужчин у входа в реанимационное отделение — Тебе никогда не держать меня под контролем
Посмотрев напоследок на Громова и Виктора Валентиновича, Оксана подошла к ступенькам лестницы, начиная медленно спускаться, по ним, чувствуя замах сочетания малины и смородины, оставленный шлейф, который принадлежал какой-то девушке. Облизывая жадно губы, Оксана сгорала по поцелую, чем больше она думала о больном пациенте, тем больше становилась жажда порочного искушения. Спускаясь по ступенькам на первый этаж, Оксана хотела унять звериную страсть инстинкта, что окутал омутом её сознание, когда она касаясь пальцами гладкой, высохшей зелёной краски на стене, не могла смириться с тем, как сильно требовало её тело любви.
***
Спускаясь по ступенькам лестницы, находясь в лестничном коридоре, ведущим в холл больничного комплекса. Оксана сгорала от предвкушения безудержной тяги к любви, едва проявляя сдержанность, прошла мимо двух медсестёр, что поднимались выше на этаж, была готова слиться с ними в пламени поцелуя. Чувствуя сочетание запаха от девушек, Оксана прошла мимо них, вдыхая жасмин и сирень, а так же бергамот и герань в одном сочетание, танец таких симфоний, был для неё неудержим. Продолжая спускаться ниже, облизывая губы, Оксана предавалась мечтанию, раствориться в утопии ласки рук этих молодых медсестёр, тонуть в безудержном омуте их любви.
— Оксана Владимировна — обратился к Оксане солдат, как только она покинула лестничную шахту и вошла в вестибюль
— Ты…… — испугалась Оксана, узнав сразу того солдата, который её ударил прикладом оружия, высвобождая из её рук заложницу — О….. нет-нет-нет
Попятилась Оксана назад, но споткнулась каблуками черных туфель о порог входа в лестничный коридор, после чего вдруг чуть не упала, успев вовремя облокотиться спиной о стену. Оксана, словно кошка вжалась от страха в угол, не желая совершенно видится с этим мужчиной. Раскрыв лазурные голубые глаза от ужаса, Оксана когтями впилась в краску на стене, забившись в угол, смотрела на него словно как загнанная в угол кошка перед огромным псом.
— По-моему мы ведь решили вопрос и меня отпустили
— Да я знаю — ухмыльнулся он в ответ, наблюдая как Оксана его боялась вжалась в угол — Громов просил лично проводить вас до вашей комнаты и глаз с вас не спускать
— Может, я как-нибудь сама дойду
Прикусывая нервно краешек губы, предложила Оксана, не желая покидать угол лестничной клетки, когда спускающиеся медсёстры так на неё удивлённо смотрели.
— Не стоит зря вам перетруждаться
— Громов сказал, что за вас я отвечаю головой — мило улыбнулся он, протянул руку Оксане, оставаясь стоять на расстояние, как только вошёл в лестничную шахту, переступая порог
— Не стоит — возразила Оксана, продолжая испуганным взглядом смотреть на него, не желая пользоваться его помощью, предпочитая стоять в углу
— Громов сказал если я хочу остаться в армии после того что я сделал с вами — продолжал настойчиво рассказывать, говорил он, продолжая стоять у входа лестничного коридора — То я должен выполнять все ваши желания, отвечать за вас головой и попросить прощения
— Не стоит — уныло Оксана опуская взгляд — Я в той ситуации была сама виновата, я держала в заложниках испуганную девушку с ножом у горла
— Это тоже верно — сохраняя любезность улыбки, признал он, кивнув Оксане соглашаясь с ней во всём — Я ведь выполнял свой долг, вы должны меня понять
— Выполняли долг? — ухмыльнулась Оксана, придавая очаровательное недовольство, вышла из угла, протянула руку мужчине, чтобы он взялся за кончики её пальцев — Вы ударили меня прикладом
— И за это я дико извиняюсь — принял он руку Оксаны, пропуская её первой выйти из лестничного коридора — Хотя вы тоже были виноваты не меньше моего
— Я значит была виновата? — сохраняя обольщение улыбки, Оксана обернулась, встав в пол оборота, посмотрев на парня, в военной форме, как он вышел следом — Вы ударили беззащитную напуганную девушку!
— Я же вам говорю — краснел он перед обольщением Оксаны, особенно, когда так соблазнительно подыграла ему глазками — Я делал свою работу
— А сейчас у вас какая работа? — решив поиздеваться над ним дальше, спросила Оксана, играя телом, направляясь по коридору
— Я должен сопроводить вас в вашу комнату
Повторил он, словно уклоняясь добавить сказанное ранее перед Оксаной, когда она почувствовала власть над ситуацией разговора, над ним решила посмеяться.
— Я за вас головой отвечаю
— И…..? — потянула Оксана, играя бёдрами, направляясь к рамкам металлоискателя
— И выполнять все ваши желания — добавил он стесняясь того, как Оксана на него с ухмылкой смотрела — Чтобы вы не попросили
— Не приказала
— Простите? — не понял он, как Оксана восторженно это сказала
— Ты же сам сказал, что будешь выполнять все мои желания
— Ну и? — не понимал он тонкого намёка Оксаны, когда она к нему подошла, почувствовав от него запах мужской парфюмерии для бритья, столь резкий вкус, возбуждал в ней порочное желание
— Значит я твоя королева
— О… нет-нет-нет — возразил он, ухмыляясь, отошёл от Оксаны, было видно, что он почему-то её опасался, когда она на этом решила сыграть в свою пользу
— Не волнуйся — продолжая строить обольщение улыбки, отразила Оксана очертание сексуальных ямочек на щечках — Я не заставлю тебя здесь вставать на колени
Обвив пальцами подбородок солдата, говорила Оксана рядом с его губками, чувствуя нежными подушечками его колкую щетину лица.
— Но — обернулась Оксана, вильнув бёдрами, направилась к рамкам металлоискателя, сгорая от предвкушения скорее придаться власти любви, кончиком коготка указательного пальца, игриво коснулась она носа парня — Только не здесь
— Простите Оксана Владимировна — отвлекла девушка, обратилась шатенка, отвлекая Оксану от гармонии напряженного момента отношений — Халат можно мне вернуть обратно?
— Вы взяли чужой халат? — поинтересовался парень с хитрой ухмылкой, когда Оксана стесняясь в его глазах отошла от него — Снова?
— Не без причины — уверяла Оксана, сохраняя любезную застенчивую улыбку — Мне он был нужен, чтобы осмотреть пациента, да она сама мне его дала
— Не удивлюсь если под давлением Громова — поддержал он Оксану улыбкой, когда она медленно пуговицу за пуговицей расстегивала на себе белый медицинский халат
— Он сам мне его дал — повернулась спиной Оксана к парню, после того, как расстегнула все пуговицы надетого на себе белого халата, делая тонкий намёк, чтобы он освободил её от него
— Да действительно Громов так распорядился — подтвердила шатенка в белоснежном коротком платье, что так прекрасно облегала силуэт её тела
— Вот видишь — ухмыльнулась Оксана, освобождаясь от халата, под влиянием пальцев солдата, отошла в сторону, сделав несколько шагов ставя ноги крест-накрест, выражая упругие бёдра
— Сергей Викторович убедительно попросил меня доставить вас в дом — заверил парень в военной униформе наблюдая с изумлением, как Оксана, играя телом прошла через рамку металлоискателя
— К нему? — поинтересовалась Оксана, когда подошла к большим стеклянным дверям больничного военного комплекса, обвивая пальцами пластиковую ручку
— Тут офицерский городок — рассказывал он, когда Оксана, открывая дверь, переступая порог, вышла на крыльцо — Там дома для офицеров, так вот для вас там приготовили отличный дом
— Большой? — поинтересовалась Оксана, как только вышла на улицу, расправляя руки, потянулась, запрокинув голову, посмотрела на яркое солнце — Я не привыкла жить в какой-нибудь халупе
— Ну, думаю, вам он подойдёт — застенчиво улыбнулся он, когда Оксана обернулась, высказывая ему своё мнение — Он для вас будет большой
— И что я там буду делать одна? — недовольно Оксана обернулась к парню, который стоял с ней на одном крыльце
— Но вы же сами хотели большой дом?
— Но что я там буду делать одна? — нахмурила Оксана обидчиво губки, желая в истязание страданий разума по любви, чтобы он к ней проявил
— Вы всегда можете прийти в гости к Громову
— К этому старому пискуну? — возмутилась Оксана, подойдя медленно по каменному крыльцу к ступенькам — Мне его рожа уже за сегодня надоела
— Где вы так научились выражаться? — сделал он замечание, спускаясь следом за Оксаной, парень словно любовался пикантными выраженными её формами
— А ты кажется, согласился выполнять все мои желания
Ухмыльнулась Оксана, оглядывая, словно сказочную зеленую рощу у больничного комплекса, словно всё было ровненькое, каждый куст, деревья, за всем тщательно следили.
— Так вот терпи — заявила Оксана, спустившись со ступенек крыльца, снизошла на тротуар, аккуратно его касаясь каблуками черных туфель
— И как долго ваше величество будет вести себя так……
— Мне уже нравится — перебила его Оксана направляясь по хорошо ухоженной тротуарной дорожке, как только отошла от ступенек крыльца, коснулась пальцами листов сирени, глубоко вдыхая их завораживающий тонкий аромат уходящего лета — Ты уже вживаешься в роль?
— В какую роль?
— Моего подданного
— Ах… вашего значит подданного
Возмутился кокетливо солдат, когда подошёл к Оксане, наблюдая как она выставив колено, держа на ладошке лепестки сирени, вдыхала глубоко их аромат.
— Значит вот как мы теперь — не мог он оторвать взгляд от бёдер Оксаны, когда она так излюблено перед ним демонстрировала — Это называем?
— Прости дорогой — обернулась Оксана и была под впечатлением под тонким запахом сирени, околдовавшим её разум — После того как ты ударил меня прикладом от оружия по лицу
Утверждала Оксана, отпустив лист сирени, оставив его болтаться на ветке, состроив хищное, строптивое страстью выражение лица, подошла к парню в военной форме.
— Ты думаешь, я смогу тебе так просто взять и простить тебе эту — коснулась Оксана расстегнутого ворота военной униформы на парне, легонько коготком поцарапала его грудь, продолжая смотреть взглядом королевы ему в глаза — Оплошность
— А я и не просил — ухмыльнулся он, развёл руками, почесав затылок — Мне, между прочим, ваше прощение Оксана Владимировна
Продолжая смотреть в глаза Оксане, было видно, как он был очарован её красотой, но из-за всех сил держал себя в руках, чтобы не выдать себя, придал он напряженный взгляд серых глаз.
— Мне не нужно — пояснил он, нагло продолжая смотреть и ухмыляться на Оксаны — Я выполнять свой долг, спас заложницу и обезоружил вас
— Вот как?! — изумилась Оксана в улыбке, шикарно раскрыла накрашенные алой помадой губы, блеск которых отражался при падении на них лучей дневного солнца — Так вот как ты это теперь называешь?
— Давайте я проще покажу ваш дом
— Я думаю, охрана мне не помешает — изумилась Оксана, осматривая крыши проглядывающихся за макушками деревьев, домов, военного городка — Это ведь закрытый город? — поинтересовалась она, направляясь по тротуарной дорожке к алее с большими распустившимися деревьями
— Да — насторожился он, когда Оксана к нему обернулась, встав под тенью наклонившихся веток берёзы — Только вот гражданин Громов, запретил мне называть вам его название
— Пф…. — пафосно нахмурив губки, махнула Оксана рукой, продолжив путь по тротуарной аллее, вошла в цветущий лесной парк, рядом с больничным военным комплексом — Я и так узнаю
— Ну самое главное не от меня
— Думаешь, меня это остановит? — продолжая играть выраженно бёдрами в каждом шаге, обернулась, Оксана не останавливаясь — Я в любой момент смогу узнать своё местоположение
— Чего вы пытаетесь доказать? — спросил он в тот момент, когда Оксана обернулась и стоя к нему спиной, придала задумчивый вид
«Блядь он всё больше и больше меня заводит, но прежде чем это у нас с ним случится, я заставлю его приклонить передо мной колени», размышляла Оксана, состроив злорадную ухмылку, коснулась листьев свисающей ветки берёзы, игриво качая бёдрами, продолжила движение.
— То, что я твоя королева — обернулась Оксана, забавляясь тому, как парень был в замешательстве от того, как она раскрыла выразительно голубые лазурные глаза — И ты не можешь этого отрицать
— Смотрите-ка Оксана Владимировна — ухмыльнулся он, наблюдая как Оксана, направляясь по тротуарной бетонной дорожке, проходила мимо покрытого зеленью сада — Откуда в вас столько гордости?
— Гордость моя второе имя
Ухмыльнулась Оксана, обернувшись, посмотрела на идущего за ней следом солдата, после чего взглянула на улицу рядом с которой выходящего из тернистого сада, располагались жилые дома.
— Что же показывайте — поинтересовалась Оксана, встав под тенью качающегося кедра, пышные игольчатые ветки которого создавали объём, скрывая за собой могучий ствол — Какой из них мой?
— Вон тот, что с красной крышей — указал он на двухэтажный особняк с чудным балконом, ограждённый периметр которого, был выложен из красного кирпича
— Серьёзно? — посмотрела Оксана удивлённо на кончик указательного пальца солдата, и потом на направление, что он указывает, увидел вполне большой дом с красной черепицей — Ну……
— Что скажите?
— Интересно, а какой дом у тебя? — обвив руками талию, Оксана выраженно подчеркивая бёдра, изящной фигурой, что было скрыта под материей красного надетого на ней платья
— Я живу в общежитии, как и все контрактники — старался держать дистанцию, парень отступил в сторону, когда Оксана стояла с ним совсем близко
— Ну, у тебя есть какое-то задание?
Ухмыльнулась Оксана, специально наседая, играя с ним, сделала шаг в его сторону, специально создавая напряжение гармонию, сексуальной страсти.
— Только не говори, что ты просто проводишь меня до дома
— Громов распорядился проследить, чтобы вы пообедали
— Умираю от голода — подошла Оксана к нему, чувствуя мужскую силу парфюмерии для бритья и уходу за кожей лица Gillette, сгорала с ума по тонкости его резкого запаха — Съела бы слона
— Я и не думал что вы такая кровожадная
Не позволяя тому, чтобы власть Оксаны, так долго держала его пальцами за воротник его спецовки, парень отошёл вновь на шаг назад, нарушая гармонию образовавшейся связи.
— Что будите угрожать целому земному виду
«Почему он меня сторонится, я что не достаточно хороша для него или он просто охуел?», думала Оксана, нахмурив губки от отчаяния, с обидой посчитав себя оскорблённой, посмотрела на него.
— Ты меня еще плохо знаешь — изображая на лице, кровожадность и в тоже время сексуальное рвение, ответила Оксана ухмыляясь
— Боюсь даже узнать вас Оксана Владимировна — выставив руки согнутые в руки, он как бы создал барьер в отношениях, прекрасно понимая, чем грозит ему близость с Оксаной
— А почему? — поинтересовалась Оксана, когда отошла в сторону, отступая от парня, потешаясь, как он сторонился её — Я что не достойна тебя?
— Громов меня разорвёт — опустив голову, строя драму перед Оксаной, смутился он её близости и её созидания над ним — Он сказал оберегать вас, чтобы не случилось
— И…..? — потянула Оксана, снова держа руки на поясе, выставила указательный палец в сторону парня — Он что-то еще говорил ведь?
— Вы издеваетесь?
— Ну и? — специально Оксана, ухмыляясь хищной улыбкой, сделала шаг в его сторону
— Может, пойдёмте я вас провожу — выставил он вновь руки не давая наседать Оксане на него, он снова отошёл от неё
— Какая гордая осанка — ухмыльнулась Оксана, когда подошла к нему, кончиками пальцев задела его погоны — Какие плечи, только один вопрос?
Скривила Оксана губки, прислонив к ним коготок указательного пальца, с насмешкой посмотрела на стоящего перед собой солдата, стоя над тенью пышных веток могучего кедра.
— Как такой мужчина
Обвив руками плечи солдата, Оксана выразительно раскрыла перед ним голубые лазурные глаза, строя улыбку обольщения перед ним посмотрела на него.
— Смог ударить меня?
— Тьфу ты…… — выругался он сдерживая свой гнев, смутился того как забавлялась Оксана, когда смотрела на него так, кокетливо, прислонив коготок указательного пальца к краям губ
— Совесть проснулась? — сделала вид, что удивилась Оксана с ухмылкой, посмотрела на него
— Вам смешно?
— С чего ты взял? — едва сдерживая смех, спросила Оксана, прислонив кончики пальцев к губам
— Вы издеваетесь — признал он это, посмотрев на Оксану, соглашаясь с её мнением — По-вашему это значит смешно?
— Извини дорогой — прислонив кончики пальцев к груди, возмутилась Оксана, состроив выразительные ямочки на щечках — Если тебя что-то смущает
Подошла Оксана к нему, играя сексуально телом, наступая каблуком черных туфель на сломанную высохшую ветку и листву под ногами, создавая хруст и шелест.
— То будь так добор — коснулась Оксана подушечкой пальцев пылких губ парня — Потерпи меня
— Поскольку наш с вами разговор так и ни к чему и не приведёт
— И что ты намерен сделать? — посмотрела Оксана взволнованно, как парень равнодушно прошёл мимо неё, направляясь к выходу из тернистого парка
— Просто провожу вас домой
— Но мне нужна и защита?
— От кого?
Уныло вздохнул, обернулся он, изнурённо посмотрел на Оксану, когда встал у выхода из лестной чащи, что вела к улице, где были расположены частные дома горожан закрытого города.
— Вам не нужна защита тут
— От одиночества — состроив скучную гримасу, Оксана опустила глаза, посмотрела на закруглённые носики черных туфель
— От одиночества Оксана Владимировна — был не согласен он с утверждением Оксаны, не придавая значения её лживой жалости и печали, он вышел на улицу, направляясь сразу к дому, переходя проезжую часть — Защищайте себя сами
— Вот значит как! — вскрикнула Оксана, выбежала за ним с недовольным видом, звонко клацая каблуками черных туфель по асфальтному покрытию тротуара, ощущая как легкий холодок, нежностью прикосновения объял её тело обворожительной прохладой — Так ты теперь заговорил?
— Господи
Вздохнул солдат, почувствовав себя неловко перед проходящей по улице парой парня и девушки, когда они держались за руки, смотрели в глаза друг другу, но отвлеклись на крик Оксаны.
— Да когда же вы угомонитесь уже
— Да как ты вообще смеешь возмущаться — раскрыв изумлённо алые губы, Оксана решила закатить скандал выставить солдата, не в лучшем свете перед молодыми людьми, что шли по улице
— Ненормальные какие-то — ответил парень, что шёл с девушкой, посмотрев смущенно в сторону Оксаны, когда она закатывала сержанту скандал на глазах влюблённой пары
— Вот ваш дом — указал он на ворота, нажимая на ручку маленькой двери, легонько нажал чтобы открыть её — Всё наверно на сегодня с меня хватит
— Ты должен охранять меня
— Я должен вернуться в часть
— Сегодня я твоя часть — подошла Оксана к нему и схватила за рукав спецовки, сама первая вошла в ограду, вильнув бёдрами перед самцом
— Но так же нельзя — хотел он возразить, но Оксана настойчиво втащила его в ограду, кончиками пальцев, не слушая его, толкнула дверь, чтобы она закрылась
— Я могу
Отпуская его рукам, отошла Оксана от него, направляясь в пол оборота, смотрела на него, играла выразительно телом в каждом шаге, приковывая его взгляд к себе.
— Делать, что захочу
— Можете осмотреть ваш дом — отчаянно ответил он, когда Оксана прошла по ограде, стукая звонко каблуками о каменную плитку, оставаясь в тени наклонившихся веток яблони, коснулась пальцами свисающего зеленого плода — Я пока подожду вас тут?
— Ты не идёшь? — удивилась Оксана, когда подошла к ступенькам деревянного крыльца, вдохнула этот завораживающий запах сирени, кусты которой росли рядом с оградой кирпичного забора
— Мне сказали охранять вас ценой своей жизни
— Но так ты можешь сделать это и дома?
Ухмыльнулась Оксана, облокотившись обеими руками на перила, выразила на щечках изумительной формы ямочки.
— Я буду не против, если даже и в моей кровати — выставила Оксана сочные упругие бёдра, состроив глазки
— Что?! — отразил он тупую гримасу на лице, возмутительно посмотрел на Оксану
— А что такого? — пожав плечами, Оксана развела руками, непонимающим взглядом в момент напряженной интриги разговора, продолжала на него смотреть — Я не в твоём вкусе?
— Да нет — смутился он того, как Оксана на него смотрела, гордостью подобающей королеве — Я совсем не то хотел сказать
— Ну тогда заходи — кокетливо Оксана позвала за собой, качнув указательным пальцем, когда её кисть была на плече, а другой рукой она коснулась ручки закрытой двери
— Я не думаю что это хорошая идея
— Можно я буду думать
Открывая дверь, ухмыльнулась Оксана, переступая через порог, вошла в просторную прихожую, где все казалось цвета кофе. Комод, что стоял напротив входа, гардеробный шкаф справа, а так же паркет пола, всё было шоколадного цвета. В гостиной, окутанной сумраком, за счёт задвинутых штор, колыхалось легкое алое свечение с камина. Воздух был пропитан древесным свежим запахом, ароматом цветения зелени и трав, чувствовался легкий вкус тлеющего угля с камина.
— За нас обоих
— Вы не оставляете мне выбора
Уклончиво покачал он головой, но в итоге соглашаясь с приглашением Оксаны, подошёл он ко входу когда она отошла к комоду, красиво играя, в каждом шаге, телом перед ним.
— Ничего не поделаешь
— И не смей сомневаться — подошла Оксана к нему, вцепившись в воротник его спецовки, сама пальцами толкнула дверь, чтобы она закрылась, создавая в доме, лёгкую сумрачную романтику
— Вы точно знаете, чего хотите
— Именно этого и хочу — заявила Оксана, играя бёдрами, вошла в тёмную гостиную, покачивая бёдрами, прошла через арочный проход
— Вам стоит перекусить — утверждал он, когда Оксана с голодными глазами посмотрела на шикарно накрытый небольшой столик в гостиной, что был расположен у черного кожаного дивана
— Умираю с голода — изнывающим голосом, признала это Оксана, вошла быстро в гостиную, стукая каблуками черных туфель по паркету
— Что вот так просто сядете есть?
— А что я должна произнести какой-то обет перед этим? — ухмыльнулась Оксана, прошла рядом со светом, проникающим через щелку в гостиную, направляясь к черному кожаному дивану
— Может для начала, раздвинем шторы
— Когда я поем — ответила Оксана, подойдя к столику, кокетливо указала на парня, который только что вошёл в гостиную, переступая порог арочного входа — Я и ноги раздвинуть, готова буду
— Это будет лишнее — возразил парень, оставаясь стоять у арочного входа в гостиную
— Правда — ухмыльнулась Оксана, взяв сочную запеченную ножку курицы с тарелки, с чувством голода посмотрела на неё — Ты так считаешь?
— Это будет лишним
— Ну хотя бы — кончиком язычка, Оксана облизнула запеченную корочку, ощущая на его поверхность весь уточенный вкус её сока — Посидишь со мной?
— В этом вам не откажешь
— А ты мог бы?
— Простите — удивился он, настороженно подходя к дивану, на который, свободной рукой разглаживая платье на бёдрах, села Оксана — Я вас возможно не понял
— Отказать мне
— Громов дал мне четкое распоряжение…..
— Да плевать я хотела на Громова — грубо выразилась Оксана, смачно кусая курицу, сгорая от аппетита, испробовать то чувство, как словно таит мясо во рту — Мне важно, что ты сам скажешь
— А чтобы вы сами хотели от меня услышать
«Нет ты блядь реально идиот что ли», тщательно пережевывая курицу во рту, предположила Оксана внимательно посмотрела на него, лицо парня так сексуально переливалось в оттенках алого, когда так романтично тлел уголь в камине.
— Ты бы сам хотел провести со мной время
— И это не смотря на тот факт, что вас ударил?
— А что если между нами — дала Оксана тонко понять мужчине, рядом с которым сидела на диване, обвив пальцами, бокал с фруктовым соком — Случится интимная связь?
— Простите — было видно, по выражению его лица, как от предложения Оксаны у него чуть не отвисла челюсть — Что вы сказали?
— Ты всё прекрасно слышал — мило улыбнулась Оксана, отразив ямочки на щечках, медленно, поднесла бокал к раскрытым губам
— Я не уверен, что это хорошая идея
— Почему? — ощущая сладкое послевкусие, когда сделала глоток, поинтересовалась Оксана, отрываясь от бокала, оставляя на поверхности стекла алый след от помады
— Спасть с вами в мои планы не входило
— Постой — схватила его Оксана за кисть руки, когда парень хотел встать с дивана и отойти от него, оставив её одну — Подожди немного
— Я побуду на улице — возразил он, оспаривая мнение Оксаны, чтобы остаться
— Но зачем? — вскочила Оксана с дивана, боясь остаться одной в этом доме
— Простите, я не могу
«Блядь я не могу его отпустить, что мне уже со стеной, что ли трахаться потом», нервно кусая губу, думала Оксана, боясь упустить возможность, хорошо провести время, в компании мужчины.
— Постой — побежала за ним, клацая каблуками черных туфель по паркету в гостиной, схватилась за руку парня, когда он уже вошёл в арочный проход — Давай всё будет так
Уговаривала Оксана, продолжая смотреть в лицо мужчины, что стоял перед ней в военной униформе, пальцами обеих рук коснулась погонов, сержанта, на его лице.
— Как ты сам скажешь
— Ну хорошо — не смог устоять он перед обольщением улыбки Оксаны, когда она так чудесно отразила ямочки на щечках — Но только без всякого…….
— Я согласна — прерывая его закивала головой Оксана, сохраняя улыбку на губах, оставаться в одиночестве в таком большом тёмном доме, меньшее из того, чего она хотела
— Поговорим? — предложил он указывая на диван, с которого они с Оксаной только что встали
— Я согласна
Держась крепко за кисть руки, Оксана не хотела отпускать от себя этого мужчину, близость с ним ей была необходима, его сексуальная энергия, как будто подзарядка для её организма.
— Давай поговорим
— Вам нужно поесть
«Возможно, так напрямую его не сломить, стоит подлить романтики немного в костёр, чтобы пламя стало жарким», предположила Оксана, сохраняя любезность улыбки на алых губах.
— Зажжешь свечи — любезно попросила его Оксана, указала на восковые свечи в подсвечниках на камине — Будь так любезен
— Что вы собираетесь сделать?
— Немного расслабиться нам с тобой — ухмыльнулась Оксана, когда каждая её клеточка тела, безудержно требовала поддаться власти любви — Точно не помешает
— Смотря, что вы подразумеваете под словом — поддержал он улыбкой, вытащил зажигалку из нагрудного кармана своей куртки, после чего легким щелчком зажег пламя на свечах
— Уверяю тебя — заверила Оксана, подошла, играя бёдрами к парню, коснувшись его рук кончиками своих пальцев, повела его за собой к черному дивану, стараясь не разрывать нерушимую создавшуюся гармонию отношений — Только всё самое лучшее
— Именно этого я боюсь
— Уверяю тебя, тебе нечего боятся
Уверяла Оксана, когда подошла держась с ним за руку к дивану, пламя играющих оттенков огня в гостиной, создавала яркую выраженную обстановку сексуальной близости.
— Я просто хочу, чтобы мы поняли друг друга
— А без этого никак?
— Успокойся — обвивая плечи парня, Оксана принудила его сесть обратно на диван, когда сама нагло околдовывая его разум своей красотой, расположилась у него на коленях
— В самом деле?
Поинтересовался он, когда Оксана взяла пульт от жидкокристаллического большого телевизора, что висел за спиной, обернувшись, тут же нажала на нём, кнопку включения. Выбрав в меню канал музыки, Оксана настроила подходящую музыку, симфония которой, будоражащими нотками пробуждала дикий порочный соблазн. Специально подобрав композицию «ATB, Amurai — Love Light (Downtempo Mix)Chill out», Оксана пользовалась скрытыми намерениями хищницы.
— Серьёзно? — поинтересовался он, когда Оксана встала с его колен, отложив пульт снова на диван, после того, как настроила на нём нужную громкость звучания, а акустический эффект комнаты, сделал уже всё остальное — И как нам это поможет расслабиться?
— Просто
Наклонилась Оксана, заметив как под действием музыки и прелестью изгибов тела и то, как красное платье облегало её тело, самец, поддался власти чар и сам сломил этот барьер. Касаясь подушечкой указательного пальца пылких губ, своего кавалера, Оксана нагнувшись выразительно раскрыла глаза, оставив пульт лежать на диване, отошла от дивана играя сексуально телом.
— Попытайся расслабиться — состроив пафосно губки трубочкой, уверяла Оксана, убирая палец с губ парня, медленно отошла от него
Сексуально играя телом, когда отошла к окну, шторы которого были плотно закрыты, в гостиной единственным светом было пламя горевших свеч на камине и розовое свечение тления в нём углей. Встав спиной к шторам, Оксана коснулась их ладонями, прислонившись к ним упругими бёдрами, немного наклонилась вперед, выставив колено. После чего сделала поворот, встав опять лицом к своему зрителю, Оксана ровно выпрямила спину, аккуратно сгибая одну ногу в колено, отражая эластичных ягодиц, скрывавшихся под красной материей платья. Затем Оксана прошла к стене, словно королевская кобра, играла в каждом шаге своим телом, прикоснувшись к прохладным обоям ладонями, вновь выгибая спину, выставила бёдра, касаясь коленом стены.
Подойдя к креслу, что было справа от окна у стены, Оксана, сгибая ногу в колено, наступила на его подлокотник. Вставая на кресле, ровно на его подлокотнике, держась на одной ноге, Оксана плавно наступила на кожаную черную поверхность другой ногой на второй подлокотник. Обе руки Оксана положила на его спину, встав спиной к мужчине, что сидел на диване. Плавно играя телом, держась лишь ладонями за спинку кресла, Оксана, плавно стала опускаться, оборачиваясь пока полностью не легла, оказавшись спиной на двух его подлокотниках. Выгнув спину, опуская колени согнутых ног вниз, и руки, Оксана столь же медленно, отражая пластику, стала подниматься, пока полностью не расположившись в кресле на коленях. Отражая в глазах страсть, истинный сексуальный голод, Оксана, открывая их голубую лазурную красоту, посмотрела на своего зрителя, медленно раскрывая страждущие по любви губы. Расположившись на подлокотниках кресла, так чтобы голова свисала вниз, Оксана, медленно поднимая ноги, плавно сгибая их поочередно в колени. Извиваясь плавно на подлокотниках кресла, Оксана плавно оказалась в момент пластики ритма движения, под звучащую музыку в гостиной, села в нём на коленях. Опустив плавно руки на колени, Оксана, чаруя взглядом мужчину, плавно стала спускать их вниз, плавно переходя с кресла на пол, выгибая спину, под ритм, качающей музыки в комнате, выставила бёдра, пока не коснулась ладонями пола.
Сползая кошкой на пол, Оксана прошлась очень осторожно к мужчине, когда он продолжал пристально наблюдать за сексуальным танцем. Продолжая смотреть на самца, словно на бога, Оксана искушала его, пробуждая в нём сильный порочный голод. Медленно подползая к нему, играя телом, Оксана села перед мужчиной на колени, плавно касаясь пальцами его раздвинутых ног, когда он сидел перед ней, наблюдая с чувством искушения за её действиями. Выгибая спину, выставляя грудь вперед, Оксана, держа ладони на коленях кавалера, запрокинула голову, играя телом в момент звучащего в гостиной ритма эротической музыки, пробуждая яркий сексуальный соблазн, искушая желанием. Вновь выпрямляя спину, играя телом, Оксана немного наклонилась в момент припева играющей композиции к парню, когда он в ответ тоже прильнул к ней.
— Вы умеете Оксана Владимировна добиваться своего
— Я старалась — мило поиграла ресницами Оксана, чаруя обольщением мужчину, медленно вставая на ноги, держа руки у него на коленях, плавно выгибая спину, отражая упругие бёдра
— Я и подумать не мог — был под впечатлением он, вставая с дивана на котором сидел, после того, как Оксана выпрямилась и сгорала над тем, чтобы самец обуздал её, раскрыла алые пылкие губы
— Ну же говори — потребовала Оксана, повернувшись к нему, словно чувствовала создавшуюся взаимосвязь, страсть, пламя порочного огня, которое стало неистовым пожаром между ними, что становилось всё больше и больше — Говори раз начал
— Вы так красиво танцуете
— Спасибо — создавая милое подобие улыбки, постаралась улыбнуться Оксана, так как ожидала почувствовать от него другой ответ, который был ей так необходим
— Нет — возразил он, сделав вид что хотел отойти от Оксаны — Я и подумать никогда бы не смог, что вы так можете…..
Не давая ему высказаться, Оксана прикрыла его губы кончиками своих пальцев, создавая гармонию необходимого ей молчания, пристально посмотрела в его глаза. Обвивая плечи мужчины рукой, Оксана, убирая вторую руку, пальцы которой были у него на губах. Продолжая так же напряженно смотреть на него, Оксана, прикусывая краешек губы, в напряжённый момент создавшегося мгновения, пытаясь пробудить в нём зверя, что утолит все её порочные желания.
— Не надо — словно умоляя его, прошептала Оксана, видя в нём льва, чья мужская сила которого полностью излечит её сексуальное чувство голода
— Чего не надо? — словно не понимал он, посмотрел внимательно на Оксану
Не став больше добавлять чего-либо или дожидаясь от него решимости, Оксана сама впилась в его губы так, как устала ожидать момента сладострастия поцелуя. Держась с ним за руки и не разрывая образовавшуюся гармонию, нежности, ласки губ, когда их чувства были столь сильно напряжены, Оксана потихоньку стала отходить назад, направляясь спиной к выходу. Плавно покидая гостиную, Оксана тонула в нежности рук самца, он так убедительно и крепко водил ладонями по её телу, словно хотел сорвать платье, одетое на ней. Жадно облизывая его губы, чувствуя его трепетное дыхание, Оксана, улыбаясь в момент поцелуя, понимая уже, что завладела его сознанием, словно приклонила этого льва перед собой. Утопая в нежности его губ, покидая гостиную, отходя спиной назад, Оксана, расплываясь в улыбке, позволила самцу сорвать с неё платье, прямо в коридоре, представ перед ним в коридоре дома в нижнем красном ажурном белье.
— Ты удивлён? — удивилась Оксана, как парень что обнажил её тело властью своих рук, словно хищник, сорвав плоть с жертвы, когда кинул красное платье на пол в коридоре
— Вы не похоже на человека, который только что вышел из комы
— Серьёзно?
Была польщена Оксана комплиментом, что он сказал для неё, когда любовался её телом, которое так пленительно переливалось в оттенках света и тени, находясь с ним в сумраке коридора.
— А на кого я похожа?
— На модель…..
— На королеву
Подошла к нему Оксана, так как сгорала от дыхания, когда мужчина, который подходил её на руки, обвив руками бёдра, в то время как она обнимала его за шею, прижалась к нему.
— На богиню!
— На богиню? — поинтересовался, переспросил он, держа Оксану на руках, направляясь вместе с ней по коридору, он словно был очарован красотой и взглядом, что она, словно искусная хищница перед ним выражала — Хотя почему бы и нет
— Вот именно
Согласилась с ним Оксана, когда поднималась по ступенькам лестницы, находясь у мужчины на руках, чувствовала, как он был очарован ею, как сходил с ума по её взгляду, движению губ.
— Мне это нравится — обвивая руками его голову, Оксана словно находилась в объятиях зверя, льва которому она была готова принести в жертву своё тело, для искушения страстью
— Как вам….
— Тш….
Прислонила Оксана, взглядом королевы, подушечку указательного пальца к губам парня, когда он поднялся, держа её на руках на второй этаж, направляясь к открытой двери комнаты.
— Давай без слов
— Но как же нам……
— Без слов — опускаясь на ноги, сходя с рук мужчины, Оксана вновь прислонила палец к его губам, направляясь к отрытой двери комнаты, свет с окна, которого проникал в коридор, падал на ступеньки лестницы — Они нам ведь не нужны?
«Как же давно я этого желала», мечтала Оксана, когда держась с парнем, в военной форме, войдя с ним в комнату, держась за кончики пальцев, сомкнув вместе рук.
— Раздевайся
Приказным тоном скомандовала Оксана ему, когда они подошли к кровати, оставаясь стоять в метре от неё, она легонько толкнула его кончиками пальцев, так чтоб он упал на постель.
— И я обещаю — говорила Оксана, оставляя туфли на шоколадном паркете в светлой комнате, соблазняя при этом мужчину взглядом — Ты об этом
Говорила Оксана столь же нежно, немного наклоняясь вперед, обеими руками обвила резинку ажурных красных трусиков, одетых на ней, начиная их медленно с себя снимать.
— Не пожалеешь
Снимая медленно трусики с себя, оставляя их лежать на оставленных, на полу комнате черных туфель, Оксана медленно, словно хищница направилась в постели. Наступая на постель колено, предварительно, сексуально изгибом, отражая упругие бёдра, согнула ногу в колено, Оксана забралась на кровать. Оставаясь сидеть на коленях на мягком белье, Оксана с изумлением, заводя руки за спину, касаясь пальцами застёжки красного бюстгальтера, смотрела на оголённый торс мужчины, сидевшим перед ней. Мужчина уверенно, крепко и в тоже время нежно обвил рёбра Оксаны, притянул её к себе, когда она, выражая под ним подобие ранимости и беспомощности, простонала, раскрыв алые губы в порочном отражении желанного искушения страсти. Снимая с себя всю военную униформу, парень бросил её с другой стороны кровати, расположившись спиной на постели, в тот момент, когда Оксана позволила себе власть завоевать его своим обольщением, забравшись на него.
— Господи как же вы красиво
— Тш…..

Обвивая лицо мужчины рукой, Оксана упиралась в подушку другой рукой, аккуратно заткнула его пылкие страждущие губы грудью. Позволяя ему облизывать жадно розовый бархатистый сосок, Оксана сходила с ума по его обольщению, чувствовала себя богиней в его окружении. Продолжая смотреть на него повелительно, словно королева, какое время, Оксана возбуждалась от того как тонко, в ощущениях, кончик его языка, облизывал её сосок, обволакивая его слюной. Оксана словно играла с самцом, чувствуя бёдрами напряжённый член мужчины, к которому лишь едва прикасалась, когда находилась в экстазе от того как он сосал её грудь. Чувствуя как самец, что ласкал ртом её грудь, Оксана знала, как он сильно был возбуждён, как желал её, представляя уже, что отдав ему, контроль он истязает её своею любовью.
— Хороший мальчик
Похвалила Оксана, оставляя во рту у него грудь, переживала сама в деталях момент оргазма, стоя над ним на четвереньках извивалась как королевская кобра, искушенная в страсти.
— А…… — простонала Оксана, запрокинув голову, вырвав из его губ свою грудь, отражала в глазах бездонный порочный омут, смотрела в потолок, словно как сознание погрузилась в бездну
— Вам хорошо Оксана Владимировна?
Обвил он приятными нежными ладонями выставленные бёдра Оксаны, когда она стояла над ним на четвереньках, сгорая от момента оргазма, что переживала каждая клеточка её тела. Сознание словно разрывалось на части, испытывая от напряжения столь тонкие сексуальные чувства, как будто мозг, словно как небо сиял весь в фейерверках. Всё было так чувствительно, когда Оксана находилась в окружении могучего льва, руки которого обвили её выставленные ягодицы, чувствуя себя под надёжной защитой, была готова отдаться безумной любви его неистовой ласки.

— Всё хорошо? — прошептал он, когда Оксана лежала, боком прижавшись к нему спиной, он слегка вынес её согнутую ногу в колено, целуя жаркими губами плечо, обвив другой рукой ей шею
— Наверно
Закрывая веки изнывающих по страсти, лазурных, безупречно голубых, топазных глаз, ответила Оксана, чувствуя, как его крепкая головка слегка касалась её возбуждённых половых губ.
— Лучше и быть не может — чувствовала Оксана, что его мизинец, лишь слегка касался розового соска груди, когда его рука лежала на её бюсте — Что может быть лучше…..
Не успела договорить Оксана, как издала порочный стон, ощутив как крепкий, словно нефритовый стержень, член мужчины входит в неё, растягивая стенки её влагалища. Он словно как могучий лев обвил тело Оксаны в оковах, когда она, раскрыв алые губы, воспевала порочным стоном, в момент такта движения в ней твердого пениса. Отдавая себя во власть любви, Оксана сходила с ума от ощущения, что он владел ею, тонула в танце любви, извиваясь королевской коброй, в порочных крепких оковах, мужских убедительных рук. Чувства были столь напряжены, каждый момент, любая мелочь, играла всё для Оксаны то, как скользила головка члена мужчины вдоль её половых губ. Трением необузданной страсти, царапая нежные стеночки влагалища Оксаны, когда она в ответ подпитывала это ощущения соком безумной любви.


Сгорая от предвкушения нежности, находясь в постели в объятии мужчины, Оксана тонула в ласке его рук, чувствовала как его твёрдый член, проникает в неё, снова и снова, растягивая стенки влагалища, что неустанно текли соком порочной любви. Находясь в объятии мужчины, прижавшись к нему спиной, Оксана чувствовала, как он пальцами обвил её бедро, другой обнял за шею, лишь мизинцем едва касаясь в момент такт движения порочных пульсаций, касался её розового соска. Его тяжелое дыхание над ухом Оксаны, словно как ритм зверя, истязающее её тело своей сексуальной мощью, однако его ласка и сказочная звериное смирение, было поразительно идеальным. Оксана не переставала течь в его объятиях, переживая очередной оргазм, воспевая при этом, раскрывая алые губы в порочной форме, песнью эротических стонов.
— Вам понравилось? — поинтересовался взволнованно он, после того как медленно извлек из Оксаны своё член, извергая на постель где она лежала семенную жидкость
— Это было — задыхаясь от момента оргазма, с тяжелым дыханием в груди, высказывала впечатления, говорила Оксана, когда её сознание бушевало ураганом, чувствовала как по её стенкам влагалища, скользила напряжённая головка мужского пениса — Потрясающе
— Вам не было больно? — взволнованно спросил он, сам переживая пиковую стадию сексуального удовлетворения, пропитав простынь кровати, семенной жидкостью
— Издеваешься — расплываясь в довольстве улыбке, Оксана была поразительно счастлива совсем забыв все пережитые неприятные моменты с этим мужчиной, после серии сильных оргазмов, она не держала на него зла — Я чуть не сдохла от удовольствия
— Правда? — выражал он странную обеспокоенность, словно как будто его кто-то уже предупредил и он понял, что совершил ошибку — Извините, этого не должно было случиться
— Но почему? — испугалась Оксана потерять такого самца, села рядом с ним на колени, положив руки к нему на плечи — Мне было очень даже приятно
— Громов лично убьёт меня за подобное
— Он ведь сам виноват — коснулась Оксана ладонью щетины мужчины, с которым находилась в постели, с изумлением улыбки посмотрела на сперму, расплывающуюся по простыни постели
— Не понял? — вопросительно посмотрел он на Оксану, когда она так ухмыляясь, прикусывая краешек губы, смотрела на его член, с головки которого вытекла обильная капля спермы, простираясь тут же до тонкой ткани простыни — Он тут не может быть виноват
— Ну, он же сам — прикасаясь коготком указательного пальца, утверждала Оксана, продолжая смотреть, как стекала последняя текучая капля спермы на простынь, жадно облизывая губу, посмотрела на него — Отправил меня с тобой — вставая на четвереньки в кровати, пояснила она
— Он хотел — уверял он, в тот момент, когда Оксана обвила, нагло, стебель его пениса, легонько оголяя головку, продолжая покорно наклоняясь, смотреть на него, как на повелителя
— Ну…. — потянула Оксана, создавая напряжённый момент в диалоге, изумляя в роскошной порочной улыбке, безумно сходила с ума, чтобы попробовать его сперму на вкус, продолжая держать его член, смотрела на него в ожидании — И чего же он хотел?
— Что вы делаете…..
— Тш….
Предупредила его Оксана, не став слушать, выставив аккуратно поверхность языка, пропитанного слюной, смачно провела им по головке члена, слизывая свисающую каплю спермы, что касалась простыни. Обвив губами член самца, Оксана стала по нему ими ёрзать, ощущая вкус спермы, по которому сходила с ума, ощущая во рту вкус, выделяемой с головки члена семенной жидкости.
— М…..
Выразила предпочтение Оксана, отрываясь от члена, когда с её краешка губы, стекал сочный сгусток спермы, падая прямо на простыню промеж раздвинутых, согнутых в колено ног.
— Как же всё-таки вкусно
— Оксана Владимировна — был удивлён мужчина над реакцией Оксаны, как он без комплексов доставила ему удовольствие, продолжая при этом сидеть и мило улыбаться перед ним
— Тебе что не понравилось? — поинтересовалась Оксана взволнованно, посмотрев на парня, рядом с которым сидела на коленях в постели
— Да всё было просто замечательно — уверял он, позволяя рукам Оксаны обвить его плечи, прижаться к пылкому мужскому телу, от которого всё еще исходил жар пламени страсти
— Тогда в чём проблема? — нежно поцеловала Оксана мужчину в плечо, прижимаясь к нему, выражая перед ним беззащитность и ранимость, перед которой он не смог устоять
— Мне нужно вернуться обратно в часть
— Ты собираешься оставить меня тут одну? — была не согласна Оксана с таким решением, посмотрев на него, отражая на лице обиду
— Вы тут под надёжной защитой
— Я тут буду одна? — нахмурив ранимо губки, ответила Оксана, вцепившись обеими руками в плечи парня, не желая его никак отпускать
— Но я не могу тут остаться
— Скажи им — уверяла Оксана, посмотрев на открытую дверь комнаты, совсем не хотела, чтобы он уходил от неё — Что я тебя не отпустила
— Но……
— Я твоя королева — гордо заявила Оксана, прислонив указательный палец к его губам — И будет так, как я скажу
— Вам никто не говорил — возразил он в шутку, посмотрев на Оксану — Что у вас высокая самооценка
— А тебе никто не говорил
Ухмыльнулась Оксана, посмотрев на самца с улыбкой, расположилась у него на коленях, прижавшись к его телу, чувствуя, как его крепкие руки обвили её хрупкое тело.
— Что ты много болтаешь
— По правде
Обвив подбородок Оксаны, с ухмылкой посмотрел он на неё, когда она пыталась перед ним строить ранимость и нежность, никак не хотела отпускать его из своих пут очарования.
— Ты первая кто такое сказал
— Вот как! — изумилась в улыбке Оксана, словно преображаясь перед ним в подобие безудержной радости — И мне за это причитается?
— Что я буду иметь, если останусь?
— Ну что наверно не получится
Почти не рассмеялась Оксана, прикрывая губы пальцами, заметила, как он не мог устоять, чтобы не влюбиться в её голубое отражение безупречных лазурных глаз, когда она их раскрыла.
— А вот кого именно — уточнила Оксана, коснувшись коготком указательного пальца торса мужчины — У тебя будет такой шанс
— И кого же? — продолжая строить улыбку, создавал он интригу общения, в тот момент, когда Оксана свесила медленно ноги с постели, оставаясь сидеть к мужчине спиной
— А ты разве кого-то еще предпочитаешь — закинув снова колени обеих ног на постель, Оксана свела их вместе, посмотрела укоризненно на мужчину, что сидела рядом — Помимо меня?
— А что можно?
— Кобель — ухмыльнулась Оксана схватившись за подушку и с игривой улыбкой, забавляясь, кинула её в парня — Но на это время, пока я твоя королева
Подползла Оксана хищной кошкой, оставаясь стоять перед ним в постели на четвереньках, опираясь лишь одной рукой на собранную буграми страсти простыню, другой рукой, ладонью, прикоснулась к его щетине.
— И ты ведь понимаешь
Убедительно, Оксана посмотрела в глаза мужчине, перед которым, отражая всю обнаженную красоту и искренность, а так же серьёзность намерений, смотрела пристально ему в глаза.
— Что должен желать и думать — прильнула Оксана к губам самца, ощущая, как он от одного только дыхания стал дышать учащённо, покрывая поток неудержимого воздуха её бархатную поверхность алых губ, словно пламя дракона — Лишь обо мне
— Как скажите Оксана Владимировна — ответил он с ухмылкой на лице, словно был очарован ямочками на щечках, когда Оксана отразила их перед ним
— Вот так бы и сразу — выражая милое подобие улыбки, согласилась Оксана, повернулась к нему спиной, медленно свесив ноги с постели
— Что вы намерены сделать
— Хочу изучить дело сына Громова
— Можно мне с вами
— А ты разбираешься в медицине? — удивилась Оксана, вставая с постели на голый паркет отразила перед ним сочное обнажённое тело
— Ну хотя бы просто интересно для себя……
— Для себя — создавая хитрое выражение лица, обернулась Оксана, положив руку на талию, выставила указательный палец вперед, согнув одну ногу в колено — Ночью у тебя буду я
— Как опрометчиво — поддержал он с улыбкой, наблюдая, как Оксана, сохраняя в комнате бардак, оставленной на полу нижнего белья и обуви
— Я всегда такая — играя бёдрами, подошла Оксана к стулу, на спинке у которого висел красный халатик — Так что привыкай
— Мне придётся с этим мириться?
— А тебе блядь, что не понравилось?
Удивилась Оксана, обернувшись, положив пальцы на спинку стула, рядом с которым стояла, чувствуя, как едва коснулась коленом нежной материи, висевшего на нём халат.
— Что только что между нами было
— Да я не об этом
— А о другом — одевая на себя красный короткий халатик, обернулась Оксана к нему, скрывая за тонкой нежной материей, приятно облегающей теплом кожу, упругие сочные прелести обнаженного тела — Мы с тобой поговорим в постели ночью
— Вам что-нибудь принести? — поинтересовался он, наблюдая, как Оксана, играя своим телом, прошла по комнате, направляясь к открытой двери в комнате
— Ну если только — подошла Оксана к проходу, прислонившись телом к дверной коробки, открытой двери, со страстью и порочным голодом в глазах, посмотрела на парня, который оставался сидеть на постели — Себя на ночь
— Я кроме этого
— Кроме этого — изумилась Оксана в улыбке, всё еще не могла прийти в себя от сексуальной радости, что испытало на себе её тело в момент пылкой любви с ним — Я сама могу о себе неплохо позаботиться
— Ну как знаете
— Я буду внизу
Ответила Оксана, мило улыбаясь, состроила улыбку и хотела, будто выйти из комнаты, вставая спиной в лучах заходящего за горизонт солнца, лучи которого проникали через окно.
— Станет одиноко
Обернулась Оксана, когда вышла в коридор, завязала пояс на талии халата, чуть прищурив лазурные голубые глаза, испытывала раздражение от лучей яркого лазурного заката.
— Присоединяйся ко мне
— Вы правы — специально играя по правилам Оксаны, отразил он перед ней свою беспомощность, скорчим гримасу на лице — Я ничего не смыслю в медицине
— Ну ты хотя бы просто обеспечишь мне моральную поддержку
Пожав плечами ответила с улыбкой на губах Оксана, повернувшись спиной, подошла к ступенькам лестницы в коридоре на втором этаже, обвив пальцами перила.
— А она — показала Оксана, коготком указательного пальца в его сторону, после того как обернулась — Мне немало важна
— Оксана Владимировна — обратился он, когда Оксана уже хотела наступить на первую ступеньку лестницы, чтобы начать спускаться — Как, по-вашему, это отравление?
— Ну, я, во-первых! — повернулась Оксана, состроив унылое выражение лица, изнурённо вздохнула, оставаясь стоять к нему спиной — Не знаю, как это было
— А во-вторых?
— А во-вторых он бы сдох!
Расставив ноги порознь, стоя на ступеньках, ответила Оксана, повернувшись к своему собеседнику, который оставался в комнате, сидя на постели.
— Слишком много времени прошло
— Но так считает его отец
— Громов ему не отец! — возразила Оксана, продолжая стоять на ступеньках, выставила указательный палец согнутой в локоть руки — И если хочешь мне помочь, ты можешь это сделать
— Просто скажите
— Что он делал в Иране и какое, у него было задание?
— Почему вам самим не спросить у него
— Потому что он не скажет!
Повысив тон голоса, раздражённо ответила Оксана, так что её растрёпанные золотистые волосы, в порыве пережитой страсти, слегка колыхнулись, когда она хотела выругаться.
— Как и сам пациент — уверяла Оксана, расправив согнутые руки в локти, подняв ладони к верху, словно хотела показать парню, как её бесит эта раздражительность — Всё это дело, покрыто тайной
— Но я ведь уверен, что они не просто так выбрали вас Оксана Владимировна — оставаясь сидеть на кровати, выразил он своё мнение, мило улыбнувшись на раздражительность Оксаны
— Так всё хватит! — вскрикнула Оксана, не желая его слушать, повернулась к нему спиной и продолжила дальше спускаться по ступенькам лестницы
«Он блядь нихуя не понимает, о чём говорит, какой яд, откуда он вообще этот бред взял», думала Оксана пытаясь успокоиться, вела легонько пальцами по перилам лестницы по которой спускалась на первый этаж.
В гостиной всё так же догорали свечи, тлел уголь в камине, тепло которого радовало Оксану, когда она спустилась вниз, ощутив тёплый воздух, исходящий из гостиной. Играя бёдрами, Оксана прошла по коридору, атмосфера которого была покрыта сумрачной тенью. Лучи заходящего за горизонт солнца, неистово пытались проникнуть через неплотно прикрытые шторы в гостиной.
— Я так и думала — подошла Оксана к приоткрытой двери, легонько толкая её пальцами, обнаружила рабочий кабинет, что был хорошо и уютно обставлен для неё
Письменный стол, на углу которого располагался ноутбук, экран которого был потушен, мягкий белый кожаный диван, что был расположен слева от входа. Красная папка, пациента, которая лежала на столе, словно намекала, чтобы Оксана взяла её в руки. Сумрак в этой комнате лишь настораживал, блеклый свет уходящего за горизонт солнца, бросал на паркет в кабинете легкую лазурную гладь. В воздухе чувствовался легкий привкус лаванды, сочетавшийся с древесным запахом, через открытое окно доносился мелодичный оттенок вкуса растущих за окном в клумбе цветов. Белая тюль, что висела на окне, лишь слегка колыхалась, когда объятие легкой прохлады воздуха, приближающейся ночи, проникало в комнату, охватывая тело Оксаны, лаской своих нежных пут. Ухмыльнувшись роскошной улыбкой, Оксана вошла в кабинет, проводя пальцами по клавише выключателя, включила свет люстры. Посмотрев на полки с медицинскими энциклопедиями, доску для просмотра рентгеновских снимков, что висела на стене справа от входа, стояла Оксана, оглядываясь в кабинете, медленно переводя взгляд из одного угла в другой. На краю письменного лакированного стола, материал которого служил дуб, лежал сотовый телефон, оставленный Громовым специально для Оксаны.
«Прошло ведь больше двух месяцев, с момента инцидента, если яд не убил его сразу, тогда что ему ввели, блядь ну почему он агент безопасности в Иране?», предположила Оксана, когда подошла к окну, касаясь пальцами, висевших на нём, штор.
— Опять же — произнесла Оксана в пустоту, оставаясь стоять у окна, подошла к обычной расписной доске, для диагностики, на которой лежал смывающий маркер, легонько коготком коснулась её гладкой поверхности — С почками ведь у него всё в порядке, но Виктор Сергеевич уверял, что они исследовали сердце вдоль и поперёк
Размышляла Оксана словно, как находясь в смятении, подошла к карте, на корочке у которой лежали подготовленные для неё очки.
— Стоит еще раз пересмотреть карту — подошла Оксана к столу на краю которого лежала красная папка, взяв её в руки, одевая очки на глаза
Наблюдение за пациентом, смогли выявить такие особенности как лихорадка, озноб, снижением массы тела, «артралгией», кожными высыпаниями. Так же отмечается проявление таких симптомов, как одышка, боли в груди. Выявление таких особенностей как атриовентрикулярная блокада и «пароксизмальными тахикардиями». Дальнейшие наблюдения, смогли показать у пациента миокардит, сердечная мышца проявляла себя как выраженная дистрофия.
— Это не может быть правдой — предавалась размышлению Оксана, держа в руках очки, легонько губами коснулась их кончика оправы — Зачем кому-то травить его, проще взять и убить
Отложив карту обратно, как досконально просмотрев все наблюдения связанные с сердцем пациента, Оксана отложила карту, взяв в руки сотовый телефон.
— Оксана Владимировна да я вас слушаю — услышала Оксана голос Громова, как только нажала кнопку на сенсоре с номером один, быстрого вызова — Вам понравился дом?
— Спасибо
Поблагодарила Оксана, любезно улыбнувшись, отражение формы алых губ, отразилось блеклым явлением на поверхности стекла у окна, к которому она только что, пройдя по комнате, подошла.
— Всё просто прекрасно
— Оксана Владимировна — взволнованно обратился Громов — Если вам будет хоть что-то известно, пожалуйста, скажите это мне
— Вы так переживаете — продолжала Оксана расплываться в улыбке, слыша, как Громов выражал обеспокоенность в разговоре, за её благополучие — За моё состояние
— Вас это пугает?
Поинтересовался Громов, в то время, как Оксана, коснулась ладонью прохладного стекла, посмотрела, как в сумерках заходящего солнца за горизонт, на качающуюся яблоню.
— Я просто хочу — уверял Громов, в своих благих намерениях — Чтобы вы Оксана Владимировна
Сделал Громов на этом моменте разговора именно на Оксану, так чтобы она обратила на это внимание, продолжая смотреть в ночную пустоту закрытого городка, как на какой-то посёлок.
— Ни в чём не нуждались
— Вы мне льстите, господин Громов — продолжая расплываться в улыбке, ответила Оксана, перевела взгляд на качающуюся яблоню за окном
— Отнюдь нет Оксана Владимировна — играя в любезности, оправдывался Громов — Тот факт, что вы мне нужны, чтобы спасти сына, неоспорим
— Что он делал в Иране? — поинтересовалась Оксана, удивив собеседника резкой сменой темой разговора, повернулась спиной к окну, опираясь бёдрами на деревянный подоконник
— Простите Оксана Владимировна — был не согласен отвечать Громов на такой вопрос — Но даже вам я пока не могу всё рассказать
— Он точно был в Иране?
— Это всё что я могу вам по этому поводу сказать — ответил Громов уклончиво, как бы соглашаясь, с позицией вопроса Оксаны
— Я хочу понять, с чем имею дело!
Возразила Оксана, когда прошла по кабинету, играя бёдрами, словно королевская кобра, в каждом шаге выражала пикантный изгиб формы тела, обнажённая красота которого была скрыта за красным халатом.
— Возможно, я ошибаюсь — предположила Оксана, обвивая пальцами телефон, прижала его к уху, прижавшись бёдрами к углу стола — И проблема не в сердце
— Вы же знаете, я поддержу вас в любом начинание
— Я не знаю, с чем имею дело
Ударила Оксана ладонью по столу, в том месте, где была карта, так что лист рентгенографии, проделанный пациенту, выскользнул из листов, оставаясь лежать на столе.
— Прошло уже два месяца — оспаривая мнение Громова, говорила Оксана, посмотрев на странную тень в левом желудочке сердца пациента
«Миокардит, инфаркт миокарда, перикардит, опухоль или любая другая фауна, киста, опухоль, но там точно что-то есть», убеждала себя Оксана, когда смотрела на снимок проделанной рентгенографии, держа его за кончик уголка, направляя его к свету люстры, горевшей в комнате.
— И у вас нет ответа
— Послушайте Оксана Владимировна — было слышно из динамика телефона, как Громов изнурённо вздохнул, понимая, что этот разговор ему неинтересен — Я пока не могу вам раскрыть всех подробностей этого дела
— Почему? — поинтересовалась Оксана, отложив лист рентгенографии — Ведь уже можно рассказать
— Это всё еще государственная тайна
— Да какая блядь тайна! — вспылила Оксана, откинув лист со снимком обратно на стол прямо в раскрытую папку — Ваш сын господин Громов умирает
Поднимая голос до крика, пыталась убедить Оксана своего собеседника, что ей можно доверять, прислонила она пальцы к груди, стараясь придать иронии в накалившемся разговоре.
— Какая тут может быть тайна
— Его может кто-то травить?
— Где? — удивилась Оксана, раскрыв выразительно голубые лазурные глаза — Он же в больнице, под постоянным наблюдением видеокамер
— Я не доверяю персоналу
— Симптомы немного похожи, если только не одно но
— Оксана Владимировна дело на контроле у министра обороны страны — рассказывал Громов, переживая — Если мы в течение нескольких дней не предоставим ему нужные данные
— У вас уже есть я
— Дело получит, скандальный оборот — уверял Громов, словно как будто что-то недоговаривал, его голос казался взволнованным — Они соберут специальную комиссию, которая будет……
— Тогда потребность во мне отпадает
— У них версия, что это яд — оспорил тут Громов эту версию — И они намерены провести собственное расследование в Иране
— Стойте — выставив указательный палец, Оксана села на край стола — Так расследования все еще не было
— Я убедил их подождать несколько дней
— И что тогда? — поинтересовалась Оксана, продолжая сидеть на краю стола в кабинете
— Будем откровенны Оксана Владимировна — послышалось как вздохнул Громов — Я потратил много ресурсов, чтобы вернуть вас сюда и очень хочу чтобы вы спасли моего сына
— Но он не ваш сын — уточнила этот момент, ухмыльнулась в отражение на стекле окна, по ту сторону, которого уже наступила ночь — Зачем это лицемерие
— Лицемерие?! — сделал вопросительно на этом замечание Громов — Возможно тут не то слово и оно тут совершенно неуместно
— Давайте откровенно — была не согласна с тем, как Громов тянет резину, возразила Оксана — Чего вы сами от меня хотите господин Громов?
— Я хочу узнать, травит ли кто-нибудь моего мальчика
— Ваш мальчик агент безопасности — была тут не согласна Оксана с таким утверждением, перебив Громова — И я хочу знать, что он там конкретно делал
— Это секретная информация Оксана Владимировна — ответил Громова, уклончиво — Тайну которой я вам разгласить не могу
— Тогда и лечить вашего сына я тоже не могу — нахмурила Оксана обидчиво губки, произнеся это жалостливым голосом, пытаясь пробудить в собеседнике чувства искренности
— Просто скажите, что бы вы хотели узнать
— Кем он там работал, в каких местах был и с кем контактировал, личные медицинские карты всех его сотрудников с кем он имел связь
Затребовала Оксана, пользуясь положением огромную информацию, изумилась в улыбке, посмотрев на стекло окна, за которым наступила ночь, как в тени колыхались ветки яблони.
— Так же о его родственниках — продолжала Оксана перечислять необходимую ей информацию, оставаясь сидеть на столе, положила ногу на ногу — Мне нужна вся их история болезни, включая и вашу карту, я бы желала посмотреть
— Свою карту я вам предоставлю хоть сейчас — согласился Громов, его голос, почему казался Оксане податливым и на всё согласным
— А что касается его родственников — уточнила Оксана — Я имею в виду его мать или отца, который якобы умер, ведь я ничего о нём не знаю
— Его отец умер уже очень давно — подтвердил это Громов
— А его мать? — не став дальше слушать, сразу же потребовала Оксана ответа, царапая коготками, поверхность стола на котором сидела — Я ничего о ней не знаю, так же склонность к её заболеваниям
— Я не хотел о ней говорить
— Почему?
— Почему вы не хотите признать его матерью — поинтересовался Громов, было видно, по интонации его голоса, как он не хотел перед Оксаной раскрывать эту тему — Мою жену?
— Просто потому что она его не рожала — ухмыльнулась Оксана, раскрывая лазурную голубую красоту глаз, посмотрела на зеркало висевшее справа от стола
— Я не хочу о ней говорить
— Почему? — Оксане стало любопытно, почему столь важная тема разговора, была неприятна её собеседнику
— Я и так ей дал дом и иногда присматриваю за её бредом
— Тем интереснее — настойчиво требовала Оксана — Однако если вы присматриваете, мне интересно знать как?
— Она живёт в этом закрытом городе
— И вы молчали? — удивилась Оксана, отражая недовольство, сползая медленно со стола, на котором сидела — Почему я только сейчас об этом узнала? — спросила требовательно она, играя бёдрами, прошла по комнате, начиная ходить кругами
— Поверьте Оксана Владимировна она вам ничем не поможет
— Она живёт здесь?
— Я вам не скажу
— Мне нужно с ней поговорить!
— Она дура!
— Мне без разницы — утверждала Оксана, пытаясь стоять на своём, убеждала собеседника в своей целеустремленности
— Я бы не хотел чтобы вы к ней ездили — Громов пытался стоять на своём — Она ненормальная и может быть опасна для вас
— Если она его настоящая мать — оспаривая такое решение, говорила Оксана, когда, не переставая ходила кругами по комнате — Мне нужно с ней поговорить
— Скажите тот солдат — глубоко вздохнул Громов — Что провожал вас до дома, он не вернулся в часть, он сейчас с вами?
«Какой хитрый сразу так ловко переменил тему, ну уж нет ему не удастся от меня так просто избавиться», предположила Оксана, изумилась в улыбке перед зеркалом.
— Да он со мной охраняет меня — ответила Оксана, выраженно в каждом шаге играя бёдрами, подошла к зеркалу в комнате, на которое смотрела — Но вам не удастся уйти от темы
— Да я не про это — пояснил Громов — В гараже есть правительственная машина с маячком слежения, сержант вас отвезёт по указанному адресу
— В таком случае я просто пойду и приму ванну
— Это еще зачем? — был удивлён Громов
— Господин Громов! — воскликнула Оксана, направляясь к выходу, встав у приоткрытой входной двери, пальцами прикоснулась к дверному коробу — Вам не кажется, что наша с вами беседа, стала иметь уже личный характер?
— Да действительно соглашусь с вами
— Хоть это не ваше дело — уверяла Оксана, держа телефон рядом с ухом, коснулась пальцами открытой двери — Я вам отвечу, что только что вышла из комы и хотела бы хорошенько принять ванну
— Тогда я не буду вам с этим мешать
— Что вот так вот просто? — удивилась Оксана, услышав учащенные гудки телефона — Дурак какой-то что ли, хотя у него свои тараканы в голове
Отбросив телефон на диван в комнате, Оксана вышла из комнаты, проведя пальцами по клавише выключателю, погружая комнату в сумрак необузданной ночи.
— О… господи ты меня напугал — вскрикнула Оксана, прижав руку к груди заметив мужчин ы стоящего в коридоре, как только вышла из комнаты, отскочив от испугав прижавшись к стене
— Простите Оксана Владимировна, я не хотел
— Да всё нормально — взмахнула Оксана рукой, вздохнула и отошла от стены, с изумлением наблюдая на его мускулистый оголённый торс, играя телом, направилась к нему
— Мне просто нужно принять ванну
— Вы куда-то собирались
— Нужно проверить настоящую мать — пояснила, рассказывая Оксана, прошла мимо парня, коснувшись кончиками пальцев его плеча
— А что сказал Громов?
— Да какая разница — обернулась Оксана, как только отошла от него на несколько шагов — Ты теперь работаешь на меня, то, что сказал Громов, никакого отношения не имеет
— Ну, вообще-то формально я подчиняюсь Громову
«Блядь как же с тобой всё сложно», изнурённо вздохнула Оксана, направляясь по темному коридору в сумерках, чувствуя на себе его взгляд, словно как зверь внутри него, раздевал её.
Оксана чувствовала, как отойдя от него, видела, что он вновь хотел овладеть ею, проникнуть в неё, ощутить вкус её губ, нежность тела, когда она дарила на истязание этому льву.
— Ну, если так пошло дело — изумилась Оксана в улыбке, снова повернувшись к нему спиной, направляясь по коридору играя телом, словно завлекая его пойти за собой — То громов лично просил тебя доставить меня, куда я попрошу
— Почему-то я такого распоряжения от него не получил
— Дорогой — подошла Оксана к ступенькам лестницы, что вела на верхний этаж дома — А трахать меня ты такое распоряжение получал от Громова?
— Тут вы……
— Что я? — отражая изумление в улыбке губ, посмотрела на то, как он растерялся, но был не против это повторить
— Вы сами меня совратили
— Я совратила?! — рассмеялась Оксана, приложив кончики пальцев к груди, создавая дикую иронию, полную сарказма — Еще скажи, что я сама себя несла на руках
— Так ладно — нервно ответил он — Я так понимаю, мы с вами не о чём не договоримся
— Тогда что ты предлагаешь? — продолжая улыбаться, Оксана стояла на ступеньках, тень качающейся яблони за окном в гостиной, падала на её красный тонкий халатик
— Пойду, приготовлю вам ванну
— Я думаю — показала Оксана кокетливо указательным пальцем в его сторону — Что для тебя это будет лучшим вариантом
«Чудной какой, я пожалуй с ним еще поиграю», предположила Оксана, игра выразительно бёдрами в каждом шаге поднимаясь по ступенькам на второй этаж дома.
***
Утопая в нежности пены, Оксана лежала в теплой ванне, её голова была запрокинута, так что золотистые пряди волос свисали вниз. По периметру ванной горели свечи излучая в воздух аромат, их пламя создавали гармонию танца теней, вырисовывая строптивую страсть на стенах ванной комнаты. Лепестки лежавших в ванне роз, в сочетании с сугробами пены, облегали тело Оксаны, приятным шуршанием и плеском обволакивали грудь. Открывая медленно глаза, Оксана посмотрела на плитку, телесного цвета, в ванной комнате, сгорая от эфирных масел, витавших в воздухе, чувствовала прилив сексуальной энергии. Каждый оттенок вкуса, запаха, молекула воздуха, пробуждала в Оксане дикую порочную зависть. Трогая медленно грудь кончиками пальцев, Оксана выгнула спину, еще больше запрокидывая голову, немного приподнимаясь в ванной, извиваясь королевской коброй, оставляя глаза закрытыми.
— Оксана Владимировна — услышала Оксана голос мужчины, который медленно обвивая дверной проём оставаясь стоять в дверях у входа, словно беспокоясь потревожить её покой
— Заходи — ухмыльнулась Оксана, расплываясь в довольстве улыбке — В этот раз ты меня не напугаешь
— Я и тогда не хотел
— А вот за то, что ты сделал тогда
Возразила Оксана, повернув голову в его сторону, медленно открыла глаза, посмотрела на то, как он стоял, обернутый по пояс белым большим полотенцем.
— Тебе придётся объясниться
— Что? — был удивлён наглостью Оксаны и тому как она сходила с ума, вдыхая пары масел горевших в ванной свеч и вся эта обстановка при выключенном свете — Мне?
— А что тут есть еще кто-то? — медленно поднимаясь в ванной, Оксана встала на колени перед ним, продолжая искушать его взглядом, смотрела на него с желанием вкусить плод его любви, в себе
— Я же вам говорил, что эта была случайность
— О…. дорогой — выставила Оксана согнутую руку в локоть, так чтобы он подошёл к ней — Как же я тебя понимаю
— Тогда в чём проблема? — осторожно шагнул он в ванну, на капли воды и пены, разлитые на полу плитки — Давайте я вам помогу
— Ты ведь именно для этого сюда пришёл?
Поинтересовалась Оксана, заметила, как парень взял в руку пышную белую мочалку, легкостью движения собрал на неё пену с сугробов в ванной. Чувствуя поразительно тонко, как он держал мочалку над грудью, Оксана испытывала сильное сексуальное искушение, облизывая нервно губы, ощущая как потеки пены и капли воды падая нежно обволакивая кожу, пропитывая её тонкостью аромата розы. Мужчина был достаточно нежен, обвив ладонью руки грудь Оксаны, он сверху так чувствительно ласково прошёлся по ней мочалкой, словно как придавал её тело обольщению.
— Хочешь ко мне присоединиться?
Сгорая от предвкушения нежности, ласки его ладоней, каждое его прикосновение, будоражило тело Оксаны, когда она стояла перед ним на коленях, находясь в ванной полной пены.
— Я была бы не против
— Да но только вода выльется на пол
— Тут есть слив — указала Оксана на отверстие закрытое решеткой в полу, окруженной кафельной плиткой — Ничего страшного не произойдёт, если мы с тобой зальем ванну
— Вы уверены
— Я бы не предлагала — прикусывая снова краешек губы, потянула Оксана голос — Если бы была не уверена в том, чего сама хочу
— Может не стоит
Уверял парень, после того как Оксана продолжая на него смотреть как королева, встала перед ним, выпрямив спину с гордым выразительным взглядом королевы.
— Давайте пойдём в комнату — предложил он, протирая тело Оксаны мочалкой с пеной, пропитывая кожу нежным изысканным вкусом розы, так что аромат, витавший в воздухе, возбуждал сознание, в сочетание с нежными прикосновениями — Там лучшее место для уединения
— Для уединения от кого глупый — игриво Оксана коснулась кончиком коготка носа мужчины, оставив на нём сгусток пены — Мы тут одни — развела руками она, чувствуя, как он нежно обтирал мочалкой её тело
— Ну говоря про это…….
— Тш…..
Сползая коготком с носа, говорила Оксана, состроив пафосно губки бантиком, взглядом королевы продолжала смотреть на него, оставаясь стоять в ванной, покрытая тонким слоем пены. Вязкой текучестью сгустки пены стекали по коже Оксаны, чувствуя это тонкое возбуждающее чувство, медленно опустилась перед самцом на колени, трогая нагло пальцами, белое полотенце, завернутое у него на поясе. Плавно и очень нежно разворачивая полотенце, Оксана обратила внимание, как был возбуждён мужчина, которого она желала, оставаясь в темной ванной, когда пламя горевших свеч в ванной, только лишь разжигали атмосферу накалившейся страсти.
— Я знала, что ты меня желаешь — ухмыльнулась Оксана, располагаясь в ванной лёжа спиной, любовалась обнажённым телом самца, что перед ней стоял
— Вам смешно?
— Я возбуждена! — ответила Оксана, посмотрев цинично на самца и на его напряжённый член, что пульсировал, желая скорее оказаться в ней
— Тогда не будем терять может времени? — предложил он, подав кончики пальцев руки, но Оксана отвергла его помощь, вставая сама в ванной на четвереньки, была под обольщением того как сгусток пены плавно огибал её упругие бёдра — И пройдём в комнату
— Какой ты хитрый
Ухмыльнулась Оксана, обернулась, раскрыв алые губы, ощутила, как сгусток плавно перешёл с бёдер на половые губы, нежным касанием стал огибать их напряженную желанием поверхность.
— Но ты знаешь — выдирая пробку из ванной, уверяла Оксана, вставая перед ним на ноги, положила её на борт, рядом с горевшими свечами — Я согласна
— Тогда не будем терять времени
— У нас и так — сгибая ногу в колено, уверяла Оксана, взявшись аккуратно за кончики пальцев его левой руки, когда переступала через ванну, чувствовала, как по телу испарялась и скользила влага, как пена скользила по её кожу — Вся ночь, с тобой впереди
— Вы никуда не едете?
— Я передумала — продолжая обольщаться в улыбке, стоя перед ним в ванной комнате, ответила Оксана, продолжая держаться за его руку
— Как быстро вы меняете своё решение
— Если хочешь
Прошла Оксана мимо него, касаясь коготком его мускулистого плеча, оставляя за собой на кафеле влажный след, чувствовала, как потёки испарявшейся воды стекали по её телу.
— Я могу и тебя так легко взять и поменять
— А жалеть не будите?
Спросил он, не подавая виду отчаяния, схватив Оксану за руку, когда она проходила мимо него, другой рукой обвив ей талию, словно в танце страсти, отклоняя её медленно от себя.
— Ведь мы с вами прекрасно знаем
Шептал он рядом с губами Оксаны, обжигая поток горячего, страждущего воздухом дыхания, её пылкую жаждущую поверхность.
— Как может закончится эта ночь
— Я точно знаю
Ухмыльнулась Оксана, находясь в объятиях мужчины, чуть согнула ногу в колено, выражая перед ним дикий порочный голод, касаясь своей мокрой кожей его крепкого горячего торса.
— А вот на счёт тебя не уверена
— И почему же? — стараясь не подавать вида, как он был окружен красотой тела Оксаны, спросил он, когда она с легкостью освободилась от его объятий, направляясь к выходу из ванной комнаты
— Потому что ты
Прошла Оксана снова мимо него, подошла медленно, играя сексуально бёдрами, раскрывая алые губы, ощущая, как капля будоражащей силы поды, плавно огибала её ягодицы.
— Видимо не знаешь, чего хочешь — толкая приоткрытую дверь пальцами, Оксана покинула ванную комнату, вошла в коридор
— Вы не оденете полотенце?
— А зачем оно? — прикрывая грудь рукой и паховую область, Оксана, забавляясь, играла со своим кавалером, не позволяя ему смотреть на обнаженные прелести своего тела
— И в самом деле, зачем вам одеваться — так же ухмыляясь, вышел он следом за Оксаной из ванной комнаты, посмотрел на то, как она стояла к нему спиной на развилке коридоре между кухней и гостиной и лестничным подъёмом на второй этаж — Мы ведь дома одни
— По-моему — обернулась Оксана, держа руки на груди и паховой области, осторожно, словно хищница подошла к нему — Ты слишком много стал разговаривать, тебе так не кажется?
— Вы всегда добиваетесь того, чего хотите
— Только если это касается
Уверяла Оксана, обвивая руками, лицо мужчины прижалась к нему мокрым телом, оставляя на нём влагу и остатки пены, говорила рядом с его губами, играла с его сознанием.
— Моих личных интересов
— И как часто это бывает?
— Всегда? — ответила нежностью шепота Оксана, оставаясь стоять с ним наедине в коридоре, погрузившегося в ночь дома
— То есть получается — решив подыграть ей, обвив обеими руками талию Оксаны — Вы не оставляете мне выбора
— А разве он тебе нужен? — коснувшись коготком щетины мужчины, Оксана посмотрела убедительно в его глаза, уже зная чего от него требовать
— Тогда может, пройдём в комнату?
— Мы можем и здесь — обвивая ногами, сгибая в колено, ногу мужчины, Оксана ловко забралась на него — Всё равно мы тут одни, так чего нам стесняться
— В самом деле?
— А ты разве чего-то боишься?
Почувствовав, как мужчина обвил ладонями её мокрые, покрытые каплями воды бёдрами, Оксана прижалась к нему, не решаясь разрывать гармонию обличённой любви.
— Так я всё — ведя коготком указательного пальца по торсу мужчины, уверяла Оксана — Могу сделать сама
— Да я не про это — ухмыльнулся он, поставив Оксана снова на ноги, сделал вид, как будто сторонился её и был непредвзят к такой настойчивости
— Тогда чего мы ждём?
Ухмыльнулась Оксана в темноте, пламя горевших свеч в ванной, золотистыми оттенками отразилось на её коже, когда она стояла рядом с мужчиной у открытой двери.
— Попусту тратим время и мои нервы?
— Ух-ух-ух — кокетливо он исковеркал своё лицо в мимике, насмехаясь над чувствами Оксаны, в тот момент, когда она к нему подошла, прижав его к стенку — Какие мы ранимые
«Блядь ну что же мне сделать, ты так возбуждаешь меня, я хочу, чтобы ты овладел мною как лев, растерзал, словно как жертву», желала Оксана, прижавшись к телу мужчину, стоя у открытой двери ванной комнаты, смотрела через его плечо на пламя горевших свеч.
— В любом другом случае — потянулась Оксана рукой до вешалки, на которой висел блеклый желтый легкий халатик с расписным узором в виде синих цветов — Как хочешь, второй раз, я предлагать, не намерена
— Что вот так вот просто? — удивился мужчина, когда Оксана стала надевать на себя халатик повернувшись к нему спиной — Возьмёте и сдадитесь?
— Дорогой мой — чувствуя злобу того что её отвергли, Оксана старалась держать эмоции под контролем и не давать им спуску, завязывая пояс халата на талии — Я не намерена тебя добиваться
Утверждала Оксана, обернувшись, завязав бантик пояса на талии, посмотрела на парня, тело которого светилось в оттенках пламени горевших свеч, свет которых доносился из ванной.
— Это ты должен меня покорять — ухмыльнулась Оксана, направляясь по коридору, в сторону лестничного прохода, что вёл на второй этаж, погрузившегося в тени ночи, дома — Если вдруг передумаешь, я возможно буду ждать тебя наверху
— Подождите Оксана Владимировна
Взволнованно обратился парень, догнав Оксану в коридоре у ступенек лестницы, он неожиданно понял, чего мог потерять, схватив её настойчиво за руку, вынудив обернуться к себе.
— А что если я скажу — смотрел он на Оксану жалким взглядом и тоже время, не хотел её теперь отпускать от себя — Что согласен
«М…. как всё просто, жаль, что моё желание, так сильно, что я больше не могу ломить цену, скорее я для него уже всё сделаю, чтобы он только обуздал мою похоть», прикусывая краешек губы, Оксана напряженно смотрела в глаза мужчины, который держал её за руку.
— Я бы сделала всё — пояснила Оксана, царапая коготком его торс, сходила с ума от сексуального безумства, окутавшего разум бездной порочного разврата — Опустилась бы до самого грязного разврата, лишь бы ты только, был рад мне
— До самого грязного разврата?
Поинтересовался он, переспросив, удивлённо продолжая стоять рядом с Оксаной, когда она аккуратно согнув ногу немного в колено, наступила на первую ступеньку. Гармония отношения между Оксаной и этим мужчиной была уже разбита, она была готова сделать всё, лишь бы только овладел он её телом, сокрушил бремя, терзающих её разум порочных оков.
— Это как?
— Это — продолжая смотреть в глаза своему кавалеру, Оксана потеряла рассудок, влияние гипноза, что блуждало в ней взяло над ней верх, медленно коснулась пальцами кончика завязанного в бантик пояса халата — Вот так
Оксана на удивление мужчине, медленно раскрыла губы, вставляя ткань пояса халат в рот, аккуратно и ловко пальцами обеих рук, завязала себе рот.
«Я думаю дальше до него дойдёт, что я хочу, подчиниться ему, хочу чтобы он взял меня, словно лев истязающий свою жертву», желала Оксана, поднимая взгляд лазурных голубых глаз, в которых не отражалась словно ничего, абсолютная бездна и мрак.
— Вот это да — высказал своё впечатление парень, после того как Оксана себе завязала рот и скрестила покорно руки за спиной
Позволяя ему взяться за запястье, являясь его пленницей, Оксана словно сходила с ума, желая подчиняться такому самцу, медленно стала подниматься по лестнице. Постепенно, халатик, одетый на Оксане, распахнулся, оголив красоту обнаженного тела, скрывавшегося под ним.
— Вот так вот Оксана Владимировна — уверял он, держа Оксану за запястье сомкнутых за спиной рук — Вы действительно этого хотите?
Спросил он, когда Оксана посмотрела на него пустым, стеклянным взглядом, одобрительно кивнула, но сознание находилось в глубокой порочной бездне, желая, растворится в ней.
— Ну что же — ухмыльнулся он, словно никогда подобного не встречал, но прекрасно зная что нужно делать, подошёл мужчина, держа Оксану за запястье рук, другой рукой кончиками пальцев толкнул приоткрытую дверь в сторону — Тогда мне придётся сделать всё, чтобы вы радовались
Переступая порог, Оксана покорно, забавляясь тому, как находилась в подчинение у этого самца, который вёл её за руки, сомкнутых за спиной запястий.
— Присядьте, пожалуйста, на кровать
Распорядился он, достаточно вежливо, отпуская руки Оксаны, после чего она, играя бёдрами, сгорая от предвкушения сексуального насилия, покорно проследовала в кровати. Подойдя медленно к кровати, Оксана обернулась, взглянула на свет фонарного столба, что проникал в сумрачную комнату, после чего согнув одну ногу в колено, медленно наступила на неё.
— Вот она нашёл
открыв шкаф, он нашёл несколько тонких белоснежных материй, после чего направляясь с этими поясами к Оксане, когда она сходила с ума, желая отдать ему контроль над своим телом.
— Так посидите спокойно
Уверял он, подойдя к Оксане, медленно связал её руки за спиной, пока она послушно ожидая своей участи, забавлялась в улыбке, когда её рот был завязан поясом от халата.
— Вот так вот — рассказывал он тихим голосом, шепот которого пробуждал в Оксане порочный дикий голод, медленно в котором, начиная тонуть от каждого грубого прикосновения самца
Постепенно он связал руки Оксане за спиной, его убедительность ласка и сила, сводила рассудок с ума, мужчина словно сковал её в движениях, оставаясь сидеть у неё за спиной.
— Ну, вот теперь всё хорошо
Дотрагиваясь до Оксаны, мужчина нежно ладонями прошёлся по её оголённым ребрам, направляя пальцы вверх, его руки приближались постепенно к груди. Мягкие подушечки его пальцев, словно как бальзам, силой сказочного трения, прошлись по коже рёбер Оксаны, при этом его жаркие губы, страстно целовали её шею. Пальцы мужчины трогали предплечье рук Оксаны, медленно дотрагиваясь до обратной стороны локтя. Нежность его пламенных губ, была подобна пламени огня, опускаясь плавно от шеи до плеч, переходя постепенно ниже и ниже, он целовал руки Оксаны, подобно как скованной в оковах королевы. Руки мужчины медленно подошли к выраженной объёмом груди Оксаны, осторожно, поразительно тонкой лаской, он без резких движений обхватил пальцами бюст, обеими руками, прижав ладони к розовым соскам. Целуя плечи и руки Оксаны, когда они были связаны у неё за спиной веревкой, самец относился к ней, как к истинной даме своего сердца.
Извиваясь в желаниях, Оксана сидела покорно перед кавалером, придавая умиротворению его милости, словно сходила с ума по его нежности, находясь в оковах самца. Руки мужчины плавно переползли с груди на спину, наклоняя Оксану, так чтобы она прижалась лицом к постели, чувствуя, как его ладонь прижалась к нежной коже. Медленно и так убедительно его ладони перешли на бёдра Оксаны, раздвигая упругие ягодицы большими пальцами. Облизывая губами жадно ткань халата зажатой во рту, Оксана почувствовала колкую щетину мужчины на своих половых губах. Медленно и убедительно его большие пальцы обеих рук самца сползли с бёдер на половые губы, раздвигая их в сторону, он был без ума от запаха, которым пропиталось тело Оксаны. Как будто всё остановилось, словно как вселенная перестала существовать для Оксаны, когда она ощутила нежными, пропитанными влагой, желания, стеночками влагалища, жар с дыхания губ зверя, что обуздал неподвластное её властью, теперь, тело.
«Да-да, как же безумно я этого хочу», метала Оксана, сгорая от предвкушения, прижимаясь лицом к постели, ощущая на половых губах, дыхание с губ самца, ожидание этого момента, вынудило её открыть лазурные голубые глаза, полные порочной жажды.
Держа раскрытыми губы влагалища Оксаны, мужчина большими пальцами, словно дышал в неё, от одного только потока воздуха, его ощущения, она сходила с ума. Поверхностью языка, мужчина провёл по нежным стеночкам влагалища, он словно был без ума от запах её тела, так глубоко вдыхал этот аромат, пронизывающий до самой клеточки всё её тело, после ванны.
Лёгкое касание поверхности языка, будоражило, пронизывало душу Оксаны, облизывая жадно губами ткань халата, что завязывало рот. По мере проникновения в неё языка мужчины, Оксана сходила с ума, от безумия, что сексуальными оковами сковывало её разум. Изнывая в стонах, облизывая ткань пояса халата губами и языком, Оксана извивалась в оковах, подобно королевской кобры, попавшая в дикие порочные оковы обуздавшей её страсти. Оксана словно текла соком любви, предаваясь моменту будоражащей её тело порочной страсти.
— М…. — изнемогала Оксана, облизывая пояс халата, извиваясь от действий, совершаемых над ней
— Господи, какой у вас Оксана Владимировна вкусный запах
Облизывая влагалище Оксаны своим языком, он словно пил её сок, что она изливала, истязая свой разум от сильных тонких ощущений порочной любви.
— Я без ума от него — он был под впечатлением от душистой розы, запах которой покрывал тело Оксаны — Вы Оксана Владимировна искушаете меня
— М-м-м-м
Обернулась Оксана, возмущённо посмотрела, словно приказывала ему продолжить, но мужчина встал перед ней на ноги в кровати, положив руки на её выставленные бёдра.
— Ммммм….
Изнывая сексуальным стоном, выразила Оксана довольства чувств, когда напряжённый член самца входил в неё, растягивая стенки влагалища, стеночки которого были покрыты соком любви.
— А-а-а-а
Раскрывая в порочной форме губы, Оксана с повязкой, пояса от халата на рту, чувствовала, как в неё входит мужская мощь, как руки самца большими пальцами развели ей ягодицы. Сгорая от тонких сексуальных, поступательных движений, Оксана извивалась, сжимая пальцы, связанных рук в кулак. Лазурные, голубые глаза Оксаны были открыты, по мере продвижения в неё члена мужчины, она сгорала в объятиях порочной бездны опутавшей её разум, нежности эротического соблазна, что от каждого ощущения не могла удержать в себе всю накопленную негативную энергетику, испытывая момент оргазма. Феерическим эффектом, пиковая точка возбуждения, пронизывала сознание Оксана, она словно замерла в момент того, как в конвульсивном припадке, переживала сильный оргазм. Чувствуя в себе член самца, когда он остановился, испугался от бурной реакции, что Оксана перед ним выражала.
— О… господи — развязал он пояс халата, которым Оксана впилась в материю зубами, пережимая момент сокрушающей силы оргазма — С вами всё в порядке?
— Не вздумай — прошипела Оксана, чувствуя в себе член мужчины, не желала, чтобы он шевелился в ней, так как все чувства влагалища были обострены — Понял?
— Что мне не делать? — хотел он, будто вытащить член из Оксаны, но понял, как она замерла, испытывая перенапряжения мышц влагалища
Каждой стеночкой влагалища, стиснув зубы, Оксана переживала напряжение во всём организме, сжимая пальцы сомкнутых веревкой рук за спиной в кулак, не могла совладать с силой, что обуздала её разум. Оставляя глаза открытыми, губы раскрытыми, так что на нижней челюсти, прямо на зубах висела пояс от халата, когда Оксана переживала момент того, как химия её тела, овладела ею. Стараясь дышать учащенно, порочным тактом ритма, смотрела на смятую буграми простыню и пышное одеяло, в постели которой она находилась.
— Осторожно
Медленно ввёл он член в Оксану, так что она открыла шире алые губы, находясь с раскрытыми глазами, обомлела от переизбытка ощущения, чувствуя, как стеночки её влагалища вновь растянулись. Столь будоражащее чувство, раздирало душу, словно когтями зверя, когда разум Оксаны метался в смятении, сжав зубы, вновь испытала оргазм. Мужчина обхватил бёдра Оксаны, обеими руками, так чтобы она не смогла вытащить его пенис, что был причиной мощного оргазма.
— А….. — раскрывая рот, издала Оксана порочный стон, когда зрачки её глаз, стали закатываться за веко — А-а-а-а-а….. — извивалась она порочной коброй, переживая момент конвульсивного припадка, вызванного оргазмом
— Вам хорошо Оксана Владимировна? — переспросил он, продолжая медленно вводить член в Оксану, когда она извивалась, мозг и всё ей сознание разрывалось от тысячи порочных импульсов
Мужчина постепенно увечили ритм, входа члена во влагалище Оксаны, когда она прижималась лицом к постели, выгнув спину, выставив бёдрам перед ним.
— Как же вы хорошо Оксана Владимировна — медленно он вытащил член из влагалища Оксана, обвив руками её ягодицы, аккуратно перевернул на спину
— Что ты собираешься делать?
Расплывалась Оксана в довольстве улыбки, расположившись спиной на кровати, испытывая всё еще ощущения трения, как член самца покинул её влажную обитель.
— Да перестань не нужно
Хотела возразить Оксана, извиваясь, со связанными руками за спиной, после того, как мужчина обвил жаркими ладонями её бёдра, согнутых в коленях ног, раздвинул их в сторону.
— Да перестань — была против, Оксана, так как еще не отошла от ощущения, пережитого сильного оргазма — Хватит…..
Не успела Оксана высказать свои противоречия, как самец стал нагло ласкать языком её влагалище, впиваясь в него жаркими, пламенными губами.
— А…… — раскрывая губы в порочной форме, издала Оксана, почувствовав обжигающий огонь с губ самца, что неистово ласкал её влагалище
Извиваясь в постели порочной коброй, воспевая в стонах, Оксана чувствовала как самец, жадно своими губами, ласкал её влагалище, впиваясь пылкой поверхностью в лобок. Самец плавно ввёл палец во влагалище Оксане, начиная водить поступательными движениями, он жадно впивался в её половые губы своими, одарял их пламенной нежностью и пропитывал слюной. Так продолжалось порядком около получаса, после чего, Оксана вновь почувствовала, что начала доходить до крайней точки возбуждения. Оксана вела себя словно как дикий порочный зверь, сомкнутый в оковах порочной страсти, изливая сок любви прямо на язык мужчины, что ласкал её обитель.
— Развяжи меня
Распорядилась Оксана, после того как выгнув спину, пытаясь стоять на кровати мостиком без рук, рухнула на неё, с учащённым дыханием, посмотрев на дверцу гардеробного шкафа.
— Теперь я хочу немного свободы — расположившись сидя на постели, Оксана поджала под себя ноги, пытаясь прийти в себя, от того, как химия её тела, разрывает разум на осколки
— Вы хорошо себя чувствуете — дотронулся он до веревки, что сплетала руки Оксаны воедино за спиной — Может вам стоит лечь отдохнуть?
После того как он освободил Оксану от порочных пут верёвки, она коснулась кисти его руки, палец которой так долго был в ней и так приятно в сочетание с губами мужчины обуздал её.
«Блядь я просто схожу с ума, я готова его съесть, блядь, как же всё-таки мне хорошо», обсасывая губами палец мужчины, Оксана покорно, выражая невинность во взгляде, смотрела на него.
— Отдохну — ухмыльнулась Оксана, сгорая от предвкушения, продолжить порочную игру, взять верх, как королева, овладеть мужчиной так же, как он овладел ею — На тебе
— На мне?
— А ты что — коснулась Оксана коготком указательного пальца, торса мужчины, легонько надавила, вынуждая его лечь спиной на постель — Ты разве против?
— Я просто подумал
Покорно он лег на постель в то время, как Оксана расположилась к нему, развернувшись, встав на четвереньках над его телом, обвивая тут же пальцами, стебель напряженного пениса.
— Что……
Не успел он выговориться, как Оксана ловко оголила пальцами возбуждённый член мужчины, смачно провела по его пульсирующей, жаждущей головке, поверхностью языка. Обхватывая его губами, Оксана ёрзала по всей его протяженности, ощущая, как он проникал в горло всё глубже и глубже. Чувствуя поверхностью языка, как пульсировали жилки на пенисе мужчины, Оксана сходила с ума, ощутила, как жаркие ладони самца, обвили её выставленные бёдра. Вновь прикосновение жарких, как пламя губ, стали облизывать половые губы Оксаны, от чего она стала возбуждаться сильнее, жадно обволакивая слюной пенис мужчины, ласкала его головку языком.
— М….. — урчала Оксана, кошкой глотая сперму мужчины, держа одной рукой в момент семяизвержения, другой рукой, подушечкой пальца собрала вытекающую белую жидкость с губ
— Господи Оксана Владимировна — была под впечатлением, изнывал мужчина, от бессилия оторвавшись от половых губ Оксаны, оставив на них большое количество слюны
— Тебе понравилось? — спросила Оксана после того как тщательно губами обработала член мужчины, не оставляя на поверхности его головки ни капли семенной жидкости
— Да вы просто богиня
— Ты боготворишь меня? — поинтересовалась Оксана, расположившись с ним рядом на постели, позволила его крепким рукам, себя обнять
— Вы само совершенство….
Не устояла Оксана, не давая ему высказаться, впилась в его губы, начиная жадно с ним целоваться, лежа в постели. Мужчина обвил талию Оксану, прижав её тело к себе, когда за окном в комнате уже стало проникать зарево рассвета. Солнце постепенно стало разгонять окруженную тьму ночи, ложа свет на то, как порочный бардак, Оксана устроила в комнату. Постель мало того, что была вся в буграх, она пропиталась запахом тел, пота и выделением семенной жидкости и вагинальных секреций, что безудержно оставила Оксана на простыне, одеяле, когда сгорала в порочном пламени оргазма. Прижимаясь к мужчине, Оксана сходила с ума по его запаху, тонкий вкус его ферамонов возбуждал в ней звериную страсть. Облизывая ему губы своими губами, Оксана никак не могла угомониться, в ней словно всё горело, кровь тела бурным потоком, сердце, словно было готово выпрыгнуть из груди, а дыхание становилось жестким и учащенным.
— Как же я хочу тебя — шептала Оксана рядом с губами самца, совершенно потеряв голову от безрассудства, желая с ним слить гармонию губ в затяжном поцелуе
— Но ведь вы только что
— Что я только что?
Ухмыльнулась Оксана, забравшись на него нагло, продолжая стоять над ним на четвереньках, прижалась к нему грудью, обвивая руками лицо самца, чувствуя ладонями его щетину.
— Чтобы ты не хотел сказать — играла Оксана половыми губами по вялому стеблю пениса мужчины, чувствуя как в момент скольжения по нему влагалищем, он стал постепенно крепнуть
Обвивая руками плечи мужчины, он казался Оксане огромным, накаченный сержант был для неё словно Аполлоном, которому она хотела подарить свою любовь.
— Не надо — прислонила Оксана указательный палец, правой руки, к его губам, пока другую руку держала на его торсе, чувствуя ладонью через его мышцы, как трепеталось его дыхание
— Но почему?
— Зачем нарушать то
Шептала Оксана рядом с губами мужчины, сгорая от предвкушения, запаха его тела, которым пропиталась постель, каждая клеточка тела самца, к торсу которого, она прижималась грудью.
— Чего мы так упорно с тобой создали
— Так это так теперь называется?
— А ты разве хотел иначе?
Располагаясь лежа на теле мужчины, Оксана нежно и смачно поцеловала его, облизнув его губы своими, после чего, словно влюбившись в гору мускул, торса мужчины, поцеловала ему плечо.
— Прости
Выражая лживое отчаяние, Оксана опустила взгляд, скрывая свою радость и порочную зависть, прижимаясь к телу мужчины, сгорая от предвкушения, что обуздала такого льва.
— Что разочаровала тебя
— Да нет — возразил он, коснувшись пальцами подбородка Оксаны — Всё нормально
— Правда? — переспросила Оксана, посмотрев на мужчину, рядом с которым лежала, когда он аккуратно пальцами, держась за подбородок, поднял её взгляд на него — Тогда в чем проблема?
Поинтересовалась Оксана, касаясь пальцами напряженного пениса самца, обволакивая его стебель, начала проводить нежные продольные фрикции, оголяя головку, затем тут же скрывая её.
— Ведь я прекрасно вижу — уверяла Оксана, продолжая смотреть ему в глаза — Что тебя что-то беспокоит
— Сейчас примерно время пол пятого утра Оксана Владимировна
— Тебя беспокоит время — удивилась Оксана, продолжая лежать у него на груди, сомкнув пальцы обеих рук вместе — И как ты его узнал тут, что где-то лежат часы?
— По восходу солнца
— И как ты это понял?
— Оно встаёт тут к четырём утра
— Я никуда не спешу
Продолжая лежать на торсе мужчины, улыбнулась Оксана милой улыбкой, такое чувство, что она готова смотреть на него вечно, забыв, как он поступил с ней в день, когда она отошла от комы.
— Могу позволить себе выспаться
— Боюсь, что нет?
— Это почему еще? — возмутилась Оксана, отпрянула от его тела, выпрямив руки
— Громов назначил вам приём в местной больнице — стараясь казаться милым, улыбнулся парень, продолжая наблюдать за тем, каким недовольным взглядом на него смотрела Оксана
— Отлично — пожав плечами, расположилась сидя на мужчине, Оксана, положила обе ладони вновь к нему на торс — Схожу на приём, когда мне будет удобно, а потом спать
— Только вот приём этот будите вести вы!
— Я?! — была шокирована Оксана подобной новостью — И когда ты собирался, мне об этом рассказать?
— Ну вообще-то — легонько коснулся он губ Оксаны пальцем, когда она на него внимательно смотрела — Громов вам лично об этом рассказал, ведь в конце-то концов вы работаете на него
— Я должна заниматься лечением его сына
— Благодаря вашей выходке — ухмыльнулся он, большим пальцем трогал изгиб подбородка Оксаны, когда она продолжала наблюдать за ним жалким взглядом — Вы взяли дочку Богданова в плен, а чего вы ожидали, что выйдите сухой из воды?
— Он потребовал так отплатить мне?
— Он переживает за своего ребёнка, которому из-за вас пришлось испытать ужасы плена — пояснил он, внимательно изучая взгляд Оксаны — А как бы вы поступили, пытаясь защитить своего ребёнка?
— Но ты ведь всё предотвратил
— Да но это не освобождает вас от ответственности
— А разве я не отработала сейчас в постели эту ответственность?
— Не передо мной — ухмыльнулся мужчина, тёплой будоражащей, согревающей душу улыбкой, водил подушечкой большого пальца по губам Оксаны — Я к вам Оксана Владимировна никаких претензий не имею
— Хорошо — согласилась Оксана, опуская взгляд, повернулась спиной к мужчине, легла перед ним на бок — Но у меня есть условия перед тобой
— И какие же они?
— Охраняй мой сон — нагло потребовала Оксана, посмотрев в окно, где разыгрывался рассвет, яркие лучи которого проникали в комнату
— Вот как — ухмыльнулся мужчина, одной рукой, обвил бюст Оксаны, прижав её тело к себе спиной, а другую рукой, ладонью прикрыл лобок, когда её веки глаз постепенно закрывались
— Именно так
Засыпая с улыбкой на губах, Оксана отдала себя зверю, хранившему её покой, чувствуя, как его убедительные пальцы легонько касались груди. Ладонь, второй руки плоскость падала на лобок Оксаны, лишь слегка подушечками пальцев, дотрагивалась возбужденной поверхности губ влагалища. Предаваясь таким объятиям, Оксана тихо засопела, с улыбкой на губах, чувствуя, что находится в надёжных объятиях, изнывая от этого стоном порочной радости.
***
Просыпаясь из-за того, что кто-то ласково шлепал по щеке, Оксана медленно раскрыла в глаза и тут же их прищурила от ярких лучей утреннего солнца, проникающих в комнату. Посмотрев на мужчину, недовольно, Оксана сразу же узнала в нём своего кавалера, тело которого, она обкатала до самого рассвета. Прижавшись лицом к подушке, Оксана поняла, что спала на животе, подогнув одну ногу в колено, а другая была выпрямлена. Ощутив слюну, вытекающей с губ во время сна, на наволочке, Оксана, отвращено опираясь руками на подушку, отпрянула от неё, продолжая возмущенно смотреть на мужчину, прервавшего её сладкий сон. Осмотрев постель в которой лежала, Оксана изумилась в улыбке, помимо того, что она была вся в буграх, а простыня скомкана и свисала по большей части касалась пола, белье всё что было в кровати, пропиталось атмосферой любви. Каждая молекула воздуха в комнате, звучала запахом, как будто после пережитого дикого порочного шторма, который испытала на себе Оксана. На полу в комнате, всё так же лежали оставленные и разбросанные по разным частям вещи, что оставила Оксана.
— В чём дело? — сонным голосом, поинтересовалась Оксана, дотрагиваясь пальцами до лба, едва раскрывая глаза, не могла смотреть на яркие лучи восходящего солнца — Почему ты меня разбудил?
— Вам пора на работу
— На работу?
Переспросила Оксана, возмутившись настойчивостью этого парня, отодвинула его руку нежности, когда он хотел кончиками пальцев дотронуться до её лица.
— Какую блядь работу?
Была в недоумении Оксана и с таким же предвзятым чувством, посмотрела на него сонным, уставшим до дико раздирающей боли изнурённости.
— Ты совсем охуел?
— Громов уже скора за вами, заедет Оксана Владимировна — ухмыльнулся он, не став слушать возмущения Оксаны, направился к выходу из комнаты
— Постой! — вскрикнула Оксана недовольным сонным голосом, приложив ладонь кончиков пальцев к губам — Зачем ему за мной заезжать
— Чтобы отвезти вас в больницу
— Но зачем? — вставая на четвереньки в смятой постели, Оксана направилась по кровати в сторону выхода из комнаты, в дверях которой стоял мужчина, одетый уже в военную форму
— Я всего лишь выполняю приказы — мило улыбнулся он, пока Оксана в растерянности, искала халатик, что был сорван с её тела в пылу страсти
— Постой — возразила Оксана, когда предпочла укутать своё тело простынёй, поняв, что не может найти в постели, оставленный халатик — Я ведь должна заниматься лечением его сына
— И принимать пациентов — развёл руками, продолжал он стоять в проходе открытой двери — Так настоял Богданов, в отместку за свою дочь
— Значит вот оно как — сползая аккуратно с кровати, Оксана укуталась тонкой материей простыни, начиная нагло тащить её за собой
— Вас это удивляет?
— Разве Громов ничего не мог сделать — выражая жалость на лице, поинтересовалась Оксана, сморщив обидчиво, пафосно губки — Совсем ничего?
— Извините Оксана Владимировна
Развёл он руками, забавляясь тому, как Оксана подошла к нему пытаясь завернуть на себе простыню, но она у неё почему-то разворачивалась и она наклонялась, снова поднимала.
— Но я тут бессилен
— Хм…. в чём-то другом
Позволив рукам парня, завернуть на себе простыню, изумилась Оксана в улыбке перед ним, легонько поцеловала его в губы, обвив руками плечи, рядом стоящего мужчины.
— Ты даже очень силён — прошла мимо него Оксана, играя бёдрами, когда половина её простыни, тащилась за ней по полу, когда она вышла в коридор
— Правда и в чём же — прекрасно зная ответ, он легонько, нагнувшись, поднял с пола простыню, что ползла по ступенькам, как только Оксана спускалась по ступенькам лестницы, а его тонкая материя, безудержно пыталась зацепиться за всё подряд — Хотя подождите…..
— В том что — обернулась Оксана, стоя на ступеньках, прижала палец к его губам, когда она аккуратно, подвернул простыню, завернув материю на её теле — Безудержно заставлял меня стонать всю ночь
— Ну что верно, то верно — смутился он, словно как мальчика, когда Оксана взглядом королевы, с улыбкой на лице, смотрела ему в глаза
— Да ладно не стесняйся — поддержала его улыбкой Оксана, толкнув игриво в плечо — Всё ведь нормально было, правда я испытала череду таких сильных оргазмов, что мне были необходимы
— Вам нужно принять душ
— А по-твоему — ухмыльнулась Оксана, когда прошла по площадке между лестничными пролётами, подойдя к ступенькам последней лестницы — В больницу я пойду именно так?
— Нет, я просто подумал — стал уклончиво он возражать, сделав вид, что не ошибался в намерениях Оксаны — Что…..
— Что ты подумал? — прислонила палец к его губам, Оксана выразительно раскрыла глаза, посмотрела на него
«Кобель какой, трахал меня всю ночь, я блядь охуела наверно вчерашней ночью», не могла Оксана держать в себе злобу, будто весь негатив теперь обратился в улыбку, радость которой она не могла скрыть, продолжая смотреть любопытным взглядом, на мужчину перед собой.
— Я сейчас пойду приму душ — заявила Оксана, дотрагиваясь пальцем, вновь, до губ парня — А ты пока принесёшь мне мой телефон — продолжила она гордой походкой, спускаться по ступенькам, последней лестницы
— Интересно всё же — оспаривая такое утверждение, говорил мужчина в военной камуфляжной форме, оставаясь стоять на ступеньках — С чего это я должен бегать по вашим просьбам
— Это твой телефон там звонит? — услышала Оксана звонок сотового телефона, когда его мелодия доносилась с коридора, где был кабинет в доме — Сходишь, ответишь?
— Там ваш рабочий телефон и кабинет
— Правда?
Прислонила Оксана палец к губам, придала выразительный задумчивый взгляд, широко раскрытых голубых лазурных глаз, после чего перевела взгляд на военнослужащего кавалера.
— Хм… возможно его я там оставила — согласилась Оксана, любезно улыбнулась в ответ — Но могу тебе точно сказать, это не мой телефон
— Громов подарил его вам
Уныло вздохнул он, не мог уже вынести то, как Оксана над ним издевалась, сошёл медленно со ступенек в коридор дома. Шторы на окнах в гостиной и кухне были раскрыты, пропуская в дом огромное количество света солнца. За счёт освещенности, светлых, ванильных оттенков, атмосфера казалась светлой, отражая на всё что угодно, поверхность стены, пола, натяжных, глянцевых потолков в коридоре, хромированных ручек межкомнатных дверей, частицы света.
— Громов?
Удивилась Оксана, встав в коридоре напротив входа на кухню, прямо под лучами, солнца, когда она проникало через большое окно.
— Как иногда мило с его стороны, заботиться обо мне
— Куда вы? — поинтересовался мужчина, когда Оксана оставила его стоять одного в коридоре, а звук из кабинета приоткрытой двери, доносил мелодии входящего вызова на сотовый телефон
— А ты не понял? — обернулась Оксана, положив руку на талию, выставив упругие бёдра, ткань простыни на её теле, прекрасно отражали их упругий рельеф
— Я не умею читать мысли
— Специально для таких как ты — направляясь к открытой двери большой ванной комнаты, ответила Оксана, дотрагиваясь пальцами до грани деревянной поверхности — Я поясню
Сделала Оксана опрометчивое замечание, прижавшись к двери, посмотрела так на самца, словно как играя с ним вновь в порочную игру, беглых взглядов.
— Что мне нужно принять душ
— Пожалуй — немного потянул он с ответом, наблюдая за тем, как Оксана прижалась к двери, согнув одну ногу в колено, сексуально оголила кожу, что скрывалась за тонкой простынёй, которой было обёрнуто её тело — Я пойду, принесу ваш телефон
— Разумное замечание — ухмыльнулась Оксана, переступая порог, вошла в ванную комнату, осматриваясь удивлённо по сторонам, провела по клавише включателя, включая свет
Голубые оттенки белой кафельной плитки, словно преобразились под светом ванной натяжного потолка, под светом таких ламп, комната казалась как океанариум. Всё казалось таким детальным, как будто рельеф плоской кафельной плитки, под правильным углом света и его определенного тона делал на стенах пузырьки как на дне океана, а так же рисовал оттенки вибрации эховолн.
— Мило — отразив ямочки на щечках, коснулась Оксана голыми ступнями прохладной плитки пола в ванной — Нет правда, это очень даже красиво
Стояла Оксана улыбалась теперь при свете с ламп на потолке, комната казалась ей совсем другой, словно как она погрузилась на дно морское, откуда всё при правильном подобранном свете, казалось всё совсем другим.
«М….. вот теперь отличный освежающий душ, мне не помешает», скидывая простыню на входе в ванную комнату, Оксана прозорливой кошкой заползла в ванную, легонько рукой задвинула кончиками пальцев голубые шторки.
Поток будоражащей стихии прохлады воды, хлынул на тело Оксаны, когда каждая клеточка её кожи, была пропитана соком необузданной любви, пережитой прошлой ночью. Играя телом словно королевская кобра, Оксана виляла бёдрами, в медленно танце, чуть сгибая колени, стоя под покровом омывающей её тело воды с душа.
— Оксана Владимировна — послышался мужской голос, который отвлёк Оксаны, когда она прижала коготки согнутых пальцев к губам, приложив ладонь к подбородку
— Да-да я здесь дорогой — мило улыбнулась Оксана, раздвигая шторки в стороны, выглянула она, когда по лицу стекали прохладные капли воды, освежающего, прохладного душа
— Вам звонят из больницы
— Поставь, пожалуйста, на громкую — распорядилась Оксана, оставляя лишь маленькую щелку, скрываясь под покровом тёмно-синих штор — И оставь меня одну
Продолжая дальше придаваться моменту, чувствуя, как кожу омывала стихия воды, смывая с себя весь запах пережитой ночной сексуальной страсти.
— И дверь закрой — распорядилась Оксана, после того как взяла в руку флакон геля, душистый аромат розы которой, переполнял, все её ожидания
— Оксана Владимировна — послышался голос Виктора Валентиновича по громкой связи телефона, что заставил обратить на себя внимание Оксаны — Вы, что принимаете душ?
— А что я не должна его принимать? — удивилась Оксана, пожав плечами, смочив мочалку вязкой средой геля, медленно прислонила её к коже груди
— Значит, вы только встали
— Я думала — высказывалась недовольно Оксана, омывая мочалкой грудь — Что смогу хоть немного поспать, могу я хотя бы себе это позволить?
— Боюсь, что это не мне решать — ответил уклончиво Виктор Валентинович — Но вы просили предоставить вам анализы крови
— Просто один вопрос — омывая пенистой мочалкой грудь, говорила Оксана, запрокинув голову, стоя под потоком льющейся с душа воды — Мне просто любопытно Виктор Валентинович, я не могу, знаете понять…..
Играла Оксана в разговоре с этим мужчиной, строя интригу, омывая кожу мочалкой, с которой сочилась обильно сгустками пена, будоража тело легкостью завораживающего вязкого трения.
— Что вы Виктор Валентинович тут забыли
— Сочту это за нелепость — смутился Виктор Валентинович — Вопроса, который я не намерен перед вами отвечать, так как вы Оксана Владимировна предпочли узнать про анализ крови пациента
«Нет, ты от меня так легко не отделаешься, хоть ты и бывший мой ректор, но я не позволю со мной играть, в подобные игры», нахмурила Оксана губки, посмотрев на щель из штор для ванных, как за ними на стиральной машинке лежал телефон, по которому шёл разговор громкой связи.
— Вы провели анализ крови — сменила Оксана тему разговора, почувствовав в нём ненужную напряжённость — Так скажите же результаты
— А всё те же
Пояснил Виктор Валентинович, будто уже заранее уже зная результат, который ему был известен, говорил так, как будто изъездил эту тему вдоль и поперёк. При проведении анализов крови определяется пониженный уровень гемоглобина и тромбоцитов, увеличение СОЭ и количества лейкоцитов.
— Мы проводили его и раньше — рассказывал Виктор Валентинович — Ничего не поменялось с того времени и поэтому я не вижу смысла в бессмысленной трате времени
— О чём может говорить там пониженный гемоглобин и тромбоциты, а так же повешенный СОЭ и лейкоциты в крови?
— Да обо всём Оксана Владимировна
— Значит мне нужно провести зондирование сердца или его катетеризацию
— Он в тяжелом состоянии
— Ну и что? — продолжая дальше придавать тело вязкости потёком будоражащей пены, спросила Оксана, играя телом под потоком прохладной воды, когда она наоборот разжигала в ней кровь
— Это слишком тяжелые процедуры для него
— Я хочу их сама провести
— Громов не позволит — утвердил Виктор Валентинович — Он правительственный агент безопасности, если что-то с ним случится, вас не то что его отец раздавит, но и пресса и все криминалисты вместе взятые сожрут
— Громов ему не отец
— Поверьте — с ухмылкой возразил Виктор Валентинович, когда она полностью покрыло тело пеной, что сочилась с мочалки и тут же смывалась прохладной силой воды — Потом это будет уже не важно, он не даст вам разрешение на проведение такой сложной процедуры для парня
— Тогда расскажите вы хоть мне о задании
Покрывая обильно пеной с мочалки тело, спросила Оксана, поднимая голову, закрывая глаза, ощущая как тысячи мелких капель падали ей на лицо.
— Что он делал там в Ирине?
— Подобное, я спрашивал у Громова — отчаянно произнёс Виктор Валентинович — Он утверждает только, что его могли отравить, ссылаясь на то, что подробности мне знать необязательно
— Вот как — ухмыльнулась Оксана, обернувшись, вновь посмотрела на закрытые шторы, через щелку, где на стиральной машинке лежал сотовый черный телефон, разговор которого шёл по громкой связи — И как же мне тогда заниматься его лечением?
— Лечением сына Громова буду заниматься я — предупредил Виктор Валентинович — А вы будите моим консультантом
— Стойте! — возразила Оксана, закрыв поток воды, повернув хромированные вентили смесителя, чувствовала прохладу по всему телу и как её мокрые липкие волосы, приливали к телу, будоража холодком касания — Мы так не договаривались
— Мне жаль, конечно, Оксана Владимировна — утверждал Виктор Валентинович — Что вы так этого не поняли, вы здесь на тех же условиях, что и я
— Да — соглашаясь, ответила Оксана, переступая через борт ванной, раздвигая шторы, ощущая, как по телу скатывались капли воды, как мокрые волосы, моросили кожу, наступила на прохладную кафельную плитку пола — Только вот я сюда не просилась
— Мне нужен был консультант — пояснил Виктор Валентинович, в тот момент, когда Оксана прошла, играя телом по ванной комнате, подошла к вешалке с полотенцами, касаясь легонько пальцами одного, обернулась, посмотрела на ванну, из которой она вылезла — Но не больше
— Так вот и ищите себе консультанта — нахмурила Оксана с обидой губки, снимая с вешалки полотенце, нагнулась, чтобы обернуть им мокрые волосы — Зачем вы меня сюда притащили
— Потому что — возразил Виктор Валентинович, не соглашаясь с мнением Оксаны — У тех консультантов, что дал мне Громов, мозгов не хватает
— Вы два месяца не могли поставить диагноз
Утверждала Оксана, обворачивая тело белым полотенцем, ощущая как его теплая нежная материя, согревала кожу легким и плотным прикосновением.
— Это о чём-то вам говорит? — была вне себя Оксана, так как условия которые ей выдвинули, она никак не могла их принять для себя, и подойдя к раковине, крепко вцепилась в камень керамики
— Вот именно для этого вы мне и нужны
— Виктор Валентинович — продолжая смотреть на своё отражение в зеркале, возразила, прошипела Оксана, не соглашаясь с его условиями — Я вижу, вы не понимаете, что если вы два месяца, не смогли ничего сделать, зачем я вам тогда?
— Покажите мне, куда нужно смотреть
— В зеркало посмотрите — обернулась Оксана, подошла к стиральной машинке на крышке, у которой лежал сотовый телефон — У меня нет времени на ваши споры, я прекращаю этот разговор
— Оксана Владимировна подождите…… — не успел он договорить, как Оксана подошла к телефону и легонько кончиком пальца, нажала на сенсор, прервать разговор
— Не буду я ждать — прошипела Оксана, оставаясь стоять у стиральной машинки, злилась на то, как быстро Громов и Виктор Валентинович изменили своё решение — Ну Громов, ты мне за это ответишь, посмотрим, как твой любимый доктор будет тыкать пальцем снова в небо
— Оксана Владимировна — обратился парень спустя какое-то время, когда Оксана оставалась в ванной, стоя у раковины, продолжая смотреть в зеркало — У вас всё нормально?
«М... почему так, когда я злюсь, я дико начинаю возбуждаться», обернулась Оксана, с желанием похоти в глазах, раскрыла их, полностью отражая перед ним лазурную голубую красоту.
— Дорогой — обернулась Оксана, направляясь к мужчине, кончиками пальцев коснулась его щетины на щеке, прижалась к нему мокрым телом — Как же я ждала тебя — состроила она пафосно губки трубочкой, обвивая шею самца, выразительно посмотрела в его глаза
— Оксана Владимировна — уверял мужчина, обвивая руками талию Оксаны, прикосновение пальцев которых, она почувствовала через полотенце — Громов просил вас быть готовой, он заедет за вами через полчаса
— Пускай подождёт — провела Оксана коготком указательного пальца по его губам — Пусть узнает, что он не центр вселенной
— Но он настоятельно предупредил меня, чтобы подготовил вас к поездке в больницу
— Не так уж это и долго — ухмыльнулась Оксана, обвивая руками, плечи мужчины какое-то мгновение времени в пару секунд смотрела ему в глаза, желая раствориться в его объятиях
— Не думаю, что Громову понравится вас ждать
— А ему и не должно что-то нравиться — провела Оксана кончиками пальцев по погонам военной формы сержанта, не желая покидать его объятия, медленно стала перед ним опускаться на колени
— Оксана Владимировна
Коснулся он пальцами подбородка Оксаны, когда она, сидя перед ним на коленях, покорно смотрела на него, расстегивая ширинку его военной формы, штанов.
— Я думаю…
— Можно я буду думать — возразила Оксана, оставаясь сидеть на паркете в коридоре дома, чувствуя как солнечные лучи, что проникали через окно на кухне, ласкали её мокрые плечи
— Вам прошлой ночи было мало
— Мне хочется её повторить
Заявила Оксана, хотела обвить пальцами напряжённый член самца, но он почему-то быстро отошёл от неё, лишившись самостоятельно ласки, которую она могла ему подарить.
— Что? — чувствуя отчаяние и разбитость, трясущейся нижней губой, спросила Оксана, отражая влагу на глазах — Я что-то не так сделала?
— Да просто не в этом — уверял он, продолжая смотреть на Оксану, как она сидела перед ним на коленях и свет солнечных лучей, проникающих через окно в кухне, озарял её тело
— Тогда почему ты не хочешь ласки — жалобным голосом, говорила Оксана, продолжая смотреть на мужчину держа кончики пальцев у губ — Которую я могу тебе дать?
— Просто сейчас не время
— Не время? — вопросительно на него смотрела Оксана — Но почему? — отражая влагу слёз на глаза, хотела показать перед ним ранимость и разбитость, ощущая, как капля обиды протекла по её щеке
— Потому что Громов скора приедет за вами в больницу
— Да плевала я на этого Громова — вставая с колен, говорила Оксана, вытирая кончиками пальцев слёзы, вытекающие с глаз — Я хочу провести время с тобой
— Не сейчас — уверял он, выставив согнутые в локоть руки ладонями вперед, не позволяя Оксане подойти к нему — Громов сейчас приедет
— И что с того? — обиженно на него смотрела Оксана, чувствуя, как внутри неё, всё бурлило, когда она находилась рядом в присутствие этого мужчины
— А с того, что он не любит ждать — отходил он к стене, чувству напряженность в разговоре между ним и Оксаной, до тех он пока не уперся спиной в стену — И будет нервничать
— Меня он подождёт
Подошла Оксана вплотную к мужчине, скидывая с волос полотенце на пол, в тот момент, когда её мокрые волосы распушись и коснулись плеч, моросящим эффектом вызывая дрожь по телу.
— В конце то концов — ухмыльнулась Оксана, разговаривая рядом с губами мужчины, подушечкой указательного пальца прижала пылкую поверхность его губ, чувствуя, как он пронзительно так озираться в сторону входной двери, испытывая при этом волнение — Это ведь я ему нужна
— Но только он так не считает
— Откуда ты получаешь приказы? — удивилась Оксана, почувствовав его волнение, посмотрела в сторону входной двери, куда озираясь взволнованно, смотрел мужчина
— У меня есть телефон — доставая из нагрудного кармана черный смартфон, показал он его Оксане
— Правда? — ухмыльнулась Оксана, ловко вцепилась пальцами в телефон — Дай мне его сюда
— Зачем он вам? — поинтересовался мужчина в форме, послушно отдал Оксане служебный смартфон — Смотрите не уроните его
— Конечно — кинула его Оксана через плечо, ухмыльнувшись, наблюдая за реакцией взгляда парня, когда она запустила в воздух телефон
— Что вы наделали?! — вскрикнул мужчина, наблюдая за тем, как телефон коснулся пола в коридоре и раскололся на составляющие
— Он тебе больше не нужен — с ухмылкой отошла от мужчины Оксана, забавляясь тому, как он быстро направился к месту, где телефон ударился о пол
— Зачем вы это сделали — повторил он свой вопрос — Как я буду держать связь с Громовым?
— Так же как и раньше — пожав плечами, прошла Оксана мимо парня, когда он сидел на коленях, собирал воедино расколовшийся телефон
— Вы с ума сошли? — обернулся он, посмотрел на Оксану, когда она легонько пальцами коснулась его камуфляжной тёмной куртки
— Возможно — ухмыльнулась Оксана, посмотрев с улыбкой на него — Но так будет легче всем, если ты не будешь ему ничего обо мне докладывать
— Вы разбили телефон!
— Ничего — сохраняя улыбку на губах, ответила Оксана, проведя кончиками пальцев по плечу мужчины, завистью мягких подушечек провела по его полоскам на погонах, после чего направилась дальше к лестнице по коридору — Ты ведь как-то жил без него раньше
— Вам всегда будет так с рук сходить?
«Блядь как же мне нравятся военные мужчины, истинные самцы, достаточно знающие, как обращаться с моим телом», изнывала Оксана, когда гладила пальцами погоны парня, раскрывая алые губы в порочной искушенной форме.
— Кое-что иногда и может — придавая ямочкам на щечках, в момент улыбки, сексуальную выразительность, Оксана, пожав плечами, убирая руку от куртки парня, направилась по коридору, играя неотразимо бёдрами в каждом шаге — И сойти
— Это мой служебный телефон, с помощью которого я отчитываюсь перед командующим частью
— Думаешь, я не поняла — убирая улыбку с лица, Оксана серьёзно посмотрела на парня, коснувшись пальцами гладкого перила лестницы, наступая на первую ступеньку — Тебя приставили ко мне, следить за мной и охранять меня, чтобы я никуда не сбежала
— Так захотел Громов — пояснил он, собрав наконец-то телефон, обрадовался тому, как он включился, после падения — Он сказал что потратил огромное количество ресурсов, чтобы вывести вас из страны и вернуть обратно
— Но зачем? — была в недоумении Оксана, продолжала смотреть на мужчину, что как словно лев, поднялся с колен, держа в руке загружающийся телефон, экран которого светился в тени коридора, когда он отошёл от гостиной — Не поверю, что его сын этого стоит
— Наша страна будет на пороге войны — рассказывал отчаянно он, направляясь к Оксане — Это даже мне понятно, так как пациент, лечением которого вы занимаетесь, правительственный агент безопасности и с ним случился приступ прямо во время важной встречи лидеров стран в Иране
— Всё так серьёзно? — кокетливо Оксана прижала палец к губам, придав забавный взгляд, будто не понимала всего этого
— А как вы думаете, в момент ответственной встречи у него случился приступ
Пояснил он, когда подошёл к Оксане, положил ладонь на её пальцы, когда она ими обвила поручень перил, за который держалась, стоя на ступеньках.
— Громов хочет предотвратить назревающий конфликт
Внушительно он попытался посмотреть в глаза Оксане, в лазурной голубой красоте которых, царствовала порочная бездна, её состояние и тело изнывало по искушенной страсти любви.
— Страна может оказаться на пороге ядерной войны — придавая голосу всю серьёзность, пытался убедить он Оксану — Пока вы тут Оксана Владимировна, пытаетесь строить из себя бог знает что, вместо того, чтобы доказать что его не отравили
— Если бы его отравили — рассказывала Оксана с ухмылкой на губах — Он бы лежал бы уже в ящике, а не на больничной койке, пытаясь выжить два с лишним месяца, Громов что такой тупой?
— Откуда вам знать?
— Потому что те, кто хотят отравить — поднимаясь по ступенькам лестницы, Оксана поправила на себе белое махровое полотенце, теплый материал которого так приятно согревал кожу, в то время как золотистые мокрые волосы моросили плечи, легким касанием — Действовали бы наверняка
— Разумно — согласился он с Оксаной, оставаясь стоять рядом со ступеньками лестницы, любуясь выраженными изгибами формы её бёдер, которыми она так любезно демонстрировала перед ним, поднимаясь на второй этаж — Хоть я и не врач, но в ваших словах есть логика
— Я ведь по-твоему — наклонилась Оксана, опираясь на перила лестницы, посмотрела вниз, вдохнула душистый воздух, цветов, растущих с улицы, поток будоражащей силы его молекул, неистово проникал через открытое окно в комнате — Не полная дура
— Ну это еще как посмотреть — рассмеялся он, оставаясь стоять вниз, чем шокировал Оксану таким заявлением
— Ах… ты
Оглядываясь по сторонам, Оксана искала, чтобы кинуть в него, не нейдя ничего, сорвала с себя белое полотенце, оставаясь обнажённой, скомкала его тут же двумя руками и запустила вниз.
— Наглый кобель
Выругалась Оксана, кинув полотенце вниз, в парня, почувствовала как тело, каждую клеточку, ласкал приятный прохладный воздух, что обдувал её едва влажные волосы.
«М…. как же тут красиво, пожалуй, я тут была бы рада задержаться», входя в комнату, Оксана сразу же посмотрела в окно, на то, как колыхались макушки зелёных деревьев.
Осматривая комнату, Оксана заметила, что мужчина, который провёл с ней эту ночь, всё тщательно убрал и навёл порядок. Застелив постель, собрал разбросанные вещи Оксаны на полу и аккуратно, сложив их в стопку на краю кровати. Лёгкая прохлада воздуха, тормошила белые занавески, висевшие на окне, когда оно было открыто, позволяя слышать песнь лета, играющую мелодию листьев, что шуршали между собой, как в медленном танце. Тихая местность, как капель упокоения для сознания Оксаны, в этом закрытом городке всё казалось спокойным и тихим, редко по улицам проходили люди, проезжали машины, какое-то время, она смотрела на низ из окна.
Прошло около получаса, когда Оксана стояла у парфюмерного столика, проводя кончиком алой помады по губам, придавая им неотразимый сказочный оттенок страсти. Черная короткая юбка, облегала плотной тонкой тканью бёдра Оксаны, отражая выразительную упругость и сексуальность изгиба, когда она наступила каблуками черных туфель на пуфик, согнув ногу в колено. Белая блузка, словно как парус, мачты корабля, порхала на теле Оксаны, а v-образное декольте, отражала сочный объём груди, скрытой в оковах черного ажурного бюстгальтера.
— Оксана Владимировна
Вошёл в комнату парень и тут же замер на входе, раскрыв рот, мужчина в военной униформе был поражён её красотой, когда она, наступив одной ногой на пуфик, так сексуально красила губы.
— Господи как вы красивы — посмотрел на пышную причёску Оксаны, золотистые волосы которых, были прямыми и идеально гладко расчесанными
— Жаль — обернулась Оксана, посмотрев на парня, который только что вошёл в комнату, словно как на пустое место — Что ты только сейчас это понял
«Ты отверг меня там внизу, на мою милость, теперь можешь и не рассчитывать», задвигая помаду обратно в тюбик, Оксана оставила её стоять на парфюмерном столике.
— Вы не так уж и торопитесь Оксана Владимировна — была удивлена Оксана увидеть Громова, когда он поднявшись по ступенькам лестницы, вошёл в комнату, следом за сержантом
— Сергей Викторович
Ухмыльнулась Оксана, убирая пальцы от цилиндра помады, отошла от парфюмерного столика, покачивая упругими бёдрами, сохраняя очарование улыбки на лице.
— Удивлена вас тут увидеть
— Ничего не обычно — пожав плечами, мужчина в черном деловом, представительском костюме, вошёл в комнату, развёл руки в сторону, оглядывая обитель комнаты Оксаны — Просто ждать там внизу, не в моей компетенции
— Вы же сами понимаете — обвив пальцами обеих рук талию, состроила Оксана взгляд царицы, направляясь к Громову — Дамам свойственно опаздывать
— Да
Согласился Громов, даже он не мог устоять перед красотой, обольщением Оксаны, когда она подошла к нему, вдыхая его одеколон, композиция которого имела выдающееся название «Bvlgari Man Extreme». Оригинальный флакон скрывает древесные и фужерные ноты, которые гармонично сочетаются между собой. Легкая вуаль опускается на кожу, раскрывая звучание бергамота и грейпфрута. Изюминки придают аккорды кактуса. Сердце духов звучит белой фрезией. Ее подхватывает благородный кардамон, затем легкое послевкусие оставляет чувственная амбра.
— Но не в свой первый рабочий день на новом месте
— И какая же я теперь после этого дрянь?
Состроив милое выразительное лицо, Оксана прошла мимо двух мужчин, давая понять Громову, что между ней и его сержантом уже сформировалась некая зависимая интимная близость.
— Прошу простить мои манеры — обратилась Оксана к Громову, посмотрев на солдата в черной униформе, когда кончиками пальцев коснулась его нашивок сержанта на плечах
— Вижу, у вас с сержантом теперь наладились отношения
Ухмыльнулся он, посмотрев тио на сержанта, то вновь на Оксану, когда она выразительно покачивая упругой формой бёдер в каждом шаге, направлялась к выходу из комнаты.
— В какой-то мере это даже на руку
— На руку? — отражая удивление на лице, Оксана остановилась в проходе открытой двери — Кому?
— Мне так будет проще следить за вами
— За мной? — опираясь бёдрами на дверной проём, Оксана стоя выгнула спину, прислонившись затылком пышной причёски к косяку открытой двери — Но зачем?
— Я пообещал вас вернуть обратно — мило улыбнувшись, направился Громов к Оксане — Целой и невредимой, кое-кто еще знает, что вы здесь
— Кое-кто? — продолжая удивлённо смотреть на Громова, растерявшись, переспросила Оксана, не могла свести взгляд с уверенного лица, человека в черном костюме — Интересно, кто еще знает, что я жива, цела и невредима?
— Всему своё время — прошёл он мимо Оксаны, когда она на него со всей внимательностью смотрела — Я ручаюсь за вашу целостность перед другими людьми
— Но не перед моими родителями — возмутилась Оксана, вышла из комнаты, проследовала к ступенькам лестницы, по которым спускался Громов
— Им видимо знать не обязательно — сохраняя любезность улыбки на лице, ответил Громов, спускаясь на первый этаж дома — Хотя да было трогательно видеть их печальные лица……
Остановился он на последних ступеньках, обернулся и посмотрел на бесчувственное лицо Оксаны, отражение мимики на котором, отражало явное равнодушие.
— Но вас почему-то это не задевает ни коем образом
— Главное чтоб у них всё было хорошо
Пытаясь придать хоть какое-то выражение чувств, мило улыбнулась Оксана, спускаясь по ступенькам, держась пальцами за поручень перила, нежно вела по ним трением подушечек.
— И чтобы мне, конечно, не мешали работать
— А они мешают?
— Вы даже не представляете как — демонстрируя ямочки на щечках, спустилась Оксана на первый этаж, прошла по паркету в коридоре, звонко стукая каблуками черных туфель
— Вполне заботливая милая пара — был не согласен Громов, посмотрев удивлённо на Оксану, когда она, не отражая на лице никаких эмоций, просто прошла мимо него — Не понимаю, чем они вам не нравятся?
— Слишком много заботы
Направляясь к выходу, рассказывала Оксана, посмотрев в сторону гостиной, как утренний яркий свет лучей, восходящего, над закрытым городком солнца, неистово проникали в дом.
— Слишком много
— Наверно всё потому — уверял Громов, проследовав следом за Оксаной к выходу — Что они вас очень любят
— Наверно — с тем же равнодушием Оксана прошла по коридору, к входной двери, вдыхая глубоко свежий проникающий через открытое окно, воздух в гостиную
— Выдели бы вы когда они там переживали в морге…..
— Вот одно я вам точно не прощу
Возразила Оксана, когда открыла дверь, ощутив на себе влияние будоражащей утреней прохлады, воздух был таким тёплым приятным и прогретыми лучами солнца.
— Вы допустили то — переступая через порог открытой двери, высказывала Оксана возмущение, наступая каблуками черных туфель на поверхность деревянного крыльца — То, что вы допустили, чтобы я лежала там в морге
— Иначе бы просто никто не поверил — утверждал Громов, спускаясь следом за Оксаной по крыльцу — В вашу смерть, ваша мать и отец до последнего не хотели этого признавать, пока не увидели вас в морге
— Представляю их лица — ухмыльнулась Оксана, без каких-либо чувств сожаления — Когда я вновь воскресну, они такого ведь не ожидают
— Прошу помогите мне вылечить сына — проследовав за Оксаной по ограде дома, Громов словно молил о помощи — Тут дело переросло уже давно, не только в родительский, но и в политический интерес, всё-таки это произошло в Иране, когда она работал под прикрытием
— Ваш якобы сын — встав под тенью свисающих веток яблоней, пояснила Оксана, обернувшись, посмотрела на Громова укоризненно — Работает правительственным агентом, что он делал в Иране, просто расскажите мне, какова была его миссия, возможно, я смогу попробовать определить источник заразы
— Поверьте Оксана Владимировна — сошёл со ступенек крыльца Громов вслед за Оксаной, прошёлся по каменной плитке в ограде, подойдя к ней — Как бы я не хотел вам помочь, а я очень хочу, я не могу раскрыть вам деталей всей этой операции
— Тогда как вы хотите, чтобы я вам помогла? — ухмыльнулась Оксана, выражая на лице мимику сарказма — Мне нужно больше информации, чем я располагаю, этих данных недостаточно
— Извините Оксана Владимировна — возразил Громов, когда спокойным равнодушным шагом, прошёл мимо Оксаны — Но вам придётся работать с тем, чем есть
— Это несправедливо — нахмурила Оксана обидчиво губки, проследовав следом за Громовым, заметила как сержант, мужчина в военной форме, спустился по ступенькам крыльца дома — Как я могу выяснить чем болен ваш сын, если я не знаю с кем и чем он контактировал
— Просто попытайтесь доказать — утверждал, обернулся Громов, когда подошёл к воротам ограды дома — Что это не действие яда?
— Это уже доказано
Ухмыльнулась Оксана, когда подошла к Громову, пыталась произвести на него впечатление, своей очаровательной улыбкой, но мужчина никак не отреагировал в ответ.
— Тем, что он не умер два месяца назад
— Его может кто-то отравлять — высказывал предположения Громов, открывая дверь, переступил порог, вышел из ограды дома — Я хочу знать, кто и как он к этому причастен
— Да никак
Была не согласна Оксана с такой версией, переступая порог ограды, через открытую дверь, вышла на улицу, посмотрела на черный представительский мерседес, стоявший у обочины.
— У вас в больнице повсюду камеры
Развела Оксана руками, посмотрев на зеленую красоту, ухоженных деревьев, клумб, растущих рядом с домом и между двумя полосами проезжей части, создающих природный островок.
— Даже если бы это было возможно — выдвигая догадки, проходя по бетонному тротуару, к бордюру у которого стоял Громов — Наверняка, преступник бы попался бы на камеру
— Мои люди уже сутками просматривают записи всех вошедших в палату сына, тех с кем он контактировал, уже обрабатывает отдел ФСБ
Подошёл Громов к машине и коснувшись ручки задней двери, когда Оксана, с гордым взглядом лазурных голубых глаз, подобно царице, выраженно в каждом шаге играя бёдрами.
— Я просто уверен, что доберусь до истины
— Вы потратили столько сил
Утверждала Оксана, вдыхая глубоко свежий утренний воздух, чувствуя в нём ноты цветущей зелени, посмотрела на Громова, обвивая пальцами грань открытой задней двери мерседеса.
— Чтобы доставить меня сюда — рассказывала Оксана, стоя у открытой двери, продолжая наблюдать за лицом Громовым — А теперь хотите сами провести расследование, но зачем?
«О… нет-нет-нет, с тобой в одной машине, я просто не высижу», была не согласна Оксана, когда мужчина в военной форме, следуя за ними с Громовым по пятам, подошёл к машине.
— Оу….. — состроив пафосно губки трубочкой, обратилась Оксана к сержанту — Извини дорогой, но ты не едешь, ты останешься, охранять мой дом
— Вы слышали приказ сержант — обратился Громов, повторяя в другой форме для мужчины в военной униформе — Действуйте
— Спасибо
Мило улыбнувшись, поблагодарила Оксана, оставаясь стоять у раскрытой двери автомобиля, заметив как сержант, послушно направился к дому, после убедительных слов Громова.
— Вы умеете управлять людьми — заметила Оксана опрометчиво, как Громов, никак не отреагировал на комплимент, что она ему высказала, мужчина оставался равнодушным
— Без вас не может работать Виктор Валентинович — ухмыльнулся Громов, когда Оксана влезла в тёмный салон роскошного автомобиля, располагаясь на его заднем кожаном сиденье
— Он мой бывший ректор — утверждала Оксана, положив ногу на ногу, чувствуя в воздухе привкусы кожи, мускуса и бергамота, посмотрела на мужчину водителя, который неподвижно стараясь ни на что не обращать внимания, сидел за рулём роскошного автомобиля — Именно он вложил в меня основы того, что я знаю сейчас
— Именно вы нужны ему сейчас больше
Пояснил Громов, влезая следом в салон за Оксаной, закрыл за собой дверь, его тёмные окна задних дверей, создавали комфорт и уют сумрачной атмосферы, не пропуская свет лучей солнца.
— Чем кто-либо из интернов, которых я лично ему подобрал — рассказывал Громов, кивнул головой водителю, чтобы мужчина начал движение — Выбирая кандидатов из вузов всей страны
— Видимо вы выбирали ему недостойных
— Зато я привёз ему достойного
Положив ладонь на руку Оксаны, что лежала у неё на колене, когда она положила ногу на ногу, откинувшись на мягкую спинку кресла, чувствуя, как тонко оно было пропитано запахом кожи.
— Помогите нам Оксана Владимировна
Умоляюще попросил Громов, однако в его взгляде и интонации голоса, что казалась достаточно вежливой и убедительной, это было больше похоже на приказ.
— Дело может перерасти в национальный конфликт и дойти до военных действий
Пояснил Громов, продолжая смотреть Оксане в глаза, когда автомобиль, плавно двигался по улице, направляясь между домов.
— Никто бы до этого поверьте — выставив указательный палец к верху, Громов, словно хотел, чтобы Оксана обратила внимание, на этот акцент разговора — Дойти не хотел
— Тогда Сергей Викторович Громов
Обратилась Оксана, с ухмылкой посмотрев на мужчину рядом с которым, она сидела на заднем сиденье, вдыхая аромат его одеколона, что он демонстрировал. Палитра, необычных вкусов кружила голову, неповторимостью вкуса, добавив к этому романтичную обстановку темноты в салоне плавно двигающегося автомобиля, Оксана могла бы потерять рассудок от безумства.
— Я бы посоветовала бы вам — посмотрела Оксана, на ладонь Громова, что лежала у неё на руке, сохраняя при этом любезность улыбки у себя на губах — Я была бы очень признательна, если вы сделаете меня лечащим главным врачом, в лечение вашего, так называемого, сына
— Давайте уберем конкретику — убирая руку, Громов воспринял, последние слова Оксаны, в штыки и был с ними не согласен — И не будем официально, я забочусь о мальчике, он правительственный агент, славно и гордо работающий на свою страну
— Может это и так — переводя дух, глотнула Оксана слюну, посмотрев на темные стекла в движущимся плавно автомобиле, движение которого усыпляло мягкостью, словно как на корабле, когда мерседес, спокойно преодолевал ухабы дороги — Но мы уходим от темы
— Я не поставлю вас главным врачом — возразил Громов, его намерения были тверды или таким он хотел казаться, посмотрев в глаза Оксане, в момент? когда она обернулась и взглянула на него
— Это еще почему? — поинтересовалась Оксана, была не согласна с таким решение — Вы хотите, чтобы я помогла решить ваш конфликт, но не хотите ставить меня главным врачом и передавать мне все материалы дела в Иране?
— Вы ни того и ни другого не получите — твердо еще раз повторил Громов, суровым голосом — Но гарантирую, ваше слово будет решающим в диагностике лечение моего сына
— Вот как — изумилась Оксана, раскрывая губы в порочной улыбке, облокотила голову на подголовник заднего сиденья, на котором сидела — И когда же оно начнёт решать?
— Поверьте, скора — уверял Громов, отвернув взгляд в сторону окна задней двери, предпочитая смотреть на шикарные коттеджи закрытого городка — Но сначала вас ждёт сюрприз
— Какой сюрприз
— Все своё время
Пояснил Громов, состроив ехидную улыбку, очертание которой Оксана не могла вынести и сразу посмотрела на дома, с другой стороны улицы. Закрывая медленно глаза, Оксана хотела придаться забвению поездке на автомобиле, поездка на котором так утоляла душу спокойствием.


Автомобиль медленно въехал в больничный дворик, военного госпиталя, передвигаясь среди окутанных зеленых листьев, листвы деревьев, словно как не выходил из тени. Словно как хищник, крадущийся к своей жертве, черный мерседес, сбавив ход, постепенно приближаясь к крыльцу больничного здания. Воздух казался таким легким и приятным, окутанный вкусами, расцветающей зелени, уходящего лета, запахами сирени, ароматам черемухи, оттенками цветов растущих в клубах. По периметру, военного медицинского госпиталя ходил постоянный патруль, однако это не мешало девушкам, медсестрам или молодым специалистам этого комплекса, находиться в парке, рядом со зданием, кто-то из девушек, даже стоя стоял на ступеньках крыльца.
— Не понимаю, зачем я еще должна работать на приёме в этой больнице
Высказываясь недовольно, когда смутилась Оксана людей, гуляющих в зоне отдыха, кто-то из них сидел на лавочке, когда за их спинами, плавно проезжал мерседес.
— Я могла бы контролировать лечение вашего сына и из дома
— Необходимая мера — предупредил Громов, продолжая пустым взглядом смотреть в окно задней двери автомобиля — Так посчитал господин Богданов, дочку которого вы пленили
— Вы не оставили мне выбора
— Могли просто лежать спокойно в палате — утверждал Громов — Наш гинеколог бы просто вас посмотрел, после чего отпустил и ничего такого, могло бы и не быть
— Ничего такого, что я только что вышла из комы — пыталась убедить Оксана своего собеседника в своей невиновности — По вашей же вине
— У меня не было другого выбора, кроме того — убеждал Громов — Как вас сюда еще привезти
— Как раз именно так — оспаривала Оксана, посмотрев критикующим взглядом на Громова — Чтобы всадить мне нож в живот
— Необходимая мера — развел руками Громов — Я понимаю, что другого выбора у меня не было, вы бы ни за что сюда не захотели бы ехать
— А похитить просто меня было не судьба — развела Оксана руками — Зачем было всё так усложнять?
— Вас бы искала полиция — ухмыльнулся Громов — А так, когда вас все, даже ваши родители, сочли мертвой и даже, якобы похоронили вас, вы уже теперь никому не нужны
— Значит, вы можете выбросить меня?
— Я, по крайней мере — возразил Громов, мужчина был не согласен с таким мнение — Этого не говорил, вы всегда можете остаться жить в этом городе, работать у нас в госпитале, у вас даже будет свой кабинет и своя команда врачей
— Пожалуй — возразила Оксана, дотронувшись пальцами до ручки задней двери, как только автомобиль, остановился, напротив крыльца — Я пас
— Но почему?
Был удивлён Громов, когда Оксана открыла дверь, пропуская, в пропитавшийся, атмосферой застоявшегося воздуха, поток свежести и легкой прохлады, вместе с лучами дневного солнца.
— Я подобрал бы для вас лучшие условия
Повторял Громов, открывая дверь со своей стороны, после того, как Оксана выставила бёдра, покинула салон мерседеса, оказавшись стоять на тротуарной дорожке, у ступенек крыльца.
— Хотите другой дом или кабинет который бы вас устроил?
— Я хочу вернуть назад свою дочь
Заявила Оксана, оказавшись на лице, держась пальцами за открытую дверь, посмотрела на крыльцо больницы, на ступеньках которого, стояли две девушки в белых халатах.
— И по возможности — помедлила Оксана с ответом, чувствуя, как прохлада свежего воздуха, тормошила её золотистые волосы — Вернуть свою жизнь, как было, до этого случая
— Я могу для вас всё устроить
— Извините господин Громов — толкнула Оксана дверь кончиками пальцев, выраженно, играя в каждом шаге, упругой красотой бёдер, направилась к ступенькам крыльца, военного госпиталя, как только задняя дверь мерседеса, закрылась за её спиной — Но меня это не интересует
— А жаль Оксана Владимировна — отчаянно вздохнул Громов, похлопал ладонью по крыше машине, давая команду водителю, уехать — Мы с вами могли бы изменить мир к лучшему
— Извините Сергей Викторович — улыбнулась Оксана, милой улыбкой, наступая, сгибая ногу в колено, на первую ступеньку — Но с вами, ничего уже изменить не можем
— На вас бы работали лучшие интерны — убеждал Громов, последовав по тротуарной дорожке следом за Оксаной, когда она ждала его у ступенек крыльца, военного госпиталя — Которых выбирает ФСБ по итогам итоговых контрольных работ в медицинских вузах
— А я сама бы на кого работала? — уныло вздохнула Оксана, посмотрев на козырёк, в виде свода, крыльца — Мне ведь тоже пришлось ведь перед кем-то отчитываться
— Это было бы не так сложно — пожав плечами, Громов развёл руками, подошёл к ступенькам и встал рядом с Оксаной — Ежедневный отчёт по компьютеру, если хотите его может делать ваш личный секретарь
— Звучит как в сказке — с сарказмом улыбнулась Оксана, не поверив ни единому слову мужчины, стала подниматься по ступенькам, прошла мимо двух беседующих девушках, ощущая, как от одной из них пахло малиной, а от другой, запахом сирени — Но я в это уже не верю
— Очень жаль Оксана Владимировна — отчаянно Громов, выразил своё мнение, поднимаясь следом за Оксаной — А всё могло бы быть совсем по-другому
— По-другому Сергей Викторович — встав боком на крыльце, вздохнула Оксана изнурённо, переводя дух — Уже никогда не будет
— Ну, вам решать — обвивая нежной рукой, талию Оксаны, мужчина направился с ней к дверям центрального входа, из которых только что вышли двое мужчин офицеров, в военной форме, отдавая честь Громову — Как скажите Оксана Владимировна, так и будет
— Я бы хотела проведать вашего сына — утверждала Оксана, когда Громов, держал перед ней открытую дверь, предлагая ей войти первой — Прежде чем вести приём в клинике
— Тогда я вас отведу к нему
Согласился Громов, обратив внимание, на упругие, выраженные бёдра Оксаны, когда она перед ним переступила порог открытой двери вошла в небольшой тамбур стеклянных дверей.
— И да еще кое-что — подошёл он ко вторым стеклянным дверям, обвив пальцами, пластиковый стержень дверной ручки, открыл её перед Оксаной — Ваш пропуск, вам его выдадут на проходной
— А что будет, если я его потеряю? — ухмыльнулась Оксана, переступая порог, вошла в фойе военного больничного комплекса, где первое что был это контрольно-пропускной пункт, на котором круглосуточно дежурил караул солдат и собак — Как я тогда отсюда выйду?
— Ну, тогда — мило улыбнулся Громов — Вы Оксана Владимировна
Обвив плечевой сустав, правой руки, Оксаны, Громов направился вместе с ней, к пропускному пункту, где в стеклянной будке дежурил постоянно охранник.
— Останетесь здесь жить
— Может я лучше, тут останусь — указала Оксана кончиком коготка на закрывшуюся медленно стеклянную дверь, как только они вошли в вестибюль
— В любом случае
Рассмеялся Громов, когда они с Оксаной подошли к пропускному пункту, он кивнул парню охраннику, дежурившему в стеклянном пластиковом сооружении.
— Такую знойную блондинку — похвалил Громов, продолжая держать Оксану за плечевой сустав, обратился к охраннику, когда он взял со стола пропуск — Здесь все запомнят, после вчерашнего
— Вот ваш пропуск Оксана Владимировна — обратился мужчина, передавая пропуск Оксане, через небольшое стеклянное окошечко — Правило поведения в военном госпитале, вы наверно знаете
— Уверен — заверил Громов, после того, как Оксана взялась кончиками пальцев за пластик пропуска, держа его в руках, направилась к выходу — Что подобного случая, больше не повторится
— Я тоже на это надеюсь — мило улыбнулась Оксана, охраннику на дежурном посту, после чего мужчина нажал на кнопку, на мониторе загорелась зелёная стрелка, затем она обвила пальцами турникет, толкнула его от себя — Так может быть вкратце
Убеждала Оксана, когда отодвинула турникет, обратила внимание, как Громов внушительно смотрел на её бёдра, на то, как она отодвинула турникет от себя, прошла в зону госпиталя. Здесь всё казалось совсем другим, повсюду ходили патрули солдат, летающие дроны, патрулирующие военный лечебный комплекс. Повсюду были камеры, в холле, Оксана обратила внимание, на четыре из них, снимающих ракурс со всех сторон, а так же за колоннами, держащих на себе пол второго этажа. Медсестры в белых халатах и врачи, всё казалось бы, если не постоянное наблюдение и усиленный патруль военных, как обычное штанное гражданское сооружение. Пол в фойе был выложен их синих мраморных плит, таким же, как и стены, имеющих зеркальный оттенок, блекло отражая в себе силуэт окружающей обстановки. Большая лестница, ступеньки которой были выложены из мраморных плит, поручень был аккуратно сконструирован из мрамора, что казалось сказочным красивым в глазах Оксаны. Не смотря на большое количество людей в помещении, это здание тщательно убирали, автоматические уборочные роботы пылесосы.
— Как в другой мир попала — ухмыльнулась Оксана, подойдя к ступенькам лестницы, оглядела еще раз обстановку в вестибюле больничного комплекса — Это же надо сколько тут денег
— Разве в вашей больнице — интересовался Громов, поднимаясь с Оксаной вместе по ступенькам лестницы на второй этаж — Не было такого?
— Шутите — мило улыбнулась Оксана, не могла поверить в то что увидела
«Блядь да это, то о чём я мечтала, могу себе только предположить, а ведь Громов мне предлагает целое отделение и неограниченное количество ресурсов, я поговорю с Аришкой, как найду её наверно смогу её убедить, остаться здесь», радовалась Оксана тому, каким красивым казалось для неё всё это окружение.
— Я подобного тут не видела никогда — поднявшись на лестничную площадку между пролётами лестницы, Оксана коснулась пальцами мраморной синей стены, что имела блеклый серый оттенок
— Не могу даже представить, где вам удалось поработать
— Почему я вчера такого не видела
— Вы нарушили протокол
Пояснил Громов, продолжая подниматься вместе с Оксаной, заметила, как она смотрела то на одну парочку медсестёр, то на другую, когда они поднимались и спускались в одном потоке.
— Пришлось быстро отреагировать и найти вас
— Почему вы не подумали? — с ухмылкой, состроив интересный взгляд, спросила Оксана, продолжая смотреть на Громова, любопытным, изучающим взглядом — Что я могла вылезти отсюда через окно
— Вы ведь не настолько безумны
Поднявшись на второй этаж, ответил Громов, протянув руку Оксане, когда она устав от такой физической нагрузки, испытывала приступ лёгкой отдышки.
— Как вы себя чувствуете?
— Спасибо — переводя дух, глубоко хватая воздух, ответила Оксана, нагнувшись, опираясь на колени согнутых ног — Кажется, что такого рода нагрузки, пока еще не для меня
— Вы провели так долго в коме — Громов не переставал убирать с лица улыбку — Не удивлюсь, что для вас подъём на второй этаж, стал непосильным трудом
— Видимо вы в полной жопе — набравшись в себе сил, улыбнулась Оксана — Если Виктор Валентинович вам лично порекомендовал меня, так как сам лично не справлялся с ситуацией
— Я изучал ваше досье Оксана Владимировна
Ухмыльнулся Громов, обвивая талию Оксаны, когда она обняла его за плечо, направился к софе, перед входом, в реанимационное отделение, чувствовала, как грудь сдавливает отдышкой.
— Присядьте, посидите тут — распорядился Громов, когда они вместе с Оксаной подошли к софе в коридоре перед закрытыми дверьми — Я распоряжусь сейчас, чтобы вам вынесли ваш халат
— Вы не идёте? — удивилась Оксана, посмотрев на мужчину, когда он достал из своего внутреннего кармана черного пиджака мобильный телефон
— У меня ведь тоже есть дела и обязанности — ухмыльнулся Громов, пытаясь скрасить напряжение, с которым на него смотрела Оксана — Как и у вас теперь они появились, интерн, в вашей команде проводит вас потом, в ваш рабочий кабинет
— Вот как — ухмыльнулась Оксана, когда сидела на софе, положив ногу на ногу, отразив упругие бёдра — Значит, вы похитили меня, а теперь хотите заставить работать
— Фактически я вас спас от той ненормальной, что хотела до конца ваших дней держать вас под гипнозом — утверждал Громов, после чего отошёл в сторону — Марина Павловна будьте так добры, выйти и вынести халат для Оксаны Владимировны и папку с исследованиями моего сына
— Это так невежественно с вашей стороны
— Вы мне нужны Оксана Владимировна — оспорил такое утверждение Громов — Спасите моего сына, тогда мы с вами сможем поговорить о другом
— Я не хочу работать в клинике — обидчиво нахмурила губки Оксана, посмотрев на Громова, когда он подошёл к ней, мужчина в черном костюме, сел перед ней на колено — Ведь я только оправилась после комы, в которую вы меня и погрузили
— Такая мера предосторожности от господина Богданова — рассказывал Громов, обвив обеими руками, колени ног Оксаны — Вы пленили его дочь, вчера в вестибюле и связали нашего гинеколога, девушка в ужасе, наверно просидела связанной около получаса
— С ней ведь ничего не случилось — сходила Оксана с ума, от того, как Громов, оказывал ей заботу и стоял перед ней на коленях, словно умолял её, принять его условия работы
— Да конечно
Согласился Громов, обернулся, после того, как двери реанимационного отделения открылись, когда на пороге стояла девушка, державшая на согнутой в локоть руке, белый халат.
— Она жива и невредима
— Тогда в чём проблема? — возмутилась Оксана, продолжая сидеть на софе в коридоре, непонимающе посмотрела на Громова
— Не всё так просто Оксана Владимировна — вставая с колен, Громов, мило улыбнулся
— Ваш халат Оксана Владимировна — подошла девушка к Оксане, лицо у которой было закрыто стерильной медицинской маской, а на голове был плотный колпак — А так же маска и колпак, только в таком виде, вас пустят в отделение
— Значит, мне теперь и выдвигают новые условия — нахмурила Оксана обидчиво губки, вставая с софы, на которой сидела — Что же, замечательно!
— Просто наденьте халат — утверждал Громов, оставаясь стоять рядом — И всё остальное и делайте свою работу Оксана Владимировна, вечером за вами приедет мой водитель
— Я могу и сама дойти
— Вопреки вашей безопасности
С заботой он взял у белокурой красотки, с голубыми глазами халат, Громов стал одевать его на Оксану, когда она, встав с софы, на которой сидела, повернулась к нему спиной.
— Я не могу вам этого позволить
— Вас пор вас теперь стала волновать
Отошла Оксана от мужчины, заводя руки за голову, встряхнула волосы, извлекая их из-под халата, обернулась, посмотрела на Громова с недоверчивой улыбкой.
— Моя безопасность
— Просто идите и делайте свою работу
Упрекнул Громов, после того как изнурённо вздохнул, переводя дух, мужчина казался с трудом держал себя в руках и чтобы не сорваться, ответил крайне вежливо.
— Позже я вам всё объясню
— Один вопрос? — поинтересовалась Оксана, взяв из рук девушки белый колпак, ловко скрутила волосы в клубок и одела колпак на голову, пока они не успели расправиться
— Разве можно вам отказать — сдержал Громов в себе гнев, сменив на милую улыбку — Вы и мёртвого достанете со своим характером
— Ну, с мертвыми мне тоже приходилось работать
Мило улыбнулась Оксана в ответ на то, как Громов на неё продолжал смотреть, она взяла из рук белокурой красотки стерильную маску для лица.
— Я здесь как ваша пленница? — распаковывая упаковку, Оксана подошла к урне, выбрасывая в ней полиэтилен, в который была обёрнута, прошедшая санитарной обработки медицинская ткань
— С чего вы решили?
— Вы не позволяете мне вечером идти домой одной
— Просто в городе для вас может быть не совсем безопасно
— Это самый охраняемый город из всех, что я видела — оспаривая такое утверждение, говорила Оксана, одевая маску на лицо — Даже Москва не так охраняется как тут, а ведь это столица
— Просто — был на своём Громов, подойдя к ступенькам лестницы, по коридору с которого они с Оксаной пришли вместе — Делайте, как я прошу, Оксана Владимировна, мой водитель за вами заедет вечером
— Если позволите, я могла бы проводить Оксану Владимировну до дома — обратилась белокурая девушка, интерн, оставаясь стоять у закрытых дверей реанимационного отделения
— Я не могу так рисковать — отказал Громов, подойдя к ступенькам лестницы, мужчина обвил пальцами перила лестницы — Оксана Владимировна будет находиться под моей опекой
«Наглый скупердяй, ничего, я сбегу отсюда сама», мило улыбнулась Оксана, скрывая намерения злой улыбки за стерильной марлевой повязкой на лице.
— Давайте проверим нашего пациента
Ответила Оксана, не желая больше разговаривать с Громовым, подошла к закрытым дверям, обвив пластиковый стержень дверной ручки, потянула на себя закрытую дверь.
— За последние сутки — интересовалась Оксана, открывая дверь, переступая тут же через порог, вошла в отделение — Что-нибудь с ним произошло, о чём бы я могла знать?
— Думаю вы сами всё увидите
— Из анализа крови мне удалось понять, что уровень тромбоцитов и гемоглобина слишком низкий, так же высокий уровень СОЭ и лейкоцитов
— Это нам не о чём не говорит — уверяла блондинка, когда вошла следом за Оксаной, в отделение, направляясь по белоснежной кафельной плитке пола
— Вчера вы что-то говорили о пароксизмальной тахикардии — обернулась Оксана, когда отошла на несколько метров от закрывшихся дверей сразу же за блондинкой — Как она себя выражала?
— А что разве сердцебиение в 160 ударов в минуту недостаточно? — поинтересовалась интерн, направляясь следом за Оксаной по реанимационному отделению
— Я тебе могу назвать несколько видов тахикардий с частотой ударов сердцебиения 140-250
— Ну что же — радостным голосом, ответила блондинка, остановившись в коридоре, посмотрев удивлённо, состроив взгляд голубых глаз — Расскажите, докажите мне что Сергей Викторович Громов, не зря тратит своё время и ресурсы на вас
— Ты завидуешь? — ухмыльнулась Оксана скрытой под маской улыбкой, подойдя к белокурой красотке
— Нет просто расскажите, какой аргумент на это вы мне можете предоставить — оспаривая утверждение Оксаны, рассуждала Марина Павловна — Чтобы мне понять о чём и как мы можем с вами вести дальше беседу
Экстрасистолическая (типа Gallavardin, типа «Repetetive»): характерны непродолжительные приступы, состоящие из 5-20 или большего числа наджелудочковых экстрасистол, разделенных одним или большим числом нормальных синусовых сокращений. Частота эктопических сокращений непостоянна. Она ускоряется к середине каждого приступа и затем прогрессирующе замедляется. Приступы тахикардии могут длиться месяцами и не поддаваться лекарственному лечению, чаще встречаются у молодых людей без органического заболевания сердца.
— Убедительно — признала девушка, но всё же таким же озорным голосом, играя в игру, была впечатлена от первого аргумента, что рассказала ей Оксана — Но этого мало
— Мало значит
Нахмурила пафосно губки Оксана, продолжая стоять у кафельной стены в отделении, напротив озорной блондинки, что с каким-то подозрительным взглядом на неё смотрит.
— Тогда что ты скажешь на…….
Политопная (хаотическая предсердная тахикардия, многофокусная предсердная тахикардия): обусловлена наличием двух и более эктопических очагов в предсердиях. Такая тахикардия обычно протекает в виде часто повторяющихся коротких приступов, чередующихся с несколькими нормальными синусовыми сокращениями. На ЭКГ фиксируются различные по форме с неправильным ритмом и частотой 100-250 уд./мин. зубцы Р’. Между отдельными зубцами P’ располагается изолиния. Часто варьирующий по длине интервал Р’-Р связан с наличием атриовентрикулярного блока различной степени (атриовентрикулярная (АВ) блокада I-III ст.). Это вызывает неправильный желудочковый ритм с частотой сокращения желудочков (100-150 уд./мин.), как правило, меньше частоты сокращения предсердий (140-250 уд./мин). Хаотическая предсердная тахикардия наблюдается у пожилых людей с далеко зашедшими легочными и сердечными заболеваниями. Прогноз неблагоприятный, что связано с устойчивостью аритмии к проводимой терапии и высокой смертностью (50-60%).
— Что же кое-что вы знаете — согласилась блондинка, отошла от стены, направляясь к Оксане положив руки на талию, продолжала смотреть на неё всё таким же изучающим взглядом — Но и этого мало
— Тогда — ухмыльнулась Оксана прошла мимо девушки в коридоре реанимационного отделения, словно как между ними взыграла некая страсть танго, личных и профессиональных интересов, их взгляды были едины — Как ты ответишь на это……
Предсердная тахикардия с АВ-блокадой обусловлена наличием частого предсердного ритма в сочетании с АВ-блокадой, являющейся следствием рефрактерности АВ-узла в связи с большой частотой предсердных импульсов и угнетением АВ-проводимости (антиаритмические препараты, сердечные гликозиды, гипокалиемия). На ЭКГ фиксируются зубцы Р’ с частотой 140-250 в мин., чаще меньше — 190 в мин. Чаще встречается АВ-блокада II ст. с проведением 2:1, но с частыми периодами без АВ-блокады и периодами Самойлова-Венкебаха. Частая смена степени АВ-блокады приводит к нерегулярности сокращения желудочков. Вагусные пробы повышают степень АВ-блокады. Между отдельными зубцами P’ располагается изолиния. Зубец Р’ отличается от синусового зубца Р.
— А еще? — коснулась она легонько пальцами, на ладонях которых были одеты стерильные одноразовые резиновые перчатки, рукава Оксаны — Расскажите мне еще что-нибудь
— Если мне покажется, что ты со мной играешь, поверь — подошла Оксана вновь к блондинке, выставив указательный палец перед её лицом, обращая на себя всё внимание девушки — Я заставлю тебя об этом пожалеть
— Ну, так я слушаю — с ухмылкой на лице, произнесла Марина Павловна, продолжая смотреть на Оксану, всё тем же любопытным взглядом
Мерцательная аритмия (мерцание предсердий, фибрилляция предсердий, абсолютная аритмия, atrial fibrillation, vorhofflimmern, arrhythmia perpetua, delirium cordis, arrhythmia completa) — хаотичные, быстрые и неправильные, некоординированные между собой фибрилляции отдельных волокон предсердной мышцы в результате эктопических предсердных импульсов с частотой от 350 до 750 в мин., вызывающих полный беспорядок желудочковых сокращений.
ЭКГ-критерии мерцания предсердий.
— Внушительно — похвалила белокурая девушка в белом халате, когда подошла к Оксане, кончиками пальцев коснулась её плеча — Виктор Валентинович не зря уговорил Громова взять вас к себе в напарники
— Да — кивнула головой Оксана, придавая задумчивый вид, посмотрела на девушку, что стояла рядом с ней в коридоре, реанимационного отделения — Только я не весьма уверена, что вот мне нужны такие вот, подчинённые
— Подчинённые? — оказалась она в недоумении, проследовав за Оксаной по коридору, словно была не согласна и в тоже время недовольна таким доводом — Но я ведь работаю на Виктора Валентиновича
— Который если ты не поняла — обернулась Оксана, встав напротив поста дежурной медсестры, выставила указательный палец, перед лицом преследующей её белокурой девушкой — Работает теперь на меня!
— Нет, этого не может быть!
Не воспринимала Марина Павловна подобное заявление и не хотела верить на восторженные эмоции Оксаны и её уверенному взгляду, что она перед ней выказывала.
— Виктор Валентинович руководит специальным отделом диагностики сердечно сосудистых заболеваний в Москве — утверждала она, пытаясь что-то доказать Оксане, но лишь вызвала смех у дежурившей на посту отделения медсестры
— Ты пока тут поспорь — ухмыльнулась Оксана скрытой улыбкой, форма которой таилась за стерильной марлевой повязкой, одетой на лице — А я пойду пациента проведаю, мне еще потом в клинику идти работать
— Какая жалость — ехидно заметила блондинка — Такой выдающийся врач и прикован к клинике, а могла бы сидеть вместе со мной и наблюдать за парнем
— Извини — ухмыльнулась Оксана, подойдя к стеклянной пластиковой двери, коснулась пальцами ручки — Но как-то подтирать зад и выносить утку за пациентом, эта работа, как-то не для меня
— У вас вообще Оксана Владимировна голова работает
— Голова вижу, что работает — скрывая улыбку за марлевой повязкой, отодвинула Оксана дверь-купе в сторону — А ты как я поняла, работаешь своей жопой
— Да как вы смеете! — было видно, как оттянулась повязка на её лице, то как блондинка, выразительно раскрыла рот от удивления непозволительной для неё дерзости со стороны Оксаны
— Дура какая-то — снимая маску с лица, Оксана задвинула дверь до такого состояния, чтобы она защелкнулась, нажала на панель сенсорного замка на его закрытие, после чего блокировка двери включилась в постоянный режим, до её отмены — Здравствуйте, как вы себя снова чувствуете?
Любезно улыбаясь, вошла Оксана в палату, не обращая внимания, на то, как белокурая девушка, находясь за стеклом двери, подбежала к ней, пытаясь дергать за ручку, хотела открыть дверь.
— Громов Павел Сергеевич
Посмотрела Оксана на карту пациента, когда подошла к столику, что был расположен у кровати парня, где он лежал, находясь под ингаляцией кислородом.
— Удивительно он дал вам свою фамилию и отчество
Ухмыльнулась Оксана, подойдя к парню, когда он уставшим взглядом посмотрел на неё, его руке находился катетер, по которому через капельницу вводился ему «Ксантинол Никотинат».
Средство, которое подходит для капельницы с целью очистить именно сосуды головного мозга. Основные действия препарата — это усиление кровотока, уменьшение церебральной гипоксии, ускорение метаболизма. Чистка артерий данным препаратом проводится за счет сосудорасширяющих свойств.
Назначить данный препарат для капельницы может только врач!
— Интересно всё же — удивительно заметив надпись на флаконе, что стоял в капельнице — От чего он его лечит, но препарат может ему и помогает
— Простите — откашлявшись, ответил парень, открывая глаза — Я услышал ваш голос
«Сократительная способность миокарда всё равно падает и уже скора будет меньше 40 ударов в минуту», предположила Оксана, посмотрев на экран монитора, аппарат жизнеобеспечения пациента, под которым он круглосуточно находился.
— Наверно потому что я вошла в палату — любезно улыбнулась Оксана, присев на край кровати
— Я рад вас видеть
— Правда? — ухмыльнулась Оксана, не поверив словам этого парня — С чего бы это, ты меня только вчера первый раз увидел
— И этого было достаточно
Коснулся он холодными бледными руками пальцев Оксаны, что лежали на простыни, другую руку он положил себе на грудь, показывая это так как у него там что-то болело.
— Вы намного приятнее чем эта блондинка
— Блондинка? — возразила Оксана, укоризненно улыбнулась и любопытным взглядом посмотрела на парня, который её так оскорбил — Но я ведь тоже, если вы заметили, блондинка
— Оксана Владимировна — прочитал он бирку на халате Оксаны, мило при этом, улыбнувшись, чтобы скрасить свою неловкость — Можно я буду звать вас Оксаной?
— Я ваш лечащий врач — сохраняя любезность улыбки, упрекнула Оксана, но заметив отчаяние на лице парня, тут же передумала — Но ладно, для вас иногда, будет, можно
«Ишемическое поражение миокарда, стоило ожидать, сократительная способность миокарда 42 удара в минуту, чего стоило ожидать, два месяца они провели неизвестно с чем», была в недоумении Оксана, не зная причину столь сильной атриовентрикулярной блокады пациента.
Ишемическая болезнь сердца (ИБС) — органическое и функциональное поражение миокарда, вызванное недостатком или прекращением кровоснабжения сердечной мышца (ишемией). ИБС может проявляться острыми (инфаркт миокарда, остановка сердца) и хроническими (стенокардия, постинфарктный кардиосклероз, сердечная недостаточность) состояниями. Клинические признаки ИБС определяются конкретной формой заболевания. ИБС является самой распространенной в мире причиной внезапной смерти, в том числе лиц трудоспособного возраста.
— Мне следует провести катетеризацию сосудов сердца — рассказывала Оксана, продолжая смотреть на пациента — Так же нужно повторить рентген грудной клетке, когда был сделан?
— На момент поступления — ответил унывающим голосом пациент, продолжая изучающим взглядом смотреть на Оксану
— Если я что-то там обнаружу — предупредила Оксана — Мне нужна будет диагностическая торакотомия, процедура очень сложная и потребует некоего риска от вас
— Какого риска? — поинтересовался он, взволнованно посмотрев на Оксану
— Вы можете не пережить такую процедуру
— Что вы пытаетесь найти?
— То, что пропускал Виктор Валентинович или просто — пожав плечами, сморщила Оксана губки, словно выражая недоумение — Не хотел в это верить
— Он рассказывал — говорил парень, лежавший на больничной койке — Что отец потратил огромное количество ресурсов, задействовал все свои связи в штатах, чтобы вытащить вас
— Наверно потому
Выражая милое подобие улыбки, ответила Оксана, скрывая взгляд, посмотрела в пол, красота лазурных глаз которых скрывалась за ровными золотистыми прядями волос.
— Что понимал — продолжая смотреть на пол, Оксана водила носиком каблука туфель — Что без меня, его выдающаяся команда врачей не справится
— Вы собираетесь подвергнуть меня риску — ухмыльнулся он, коснувшись вновь холодной бледной рукой, пальцев Оксаны, пытаясь обратить на себя всё её внимание
— Вы правительственный агент безопасности — упрекнула его Оксана — Ваша работа и ваша жизнь и есть опасность для всех, меня и окружающих
— Да я знаю — мило улыбнулся он в ответ на то, как серьёзно Оксана посмотрела на него, при этом отдернула руку, не могла выдержать его холодное прикосновение — Если вы считаете что это действительно необходимо
— Мне нужно посмотреть, что у вас в сердце — заявила Оксана, продолжая придать всю серьёзность взгляда, хотела, чтобы пациент поверил в положении, в котором он находится
— Виктор Валентинович говорил, что проблема не в сердце
— А откуда ему знать?
— Они изучали сердце самым первым образом
— И ни к чему не пришли — повела Оксана пафосно губками — Иначе Громов бы не потратил столько денег, чтобы вытащить меня из штатов
— Потому что все остальные его врачи
Утверждал парень, находясь в ингаляционной маске, при этом находясь на волосок от смерти, мог улыбаться в ответ на неловкое смущение и застенчивость Оксаны.
— И гроша ломанного не стоят — пытаясь казаться серьёзным, пояснил он — И он это отлично понимал, поэтому вы нам Оксана и нужны
— Вы жить хотите? — поинтересовалась Оксана, схватилась сама за пальцы его руки, посмотрела на его бледное исхудавшее, болезнью, тело
— А сами как думаете? — посмотрел он в окно, не мог вынести взгляда, с которым Оксана на него смотрит — Отец думает, что меня отравили и продолжают травить
— Так отец или дядя? — ухмыльнулась Оксана, обратила внимание, как парень неотрывно смотрит в окно, за стеклом которого качался пышный в листве тополь — Вчера ты его дядей называл
— Дядя или отец — отчаянно вздохнул он, вновь держа руку на груди совсем рядом где через иглу в межреберном пространстве, по трубке стекал выпот перикарда — Какая теперь разница, он сделал для меня больше чем мой родной отец, он дал мне семью, дал обучение, работу и будущее
— Твой отец умер сам или ему помогли? — поинтересовалась Оксана, убирая руку пациента от дренажа, чтобы он не нарушил, целостность крепежа прикреплённой иглы на его грудной клетке
— Дядя сказал что это был сердечный приступ
— Сердечный приступ? — задумчиво произнесла Оксана, продолжая водить носком черных туфель по кафельной плитке пола в палате
«Сердечный приступ, но почему Громов мне ничего об этом не говорил?», размышляла Оксана, продолжая смотреть в окно палаты, совершенно не обращая на стук по стеклу закрытой двери, когда блондинка, отчаянно что-то кричала, пытаясь ворваться в палату.
— Она так и будет там стоять
— Она тебя напрягает? — ухмыльнулась Оксана, пожав плечами, заметила, как блондинка, что-то кричала в мимике лица, шевелила губами, словно что-то выкрикивая, долбила кулаком по стеклу
— Нет, просто она мигом позовёт военный персонал больницы, их инженер мигом вскроет дверь
— Там электронный замок — сохраняя любезность улыбки на лице — Смысл его вскрывать, я сама его тут открою, если потребуется
— Когда сюда ворвётся отряд безопасности комплекса — продолжая радостно говорить, пояснил он, стараясь сохранить в момент тяготы сознания, улыбки на лице — Им вы будете это объяснять
— Почему я им обязана что-то объяснять?
— Ну, тогда дяде — пожав плечами, ответил он — В его работе такие шутки непростительно, вы нарушаете военный протокол
— Ах…. — чувствительно нежно с долей сарказма, вздохнула Оксана — У вас военный всё по протоколу да по уставу
— Ну, это же военный закрытый городок
— В котором живут богатеи — согласилась Оксана, расправляя смятый халат на бёдрах — И их наглые детишки
— Вы не из богатой семьи
— Меня как не печально — вдохнула отчаянно воздух Оксана, вставая с постели пациента, отошла на шаг назад от койки — Вырастила и воспитала мать
— А как же ваш отец? — спросил он, словно не хотел отпускать от себя Оксану, успев схватить её за кисть руки, когда она хотела отойти спиной назад от его кровати
— Он появился чуть позже
«Что он блядь себе позволяет, он что охуел?», возмутилась Оксана как ловко и резко, парень схватил её за руку, словно профессиональный агент.
— Мистер Громов — смутилась Оксана, того как блондинка, что оставалась стоять за закрытыми дверями его палаты — Думаю, сейчас это не лучшая ваша идея — пытаясь освободиться от его оков, подалась назад, начиная медленно но уверенно, стараясь не упасть, потянула на себя
— Просто скажите вы еще придёте?
— Я ведь твой лечащий врач — стараясь придать улыбкой, неловкий сложившийся момент, ответила Оксана, пожав плечами, посмотрела на дверь закрытой палаты, где продолжала долбить по стеклу блондинка, что-то бесшумно выкрикивая — Ну конечно я вернусь
— А как же Виктор Валентинович?
— А что он? — не поняла вопроса Оксана, удивлённо продолжая смотреть на пациента, заметив то как он хотел снять с себя кислородную маску, так как она мешала ему говорить
— Нет-нет! — ринулась Оксана к койке больного вцепившись пальцами в маску, за которую он держался рукой — У тебя легочная гипертензия, я не позволю!
Легочная гипертензия — угрожающее патологическое состояние, обусловленное стойким повышением кровяного давления в сосудистом русле легочной артерии. Нарастание легочной гипертензии носит постепенный, прогрессирующий характер и в конечном итоге вызывает развитие правожелудочковой сердечной недостаточности, приводящей к гибели пациента.
— Тебе лучше будет — предупредила Оксана, держась одной рукой за маску, другой выставила перед его лицом указательный палец — Когда она будет на тебе
— Вы такая решительная и твердая
— Я врач! — отдернула Оксана быстро руку, заметила, как он пальцами обвил её кисть — И я хочу, сохранить тебе жизнь, чего бы мне этого не стоило
«Экссудативный перикардит, легочная гипертензия, атриовентрикулярная блокада и какая-то тень в левой части сердца, между левым желудочком и его предсердием», перечисляла Оксана в голове известные ей симптомы головоломки, но не могла собрать их воедино, постоянно что-то мешало.
— Послушай — понимая что, лучше не травмировать зря пациента, коснулась Оксана пальцами его плеча, внушительным и добрым взглядом, посмотрела ему в глаза — Мне нужно вернуться в клинику, твой отец, заставил меня там работать
— Если хочешь, я могу попросить его чтобы он не заставлял тебя там работать
— О…. нет-нет-нет — ухмыльнулась Оксана, когда её сознание, всеми силами хотело выкрикнуть «Да» — Я как-нибудь обойдусь
— Ну как знаешь
— Почему ты пытаешься мне помочь?
Не могла Оксана устоять перед его предложением, работать в клинике, для неё было всё равно, что сидеть в клетке, выход из которой был скован оковами определённого времени.
— Нет хотя — прикусывая краешек губы, взволнованно Оксана спрятала взгляд, держа пальцы на его плече — Твоё предложение, я наверно готова принять, взамен на то, что ты попросишь взамен?
— Уделите мне своё время Оксана? — коснулся он снова руки Оксаны, своим холодным прикосновением
— Думаю, сейчас она уже вызовет спецназ — улыбнулась Оксана и не могла вынести холодного прикосновения руки парня к себе
— Она просто позвонит Виктору Валентиновичу — мило улыбнулся он в ответ, наблюдая за тем, как в очередной раз Оксана отдёрнула руку
— Тогда в любом случае у меня нет времени — направляясь к выходу из палаты, ответила Оксана, обернувшись, опять посмотрела на парня — Но я обещаю, что скора вернусь
— Насколько скора?
— Но думаю быстрее, чем ты думаешь
Ухмыльнулась Оксана, когда подошла к двери, уже почти готова была дотронуться пальцами до сенсора дисплея панели, управления микроклиматом палаты и запиранию двери.
— И зачем тут нужно запирание двери?
Поинтересовалась Оксана, указывая кончиком коготка указательного пальца на дисплей панели, чувствовала на себе взгляд блондинки, стоящей за стеклом двери.
— Это ведь реанимационное отделение
— Мой дядя или отец — пожав плечами, лежа ответил он, оставаясь лежать в маске для ингаляции на больничной койке — Хотел создать для меня все условия
— Ну что же — нажимая на кнопку разблокировки двери, Оксана отщелкнула схватившийся магнит двери — Это всё что я хотела узнать
— Оксана Владимировна — влетела как ошпаренная Марина Павловна в палату, открывая дверь-купе в сторону — Вы в своём вообще уме у пациента мог случиться очередной приступ или потеря сознания или бог знает что……
— Успокойся — уверяла Оксана спокойным голосом, не скрывая улыбку — С ним ничего ведь не случилось
— Это пока что — согласилась знойная капризная блондинка, переводя дух, помотала нервно головой, посмотрев на стены и потом на потолок к палате — И, кстати, зачем вы сняли маску?
— А что не должна была? — изумилась в улыбке Оксана — По-моему, наш с вами пациент и без неё чувствует себя нормально
— Это реанимационное отделение — утверждала девушка, почти шипела на Оксану — Здесь вам ни какой-то уличный парк, это военный госпиталь, тут нельзя просто так разгуливать
Рассказывала белокурая девушка, её голос был сравним с криком, что встревожило некоторых пациентов, находящихся в тяжелом состоянии, но в сознании, в отделении реанимации.
— Почему вы сняли маску?
— А почему я не должна её снимать? — ухмыльнулась Оксана, спокойно вышла из палаты, оставляя стоять блондинку в недоумении, рядом с открытой дверью
— Это реанимационное отделение
— Ну и что? — пожав плечами, обернулась Оксана, когда отошла от своей назойливой собеседницы на пару метров, положив руку на талию, выставила упругие бёдра — Никто же не умер
Мило улыбнулась Оксана, пытаясь делать вид, что как будто с ситуацией с запертой дверью и совсем не было, старалась не понимать, из-за чего так бесится блондинка.
— Вот ему, по крайней мере — указала Оксана кокетливо пальчиком на палату — Хуже от этого не стало — вильнула она бёдрами, направилась к выходу из отделения, звонко стукая каблуками черных туфель, по белой кафельной плитке, пола
— Если вы думаете
Говорила Марина Павловна, девушка повысила голос до крика, когда Оксана проходила мимо поста дежурившей медсестры, когда девушка, сидящая за ним, так удивлённо на неё посмотрела.
— Что вам это так легко с рук сойдёт
«Блядь как же ты меня заебала, скорее бы от тебя отделаться», предположила Оксана, когда подошла к закрытым дверям реанимационного отделения.
— То вы глубоко ошибаетесь — высказывалась недовольно белокурая девушка, оставаясь стоять у раскрытой двери палаты Громова
— Да мне как-то если честно всё равно — ухмыльнулась Оксана, открывая дверь, толкнув её от себя, встав в проходе — Что ты там говоришь
С этими словами, Оксана покинула за собой, отделение реанимации, вышла в коридор на втором этаже больничного военного медицинского комплекса. Дождавшись пока дверь за спиной закроется, Оксана, улыбаясь, смотрела на недовольную блондинку, которая продолжала что-то кричать, оставаясь стоять на своём месте. Подойдя, играя бёдрами, подобно пластике королевской кобры, к перилам лестницы, Оксана с задумчивым взглядом посмотрела на макушки зелени, качающихся за окном в коридоре, деревьев. После чего отошла, оставляя пальцы на мраморной поверхности плитки перил, подойдя не спеша к ступенькам лестницы, Оксана, наступая на первую, начала медленно спускаться, сохраняя обольщение развращённой похотью улыбки.
***
Направляясь по коридору клиники, по обеим сторонам которых были железные лавочки из стульев, где пациенты ждали своей очереди приёма специалиста, Оксана смотрела в пустоту коридору. В коридоре собралось уже несколько пациентов, ожидающих очереди, когда Оксана проходила мимо них, здесь были и представители военной организации и просто гражданские рабочие закрытого города. Подойдя к приоткрытой двери, Оксана толкнула её пальцами, и не взирая на кабинет, переступила порог, не обращая внимания кто в нём находится. Белокурая девушка в белом халате, заметив, как Оксана вошла в кабинет, обернулась, неожиданно вздрогнув, отпустив белую штору, что держала пальцами.
— Господи это вы — испугалась она, узнав Оксану, вспоминая, как была у неё в заложниках прошлым днём — Но почему ни отец, ни Громов мне ничего о вас не рассказали
— Такая же проблема
Вошла в просторный светлый кабинет Оксана, в котором была смотровая комната, отгороженная ширмой, а так же рядом кабинет для инъекций, всё это было с большими окнами прямо на улицу.
«Так ну ладно, Громов и отец этой ненормальной заставили меня тут работать, да еще и с ней, на что интересно всё же они надеялись?», стараясь казаться серьёзной и не подавать вида растерянности, стояла Оксана в проходе открытой двери, держась пальцами за дверную коробку.
— Чей это был кабинет? — поинтересовалась Оксана, когда вошла и дверь за её спиной, плавно закрылась доводчиком
— Простите, я не знала правда — казалась белокурая девушка в халате напуганной, от появления Оксаны, страх на её лице выражался еще естественней, когда она вскочила со стула и отошла к столу, стояла возле него как вкопанная — Я и не думала, что буду работать с вами
Казалась она растерянной, стесняясь даже взглянуть на Оксану и после произошедшего, даже прятала взгляд карих глаз, скрывая её за прядями свисающих золотистых волос.
— Мне сказали, что я буду работать тут с врачом
— Ты наверно столько гадостей про меня наговорила — изумилась Оксана в улыбке, страх, который испытывала эта девушка её забавлял
— Нет что вы
Смутилась она, выражая румянец на лице, продолжая прятать взгляд, стояла у окна, держась пальцами за краешек стола, уже готова залезть на подоконник или выпрыгнуть в закрытое окно.
— Я ничего про вас такого не говорила я……
— Ладно, не оправдывайся — прошла Оксана по кабинету, снимая белый колпак с головы, оставив его лежать на краю рабочего стола, на котором по обе сторонам находились компьютеры
— Нет, правда — уверяла девушка, пытаясь казаться внушительной перед Оксаной — Я ничего про вас и не думала говорить
— Правда — мило улыбнулась Оксана, подойдя к кожаному креслу, оценивающим взглядом посмотрела на его материал и стиль исполнения — Мне нет никакого до этого дела
— И вы не хотите даже
Поинтересовалась она, на табличке, прикреплённой к халату, Оксана с трудом разглядела надпись Богданова Вероника Игоревна, она, опираясь руками на стол, наклонилась к ней. Пытаясь пробудить совесть в глазах Оксаны, когда она перед этой блондинкой, не выражала никаких чувств сочувствия, а всего лишь пробудила компьютер, пошевелив мышкой по столу.
— Не хотите извиниться за то, что вы сделали?
— А что собственного такого я сделала?
Возмутилась Оксана такой наглости, когда экран монитора пробудился, отражая запись на приём к кардиологу, расписанную по дням на несколько недель вперед.
«Громов блядь, совсем уже сука охуел, я не собираюсь тут торчать вечно», была поражена Оксана и в тоже время возмущена, так как заметила своё имя, введённое электронно под строкой врач.
— Нет, ну у вас вообще совесть отсутствует!
Вскрикнула Вероника Богдановна, после чего отошла вновь к окну, испугалась взгляда Оксаны, с которым она после этих слов на неё посмотрела, отводя взгляд от монитора.
— Простите, пожалуйста — опустив виновато глаза, девушка в белом халате, опираясь бёдрами на пластиковый подоконник, не могла на себе вынести взгляд, с которым на неё смотрела Оксана
— Извините, я могу зайти на приём?
Обратился мужчина, когда дверь кабинета, слегка скрипнула шарнирами, после того как она щелкнула замком механической ручки и легонько приоткрылась. На пороге стоял мужчина, возрастом, лишь слегка за сорок, довольно привлекательной, как показалось Оксана на тот момент внешностью самца. Одетый по простому в белую рубашку с короткими руками и синие джинсы, что довольно неплохо смотрелись с мужскими туфлями с закругленным носиком.
— Спасибо — поблагодарил он, кивнув одобрительно головой, однако обратил внимание на напряженность, сложившуюся между Оксаной и девушкой, продолжавшей стоять у окна, заметив, как он вошёл в кабинет, отошла от него, мило улыбаясь — Моя карта должна быть тут у вас
— Ну так Вероника — разговаривая с белокурой медсестрой, взяла Оксана ручку и кончиком колпачка показала на девушку в белом халате — Найдите нашему дорогому пациенту его карту
— Стеллаж с картами вон там — указала она на шкаф с полками, заполненный медицинскими картами пациентов, записавшихся на приём — Найдите там свою фамилию и дайте врачу
Отошла Вероника Богданова от окна, беспокоясь того, как удивлённо на неё продолжала смотреть Оксана, облокотившись при этом на мягкую спинку кресла, положила руки под голову.
— Чего вы так на меня всё смотрите? — поинтересовалась белокурая медсестра, медленно подходя к своему стулу, отодвинула его, взявшись за мягкую спинку пальцами
— Да ничего
Ухмыльнулась Оксана, пожав плечами, после чего перевела взгляд на пациента, который только что нашёл на полке карту, стараясь показать радость своей находки, направился к столу.
— И так с чем вы к нам пожаловали? — поинтересовалась Оксана, отпрянула от спинки кресла, когда мужчина, положив перед ней на стол свою медицинскую карту и сам сел на стул напротив
— Да вот с давлением проблемы — стараясь казаться застенчивым, ответил он, оглядываясь по сторонам, делал вид, что не смотрит на привлекательную внешность Оксаны
— Ну, так давайте, его измерим — предложила Оксана, посмотрела на медсестру, которая взяла электронный тонометр, расстёгивая надела его манжет на рукав мужчины
— Спасибо — искренне поблагодарил мужчина, когда медсестра на его руке прикрепила манжет тонометра — Вот уже и не думал, что у нас здесь начнёт проводить приёмы кардиолог
— Когда-то же надо
Улыбнулась Оксана, пролистав карту пациента, Белоусова Глеб Валентиновича, посмотрела на его возраст и на признаки мучающей его аритмии, что он испытывал.
— Ну, вы расслабьтесь
Утверждала Оксана, открывая синий лежавший перед ней футляр, расписанный узором золотистой краской, достала из него очки. Расправив их дужки, Оксана надела очки на глаза, читая внимательно результаты, прошлых осмотром пациентов и его кардиограмму. Записывая в карту очередного пациента, в то время, как медсестра, заполняла направление на анализы и выписывала указанный Оксаной рецепт для каждого из пациентов, женщины, мужчин молодого и зрелого возраста. Так прошло несколько часов, пациенты сменялись один за другим, у всех были то аритмия, то постоянные головные боли, утомления, слабость и отдышка. Оксана уже потеряла счёт времени. Состояние Оксаны вызывало стресс, было схоже с безумием, которое она не выражала и пыталась не срываться и не показывать свой характер перед пациентами.
— Надеюсь это последний — уныло вздохнула Оксана, после того как темноволосая женщина, одетая в разноцветное летнее платье, покидающая этот кабинет закрыла за собой дверь
— До обеда наверно да — мило улыбнулась Вероника Богданова, белокурая девушка, сидевшая, напротив, от Оксаны, отодвинула от себя клавиатуру, расслабляя пальцы, сжимая и разжимая их
— Отлично вставая с кресла — согласилась Оксана, опираясь руками на поясницу, выгнула спину, выставляя грудь вперед
— Ух… ты — заметила девушка, обратила внимание на скрытые под одеждой выраженные формы тела Оксаны — У вас прекрасное тело, не смотря на то, что вы только что вышли из комы
«Не подумала конечно, но я ей нравлюсь, интересно, а почему бы и нет», нахмурила губки Оксана, улыбаясь при этом в знак комплимента, хитрой улыбкой.
— Тебе нравятся женщины? — сразу прямо спросила Оксана, создавая на лице, милое подобие улыбки — Если ты не против
Уверяла Оксана, встав перед столом, рядом с креслом, положила на его спинку ладонь, ощущая материал гладкой черной кожей ладонью руки.
— Ты могла бы мне кое с чем сегодня помочь
— Ну формально — создавая такое же подобие улыбки, мило улыбнулась блондинка вставая со стула на котором сидела — Наш с вами рабочий день закончен
— Правда? — недоверчиво спросила Оксана, обрадовавшись сначала такому исходу, расстегивая пуговицы белого халата, медленно одну за одной — Что же это интересно
— Куда планируете направиться? — снимая белый медицинский колпак с головы, поинтересовалась Вероника Богдановна — И чем я могла бы вам помочь?
— Ты серьёзно? — прикусывая губами, соблазнительно коготок указательного пальца, поинтересовалась Оксана, при этом изумилась в улыбке
— Ну да — развела руками Вероника Богданова, в то время, как Оксана вновь села а в кресло, мило при этом, улыбаясь — Вы же сами попросили меня о помощи
— Хм…. странно — нахмурила Оксана губки, положив одну ногу на стол, облокотившись в кресле на спинку, взяла в руки карту Громова — И с чего бы мне тебе так просто доверять
— Ну, во-первых — обошла стол блондинка, красиво покачивая бёдрами — Вы вчера взяли в меня в заложники, если конечно вы, помните, как некрасиво это выглядело?
— А во-вторых? — поинтересовалась Оксана, наблюдая, как девушка подошла к ней, что смогла почувствовать исходящий от неё аромат запаха
Изящный оттенками вкусов коллекция «Trésor Midnight Rose (Lancôme)», сладкий цветочно-ягодный аромат покоряет с первого вдоха. Головные ноты аромата наполнены радостным сочетанием летних ягод черной смородины и малины. В сердце композиции представляют свое совершенство абсолюты весеннего жасмина и роскошной розы, а шлейф окутывает теплым покрывалом сладкой ванили и чувственного мускуса.
— А во вторых
Ответила блондинка, наклонившись к Оксане, опираясь руками на стол, словно теперь позволяя ей почувствовать аромат, пропитавший её телом запахом необузданной порочной страстью.
— Я просто хочу с вами сблизиться
— Сблизиться? — мило улыбнулась Оксана, сходила с ума по композиции парфюма, которой веяло от тела прекрасной, стоявшей перед ней блондинки в белом халате — Интересно зачем?
— Чтобы хоть как-то скрасить тот момент напряжения
Коснулась она коготком пальцев Оксаны, что держали красную папку, в которую она всеми силами пыталась смотреть, но её взгляд падал на силуэт груди, стоявшей перед ней девушки.
— Что между нами сейчас происходит
— Правда ты тоже так считаешь? — отводя карту от глаза, еще раз выразительно Оксана посмотрела в карие безупречные глаза девушки
— Извините, пожалуйста — послышался женский голос, обращающейся женщины, как только дверь кабинета тихо открылась — Я здесь ищу Орлову
— Что вы хотели?
Изменилась в раздраженной мимике лица медсестра, обернулась и недовольно посмотрела на женщину в белом пиджаке и юбке переступившей порог кабинета.
— Рабочий день уже закончился — уверяла Вероника Богданова — Приходите на приём завтра
— Дело в том, что я мать Паши
Ответила женщина блондинка, когда дверь за её спиной плавно закрылась, для своих лет она казалась не старше сорока лет, хотя Оксана понимала что ей лет пятьдесят должно быть.
— Громова — отчаянно произнесла она, посмотрев на медсестру так, что как будто девушка в белом халате, теперь лишняя в этом кабинете — Татьян Васильевна
— Вероника — обратилась Оксана к медсестре — Ты не могла бы нас оставить, сходи на обед
— Так значит вы Орлова
Говорила женщина блондинка с Оксаной, гордо поднимая подбородок к верху, сделала пару шагов по кабинету, в сторону стояла, где она сидела на черном кресле.
— Мне доложили, что у моего сына сменился лечащий врач
Стараясь казаться радушной, она словно ведьмой посмотрела на Веронику Богданову, когда девушка в белом халате, так же гордо прошла мимо этой женщины, направляясь к выходу.
— И то, что вы занимаетесь его лечением
— Мой рабочий день вообще-то закончился
Вставая с кресла стараясь показать гордо, Оксана даже не взглянула на женщину, расстегивая остатки пуговиц белого халата, обошла кресло со спинки, повесила его на спинку.
«Возможно, она что-то знает о генетических заболеваниях мальчика, нужно её расспросить, ведь то, что несёт сам Громов, просто, абсурд», сгорала от нетерпения Оксана, намного больше узнать о матери пациента, чем ей рассказывал Громов.
— Скажите, мы можем с вами поговорить где-нибудь в другом месте
Понимая, что тут в больнице этот разговор будет неуместен, предложила Оксана, оставив халат висеть на черном кожаном кресле, обвив пальцами, одной руки талию, выставила бёдра.
— Мой рабочий день тут уже закончился — сохраняя любезность улыбки, добавила Оксана
— Давайте съездим ко мне домой
Решила белокурая женщина, таким образом, как догадалась сразу Оксана, сблизиться с ней, чтобы получить возможность, увидеть сына, который Громов, всеми сила от неё прятал.
— Я обещаю вам
Уверяла она, встав в двух метрах от Оксаны, оглядывая рабочий кабинет, краску бежевого цвета на стенах, линолеум цвета ванили, которым была застелена поверхность кабинета.
— Что всё расскажу
— Да тут если честно не всё так просто — ухмыльнулась Оксана, обернувшись, посмотрела на закрытое пластиковое окно — Для начала бы я хотела переодеться и принять душ
— Вот и отлично — мило улыбнулась Громова, коснувшись пальцами кисти руки Оксаны — Можете переодеться у меня, моя служанка вам всё подберёт
— Стойте! — возразила Оксана, почувствовав неловкость такого убеждения, как женщина почти потянула её за руку — Что значит подберёт?
— Не волнуйтесь вы так — сохраняя любезность улыбки на губах, ответила Громова — Это просто дружественная беседа, я вам расскажу всё, что знаю о Паше
Стараясь казаться дружелюбной, но Оксана заметила во взгляде этой женщины коварство и корысть, будто действовала она лишь из личных интересов, возможность увидится с сыном.
— Вы ведь, кажется, не поставили ему диагноз — уверенно сказала она — И до сих пор, никто из врачей не знает, как и чем он болен
— Мне нужно знать всё, чем он болел в детстве! — возразила Оксана, отдернув руку женщины от себя, когда она вновь хотела убедительно, будто ей всё дозволено, обвить её кисть руки
— Паша был крепким мальчиком
Посчитав это за грубость и неуважением к себе, Громова суровым, но сдержанным взглядом, посмотрела на Оксану, словно гадюка, которую обидели, когда она отдернула свою руку.
— И особо никогда не болел
— Но….. — потянула Оксана, будто заметила что Громова, что-то утаивает
— Было несколько заболеваний в детстве
Направляясь к выходу закрытой двери, из которой минуту назад вышла медсестра, уставшая наблюдать их принуждённой беседой, интригой двух змей, пытаясь занять власть в разговоре.
— Но уверяю вас — встав у закрытой двери, Громова обвила пальцами её пластиковую ручку, нажала на неё, пока не послышался механический щелчок — Ничего подобного у него и не было
«Почему она так хочет меня вечно затащить, хватает меня нагло за руку, будто я ей разрешения давала», была возмущена Оксана поведением этой женщины, нахмурила губки, но всё же последовала за ней к открытой двери, где Громова в проходе, дожидаясь её, стояла.
— Ну, так расскажите, что тогда было
— Понимаете — смутилась она того, словно заметив во взгляде Оксаны обиду, с которой она неё посмотрела — Ничего такого, что мне лично рассказывали, я у Паши не наблюдала
— Понятно — нахмурила Оксана губы, понимая, что разговор с этой женщиной может оказаться, пустой тратой времени — Тогда я не думаю, что нам с вами есть о чём поговорить
— А вот о генетической предрасположенности его отца вы не хотите узнать?
— Вот с этого и следовало начинать — согласилась Оксана, встав рядом с Громов у открытой двери, посмотрела на то, как женщина отошла от двери — Расскажите об его отце, как он умер?
— Его брат Сергей — закрыла она за Оксаной дверь, наблюдая, как она сексуально сгибая ногу в колено, переступила порог и вошла в коридор — Ничего мне об этом не рассказывал
— Что значит, не рассказывал? — удивилась Оксана, выразительно раскрыв голубые, топазного цвета глаза, посмотрела на Громову — Он, что не сообщил вам о смерти вашего мужа?
— Нет, почему сказал — ёрзала нервно женщина губами, но в тоже время пыталась казаться убедительной — Но потом просто пришёл и забрал у меня моего мальчика
— Забрал сына?
Удивилась Оксана, оказавшись в пустом коридоре вместе с Громовой, так как вся клиника ушла на обеденный перерыв и лишь в конце коридора, было видно, как работала уборщица.
— Разве он мог? — удивилась Оксана, стукая каблуками по мраморной плитке в коридоре, направляясь по нему вместе с белокурой женщиной — И ничего не оставил вам?
— Оставил — уныло вздохнула Громова, посмотрев с отчаянием на Оксану — Громов обо всём вас уже предупредил?
— Предупредил
Согласилась Оксана, мило улыбнувшись женщине, заметив отчаяние и то факт что ей не удаться, всё уже скрыть, отошла к окну, сделав разворот, встала спиной, опираясь бёдрами на подоконник.
— И сказал, что вам нельзя доверять
— Это в его стиле
Ухмыльнулась Громова, но всё же женщина казалась для Оксаны твёрдой и непробиваемой, будто её что-то беспокоило, какая-то душевная печаль, словно разрывала её тянущей болью.
— Вечно наговорить на меня бог знает что
— Он сказал, что у вас что-то типа борделя в доме
— Борделя? — рассмеялась она, озорным смехом, прислонив пальцы к ярко выраженной груди
— А что тут смешного? — серьёзно Оксана посмотрела на него — Если вы ведёте распутную жизнь, понятно дело, почему Громов забрал у вас мальчика
— Да что вам может быть понятно — отчаянно, вновь пытаясь казаться ранимой и в тоже время убедительной, возразила Громова — Что вы можете сказать о разлуке матери и сына?
— А не думали, что вы были тому первой причиной?
Утверждала Оксана, отошла от окна, так как не могла вынести композицию парфюма «Giorgio Valenti Rose Noire», которым так пленительно пахло тело Громовой. Палитра парфюма состоит из верхних нот, представленных красным яблоком, фрезией, тангерином; нот сердца, представленных персиком, ландышем, розой и жасмином; базовых нот, представленных мускусом, дубовым мхом и сандаловым деревом. Утонченный женский аромат, который относится к цветочным шипровым ароматам.
— Вы вели распутную жизнь? — переспросила Оксана, чувствовала за счёт влияющих на сознание нот, композиции парфюма, влечение к этой женщине
— Что вы?! — чуть ли не воскликнув, шепотом, отвергла Громова это утверждение — Нет, да как вы вообще могли до такого додуматься?
— Тогда почему он забрал у вас вашего сына? — спросила раздраженно Оксана, стараясь при этом казаться сдержанной — Когда не имел на него никаких прав!
— Вы ошибаетесь Оксана — произнесла она впервые имя Оксаны — Громов имел над ним большую власть, хотя и был его дядей, но Паша выбрал тогда его общество, а не моё
Выражая глубокую печаль, вновь показывая свой душевный крах, рассказывала Громова о своих чувствах, пытаясь на этом поймать Оксану.
— Мой сын выбрал дядю своим отцом
— Не мудрено — испытывала Оксана странное влечение к этой женщине — Его дядя даже мне показался убедительным, хотя теперь даже справедливо, что он считает его своим сыном
— Правда? — изменилась вдруг в радостном выражении лица Громова — И что же вас заставило об этом передумать?
— Он хотя бы не ведёт распутную жизнь
Ухмыльнулась Оксана, чувствительно нежно вздохнула, раскрывая в порочной форме алые губы, встав рядом с Громовой в коридоре, напротив закрытого пластикового окна.
— Как это делаете вы! — коснулась Оксана игриво коготком указательного пальца груди Громовой, встав с ней рядом, сходила с ума по её аромату, который пронизывал всё тело женщины
— Легко говорить — стараясь казаться перед Оксаной ранимой, ответила Громова — Когда Саша умер, его брат даже не удосужился сказать мне причину, сказал что это засекречено
«Что-то знакомое в духе Громова, он мне такой же информацией по ушам ездит», предположила Оксана, направляясь дальше по коридору, услышала, как женщина догоняла её стуками каблуков по мраморной плитке пола.
— Стойте Оксана — коснулась она нагло локтя согнутой руки Оксаны, Громова, словно как не знала как сказать — Если вы хотите уйти из больницы, чтобы поговорить, побольше узнать о Паше, то только не через главный вход
— А что разве можно как-то еще отсюда выйти?
— А вы думаете — отпуская руку Оксаны, Громова, с ухмылкой, прошла мимо открытого окна в клинике на проветривание, её пышные белокурые волосы, порхали, словно крылья бабочки, женщина казалась обворожительной — Как я сюда могла войти?
— Громов вас даже в больницу не пускает? — поинтересовалась Оксана, проследовав следом за женщиной, была очарована её пикантными сочными формами
— Ну хорошо — протянула она руку так, чтобы Оксана взялась за её кончики пальцев, проследовав за ней — Что у меня есть связи в больнице, мне обо всём докладывают и я могу попасть в больницу с другого входа
— Тогда почему вы пришли ко мне? — удивилась Оксана, остановившись, но держалась пальцами за руку женщины — Вы могли так же легко пройти и к своему сыну
— Помимо того что там полно камер на входе и в самом отделении, даже в палате Паши есть камера с системой распознавания лиц — рассказывала Громова, отпуская руку Оксаны, отошла ко входу на лестничную площадку — Как думаешь, как быстро бы Громов понял, что я у Паши
— Вы же его мать — утверждала Оксана, оспаривая доводы Громовой — Да и он в конце-то концов не маленький уже мальчик, он правительственный агент безопасности и должен сам уже принимать решения
— Громов для него идеал, даже отца заменил, мать он не хочет видеть, он больше признаёт его жену своей матерью, она и к нему добрее и теплее якобы, чем я
— У вас, что блядь языка нет? — спросила Оксана в грубой форме, выражаясь нецензурной лексикой, посмотрела недовольным взглядом на Громову — Вы можете прийти и всё рассказать
— Всё гораздо сложнее, чем ты думаешь — отчаянно вновь вздохнула Громова, наблюдая как Оксана за ней переступая порог вошла на лестничную площадку, женщина в тот момент встала у лестницы — Думаешь, я бы не нашла бы Пашу не пришла бы к нему?
— Нет! — удивилась Оксана, развела руками, продолжая удивлённо смотреть на Громову, встав у ступенек лестницы — Объясните мне, почему, вы до сих не использовали шанс увидеться с ним
— Громов даже вам велел меня избегать
— Но, по крайней мере — мило улыбнулась Оксана, осторожно наступая на первую ступеньку, начиная спускаться — Я его не слушаю, он мне жизнь и так испортил, с чего мне вдруг его начинать слушать
— Жизнь испортил? — удивилась Громова, выразительно раскрыла глаза с зелёным оттенком, словно как ведьма очаровывала сознание Оксаны — Это он умеет
— Да нет, вы не понимаете — уверяла Оксана, продолжая спускаться за женщиной по ступенькам лестницы — Благодаря Громову, теперь все считают меня мертвой, меня якобы нет, он сделал всё, чтобы я лечила его сына
Высказывалась недовольно Оксана, разводя руками, чтобы ярче подчеркнуть картину бушующих в её сознание терзающих эмоций.
— Да еще к тому же заставил меня сидеть в этой клинике выслушивать всяких немощных
— Боже как я вас понимаю — радушной улыбкой, поддержала Громова, коснулась ладонью руки щеки Оксаны, когда она к ней подошла, спустившись вниз по ступенькам — Громов еще тот идиот
— Знаете честно слово
Выразила своё мнение Оксана, чувствуя, как изнутри сознание разрывает на части злобой, ощущая теплоту ладони Громовой у себя на лице. Мелодичность такта оттенков вкуса парфюмерии, которым пахло тело Громовой, было как бальзам на измученную душу Оксаны, которому она словно потеряв рассудок, предавалась обольщению.
— Я бы выпила чего-нибудь сегодня
— У меня как раз есть, бутылка хорошего вина припрятана в погребе
— Уже желаю его попробовать — испытывала Оксана интерес к этой женщине, она чувствовала с ней связь, спускаясь вниз по лестнице
— Тогда нам следует о многом поговорить — улыбнулась Громова тёплой и нежной улыбкой, спустившись вниз с Оксаной на первый этаж, вышли в коридор, держась за руку
— Как вы нашли меня?
Поинтересовалась Оксана, когда они с Громовой направлялись по коридору, тишина этого места была необычайной, когда в больничном комплексе был обеденный перерыв.
— И как узнали моё имя?
— Оно у вас на халате — ухмыльнулась Громова — Мне просто показали, кого искать
— И кого же? — направляясь дальше по коридору больничного комплекса, поинтересовалась Оксана, заметила, что они с Громовой подходил к отделению неотложной помощи
— Знойную блондинку — с улыбкой на лице, Громова отпустила руку Оксаны, обошла спереди, остановилась — Возомнившую о себе слишком многое
— Это кто же вам такое мог рассказать? — удивилась Оксана такой критерии оценки своей внешности и характера — За всё это время я поругалась тут только с одной дурой, вот она точно конченная, считает о себе слишком многое
Словно выкрикивала Оксана, была не согласна с мнением Громовой, проследовала за ней, следом звонко стукая каблуками, черных туфель, по белоснежной мраморной плитке.
— Марина Павловна эта блондинистая сука
Утверждала Оксана, когда они подошли в лучах проникающего дневного солнца к отделению неотложной помощи и Громова, мило улыбнувшись, встала у закрытой пластиковой двери.
— От неё всякого можно ожидать — рассказывала Оксана, проходя через открытую Громовой дверь в отделение, наступила на бетонный гладкий и чистый пол — Хм…. тут довольно мило
Подошла Оксана к белым пластиковым стенам, посмотрела на белоснежный подвесной потолок с квадратными светодиодными светильниками.
— Никогда просто тут не была
Посмотрела Оксана на закрытую дверь кабинета, прижавшись к стене, обернувшись, согнув ногу в колено, словно как озабоченная кошка, сходила с ума по ноткам парфюма Громовой.
— Да и вообще Громов мне тут ничего особо не показывал
— Естественно он не будет с вами тут возиться — ухмыльнулась Громова, прошла за спиной у Оксаны, легонько пальцами коснулась её спины — И вам сюда как я понимаю, доступа нет, охрана на время ушла на обед в столовую, чтобы мне пройти в больницу
— Так эта была та блондинка?
Выразительно раскрыла Оксана, голубые, топазного цвета глаза, когда женщина проходила за её спиной и кончиками пальцев, лишь едва дотронулась её спины.
— Что вам рассказала про меня
— Не понимаю, о чем ты говоришь
Пожав плечами, развела руками Громова, направляясь к выходу по отделению, когда на дежурившем посту не было медсестры. Женщина прошла мимо стойки, коснувшись пальцами её гладкой поверхности, обернулась и посмотрела на Оксану, когда она, развернувшись, отошла от стены, обвив пальцами талию.
— Но чтобы тебя успокоить
Уверяла Громова, встав у открытых пластиковых дверей так, под светом лучей солнца, что проникали через выход и окна в отделении неотложной помощи, белокурые волосы этой женщины, имели слегка золотистый оттенок.
— Та, что мне про тебя рассказывала
Сохраняя улыбку на губах, Громова переступила порог, вошла на крыльцо приёмного покоя, где у входа стоял, дожидался дорогой бардовый роскошный седан.
— Далеко не блондинка
— Не блондинка? — была поражена Оксана, не понимая, кто бы еще другого цвета волос, мог рассказать про неё этой женщине
— Нет
Согласилась Громова, встав на ступеньках крыльца, обвила пальцами поручень перил, посмотрела на стоявший у ступенек бардовый «Bentley Flying Spur».
— Да с чего ты вообще решила, что она должна быть блондинка?
— Но если не блондинка? — подойдя к Громовой слишком близко, интересовалась Оксана — То кто тогда? — продолжая испытывать интерес, к таинственной личности, спросила она, встав рядом с женщиной на ступеньках крыльца приёмного покоя
— Неужели я должна раскрывать все твои свои карты
Игриво коснулась Громова пальцами подбородка Оксаны, мило при этом, улыбнувшись, женщина продолжила спускаться вниз по ступенькам к машине, где покорно ждал водитель.
— Возможно, скора ты сама, всё узнаешь
— А пока? — спросила Оксана, спустившись на тротуар рядом с больничным крыльцом, прошла мимо припаркованной задом газели скорой помощи
— А пока моя дорогая — открывая заднюю дверь седана, ответила Громова, сохраняя любезность улыбки на губах — Ты ведь хотела поговорить о моём сыне, так я тебе всё расскажу
— Только всё что вы знаете
Подошла к двери Оксана, вдохнув еще раз поразительной стойкости аромат, что пронизывал тело Громовой, взявшись за край открытой двери, влезла в салон автомобиля.
— Мне нужна вся информация о его детстве — чувствуя запах искусной кожи, пронизывающий материю тёмных сидений на которых расположилась Оксана — Хотя бы до того момента, пока сам Громов, его у вас не забрал
— Расслабьтесь Оксана — мило улыбнулась Громова, влезая в салон, через открытую дверь, села рядом на сиденье, когда Оксана сдвинулась к противоположной двери — У меня дома мы обо всё поговорим и я обещаю, всё до малейшей капли тебе рассказать
— Вот как
Ухмыльнулась Оксана, так как запах парфюма, веявшим от тела женщины блондинки, с которой она рядом сидела на сиденье, сводил её с ума, почувствовала как Громова, отдала приказ своему водителю, начать движение.
— Надеюсь
Утверждала Оксана предаваясь легкости будоражащей мягкой поездки, после того как Громова закрыла за собой дверь, автомобиль плавно тронулся с места. Близость с этой женщиной, её манеры, твёрдость характера и неоспоримое желание добиться своей цели, восхищали её в сознании Оксаны, когда она глядя на неё, словно боготворила эту женщину. Элегантные формы зрелого возраста, прекрасно сохранившееся тело, знойной блондинки, вызывали жажду порочного желание, которому сознание Оксаны не могло противостоять.
— Вы ничего от меня не утаите
— Я же обещала — ухмыльнулась Громова манерам, подобающим королеве, в тот момент, когда автомобиль, покидал периметр военного больничного комплекса и беспрепятственно прошёл КПП
«Нет блядь, эта тупая сука, что совсем меня не понимает», заметила Оксана холодность характера Громовой, будто она преследовала какую-то скрытую цель, когда смотрела в её пустой взгляд зелёных глаз, в которых не было ни капли сочувствия.
— Поймите
Хотела казаться убедительной, говорила Оксана, серьёзным тоном голоса, продолжая наблюдать за зеленой листвой, смотреть через плечо Громовой на стекло задней двери.
— Я пытаюсь спасти жизнь вашему сыну
— И я это прекрасно понимаю — ответила Громова, заметила женщина, что Оксана запоминает дорогу, раскрыла стоящую рядом с собой белую сумочку, лямка которой висела у неё на плече
— Но так почему же вы не хотите мне помочь
Потребовала ответа Оксана, пытаясь казаться для этой женщины настойчивой, пока она что-то повернувшись наполовину спиной к ней, что-то делала в сумочке.
— Поймите — уверяла Оксана, обращаясь к Громовой — Жизнь вашего сына весит на волоске
— Я понимаю Оксана
Прислонила она непредсказуемо быстро платок, пропитанный хлороформом к лицу Оксаны, так что она сама того не ожидая сделала резкий вдох испугавшись такой реакции.
— Но вот дорогу тебе Оксана
Держала она крепко платок у лица Оксаны, а другой рукой схватила её руки, когда она агонии нехватки свежего воздуха пыталась вырваться из прочных оков этой женщины. Оксана металась как бешеный зверь, в то время, как Громова держала крепко обе руки у неё за спиной, не давая ей вырваться и как-то противостоять давлению оков этой женщины. Глаза Оксаны постепенно стали закатываться, она чувствовала несоизмеримую усталость, с которой не могла бороться, а лишь придаться объятиям безмятежной пучине омута.
— Знать не обязательно
Прошептала Громова в тот момент, когда Оксана закрыла глаза, предавшись объятиям потери сознания, так и уснула на руках этой женщины, пока автомобиль плавно двигался к выезду из закрытого города. Предаваясь забвению, Оксана, прежде чем закрыть глаза, смотрела сначала на листву, пышных деревьев, мимо которых проезжал автомобиль, после чего посмотрела на грудь женщины, чья ладонь теплом и заботой обвила ей лицо. Затем в последний раз из остатков сил, прежде чем придаться забвению омута, посмотрела ей в лицо, затем уснула, отдавая себя всю во власть руками и опеки Громовой.


Очнувшись в большой ванной, Оксана чувствовала как пузырьки играющегося массажа, слегка дотрагивались до её кожи. Открывая медленно глаза, Оксана заметила, как лежала среди сугробов пышной пены то, что она слегка дотрагивалась до её розовых сосков выраженной сочной груди, было обворожительно. Белоснежная комната, стены и пол которой были обшиты мраморной плиткой, даже сама ванна, была вымощена из крепкого мраморного камня, идеально вписывающегося в интерьер комнаты. Воздух был нежным, пропитан вкусовыми оттенками розы, лепестки которых прилипали к груди Оксаны, насыщая кожу своим естественным природным ароматом, искушающегося соблазном.
Девушка в красном платье, шатенка, с искусным оттенком цвета шоколада волос, присев на колени в ванной на мраморном полу, приводила укладку волос Оксаны в порядок. Другая рыжеволосая девица с короткими волосами, длинной до плеч, омывало плечи и плечевой сустав Оксаны мочалкой с которой сочилась пена. Женщины с такой поразительной заботой над телом Оксаны, словно считали её своей королевой, придавая нежности её кожу мочалкой пены, после чего, аккуратно состроили выразительную объёмом пышную прическу.
— Что случилось?
Вялым голосом спросила Оксана, когда полностью отошла от остатка действия хлороформа, несколько минут наблюдая, как рыжеволосая девушка придавала ласки мочалки её тело.
— Где я? — переспросила Оксана, не услышав ответа через несколько секунд
— А…. — поднимая голову, ответила рыжеволосая девушка, взглянув в глаза Оксане, сразу же убрала от её тела мочалку — Простите, пожалуйста, я возможно вас не сразу услышала
— Она уже пришла в себя? — убрала руки стилист от волос Оксаны, вставая с колен, посмотрела, склонившись на неё — Как вы себя чувствуете?
— Что произошло? — дотронувшись рукой до головы, Оксана ощущала легкую головную боль и чувство изнурённой усталости
— Татьяна Громова вам лучше всё сама расскажет
Мило улыбнулась стилист, играя выразительно прекрасным телом, обошла ванну, в которой лежала Оксана, ведя по поверхности мрамора, кончиками пальцев.
— В конце концов — утверждала она, показывая на Оксану кончиком коготком, опираясь руками на поверхность плитки ванной — Это она вас сюда привезла и усыпила в машине
— Но зачем? — вставая в ванной на колени, Оксана аккуратно убрала с груди и кожи рёбер, прилипшие лепестки роз
— Вот её сами и спросите
Ответила недовольно рыжеволосая девушка, омывая спину и плечи Оксаны мочалкой, пропитывая их ароматом розы с флакона, который она поставила, пропитав им мочалку, убрала на полку.
— Она будет ждать вас на втором этаже
— Где моя одежда?
Прикрывая грудь обеими руками, Оксана вдруг стала испытывать застенчивость перед этими женщинами, позволяя одной из них покрывать своё тело мочалкой сочащейся пеной.
— И почему я голая
— Потому что вас раздели — ухмыльнулась шатенка, женщина в красном платье, стукая каблуками красных босоножек, прошла по ванной
— А одеть может кто-нибудь хочет? — поинтересовалась Оксана, чувствуя как тёплая вода, полилась на неё с кувшина, когда рыжеволосая девушка зачерпнула в него воду со дна ванной
— Осторожно Вика — выразила опасение, обратилась шатенка к рыжеволосой девушке, поливающей тело Оксаны с кувшина, который держала обеими руками — Волосы только не намочи, я столько времени потратила на их укладку
— Сколько времени я тут? — поинтересовалась Оксана, вставая с колен, прикрывая грудь руками, неуверенно стояла на ногах, от чего тут же села на плитку ванной, оставляя ноги по колено в воде
— Около часа — ответила шатенка, подошла к скамейке из полок, в ванной комнате, выложенных из мраморных плит — Может чуть больше
— И во что мне одеться?
С поддержкой рыжеволосой девушки, Оксана вытащила ноги из ванны, свесила их, оставаясь сидеть на мраморной плитке, от которой исходило приятное расслабляющее тепло.
— О… нет-нет — возразила Оксана, когда заметила, какое откровенное белое короткое платье, шатенка ей предложила, держа его на кончиках пальцев перед собой — Я это не одену
— И чулки — добавила шатенка, указав на упаковку новых чулок на подтяжках, что оставались лежать на мраморной плитке
— Тогда в любом другом случае
Ухмыльнулась шатенка, словно недовольное выражение лица Оксаны, с которым она на неё посмотрела, доставляло ей огромное удовольствие.
— Можете пойти голой
— Совсем уже охуела? — грубо выразилась Оксана, сползая с мраморной плитки ванной, осторожно, когда рыжеволосая девушка поддерживала её за плечи, наступила на пол
— Тогда оденете то, что вам дали — сурово заявила шатенка — А я вам в этом Оксана, помогу
— Вот значит как — ощущала Оксана легкий холодок по телу, то как испарялась влага на её теле и то как капли воды, стекали по её коже, повинуясь плавности сексуального изгиба
— Вика протри её — распорядилась шатенка, продолжая столь же с неприязнью смотреть на Оксану с какой она неё смотрела — Еще не хватало, что она мокрой платье одела
— А где нижнее белье?
Поинтересовалась Оксана, чувствуя, как нежная махровая ткань полотенца, под влиянием рук рыжеволосой красотки обвила её тело, сковывая оковами пут, даря теплоту и нежность.
— Вы же не думаете
Утверждала Оксана, облачившись в полотенце, словно богиня олимпа, полная гордости направилась к шатенке, когда девушка держала на согнутой руке материю белого платья.
— Что я пойду без него?
— Извини дорогая Оксана — коснулась шатенка ладонью руки лица Оксаны, когда она подошла к ней, выражая лживый сарказм, будто ранимых чувств — Но это платье не предусмотрено под него
— И как ты себе это представляешь? — поинтересовалась Оксана, схватившись за кисть руки шатенки, убрала её ладонь с лица
— Вот так и представляю — аккуратно скинула шатенка полотенце с тела Оксаны — Поверь, никто и не заметит, что под ним у тебя ничего нет
— Но ты же знаешь — возразила Оксана, оспаривая такой довод
— Меня на вашем ужине с Татьяной не будет
Заявила шатенка, скинув полотенце на пол в ванной комнате, обнажив в естественной красоте тело Оксаны, когда она всё еще испытывала испарение влаги на своей коже.
— Так же как и Виктории
— Зачем всё это? — поинтересовалась Оксана, встав спиной к шатенке, позволяя рукам, нежно одеть, на себя платье, материал которого напоминал по ощущению больше шифон
— Так захотела Татьяна — уверяла стилист, расправляя, материл платья, который идеально сидел на теле Оксаны, подчеркивая всю пикантную сочность её плоти
— А она не спросила, чего хочу я?
Высказывалась недовольно Оксана, встав напротив зеркала, поднимая одну ногу, почувствовала как материя нейлонового чулка, коснулась её ноги, начиная медленно скользить вверх.
— Хочу ли я этого? — чувствуя себя королевой, когда рыжеволосая девушка, одевала на ногу Оксаны чулок, согнув её в колено
— Ну, вот у неё и спросите
Ответила с ухмылкой шатенка, отразив всё коварство характера в зеркале, напротив которого стояла Оксана, пока стилист стоявшая девушка за её спиной, аккуратно поправляла платье. Только сейчас Оксана распознала композицию будоражащей стихии парфюма «Donna Karan Dkny Love From New York», пронизывающей тело шатенки свои изысканным вкусом. Непревзойденная композиция ароматов, сочетает в себе нежность распускающейся водной лилии, темпераментность фрезии, искусительную сладость мандарина, черной смородины, ласку листьев фиалки, манголию, терпкость кожи, благородность белого дерева, абрикос. Это как история любви молодой пары в городе полном суеты, Нью-Йорке.
— А меня оставьте в покое — нервно ответила девушка, аккуратно дотронулась до талии Оксаны, расправляя складки её платья
— А я спрошу — обернулась Оксана, после того как рыжеволосая девушка, одела на её, вторую ногу белый чулок и закрепила чего подтяжки к платью
— Вот и спросите
Ехидно ответила шатенка, не желая дальше вести беседу, стилист направилась гордо к выходу, встав у закрытой двери, посмотрела на рыжеволосую девушку, поднимающуюся с колен.
— Вика дорогая — обратилась она более нежно к рыжеволосой красотке — Отведешь нашу гостью к Татьяне наверх, мне нужно съездить теперь в город по делам, на сегодня моя работа закончена
— Хорошо Елизавета Павловна — покорно ответила рыжеволосая девушка, предложила свою руку, после того, как шатенка, покинула ванную комнату, оставив их двоих в ней
— Да блядь она вообще такая — не выдержала Оксана, высказала недовольства, после того, как дверь за шатенкой плавно закрылась — И с какой это стати она так разговаривает, да и вообще какое Громова имела право, так со мной поступать?
— А вы разве не работаете теперь на Громову? — поинтересовалась рыжеволосая девушка, аккуратно взяла белые туфли со стразами и поднесла их к ногам Оксаны, наклонившись перед ней
— Нет — возразила Оксана, удивлённо посмотрела на девушку, что сидела перед ней на коленях, помогая ей обуть туфли на ноги — Да с чего ты вдруг такое решила?
— Она сказала, что вы танцовщица для нашего вечера
— Что блядь?
Грязно выругалась Оксана, недовольно продолжая смотреть на девушку, которая осторожно перед ней, поднялась с колен, вставая на ноги, была ошеломлена подобным заявлением.
— Какая еще танцовщица?
— Карамель
Обратилась она так удивлённо, что Оксана была ошеломлена услышать свой псевдоним, о котором в этом городке мог знать из присутствующих, лишь один человек.
— Вас ведь так называют
Говорила рыжеволосая девушка убедительно и спокойно, прошла мимо Оксаны, направляясь к выходу из ванной комнаты, подошла к закрытой двери, обвила пальцами дверную ручку.
— Громова сказала, что вы будите танцевать сегодня вечером и ночью в этом заведение
— Послушай меня! — подошла Оксана не выдержала к девушке и схватив её за воротник, розового надетого на ней платья, больше похожего на откровенный короткий халатик — Никакая блядь я тебе не танцовщица и даже речи быть не может, чтобы я тут перед вами выплясывала!
— Тогда что вы тут делаете? — поинтересовалась рыжеволосая девушка, испугавшись, как резко и инстинктивно Оксана схватила её за воротник, надетой на ней одежды
— Громова тебе разве не сказала? — выражая сомнение, спросила Оксана, в тот момент, когда рыжеволосая девушка, открыла перед ней дверь, пропуская выйти из ванной комнаты первой
— Она лишь сказала, что вы танцовщица для нашего вечера
— Для какого еще блядь вечера? — была приятно удивлена Оксана, когда вошла в огромную гостиную, словно как в пантеон, здесь были и колонны и мраморная винтовая большая лестница, всё было сделано из природных минералов — Ого…..
— Вам нравится? — поинтересовалась рыжеволосая красотка, наблюдая как Оксана, поднимая голову, посмотрела на свод потолка в гостиной, что была высотой в два этажа
— Это, за какие это заслуги у неё такой дворец — перевела Оксана взгляд на большие окна, за стёклами которых, назревало зарево заката солнца, из-за чего постепенно ночь сгущала краски
— У госпожи Громовой огромные связи — утверждала рыжеволосая девушка, встав с Оксаной вначале гостиной у закрытой двери ванной комнаты — Настолько огромные, что она без помощи Громова, может спокойно пересекать черту закрытого города туда и обратно
Прошла рыжеволосая красотка по гостиной, соблазнительно играя телом, стукая звонко каблуками розовых босоножек по мраморной плитке пола.
— И её никто не остановит
— Это я уже поняла
Согласилась Оксана, подойдя к ступенькам лестницы, что была расположена дугой, заметила горевшие белые восковые свечи, расставленные по ступенькам, словно как ковровая дорожка.
— А для кого всё это? — указала Оксана на ступеньки, где аккуратно были расставлены горящие восковые свечи
— Для вас — ответила рыжеволосая девушка — Вы идите, а я если понадоблюсь, позже подойду
— Что даже не спросишь, зачем я всё-таки здесь? — посмотрела Оксана, огорчившись вслед уходящей девушки, желая с ней больше провести времени
— А зачем? — сохраняя любезность улыбки, пожала девушка плечами, направляясь в сторону больших двустворчатых дверей особняка — Мне сказали, что вы танцовщица
Остановилась она под огромной люстрой, что свисала на цепи с потолка свода, продолжая мило улыбаться Оксана, девушка обвила руками свою талию.
— И большего мне знать не обязательно
— Вот значит как! — ухмыльнулась Оксана кривой улыбкой, подойдя к ступенькам лестницы, на которых горели восковые свечи, идеально выстроенные в ряд по обеим сторонам
«Громова уже в конец охуела, по крайней мере, я уже знаю, что за этим стоит эта сраная тварь, что обладает гипнозом», размышляла Оксана, наступая аккуратно на первую из ступенек, с грусть и тяготой печалью посмотрела на то, как рыжеволосая девушка, подошла к закрытым дверям в доме.
Осторожно поднимаясь по ступенькам на второй этаж, Оксана чувствовала запах роз, испаряясь, он, так прекрасно гармонировал с такой мрачной атмосферой, сумрака, надвигающейся ночи.
— Проходи дорогая моя
Обратилась Громова, как только Оксана прошла несколько ступенек, словно чувствовала себя королевой, гордость горящих свеч на ступеньках, переполняло чашу её достоинства.
— Я тебя жду — говорила Громова, когда такт будоражащей сексуальными оттенками музыки, играющей на втором этаже, немного стих — Не стесняйся
— Вы не имели так со мной поступать
— Ну, во-первых!
Сделала замечание, оспаривая Громова, когда Оксана поднялась и встала на белую мраморную плитку пола, заметила женщину блондинку, сидевшей белом диване в углу гостиной. На втором этаже служила продолжение гостиной, здесь всё было так же не считая дальше развилки и коридора с комнатами, огромные окна, ограждение перил лестницы, а так же огромная площадь.
— Ты у меня дома — предупредила Громова суровой интонацией голоса, внушающей доверие и повиновение — И здесь я устанавливаю порядки!
— Ну насколько мне известно
Утверждала Оксана, заметив охранника, стоявшего у столика Громовой, афроамериканец, одетый в черный смокинг с белоснежной рубашкой, мордоворот, каких еще следовало поискать. Слева от столика находился небольшой подиум с пилоном, так что оба прожектора, светили на него. В гостиной кроме белокурой женщины в белом платье и её охранника, больше никого и не было.
— Вы сюда притащили меня сюда
Утверждала Оксана, наступая на белый пушистый мягкий ковёр, постеленный у дивана и до самой стены, а так же белые стены почти зеркальные стены, что отражали свет люстры на себе.
— Чтобы просто поговорить?
— Ну не только милая моя — ухмыльнулась Громова, обвивая пальцами бокал с вином, она пододвинула планшет Оксане, словно приказывая кивком головы сесть на диван рядом с ней
— Ну и зачем я здесь? — поинтересовалась Оксана, взяв обеими руками большой планшет, посмотрела в его экран — И что это? — взглянула она на открытые вкладки электронного браузера в youtube
— Просто давай выпьем вина — предложила Громова, когда бокал для Оксаны с вином стоял наполненный — И если ты голодна, можешь тут поесть, выбирай, стол весь твой
— К чему такая щедрость? — поинтересовалась Оксана, взяв в руки бокал с вином, обвив пальцами его тонкую стеклянную ножку
— Ну, ты еще для меня её отработаешь — мило улыбнулась Громова, разговаривала так, будто подобное для неё было в порядке вещей — А пока сядь и расслабься, выпей вина
— Вот значит как? — поинтересовалась Оксана, осторожно поднесла бокал с вином к губам, презренно посмотрев на женщину, рядом с которой сидела на диване — И по какой это милости, скажите, я должна на вас работать?
— Просто успокойся
Уверяла Громова, пальцами коснулась ножки бокала с вином, что держала в руке Оксана, наклоняя его так, что вино, словно водопадом потекло, струйкой прямо в её раскрытые губы.
— И выпей вина
— М…..
Одобрила Оксана, после того как сама ощутила его сладкий, будоражащий душу вкус, необычайная услада высшего сорта винограда, оставило волнующее послевкусие.
— Вино и правда вкусное
— Тебе понравилось? — коснулась она кончиками пальцев свисающих волос Оксаны
— Не то слово — согласилась Оксана, кивнув головой, сделала большой глоток будоражащей алой прелести, так что тонкий её слов застыл на губах, оставляя сахарный тонкий осадок
— Ну, тогда не понимаю
Изумилась в улыбке Громова, после того как Оксана безудержно сделала большой глоток вина, не устоя перед его сладостью вкуса, когда организм требовал её, услада вкуса этого напитка манила.
— Причину твоего возмущения
— Вы, кажется, хотели поговорить
Удивилась Оксана тому, что чувствовала и не понимала, от чего в теле так стало жарко и толи от крепости алкоголя, то может от других вещей, она ощущала, что теряет над собой контроль.
— Так давайте поговорим
Поставила Оксана пустой бокал с остатками капель вина на донышке на стол, жадно облизнула губы, сама не понимая почему, ощутила приток крови к груди и половым органом. Сжимая одной рукой себе грудь, Оксана нагло проникла другой рукой, себе под платье и стала растирать подушечками пальцев, набухшие возбуждением, губы влагалища.
«Блядь да что всё-таки со мной происходит, я вся горю, я хочу, чтобы меня жестко поимели, хочу ощутить член этого самца», невзирая на то, что первый раз видит охранника Громовой, Оксана поддалась порочной жажде безумия, желая с ним сексуальной любви.
— Вы ведь хотели мне рассказать про своего сына
— Станцуй мне — распорядилась Громова, взяв в руки пульт, прибавила громкость аудиосистемы, колонки которой висели по периметру большой гостиной на втором этаже
— Что простите? — хотела возмутиться Оксана, но улыбка на её лице, выдала перед Громовой её одичалую сексуальную возбуждённость
— Ну станцуй мне — повторила еще раз своё требование Громова, словно как Оксане отдавая приказ
— С чего это вдруг я должна для вас тут танцевать? — возмутилась Оксана и тут же вскочила со стула, на котором сидела, когда Громова, лишь слегка коснулась кисти её руки
— Тише-тише — уверяла Громова, заметив, как Оксана учащенно дышала, как сходила с ума, теряя рассудок, лаская себя руками, готова была сорвать с себя одежду — Всё хорошо, просто иди на пилон и начинай танцевать для нас с Кобэ
— Кобэ? — удивлённо Оксана посмотрела на афроамериканца, со страстью в глазах, жадно облизывая губы — Откуда он?
— Я забрала его, когда была в Южной Америке
Пояснила Громова, похвалила своего охранника, одобрением взгляда, и коснулась ладонью руки торса одетой на нём белой рубашки, когда обернулась, оставаясь сидеть на стуле.
— С ним там обращались как собакой
— А что касается видео с планшета — неожиданно сменила тему Оксана, оставаясь стоять у стула, с которого только что встала — Что на нём, вы так хотели показать
— Присядь — чуть ли не приказным тоном распорядилась вновь Громова, коснувшись кисти руки Оксаны свои пальцами, от чего даже, ощутив такое прикосновение, вздрогнула от легкого будоражащегося холодка, когда всё тело словно горело огнём — Тебе думаю, стоит это увидит
— Ну и что там? — взявшись одной рукой за спинку стула, Оксана немного отодвинула его от стола, так чтобы на него было удобно сесть — Что же такого вы хотели мне показать
— Тебя — ухмыльнулась Громова, оживляя экран планшета, так чтобы он засветился, после чего нажала на сенсоре, чтобы воспроизвести видео, когда там был открыт сайт youtube, а пультом в другой руке, убавила звук музыки в гостиной — Карамель
— Это же я? — ухмыльнулась Оксана, заметив себя на пилоне в одном из закрытых клубов в Москве, под красивые будоражащие звучания музыки — Но откуда……
— Смотри дальше
Шепотом убедительно прошептала Громова, когда на видео, Оксана начала постепенно раздеваться, постепенно сбрасывая одежду рядом с пилоном, красиво при этом играя телом.
— И всё увидишь
— Зачем вы мне это показываете? — сгорая от возбуждения, что-то вызвало в теле Оксаны сильную порочную страсть
— Не хочешь знать, откуда я узнала про это видео? — поинтересовалась Громова, ехидно улыбнувшись тому, как Оксана жадно разминала пальцами грудь и гладила пальцами лобок
— Я думаю
Возразила Оксана, жадно кусая губы, смотрела на темнокожего охранника громовой, что был одет в представительский черный костюм, желая разделить с ним своё тело.
— Что это теперь уже не имеет никакого смысла — раскрывая губы в изумлённой порочной форме, говорила Оксана через каждое слово, хватая жадно воздух, чувствовала, что сходила с ума
— Тогда ты знаешь что делать
Продолжая улыбаться милой, подлой улыбкой, указала Громова на пилон, что находился на подиуме, неподалеку от углового дивана, где они с Оксаной сидели.
— Ко мне скора должны приехать гости
Уверяла Громова, объясняя что-то на пальцах своему мордовороту, когда она стоял послушно рядом с диваном, после чего заметив жест руки своей госпожи, куда-то удалился из гостиной
— А я как раз обещала им стриптиз
— В моём исполнении? — подчеркнула это улыбкой Оксана, продолжая удивлённо смотреть на Громову, не могла устоять силе возбуждения, что дерзала её рассудок
— Ну, поскольку у меня других вариантов нет — с сарказмом подметила Громова, искушая еще больше Оксану ароматным сочетанием своего парфюма, наклонилась к Оксане — Выходит что так
— Вам не кажется, что вы должны извиниться за то, что сделали, а вы меня наоборот заставляете работать там — сделала вид, что смутилась Оксана, когда сама чувствовала, что была на взводе
— Давай иди работай! — шлепнула она Оксану по бёдрам, когда она проходила рядом с её стулом, так что она взвизгнула, а на коже остался розоватый след от пальцев Громовой
— А….
Взвизгнула Оксана, широко в порочной форме раскрыла губы, издавая сексуальный стон, почувствовала жжение пальцев ладони на ягодицах, когда прошла мимо её стула. Стиснув зубы, Оксана стерпела боль, посмотрела возмущенным и в тоже время возбуждённым взглядом на Громову, затем вновь раскрыла губы в искушенной форме.
— Нельзя же так!
— Я буду делать так, как хочу — положив ладонь вновь на выставленные бёдра Оксаны, когда она излюблено, изумляясь в улыбке, выставила их перед Громовой — А ты иди работай
Вновь кивнула она на сцену, на которой находился пилон, взяв в руки пульт, настроила стерео акустическую систему, устанавливая необходимую громкость музыки. В гостиной заиграла композиция «Armin van Buuren feat.Bonnie McKee — Lonley for You», как только Оксана подошла к ступенькам сцены, наступая на самую первую, красиво сгибая ногу в колено.
— И это Оксана голой — обратилась Громова к Оксане, когда она медленно поднялась на танцевальную сцену с пилоном, пальцами нежно коснулась подтяжек чулок — Да не сейчас, а когда я тебе скажу
— Ладно — ухмыльнулась Оксана, была под впечатлением, обольщаясь в улыбке, отразила восхитительные ямочки на лице, обвивая пальцами пилон
Держась за шест пальцами, Оксана сделала вокруг него круг, выразительно в каждом шаге играя бёдрами, подчеркивая в каждом движением упругость тела. Встав спиной к публике, Оксана, продолжая держаться за него, играла телом, приседая, круговым движением в такт звучащей музыки, после чего вновь вставая, сделав оборот. Начиная ходить кругами, Оксана, взявшись крепко за пилон, раскрутилась на нём, предварительно подтянувшись на руках, обвивая его коленям согнутых ног, скользила вращаясь вниз по пилону. Заводя медленно ногу за пилон, Оксана стояла на выпрямленной другой ноге. После чего, Оксана, опираясь пальцами на танцевальную сцену, ловко перевернулась так, встать на ноги. Сделав разворот, Оксана встала на каблуки надетых, на ногах туфель, снова играя телом, подошла к пилону.
Две шикарные женщины собирались у Громовой в гостиной, дамы сидели напротив кресла, от дивана на котором расположилась и сама хозяйка. Женщины о чем-то мило разговаривали при свете пламени горевших настенных серебряных настенных подсвечниках. Постепенно гостиную обуздал сумрак надвигающейся ночи и частично огромное помещение на втором этаже, оставалось в тени. Пламя горящих свеч в этом помещении, когда их тенистые оттенки бегали по стенам, придавая интригу порочной надвигающейся ночи. Охранник Громовой стоял у своей госпожи, скрестив руки за спиной, темнокожий мужчина, пока женщины о чем-то мило разговаривали и то и дело звенели бокалами, произносили тост снова и снова. Рыжеволосая девушка, стоял у ограждения на втором этаже, смотрела куда-то вниз на первый этаж, она одна с бокалом в руке, улыбаясь распущенной улыбкой, обернулась и прислонила его к губам.
— Оксана дорогая
Обратилась Громова, когда Оксана, обвивая пилон пальцами, играя телом, присаживалась и потом вновь вставала, делала оборот, приживаясь потом вновь к пилону, отпрянула от него.
— Сними платья дорогая — ухмыльнувшись распущенной пьяной улыбкой, распорядилась женщина, отпивая с бокала очередной глоток вина, наблюдала за тем, как Оксана встала мостиком, после чего легла на пол — Мы с девочками очень хотим посмотреть на твоё тело
— Хм….
Сгорала от предвкушения того, что кто-то будет наслаждаться её обнажённым телом, Оксана, встав спиной к пилону, нежно коснулась подтяжек платья, с ловкостью их отцепила от чулок.
— А почему бы и нет
— Таня — обратилась брюнетка, в роскошном фиолетовом платье со стразами — Скажи, чтобы пришла к нам и разделась тут рядом
— Оксана иди к нам — повторила слова своей подруги Громова, указав на мягкий пуфик рядом с диваном — Присядь тут, ты наверно устала — кивнула она своей рыжеволосой работнице, чтобы та подошла к ней
— Ноги маленько уже гудят — ответила Оксана, спускаясь по ступенькам танцевальной сцены, ступила на пол в гостиной, направляясь к столу, где сидела Громова
— Присядь моя дорогая — распорядилась Громова, указывая Оксане на мягкий белый пуфик рядом с собой, отпила с бокала еще глоток вина
— Шикарный бюст — похвалила шатенка, наблюдая за Оксаной, как она, обвив пальцами обеих рук талию, выставив указательный палец, подошла к пуфику, наступая на него коленом, встала рядом
— Залезь на него на коленях и заведи руки за спину — говорила Громова, когда за спиной у Оксаны прошла рыжеволосая девушка, поставив бокал с остатками в нём шампанского на стол
— А это зачем еще? — изумляясь в улыбке, Оксана не могла одолеть то чувство порочного влечения, которым овладел её разум
— Просто сделай, что тебе говорят — не желая отвечать, ответила недовольно Громова, после чего отпила с бокала последний глоток и поставила его пустым на стол
— Ладно — покорно Оксана села на коленях, расположившись на пуфике, завела руки за спину, заметила как рыжеволосая девушка, взяла кожаные наручники с дивана и подошла к ней
— Посиди смирно — уверяла Громова, пока рыжеволосая девушка за спиной у Оксаны, сплела её руки путами кожаных наручников, соединяющих между собой металлической цепью
— Но рот затыкать я не просила
Заметила Оксана шарик кляп в руках рыжеволосой девицы, когда она, сомкнув кожаные браслеты у неё запястье, снова отошла к дивану и взяла с него другую секс игрушку.
— Зачем это?
— Поверь дорогая
Наклонилась Громова к Оксане раскрыла выразительно свои зелёные глаза, казалась для неё объектом соблазна и обольщение в то время, как девушка за спиной, вставила шарик ей в рот.
— Так будет эффектнее
Успокоила она Оксану, проводя тёплой ладонью у неё на щеке, сохраняя обольщение подобие улыбки, пока рыжеволосая девушка застегнула ремешок у неё кляпа на голове. Громова смотрела на Оксану так убедительно, в глазах этой женщины было, как и жажда обуздать её тело, так и в тоже время, какие-то грандиозные планы. Она так внушительно смотрела Оксане в глаза, пока за её спиной, обе руки были опутаны наручниками, как будто специально отвлекая внимание.
— Поверь — вновь переводя пальцы со щеки Оксаны на её подбородок, уговаривала Громова, продолжая пристально смотреть ей в глаза — Я ведь много от тебя тут не прошу
— Какая красивая грудь
Делилась впечатлением шатенка, с бокалом вина на донышке, завидно продолжая смотреть на бюст Оксаны. Женщина в черном платье, с таким желанием смотрела на грудь Оксаны, что была скрыта чашечками белого короткого платья. Раскрывая выразительно карие глаза, отражая в их глубине искорки горящего пламени свеч, кашемировая женщина, жадно облизнула губы.
— У твоей танцовщицы Татьяна
— Да покажешь её нам?
Поинтересовалась пьяная темноволосая женщина, продолжая вместе со своей подругой смотреть на то, как покорно Оксана сидела на пуфике на коленях перед ними, сжимая кляп зубами. Шарик что плотно был в зубах у Оксаны, она его облизывала языком, сгорая от предвкушения соблазна.
— Господи, какая грудь — выразила она впечатление, после того, как Громова, взявшись за чашечки белого платья, опустила немного его вниз, оголяя шикарный выраженный объёмом бюст Оксаны
— Поразительно
Согласилась шатенка, была прикована к упругой, идеальной форме груди Оксаны, в то время как Громова обвила пальцами её оголённый бюст, начиная жадно его разминать. Тёплые ладони белокурой женщины, так нежно и в тоже время поразительно приятно прижались к соскам упругой груди Оксаны, в то время как пальцы Громовой нежно и настойчиво сжимали, как будто, бюст. Оксана продолжала сидеть и мотала головой, так как сгорала от предвкушения, внешних чувств, к себе. Извиваясь словно королевская кобра, Оксана, выражая пластику тела, находясь в оковах, ощущала как женщина, пальцами сдавливала ей грудь. Хозяйка, страстно водила ладонями по бархатистой коже груди Оксаны, одаряя её телом, будоражащим разум трением.
— Можно потрогать? — поинтересовалась она, словно спрашивая у Громовой разрешения, когда она убрала руки, сама прикоснулась ладонями к груди Оксаны
— Конечно, трогайте
Ухмыльнулась Громова, распоряжаясь телом Оксана, пока каждая из подруг белокурой женщины, прикасались ладонями к её груди. Обе женщины словно сходили с ума, сжимая груди Оксаны, царапая нежно кожу и задевая острием коготка выставленный розовый сосок. Ощущение было поразительно приятным, женщины впивались в груди Оксаны жаркими губами, кусали нежно зубами её бархатистый сосок, принося сказочное сильное сексуальное удовольствие, принуждая её стонать, раскрывая губы в порочной, искушенной форме. Рыжеволосая девушка взяла из рук хозяйки анальную пробку, чем вызвала в глазах Оксаны испуг своим размером и диаметром.
— Извините девочки
Уверяла Громова своих подруг, когда рыжеволосая девушка, обвив пальцами ягодицы Оксаны, вынудила её чуть привстать на коленях. Наклоняясь вперед, Оксана обернулась и чувствуя на себе ладонь рыжеволосой девушки, как она убедительно лежала её упругой коже, подушечкой большого пальца, касаясь ануса. Поразительно тонкое чувство того, как приятная, мягкая подушечка пальца девушки, прижимала сфинктер ануса Оксаны, от чего она неистово испытывая сильное возбуждение, стала облизывать красный шарик кляпа, зажатый в зубах.
— Но сейчас у нас будут маленькие технические неполадки
— Какой большой — похвалила брюнетка, заметив, как Громова аккуратно пальцами обработала кончик металлического золотистого стержня анальной пробки
— Постой — возразила шатенка с ухмылкой, коснулась руки белокурой женщины, когда она передала в руки рыжеволосой девушки эту игрушку — Ты что это хочешь в неё?
— А ты разве против?
Поинтересовалась Громова, удивлённо посмотрев на свою подругу, в то время, как Оксана, стоя на коленях на пуфике, с завязанными руками за спиной, наклонилась немного вперёд.
— Просто интересно — высказывалась женщина, облокотившись на спинку дивана, выразительно отражая кожу бёдер, положила ногу на ногу
— Да как бы нет — ответила шатенка, пожав плечами, допила остатки вина с бокала, пока рыжеволосая девушка, держала тёплую ладонь на выставленных ягодицах Оксаны
— Тогда в чём проблема? — положив ладонь на бёдра Оксаны, Громова встала с дивана, держа в руках золотистую пробку с камешком, обе женщины встали у неё за спиной
— Просто интересно как это будет
— Тогда смотри
Коснулась Громова прохладным кончиком ануса Оксаны, начиная аккуратно кончиком, круговыми движениями водить по сфинктеру, оставляя специально смазку геля на поверхности.
— Расслабься Оксана — распорядилась белокурая женщина, после чего медленно и настойчиво ввела анальную пробку в анус Оксане, когда она стояла перед ней, наклонившись на коленях, на пуфике, взвизгнула глухим звуком, сжимая зубами кляп — Тише-тише
— Ммм….. — издала Оксана глухой порочный стон, облизывая шарик, зажатый в зубах, почувствовала резкое растяжение тугих стенок, даже голос этой женщины не мог унять эту боль
«Блядь да почему же так больно, как же мне больно, невыносимо», сжимая пальцы скованных за спиной рук, Оксана впилась зубами от боли в шарик кляп, ощущая, как стенка ануса растянулись, Громова держала у неё руку на бёдрах, делая так, чтобы сфинктер максимально был раскрыт.
— Тебе нужно успокоиться
Уверяла Громова, разговаривая шепотом рядом с ухом Оксаны, после чего когда она уже была готова скрипеть зубами об шарик кляпа, когда все мышцы её тела были в полном напряжении.
— Вот видишь — ввела она полностью пробку в анус Оксане, оставив лишь торчать камушек — Это не так уже и больно — разговаривая приятным голосом, Громова большим пальцем потрогала камушек, создавая легкое напряжение
— Это было необязательно — выразила своё мнение темноволосая женщина, подставив бокал так, чтобы рыжеволосая девушка в розовом платье, наполнила его для неё вином
— Я просто не могла обесчестить её
Утверждала Громова, продолжая держать руку на выставленных ягодицах Оксаны, касаясь пальцем камушка пробки, что была у неё в анусе, назойливо теребила его подушечкой.
— Тем более она нас еще сегодня порадует
— Пусть станцует на столе
Распорядилась брюнетка, улыбаясь пьяной порочной улыбкой, отпила наполненный вокал вином, кивнула в сторону стола, рядом с большими окнами в гостиной.
— Вон там — указала она пальцем другой руки на стол у окон, коричневые шторы на которых были плотно задвинуты, продолжая смотреть на Оксану так, будто замышляя скрытые фантазии
— В самом деле — ухмыльнулась Громова, отошла от Оксаны, оставляя её стоять на пуфике на коленях — Оксана порадуй нас приватным танцем
— Подожди — возразила брюнетка, после того, как Оксана медленно опустила ногу с пуфика, касаясь каблуками пола в комнате, недовольно посмотрела на Громову — А ты развязывать её не собираешься?
— Нет
Не придавая значения недовольству Оксаны, Громова, удирала её шлепком ладони по бёдрам, так что она вновь взвизгнула, оставляя при этом на коже розоватый след от пятерни.
— А зачем мне это делать, Оксана может и без рук станцевать неплохо на столе, тем более рот ей точно не нужен
— Я хочу её — схватилась шатенка за плечевой сустав Оксаны и притянула её к себе, так чтобы она упала на диван между двух пьяных женщин
— Ты всё испортишь — была не согласна темноволосая женщина, спиной к которой, Оксана сидела на диване, поджав под себя ноги
— И не подумаю
Завела она руки за шею Оксаны, разомкнув ошейник кляпа, что затыкал ей рот, продолжая при этом взглядом хищницы безупречно карих глаз смотреть на неё.
— Так будет лучше — мило улыбаясь, женщина, обвив пальцами шарик, аккуратно вытащила его из-за рта Оксаны, когда она его открыла
— Вы такая красивая
Сгорая от нетерпения, Оксана словно сходила с ума, находясь в компании двух обольстительных женщин, тонула в их ласке, чувствуя на себе прикосновение их нежных прохладных рук.
— М…. как же я хочу — кусая нервно губу, Оксана почти не потеряла контроль над собой, сжав кулаки за спиной сомкнутых наручниками рук так что, пропустила большой палец в них
— Твои губы — говорила шепотом шатенка, касаясь прохладой пальцев плеч Оксаны — Они так пленительны для меня
— Так же как и твои
Сходила с ума Оксана от элитной коллекции парфюма «AJMAL DIMOND IN THE SKY», вкус которых завораживал сказочными оттенками. Аромат распахивает объятия тёплым, свежим и немного пряным Тимьяном, переходящим в волнующий аромат Розы, обладающей свойствами афродизиака, недаром в древности считалось, что масло розы — это кровь Афродиты, самой Богини любви, переходящие в бодрящие ноты Кедра, имеющие сильные защитные свойства.
— Могли бы послужить усладой для меня — шептала Оксана рядом с губами женщины, влюбившись в неё по уши, сходила с ума по её внешности, вызывающему фасону платья, а так же форма тела
— А такая грудь
Вцепившись пальцами в груди Оксаны, женщина лишь едва коснулась, кожи бюста коготками, возбуждая и будоража касанием. Царапая настойчиво коготком большого пальца розовые соски Оксаны, пьяная женщина доставляла ей тонкое чувство удовольствия.
— Предел моих мечтаний
— Я хочу раствориться — шептала Оксана требовательно, над ухом шатенки, приложив подбородок на её плечо, словно впала в объятия пьяной женщины — В вашей ласке
— Ну, я маленько, планировала другой исход — повела губами Громова, встав рядом с диваном, когда Оксана утопала в ласке обеих пьяных женщин, окруживших её своим вниманием
— Ну ты ведь не откажешь нам в удовольствие порезвиться с твоей танцовщицей
— Иди ко мне дорогая
Взявшись за бёдра Оксаны, женщина с тёмными волосами аккуратно отодвинула её от своей подруги, так чтобы она могла насладиться ароматом веявшим от брюнетки. Будоражащая стойкая коллекция «Flower by Kenzo L’Elixir (Kenzo)», раскрывает выразительный букет игристыми переливами сладкого мандарина, которому вторит душистая малина и нежный цвет апельсина. Трепетные и светлые переливы растворяются в женственных и сладких мотивах роскошной розы, гурманских конфет пралине и ласковой ванили. Ирис придает кокетливому парфюму ненавязчивую пудровость, характерную для серии Flower, красиво растворяясь на уютной древесной подложке.
— Я тоже хочу одарить тебя своей лаской и заботой
— Какой аромат — облокотившись спиной, на тело темноволосой женщины, Оксана ощутила возбуждающую силу её парфюма — Я теряю голову
— Правда? — изумилась в улыбке брюнетка, обвив пальцами грудь Оксаны, когда она легла к ней на колени — Ты ведь даже и флакон не видела
— Оу…. уверяю тебя Маргарита — возразила шатенка, встав на колени на диване, между раздвинутых ног Оксаны, когда она слегка их согнула в колени — Флакон ей видеть не обязательно
— Да а то еще возбудишься
— От чего? — рассмеялась Оксана, чувствуя как ласково и столь приятно, темноволосая женщина у которой она лежала на коленях, сжимала пальцами ей бюст
— А давай я ей всё-таки его покажу
— Тогда она его захочет в себя
— В себя? — рассмеялась Оксана, раскрывая губы в порочной ухмылке, когда брюнетка убрала от её груди руки и стала искать что-то в сумочке
— Её губы — утверждала шатенка, касаясь пальцами лобка Оксаны, посмотрела на то, как она смеялась, раскрывая алые губы в искушенной форме — Так прекрасны, господи Таня, где ты её взяла
— Ну всех секретов — прошла мимо дивана Громова, наблюдая как Оксана, извивалась как кобра на диване в ласке рук шатенки — Я предпочитаю не раскрывать, но она сейчас под действием сильного афродизиака, так что у любой из вас снесло бы голову, а она еще держится
— Да где же он? — нервничала брюнетка, в конце концов, достала из сумочки розовый стеклянный флакон с парфюмом — А вот же он
— Серьёзно? — ухмыльнулась Оксана, заметив плоский почти цилиндрической формы флакон изогнутой формы, облизнула жадно губы, после того как темноволосая женщина провела по его стержню коготком указательного пальца — Больше похоже на фаллос
— Который будет в тебе
— Нет-нет — рассмеялась, когда внутри неё всё трепетало страхом, но действие возбудителя, подавляло все её испуганные эмоции по поводу большого диаметра — Спасибо, я как-нибудь обойдусь
— Я так не считаю
Возразила шатенка, взяв из рук подруги флакон парфюма, жадно и со страстью при этом, облизнула половые губы Оксаны, набухшие от прилива крови возбуждением.
— Ты должна его ощутить в себе — посмотрела Оксана нервно на то, как Громова включила камеру на телефоне и свет фонарика, встала напротив дивана
— Что вы делаете? — рассмеялась Оксана, утопая в ласке рук брюнетки, когда она продолжала разминать пальцами ей бюст
— Тише — уверяла брюнетка, разговаривая рядом с ухом Оксаны — Ты же ведь не хочешь испортить нам шоу
— Да какое блядь шоу — не могла свести Оксана с лица улыбку, испытывая страх, при этом, была сильно возбуждена — Вы совсем блядь охуели
— Блядью сегодня дорогая моя — уверяла шатенка, водила колпачком флакона по промежности половых губ Оксаны, когда она аккуратно большим пальцем выделила клитор — Будешь ты
— Не обращай внимания — успокаивала брюнетка, коснувшись ладонью щеки Оксаны, когда она взволнованно перевела на неё свой взгляд — Они просто пьяные тётки
— Они снимают меня на видео — не переставая смеяться, была не согласна Оксана, продолжая искушено смотреть в глаза брюнетки на коленях, у которой она лежала — Для чего?
— Чтобы потом просто взять — улыбаясь извращенной улыбкой, рассказывала Громова, пока шатенка, что находилась между ног у Оксаны, ласково и поразительно нежно провела вновь языком по поверхности её половых губ — И выложить в интернет
— Нет-нет — перепугалась Оксана еще больше за репутацию и тоже время не могла собраться с мыслями, когда шатенка старательно всей поверхностью языка прошла вдоль её влагалища
— Извини Оксана
Лживым сочувствием Громова выразила иронию, играя на чувствах Оксаны, в тот момент когда шатенка, глядя на белокурую женщину, приложила колпачок флакона парфюма к половым губам.
— Но ты просто не оставляешь нам выбора
— Чего вы хотите? — извиваясь в порочной страсти, чувствовала Оксана холодок и легкое прикосновение пластика, как что-то коснулась её влагалища
— То, что я хочу ты не можешь мне дать — нахмурила она губы, подло выражая, будто ей жаль то что происходит — Так уж извини, а я просто хочу видеться со своим сыном
— Я могу всё устроить — расплываясь в довольстве улыбке из-за возбудителя в крови, уверяла Оксана, когда шатенка снова и снова провела по поверхности половых губ языком, не раскрывая их, оставляя на них остатки изобилия слюны — Я могу провести тебя к сыну
— Ты может быть да — согласилась, одобрительно, но с ложью в глазах кивнула головой — Но вот сам Громов, ни за что меня не пустит в больничный комплекс, а попав под ракурс видео камер
Делилась Громова своим мнением, пока женщина с кашемировым оттенком волос, вновь и вновь касалась языком набухшей возбуждением поверхности половых губ Оксаны. Заядлый холод слюны и будоражащее лёгкое касание, затрагивала, словно до глубины души Оксаны, кончик завораживающей прохлады так приятно и нежно скользил по бархатистой коже.
— Так Громов сразу же об этом узнает — продолжила рассказывать Громова, не сводя с лица улыбку того, как в порочных муках, изнывая в стонах, извивалась Оксана — И не успею я дойти до палаты
Подошла она к Оксане, делая так, будто идёт видео съёмка на телефоне, Громова, пальцами одной руки, развела её набухшие возбуждением и пропитанные слюной половые губы. В то время шатенка, направила колпачок флакона парфюма так, будто хотела его ввести во влагалище Оксаны, когда она, извиваясь, текла под действием возбудителя. Желая сама уже вкусить этот флакон в себе, Оксана не могла даже выражать страх, сгорала в желании, придаться власти порока.
— Как меня уже на входе у отделения реанимации
Подошла она к Оксане, специально скрывая от её взгляда дисплей, будто направила камеру на промежность её раздвинутых губ. Темноволосая женщина, обвив груди Оксаны тёплой и нежной стороной ладони, нежно будоража касанием, прикоснулась кончиком языка к её соску.
— Где он раз и лежит — состроив выразительно раскрытыми губы, будто сейчас что-то произойдёт, рассказывала Громова — Так меня будет ждать отряд быстро реагирования
— Я могу помочь
— Как? — пожав плечами, Громова делала вид, что будто хотела что-то выпытать из уст Оксаны, когда она сгорала под действием возбудителя в объятиях пьяных женщин, желая отдаться воли сексуальных чувств — Он ведь даже тебя и слушать не станет
— Станет — изнемогая в стонах, от того как грамотно и ловко холодным касанием языка, кашемировая женщина прошлась по поверхности лобка Оксаны, затрагивая аккуратно мягкой плоскостью смачно клитор — Я смогу его уговорить
— И как же? — рассмеялась Громова, всё равно не веря Оксане
— Громов у меня на коленях стоит
Рассказывала с порочной страстью Оксана, изнемогая желанием, уже была готова к любым истязанием и сама хотела грязно придаться порочным чувствам.
— Да кто он такой — продолжала делиться Оксана своим мнением, которому не отдавала отчёт, рассказывала так чтобы хотела, как эти пьяные женщины придали ласки любви её тело — Я если скажу, он у меня в ногах валяться будет, он никогда для меня ничего не решал и решать не будет
— Вот теперь — мило улыбнулась, подошла Громова к Оксане, остановив запись на диктофоне, показала на телефоне файл — Если я случайно допусти, ему это покажу
— Что? — испугалась Оксана, реально только теперь понимая угрозу того, что наговорила — О нет-нет-нет, вы же так не сделаете?
— И почему же? — ухмыльнулась Громова, делая так будто ей было жаль — Кто меня остановит?
— Я поговорю с ним — уверял Оксана, стараясь казаться убедительной в своей уверенности Громову, когда утопала в нежности пальцев рук двух женщин — Я могу попытаться его убедить
— А он тебе поверит?
Спросила белокурая женщина присев рядом с Оксаной на диван, когда шатенка, обвив ей бёдра, согнутых в колени ноги, нежно будоража касанием, проводила языком по поверхности влагалища.
— И с какой это стати — недоверчиво спросила Громова, положив ладонь на живот к Оксане, когда она дышала учащенно, чувствовала холодок слюны и тёплую поверхность языка, что скользила по поверхности половых губ — Ему пускать меня к сыну?
— Я попрошу же его — изнывая в стонах, Оксана сходила с ума, извиваясь на диване, сжала пальцы сомкнутых за спиной рук наручниками — Он пропустит
— И всё равно как-то не слишком убедительно — нахмурила недоверчиво губки Громова — И зачем ему верить тебе, какой-то девке, непонятно вообще, откуда, зачем слушать тебя
— Потому что я его последняя надежда а… — выдавила из себя стоном Оксана, раскрыв в искушенной форме губы — Он думает, что только я смогу понять, чем болен его племянник
— Ха…. — иронично и с сарказмом рассмеялась Громова, посмотрев на своих подруг, в ласке которых тонула Оксана, их обольщение, теплота и убедительность пальцев, настойчивость, от которой она извивалась в стонах на диване, изводили её разум — Не ну вы слышали
Язык кашемировой женщины скользил так убедительно и нежно, проникая промеж половых губ Оксаны, почувствовав его в себе, выгнула спину, выставляя грудь в объятие рук брюнетки. В себе язык пьяной женщины чувствовался по-другому, такое нежное и приятное тепло, так приятно скользило вдоль стеночек влагалища. Изнемогая соком, Оксана испытала оргазм, от того как сначала темноволосая женщина играя языком по поверхности соска, жарко целуя грудь губами, после чего ласково прикусила его зубами. Сильный оргазм, который вызвал конвульсивный припадок у Оксаны, затем она чала метаться на диване, оставаясь со связанными руками за спиной, раскрывала рот как рыба, пытаясь стонать, но чувство эйфории было таким сильным сначала, что она не могла издать ни звука. Словно вся мощь, что была в теле Оксаны, сочилась из неё наружу, огромной словно разрывающей разум волной, что она ощутила каждой клеточкой своего тела. После чего раскрыв губы в порочной форме, Оксана выразила довольство искушенным порочным сладостным стоном.
— Кажется наша малышка испытала оргазм — изумилась в улыбке Громова, заметив как извивалась в стонах Оксана на диване, как впала чувство безграничной эйфории
— Кажется да — оставила в покое шатенка Оксана, после того как извлекла язык из её влагалища, жарким дыханием и огненным касанием губ одарила лобок
— Давайте оставим её — предложила брюнетка, вставая с дивана, на котором Оксана, продолжала извиваться, мотая головой
— О… нет-нет-нет — возразила Громова, продолжая стоять рядом с диваном — Я с ней еще не закончила
— Что ты еще от неё хочешь? — спросила шатенка, в тот момент, когда Оксана переживала момент оргазма, Громова вынудила её встать с дивана, схватив за запястье сомкнутых за спиной рук
— Вставай, давай! — грозно повторила Громова, пытаясь поднять Оксану, когда она испытывала многократные оргазмы, очередность которого была вызвана сильным возбудителем в её теле
— А-а-а-а….. — издала Оксана, порочный стон снова, упав на колени, перед Громовой на полу, начиная извиваться в конвульсивном припадке, перед ногами пьяных женщин
— Вот и правильно на колени передо мной — ухмыльнулась Громова, чувствуя власть которую она испытывала к Оксане
— Татьяна что ты собираешься сделать?
Поинтересовалась шатенка, когда Оксана не прекращала дергаться, даже сидя на коленях перед Громовой, согнувшись, не могла остановиться от влияния искушенной страсти, обуздавшей её.
— Посмотри, она себя не может контролировать
— Это всё из-за возбудителя — продолжая говорить злорадной улыбкой на лице, пояснила Громова
— Зачем ты дала ей такую дозу? — упрекнула брюнетка, сурово посмотрев в сторону Громовой, женщине почему-то стало жаль то чувство сексуального блаженства, что испытывала Оксана
— Я же хочу помочь ей теперь — уверяла Громова, подозвав к себе своего темнокожего охранника, который стоял, наблюдая за сценой
— О… нет-нет-нет — была не согласна шатенка — Ты же не хочешь ведь своего негра использовать?
— А почему нет — пожав плечами, ответила белокурая женщина, когда её охранник подошёл к ней, она нежно ладонями обвила ему лицо, прижавшись к телу темнокожего мужчины — Девочке же нужно расслабиться, вот я и в этом ей помогу
— Да только вот у него член — завистливо темноволосая женщина, оголяя лямку надетого на себе платья, желая сама избрать на ночь, такого партнёра
— Будет предназначен для неё — подозвала она рыжеволосую девушку — Дорогая вытащи из неё это и развяжи ей руки, Оксане нужно помочь расслабиться
Девушка, аккуратно взявшись за бёдра Оксаны, и взявшись за камушек анальной пробке, вставленной в ней, медленно начала извлекать игрушку из неё. Раскрывая вновь губы в искушенной страсти форме, Оксана ощутила, как её анус вновь растянулся. Она будто специально затормозила для пущего эффекта, когда стенки сфинктера Оксаны были максимально, подобно диаметру игрушки раскрыты, после чего медленно, когда она вновь стала сильно возбуждаться, извлекла пробку из неё.
— Я хочу — обвивая лицо темнокожего самца, уверяла Громова, прижимаясь телом к нему — Чтобы ты воспользовался телом этой блондинки
— М….. — изнывая кошкой Оксана, в тот момент когда рыжеволосая девушка, расстегнула кожаные браслеты, надетых на запястье рук, скованных за спиной — А почему бы и нет
— Тебе он нравится? — поинтересовалась Громова, наблюдая за тем, как Оксана медленно поднялась с колен, чувствовала, как сексуальная энергия переполняет её — Хотела бы, чтобы Кобэ, обуздал твоего зверя
— Хотела бы — обвив талию руками, выставила Оксана указательный палец, направляясь к мужчине, с которым Громова, стояла в обнимку — Чтобы его зверь, был во мне
— Ты сойдёшь с ума — отошла Громова от самца, которым сама явно дорожила, но была не против, разделить его тело с Оксаной, позволив его сексуальной мощи обуздать её порочный пыл
— Именно это мне и нужно
Жадно облизывая губы, Оксана подошла к мужчине, впав в его объятия, обвивая руками его крупные плечи, когда он казался ей Аполлоном.
— Ай….. — взвизгнула Оксана, после того как Громова, проходя с ней рядом, ударила её ладонью руки по бёдрам, оставляя выразительный розовый след пятерни ладони
— И он тебе это предоставит
Довольно заявила Громова, сжав крепко ягодицы Оксаны рукой, так что она, ощущая, как коготки этой женщины впились в кожу, раскрыла она неотразимо в искушенной форме алые губы.
— Уж….. поверь мне я-то знаю — с ухмылкой злой корысти, поделилась впечатлением Громова, оставляя Оксану со своим темнокожим охранником, стоять обнимаясь вместе
— Как же я хочу тебя
Вцепившись пальцами, обеих рук, в воротник белой рубашки надетой на мужчине, Оксана сходила с ума по его коже, запаху феромонов исходящих от него. Громова даже в отношении своего охранника предусмотрела любую мелочь, учитывая коллекцию парфюма «EroMan от Bioritm. Незаметная нотка феромона в парфюмерном аромате вызывает неосознанное влечение, открывает потайной путь к сердцу партнера, пробуждая волнующие токи чувственности и любви. Инновационный и современный аромат, символ чистоты, невинности и совершенства. Запах, навевающий воспоминания о прошлом и мечты о будущем. Освежающие верхние ноты лимона, розмарина и ананаса дополняют "сердце" из тонких цветочных оттенков жасмина и цикламена, оттененных легкой ноткой кориандра.
— Удиви её Кобэ — распорядилась Громова, обвив талию своих пьяных подруг, направилась к лестнице, спуску на первый этаж гостиной
— Как скажите мадам — с акцентом произнёс мужчина, когда Оксана, словно королевская кобра, извивалась рядом с его телом, медленно опускаясь перед ним на колени
— Я хочу вкусить его
Расстёгивая медленно ширинку черных надетых брюк на мужчине, Оксана была под изумлением парфюма, которым пахло от его тела, оттенки тонкости его вкуса, соединяясь, возбуждали.
— О…. как же он у тебя большой — изумилась в порочной улыбке Оксана, доставая член самца из брюк, обила с трудом его размеры пальцами
— Что вы собираетесь…….
Не позволила Оксана ему высказаться, смачно облизнула его головку всей поверхностью языка, пропихивая его кончик в рот, продолжая покорно на него смотреть. Ёрзая губами по стеблю пениса самца, Оксана лишь слегка пропихивая его головку в ротовую полость, словно довольствовалось вкусовыми ощущениями, которые испытывала. Даже когда, обволакивая член мужчины губами, Оксана текла, не могла остановить в себе чувство порока, что обуздало её разум.
— М….. — словно лакомство, Оксана выражала довольство, когда губами впитывала в себя вкус члена самца, его семенных выделений, жадно обсасывая его напряженный стебель
— Я хочу вас — с акцентом произнёс он, после того как Оксана оторвалась от его члена, жадно облизывая языком алые губы, собирая на них остатки слизи семенного выделения
— Я тоже ужас как хожу тебя — расстегивая ремень самца, заявила Оксана, оставаясь стоять перед ним на коленях, даже когда он опустился на пол и встал рядом с ней
— Мадам сказала удовлетворить вас в полной мере
— Давай так
Заявила Оксана, лёжа на полу, повернулась к нему спиной, расположившись на четвереньках на меховом пушистом белом ковре, рядом с диваном, ожидая сексуальных предвкушений. Нежно прикоснувшись к подбородку Оксаны, самец, страстно слился с ней губами, от чего она, потеряв рассудок, окончательно облизывала его поверхность языка своим, жадно ласкала своего губы своими. Трогая выставленные бёдра Оксаны, он словно не хотел разрывать связь гармонии поцелуя, что их объединяло, пробуждала звериную страсть от нежного касания губ. Мужчина, обвив пальцами бёдра Оксаны, выделяя анус большим пальцем, в тот момент, когда она обернулась на него, посмотрев хищным порочным рвением, самец ввёл ей большой палец в анус, жадно облизывая при этом упругую выраженную перед ним кожу бёдер. Не ожидая, сама этого Оксана взвизгнула, после чего жадно прикусила краешек нижней губы, обернувшись, посмотрела на своего истязателя, расплываясь при этом в улыбке довольства.
— Как я этого заслуживаю — обернулась Оксана, ощутив, как рука темнокожего мужчины обвила её бёдра, выраженно большим пальцем раздвигая ягодицы, выделяя анус
— Конечно мадам — услужливо ответил кавалер, прикоснувшись напряжённой головой к сфинктеру ануса Оксана, так что она была удивлена его убедительности и настойчивостью
— А….. — раскрывая в порочной форме губы, Оксана издала сексуальный стон, запрокинув голову на плечо к мужчине, почувствовав, как его член входит в анус

Напряжённый член мужчины, словно истязал анус Оксаны, пропитанный гелем от анальной пробки, которую извлекли из неё. Огромный диаметр мужского члена, принуждал Оксану воспевать порочным стоном, чувствуя, как напряженная мужская мощь входит в неё. Раскрывая губы в искушенной форме, Оксана чувствовала продольное крепкое движение гениталий самца, внутри себя, каждой упругой стеночкой ануса, она ощущала, как он истязал её. Обвив рукой чашечку платья, приспущенной с груди, мужчина жарко целовал Оксану в шею, пытаясь успокоить от бурных ощущений, что она на себе испытывала от растяжения стенок ануса.
— А-а-а-а-а…. — изнемогала Оксана в стонах, не была готова к тому, что член самца, который в неё входил, был таким огромным, что разрывал стенки ануса и в тоже время, дико возбуждал её
— Тише-тише — успокаивал он Оксану, когда прикосновение его пламенных губ, было сравнимо с обжигающим огнём, что жарил её нежную кожу шеи
Обернувшись, Оксана обвила голову мужчины, слившись с ним в единой гармонии поцелуя, в то время как его член продольно входил в её анус, растягивая стенки. Самец был так нежен и так приятно вводил член в Оксану, стараясь не доставлять ей боли, а то что она испытывала, скорее казалось для неё трением страсти, которую он обуздал в ней. Держа одну руку на бедре Оксаны, темнокожий мужчина, сжимал пальцами, второй руки, ей грудь
— Да-да
Сгорала Оксана в пламени любви, находясь под действием возбудителя, сходила с ума от того как нежно и в тоже время приятно, мужчина обходился с ней, жадно при этом облизывая его губы.
— Я хочу еще — прошептала Оксана когда сходила с ума, от того как ласково член самца, входил в её анус, растягивая нежные узкие стенки
— Вам правда очень хорошо? — нежно прошептал он с каким-то странным акцентом, его мелодия голоса была так упоительна для слуха Оксаны, как и запаха аромата исходящего от его тела
— А ты сама как думаешь — состроив хищный порочный взгляд, Оксана чувствовала, как пальцы руки самца сжали слегка ей грудь, пока другая его рука, обвила ей бёдра
— Мне продолжить? — поинтересовался он, оставляя член в анусе Оксаны, нежно разговаривал рядом с её губами, в тот момент, когда слова были уже не нужны
— Я разве тебе говорила остановиться? — возмутившись и в тоже время, расплываясь в улыбке, недовольно спросила Оксана, посмотрев в глаза мужчины, что обуздал её тело
— Я просто подумал……
— Не надо думать — возразила Оксана, коснувшись подушечкой указательного пальца его пылких губ, повелительно, взглядом королевы, посмотрела на него — Предоставь это мне
— Как скажите — мило улыбнулся он, одарив губы Оксаны нежности поцелуя, продолжая сжимать пальцами ей грудь, когда она неустанно кусала нижнюю губу, сгорая от возбуждения
— Именно так я и скажу — каждой стеночкой своего ануса, Оксана чувствовала, как головка крепкого члена мужчины, снова обуздала власть над её телом, разумом и сознанием
Продолжительные несколько часов, самец пользовался телом Оксаны, трогал её грудь, сливаясь с ней губами в едином поцелуе. Предаваясь безудержной власти любви, Оксана стонала, отдаваясь в объятия льва, в объятиях которого она находилась, прижимаясь к нему спиной. Ощущение уже были более приятными и не вызывали болевых трогательных чувств, он так нежно обращался с телом Оксаны, что когда она стонала это был переизбыток сексуальных чувств. Каждой клеточкой своего тела Оксана чувствовала, как бушевал в ней ураган стихийной порочной страстью.
Поставив Оксану на четвереньки на ковре, мужчина стоял сзади и стремительно начал вводить в её анус член. Скорость и реакция темпа, взывала бурю в сознании Оксаны, она чувствовала как, что не могла контролировать себя. Изнывая в стонах сексуальной любви, испытывала серию сильных оргазмов, каждый из которых был вызван конвульсивными задыхающимися припадками, переживания которого, тут же сменились на бурный истерический смех. Мужчина так старательно вводил член в Оксану, переживая сам момент пиковой точки сексуального удовольствия, что спустил семя, прямо ей в анус. Медленно извлекая член из ануса Оксаны, так что сперма вытекала из неё, обжигая сфинктер своим влиянием тёплой любви.
— Ну, ты и зверь — высказала собственное мнение Оксана, когда мужчина извлёк из неё половой член, задыхаясь, стояла она на четвереньках
— Вам понравилось? — взволнованно опять повторил он, словно больше не зная других слов
— Да ты блядь мой герой — присаживаясь на пол, Оксана поджала под себя ноги, чувствовала как из ануса вытекает на пол семенная жидкость мужчины — Такого секса я не ожидала правда, нет завтра я, конечно, буду другой, но сейчас это круто
— Рад, что вам понравилось
Заметил он, как Оксана стеснялась того, как вся текла и кусала нервно губы, находясь в состояние возбуждённого шока, не могла отдышаться от пережитой серии оргазмов.
— Мадам сказала, чтобы я обращался с вами очень осторожно
— Всё было замечательно — похвалила Оксана, скрывая взгляд возбуждённых глаз, посмотрела на пол мехового ковра, на котором сидела
— Вижу вы голубки уже закончили — послышался голос Громовой, когда женщина, звонко стукая каблуками надетых туфель, поднялась на второй в гостиной
— Громова — изумилась в улыбке Оксана, обернулась, увидела, как белокурая женщина поднялась на второй этаж в гостиной, направляясь к месту, где она сидела на ковре — Это было просто супер
— Очень рада, что тебе понравилось — сохраняя лживую улыбку, поддержала Громова, гордо поднимая подбородок, женщина взошла на ковёр, на котором сидела Оксана
— Но ты ведь сюда не за этим пришла — изнывая в стонах, говорила Оксана — Чего ты хочешь от меня, я всё готова сделать…..
— Тише-тише — коснувшись губ Оксаны, возразила Громова — Я ничего больше не хочу, просто проводить тебя в комнату, которую я для тебя приготовила
— У меня будет своя комната? — вставая с колен, взявшись за пальцы женщины, Оксана, удивлённо сгорая от желания продолжения порочной ночи, внимательно изучала взгляд Громовой
— А как же конечно есть — держа Оксана за руку, ответила белокурая женщина, сохраняя лживое подобие улыбки на лице — Я и об этом позаботилась
— В которой я смогу придаться власти любви
Изнывая порочным возбуждённым стоном, выразила Оксана свои мысли, обеими руками трогая свою грудь, когда чашечки надетого на ней платья, были немного спущены вниз.
— С тобой — подошла Оксана к этой женщине, раскрывая алые губы, сходила с ума от её парфюма, оттенки которого пробуждали в ней новую страсть
— Где ты сможешь отдохнуть — уверяла Громова, схватив Оксану за плечевой сустав, когда она, находясь под влиянием афродизиака, не отдавала себе отчёт, впадая во власть возбуждения
— М…. грубость — проурчала Оксана кокетливо, состроив выразительно губы, раскрывая их, покорно пошла следом по гостиной за белокурой женщиной — Я люблю
— Послушай — остановившись, белокурая женщина, поправила чашечки платья, одетого на Оксане, так чтобы они полностью облегали ей грудь — Я, возможно, слегка переиграла с возбудителем
— Слегка — не могла Оксана держать себя в руках, прижимаясь к телу Громовой, сгорала от власти её рук на своей груди, когда она аккуратно надела чашечки платья на ей на грудь — Да я блядь себя не могу контролировать
— Это моя вина — признала Громова, склонив голову, не могла смотреть Оксане в глаза — Я думала, что смогу обуздать твою похоть, добавив лишь слегка капельку афродозиака
— Ну как — изумилась Оксана в улыбке, слившись с губами Громовой, стоя посреди гостиной, под светом хрустальной, свисающей на большой цепи люстры — Обуздала?
— Что ты делаешь? — возразила Громова, была против того как страстно и в тоже время жадно, Оксана облизнула ей губы
— Поцеловала тебя
— Зачем?
— А ты разве против? — удивлённо Оксана посмотрела на неё
— Не стоило было этого делать
— Но почему?
— Потому — схватила вновь белокурая женщина, Оксану за плечевой сустав, потащив за собой через всю гостиную
— М… грубость я люблю — изумилась в улыбке Оксана, когда следовала за белокурой женщиной через всю гостиную, пока не подошли к коридору, где на развилке находились двери с комнатами
— Громов ведь тебя наверняка будет искать
— Пускай ищет — изумилась Оксана в улыбке и на входе в коридор, прижала женщину спиной к стене, сгорая от нетерпения продолжить страсть
— Послушай — утверждала Громова, находясь прижатой к стене, когда Оксана, налегая на неё, обвив плечи белокурой женщины сходила с ума по аромату парфюма, исходящему от её тела, запаху помады от её губ — Я понимаю что ты возбуждена
— Нет не понимаешь — не могла Оксана держать себя в руках, сходила с ума от губной помады, которой так сладко были пропитаны губы Громовой
— Я понимаю — возразила Громова, освободившись от давления Оксаны, женщина убрала её руки от своего тела и просто прошла мимо неё, когда она удивлённо смотрела на неё — Поверь мне, ты себя сейчас не можешь контролировать
— Зачем ты возбудила меня так сильно?
— Затем что ты поможешь попасть мне к моему сыну
— Каким образом? — изнывая, простонала Оксана, обидой сморщила губы, находясь с Громовой в коридоре дома, трепетно дышала, испытывая страсть, которую не могла унять
— А вот это уже дорогая моя
Возразила Громова, остановившись у двери, коснулась пальцами мраморной плитки стены, когда весь этот дом скорее напоминал больше пантеон, где стены и пол были выложены из камня.
— Твои проблемы — обвивая подбородок Оксаны пальцами, белокурая женщина, говорила рядом с её губами — Ты же прекрасно знаешь, что я могу ему показать ту запись на диктофон
«Сука знает как меня зацепить, но Громов пользуется огромным влиянием, он просто уничтожит меня, прослушав эту запись я не могу этого допустить», размышляла Оксана, когда смотрела в глаза блондинки, испытывая всё так же к ней дикую страсть.
— Зачем тебе это?
— Я просто хочу к сыну — толкнув пальцами дверь, женщину кивнула в сторону открытой двери, делая тонкий намёк Оксане — Тебе этого не понять
— С чего ты вдруг так решила?
Поинтересовалась Оксана, играя упругой красотой бёдер, вошла в открытую дверь комнаты, сразу включая свет в комнате, проводя по клавише выключателя пальцем.
— Я ведь тоже мать и могу тебя понять
— Ты мать
Рассмеялась Громова, не поверив словам Оксаны, когда она стояла посреди светлой комнаты с большим окном, осматривая её интерьер. Большая двуспальная кровать, была усеяна подушками и накрыта белым покрывалом, сотканным из узоров цветков на нежной ткани.
— Да господи ты о себе не можешь позаботиться — рассказывала Громова, встав у входа в комнату, страдаешь излишним эгоизмом, какая из тебя мать
— Ты сомневаешься в том
Поинтересовалась Оксана, встав у большой постели, с завистью представляя как раствориться на ней с Громовой, возбуждаясь снова от присутствия этой женщины в комнате.
— Что у меня есть собственный ребёнок?
— Я сомневаюсь в том — сохраняя подлость улыбки, прошла Громова по комнате, играя телом, подошла к Оксане, оттесняя её к кровати — Что ты вообще можешь о ком-то думать кроме себя
— Интересно с чего вдруг такое мнение обо мне? — раскрыв неотразимые лазурные голубые глаза, Оксана посмотрела на женщину что подошла к ней — Ты же меня едва знаешь
— Стоило лишь дать тебе афродозиака — рассказывала белокурая женщина, подойдя к Оксане так, женщина кончиками пальцев толкнула её так, чтобы она упала на кровать — И сразу понятно кем ты стала, точнее кем ты была внутри
— Внутри — раскрывая в порочной ухмылке губы, положила Оксана ноги на постель, извиваясь на ней, сгорая по трепету любви, когда после секса с темнокожим мужчиной, она не могла отойти от серии пережитых оргазмом она не могла отойти — Я хочу почувствовать тебя внутри

Произнесла Оксана с таким выраженным стоном, согнув одну ногу в колено, занесла её так, чтобы схватиться пальцами за каблук, надетых на ногах туфель, с жаждой смотрела на женщину.
— Твой язык
— Не дождёшься — возразила Громова, уклончиво, не желая выполнять требования Оксаны, женщина помотала головой, продолжая смотреть как она истязая себя, лежала на постели
— Мы могли бы провести тут ночь — продолжая так же рьяно с искушением страсти смотреть на женщину, Оксана не могла унять свой пыл, погладила пальцами другой руки свои волосы — Тут
— Извини дорогая — отказала Громова, направляясь к выходу открытой двери, оставляя Оксану одну в комнате, женщина встала в проходе открытой двери — Но я пас
— Но почему? — изнывая стоном, спросила Оксана, с обидой в глазах продолжала смотреть на женщину стоящую в проходе открытой двери
— Потому что не хочу
— Жаль — сморщив обидой губки, ответила Оксана, посмотрела на постель на которой лежала, материя покрывала, слегка холодила тело, когда каждая клеточка её тела пылала жарким огнём
— Ложись лучше спи
— Тебе легко говорить — истязала себя Оксана, начиная возбуждать себя руками, гладила сама руками своё тело — Не в тебе же такой сильный афродозиак
— Просто попытайся уснуть — заявила Громова, выключая свет в комнате, женщина закрыла за собой дверь, повернув ключ с другой стороны, запирая на замок
— Ну, пиздец — грязно выругалась Оксана, не могла удержать в себе неистовство сексуального безумия, поглотившее её сознание тёмным порочным омутом безумия
Лаская себя, отчаянно произнесла Оксана, извиваясь на постели, никак не могла унять сексуального зверя, бушующего внутри неё. Выгибая спину, лаская пальцами оголённую грудь, Оксана посмотрела на полную луну за окном, раскрывая губы в порочной форме. Воспевая желанным искушенным страстью стоном, Оксана извивалась на кровати, лаская себя, терзая плоть пальцами, смотрела на сумрак ночи за окном. Громко изнывая в порочных криках любви, Оксана придала сама себя ласки, словно королевская кобра в постели, в комнате, где ночь окутала темнотой всё окружение.
Извивалась в постели, сминая постельное белье, пропитывая всё теплом, запахом своего тела и вагинальными выделениями, соком любви, что сочился с половых губ Оксаны. Вцепившись в край подушки, Оксана, облизывая её наволочку, обволакивая её слюной, оставляя алый след от помады, кричала глухим стоном, в неё, жадно истязая половые губы, пытаясь достичь максимальной силы оргазма. Испытав оргазм, в судорогах, Оксана, закатывая глаза за веки, впала в конвульсивный припадок, начиная при этом неистово дергаться в постели. Раскрывая губы как рыба, молча, Оксана чувствовала, как словно ковровая бомбардировка атаковала её мозг, миллионы сексуальных импульсов пронзали её тело. Феерическое сильное чувство сексуального удовлетворения, испытывала Оксана, словно как будто всё разрывалось у неё в голове. Продолжая смотреть в потолок, дергаясь в судорогах, Оксана, раскрывая губы молча, неожиданно впала в обморок. Оставаясь лежать бездыханным телом на смятой постели, Оксана с открытым взглядом смотрела в потолок, когда разум был далеко от тела, в то время, что плоть её текла соком любви.


Раскрывая медленно глаза, Оксана почувствовала, что её кто-то будит, дотрагиваясь кончиками пальцев до плеча. Сонным взглядом, Оксана бегло оглядела комнату, и постель на которой она лежала, была смята буграми после пережитой страсти в результате самоудовлетворения. Рядом стояла девушка в розовом чудесном коротком платье, Прекрасные формы тела, рыжеволосой красотки, что дотрагивалась тёплыми пальцами до плеча Оксаны, вызывали в себе желание к ним прикоснуться. Тело рыжеволосой девушки так приятно пахло композицией «Naomi Campbell Sunset», будоражащая сладкая притягательная коллекция. Аромат фруктов сочетается с нераспустившимися бутонами цветов, медленно переходя в запах розового перца и бергамота, затем на протяжении всего дня вы окутаны шлейфом из сандала и мускуса. В сердце туалетной воды экзотический цветок, который распускается только вечером на мадагаскарском пляже — Crinum Tampolo Beach. Основными нотами считаются бергамот, розовый перец, дыня, арбуз, ландыш, мускус, сандал и фрезия.
В комнату проникал лёгкий свежий бодрящий воздух, прикосновение которого пробудило Оксану, как и влияние женских пальцев к своему телу. Волосы рыжеволосой девушки слегка колебались, благодаря влиянию потока воздуха, проникающего в комнату через открытое окно. Пальцы рыжеволосой бестии тормошили плечо Оксаны, принуждая её проснуться, когда она лежала спиной на постели, смятой после страсти, прошедшей ночью с собой. Её прикосновения, нежное качание пальцами по телу Оксану, пробудили в ней зависть порочного желания, которую она с лёгкостью обуздала, не подавая вида возбуждения.
— Оксана проснитесь — нежно шептала она, дотрагиваясь пальцами до плеча Оксаны, когда она лежала спиной на постели, с раскрытыми алыми губами и оголённой грудью
— М…. — проурчала Оксана недовольно кошкой, открывая через силу глаза — В чём дело?
— Громова просила вас разбудить — нежным голосом, пояснила рыжеволосая девушка, оставаясь стоять рядом с кроватью — Что тут произошло?
— А ты как будто сама не видишь? — возмутившись, ответила Оксана, с обидой и критикой посмотрела на девушку, нарушителя своего спокойствия
— Вы что удовлетворяли себя сами?
— И как интересно ты это поняла?
— Вы точно больная Оксана
— Следи блядь за языком — недовольным сонным голосом, огрызнулась Оксана, оставаясь лежать на постели, чувствовала прохладу по всему телу
— За вами приехал Громов — рассказала она, присев рядом на постель, когда Оксана не могла подняться, чувствовала чрезмерную усталость во всём теле
— Он особо-то не спешил — всё так же возмущённо, ответила Оксана, продолжая лежать на постели без сил — Мог бы приехать вчера вечером, до того как эта сука Громова опоила меня афродозиаком
— Видимо у него были дела
— Видимо он просто хотел чтобы меня жестоко унизил — утопая головой в подушку, высказывала Оксана недовольства
— Да перестаньте — ухмыльнулась забавной улыбкой рыжеволосая девушка, игриво коснулась колена, согнутой ноги Оксаны — Никто вас не хотел унижать Карамель
— Перестань меня так называть! — возразила Оксана, возмущённо состроив недовольный взгляд, отдёрнула ноги от прикосновения пальцев рыжеволосой девушки к колену
— Ну как же — была не согласна рыжеволосая девушка, удивлённо посмотрев на Оксану и только сейчас, она заметила, что в её другой руке был телефон — Вы вчера так танцевали
— Мне это не интересно
— Жаль — отчаянно произнесла рыжеволосая красотка, обидчиво нахмурив губы — Я подумала, что вы хотите посмотреть
— Посмотреть на что? — посмотрела Оксана, сидя на постели на девушку, рядом с которой она находилась, когда она начала ёрзать пальцем по телефону
— На это — показала она на видео, выложенное на канале в youtube, как Оксана кружилась на пилоне прошлым вечером
— Откуда у тебя это видео
— Если вы не заметили Карамель — рассмеялась рыжеволосая девушка иронично, отражая на лице нотками сарказма — Оно выложено уже в интернете
— Кто его выложил? — испугалась Оксана, от чего сразу выронила телефон на кровать, беспокоясь за свою репутацию
— Да не беспокойтесь
Возразила рыжеволосая девушка, коснувшись, тёплым прикосновением пальцев плеча Оксаны, принуждая её вздрогнуть, как только ощутила на себе влияние девушки.
— Оно не в общем доступе, только подписчики моего канала могут его видеть
— Зачем ты сняла меня? — недовольно прошипела Оксана, схватившись за кисти рук девушки, что сидела на кровати рядом с ней — Да еще и выложила в интернет
— Согласись — ответила спокойным полностью уравновешенным голосом рыжеволосая девушка, внимательно продолжая смотреть Оксане в глаза — Правда танец был шикарным
— Зачем ты это сделала?
— Просто помогла тебе в рекламе — мило улыбаясь, рассказывала она, так же нагло смотрела Оксане в глаза — Продвижения тебя, в карьере танцовщицы
— Ты совсем блядь охуела — опустила руки девушки, продолжала шипеть Оксана, выражая недовольство в голосе — Какой нахуй рекламе, какой блядь карьере?
— Просто признай, танец был красивым — убеждала она, когда Оксана, опустив ноги с кровати, сидела спиной к ней, стараясь её не слушать
«Блядь если меня увидят, все ведь думают, что я мертва, так ведь Громов постарался, а тут такое, похоже, легенду моего таинственного возвращения скрыть не удастся», стараясь не показывать отчаяния и паники, что бушевала в сознание Оксаны, продолжала спокойно сидеть в постели.
— Ты возбудишь публику в клубе — убеждала рыжеволосая девушка, коснувшись кисти руки Оксаны, когда она сидела к ней спиной, склонив голову, смотрела в пол — Тобой будут интересоваться богатые и влиятельные люди
— Ты ёбнутая что ли? — обернулась Оксана, прошипела со злостью — Я тебе ни какая там дешевая шлюха, которая будет танцевать у пилона, которой только лишь пальцем покажи
— Но вчера именно так и было — изумилась в улыбке рыжеволосая девушка, пожав плечами — И примите пожалуйста ванну Оксана, от вас уже неизвестно чем пахнет, после вчерашнего
— Это я сама почувствовала — вставая с постели, Оксана звонко коснулась каблуками, надетых на ногах туфель паркета в комнате
— Я подготовила тебе ванну
— Это мне нужно спускаться и пройти через весь дом?
— Зачем?
Удивлённо продолжала рыжеволосая девушка, смотреть на Оксану, когда она стояла посреди комнаты, а её волосы обдувал поток прохладного воздуха, проникающего через окно.
— У Громовой есть своя ванная комната в каждой из комнат её дома
— Тогда почему меня мыли внизу?
— А вам разве не понравилось Оксана? — не убирая с лица, удивлённое выражение, спросила рыжеволосая девушка, продолжая смотреть на Оксану всё таким же внимательным взглядом
— Я не спросила, понравилось мне или нет — раздраженно ответила Оксана — Я спросила, почему меня мыли там?
— Это ванна Громовой — рассказывала рыжеволосая девушка, положив руки на колени, встала с постели, на которой сидела, направляясь к Оксане — Она распорядилась, чтобы вас искупали там
— Ах…. — чувствительно нежно с сарказмом вздохнула Оксана — Значит, она распорядилась
— Просто примете ванну — убедительно говорила рыжеволосая девушка, прошла рядом с Оксаной с ухмылкой на лице, кончиками пальцев коснулась её плеча — Вас там ожидает Громов внизу
— Ничего подождёт — заявила Оксана, убрала руку девушки с плеча, так как прикосновение её пальцев к своему телу, было ей противно — Ничего с ним не случится
— Он разнесёт тогда дом Громовой, чтобы найти вас — утверждала она, схватившись за свою руку, после того как Оксана резко отдёрнула её со своего плеча
— Давно пора разнести дом этой суке
— Громова о вас заботилась вчера
— Я видела, как она заботилась — не зная куда идти, говорила недовольно Оксана — Опоила меня неизвестно чем, я чуть не сдохла от возбуждения вчера
— Как вы не понимаете Оксана — указала она кивком головы на открытую дверь ванной комнаты, в которой горел блеклый голубой свет, настенных светильников — Она просто хочет увидеть сына
— Но причём тут я? — возразила Оксана, пожав плечами, развела руки в сторону — Я к её любви и разлуки сына отношения никакого не имею
— Просто идите — указала она дверь ванной комнаты, откуда доносилось голубая зябь света, словно как со дна океана — И примите ванну
— А я думала, ты мне поможешь
— Помочь, с чем?
Выразила удивление рыжеволосая девушка в розовом платье, посмотрела на Оксану, словно так, как будто её поведение, было социально безгранично.
— Ну, уж нет!
Рассмеялась девушка, прошла по комнате в сторону закрытой двери, прекрасно играя телом, подол короткого платья, одетого на ней, так красиво колыхался, открывая упругую кожу.
— С этим Оксана вы справитесь сами
— Жаль — нахмурила кокетливо губы, Оксана, после чего смачно облизнула их языком — А я так надеялась на то что……
— Оставьте свои надежды Оксана — подошла она к закрытой двери, девушка коснулась ручки обвив её пальцами — При себе
— Вот значит как! — изумилась в улыбке Оксана, встав у открытой двери ванной комнаты, заметила ванной с подсветкой, в которой бурлили пузырьки, а так же исходил душистый запах роз, лепестки которой, там плавали — Ну ладно, я запомню
— А мне что с этого — пожав плечами, ответила девушка, после чего открыла дверь, переступила через порог, закрыв её за собой
— Ну, пиздец — грязно выругалась, прошептала Оксана в пустоту комнаты, когда вошла в ванную комнату, наступая на кафель голубой плитки, словно как оказалась на дне океана, где отражались на стенках и потолке пузырьки воздуха в самой ванной — Мило
«Почему мне именно так вот блядь везёт», отчаянно вздохнула, после чего, медленно и ловко Оксана, освободилась от платья, оставив его в проходе открытой двери, скинув тут же туфли с ног, разбросав их по кафельной плитке пола.
Ажурные белые чулки, пропитались каплями воды с ванны, так же как и сам голубой пол, на который Оксана вылила воды, располагаясь спиной. Запрокинув голову, в подголовник, Оксана медленно предалась мечтанию, ванная с подогревом и вибромассажем, в виде пузырьков расслабляли изнывающее тело. Лепестки плавающих роз в ванной прилипли к сочной выраженной груди Оксаны, зависнув на кончике её соска, лишь слегка колыхались под влияние пузырьков.
— Оксана Владимировна — словно разбудил Оксану мужской грубый голос, доносящийся с открытой двери ванной комнаты, по интонации и звучания голоса, она поняла, что это был Громов
— Сергей Викторович я вас уверяю — вбежала за ним в спальную комнату рыжеволосая девушка, в то время, как Громов стоял, озираясь там, пытаясь найти Оксану — Оксане нужно просто принять ванну и расслабиться
— Хватит ей уже расслабляться — был не согласен Громов с таким доводом — Мне нужна Оксана Владимировна и я вам тут весь дом переверну, но найду её
— Сергей да здесь она — указала Громова пальцем на разбросанные вещи на входе в ванную комнату, голос хозяйки каким-то казался радостным и слегка возбуждённым — Никуда твоя Оксана не делась
— Никуда не делась, говоришь — пройдя по комнате несколько метров, остановился Громов, посмотрев недовольно на белокурую собеседницу — Она пропала из больницы
Подошёл мужчина к белокурой женщине, которая была одета в белое длинное платье, идеально прорисовывающее её сочную пикантную фигуру тела. Чашечки одетого на ней платья, выражали объём груди, а сексуальное декольте его раскрывало в полной мере.
— По твоей, между прочим — ткнул он нагло пальцем в грудь Громову — Вине!
— Я её силой не тащила
— Твоя помощница сказала
Возразил Громов, затем наступил момент молчания, как будто каждый находящихся в спальне переглянулся между собой, обмениваясь взглядами, в тот момент, когда интрига нарастала.
— Что ты её усыпила в машине
— Вика! — вскрикнула укоризненно Громова, посмотрев сердито на рыжеволосую девушку
— Простите Татьяна Васильевна — уверяла рыжеволосая девушка, чувствуя себя виновато перед Громовой, скрывая от неё свой стыдливый взгляд
— На чьей ты стороне?
— На вашей — сразу же ответила она, беспокоясь за своё будущее в этом доме и на лице, отражала перед Громовой скорее страх или глупое отчаяние
— Тогда почему ты выдаешь меня?
— Простите просто Сергей Викторович…..
— Что Сергей Викторович! — вскрикнула она, возмутившись тому, как уклончиво, рыжеволосая девушка, начала менять тему разговора
— Так хватит Татьяна — не выдержал уже Громов этой интриги — Где Оксана Владимировна, она мне нужна, чтобы помочь твоему сыну и моему племяннику
— Она же не врач — рассмеялась Громова, не поверив словам своего собеседника — Так просто какая-то медсестра, да какой из неё врач, она же не серьёзно относится
— Ты попала в закрытый военный госпиталь — возразил Громов, упрекнув белокурую женщину, продолжая разговаривать с ней на суровых тонах — Увела у меня из-под носа моего человека, издевалась над ней вчера, а теперь выказываешь недовольства?
— Ты что серьёзно? — не поверила слова Громова она — Да она же совсем зелёная, наверно только институт закончила, я не позволю ей заниматься лечением моего сына
— Где ты была когда он был твоим сыном? — сразу же возразил Громов, повысив на женщину тон своего голоса, грамотно упрекнув так, что она замолчала — Ты сама отказалась от него, ради хорошей жизни и вот спустя тридцать лет, ты вспоминаешь неожиданно, что у тебя есть сын
— Ты прекрасно знаешь…..
— Я прекрасно знаю — не давая высказаться, заявил прямо Громов — Что когда умер твой муж, ты на тот момент, хотела жить только для себя, тебя не волновало ни его память, ни твой сын!
«Грубо, даже наверно для меня, хоть Громова и сука, но такое она слышать не обязана», была шокирована Оксана тем, что услышала от Громова, как он оскорбил грубо белокурую, что требовало её немедленного вмешательства в разговор.
— Может, хватит там уже ругаться голубки — крикнула Оксана, находясь в ванной, сходила с ума по вибромассажу, что пузырьками направленного воздуха в воде массировало ей тело
— Оксана Владимировна она здесь?! — еще больше удивился Громов
— А тебе о чём говорила
— Между прочим, я тут всё слышала — изумилась Оксана в улыбке
— Оксана Владимировна — решив скрасить неловкость Громов, хотел войти в ванную комнату, где лежала в ванной Оксана — Как это, по-вашему, называется?
Был удивлён Громов, заметив Оксану обнажённой, лежащей в ванной полной лепестков роз, млеющую от прикосновения нежных пузырьков к её телу.
— Оу…… — смутился он, отворачивая взгляд — Простите, я же не знал
— Да — согласилась Оксана, когда соски её груди прикрывало скопившееся, кучу лепестков роз, в которых она безудержно тонула — Зубы я тут точно чистить не могла
— Я же говорила тебе, что всё с ней нормально — убедительно говорила Громова, словно упрекая мужчину в том, что он хотел закатить скандал без основания
— Отстань Татьяна — поднимая ладонь согнутой в локоть руки, приказным тоном, распорядился Громов в ответ на возражения белокурой женщины, стоящей сзади
— Ты в моём доме — не могла Громова стерпеть такую дерзость от него — Не забывай об этом
— В доме! — обернулся он, посмотрев со злостью на неё — Который я тебе дал, чтобы вы жили с сыном моего брата, в итоге ты превратила его в бордель и теперь хочешь после всего этого вернуть мальчика, после того всего, в чём ты по уши утонула
— Может быть хватит! — почувствовала себя Оксана неловко от того как Громов выяснял отношения с этой женщиной — Я ведь всё-таки здесь и не обязана слушать ваши резни
— А что касается вас Оксана — обернулся Громов, злосчастно пытаясь изобразить улыбку на лице, посмотрел он суровым взглядом на Оксану — Вы вообще хотите жить, по-моему, в больнице, под постоянным наблюдением, где я и шага вам без моего ведома ступить не позволю
— Сергей Викторович вы что! — возразила Оксана, в шикарной форме раскрывая губы — Хотите посадить меня как собаку на привязь
— Если вы по-другому не понимаете — был не согласен Громов, отворачивая взгляд, чтобы не смотреть на Оксану — То вы не оставляете мне выбора
— Ну уж нет! — возразила Оксана, посмотрев на мужчину, стоявшего в проходе открытой двери ванной комнаты, когда женщины, покорно за его спиной, отошла к окну — На цепи я у вас сидеть не намерена, вы и так притащили меня сюда насильно
— Вы не оставляете мне выбора
— А вы оставляете
— Оксана Владимировна я вам сказал к матери мальчика не соваться
— Я и не совалась
— Я сама к ней пришла — вмешалась Громова в разговор — Доволен?
— А в машину, где ты её усыпила, ты тоже сама затащила?
— Я просто была слишком убедительна — уточнила Громова, гордо указав пальцем на себя, продолжая стоять за спиной у Громова — В этом нет её вины
— Даже в том, что я видел, как Оксана Владимировна танцует на пилоне прошлой ночью
— Вы даже это знаете?! — смутилась Оксана еще больше от таких подробностей
— Вы думаете, мои люди, что ли не работают
— Ты сняла это на видео? — возмутилась Громова, укоризненно посмотрев на свою домработницу
— Простите Татьяна Васильевна — виновато опустила голову рыжеволосая девушка
— Я хочу, чтобы это видео было удалено
Заявил Громов, не желая слушать дальше оправдания женщин, смутился обнажённого тела Оксаны, когда она лежала в ванной, запрокинув голову, вдыхала скопившийся аромат роз.
— Оксана одевайтесь мы уезжаем
— Она никуда не поедет, пока мы не поговорим — выдвинула Громова собственное условие
— Это почему еще? — был удивлён Громов таким условием от белокурой женщины — Оксана Владимировна пока еще работает на меня и я непосредственный её руководитель, перед которым она должна отчитываться
Высказывался Громов, по тону голоса, мужчина был крайне убедителен и должно быть белокурая женщина в белом платье обязана была послушать, но она просто мило улыбнулась в ответ.
— Оксана Владимировна собирайтесь — повторил еще раз своё распоряжение Громов, но на этот раз был более убедителен в выражение лица, с которым посмотрел на Оксану
— Оксана ты же понимаешь — утверждала Громова, пытаясь выглянуть из-за плеча мужчины, который своим телом загородил проход в ванную комнату — Что ты не можешь просто так взять и уехать, у нас с тобой в некотором роде соглашение, если ты его помнишь, так ведь?
«Блядь нашла чем меня зацепить, Громов меня в порошок сотрёт, если прослушает тот файл, мне придётся встать на сторону этой суки», размышляла Оксана, нервно кусая губу, понимая, что у неё нет выхода, кроме как примериться с Громовой и пойти ей на уступки.
— Татьяна Васильева — нервничала Оксана, не могла смотреть в глаза Громову, понимая что сейчас предаёт его доверие — Я с вами поговорю обо всём, только дайте мне пожалуйста спокойно принять ванну и одеться
— Да-да конечно — мило улыбнулась Громова, чтобы как-то скрасить сложившуюся напряжённую тишину, когда мужчина не мог понять, что происходит — Вика тебе поможет
— Я хочу сама — хотела возразить Оксана
— Так будет быстрее
Добавила белокурая женщина, после чего взяла Громова под руку, направилась с ним по комнате, когда мужчина продолжал ничего не понимающим взглядом на неё смотреть.
— И не спорь со мной — с улыбкой стервы, Громова находясь в комнате, пригрозила кокетливо Оксане указательным пальцем
— Мда… уж — состроила кислую гримасу Оксана, пытаясь как-то скрыть взгляд постыдных глаз, когда напоследок, Громов, прежде чем покинуть комнату, еще раз посмотрел в её сторону
— Теперь вы у неё в кулаке — ответила, застенчиво улыбнувшись, рыжеволосая девушка, продолжая стоять у входа открытой двери, ванной комнаты
— Как будто я сама этого не поняла
— Она будет использовать вас Карамель
— Прекрати меня так называть — недовольно, возразила Оксана, вставая в ванной на колени — Это не моё настоящее имя
— Но оно вам идёт
— А тебе дура идёт — огрызнулась Оксана, кончиками пальцев нежно скинула лепестки роз с соском, обнажив грудь перед девушкой
— Давайте я помогу вам помыться
— Не надо — возразила Оксана, отдёрнув от себя руку рыжеволосой девушки, когда она хотела к ней прикоснуться — Лучше удали то видео
— А чего вы так волнуетесь? — с ухмылкой на лице, поинтересовалась она, прижав к себе кисть руки, по которой ударила Оксана
— Как легко меня купила твоя хозяйка
Недовольно произнесла Оксана, ощущая, как ноги ласкали пузырьки вибромассажа ванной, как к коже прилипали лепестки роз, пропитывая изощрённым душистым ароматом.
— Я теперь даже не знаю, как Громову признаться — взяв в руки флакон с гелем, Оксана, пропитав мочалку его содержимым, стала омывать своё тело вязким прохладным эффектом по телу
— Вам стоит быть помягче с Громовой — мило улыбнулась рыжеволосая девушка, стукая каблуками по кафелю ванной комнаты, отошла к стулу, поправляя розовое платье, села на него
— С какой это стати? — поставив ногу на борт ванной, Оксана отразила перед глазами рыжеволосой девушки, сексуальный упругий изгиб бёдер, хорошенько пропитала кожу пеной с мочалки
— Она может быть вам хорошим союзником в борьбе с Громовым
— Я боюсь больше его
— И это понятно — ухмыльнулась рыжеволосая девушка, наблюдая изощрённо за тем, как Оксана так же поставила другую ногу, так же отразив эластичные ягодицы, пропитала её гелем
— Нет не понятно — возразила Оксана, опускаясь в ванной на колени, пропитывала жадно тело гелем с мочалки, аккуратно покрывая грудь тонким слоем
— Послушайте, ваш страх он обоснован
— Мне придётся сейчас объясняться перед Громовым — располагаясь в ванной, ответила Оксана, смывая с себя покров сугробов геля
— Ну думаю вам это удастся
— Ты издеваешься блядь? — вставая вновь в ванной на колени, Оксана держась за борт, посмотрела недовольно на рыжеволосую собеседницу
— Нет — ответила уклончиво она, скрывая взгляд, посмотрела на голубую занавеску на окне — С чего вы вдруг так решили?
— Что мне сейчас сказать Громову
— Ну я даже не знаю
— Вот блядь и я тоже — отчаянно Оксана выразилась грязно, нахмурив при этом обидчиво губы, опуская взгляд на качающиеся лепестки в воде и пены геля — Не знаю
— Просто уговорите Громова пустить Татьяну Васильевну к своему сыну
— Ты думаешь, это так легко будет сделать? — посмотрела Оксана, стоя в ванной на коленях, как прилип лепесток розы к её бедру, ощущала, как капли воды будоража касанием, стекали по её телу
— Уверяю вас Оксана — отошла рыжеволосая девушка к противоположной стене, снимая с крючка полотенце, в тот момент, когда Оксана встала на ноги в ванной — Татьяна Васильевна вам поможет и отблагодарит вас в тысячу раз
— Так же как вчера! — была не согласна Оксана переступая через борт ванной, коснулась кафельного пола, испытывая легкую дрожь по телу, от того как испарялась влага на коже
— О… нет-нет-нет — пыталась убедить рыжеволосая девушка, которой в объятия тёплого полотенца впала Оксана — Это Татьяна Васильевна просто вас не так хорошо знала
— Не так хорошо
Возмутилась Оксана, отпрянула от девушки, как только она аккуратно завернула полотенце у неё за спиной, сковывая тело в нежных обаятельных оковах.
— Чтобы в первый же день знакомства — прислонила Оксана коготок указательного пальца к краю мокрых губ — Меня на пилон загонять и заставить исполнять приватный танец
— Она ошиблась — сразу придумала рыжеволосая девушка оправдание, не могла посмотреть на Оксану, заметив с какой критикой, она на неё смотрит — Все мы ошибаемся
— Да уж…. — прошла мимо Оксана, играя сексуально бёдрами, оставляя за собой след влажной дорожки от скользивших по её ногам капель воды и потёков пены, а так же лепестков роз
«Блядь мне нужно чтобы она удалила это видео с youtube, как же мне её уговорить, никто не должен пока знать, что я жива», размышляла Оксана, когда подошла к открытой двери ванной комнаты, обвив руками, дверной проём.
— Удали пожалуйста это видео
Потребовала Оксана опустив голову, встав в проходе на входе в ванную комнату, пока девушку нагнулась и вынула пробку, после того как отключила вибромассаж.
— Не хочу чтобы все знали
— Удалю — обернулась она, посмотрев на Оксану с любопытством
— Что вот так вот просто? — заметив выражение лица рыжеволосой девушки, не поверила Оксана в её искренность и послушность
— Ну да
Пожав плечами, ответила она, повернувшись, встав рядом с ванной, положила пробку на её борт, покрытой водой, пеной и остатками листьев роз, душистый аромат которых заполонил атмосферу.
— А что тут такого?
— И ты совсем ничего не попросишь взамен? — недоверчиво спросила Оксана, не поверив в искренность рыжеволосой девушки
— Ну, почти ничего — пожав вновь плечами, рыжеволосая девушка, обвила руками свои бёдра, медленно направилась к Оксане, когда она продолжала стоять в проходе открытой двери
— Ну, хорошо — уныло вздохнула Оксана, отошла в сторону, позволяя рыжеволосой девушки идущей на встречу выйти в комнату — И чего же ты хочешь
— Вечер для нас с подружками — мило улыбнулась она, когда вошла в комнату, посмотрела на то как удивлённо Оксана раскрыла губы, была поражена её наглостью
— Что……?!
Раскрывая круглой формы губы, произнесла Оксана напряжённым голосом, продолжая наблюдать, как девушка вошла в комнату, покидая ванную, мило улыбаясь, как будто ничего не произошло.
— Ты блядь совсем уже охуела! — вскрикнула Оксана, грязно выругавшись нецензурной бранью
— Всего один вечер для нас с подругами — уверяла Виктория, домработница Громовой, направляясь за Оксаной по комнате, когда она не желая
— Ты совсем уже держишь меня
Играя выраженной упругой красотой бёдер, подошла Оксана к белому креслу в комнате на подлокотнике которого, лежала подготовленная одежда. Ткань махрового белого полотенца, что облегала тело Оксаны, лишь едва касалась её ягодиц, когда она так сексуально прошла к креслу.
— За какую-то дешевую шлюху — сгибая ногу пикантным изгибом, Оксана наступила на подлокотник кресла, с другой стороны, обернувшись, посмотрела на рыжеволосую собеседницу
— Да с чего вы вдруг так решили?
— Да блядь с того что ты охуела!
Грязно выругалась Оксана, продолжая напряженно смотреть на девушку, которая даже всем своим видом не выражала из себя всей серьёзности своего предложения.
— Какой бы сукой ты себя не считала — была не согласна Оксана, встав спиной к собеседнице, медленно взявшись за кончик полотенце, расположившись лицом к окну — Ты не она!
Указала Оксана на дверь, закрытой комнаты, отвергая сразу предложение рыжеволосой девушки, медленно и плавно любуясь своей грудью, скинула с себя полотенце.
— И каким-то видео — ухмыльнулась Оксана, купаясь в лучах восходящего солнца, встав у окна, лучи с которого падали на её тело, согревая и лаская кожу — Ты меня не запугаешь
— Я попросила вас об одном вечере
— И я сказала нет!
— Но почему?
— Да потому — был не согласна Оксана, взяв в руки ажурные шортики, стала надевать их не себя, оставаясь стоять спиной к девушке, с которой находилась в комнате
— Хорошо — уныло вздохнула Виктория — Чего вы сами хотите?
— Чтобы ты пошла нахуй со своим тупым предложением!
— Как грубо вам не кажется? — по голосу, с которым говорила рыжеволосая красотка, можно принять за обиду слова Оксаны, прозвучавшие в её адрес
— Абсолютно нет! — заверила Оксана, прислонив чашечки бюстгальтера к соскам сочной груди, ловко застегнула его застежку у себя за спиной
— Я прошу вас об одном вечере — была настойчива рыжеволосая девушка, наблюдая, как Оксана взяла в руки белую блузку, начала её одевать на себя
— А я сказала тебе нет — встав напротив окна, Оксана принялась надевать на себя белую блузку, наблюдая в окно за тем, что город в котором она находилась, был распложен у моря, вдали было слышно как вода билась о скалы — Где мы находимся?
— Вот пускай Громов вам сам и расскажет
— Могла бы и ласковее ответить
— Это секретный военный город
— Но ты ведь как-то сюда попала? — обернулась Оксана, застёгивая пуговицы белой, надетой на себе, блузки — Только не говори, что из-за связей
Смотрела Оксана на рыжеволосую девушку внушительно, нахмурила губки, застёгивая соблазнительно пуговицу за пуговицей, сделала соблазнительно шаг навстречу.
— С Громовой
— Именно из-за неё
«Если она как-то сюда попала, а ведь она дура, но что-то тут делает, значит у неё есть возможность покинуть город», размышляла Оксана, решив использовать влияние этой девушки, чтобы покинуть этот город.
— А ты можешь покинуть этот город?
— Могу — ухмыльнулась рыжеволосая девушка, продолжая с интересом смотреть на Оксану, когда она взяла в руки черную юбку, встала опять у кресла стала надевать её на себя — Только зачем?
— А можешь меня отсюда вывести?
— Ну….. — потянула задумчиво она, пряча взгляд от Оксаны, когда она испытывая надежду смотрела на неё пристальным внимательным взглядом, надевая на талию черную юбку
— Ну….. что? — не выдержала Оксана такой интриги, как рыжеволосая девушка, играя глазками, уклончиво тянула время
— У меня есть кое-кто из знакомых на посту охраны у въезда в город
— Он может помочь? — присев на подлокотник кресла, Оксана кусала нервно губу
— Помочь может — ухмыльнулась рыжеволосая девушка, только сейчас поняла, как этим может зацепить Оксану, встав у кровати, она смотрела так будто ожидала от неё встречного предложения
— Ну, так пускай поможет! — потребовала нагло Оксана, сразу прямо намекая, что хочет сбежать из этого города
— А зачем ему
Повела игриво губками рыжеволосая девушка, играя с чувствами Оксаны, присела на край кровати, постельное белье на которой так и оставалось собранное буграми.
— Это делать?
— Тогда назови свою цену
Уныло вздохнула Оксана, взяв упаковку с колготками, ловко её распечатала в руках, оставляя обёртку лежать на кресле, согнув одну ногу в колено, оставаясь сидеть на подлокотнике кресла.
— И обещаю по прибытию на место
Заверила Оксана одевая колготки на ноги, старалась быть убедительной перед девушкой, которая её внимательно слушала, но не испытывала никакого интереса к её предложению.
— Я с тобой расплачусь в двойне, нет даже втройне
— Откуда мне вам верить
— Если я сказала — стараясь придать убедительности голосу, уверяла Оксана, обольщаясь тому, как тонкая капроновая ткань скользила по её ноге — Я обязательно это сделаю
— Просто даже один вопрос
Мило улыбнулась Виктория, ей словно нравилось играть с Оксаной в интригу разговора, продолжая сидеть на постели, она сомкнула колени обеих ног вместе, положа на них ладони.
— Зачем вам убегать отсюда, когда Громов так за вас печется?
— Да потому что чем не был болен его якобы сын
Утверждала Оксана, одевая на себя колготки, отвернула взгляд, выражая перед собеседницей милую нежную натуру жертвы, посмотрела опечаленно на пол.
— Я не думаю, он уже может хоть как-то выбраться из могилы — вставая на ноги, поправляя резинку капроновых колготок, встала Оксана с подлокотника кресла — В которой уже почти одной ногой
— То есть вы думаете, что Громов сведёт с вами счёты? — пересказывая дальше суть мыслей, говорила Виктория, внимательно посмотрев на Оксану
— Не он так
Нагнувшись, Оксана коснулась пальцами стоящих перед ней фиолетовых туфель на застёжке, посмотрела на девушку, с которой вела беседу, оставаясь наедине в комнате.
— Так эта сука Громова меня точно прикончат
— Получается что у вас Оксана
Указала она, ухмыляясь коготком указательного пальца на Оксану, вставая медленно с кровати на которой сидела, направляясь к месту где она стояла, нагнувшись, обувая на себя туфли.
— Просто нет выбора
— Так ты поможешь или как?
— И с чего мне вам верить?
— Я же сказала, что расплачусь с тобой, как только приеду на место
— Не убедительно как-то — подошла она к Оксане, положив ладонь руки на её выставленные бёдра, кокетливо и легонько коготками царапала ткань капроновых колготок у неё под юбкой
— Ты совсем блядь охуела? — грязно выругалась Оксана, выпрямив спину, прикосновение пальцев этой девушки к своим ногам, было ей противно — Ты отказываешься от денег
— Нет никаких гарантий — возразила девушка, продолжая держать руку на выставленных бёдрах Оксаны, когда она вновь наклонилась, застёгивая лямку одетых на ногах туфель — Что я их получу
— Моё честно слово — заявила Оксана, встав рядом с девушкой, продолжала удивлённо на неё смотреть, выпрямила спину — Оно для тебя ничего не значит?
— Вы издеваетесь? — сделала вид что возмутилась, рыжеволосая красотка, прошла мимо Оксаны, с холодным бесчувственным взглядом — Какое здесь может быть честное слово, вы помогаете мне, потом я помогаю вам
— Вот как! — изумилась в улыбке Оксана, подойдя к парфюмерному столику, взяла с его поверхности тюбик помады, лёгкостью пальцев выдвинула её стержень
— Да Оксана
Утверждала Виктория, наблюдая в отражение зеркала, как Оксана щедро покрывала губы алым со стержня помады, сексуально согнув ногу в колено, отражая на надетой черной юбке, изгиб бёдер.
— У нас с вами будет теперь только так
— Очень жаль — нахмурила обидчиво губки Оксана, отставив помаду в сторону, обернулась к своей собеседнице, опустив ногу на пол, касаясь каблуками паркета — У нас могло так много вместе получится, как жаль, что ты не оставила мне выбора
— Но будет только так
Возразила рыжеволосая девушка, когда Оксана, обвив пальцами, обеих рук, талию, направлялась к ней на встречу, состроив строптивый взгляд хищницы.
— Вы танцуете на пилоне — рассказывала она, когда Оксана проходила рядом с ней, подойдя к закрытой двери в комнате — А потом я помогаю вам
— И с чего мне теперь тебе верить? — обвив пальцами ручку закрытой двери, обернулась Оксана, встав боком, посмотрела на выражение лица Виктории
— Вы же хотите покинуть этот город — пожав плечами ответила рыжеволосая девушка, после того, как Оксана открыла дверь, переступила порог
«Эта сука умеет убеждать, зная чего я хочу, она будет накручивать цену», предположила Оксана, после того как вышла в коридор, стены и пол которого были покрыты мраморной плиткой.
— А я ваша единственная надежда
— Ты слишком высокого о себе мнения — возразила Оксана, переступая порог открытой двери, коснулась каблуками мраморной плитки пола, звонко при этом ударив
— Отнюдь нет — была не согласна рыжеволосая девушка, встав рядом с Оксаной оказавшись в коридоре, больше похожего на пантеон, место для поклонения языческим богам, которое превратилось теперь в бордель — Прошу за мной Оксана
— Хорошо я согласна на твои условия — уныло вздохнула Оксана, коснувшись пальцами синюшных мраморных стен в коридоре дома, следуя прямо за рыжеволосой девушкой
— Правда? — подошла Виктория к двустворчатым дверям, шоколадного цвета, поверхность которых была щедро пропитана лаком, с ухмылкой она посмотрела на Оксану, встав под светом большой люстры свисающей на цепи со свода потолка — Что вот так просто
— Да блядь вот так вот просто
Прошла Оксана мимо комода, касаясь лепестков алых роз, стоящих в вазе, нагнула аккуратно бутон, вдыхая их сочный душистый запах, тонкость которого сводила её разум с ума.
— Просто назови мне свои условия — держа бутон розы на кончиках пальцев, вдохнула Оксана этот завораживающий аромат — И я тебе сразу скажу, согласна я или нет!
— А если я просто сейчас зайду в эту комнату и расскажу про ваши намерения Громовым?
«Этого нельзя допустить, о чём я только думала, когда пыталась заключить что-то подобное с этой сукой», нервно прикусывая губу, предположила Оксана сразу для себя неблагоприятный исход.
— Чего ты хочешь?
Раздраженно, шепотом прошипела Оксана, сжимая пальцы в кулаки, едва сдерживая себя в руках, посмотрела случайно на портрет Громовой висевшей в золотистой рамке на стене. Картина хозяйки дома, была огромных размеров, женщина изображена на нём была в тёмно-синем длинном платье, золотого века, на её голове была шляпа цилиндр. В руке она держала веер, в глазах Громовой был строгий строптивый взгляд, отражающий частичку раскрепощенной похоти.
— Ну, давай говори — подошла Оксана к картине, коснувшись пальцами, деревянной рамки, покрытой тонким слоем золота — Что замолчала?
— Мне просто смешно — мило улыбнулась девушка отошла от двери, разговаривая тихим голосом, так чтобы находившиеся за дверью люди, её не могли услышать — Как легко всё-таки вас поставить на колени
— Лучше заткнись — прошипела Оксана, недовольно подходя к закрытой двери комнаты, играя выраженно упругими бёдрами, прошла мимо рыжеволосой девушки
— А вот спроси лучше её — услышала Оксана голос Громовой, когда открыла дверь, заметила сразу женщину в белом платье, указывающую на дверь — Ах…. Оксана дорогая, ты уже здесь
Сделала ловко вид Громова, что будто предстоящего разговора и не было, женщина умело переменилась в мимике на лице.
— Проходи пожалуйста я хотела с тобой поговорить
— Оксана Владимировна — уверял Громов, выступая на шаг вперед к Оксане — Не слушайте её, эта женщина явно не в своём уме и я категорически против, чтобы вы, хоть как-то поддерживали с ней отношения
— Вот значит, как ты заговорил теперь Громов — подлой улыбкой, отразила Громова на лице удивление, а так же нежную ранимую натуру — А ведь когда-то мы с тобой были на одной стороне
— Мы никогда Татьяна с тобой не были на одной стороне
— Оксана я согласна принять — сделала вид Громова, будто слова мужчины и его резкая критика задели её до глубины души — Условия Громова и прийти к сыну, просто как посторонний человек
— Но почему? — удивлённо спросила Оксана, оставаясь стоять у входа, оглядела обстановку розовой комнаты хозяйки и гламурный винтаж
— Стоп! — был не согласен Громов, вновь выступая вперед, встал между Оксаной и Татьяной Васильевной — Я еще ей разрешения не давал, приходить к сыну, которого она сама бросила, я был его отцом и это мой сын
— Сергей Викторович — была вне себя Оксана и чувствовала себя неуютно, озираясь по сторонам, потом, выражая неловкость, посмотрела на пол в комнате — Возможно, не стоит так критично относиться к тому, что мать хочет увидеть своего сына
— Возможно, ты не учитываешь мнение Оксаны — играя глазами так, оспаривая такое утверждение, говорила Громова, сделав шаг навстречу к Оксане
— Оксану Владимировну это не касается — резко отрезал Громов, не желая слушать просьбы этой женщины — И вообще изучите лучше карту, что вам передали ваши коллеги больнице
Кинул он небрежно медицинскую карту пациента на кровать, после чего кивком головы Оксане, намекнул, чтобы отвлечь её внимание от разговора с Громовой.
— Займитесь лучше моим сыном — распорядился Громов, даже не желая посмотреть, как медицинская карта упала на кровать
— Я вам ни какая-то дешевая собака
Нахмурив от обиды нижнюю губу, с обидой ответила Оксана, заметив взгляд мужчины в этой комнате, посчитала нужным, отойти к кровати, на которую упала карта пациента.
— Хорошо я лучше посмотрю эту карту
— Ты что серьёзно думаешь, что можешь манипулировать мною через Оксану Владимировну?
— Но ведь Оксана так не считает — ухмыльнулась Громова, пожав плечами — Она наоборот рада тому, чтобы я встретилась со своим сыном, даже сама хочет это устроить
— Не впутывай её сюда пожалуйста — был не согласен Громов с мнение этой женщины — Оксана Владимировна займитесь лучше изучением и попытайтесь нам помочь
Открывая медицинскую карту, Оксана недовольно посмотрела на спорящего мужчину и женщину, но всё же послушно продолжала смотреть на раскрытую страницу проделанной ЭКГ.

Продолжительность деполяризации увеличивается — соответственно, на ЭКГ расширяется и желудочный комплекс QRS. Он превышает нормативные 90 мсек (в связи с тем, что импульсу приходится «обходить» блокированную ножку пучка Гиса) и становится раздвоенным.
Длительность QRS составляет 90 — 120 мсек (при полной блокаде и более).
В случае НБПНПГ (неполной блокадой правой ножки пучка Гиса) участок QRS на ЭКГ в отведениях V1-V2 имеет форму RsR’ — кажется, что это заячьи уши (причем, левое выше правого).
Впадина волны S становится шире и глубже в левых отведениях — I, AVL, V5-V6.
Поскольку меняется направление реполяризации, возникает косонисходящая депрессия ST, при этом Т приобретает отрицательные значения в V1-V2 (как при перегрузке правого желудочка)
По мере наблюдения за пациентом, отмечается учащенный признаки пароксизмальной тахикардии, мужчина часто впадал в обморок, чувствовал упадок сил. Признаки низкого артериального давления становились всё чаще. Оксана стала развивать картину, связывая вместе митральный стеноз и пароксизмальную тахикардию, представляя внутри полости сердца мужчины, аномальное образование. Имея лишь в обоснование тень в левом предсердии, что находилась рядом с устьем правого желудочка.
— Мне нужна Торакотомия
Продолжая какая-то время смотреть в раскрытые страницы медицинской карты, заявила Оксана, стараясь не обращать внимания на двух ругающихся между собой мужчины и женщины.
— И поскольку вы Сергей Викторович являетесь его опекуном
Рассказывала Оксана, посмотрев на них обоих в комнате, держа пальцы одной руки на страницах медицинской карты пациента.
— Я хотела бы попросить у вас разрешения на эту процедуру
— Почему Виктор Валентинович не провёл её раньше? — подстраховываясь, задал рисковый вопрос Громов, оторвавшись от спора с белокурой женщиной, с которой находился в одной комнате
— Она представляет собой некий риск
— Какой риск? — потребовал Громов спокойно от Оксаны ответа, продолжая на неё серьёзно смотреть, отошёл от женщины, словно она для него не представляла больше интереса спора
— Если у пациента неоперабельный рак — предположила Оксана — Я могу его не вытащить с операционного стола, есть риск летального исхода
— Не обсуждается! — сразу возразила Громова, не желая дальше слушать обсуждения Оксаны
— Это не твой ребёнок — упрекнул Громов, возражения белокурой женщины — Поэтому закрой свой рот и молчи, пока тебя не спросят
— Да как ты смеешь! — воскликнула Громова, раскрывая выразительно алые, накрашенные помадой, губы — Да еще и в моём доме
— Который я для тебя оставил!
— Ты…..! — хотела Громова возразить, но заметила суровый взгляд мужчины, всё-таки решила не искушать судьбу — Оксана скажи что-нибудь, ты ведь обязана, оговори его от этого
— Эту процедуру смогу провести я
Заявила Оксана, мило улыбнулась Громову в ответ и сохранив прекрасное очертание ямочек на щечках, посмотрела на женщину, которая стояла посреди комнаты, словно как бедный родственник.
— Я постараюсь свести риски к минимуму — стараясь казаться убедительной, говорила Оксана, продолжая сидеть на постели — И приму все необходимые меры по подготовке к этой процедуре и её проведению
— Ты же не думаешь что……?
— Тебя Татьяна — грозно предупредил Громов, обернувшись назад, лицо мужчины было задумчивым и в смятении, он словно не мог принять важное для него решение — Тут никто собственно и не спрашивал
— Уверяю — убедительно говорила Оксана, пытаясь произвести впечатление на Татьяну Васильевну, биологическую мать пациента — Я позабочусь о вашем сыне, когда буду проводить эту процедуру, но она необходима, без неё я не смогу ни от чего отталкиваться
Рассуждала Оксана, оставаясь сидеть на постели хозяйки этого дома, положив ладони обеих рук на покрывало, которым кровать была застелена.
— А мне нужны идеи — говорила Оксана, состроив жалкий, чувствительный нежный, ранимый взгляд, понимающе смотрела на Громову — А их у меня нет!
— Ты угробишь моего сына! — прокричала Громова, посмотрев недовольным взглядом на Оксану, потом на мужчину, с которым находилась в комнате, женщина хотела его переубедить
— Татьяна прекрати! — возразил Громов, заметив как белокурая женщина, уже теряла контроль над своим разумом, он держал её за плечи не давай подойти к Оксане
— Если бы был другой вариант — уверяла Оксана в безвыходности ситуации, оставаясь сидеть на постели — Я бы воспользовалась им, но Виктор Валентинович уже всё исключил
— Это исключено! — повторила еще раз своё решение Громова
— Ты тут ничего не решаешь — направляясь к выходу, Громов держал за руку белокурую рьяную женщину — Иди пока остынь там, в коридоре, мы здесь всё обсудим и решим без тебя
— Ты не можешь меня выгнать из моего же дома
— Еще как могу — выталкивая Громову через открытую дверь, заявил он — Что я сейчас и сделаю
— Если с моим сыном что-то случится — пытаясь оставаться в проходе открытой двери, кричала Громова — Я заставлю тебя пожалеть об этом Оксана
— Не обращайте на неё внимания — вытолкнул Громов белокурую женщину из комнаты — Она дура и возможно не в своём уме
— Это я уже заметила — мило улыбнулась Оксана
«Блядь Громова ведь не шутит, может не стоит проводить эту процедуру, она даже убивать будет медленно так, чтобы я мучилась», последние слова Громовой, словно эхом отдавались в голове Оксаны, когда она как каменная окаменев от ужаса, смотрела на закрытую дверь в комнате.
— Может не стоит этого делать — произнесла тихо и не уверенно Оксана, чувствовала себя неудобно перед тем, что произошло на её глазах
— Простите
Искренне извинился Громов, не понимал неловкости момент, когда Оксана стала вести себя застенчиво, беспокоясь за себя, из-за услышанного, когда мужчина закрыл дверь.
— Я вас маленько не понял
— Я говорю что не стоит возможно проводить эту процедуру
— Но почему? — мило улыбнулся Громов, отошёл от закрытой двери, встав посреди комнаты, удивлённо смотрел на Оксану, когда она от волнения нервно кусала себе губу — Я вас не понимаю
Оксана заметила взгляд Громовой, когда мужчина закрыл за ней дверь, буквально вытолкнув женщину из комнаты, в тот момент она смотрела именно на неё так, заставив пожалеть об этом.
— Если эта процедура может помочь моему мальчику
Утверждал Громов, медленно к кровати, на которой, терзая себя страхом и зная прекрасно эту белокурую женщину, не могла унять панику, что истязала её разум.
— Я просто вынужден вас уговорить её провести
«А что если представить, что та тень в сердце за новообразование, тогда нужно осмотреть рентгенографию легких пациента и его флюорографию», размышляла Оксана, представляя тень в сердце за полостное образование, формация которых, стала возрастать в размерах.
— Послушайте, я не видела в этой папке результатов рентгена легких и флюорографии вашего так называемого сына — задумчиво произнесла Оксана, продолжая сидеть на постели, вспоминая прошлый снимок рентгенографии пациента, что она видела до этого
— Что вы имеете в виду?
Поинтересовался Громов, наблюдая задумчивое выражение лица Оксаны, когда она пыталась отвлечь себя от мысли, угрозы, белокурой женщины, которую силой вытолкали из комнаты.
— Вам разве этих данных, что я вам привёз недостаточно?
— Я не знаю, с чем я имею дело — вставая с постели, оставляя на ней карту, уверяла Оксана, играя шикарной красотой бёдер, направилась к выходу из комнаты — Мне нужно провести флюорографию вашему сыну, перед этой процедурой
— Что вы собираетесь там найти?
— Скорее всего что я боюсь там именно не найти
— О чём вы? — остановил он дверь, Громов вцепился в дверь, которую открыла Оксана, вынуждая её обратить на себя всё внимание
— Вот смотрите
Уныло вздохнула Оксана, состроив кислое выражение лица, когда смотрела на Громова, как он усердно держал дверь пальцами, когда она хотела выйти из комнаты.
— Всё сводится к его сильной утомляемости и падению артериального давлению
— Ну и что из этого? — не понимал, к чему клонит Оксана, спросил Громов, продолжая держать дверь, не выпуская её из комнаты, пока она всё ему не объяснит
— Похоже, есть всему этому разумное объяснение
— Ну так расскажите же мне
— Поверьте — открыла дверь Оксана, как только Громов убрал руку, она выставила указательный палец, оборачиваясь, перед его лицом — Если расскажу, вы пока не сможете этого понять
— А вы попробуйте! — настаивал Громов, отошёл к кровати, на которой Оксана оставила карту, после чего заново вернулся
— У вас нет медицинского образования — переступая через порог открытой двери, Оксана, звонко стукая каблуками надетых на ногах, фиолетовых туфель, наступила на пол мраморной плитки
— И вы думаете всё обосновано на этом?
Поинтересовался Громов, покидая комнату, когда Оксана дождалась его облокотившись на стену в коридоре, с завистью посмотрела на портрет хозяйки дома, облизывая при этом смачно губы.
— Просто постарайтесь мне объяснить — подошёл он к Оксане, положив руку к ней на плечо, заметил, что она на него не обратила никакого внимания — Куда вы смотрите?
Посмотрел Громов туда куда смотрела Оксана, на портрет хозяйки дома, потом вновь на неё и то как он красиво провела кончиком языка по поверхности губ, желая себе подобный портрет.
— Вы смотрите на неё — ухмыльнулся мужчина, отошёл от Оксаны — Татьяна любит себя и этого у неё не отнять, дорогие вещи, дом, словно мавзолей, элита гостей и девочки, с обложки журналов
— А в душе у неё огромная дыра — добавила Оксана, отошла от мужчины, направляясь по коридору среди мраморных стен, красиво виляя бёдрами
— Которую я ей честно говоря вырезал — рассказывал Громов, направляясь по коридору вслед за Оксаной — Когда забрал у неё её же сына и привил ему свою любовь, я для него отец, а моя жена, ему больше мать, чем она
— Правильно иногда говорят — встав у входа в гостиную, обернулась Оксана с пустым выражением лица — Мать не та, что родила, а та, что воспитала и вырастила
— Вам этого не понять — отчаянно произнёс Громов
— Почему это? — ухмыльнулась Оксана, вошла в гостиную, посмотрела как Громова, сидела на диване с бокалом шампанского в руке, бросив на них с мужчиной пустой безразличный взгляд
— У вас ведь нет своих детей
— У меня есть дочь — выставила Оксана указательный палец, перед лицом Громова, обернувшись, делая ему замечание и обращая на сказанное акцент — И что вы там не подумали и не сказали, она моя дочь, я её вырастила, выкормила и вылечила сама
Указала Оксана пальцем на себя, выражая перед мужчиной настойчиво страдания, словно душевную боль, которую она перенесла, за прошедшие годы.
— Она моя дочь, вам ясно!
— Ой да господи что так кричать — возразила Громова, не оборачиваясь, белокурая женщина сидела на диване с бокалом шампанского в руке — У меня голова от тебя уже раскалывается
«Дура конченная, я тебя блядь ненавижу», ненавистно Оксана выразила свои эмоции, когда не могла даже возразить этой женщине.
— Давайте скорее уедем из этого дома
— Что толку
Была не согласна Громова с таким утверждением, как только Оксана вошла в гостиную на втором, выражая строгий критикующий взор царицы, обвив пальцами талию, прошла по помещению.
— Если хоть что-то с моим сыном случится — пригрозила Громова, посмотрев в сторону Оксаны с таким же чувством недовольства — Я заставлю тебя за это ответить
— Татьяна прекрати! — возразил Громов, встав у дивана, рядом с белокурой хозяйкой, когда она с безразличием отпила с бокала глоток шампанского — Оксана Владимировна пытается помочь!
— Я даже слушать не хочу — отвернула взгляд Громова, в тот момент в гостиной, между Оксаной и этой белокурой женщиной возникла сильная напряжённость, пугающая её сознание, чувством страха, которое невозможно было сдержать — Я её предупредила, пускай решает сама!
— В таком случае господин Громов — отошла Оксана, от обиды поджав губу — Я отказываюсь принимать участие в лечение вашего сына
— Значит твоего сына! — повернулась Громова, посмотрела на мужчину в черном костюме, который стоял напротив дивана, на котором она сидела — Теперь так ты это называешь?
— Прекрати!
Повысив голос на эту женщину, Громов словно знал как её угомонить и успокоить, он наверно был единственный в этом доме, да на всём полуострове, кто мог унять пыл этой блондинки .
— Ты бросила его тогда — утверждал он, как будто пытаясь что-то донести до этой женщины, Громов даже поднял тон своего голоса, почти до крика — Тебе тогда он был не нужен
— Ты меня даже не спросил
Отчаянно с обидой она отвернула от него взгляд, на глазах Громовой, словно стали, появляться слёзы, горя, которое она испытывала и посмотрела на мужчину, он не мог этого понять. Поставив бокал с шампанским на стол, Татьяна Васильевна, взяв из рядом стоящей белой сумочки шелковый платок, и его кончиком, протёрла, вытекающую с глаза слезу. Набравшись гордости, белокурая женщина, посмотрела вновь на Громова, словно хотела донести до него ту самую пустоту, что выедала душу этой женщины.
— Ты просто его забрал — прижав ладонь к груди, обвив её пальцами, старательно, отражая боль разочарования, говорила Громова — И ушёл
— Ты видела тогда себя! — был не согласен Громов — Ты просто была законченной алкоголичкой, опустилась до наркотиков, не удивлюсь, что ты даже сейчас на них сидишь
— Это лишь временное удовольствие — почти шепотом, тихим голосом, ответила Громова, отворачивая, взгляд, словно не могла смотреть больше на мужчину, который стоял перед нею
— И как долго тебе понадобилось времени, чтобы это понять? — поинтересовался Громов, смотрел на женщину, словно как на посмешище
— Не так долго — отчаянно произнесла взгляд блондинка, взяв снова бокал с руку — Как осознать мою разлуку, с моим же сыном
— Тебе он был не нужен — утверждал Громов, пытаясь вразумить женщину, что встреча с её сыном, будет глубокой ошибкой
— Откуда тебе знать? — прокричала Громова, отражая на лице разочарование, стекающих по щекам слёз — Ты меня даже не спросил
— Потому что спрашивать было уже некого
Направился Громов к ступенькам лестницы, что вели на первый этаж гостиной, на которых стояла Оксана, покорно ожидая, когда они закончат сцену их бесконечного скандала.
— И прекрати уже себя так вести — подошёл он к перилам лестницы, Громов, обернулся, посмотрел в последний раз на блондинку — Если хочешь, чтобы я хоть как-то позволил тебе увидеть сына
— Зачем вы так? — была не согласна Оксана, обращаясь к мужчине, начиная вместе с ним спускаться по ступенькам лестницы — Она же уже во всём раскаялась и просто хочет увидеть сына
— У неё это пройдёт
— Вы сейчас очень сильно её оскорбили — пыталась убедить Оксана, действуя в личных интересах, что мужчина был не прав, когда позволил себе высказать всё то, что он о ней думает
— Её нельзя оскорбить — спустился Громов по ступенькам, сошёл на первый этаж в гостиную, мужчина обернулся и подал руку Оксане, за пальцы которой она взялась, чтобы спуститься
— Спасибо — поблагодарила Оксана его, любезно при этом, улыбаясь, обернулась и посмотрела наверх, заметила, как завистливо Громова, находясь на втором этаже гостиной, смотрела на них, держа бокал в руке — Может, стоит вам разрешить, чтобы она увидела своего сына
«Блядь ненавижу, когда эта сука, так на меня смотрит, но еще больше не хочу то чтобы она включила запись разговора, Громову», обернувшись, держась за пальцы мужчины, Оксана, опасаясь, посмотрела на белокурую женщину, стоящую у ограждения с бокалом в руке.
— Чего вы так к ней прицепились? — удивился Громов, держась за руку с Оксаной, направился с ней по гостиной — Вам, что Оксана Владимировна, вдруг стало жалко эту гарпию?
— Ну она во-первых не гарпия
Еще раз обернулась Оксана, чтобы убедить, что Громова не следит за ними, но женщина всё так же стояла у балкона на втором этаже, отпивая глоток шампанского с бокала, наблюдая за ними.
— А вполне солидная милая женщина
— Уверяю вас Оксана Владимировна
Подошёл он держась за руку с Оксаной к большим двустворчатым белым дверям на выходе из дома, который своим мраморным изобилием больше был похож на музе или мавзолей.
— Она еще вас удивит
— Да вот буквально вчера удивила
Ухмыльнулась Оксана, подошла с Громовым к закрытым дверям, мужчина услужливо открыл перед ней одну из створок, она сразу же ощутила свежесть прохладного утра на своём теле.
— Так что я до сих пор отойти не могу
Покидая дом, переступая через порог, Оксана встала на каменное большое крыльцо, заметила, что был расположен на холме, откуда внизу доносилось мелодия биения волн о скалы.
— Ну а во-вторых
Сохраняя любезность улыбки на лице, рассуждала Оксана, подойдя к ступенькам крыльца, посмотрела на каменный фонтан, который был усеян листьями увязшей листвы.
— Она просто хочет увидеть своего сына
Пожав плечами, рассуждала Оксана, наблюдая за серыми оттенками скал и пейзажа, гор которыми был окружен дом, находясь на холме, яркими лучами, просеивалось зарево рассвета.
— Я вот лично плохого тут, ничего не вижу — рассказывала Оксана, чувствуя, как прохлада воздуха, охватывает её тело
— Вы теперь на её стороне? — подошёл Громов к черному седану, марки BMW, открыл перед Оксаной заднюю дверь, предлагая ей первой войти в салон
«Ну не могу я ему взять и рассказать, как Громова, меня поймала на крючок, он меня прямо в машине придушит тогда», мило улыбнулась Оксана, прикусывая краешек губы, терзая себя волнением, что находится под давлением женщины, которая смотрела на них через окно в доме.
— Где мы находимся?
Поинтересовалась Оксана, стараясь не смотреть на белокурую женщину, в окне, наблюдающая за ней и Громовым, когда садилась в салон автомобиля, на черное кожаное сиденье.
— Я не знаю этих мест
— Вам и не нужно — мило улыбнулся Громов, располагаясь рядом с Оксаной на заднем сиденье машины, после того как она пододвинулась к противоположной двери
— Но могу я знать, где хотя бы нахожусь?
Потребовала Оксана, посмотрела сначала на Громова, как он влезал в салон следом за ней, расположился тоже на заднем сиденье, потом перевела взгляд на брутального мужчину, брюнета.
— Наверно это вы мне можете рассказать
— Оксана Владимировна — уныло вздохнул Громов, закрывая за собой дверь, кивнул своему водителю, чтобы он начал движение, мужчина за рулём, увидев такое согласие от своего начальника, тут же плавно тронулся — Поверьте, вам это знать не обязательно
— Я даже не слышала, как она была заведена — мило улыбнулась Оксана, почувствовала как плавно тронулся седан, хотя до этого не слышала работу его двигателя
— Это гибрид — ответил Громов, сохраняя любезность улыбки, по мере того как автомобиль плавно направлялся к выезду из особняка
— Вот как — раскрывая в красивой форме губы, Оксана посмотрела на колонны свода арки, через которые медленно проезжала машина, так же перевела взгляд на увядшие кусты зелени, листва на которых уже осыпалась — Я всё равно не понимаю что это такое
— Это комбинированный привод автомобиля
Пояснил Громов, когда Оксана смотрела на опустевшие кусты и деревья, мимо которых проезжал автомобиль, словно зелень, не прижилась к ним, а листья быстро засохли и опали на землю.
— Может ездить как на бензине, так на электричестве с батареи
— Интересно — стараясь поддерживать приятный разговор, Оксана отвернулся взгляд от серых оттенков гор и каменистой почвы и блеклого моря, волны которого бились о скалы
— Не знали, что такое бывает?
— А вы мне подарите такой один? — поинтересовалась Оксана, мило состроив очертание выразительных ямочек на щечках
— Извините Оксана Владимировна это военный образец — отказал Громов, играя с Оксаной в любезности улыбки — Правительственный автомобиль, для перевозки важных чинов
— Что же — сделала вид, что будто обиделась Оксана, нахмурила губки — Не больно то и хотелось
— Но обещаю — заметив эту обиду, добавил Громов, когда Оксана снова стала смотреть в окно на океан, по склону холма которого двигался автомобиль — Если вы поможете моему сыну, я вас отблагодарю так, как вы сами этого хотите
— Знаете господин Громов
Повернулась Оксана снова к нему, утопая в нежности кожаного сиденья, ощущала теплоту и ласку его материала, облокотившись головой, на мягкий подголовник.
— Порой — говорила Оксана, состроив интригу разговора, коснулась пальцами колена своей ноги, продолжала внимательно смотреть на мужчину, что сидел перед ней, изучая его взгляд, вдыхая глубоко парфюм, пропитавший его тело — Я не верю в пустые обещания
— Слишком часто разочаровывались?
— Достаточно часто — скрупулёзно улыбнувшись, ответила Оксана, нахмурив в момент улыбки брови — Чтобы теперь верить в сказки
Отвернула Оксана взгляд в сторону окна, будто бушующие волны моря, ей стали вдруг более интересны, чем физиономия Громова, который пытался её как-то воодушевить, придать веры в чувства людей. Автомобиль плавно двигался по склону, ухабам гравийной дороги, когда внизу был океан и скалы, о которые бились его волны, создавая морскую густую пену, когда Оксана медленно закрыла уставшие веки глаз, предпочла насладиться радостям от этой поездки.
***
Автомобиль плавно прошёл охраняемый периметр военного госпиталя, на входе которого стояла вооруженная охрана с автоматами. В воздухе летали дроны, охраняя периметр, боевые машины фиксировали всё на видеокамеру и передавали на сервер больницы, всю снятую информацию.
— Господи — выразила впечатление Оксана, когда седан минул первый КПП и въехал в больничный военный лагерь — Какая же тут охрана
Обратила Оксана внимание на стоявшие бронетранспортёры, у поста, а так же вооруженных солдат, постоянно несущих караул. По периметру стояли вышки, на которых шёл постоянный дозор снайперов, высокий каменный забор, сверху ограждённый колючей проволокой.
— Зачем тут такая сильная охрана? — обратилась Оксана, посмотрев любознательно на Громова
— Это секретный военный город
Пояснил Громов, мило улыбнувшись Оксане, когда она с удивлением рассматривала боевые фортификации, вооруженных сил, пока машина на въехала в цветущий, хорошо ухоженный сад.
— Правительство Российской Федерации тратит не малые деньги на его безопасность
— Это я уже заметила — поджав с ухмылкой губу, ответила Оксана — Господи какой красивый сад
— Как будто вы его раньше не видели?
— Ну не с этой стороны — любознательно Оксана рассматривала тополь, берёзу и ясень, листва на которых еще была в зелёных оттенках уходящего лета
— Здесь работаю садовники — рассказывал Громов, пока Оксана любовалась цветочными клумбами, мимо которых проезжал автомобиль — Мастера своего дела, мы стараемся поддерживать счастливой атмосферой, наших сотрудников
— Это я уже заметила
Ухмыльнулась Оксана, наблюдая, как автомобиль плавно объехал здание и направляясь к главному крыльцу, у которой постоянно стояли две дежурившие газели скорой помощи.
— Когда была в особняке жены вашего брата
— Ну Татьяна это особенная эгоистичная личность
Продолжил говорить Громов, пока Оксана осматривала сад цветущих деревьев, рядом с больничным военным комплексом.
— Ей всегда было плевать на сына, как вдруг, узнав, что он в больнице, она вдруг решила вспомнить свои материнские чувства
— Она всегда была такой?
Поинтересовалась Оксана, наблюдая за двумя девушками, в белых халатах, стоящих на ступеньках крыльца, рядом с которым медленно у обочины, остановился седан.
— Ну, такой бессердечной сукой — добавила Оксана, когда Громов ничего не ответив, а просто продолжал любознательно на неё смотреть — Или моменты, когда она себя считала матерью, доброй и радушной женщиной
— Ну, доброй и радушной её не назовёшь
Похлопал он водителя по плечу, после чего Громов, открыл дверь седана, протянув руку Оксане, после того как сам вылез из машины и ступил на тротуар пешеходной дорожки.
— Но она была чуточку добрее
Рассказывал Громов, когда Оксана взялась за его кончики пальцев, предложенный ей руки, прищуривая взгляд, от ярких лучей дневного солнца, покинула тёмный салон остановившегося автомобиля.
— Когда мой брат еще был жив
— Что всё-таки произошло?
Спрашивая его, Оксана прикрыла ладонью лоб, чтобы не смотреть на яркие лучи солнечного света, когда стояла на тротуарной дорожке, после чего Громов, закрыл за ней дверь машины.
— Как всё-таки умер ваш брат
— Это секретная информация — ответил Громов, когда Оксана взяла его под руку и они подошли по тротуару к пешеходной дорожке — Я не могу вам её рассказать
— Он был военным — мило улыбнулась Оксана, игриво коснулась листьев берёзы, как только подошла к пешеходной дорожке — И поэтому вы не можете рассказать, что было с ним
— Я не могу вам рассказать — утверждал Громов, начиная переходить с Оксаной проезжую часть к больничному комплексу — Потому что у вас нет необходимого уровня допуска
— Я не смогу помочь — возразила Оксана, когда они с Громовым подошли к тротуару главного крыльца военного медицинского комплекса — Если вы не расскажите мне всей правды
— Поверьте — мило улыбнулся Громов, когда Оксана отошла от него и подошла к кусту, пышно распустившейся сирени, взявшись за её фиолетовую кисть, наклонилась, чтобы впитать в себя этот душистый аромат уходящего лета — Придёт время я вам
Продолжил рассуждать Громов, наблюдая за тем, как Оксана наклонилась и вдохнула, держа на ладони, перед носом кисть сирени, запах который завораживал её сознание.
— Кстати тут же в комплексе есть архив
Пояснил Громов, прошёл за спиной у Оксаны, когда она выставила упругие бёдра, вдыхая в себя запах сирени, словно сходила с ума по такому тонкому вкусу.
— Если дело зайдёт в тупик я дам вам его
— Оно уже зашло — обернулась Оксана, держа на ладони кисть сирени, рядом с носом, обращаясь к мужчине, который проходя мимо, обратил внимание, на её выставленные упругие бёдра
— Не настолько — был не согласен Громов, направляясь к ступенькам главного крыльца — Чтобы я позволил вам копаться в военных делах нашего министерства
— Ваш сын тогда умрёт! — отпуская кисть сирени, обернулась Оксана, посмотрела на мужчину в черном элегантном делом костюме — Как же вы не понимаете, чем больше вы будите от меня скрывать причину смерти его отца, я не смогу разобраться, что его сейчас убивает
— Я не могу позволить вам пока читать это дело
— Он сам умер? — поинтересовалась Оксана, наблюдая за Громовым, хотела заметить его мимику на лице, убедиться, что этот мужчина ей не соврёт — Или может ему кто-то помог
— Он мучился от боли, когда умирал
Пояснил Громов, поднимаясь с Оксаной по ступенькам крыльца больничного комплекса, обратил внимание, как она завистливо смотрела на двух молодых девушек мимо которых они проходили.
— В последнее время, даже морфин не помогал ему должным образом
— Морфин?
Задумчиво произнесла Оксана, обращая пристальное внимание на бёдра шатенки и блондинки, стоявших на ступеньках девушек, от которых так приятно пахло запахом малины и смородины.
— У него, что был рак?
— Я вам этого не говорил!
— Скажите тогда Сергей Викторович
Угрюмо Оксана нахмурила брови, поднявшись на крыльцо комплекса, за стеклянными дверьми которого уже виднелись рамки металлоискателя и солдаты, стоявшие на посту.
— Зачем вы тогда похитили меня?
— Это стоило огромных ресурсов
Рассказывал Громов, когда Оксана вновь взяла его под руку, направляясь по крыльцу, звонко стукая каблуками, надетых на ногах туфель по мраморной плитке.
— Пришлось подключить ФСБ и государственные разведывательные структуры
— И зачем? — мило улыбнулась Оксана, когда они с Громовым подошли к стеклянной двери и мужчина перед ней открыл её, пропуская войти первой
— Вы предпочитаете остаться в плену у этой ненормальной, что опутала вас магией гипноза?
— Почему она не за решеткой?
Переступая порог открытой двери, вошла Оксана, наступая сразу на мраморный, почти зеркальный пол, обернулась и суровым, выражающим недовольство взглядом посмотрела на Громова.
— Эта дура играла с моим сознанием
— Которое вы сами перед ней и раскрыли
Выставив указательный палец вверх, пояснил Громов, когда вошёл в вестибюль больничного комплекса, специально говорил так, чтобы Оксана обратила на него внимание.
— Если бы сами не впустили бы её в свою голову — рассказывал он, когда Оксана, пользуясь его обольщением и властным — Смогла бы она так легко манипулировать вами?
— Я блядь вообще жалею — недовольно Оксана выражала свою точку зрения, переходя через рамку металлоискателя, посмотрела на солдат с автоматами, дежурившим возле неё — Что пошла в этот клуб, притон, в котором она работала и зарабатывала неплохо
— И чего же ей тогда не хватало
— Родственной души
Выйди из рамки металлоискателя, мило улыбнулась Оксана солдату в военной форме, что с каменным лицом, при виде Громова, нёс своё дежурство на посту, но при этом не упустил момента взглянуть на её бёдра.
— Человек, сознание которого было в её руках
Пояснила Оксана, обернулась, положив руку на талию, дождалась пока Громов, пройдёт через рамку металлоискателя, выставила упругие ягодицы, гордо состроила взгляд царицы.
— С которым она с радостью бы провела остаток своих дней
— И ваших
— Что простите? — не поняла последнего ответа Оксана, посмотрела на Громова внимательно, оставаясь стоять в холле больничного комплекса
— И вашим сознанием игрушки
Рассказывал Громов, когда Оксана, пользуясь его влиянием в комплексе, взяла мужчину под руку, направилась к ступенькам лестницы, ведущим на верхние этажи этого здания.
— Куклы — уточнил он, мило улыбнувшись Оксане — С которой она бы играла, как захотела
— Это точно — состроив кисло выражение лица, поджимая от обиды нижнюю губу, согласилась Оксана с такими доводами
— Но не смотря на это моим людям всё-таки удалось вас разыскать
Утверждал Громов, поднимаясь с Оксаной по ступенькам лестницы, лестно при этом улыбнулся спускающимся вниз двум девушкам в медицинских белых.
— И теперь чтобы снова не стать куклой
Добавил потом Громов, остановившись на площадке между лестничными пролётами, встав у стены на которую облокотилась Оксана, согнув красивым изгибом ногу, внимательно его слушала.
— Вы должны мне помочь
— Да вот только — ухмыльнулась Оксана, стоя у стены, облокотилась на неё каблуком, надетых на ногах туфель — Пырнуть меня ножом, была вашей идеей?
— Мы всё исправили — словно оправдывался Громов — Можете посмотреть на ваш живот, на нём ни царапины, наложили косметические швы, ультратонкие, что даже изучая ваш живот под микроскопом, там ничего не увидишь
— Продвинутая технология — похвалила Оксана, отошла от стены — Даже я до сих пор зашиваю пациентов хирургическими нитями, но таково мне не приходилось видеть
— Надеюсь, тот инцидент с ножом теперь решён?
«Ну пиздец, сейчас я покажу ему инцидент», была вне себя Оксана, не могла сдержать порыв ярости, бурных эмоций, бушующих в её сознание, устроив вихрь разбитых осколками чувств.
— Послушайте господин Громов
Была не согласна Оксана, наступая на ступеньку лестницы, перед вторым этажом, обернулась она, посмотрев на Громова, когда он всем своим видом дико извинялся за случившееся.
— Я вам не груша — недовольно высказывала Оксана собственное мнение, на обращая внимание на проходящих рядом двух мужчин в белых халатах, подняла тон голоса чуть ли не до крика, обращая на себя внимание всех проходящих мимо — Которую можно тыкать!
— Уверяю вас — подошёл Громов к Оксане и коснулся выставленной её руки, указательный палец который, показывал в его сторону — Я ничего такого даже и не думал
— Ага, как же — вновь высказывая возражения, громко говорила Оксана, так что люди в холле и на лестничном марше, посмотрели в их сторону — Тогда что это было, разве……
— Оксана Владимировна — был не согласен Громов с тоном голоса, который инициировала из себя Оксана, привлекая всеобщее лишнее внимание к их беседе — Прошу вас, тут люди, которые работают на меня, не стоит подрывать мой авторитет перед ними
— Иначе что?! — прокричала Оксана вне себя, отдёрнув свою руку, не позволяя Громову вновь к себе прикоснуться
— Иначе я начну задумываться над тем
Подошёл он ближе к Оксане, разговаривая шепотом озираясь на проходящих рядом двух девушек в белых халатах, с интересом смотрящих в их сторону.
— Почему бы мне вас обратно не превратить в марионетку для этой Анны
— Вы это можете? — поинтересовалась Оксана, из личного интереса, снизила свой тон до шепота, боясь до ужаса оказаться в бездне сознания, в которое её погрузила темноволосая девушка, опутывая властью гипноза — Простите Сергей Викторович, я возможно была не права
— В следующий раз — спокойно переменил тон голоса, на нормальный разговор, говорил Громов, когда прошёл мимо Оксаны — Не пытайтесь подрывать мой авторитет, перед людьми и работающими на меня, мне кажется, у нас с вами уже случалось?
— Давайте так — выдвинула условия Оксаны, когда мужчина в черном костюме прошёл у неё за спиной, она обернулась в его сторону — Я помогу вам с вашим сыном…..
— Давайте вы будите Оксана Владимировна делать всё то, что я вам скажу — был не согласен Громов — У меня на носу конференция, на которой я должен предоставить факты, о том, что мой сын не был отравлен в Иране, другими работающими там агентами, прочих стран
— Он не был отправлен
— Почему вы так уверен?!
— Да потому что — начиная подниматься вместе с Громовым, рассказывала Оксана, держась да поручень мраморной плитки перил — Он бы умер
— Мои врачи там предположили что это отравление
— Ваши врачи? — мило улыбнулась Оксана — Интересно, кто же они
— У меня тут свой отдел Оксана Владимировна — рассказывал Громов, поднимаясь дальше по ступенькам на второй этаж — Все работаю на меня, разведка, ФСБ, информационный отдел, обладающий серией шпионских спутников, думаете, как мы так легко вас нашли?
— Впечатляет — встав на развилке коридора, поднявшись на второй этаж, выразила своё мнение Оксана, посмотрела удивлённо на Громова, когда он стоял рядом — А можно будет мне один из ваших правительственных автомобилей, как презент того, что я вылечу вашего сына
— А что быть куклой той брюнетки вас уже не устраивает
— Ну я ведь всё-таки не так много прошу
— Я огражу вас от неё — ответил Громов — По-моему, этого будет более достаточно, учитывая то, какие вы мне тут за время своего пребывания, создали проблем
— В самом деле?! — была не согласна Оксана, развела руками, отчаянно посмотрела на мужчину, считая себя обиженной — И это всё, за то, что я вам пытаюсь помочь
— Пока за то время что вы здесь
Уточнил Громова, повернувшись в сторону Оксаны, когда хотел направиться дальше по коридору второго этажа, в сторону реанимационного отделения.
— Кроме проблем от вас Оксана Владимировна — рассказывал Громов, продолжая недовольно смотреть на Оксану — Я не увидел ничего полезного
— Может такой мой стиль работы — мило улыбнулась Оксана, скрасив очарование милым изгибом скул, отразив на них милой красоты ямочки
— Ваш стиль стал слишком ущербным
— Вы сами меня наняли — сохраняя улыбку на губах, подошла Оксана к мужчине, играя обворожительными бёдрами, прошла мимо него — И кстати где мой лакей, который должен ждать тут с белым халатом и маской, не могу же я так войти в реанимационное отделение
— О…. нет-нет-нет — возразил с ухмылкой Громов на лице — Хотите войти туда, тогда вам нужен халат, макса и колпак, а так же одеть бахилы
— Да и где же мне их взять? — поинтересовалась Оксана, недовольно посмотрев на мужчину, который схватил её за руку, заставляя обратить на себя внимание, когда она обернулась
— Вот идите сначала в клинику и возьмите их там
— А что если я — выдернула Оксана свою руку, когда мужчина ослабил хватку на её запястье — Вот так вот просто, возьму и войду туда
— Оксана Владимировна хватит! — возразил Громов, крепче сжал запястье Оксаны, не позволяя ей вырваться — Вы и так тут устроили, бог знает что, поставили мою репутацию, как отделения разведывательной службы, под сомнения
— Господи что за шум — недовольным сонным голосом, зевая, ответила белокурая девушка, открывая дверь реанимационного отделения, держа на согнутой в локоть руке белый халат, а в другой колпак и стерильную маску на лицо — Я как узнала, что ваша машина прошла пункт КПП, сразу же приготовила халат, колпак и маску
— Спасибо Марина Павловна
Поблагодарил искренне Громов, обращаясь к блондинке, что вышла из отделения реанимации, в белом халате, на её голове был колпак, скрывающий её объём обворожительной прически.
— Но это было не обязательно
— Нет обязательно! — возразила Оксана, когда подошла к девушке, словно выхватила из её руки висевшей на локте халате, недовольно посмотрела ей в лицо, пытаясь уловить тот карий взгляд, что скрывался в очках, надетых на её глазах — Иначе как я войду туда
— Вам пришлось бы идти в клинику — утверждал Громов, когда Оксана, разрываясь от недовольства, одевала на себя халат — И брать его там, где вы его и оставили
— Ну, сейчас же! — с усмешкой, возразила Оксана, явно была не согласна с доводами Громова
— Это ведь не подобает королеве
Насмехаясь, ответила Марина Павловна, словно как хотела унизить привилегию Оксаны, прошла у неё за спиной, пока она одевала на себя халат, посмотрела на неё, как на пустое место.
— Как же сама Оксана Владимировна пойдёт за своим
— Прекрати язвить! — прошипела Оксана, огрызнулась в ответ, обернулась, посмотрела с оскалом на знойную блондинку, насмехающуюся над ней
— Пока вы развлекались Оксана Владимировна — недовольно говорила Марина Павловна, пока Оксана надевала на себя халат — У пациента случился приступ Тампонада Сердца
Тампонада сердца — клинический синдром, связанный с резким нарушением функции сердца и системной гемодинамики вследствие быстрого накопления жидкости в полости перикарда и подъема внутриперикардиального давления. Тампонада сердца может проявляться дискомфортом в груди, мучительной одышкой, тахикардией, тахипноэ, парадоксальным пульсом, артериальной гипотонией, набуханием яремных вен, обморочным состоянием, шоком.
— Похоже что мне тут делать нечего — уклончиво, ответил Громов
«Ну уж нет, если она сказала что у пациента была тампонада сердца, значит, дело уже идёт к острой стадии перикардита, а это уже явно, есть над чем задуматься», предположила Оксана, не желая отпускать Громова, так быстро от себя.
— Так стоять! — оставив пуговицы халата не застёгнутыми, возразила Оксана, вцепившись в кисть руки Громова — Может уже пора рассказать, в чём тут дело, почему вам так легко прикрыться, простым отравлением вашего сына, чем просто рассказать, что блядь тут происходит?
— Поверьте Оксана Владимировна если было бы всё так просто
— Ваш блядь сын!
Прокричала Оксана, злобно состроив оскал, посмотрела на мужчину, обернувшись, указала пальцем на закрытые двери, реанимационного отделения.
— Там умирает, если тампонада сердца, значит, плеврит уже перешёл в острую стадию, значит, пора рассказать, с чем мы имеем там дело?
— Оксана Владимировна а вам не пора ли поработать в клинике
— Вы блядь издеваетесь?! — грязно выражаясь, Оксана удивилась легкомыслию этого мужчины
— Ладно — уныло вздохнул Громов, понимая что Оксана пой мала его — Я скора вам дам знать
— Как я могу прочитать дело о смерти вашего брата? — сразу пошла на попятную Оксана, застёгивая пуговицы белого, надетого на себе халата — Мне нужен отчет о вскрытии
— Он находится в архиве — мило улыбнулся Громов, словно не желая перед Оксаной раскрывать свои карты — Архив, кстати тоже здесь, но вам туда нельзя, там нужен ключ-доступ
— Но так проведите меня
— Еще не время
— А когда блядь будет время?! — прокричала Оксана, не понимая смысла увиливания этого мужчины, продолжая грозным взглядом смотреть на него — Когда будут вскрывать вашего сына, когда Громова будет потрошить меня?
— Всему своё время — выставил он руку, не давая Оксане наседать на него, когда она подошла к нему слишком близко вплотную — Поверьте!
— Да нет у него времени! — пытаясь убедить Громова в обратном, Оксана вдруг по его выражению лица, поняла, что её все слова, словно как об стенку горохом
— Я свяжусь с начальством — развернулся он к Оксане спиной и направился к ступенькам лестницы, что вели вниз — Возможно я как-нибудь смогу вам предоставить материалы
— Знаешь кого-нибудь
Дождавшись, когда Громов начнёт спускаться, Оксана обернулась, застёгивая пуговицы белого халата, обратилась к белокурой девушке, стоявшей у закрытых дверей отделения реанимации.
— Кто сможет украсть у него эту ключ-карту?
Подошла Оксана к блондинке, заметив на её лице улыбку, удивилась тому, как она вообще может выражать подобие, хоть какой-то радости.
— Это по-твоему блядь смешно? — возразила Оксана на её улыбку — Вот я тут нихуя смешного не вижу, не могу даже понять причину твой радости
— У вас яйца больше чем у Виктора Валентиновича — произнесла она так, словно восхищаясь смелостью Оксаны
— Я знала что у моего бывшего ректора их нет
— Ваш бывший ректор даже заикнуться про это боялся
— Я не он! — была не согласна Оксана с таким сравнением, продолжая смотреть в глаза блондинки, перед которой стояла, застёгивая пуговицы, надетого на себе белого халата
— Если не боитесь последствий — словно блондинку, завораживала сама идея, которой горела Оксана и поэтому она выражала перед ней улыбку лести — Я могу отвлечь на себя внимание Громова, а вы проберетесь к нему в кабинет
— Значит всё остальное на мне?! — была не согласна Оксана с таким решением
— Вы же хотите попасть в архив
— Блядь ну почему мне самая грязь достаётся — уныло Оксана опустила голову, посмотрев на пол, на котором стояла, каблуком легонько постукала по мраморной белой плитке
— А почему вы не спросите об этом нашего пациента?
— Странно
Ухмыльнулась задумчиво Оксана, отражая на лице сарказм, взяла из рук девушки медицинский колпак, поправляя волосы, одела его на голову.
— Интересно, почему ты за всё это время, не спросила его сама?
— Он нем как рыба на счёт того — рассказывала она, передавая маску в руки Оксане, когда она надела на голову колпак — Что касается его служебной деятельности на территории Ирана, честно говоря, я глубоко сомневаюсь, что он там вообще был
— Стой-стой — возразила Оксана, надела на лицо стерильную медицинскую маску, скрывая его нижнюю часть — А как ты смогла догадаться, что он не был в Иране
— Мне кажется — открывая дверь перед Оксаной, рассказывала блондинка, пропуская её войти первой в отделение реанимации — Громов нам лжёт, а наш с вами пациент, настолько предан своему делу, что даже, зная что он умрёт, всё равно заберёт с собой его тайну
— Вот как! — изумилась Оксана в улыбке, наступив каблуками на кафель белой плитке на полу отделения, стены и пол которой были белоснежны и идеально вычищены
— Он не хочет говорить не про то где он был и то чем он занимался
— Кажется Громов загнал меня в тупик — задумчиво ответила Оксана, продолжая стоять на входе в отделение, дожидаясь пока её собеседница, переступит порог — Зачем он тогда спасал меня?
— Ему нужен идеальный врач — пояснила Марина Павловна, встав рядом с Оксаной в коридоре, посмотрела на неё, через одетые на глазах очки — Который, не сможет распутать головоломку, которую он грамотно преподнесёт прессе
— На мои поиски он потратил целое состояние — утверждала Оксана, никак не могла понять, почему Громов не хочет предоставить ей все материалы этого дела — Время, связи и теперь просто хочет, слить то, чего он так добивался
— Виктор Валентинович даже уже руки опустил после очередной тампонады сердца нашего пациента — продолжила рассуждать Марина Павловна, направилась вместе с Оксаной по коридору реанимационного отделения
— Очередной?
— Приступ повторялся неоднократно
Говорила с улыбкой на губах девушка, когда Оксана остановилась, она обошла её, встав спереди, внимательно посмотрела ей в глаза.
— Да тут целый букет как пароксизмальная тахикардия, брадикардия, блокада правой ножки пучка Гиса, тампонада сердца и бог знает чего еще
— И тень в левой части сердца — добавила Оксана, пытаясь сопоставить всё воедино — Вы наверно не заметили, но у него тень между левым предсердием и желудочком, что объясняет митральную недостаточность
— Скорее всего, это что-то со снимком — возразила Марина Павловна — Виктор Валентинович и я не видели на снимке никакой тени
— Вы блядь либо слепые — грязно выразила Оксана свои мысли, прямо перед лицом белокурой девушки в белом халате — Либо тупые и не хотите понимать очевидное и не видите проблему глубже
— Ладно, хорошо — вздохнула отчаянно Марина Павловна, не желая спорить с Оксаной и попусту тратить время — Я отвлеку вам на себя внимание Громова, пока вы пройдёте к нему в кабинет и возьмёте ключ карту себе, потом сами проникните в архив
— Там хранится дело нашего пациента?
— Там хранятся дела всех — рассказывала, словно восхищалась блондинка — Кто участвовал в тактических операциях, как внутри нашей страны, так и в других странах
— Отлично — согласилась Оксана, проследовав следом за девушкой по отделению реанимации, посмотрела на медсестру на посту, заполняющую отчёты, непрерывно стуча пальцами по клавиатуре компьютера — То, что мне нужно!
— Но если Громов вас всё-таки застукает
Предупредила Марина Павловна, белокурая девушка в белом халате, прошла у Оксаны за спиной, выставив указательный палец в резиновой тонкой медицинской перчатке.
— Вы же понимаете, надеюсь Оксана Владимировна
Говорила она с ухмылкой в голосе, обошла пост медсестры, за которым сидела дежурившая медсестра, что была повлечена в работу так, стараясь не замечать суть их беседы с Оксаной.
«Эта сука, что меня совсем уже за дуру держит, пора показать ей, насколько глубоко она может ошибаться и как нелепо, она может выглядеть в моих глазах», испытывала Оксана втайне неприязнь к говорящей с ней блондинке.
— Что не при каких обстоятельствах
— Да я понимаю….. — прерывая реплику блондинки, в белом халате, скрепя зубами, ответила Оксана, пытаясь не подавать вида на эмоции, раздирающие на мелкие части её сознание
— Вот и хорошо — улыбнулась скрытой улыбкой Марина Павловна, девушка, красиво играя своим телом, прошла по кафелю плитки пола, к палате пациента, сына Громова — Давайте я покажу вам как чувствует себя наш пациент сегодня
— Когда была последняя Тампонада? — поинтересовалась Оксана, направляясь по реанимационному отделению, двери и стены палат пациентов, проходивших экстренную терапию здесь, были стеклянными, на большинстве из них не было даже замков — Судороги, что-нибудь еще, коллапс?
Коллапс — остро развивающаяся сосудистая недостаточность, сопровождающаяся снижением тонуса кровеносного русла и относительным уменьшением ОЦК. Проявляется резким ухудшением состояния, головокружением, тахикардией, гипотонией. В тяжелых случаях возможна утрата сознания.
— Нет — возразила блондинка, когда подошла к стеклянной двери палаты Громова, касаясь пальцами в резиновых перчатках, дверной ручки — Коллапса не было
— Странно — задумчиво произнесла Оксана, когда девушка открыла перед ней дверь палаты пациенты, позволяя ей войти первой, оставаясь при этом по другую сторону
Что странного? — поинтересовалась Марина Павловна, с любопытством смотрела на Оксану, когда она обернулась и посмотрела на белокурую девушку в ответ
— Оксана Владимировна — обратился хриплым осипшим голосом пациента, откашлявшись в кислородную маску, у него на лице — Долго же вас пришлось ждать
— Возникли некоторого рода трудности — отошла от открытой двери Оксана, не обращая внимания на блондинку, которая всё еще стояла по ту сторону порога, продолжая ждать от неё ответа
— Так что странного
— То, что я не уверена теперь что это вообще рак
— Рак? — переспросила удивлённо Марина Павловна, так и не решаясь зайти в палату
— Похоже, когда я вас видела вчера
Удивилась Оксана, посмотрев еще раз на пациента, обратила внимание, на снижение массы его тела, когда на тумбочке перед ним стояли тарелки с едой, к которой он не притронулся. Потеря аппетита, была еще одним симптомом, который предположила Оксана, заметив, что он даже не может смотреть на еду.
— Вы были чуть полнее — интересовалась Оксана, направляясь по палате, смотрела то на изобилие мясных блюд, которым был щедрым ассортимент, а так же фруктов и соков — Что случилось, вы даже к еде не притронулись
— Знаете кх…. — откашлялся он в маску, тугим кашлям, с мокротой, после чего снял с лица маску, мужчина, что лежал на кровати, стал кашлять в руку с такой силой, что когда он разжал кулак, на его ладони были капли крови — Что-то как-то не хочется
«Кровохарканье, похоже, то что ему тут дают не помогает», посмотрела Оксана на столешнице, напротив кровати пациента, как лежала упаковка «Натрия тиосульфат».
Натрия тиосульфат — лекарственный препарат в виде инъекций, обладающий детоксикационным, противовоспалительным, десенсибилизирующим, антипаразитарным, противочесоточным эффектом, являющийся антидотом при интоксикации солями тяжелых металлов, цианистоводородной кислотой и ее солями, галогенами и токсичными циклическими соединениями. Он применятся также при аллергии, артрите, чесотке и невралгии.
— То что ему дают — была уверена Оксана, продолжая смотреть на распечатанную упаковку с ампулами для инъекции, медленно подходя к столешнице — Прописал кто?
— Виктор Валентинович — опуская голову, ответила Марина Павловна, переступая порог открытой двери-купе — Он всё же убеждён, что парня отравили, поскольку нет никакого логического обоснования у нас, думать, что это иначе
— Если его отравили — утверждала Оксана, выкинув упаковку с ампулами в урну, стоящую рядом со столешницей — Почему тогда он, по-твоему, еще жив?
— Не знаю…. — растерянно она развела руками, но с недовольным взглядом, она посмотрела на урну, в которую Оксана выкинула упаковку лекарств с ампулами
— Дай стетоскоп — потребовала Оксана, протянула руку, когда у девушки висел на шее стетоскоп
— Зачем?
— Дура блядь! — огрызнулась Оксана, грязно выругавшись матом — Зачем еще он нужен
— Что вы надеетесь узнать?!
— То что вы все пытаетесь отрицать
Уточнила Оксана, взявшись за ушко стетоскопа, стянула его с шеи блондинки, направляясь, держа стетоскоп в руках, к кровати пациента, когда он вытирал ладонь от крови об полотенце.
— И как интересно Виктор Валентинович — утверждала Оксана, когда подошла кровати, взяла кислородную маску в руку и протянула её парню — Мог допустить подобное
— Потому что вариантов других больше нет! — возразила раздраженно Марина Павловна — А вы всё тень в левом предсердии
— Хм….. — задумчиво ухмыльнулась Оксана, одевая стетоскоп, когда пациент лёг обратно на подушку и надел на лицо кислородную маску — Ладно давай посмотрим — прислонила она ушко стетоскопа к груди пациента
Произведя пальпацию, сердечной области, прежде чем прислонить ушко стетоскопа к груди пациента, Оксана выявить «кошачье мурлыканье» — пресистолическое дрожанье, перкуторно границы сердца смещены вверх и вправо. Такая симптоматика, обладая данными аускультации, когда Оксана, выслушивая тона сердца, с помощью стетоскопа, обнаружила хлопающий I тоном и тоном открытия митрального клапана («митральный щелчок»), наличием диастолического шума.
— Выраженная митральная недостаточность
— Это еще ничего не доказывает — была не согласна Марина Павловна, когда девушка продолжала стоять, посредине реанимационной палаты пациента
— Хорошо — рассуждая, согласилась Оксана, убирая ушко стетоскопа от груди пациента — А теперь просто представь эту самую тень в сердце и сопоставь её с выраженной митральной недостаточностью
— Без торакотомии этого не докажешь
— Именно — одобрительно кивнула головой Оксана — Но даже я не могу провести такую процедуру с ним, не имея перед собой, никаких обоснований
— Вам нужно прочитать результаты вскрытия его отца
— Вскрытия отца? — ничего не понимая, произнёс парень, на что сразу обратила внимание Оксана, прикинувшись сразу, что сказала оплошность
— Не твоего — мило улыбнулась, Оксана коснулась его кожи плеча, почувствовала, как на поверхности его частички выделяли пот
«Пота выделение, еще не обоснование, но уже близко», предположила Оксана, не имея достаточного оправдательного вердикта, проводить, столь серьёзную процедуру.
— Тогда какие результаты вскрытия вам нужны
Сердцебиение пациента, значительно увеличилось, что зафиксировало на приборе жизнеобеспечения, признаки резкого увеличения сердечных сокращений сразу до 180 ударов.
— Про что вы обе тут говорите
— Вам следует что-то предпринять — показала Марина Павловна на результаты кардиограммы сердца, которые постоянно снимали показания сердцебиение больного
— Инъекцию Ритмадона быстро!
Вскрикнула Оксана на девушку, когда она стояла за её спиной, наблюдая спокойно за тем, как пациент испытывал очередной приступ пароксизмальной тахикардии.
— Ну что встала? — повторила Оксана тем же голосом, так что девушка, стоящая за её спиной, вздрогнула от её крика
Ритмодан
Показания к применению:
Лечение и профилактика: наджелудочковая и желудочковая экстрасистолия (в т.ч. при неэффективности лидокаина), пароксизмальные нарушения ритма (наджелудочковая тахикардия, узловая тахикардия, мерцание и/или трепетание предсердий, узловая реципрокная тахикардия при синдроме WPW, желудочковая пароксизмальная тахикардия); поддержание синусового ритма после лекарственной или электрической кардиоверсии, восстановление синусового ритма (после открытого хирургического вмешательства на сердце при мерцании или трепетании предсердий); профилактика нарушений ритма при катетеризации сердца; ГКМП (в сочетании с мерцанием предсердий).
Противопоказания:
Гиперчувствительность, ХСН IIб-III ст., закрытоугольная глаукома, артериальная гипотензия, гиперплазия предстательной железы, удлинение интервала Q-T, AV блокада II-III ст., кардиогенный шок, СССУ, печеночная и/или почечная недостаточность.C осторожностью. Предшествующая терапия ЛС, вызывающими брадикардию, AV блокада, беременность, период лактации.
— Вы же понимаете — хотела Марина Павловна предупредить, пытаясь заранее предостеречь Оксану от ошибки — Что у нашего пациента атриовентрикулярная блокада третей степени
— Я возьму всё ответственность на себя! — заявила Оксана, когда девушка подошла к столешнице и достала из выдвинутого ящика нужный шприц, она тут же выхватила его у неё из рук
— В таком случае — ухмыльнулась она радостным голосом, после того как Оксана вводила содержимое шприца в интродъессер катетера, на руке пациента — Я просто обязана донести это до Виктора Валентиновича
— Нет времени — утверждала Оксана, медленно начиная давить на поршень шприца, пока не ввела всё содержимое в катетер
Введённый препарат в катетер пациента, оказал брадикардический эффект за счет снижения автоматизма синусового узла. Данный эффект не устраняется введением атропина. Поступая в кровь пациента, он обеспечивает неконкурентное тормозящее действие на альфа— и бета-адренорецепторы, без полной их блокады. Последствия, которого обеспечивают замедление синоатриальной, атриальной и атриовентрикулярной проводимости, что более выражено на фоне тахикардии. Оксана обратила внимание на приборе жизнеобеспечения пациента, что начинает замедляться проводимость и удлиняет рефрактерный период дополнительных предсердножелудочковых путей.
Фармакокинетика:
Количество введенного парентерально амиодарона в крови очень быстро снижается в связи с насыщением тканей лекарственным средством и достижения им участков связывания; действие достигает максимума через 15 минут после введения и исчезает приблизительно через 4 часа.
Для достижения тканевого насыщения необходимо продолжать внутривенное или пероральное введение. Во время насыщения амиодарон накапливается, особенно в жировой ткани, а равновесное состояние достигается в течение периода от одного до нескольких месяцев.
Амиодарона гидрохлорид имеет длительный период полувыведения, который составляет от 20 до 100 дней. Основной путь выведения — через печень с желчью; 10 % вещества выводится почками. Из-за низкой почечной элиминации Амиодарон можно вводить пациентам с почечной недостаточностью без коррекции дозы.
— Что вы мне ввели? — вцепился он в кисть руки Оксаны, как только она извлекла шприц из клапана катетера, вставленного в правой руке пациента
— Похоже тебе стоит немного отдохнуть — заметила Оксана, что на приборе жизнеобеспечения, сердцебиение пациента, постепенно вернулось в его прежний ритм до состояние брадикардии
— Что вы мне….. — не смог он договорить, держась за кисть руки Оксаны, парень, потерял сознание, продолжая смотреть на неё карим пустым взглядом
— Назначь ту медсестру
Выронила Оксана шприц, испугавшись взгляда парня, когда он последнее мгновение на неё смотрел пустым стеклянным взглядом, заставляющим разжать пальцы, которые сжимали его.
— Что со мной работает в клинике — распорядилась Оксана, всё никак не могла отойти от шока, оцепенения, в которое она впала, когда смотрела с ужасом в глаза парня, что держал её за руку
— Я не буду ей приказывать — возразила Марина Павловна, подчеркивая свой отказ жестом руки, словно перечеркивая в воздухе — Вот сами идите и просите её
— Блядь тебе что сложно?
Огрызнулась Оксана, посмотрев со страху, продолжая всё еще дышать учащенно, переживая тот момент, когда вцепившись в её руку, он смотрел на неё взглядом полного оцепенения.
«С этой дурой спорить себе дороже, пусть лучше я сама схожу в клинике и аккуратно попрошу ту медсестру, пока она отвлечёт на себя внимание Громова», предположила Оксана, когда посмотрела на девушку, с которой лицом к лицу, оказалась в одной палате пациента.
— Ладно, я сама ей скажу — уныло вздохнула Оксана, понимая, что никак не сможет убедить свою собеседницу — А ты можешь отправляться к Громову
— Постарайтесь не задерживаться
Отчаянно посмотрела блондинка на парня, что лежал на больничной койке с надетой кислородной маской на лице, когда он находился без сознания, от введённого в его кровь препарата.
— Я не смогу долго задерживать Громова — направляясь к выходу из палаты, говорила Марина Павловна, встав у открытых дверей, посмотрела еще раз с чувством сарказма на пациента
— Ну постарайся
Кусая нервно губу, Оксана пыталась скрыть волнение, того, как из её памяти всё никак не мог уйти взгляд этого парня, когда он, оцепенев, вцепился в её руку, когда она ещё держала шприц.
— Насколько это будет возможным выманить его из кабинета
— Не задерживайтесь — выглядывая из-за двери, с улыбкой в голосе, ответила блондинка, находясь уже по ту сторону, в отделении реанимации
— Иди уже — свесив голову, Оксана скрепя зубами прошипела, в тот момент, когда Марина Павловна, оставила её наедине с пациентом, задвигая при этом дверь-купе за собой
«Блядь-блядь-блядь, что я же чёрт возьми делаю», прислонила ладонь ко лбу, Оксана сняла с головы колпак, когда её золотистые волосы, разом расправились и приобрели пышный объём.
Скинув колпак на пол кафельной плитки в палате, Оксана с пустым взглядом смотрела на пациента, когда он без сознания, лежал на больничной койке. После чего направляясь к выходу, Оксана аккуратно отодвинула дверь, переступила через порог. Дежурившая на посту медсестра, отвлеклась в этот момент на пациента, когда Оксана, направляясь ускоренно, озираясь через несколько шагов назад, на палату, из которой она вышла. Оставаясь незамеченной, пока медсестра, занималась пациентом, в реанимации, оказывая ему экстренную помощь, Оксана покинула отделение, открывая стеклянные двери, держась за пластиковую ручку. Направляясь уже по коридору больницы, в тот момент, когда дверь, реанимации закрылась за спиной, Оксана, отражая объём золотистых волос и красоту тела в каждом шаге, гордо поднимая голову. В сознание Оксаны, бушевала стихия страсти, подавленности и паники, она понимала, что нарушает закон и играя с людьми, шутки с которыми опасны для её жизни. Встав у окна в коридоре больницы, Оксана нервно теребила, зажав пальцами занавеску, беспокоясь за свою судьбу, смотрела на качающуюся еще зеленую листву сада, рядом с комплексом, нервно при этом, кусая краешек нижней губы, никак не могла успокоиться от пережитого шока.


Облокотившись на спинку мягкого кресла, Оксана закрыла медленно глаза, чувствуя, как прохладный дневной воздух проникал через открытое окно в кабинете клиники. Медсестра, что сидела напротив за столом, что-то забивала в компьютер, стуча непрерывно пальцами по клавиатуре. Держа, в одной руке стаканчик с кофе, Оксана вдыхая его запах, сладость будоражащей карамели, пока в другой руке, медленно поднесла ко рту заварное пирожное, обволакивая его губами. Легонько кусая пирожное зубами, Оксана словно млела от вкуса таянья сгущенного молока во рту, закрыв глаза, хотела больше придаться сладости лакомства. Приятная сладость момента утешения была нарушена стуком в дверь, от чего Оксана раскрыла в недовольстве, уставшие веки лазурных голубых глаз.
— Да-да войдите — ответила медсестра, не оборачиваясь, после чего дверь открылась и на пороге стояла рыжеволосая девушка в военной форме
— Извините к вам можно на приём? — вежливо обратилась девушка, вдобавок ко всему, когда переступая через порог, отдала честь, жеста приветствия которого, Оксана явно не поняла
— Девушка вы, что не видите? — недовольно Оксана, возмутившись тому, как её гармонию тишину нагло нарушили — У меня обед, приходите через час и может быть
Указала Оксана пальцем на входную дверь, через которую вошла в кабинет, рыжеволосая офицер в камуфляжной форме, отдавая честь, в знак приветствия.
— Если у меня будет желание — вновь откусила Оксана эклер, который держала в руке, смачно его пережёвывая, словно растворялась в его будоражащей сладости — Я вас приму
— Оксана Владимировна — обратилась, изнурённо при этом, вздыхая — Это боевой офицер, лучше вам принять её сейчас, пока Громов окончательно, вам тут разнос не устроил
— Ладно — так же поддержала медсестру, мучительным вздохом, облизнув пальцы и запив сладость кофе, Оксана отложила эклер, обратно в пакет с недовольным выражением лица, что её трапезу прервали, смотрела на непрошенную пациентку — С чем пожаловали
Состроив лестно улыбочку, Оксана хотела скрыть всё то недовольство, что словно сочилось из неё, подобно лаве из жерла вулкана.
— Прошу располагайтесь на стуле — указала Оксана взглядом пустых глаз на стул, рядом со своим рабочим столом — И может быть, я вас выслушаю
— Оксана Владимировна! — обратилась недовольно Вероника Игоревна, упрекнув Оксану в том, как она лестно скрывала злость на то, как в рабочее время, её трапезу прервали непрошено
— А что сразу я?
Мило улыбнулась Оксана, продолжая смотреть на девушку, рыжеволосого привлекательного офицера, что гордой походкой, играя пластикой тела, прошла по кабинету, толкая пальцами дверь.
— Ну если честно вы прервали мой обед
Нахмурив отчаянно губки, положила Оксана ноги на край стола, откинувшись на спинку кресла, стала рассматривать ногти, которые совсем недавно покрыла тонким алым лаком.
— А я сегодня даже не завтракала
— Оксана Владимировна! — вновь возмущённо, высказывая недовольства, обратилась Вероника Игоревна — Это офицер, окажите хоть какое-то приветствие
— Простите конечно — так же недовольно и гордо, заявила рыжеволосая пациентка, расстёгивая воротник надетой на ней спецовки — Но у меня запись
Указала она коготком на поверхность стола, после того как нагло вытолкнула ноги Оксаны с его края, вынуждая её вести себя с уважением к ней.
— И вам, как бы этого не хотелось — присаживаясь на стул, говорила пациентка, показывая гордость и доминирующие качества характера перед Оксаной — Придётся меня принять
«Вау…. да она немного охуела, в моём рабочем кабинете, со мной так обращаться, у неё похоже яйца из-под юбки торчат», предположила Оксана, состроив взаимную понимающую улыбку, испугалась того выражения, с которым не неё смотрела рыжеволосая пациентка.
— Вероника ты могла бы нас оставить?
Поинтересовалась Оксана, обращаясь к девушке, медсестре, сидевшей напротив, когда белокурая девица аккуратно пододвинула карту пациентки к ней, заметив фамилию офицера на спецовке.
— Я хотела бы лично провести осмотр нашей — подтянула к себе Оксана карту пациентки, которую медсестра лично для неё достала из стопки и аккуратно пальцами пододвинула к ней
— Как пожелаете — мило улыбнулась Вероника Богданова, вставая со стула на котором сидела, лестно улыбнулась пациентке — Я буду в столовой, хотя если вам понадобиться помощь
Разговаривала она с Оксаной, продолжая с тем же сарказмом смотреть в её сторону, как будто хотела упрекнуть её за неуважение к офицеру вооруженных сил.
— Смотрите не сделайте снова чего-нибудь опрометчивого — выражая упругие бёдра, белокурая девушка, проследовала к закрытой двери в кабинете
— И так — не обращая внимания на доводы с упрёком от белокурой сотрудницы, обратилась Оксана к рыжеволосой пациентке, с тёмным цветом, почти каштана — С чем пожаловали?
— Знаете доктор
Обратилась она сменив тон голоса не вежливый, после того как белокурая девушка покинула кабинет, закрыв за собой дверь, предварительно вильнув бёдрами на выходе.
— Меня беспокоят боли с левой стороны рёбер и груди — стараясь теперь казаться милой, говорила пациентка, когда в тот момент, Оксана желала ей отомстить, за то что она нарушила её покой
— С левой стороны рёбер и груди? — поинтересовалась Оксана, неустанно посматривая на часы, что весели на стене напротив кресла, где она сидела, стрелка которых доходила до двух часов дня
— Да — подтвердила она, утвердительно кивнула головой, соглашаясь с Оксаной — Резкие и колющие, вы не знаете, что это может быть, такое чувство, будто вся моя левая сторона ноет
— Что же — кивнула Оксана в сторону смотровой кушетки, что находилась за ширмой, вставая при этом с кресла, оставляя первую страницу карты пациентки открытой
«У меня нет времени с ней возится, придётся её на время вырубить, но потом я вернусь к ней и всё попытаюсь объяснить», размышляла Оксана, волнуясь, что времени почти не осталось и ей нужно срочно покинуть кабинет и направиться к Громову за ключ картой от военного архива.
— Давайте пройдём к смотровой кушетке — указала Оксана на белую ширму, за которой находилась смотровая кушетка — Где я вас смогу осмотреть
— Да-да конечно — казалась она взволнованной, но её внешность и комплекция тела, внушали для Оксаны доминирующие качества — Мне раздеться?
— Да-да конечно — любезно улыбнувшись, Оксана проследовала за этой женщиной, в тайне её даже опасаясь, но и в тоже время не могла тратить на неё своё время — Снимите всю форму
— Всю? — удивлённо посмотрела она на Оксану, встав рядом с белой ширмой — Но зачем
— М….. — задумчиво некоторое время, Оксана испуганно на неё таращилась — Так мне будет лучше вас осмотреть и не волнуйтесь, так я быстро смогу понять, причину, того, что вас беспокоит
— Что же — сохраняя любезность улыбки, женщина начала расстёгивать молнию, надетой на ней спецовки, снимая которую, положила на спинку рядом стоящего с кушеткой стула — Как скажите
— Именно так я и скажу — Оксана, словно язык проглотила когда, обратила внимание, на руки этой женщины, беспокоясь так, что даже не хотела с ней шутки шутить — Раздевайтесь
— Знаете — рассказывала она, оставаясь стоять в черной майке, которая эластично подтягивала форму её груди — Они бывают под вечер, когда я собираюсь спать ложиться и иногда днём, как прихватит
— Что же
Смотрела Оксана, как женщина снимает с себя камуфляжные штаны, предварительно нагнувшись, отразила упругие мощные ягодицы, развязала шнурки на ботинках и разулась, скинув их на пол.
— Давайте мы вас посмотрим
— Раздеваться полностью? — поинтересовалась женщина, встав у смотровой кушетки, скинув спецовку на рядом стоящий стул и поставив ботинки рядом
— Да вы знаете — мило улыбнулась Оксана — Наверно придётся полностью
— Но зачем? — поинтересовалась она, переспросив, посмотрев любознательно на Оксану, когда она отошла к столешнице в кабинете, взявшись за ручку, выдвинула верхний ящик
— Я хочу провести осмотр — доставая шприц с фенозипамом, положила его в карман белого надетого халата, Оксана тут же закрыла за собой ящик
— Ладно
Мило улыбнулась женщина, снимая с себя черную, обтягивающую майку, когда Оксана подошла к ней и ощутила притягательность завораживающей коллекции, палитра которой имела название «Attar Collection Hayati». Сочными сладкими нотами ягод малины, экзотическими солнечными аккордами ананаса на душистом фоне соблазнительных спелых лесных ягод открывается аромат, наполняясь в дальнейшем развитие композиции роскошными цветочными оттенками, фруктовыми нотами сливы и ягод черной смородины, воздушными сладкими акцентами взбитых сливок и теплым пряным аккордом меда. Нежный чарующий шлейф парфюма Attar Collection Hayati соткан из тончайших оттенков восточной пудровой ванили, вкусными освежающими акцентами мороженого и чувственными мускусными оттенками.
— Как скажите — освобождая шикарную грудь из-под черной майки, она положила её на стул
— Да и нижнее белье тоже снимите — указала Оксана на черные трусики, надетые на рыжеволосой девушке, оттенок волос, который имел, цвет тёмного каштана
— Зачем? — удивилась она, причём тут же выражая перед Оксаной недовольство
— Ну хочу вас хорошо осмотреть — заявила Оксана, подойдя к кушетки наблюдая, как женщина покорно снимала с себя трусики
— Ладно как скажите — присев на кушетку, она сомкнула ноги вместе, словно чего-то стесняясь
— А сейчас я поставлю вам небольшой укол — попросила разрешения Оксана, доставая из кармана шприц, сосуд которого был наполнен фенозипамом
— Зачем? — поинтересовалась она, опасаясь того как с ухмылкой на глазах, Оксана сняла колпачок с иглы, надавливая пальцем на поршень, так чтобы жидкость потекла
— Он снимет симптомы — убеждала Оксана, присаживаясь рядом с женщиной, когда она встала перед ней на кушетке на четвереньки
— Но зачем мне нужно было раздеваться догола? — спросила она, когда Оксана ввела ей в ягодицу иглу шприца и начала медленно вводить содержимое, вдавливая поршень
— Поверьте — уверяла Оксана, взяв рядом с тумбочки ватку, смоченную в растворе медицинского спирта, прижала её к месту инъекции — Так будет лучше
— Лучше для кого — взялась пациентка за ватку, продолжая удивлённо смотреть на Оксану — Что вы задумали?
— Успокойтесь — уверяла Оксана, помогая пациентке, прижимая ватку к бедру, месту инъекции, стараясь не выдавать себя — Вам нужно отдохнуть
— Знаете я возможно…..
Не успела она договорить, как тут же рухнула смотровую кушетку, лишившись остатка сил и сознание, когда действие фенозипама, окончательно разрушило её разум.
«Вот и отлично, надеюсь час, другой у меня есть, а пока я её тут свяжу, как хорошо что у кушетки есть ремни», мило улыбнулась Оксана, бросив шприц в урну рядом со смотровой кушеткой, начала тут же привязывать руки пациентки к смотровой кушетке.
Некоторое время, Оксана, используя кожаные ремни, приковала пациентку к смотровой кушетке, после чего направилась к рабочему столу, на поверхности которого лежали ключи от кабинета.
— Теперь самое главное — взяв с края стола, лежавшие ключи от двери в кабинете, Оксана вновь направилась к кушетке, где без сознания, лежала привязанная пациентка — Не попасться на глаза Громову
С отчаянием она посмотрела на девушку, привязанную ремнями к смотровой кушетке, после чего взяла её трусики и нагло вставила ей в рот так, чтобы она не могла сама от них освободиться.
— Так наверно будет лучше — мило улыбнулась Оксана, поскольку ей нравилось издеваться над девушкой, которую сама же ловко вырубила, инъекцией фенозипама
Подойдя к выходу из кабинета, Оксана, обвив пальцами дверную ручку, легким нажатием на неё открыла дверь, переступая порог пустого коридора, покинула кабинет. Вставая ключ в замочную скважину, Оксана, сделав два оборота, закрыла дверь за замок. После чего убирая ключи в карман, направляясь по пустому коридору, звонко стукая каблуками, надетых на ногах туфель. Всё это время, пока Оксана направлялась по больничному комплексу до кабинета Громова, испытывала волнение, сила которого была не подвластна её разуму. Посмотрев в окно на макушки качающихся за стеклом деревьев, сада, на ветках которых еще сохранилась зелёная листва.
«Только бы Громова не было в том кабинете, только бы он ушёл куда-нибудь, оставив ключ карту на столе», предполагая для себя лучший вариант, Оксана, кусая нервно губу, направлялась по пустому коридору, в конце которого были лакированные двустворчатые двери.
На лестничной площадке, между пролётами лестничных маршей, мимо которых Оксана прошла, услышала голос Громова, он как будто с кем-то разговаривал с какой-то женщиной. Стараясь не придавать этому значения, Оксана, ускорив шаг, подошла к закрытым двустворчатым дверям.
— Вы что-то хотели? — поинтересовалась темноволосая девушка, секретарша, что была в приёмной его рабочего кабинета — Сергей Викторович только что вышел
«Блядь ну вот такого я точно не ожидала тут увидеть», удивилась Оксана, когда открыв дверь, переступила порог кабинета, застыла в его дверях, продолжая удивлённо смотреть на брюнетку в белой блузке, когда дверь доводчиком сама закрылась за её спиной.
— Я должна забрать отчёт — растерянно ответила Оксана, стараясь из-за всех сил не выдавать вида неожиданности
— А вы из медицинского отдела — заметила брюнетка белый халат, надетый на Оксане — Проходите, он в кабинете на столе, там как раз помощник Сергея Викторовича, дожидается вас
— Помощник? — поинтересовалась Оксана, удивлённо переспросив
— Виктор Валентинович — рассказывала секретарша, приспустив очки — Слушайте вы как в первый раз, идите и возьмите сами свой отчёт, я вам не девочка на побегушках, которая будет всё носить
— Да-да конечно — кивнула головой Оксана, направляясь по паркету приёмной к кабинету управляющего больничным комплексом
«Кажется пронесло, не понимаю, что могло бы случится, попадись я тут при совсем иных обстоятельствах», предположила Оксана, подходя к кабинету управляющего, взявшись пальцами за дверную ручку.
— Оксана Владимировна — обратился Виктор Валентинович, как только Оксана открыла дверь и снова, будто язык проглотила, забыв, что нужно сказать — Что вы здесь делаете?
— Я пришла забрать отчёт — растерянно ответила Оксана, словно как по схеме, что с секретаршей
— Какой отчёт? — удивлённо спросил Виктор Валентинович, в тот момент, как Оксана инстинктивно, вошла в кабинет, закрывая за собой дверь, беспокоясь, чтобы секретарша в приёмной не услышала их разговор — Мне Сергий Викторович ничего об этом не рассказывал
«Блядь ну этого то козла я совсем тут не ожидала увидеть, да и с какой это стати он стал таким любопытным?», испугалась Оксана того, с каким взглядом мужчина, сидевший в кресле, так с интересом смотрит на неё, когда она осторожно отошла от закрытой двери по кабинету.
— А почему вы считаете
Стукая каблуками туфель по паркету, Оксана подошла к большому лакированному столу в центре кабинета, касаясь его гладкой поверхности, коготком указательного пальца.
— Что господин Громов — коснулась Оксана пальцами спинки мягкого белого кресла, в котором сидел Виктор Валентинович — Должен вам что-то докладывать
— Да потому что мы ни на секунду не продвинулись в деле
Психанул Виктор Валентинович, обернулся, возмущённо посмотрел на Оксану, когда она прошла рядом с его креслом, встала напротив окна, загораживая спиной, свет дневного солнца
— Лечения его сына
— Ну, это знаете ни моя вина
Мило улыбнулась Оксана, заметив на столе управляющего комплексом, ключ-карту, медленно и осторожно стараясь не вызывать подозрения, направилась к нему.
— У вас было достаточно времени — встав спиной к столу, Оксана медленно обошла его, подошла к черному кожаному креслу, любезно сохраняя улыбку на губах
— И посмотрите только
Продолжая высказывать недовольства, Виктор Валентинович, рассуждал внимательно смотрел на Оксану, когда она аккуратно, стараясь не вызывать подозрения, пальцами взялась за ключ-карту.
— К чему мы пришли?
— К тому, что у него случается тампонада сердца, пароксизмальная тахикардия или к тому, что у него дренаж в сердце для откачки экссудата
— Ну я имел в виду — смутился того Виктор Валентинович, как Оксана подробно описала симптомы, которые испытывает пациент — Что мы в замешательстве
— Правда? — сжимая ключ-карту в пальцах, пряча руку за спиной, отошла Оксана, с любопытством, продолжая смотреть на стол — А мне показалось, что мы в жопе
— Ну это и предполагалось — мило улыбнулся Виктор Валентинович, когда Оксана сохраняя лестную улыбку на лице, прошла мимо его кресла, направляясь к выходу из кабинета
— И что теперь? — поинтересовалась Оксана, когда прошла за спинкой кресла, в котором сидел мужчина, одетый в белый халат, коснулась пальцами спинки его кресла
— Не знаю
Развёл руками Виктор Валентинович, обернувшись, посмотрел на то, как Оксана, играя бёдрами, направлялась к выходу, скрывая спереди зажатую ключ карту.
— Я думал, вы мне скажите — подозрительно он посмотрел на Оксану, оставаясь сидеть в кресле, когда она, играя телом, красиво прошла мимо него — И где же ваш отчёт, за которым вы пришли?
«Ну, пиздец, ничего умнее он придумать, конечно, не мог и что мне ему ответить, мою идею с походом в архив, он точно не одобрит», предположила Оксана, остановившись рядом с креслом Виктора Валентиновича, нервно при этом прикусывая губу, испытывая волнение.
— Вы знаете Виктор Валентинович — играя на чувствах, приложила Оксана ладонь ко лбу, состроив кислое выражение лица — Что-то у меня сегодня голова разболелась, я наверно пойду домой
— Боже мой — выказывая волнение, поднялся Виктор Валентинович с кресла — С вами всё нормально, вы какая-то растерянная
— Всё хорошо — откашлялась Оксана в руку, сжав пальцы в кулак, демонстрируя слабость и вялость, стоя у закрытых дверей в кабинете — Я наверно пойду домой, скажите Громову, что мне как-то не по себе, отлежусь дома с температурой
— Ладно — развёл руками Виктор Валентинович, словно как от нечего делать — Давайте поправляйтесь
— Конечно — мило улыбнулась Оксана, открывая дверь, держась за ручку пальцами — Пойду выпью какой-нибудь дряни и лягу посплю
— Я позвоню вам вечером
— Я наверно сама вам позвоню — мило улыбнулась Оксана, переступая через порог, вошла в приёмную, пряча за спиной руку в которой была ключ-карта
— Выздоравливайте Оксана Владимировна…….
Не позволяя мужчине договорить, Оксана закрыла за собой дверь, оказавшись в приёмной, прижавшись спиной к ней, согнула одну ногу в колено, опираясь ею, мило улыбнулась.
«Теперь остаётся пройти мимо Громова в этом кабинете, так чтобы он ничего не видел», подумала Оксана, прижавшись спиной к закрытой двери, находясь в помещении приёмной, опустила голову, какой-то небольшой промежуток времени, смотрела в пол.
— Вы забрали свой отчет? — спустив очки с глаз, взявшись за оправу кончиками пальцев, спросила брюнетка, любопытным взглядом посмотрела на Оксану
— А……. — отвлеклась Оксана, посмотрев на темноволосую девушку, в белой блузке, что набирала текст, непрерывно стуча клавишами по компьютеру — Что вы сказали?
— Я сказала — еще более недовольным голосом и взглядом, она обратилась к Оксане — Вы забрали тот отчёт, за которым приходили в кабинет Сергея Викторовича?
— А…. его наверно там и не было — мило улыбнулась, Оксана отошла от закрытой двери, стремительно стуча каблуками, надетых на ногах туфель, направилась к выходу из приёмной
— Странно — повела пафосно губами брюнетка — Я думала, что прежде чем позвать вас в кабинет
Рассуждала темноволосая секретарша, когда Оксана, направляясь по приёмной к выходу, медленно подошла к закрытой двери, обвив пальцами ручку, другой рукой скрывая ключ-карту.
— Он подготовит отчёт для вас
— Наверно я приду за ним завтра — открывая дверь, создавая унылый замученный вид, ответила Оксана, переступая сразу порог — Что-то мне сегодня знаете, нездоровится
— Если хотите — будто не слыша Оксану, добавила темноволосая девушка, когда Оксана уже вышла в коридор — Я передам Сергею Викторовичу, что вы заходили за отчётом
«О… нет-нет-нет, Громов ни за что не должен знать, что я была здесь», предположила, оказавшись в коридоре больничного военного комплекса.
— Нет вы знаете — уверяла Оксана, держась за дверную ручку, что в коридоре — Не стоит утруждаться, я сама потом забегу, да знаете, мне сегодня как-то не к спеху
— Ну как знаете — ответила секретарша так, как будто ей весь этот разговор, был абсолютно ей безразличен
— Дура блядь конченная
Грязно выругалась Оксана, закрывая за собой дверь, сжимая ключ карту в руке, направляясь по коридору, стремительно отдаляясь от кабинета, из которого только что вышла.
— А с другой стороны наверно всё-таки хорошо — улыбнулась Оксана, посмотрев в окна в коридоре, встав в проходе рядом с лестничными пролётами, обвивая пальцами угол стены
Не услышав голос Громова, Оксана вошла на лестничную площадку, по мрамору плитки, подошла к поручню ступенек лестницы. По ступенькам лестницы, пока спускалась Оксана, прошли лишь две медсестры, поднимаясь на верхние этажи здания. Военный архив находился в подвале, здесь живописная атмосфера мрамора казалась не такой яркой. Однако даже тут, всё было в мраморе, стены, колонны, державшие потолок и пол, покрытый мраморной плиткой. Маленькие окошки, на которых решетки, проводили через стекла достаточно света, чтобы не использовать местное освещение днём. Запах тут был похож, как на свалку с макулатурой, бумагой несло даже на последнем лестничном пролёте в подвал. Воздух был тяжелым, словно как будто никто никогда не проветривал помещение подвала, но поступающий воздух с приточной системы вентиляций, который Оксана ощутила на входе, показался ей лучшей мечтой надеждой, когда она вдохнула его полной грудью, почувствовала снова этот запах бумаги.
Спустившись в подвал, Оксана сошла со ступенек, глубоко вдыхая, свежий поступающий воздух с вентиляционной системы. На входе в архив, стояли два вооруженных охранника, крупные широкоплечие мужчины, один из которых поставив автомат рядом со стулом, облокотившись на его спинку, тихо дремал в углу. Второй солдат, мимо которого прошла Оксана, сидел на кожаном коричневом диване, его автомат находился, около его правой ноги, пока он листал ленту социальных сетей. Играя бёдрами, Оксана прошла по мраморной плитке пола, направляясь к пропускному пульту архива, прислонив пропуск к считывающему устройству, дверь подала тонкий писклявый сигнал. Мужчина, что сидел на диване, отвлёк взгляд от экрана дисплея сотового телефона, заметив Оксану в помещении подвала, с жаждой желания, он какое-то время наблюдал за ней, пока она направлялась к пропускному устройству. Не подавая вида волнения, перед вооруженной охранной, Оксана, взявшись за ручку двери, потянула её на себя, сразу же переступила порог.
— Ну, вообще-то я ожидала чего-то более особенного — мило улыбнулась Оксана, когда за её спиной дверь плавно закрылась доводчиком и разрешающий вход сигнал электроники, прервался
Ряды стеллажей, каждый из которых имел своё буквенное обозначение, простирались по шесть колонн, вдоль всего помещения. Прикусывая краешек губы, Оксана отошла от двери, озираясь на неё, чтобы никто не вошёл, стала искать нужный стеллаж с буквой. Коробки, что были разбиты на слоги, формировались в фамилии, так работнику этой канцелярии, было проще найти нужную фамилию, используя первые буквы словосочетаний и год рождения, всех сотрудников военной сферы, работающих в закрытом городе. Здесь всё казалось таким старым, древним, со времён эпохи, Советского Союза, даже примитивный запах фактуры ничем не изменился. На полках стеллажей даже сохранилась пыль, коробки в которых находились карты, личные дела сотрудников, были накрыты целлофаном, поэтому Оксане пришлось приоткрывать каждый, сдувая с них пыль. На поиски нужного стеллажа потребовалось не так много времени, как на то чтобы найти нужную фамилию, что находилась на верхней полке. Найдя нужную букву и нужный слог, Оксана, разглядев их через стёкла надетых очков, осмотрела в этом помещении, чтобы подставить и залезь наверх, достать нужную коробку, предварительно стянув с неё полиэтилен.
— Фу….. — издала Оксана отвращающий звук, запахав ладонью перед лицом, когда посыпалась сверху пыль, излучая неприятный запах — Тут наверно долго никто никогда ничего не искал
«И что же мне туда поставить, чтобы залезть», подумала Оксана, осматриваясь по сторонам, в поисках подставки, чтобы достать нужную ей коробку наверху.
— Ладно, посмотрю тут что-нибудь
Снимая с себя халат, тихим голосом, рассуждала Оксана, став гулять между рядов, в поисках, найти что-то, на что можно было залезть и снять нужную коробку.
Некоторое время, Оксана, подставив под ноги подставку, наступив на неё одной ногой, пыталась достать нужную папку с верхней полки стеллажа. Открывая папку, держа её в руке, Оксана, внимательно читая, раскрытые первые страницы карты, обратила внимание на место работы биологического отца пациента. Первое что Оксана заметила в карте дела, Громова Александра Викторовича, это то, что он работал на комплексе по захоронению урана. Военный, тяжело охраняемый объект, являлся кладбищем токсичных отходов. Не став читать даже место расположения, этого военного комплекса, по захоронению ядерных отходов, Оксана с задумчивым выражением лица, закрыла папку, убрала ногу с подставки, на которой стояла.
Радон. В процессе распада урана высвобождается радий радиоактивный. Оба вещества очень опасны. Однако при распаде радия образуется радон. Этот газ способен выделятся из слоев земли. Все зависит от состава породы. При этом вещество способно скапливаться в определенных материалах, стенах зданий. Газ вполне может вызвать развитие карциномы легких.
Рак легкихкарцинома. Иными словами, это новообразование в области органов дыхания. Локализуется злокачественная опухоль в районе легких либо бронхов. Среди онкологических патологий карцинома легких занимает второе место. А в некоторых странах и вовсе первое. При несвоевременном обращении к врачу подобное заболевание может вызвать развитие необратимых процессов. В таких случаях недуг может привести к летальному исходу. Как показывает статистика, смертность из-за карциномы легких имеет самый высокий показатель среди онкологических заболеваний.
Опасность такого патологического процесса во многом обусловлена стадиями развития и распространения недуга не только в легких, но и в других тканях и органах. На данный момент медики называют 4 степени заболевания:
Первая стадия. Новообразование не затрагивает ткани, расположенные рядом, и имеет четкое место локализации. При этом размер опухоли не превышает 3 см. Карцинома затрагивает только один сегмент бронха либо легкого.
Вторая стадия. Опухоль постепенно распространяется, и ее размеры достигают 6 см. В лимфоузлах, расположенных рядом, возникают единичные метастазы.
Третья стадия. На данном этапе патологический процесс затрагивает не только лимфоузлы, но и соседние органы и ткани: плевру, кости, сосуды, пищевод. При этом новообразование по размерам превышает 6 см и выходит за пределы одного сегмента. Как на данном этапе проявляется карцинома легких?
4 стадия имеет более серьезные осложнения. В большинстве случаев помочь больному уже не представляется возможным, так как опухоль распространяется за пределы органов дыхания. Появляются не только местные, но и отдаленные метастазы.
Карцинома легких и рак груди, саркома мягких тканей и почечный рак — самые частые источники метастазов в сердце. Злокачественная меланома, лейкоз и лимфома часто метастазируют в сердце, но метастазы могут быть клинически не значимыми. Когда саркома Капоши распространяется системно у иммунодефицитных больных (обычно со СПИДом), она может распространяться на сердце, но клинически значимые сердечные осложнения редки.
«Опухоль выпустила метастазы в сердце», задумчиво предположила Оксана, продолжая, какое-то время, читать карту, биологического отца, пациента.
— Громов мне врал! — прошипела Оксана, кинув карту на пол в архиве, прикусывая краешек губы, была раздражена тем, что потратила всё время, впустую
Держа в руках папку с делом, отца пациента, Оксана некоторое время, опираясь спиной на стеллаж с ячейками, стояла, не могла прийти в себя. Минуты, что Оксана провела в архиве, казались для неё вечностью, когда она ходила с папкой в руках, держа её за спиной, опираясь на стеллаж, не представляла, для себя, возможности, как обмануть Громова, чтобы провести торакотомию, чтобы достоверно подтвердить диагноз.
— Он сразу знал что нужна эта процедура
Тихо размышляла Оксана, отошла от подставки, на которую вставала, чтобы достать нужную ей карту, положив папку на полку в стеллаже, одела на себя халат, что висел на спинке стула.
— Он знал, какой у него диагноз, но почему-то, тянул кота за яйца
Тихо размышляла Оксана, шепотом, направляясь с картой в руке, вдоль рядов стеллажей, к выходу из архива. В каждом шаге играя бёдрами, Оксана старалась быть уверенной, чтобы не вызвать подозрений, среди охранников, охраняющих вход в архив снаружи. Обернувшись, Оксана посмотрела, как через окна, закрытыми решетками снаружи, проникал во мрак свет дневных лучей, как на фоне их сияния, пыль, витавшая в воздухе, словно светилась искорками. Комната архива, казалась как будто непреступной, когда здесь больше не следили за порядком, а лишь информацию военной сводки, спрятали в бетонных стенах этого здания. Встав у закрытой двери, Оксана держась за её ручку, еще раз взглянула на ряды стеллажей, между которых изредка мылся пол и иногда протирались полки, на которых уже слоем скопилась пыль. Воздух словно был до тошноты пропитан бумажной фактурой, Оксану словно выворачивало от такого запаха, когда она решила в спешке, покинуть эту комнату. Открывая дверь, прислонив ключ-карту Громова, Оксана толкнула дверь от себя, держа в другой руке, зажав в руках папку, личное дело, отца пациента.
— Оксана Владимировна?
Заметила Оксана, как только открыла дверь, что в подвале у колонны, облокотившись плечом, стояла Марина Павловна. Белокурая девушка, в белом халате, мило улыбнулась, как только Оксана, открывая дверь архива, держа в руках папку, переступила через порог.
— Подумала, что вам тут нужна помощь? — поинтересовалась блондинка, с ухмылкой поглядела на карту, дела биологического отца пациента, медленно, играя телом, отошла от колонны
— А где вся охрана? — удивилась Оксана, когда не заметила солдат в подвале, на входе в архив
— Пришлось их отвлечь — сохраняя красоту улыбки, блондинка, подошла к Оксане, продолжая пристально смотреть на папку, что она держала в руках
— Интересно как? — поинтересовалась Оксана, мило улыбнувшись девушке, когда она подошла к ней, скрестив руки за спиной, улыбаясь при этом милой улыбкой, отражая ямочки на щёчках
— Ну у нас не так много времени — ответила уклончиво Марина Павловна, игриво дотронулась до рукава белого халата, что был надет на Оксане
— Ладно, послушай
Стоя рядом с девушкой, Оксана только сейчас смогла распознать нежный слой аромата коллекции парфюма «Trussardi Inside Delight, Trussardi». При попадании на кожу парфюм раскрывается звучанием верхних нот — ароматами садов цветущей магнолии. Когда магнолия отступает на второй план, в игру вступают чувственные ноты “сердца” — распустившиеся бутоны жимолости и роскошное амбре африканской фрезии. Эфемерная тонкая вуаль, созданная из цветков кофе, плодов айвы и нежного цитрона, окутывает шифоновым зефирным шлейфом, наполняя все вокруг мистическим ароматом тайны. Полное раскрытие букета завершается ароматом задорного мускуса.
— Какой приятный аромат
Поделилась только сейчас своим мнением Оксана, распознав, как вкусно пахнет от девушки, шлейф, который она оставляла за собой, проходя рядом с ней, притягивал к себе внимание.
— Интересный, правда
Словно поворачивая взгляд, по направлению за блондинкой в белом халате, рассуждала Оксана, как будто была очарована прелестью тонкого вкуса, что она, за собой оставляя, витал в воздухе.
— И почему я…..
— Вы, кажется, что-то хотели сказать? — скрестив снова руки за спиной, Марина Павловна подошла к Оксане, раскрывая, будто специально перед ней всю композицию своего аромата
— На вот почитай — прошла мимо неё Оксана, не могла даже думать, сосредоточить свои мысли, когда перед ней раскрывалась такая гармоничная картина объединённых в одну палитру, ароматов
— Что-нибудь удалось узнать?
Спросила с интересом, обернувшись, блондинка, наблюдала как Оксана, играя перед ней бёдрами, направилась к ступенькам лестницы, застёгивая пуговицы белого халата.
— Стойте — раскрыв карту, Марина Павловна, обратилась к Оксане, когда она остановившись на ступеньках, посмотрела на выключенные камеры в подвале — Вы ведь уже догадались?
Говорила она, отрывая взгляд от карты, посмотрела, как красиво Оксана расставила ноги на ступеньках, смотрела на выключенные камеры на периметре подвала.
— Куда вы смотрите? — обратила она внимание, на то, что Оксана не сводила глаз с видеокамер
— Какой смысл держать видеокамеры в подвале, если они не работают?
— Думаете, они тут не работают?
— Я не вижу индикатора их записи — мило улыбнулась Оксана — Или на самом деле запись всё-таки ведётся?
— Они выключены — направляясь с картой в руках, к ступенькам лестницы, на которых стояла Оксана, медленно застёгивая пуговицы, надетого на себе белого халата
— Почему их не уберут
— Потому что они тут работают
— Я тебя не поняла
— Это я попросила
Уверяла Марина Павловна, наступая на первую ступеньку лестницы, девушка подошла к Оксане так, чтобы она смогла лучше ощутить композицию её гармоничного вкуса парфюма.
— Чтобы их выключили
— Но зачем? — удивилась Оксана, пытаясь отойти от девушки, смотрела в её карие глаза, цвет глаз который завораживал красотой и притягивал к себе всё внимание
— Затем чтобы Громов не догадался, что вы тут были
— Умно — ухмыльнулась Оксана, после того, как повела губами, застегнув верхние пуговицы белого медицинского халата — Мне теперь смысла нет, от этих записей в карте его биологического отца, я и так знаю что нужно делать
— Вы хотите провести торакотомию
— Кто тебе сказал? — поднявшись на один марш, остановилась Оксана на лестничной площадке, удивлённо посмотрела на девушку
— Громов весь день об этом только и говорит
— Не удивлённо — пожав плечами, улыбнулась Оксана — А я подумала, что ты сама догадалась об этом, прочитав несколько строк с места его работы
— Хранилище ядерных отходов?
— Ну надо же — ухмыльнулась Оксана, пожав плечами — Ты умеешь читать, там где надо
— Сегодня её провести не получится — поднявшись по ступенькам, Марина Павловна встала рядом с Оксаной, коснулась пальцами её плеча
— Я сама буду решать — огрызнулась Оксана, подойдя к ступенькам другого лестничного марша, начала медленно подниматься по ним, выраженно играя бёдрами в каждом шаге
— Если сходите со мной на праздник осени — обратилась она к Оксане, тем самым заставив её обернуться — Что будет завтра, то обещаю, завтра у вас получится её провести вечером, когда Громова тут не будет в больнице
— Твоего разрешения я не спрашивала — не оборачивая, ответила Оксана, отвергая помощь этой блондинки, поднялась на первый этаж комплекса, не желая дальше продолжать беседу
«Эта сук думает, что вот так просто сможет мной манипулировать, праздник осени, что блядь за ерунда», размышляла Оксана, направляясь по коридору, стукая каблуками о пол мраморной плитки, звук которых разносился по всей его протяжённости.
— Я должна сегодня это узнать
Встав у окна в коридоре, Оксана дотронулась пальцами его занавески, смотрела на качающиеся деревья, ветер которых раскачивал их, срывая с их веток пожелтевшую листву.
— Чтобы ни случилось — рассуждала Оксана шепотом, сжимая в пальцах занавеску, терзала себя искушенным желанием, докопаться до истины — Мне нужно провести эту процедуру
Шептала Оксана в тишину помещения, оставаясь одна, кусая нервно губу, не зная, как обойти Громова, попасть в операционную с пациентом, чтобы он обо всём не догадался. Продолжая какое-то время стоять в коридоре, Оксана потеряла счёт времени, предавая своё сознание, порочному забвению, что обуздала её разум. Лазурные голубые глаза Оксаны, смотрели куда-то вдаль, промеж обвезших от листвы берёз, потускневших листьев тополя и ясеня, на то, как качался куст сирени, находясь в тени больничного комплекса. Царапая коготками, обеих рук, пластик подоконника, Оксана, раскрывая алые губы, издала лёгкий порочный стон, словно как будто кто-то сковал её разум на время, омутом порочной страсти. Оксана, продолжая при этом смотреть в окно, словно, как в пустоту, оставаясь одной в коридоре.
***
За окно уже смеркалось, солнце постепенно уже заходило за горизонт, оставляя яркое красное зарево заката. Сумрак необузданной ночи, постепенно надвигался, когда за окном в кабинете, уже смеркалось, на улицах рядом с военным медицинским комплексом уже зажглись фонари. Воздух приятной прохладой проникал в кабинет, тормоша занавеску, висевшую на пластиковом окне.
— Нет мне всё-таки интересно
Была под впечатлением, когда обратилась Марина Павловна, белокурая девушка со стаканчиком кофе в руке, сидела на краю столешницы. Положив ногу на ногу, блондинка словно оголила сочные выраженные бёдра, опираясь другой рукой на поверхность мебели на которой сидела.
— Как вы связали эту рыжеволосую пациентку — поднося стакан к губам, высказывала своё мнение блондинка — Она ведь офицер, вы совсем не думали о последствиях?
— Ничего ведь не случилось — мило улыбнулась Оксана, облокотившись на спинку черного кресла, в кабинете поликлиники, посмотрела на квадратные светильники подвесного потолка
— Да — согласилась Марина Павловна — Только Громов кричал так……
Высказывалась белокурая девушка, поставив стаканчик рядом, опираясь руками на столешницу, свесила ноги, в розовых туфлях, посмотрела на Оксану.
— В общем, хорошо — опуская взгляд вниз, улыбнулась загадочно блондинка, выставив пятерню выпрямленной руки перед Оксаной — Что вас там не было
— Да Виктор Валентинович теперь меня точно не поймёт — обольстилась в улыбке Оксана, отпивая со стаканчика глоток кофе, ощущая сладкий вкус карамели на поверхности алых губ
— Вам не о нём нужно сейчас думать
Сползая со столешницы, высказывала Марина Павловна своё переживание, направляясь по кабинету, обвив руками бёдра. Выразительно взглядом царицы приближалась к столу, где в черном кресле сидела Оксана. Белокурые волосы этой девушки, так красиво колебались, в момент каждого её шага, придавая строптивый неотразимый взгляд её облика.
— Громов вам точно может устроить
— Ну, пока я ему на глаза не попадалась
— Эта была дочь — подошла Марина Павловна к столу, за которым в кресле сидела Оксана — Его компаньона, полковника западной заставы
— Ну, ничего потерпит — мило улыбнулась Оксана подошедшей к её столу белокурой девушки, когда она, опираясь ладонями на стол, наклонилась к ней так, словно давая распробовать свой парфюм, которым так приятно от неё пахло — Ничего, по крайней мере, с ним не случится
— Вы так думаете? — отпрянула она от стола, после того, как внимательно посмотрела в глаза Оксане, не увидев там ничего, для себя, интересного
— Я так знаю — уверенно, заявила Оксана, обвив руками снова стаканчик с кофе, медленно оторвала его от поверхности стола
— Как бы, не так
Повернулась блондинка спиной специально к Оксане, словно, как будто заигрывая, согнула руку в локоть и пальцами щелкнула у плеча, добавив ко всему этому шикарную очаровательную улыбку.
— Вам легко говорить
— А почему бы и нет? — поднимая со стола стаканчик с кофе, Оксана изумилась в улыбке
— Интересно, почему тогда — рассмеялась задорным смехом Марина Павловна — Почему вы тогда пошли сразу в столовую, а не к себе в рабочий кабинет?
«Блядь ну ведь естественно, что крик Громова, был слышен наверно на весь больничный комплекс, это был полный пиздец», подумала Оксана, задержав на согнутой в локоть руке, стаканчик с кофе.
— Ну…… — помешкала немного Оксана с ответом, отводя взгляд в сторону, закрытой двери кабинета, беспокоясь, чтобы случайно, Громов не вошёл в неё — Я внезапно подумала, что мне надо в туалет
— В туалет?! — скрестив локти на поясе, недоверчиво Марина Павловна с чувством искреннего недовольства посмотрела на Оксану — Ну да, как же, я вот такая дура, взяла и поверила
— А что разве нет? — изумилась в улыбке Оксана, отпивая со стаканчика глоток кофе, вкус карамели, в его насыщенности, словно завораживал в ожидании
— Нет! — возразила блондинка, когда развела руками, оспаривая утверждение Оксаны — Вы разве сами этого не понимаете……
— Оксана Владимировна!
Громов словно ворвался в кабинет клиники, мужчина в черном представительском костюме, был с явно недовольным видом, когда за его спиной на пороге показалась знакомая брюнетка.
— Вы сами хоть понимаете, что вы устроили?
Был мужчина вне себя, таким его Оксана еще не видела, он казался в выражении лица, словно разъярённый лев, который своим криком заставлял вздрагивать.
— Эта была дочь полковника западной базы — продолжал кричать он направляясь по кабинету к столу, за которым, в кресле сидела Оксана, держа рядом с губами, стаканчик с кофе
— Ну вообще-то чисто ради интереса
Возразила Оксана, указав пальцем на брюнетку, что была в фиолетовом вечернем летнем платье, мило улыбаясь, переступила порог. В этой женщине Оксана узнала, своего тирана, что держал её разум в заточение некоторый промежуток времени. Гипнотизерша, стараясь казаться лестно, встав у порога, держала в руках фиолетовую сумочку, склонила голову, но всё же посмотрела на Оксану с жаждой желания, снова обуздать и преломить перед собой её разум.
— А что она здесь делает?
— Анна мне помогает! — выдал немного растерянность Громов, посмотрев удивлённо на брюнетку, что склонив голову, стояла у входа в кабинет — Да и вообще разговор сейчас не о ней
— Ошибаетесь, Сергей Викторович! — возразила Оксана, не могла даже нормально думать, пока та самая женщина, что превратила её в узницу, была в кабинете — Она ой как здесь причём, почему она до сих пор не за решёткой?
— Наверно потому — стараясь сохранить лестную улыбку, ответила Анна, сделав шаг по направлению к Оксане — Что Сергей Викторович мне доверяет, будет использовать меня, в отношении тебя, как крайнюю меру
— Крайнюю меру? — возмутилась Оксана, подойдя к Громову, встав лицом к лицу с мужчиной, внимательно посмотрела в его серые, пустые, бездонные глаза — О чём она говорит?
— Успокойтесь Оксана Владимировна
Попытался сам Громов, заметив напряжённость женских взглядов в кабинете, мужчина решил сам регулировать этот назревающий конфликт, встал он между Оксаной и брюнеткой. Преграждая путь Оксане к брюнетке, Громов выставил руку, не давая ей подойти к темноволосой девушке.
— Никто вас не будет подвергать гипнозу
— Я хочу чтоб вы Сергей Викторович — ткнула Оксана пальцем в грудь Громова, посмотрев на него суровым взглядом — Объяснили, почему она, до сих пор не за решёткой, за то что она сделала?
— Анна ценный специалист, в своём деле — опуская взгляд, пояснил Громов, словно не мог вынести того, презрения, с которым на него смотрит Оксана
— Тогда может, объясните! — разведя руки, Оксана в истерике прокричала на мужчину — За каким хуем, я вам тут вообще нужна?
— Может, успокоишься — вскрикнула брюнетка, словно забавляясь какой ярости Оксана придала свой разум, чтобы только свести с ней счёты — И мы все попробуем нормально поговорить
— Нормально поговорить?
Глубоко вздохнула Оксана, каждой клеточкой своего тела, она чувствовало, что её уже почти трясло от раздирающего гнева, подойдя к столу, она обвила горлышко стоящего на нём графина.
— Ты совсем блядь охуела!
Прокричала Оксана, обернувшись, схватила графин с водой в ярости так, что его пробка слетала, падая на пол и частички капель воды, попали прямо на линолеум пола.
— Да я тебе сейчас……
Замахнулась Оксана графином с водой так, будто хотела его кинуть в гипнотизершу, но Громов вовремя вмешался и схватился за её кисть руки, другой рукой сжал пальцами дно.
— Отпустите немедленно! — кричала Оксана, когда Громов крепко в руке сжимал дно графина и другой рукой держал кисть её руки
— Оксана Владимировна успокойтесь — уверял он, пытаясь вразумить Оксану
— Что блядь у вас с ней за счёты? — требовала Оксана неустанно ответа, посмотрела грозно на мужчину, присутствие рядом с которым в кабинете, ей было противно
— Тут всё сложно — ответил Громов, крайне сдержанно и ввиду сложившейся крайней обстановки драки, он был чрезмерно терпелив и вежлив к Оксане — Придёт время и я вам всё расскажу
— Да уж блядь попытайтесь прямо сейчас
— Не сейчас — направляясь к выходу, передал он полупустой графин в руки блондинки, что с ужасом смотрела на то, как Оксана устроила скандальную сцену в кабинете
— А когда? — была настойчива Оксана, направляясь следом за Громовым, схватилась пальцами за плечо мужчины, заставляя его развернуться и обратить на неё внимание
— Оксана Владимировна! — обернулся он хотел замахнуться на Оксану, словно как дать пощечину, от чего она тут же отпустила руку и словно, как отскочила от него
— Что она тут делает?! — повторила свой вопрос, в который раз Оксана, продолжая злобно смотреть сквозь плечо Громова, на брюнетку, которая вновь отошла к входной двери
— И вообще что вы тут делаете? — уклончиво ответил Громов, кардинально меняя тему разговора, продолжая смотреть на Оксану любопытным взглядом — Рабочий день уже закончился
— У меня нет — опустив голову, виновато ответила Оксана — Я же ведь ваша собака, должна на привязи сидеть туда не ходи, сюда ходи, занимайся этим!
— Господи Оксана Владимировна — не выдержал Громов, сарказма со стороны Оксаны и как она лживо давила перед ним на жалость — Да что вы такое говорите
— Ага сразу что так под гипноз — продолжая играть комедию перед мужчиной, говорила Оксана, повернувшись к нему спиной, направляясь к окну — Я ведь вам не собака, я живой человек!
— Так поэтому я и спрашиваю — повторился вновь Громов, направляясь следом за Оксаной, мужчина схватил её за руку, заставляя развернуться к себе лицом — Почему вы еще на работе?
— Да потому что вы меня тут привязали как собаку!
Обернулась Оксана в гневе, прокричала на мужчину, так как до ужаса не могла вынести присутствие брюнетки в этом кабинете, и её хотелось всячески её унизить, оскорбить, раздавить, как букашку.
— Я ведь не имею права взять выходной и делать что захочу — демонстрируя ранимость, перед мужчиной, Оксана специально давила на жалость — Не могу даже взять выходной, а ведь я только что вышла из комы, когда эта сука
Пытаясь пройти через Громова, Оксана хотела прорваться к брюнетке, едва сдерживая себя в руках, словно хотела выцарапать ей глаза, разорвать на части, хотя бы за то, что она удерживала её как узницу под гипнозом.
— Отпустите меня немедленно! — била Оксана по спине мужчину, когда Громов поднял её, обвивая руками талию — Я блядь убью тебя, ты слышишь!
— Да успокойтесь вы Оксана Владимировна!
Опустил он вновь Оксану на ноги, предварительно треснул ей хорошо по ягодицам, ладонью левой руки, так чтобы она взвизгнула от шлепка его ладони, стиснув при этом зубы.
— Что с вами в конце концов такое?!
Прокричал он на Оксану, когда она прижала ладонь к бёдрам, по которым пришёлся удар шлепка, с обидой, словно оскаленная королевская кобра, посмотрела на своего обидчика.
— Вы успокоитесь или нет?
— Нет!
Огрызнулась Оксана, прошипела, словно змея сквозь зубы, озлобленная обидой, которую ей нанесли, подставив её репутацию под сомнение.
— Пока она здесь!
— Анна выйдите, пожалуйста — распорядился Громов, посмотрев в сторону брюнетки, что с изумлённой улыбкой наблюдала за комедией, которую Оксана ломала перед мужчиной
— Я подожду вас в коридоре! — с такой же корыстной улыбкой, брюнетка, вышла в коридор клиники, переступая порог открытой двери
— Довольны?! — возмутившись тому, какой скандал и сцену безумия, Оксана устроила в кабинете, недовольно спросил Громов, обращаясь к ней
— Почему она не сидит?
— Да потому что без неё — утверждал знающе Громов, указав на открытую дверь, через которую вышла Оксана в коридор — Я бы не смог вернуть вас
— Да что вы?!
Огрызнулась Оксана, не желая никак воспринимать для себя утверждения Громова или хотя бы, согласиться с ним в той или иной степени.
— Эта сука держала меня под гипнозом — указала Оксана так же на открытую дверь, вслед за Громовым, специально ломая комедию — Пырнула меня ножом и теперь ей всё сойдёт с рук
— Идите уже домой — изнывая от ссоры с Оксаной, глубоко вдохнул воздух Громов
— Ага сейчас! — возразила Оксана, вновь отказывая Громову — Я буду делать что захочу
Указала Оксана пальцем на место, на котором стояла, придавая суровый, серьёзный взгляд, ранимой обиды, с которой никто почему-то не хотел считаться.
— Когда захочу
Разговаривая таким же наглым голосом, не желая никак повиноваться Громову, Оксана решила устроить революцию перед ним, сломить режим, который он ей навязал.
— И где захочу! — утвердила Оксана на этом акцент — Вам ясно?
Посмотрела Оксана в пустое ничего, не означающее лицо Громова, мужчина казался для неё абсолютно сдержанным, кремень, которого невозможно было ничем сломить.
— Что вы молчите?
— Машина будет вас ждать ровно час!
Уточнил Громов, обернувшись, направляясь к выходу, ответил так, как будто не желал больше продолжать этот пустой разговор с Оксаной.
— И то только из-за уважения к вашему отцу, он много значил в любом другом случае, мне было доставило наивысшую степень удовольствия
Оставаясь стоять посреди кабинета, Громов впервые за всё время нахождения здесь, улыбнулся, но в улыбке его Оксана больше разглядела коварство, чем искренность.
— Если вы пойдёте до дома пешком
— Я пойду до дома когда захочу — заявила Оксана, гордо поднимая подбородок к верху, раскрывая в полную силу красоты, лазурные голубые глаза — И вообще я может у неё останусь сегодня
Указала Оксана пальцем на блондинку в кабинете, когда Марина Павловна стояла в полном ошеломлении и была поражена тем, что происходило на её глазах.
— И что вы мне запретите?
— Машина будет ждать вас ровно час — с этими словами Громов, вышел из кабинета через открытую дверь
— Блядь! — грязно шепотом выругалась Оксана, опустив голову, когда она не успела высказать всё Громову, что она о нём думает
— Пойдёмте Анна — обратился Громов к брюнетке в коридоре, что его ожидала — Вы уж простите Оксану Владимировну, она сегодня сама не своя, да еще и ключ допуск у меня пропал и в архиве камеры почему-то отключились, что за дурдом, происходит в этой больнице…..
— Разве не вы начальник этой базы — словно пользуясь обольщением этого мужчины, довольным голосом, обратилась Анна к нему
«А он еще с ней любезно относится, может он тоже попал под власть гипноза, это многое бы объяснило», предположила Оксана, оставаясь стоять в смятении, продолжая стоять спиной к окну, когда под проникающий сквозняк в кабинете колыхалась плавно занавеска.
— Зачем вы так?
— Как? — поинтересовалась Оксана, отрывая задумчивый взгляд от пола, посмотрела на блондинку, что удивлённо продолжала смотреть на неё
— Вы сами знаете? — высказываясь недовольно, блондинка, подошла к открытой двери в кабинете, закрывая её за собой — Что вы тут устроили
— Он связался с ней
Обиженно заявила Оксана, указала пальцем на закрытую дверь, когда всё в ней колыхалось от скандала и её всю трясло от того какую истерику она закатила перед Громовым.
— С ней ты понимаешь?
— Ну и что? — мило улыбнулась Марина Павловна, встав спиной к закрытой двери — А что вы тут устроили, это вообще ни в какие ворота не лезет
— Он воспринимает её в серьёз больше чем меня
Не могла Оксана сдержать в себе обиду, когда химия её тела, словно бурлила ураганом в ней, и прижив согнутые пальца ладони к губам, отошла к окну, стараясь не показывать ранимость и разбитость.
— Вот пускай она сама и лечит его сына — не могла Оксана сдержать вытекающих слёз, кончиками пальцем подтёрла вытекающую слезу с глаз, размазывая тушь, продолжая смотреть в окно на луну
— Ну, перестаньте — не могла вынести такой разбитости, нежным голосом, уверяла Марина Павловна, направляясь к Оксане, девушка легонько кончиками пальцев коснулась её плеча
«Блядь я ненавижу Громова, но еще больше эту суку Анну и что он только с ней водится, я бы её давно бы за решётку кинула», кусая нервно губу, смотрела Оксана на свет фонарного столба, уличного освещения, чувствовала, как разум разрывало от злости.
— Вам нужно расслабиться
Уверяла блондинка, нежным шепотом прошептала рядом с ухом Оксаны, от чего страсть, бурлящая в её организме, стала более порочной, ощущая приятное тепло рядом с мочкой уха.
— Давайте я вам сделаю расслабляющий массажа? — посмотрела белокурая девушку на Оксану, когда она повернулась к ней лицом
— А ты, правда, можешь? — их взгляды объединились, в этот момент времени, когда Оксана смотрела на блондинку и понимала, что не может никак отказаться от такого предложения
— Ну, если это поможет вам расслабиться — мило улыбнулась Наталья Павловна, продолжая стоять у Оксаны за спиной, легонько пальцами, разминала ей плечи
— Что мне действительно наверно……
Обернулась Оксана и взглядом встретилась с глазами белокурой девушки, была очарована её парфюмом, а так же губной помады и сладость дыхания карамели, что исходило от её губ.
«Блядь как же она красива, да я и на взводе, а всё этот Громов, а почему бы не позволить себе пользоваться благодарностью от этой знойной блондинки», смотрела Оксана в глаза этой девушки, облизывая жадно губы, желая вкусить усладу её поцелуя.
— Так давайте я может — предложила Марина Павловна, разговаривая так близко с Оксаны так, чтобы она ощутила завораживающее тепло исходящего дыхания из её губ — Прямо на кушетке
— А почему бы и нет — мило улыбнулась Оксана, переводя дух от такой близости с человеком для которой хотела отдать своё тело — Но только массаж — предупредила она, проходя мимо блондинки, выставила указательный палец, рядом с её носом
— Конечно Оксана Владимировна
Так же лестно улыбаясь, ответила белокурая девушка, когда Оксана прошла мимо неё, назойливо виляя бёдрами, расстегивая при этом пуговицы надетого на ней белого халата.
— Я просто хочу, чтобы вы расслабились
— Ох…… — чувствительно нежно вздохнула Оксана, обернувшись, встав в пол оборота к своей собеседнице — Если бы ты знала, как я после Громова, вся на взводе
— Я это вижу — подошла она со спины к Оксане, помогая с неё снять белый халат, взявшись пальцами за тонкую ткань материи, медленно стянула его с её тела
— Только не думай — заходя за ширму, Оксана снова повернулась к девушке лицом — Что я питаю к тебе хоть какую-то слабость
— Об этом даже и речи быть не может — улыбнулась блондинка, когда зашла за ширму вслед за Оксаной, помогая ей расстегнуть пуговицы белой надетой блузки
— Ну смотри мне — кокетливо улыбаясь, Оксана пригрозила пальцем своей рыжеволосой собеседнице, которая словно уже содрала с неё белую блузку, скинув её на пол
— Что вы так волнуетесь? — поинтересовалась Марина Павловна, когда Оксана соблазнительно согнула ногу в колено, наступая на смотровую кушетку, выставила бёдра, выгнув спину, не могла унять в себе предвкушение предстоящей сексуальной близости — Это ведь просто массажа
— Обычно
Касаясь пальцами застёжки юбки, сидела Оксана на кушетки, расстегнула её, аккуратно вцепившись в материю пальцами, выпрямив ногу, начала снимать с себя.
— У меня с этого и начинается
— Не волнуйтесь Оксана Владимировна — взяв аккуратно юбку, что сняла с себя Оксана, девушка, свернув её, положила на стуле, рядом со смотровой кушеткой
— Колготки снимать? — поинтересовалась Оксана, улыбаясь, отразила ямочки на щечках, очертание прекрасных скул, пленила на себе взгляд белокурой девушки, когда заведя руки за спину, медленно расстегнула бюстгальтер — Я не слишком спешу?
— Да нет всё нормально
Любезно улыбнулась блондинка, словно играя с Оксаной в игру масок, милых подмигиваний взглядов, когда она снимала с себя колготки, так же не спеша, стягивая их нейлоновую ткань.
— И ваше нижнее бельё, пожалуйста
— Бюстгальтер — предупредила Оксана, медленно взявшись за чашечки лифчика, когда его застёжка уже была расстегнута, начала плавно отодвигать их подушечки от сосков — Я сниму
— Желательно бы всё
— Только бюстгальтер!
Предупредила Оксана, сделав на этом замечание, что больше раздеваться перед этой девушкой не намерена, медленно при этом передала лифчик, держась за чашечки, ей в руки.
— Для массажа этого будет достаточно
— Но чтобы помочь вам расслабиться…..
— Мне этого хватит — возразила Оксана, ожидая сама настойчивости со стороны девушки, желала, чтобы она сама овладела её телом через силу
— Как скажите — любезно улыбнулась блондинка, снимая большое махровое полотенце с вешалки, сделав из него валик, подложила его под таз Оксаны, когда она легла на кушетку животом
— Именно так я и скажу
Поднимая попу, уверяла Оксана, выражая специально недовольство, старалась казаться для этой девушки недоступной, скрестив руки на подбородке, ожидая ласки её ладоней на своём теле.
— Никакого секса!
— О нём даже никто не говорит — медленно, завораживающей лаской и теплом ладоней, девушка пальцами коснулась плеч Оксаны
— Вот именно его мне как раз сегодня и не хватало — расплываясь в улыбке, ответила Оксана, начиная сходить с ума от того, как девушка нежно ласкала её тело, разминая пальцами плечи
— Серьёзно? — переходя пальцами с плеч на спину, блондинка, так нежно и приятно растирала кожу, что от каждого прикосновения Оксана млела и начала мокнуть
— Нет, я не про то — смутилась Оксана тому, как приятно, блондинка спросила рядом с её ухом, растирая кожу, так что каждая клеточка её тела, желала вкусить плод её пальцев в себе
— А мне пот кажется — лаской голоса, шептала блондинка рядом с ухом Оксаны, словно специально её заводила, что она стала вся течь — Что вы уже хотите этого
— Нет! — возразила Оксана, не давая девушке снять с себя трусики, как только она прикоснулась к ним пальцами — Я сказала нет!
— Но тогда вы сами будите ходить без них — мило улыбнулась белокурая девушка, убирая руки от трусиков, одетых на Оксане, нежно стала растирать пальцами, будто специально, бёдра
— Но я не хочу казаться для тебя…. — не могла Оксана договорить, поскольку так блондинка приятно растирала, давали нежно пальцами на внутреннюю сторону бёдер
— Просто давайте я их с вас сниму — предложила еще раз блондинка, тщательно растирая ноги Оксане, когда она, раскрыв губы, простонала, изнывая стоном желания
— М….
Ничего не ответила Оксана, а лишь прикусила губу, сгорая от предвкушения, ожидания секса, которого она очень сильно жаждала. Пальцы этой девушки были так убедительны, их ласка завораживала, сердце Оксаны трепетало бешеным ритмом, когда она хотела раствориться в руках белокурой девушки. Тело Оксаны, словно накапливало еще больше мощи, с каждым касанием пальцев блондинки, нажатием на кожу, нежным дыханием рядом с ухом, лишь пробуждала в ней дикую порочную жажду. Запах от тела белокурой девушки, сводил Оксану с ума, бурная композиция вкусом исходящих от неё ароматов, только усиливала порочные чувства.
— Я даже не знаю, что тебе ответить — простонала Оксана, когда девушка тщательно массировала кожу пальцами внутренней стороны выставленных бёдер, когда она выгнула спину
— Просто позвольте мне их с вас снять
Нежно, сексуально касаясь пальцами до резинки трусиков, Марина Павловна, словно не оставляла для Оксаны никакого выбора, немного их оттягивала и потом ослабляя, возвращала на место.
— Так будет больше приятных ощущений
— Но никакого секса — не хотела Оксана легко сдаваться, но пальцы девушки так приятно теребили резинку надетых на ней трусиков, пленительно завораживая, их снять с себя
— Всё будет так, как вы пожелаете — шептала белокурая девушка рядом с ухом Оксаны, когда она оставалась перед ней в той же позе, нежно при этом массируя бёдра, цепляя резинку трусиков
— Ну, хорошо — аккуратно взявшись за резинку трусиков на Оксане, блондинка стала медленно снимать их с неё, когда она специально приподняла попу
«Да-да-да-да, как же я хочу, ощутить её ласку в себе», думала в тот момент Оксана, когда поднимая бёдра и прижимаясь лицом к подушке, желала испытать власть любви на себе.
— Вот и всё
— Будь нежной — требовательно в стонах, ответила Оксана, оставляя попу в приподнятом положении
— Обязательно
— Я могу…..
Сгорала от предвкушения приятных ощущений пальцев на внутренней стороне бёдер, когда каждое нажатие и каждое их трение, заставляло Оксану течь, соком необузданной любви.
— А….. — издала Оксана порочный стон, кусая нервно, краешек губы, сгорала от власти пальцев блондинки на своём теле, вцепившись в простыню накидки кушетки
— Я знаю — шептала блондинка, нежным голосом рядом с ухом Оксаны, нежно пальцами массируя поясницу, когда она так и оставалась в той же позе, подняв бёдра, прижимаясь лицом к подушке
— Где ты так научилась? — чувствовала Оксана, как большие пальцы, что давали на поясницу, так приятно расслабляли, возбуждая еще больше, от чего половые губы набухли приливом крови
— Ну, у меня был небольшой опыт — мило улыбнулась, девушка, лаская ягодицы Оксаны, ладонью руки нежно скользила по коже, когда другая блондинки рука, обвив ей ногу, пальцами словно вминала кожу внутренней стороны бёдер — Практику которую я сейчас закрепляю
— М….. ты так приятно это делаешь
Урчала Оксана озабоченной кошкой, чувствуя, как пальцы этой девушки, плавно перешли с кожи бёдер, на лобок, затем нежным трением скользили вдоль кожи набухших половых губ.
— Я хочу еще — ощущала Оксана, как пальцы белокурой девушки, обвив ей бёдра, скользили по поверхности половых губ, возбуждая силой сексуального трения
— А я и не собиралась заканчивать — держа руку, пальцами на лобке Оксаны, обвив её бёдра, белокурая девушка, другой рукой скользила ей по бёдрам, медленно и плавно передвигаясь выше
— Только не доведи меня до мощного оргазма
— Интересно почему? — разминая половые губы влагалища, блондинка ловко перешла пальцами с лобка Оксаны, начиная круговыми движениями, делать так, что она стала её желать еще больше
— Потому что в последнее время он плохо для меня заканчивается
— В каком смысле? — испугалась белокурая девица и плавно рукой, с половых губ, перешла на бёдра, потом на талию, после чего её обе руки уже ласкали спину Оксаны и разминая плечи
— Ну, кое-что может случиться — уклончиво ответила Оксана, не желая раскрывать перед этой девушки себя, когда сходила с ума от удовольствия, ощущая её нежность и ласку на своём теле
— И что же? — поинтересовалась девушка, продольными движениями водила по спине Оксаны до выставленных ягодиц, тщательно пальцами разминая плечи
— Ну я весьма бурно его переживаю
— Правда? — изумилась в улыбке блондинка, прислонив к груди руку, будто выражая перед Оксаной чувство восторга и в тоже время удивления — И как это происходит
— Тебе лучше не знать — смутилась Оксана, обернувшись, посмотрела на девушку, что ласкала вновь ей спину, ладонями обеих рук
— Ну, правда, расскажите
Оставив ладонь на выставленных ягодицах, блондинка, кончиками пальцев другой руки, слегка закатала ткань надетого на ней белого халата, сжимая материю в кулак.
— Я с удовольствием послушаю
— Только если ты продолжишь дальше делать массаж — выставив Оксана, оборачивая лёжа на кушетке, указательный палец, сделав кокетливое замечание
— Рассказывайте…. — мило улыбнулась белокурая девушка, наклонилась к уху Оксаны, словно завораживая тактом и лаской тёплого дыхания, разговаривая шепотом так внушительно
— М…. — урчала Оксана кошкой, изнывая от жажды порочного желания — Ты так приятно это делаешь — чувствовала она, как блондинка, настойчиво прислонила большой палец к анусу, продолжая держать ладонь на её выставленных бёдрах
— Я жду Оксана Владимировна — медленно пальцы одной руки ползли вверх по рёбрам Оксаны, после чего они так ловко обхватили грудь
— А ты продолжай
— А вы рассказывайте
Потребовала Оксана, раскрывая в порочной форме губы, издавая едва слышный стон от того как настойчиво и безуспешно блондинка пыталась объять пальцами её объёмную грудь.
— А то у вас случится сегодня секс
— Я-я-я-я-я — задыхаясь от перевозбуждения, Оксана не могла даже выразить своё мнение, заикаясь от переизбытка волнения в своём теле
— Я знаю Оксана Владимировна — мило улыбнувшись, прошептала она вновь над ухом Оксаны, продолжая водить пальцами вдоль половых губ, не пытаясь, проникнуть в неё
— Прошу продолжай — облизывая смачно губы, Оксана оставляла на них изобилие слюны, сгорая от предвкушения, завоевавшего её разум порочного желания
— Похоже, что тут не обойтись
Забавно улыбаясь, ответила блондинка, наблюдая за тем, как Оксана, стоя на четвереньках, извивалась от жажды сексуальных чувств, опутавших её сознание соблазном искушенной страсти.
— Без прямо контакта в вас
— Нет! — возразила Оксана, прекрасно понимая, что никакого секса у неё быть не должно, обернувшись, укоризненно посмотрела на блондинку — Я должна буду сегодня провести эту процедуру
— Вы так напряжены — искушено меняя тему, девушка водила пальцами вдоль половых губ Оксаны, локо обвив её ногу рукой, пока другой рукой, сжимала объёмную грудь
— Ну и что? — была не согласна Оксана, но от сильной порочной жажды, желала сама оставаться в объятиях сексуальной страсти девушки
— Вам просто необходимо расслабиться
— Я сказала нет! — кусая нервно губу, раздражительно ответила Оксана
— Правда? — сохраняя лесную улыбку, девушка, питая себя интересом, наступила коленом на кушетку, на которой на четвереньках стояла Оксана, находясь во власти её нежных рук
— Я должна понимаешь — заикаясь от нехватки воздуха, Оксана была не в состоянии обуздать рассудок, словно сходила с ума от того — Провести эту процедуру
— Ну, так что вам помешает расслабиться
— Я должна быть сосредоточена — облизывая жадно губы, Оксана сходила с ума от экстаза простого поглаживания пальцев, белокурой девушки, вдоль её половых губ
— Это не помешает вам расслабиться
— Я могу впасть в обморок — утверждала Оксана — В последнее время, я что-то бурно стала их переживать, никак не могу насытиться тем, что уже имею, мне становится и этого мало
— Так может, стоит мне вам помочь
— Я так не думаю — была не согласна Оксана, однако с порочной улыбкой на губах, извивалась, стоя на четвереньках, по власти сексуальных чувств, объятии девушки
— Я просто хочу — убеждала блондинка, нежно лаская кожу бёдер Оксаны, когда она сходила с ума от скольжения, пленяющего трения ладоней — Чтобы вы расслабились и получили удовольствие
— По мне не видно да
Извивалась Оксана в объятиях рук блондинки, словно сходила с ума, от того как она сексуально шептала рядом с ухом, как приятно пахло от неё. Белокурая девушка всем своим обольщением, она сводила разум Оксаны с ума, лаская спину, поясницу, талию и бёдра.
— Что я уже почти готова испытать экстаз
— Почти не считается
Ухмыльнулась блондинка, вновь с бёдер плавно перешла на живот, опускаясь ниже, перешла на гладкий лобок, огибая его пальцами, трением необузданной страсти ласкала влагалище Оксаны.
— Я бы хотела довести вас до этого момента
— А я не хочу
Забавляясь тому, как белокурая девушка дарила телу Оксаны, обворожительную нежность, чувствуя как её пальцы скользили вдоль поверхности набухших, от прилива крови, половых губ.
— И тебе придётся со мной считаться
Гордо заявила Оксана, обернувшись, опираясь на локти, оставляя изогнутой спину, наслаждаясь тому, как блондинка, сзади ласкала выставленные ягодицы ладонями.
— Ты ведь меня не обесчестишь?
Поинтересовалась Оксана, изображая волнение на своём лице, когда всё её тело, каждая клеточка её плоти, желала вкусить ласку любви от белокурой обольстительницы.
— И позволишь мне самой решать
«Как же я хочу, чтобы она обуздала мой порыв, вошла в меня своими пальцами, ласкала меня, пока я не затекла прямо на этой кушетки, я бы грызла зубами подушку, сгорая от экстаза», думала в тот момент Оксана, извиваясь, словно королевская кобра, стоя перед блондинкой.
— Но почему-то — пальцами одной руки, девушка раздвинула половые губы Оксаны, в этот момент она ощутила холодок в комнате пронизывающий её насквозь — Ваше тело думает наоборот
— Правда? — облизывая жадно губы, Оксана поняла, что тот холодок, который проникал в неё, был дыханием с губ белокурой девушки, когда она, имея соблазна, слегка подула в неё
— Думаете, я не заметила? — дышала она горячим обворожительным дыханием прямо во влагалище Оксана, положив ладонь руки на её ягодицы, большим пальцев, подушечкой, надавила на анус
— Не заметила что?
Простонала Оксана, сгорая от предвкушения любви, жадно облизывая губы, чувствовала уже как подушечки пальцев блондинки, слегка только притронулись её нежным стеночкам.
— Что я должна была увидеть?
— Вы поразительно любите врать Оксана Владимировна
Держа стеночки влагалища Оксаны разведёнными, блондинка пальцами другой рукой легонько провела по их бархатистой поверхности, от чего она издала порочный стон.
— И думаете, я обо всё не догадываюсь
— Догадываешься о чём? — раскрывая губы в искушенной форме, Оксана молча изобразила, будто стоном, страсть, которая её обуздала
— Как вы сильно жаждите этого
— С чего ты друг взяла?
Сгорала Оксана трепетным терпением, от того как трогала аккуратно пальцами нежным стеночки её влагалища, когда блондинка держала ладонь на её ягодицах, а палец, всё так же продолжал давить на анус.
— Что я хочу так секса
— Да вы вся течёте — возразила блондинка, словно упрекая Оксану во лжи — Если вы позволите
— Нет! — повторила Оксана свой отказ, не желая слушать мольбы и убеждения от девушки
— Интересно почему? — поинтересовалась девушка, оставляя раскрытыми губы влагалища Оксаны раскрытыми, белокурая девица, умело пальцами другой руки, стала стимулировать клитор
— А….. — издала Оксана порочный стон, зажмурив глаза, вцепившись в накидку смотровой кушетки, стояла на четвереньках, выпрямив спину и свесив голову, слегка закрыв веки глаз
В этот момент, когда Оксана была подвержена экстазу и ничего не могла сказать и сделать, блондинка ввела в неё два пальца правой руки, прижав при этом ладонь к её лобку. Изнывая порочным стоном, Оксана от удивления раскрыла губы, пытаясь словно издать стон, затаив дыхание, когда белокурая девица тут же пальцами схватилась за её грудь. Для усиления эффекта, переживаемой Оксаной, искушенной страсти, она сдавливала грудь пальцами и при этом вводила в её влагалища непрерывно, поступательно, два пальца, второй руки. Извиваясь стоя на кушетке, склонив голову, Оксана стояла на кушетки, её эмоциональная энергия, после скандала с Громовым в кабинете, была такой сильной, что сковала в напряжении всё тело. Облизывая и в тот же момент, кусая краешек губы, Оксана переживала страшный порог, чувства сексуального возбуждения, который не могла удержать в себе.
Начиная судорожно извиваться, Оксана испытала оргазм от ручной стимуляции пальцев девушки, склонив часть тела, прижав голову к кушетке. Выставив упругие бёдра вверх, Оксана, обвив руками края кушетки, на которой стояла на четвереньках, извиваясь в конвульсивном припадке, стала демонстративно показывать перед девушкой, высшую степень удовлетворения. То как блондинка дышала под ухом Оксаны в этот момент и сама, возбудившись от такой стимуляции, стонала так что каждая нотка её голоса, помогала в достаточной тонкой мере пережить момент нахлынувшей искушенной страсти. Сжимая пальцами грудь Оксаны, потом вновь расслабляя, такими действиями она помогала ей излить всю накопленную энергетику из себя. Мозг Оксаны словно как, почти светился, феерически, обрабатывая миллионы импульсов, которые она переживала каждой клеточкой своего тела, затрагивая даже тёмные уголки души.
— Блядь — грязно выругалась Оксана, задыхаясь от пережитого экстаза, рухнула на постель, испытывая жажду воздуха — Ну ты в конец охуела
— Вам понравилось? — легла рядом с Оксаной, поинтересовалась белокурая девушка, с довольным взглядом страсти, посмотрела ей в глаза, когда она задыхалась от пережитого оргазма
— Еще бы — любопытно сгорая в пламени любви, переизбытки чувств, когда гормон, отвечающий за страсть, словно переполнял тело Оксаны, продолжала смотреть в глаза девушки
— Господи — любопытно смотрела Марина Павловна в глаза Оксане, застыв над её телом, стоя на четвереньках — Какая же вы красивая
— Правда?
Ухмыльнулась Оксана, раскрывая алые губы, покрытые слюной, поинтересовалась она, продолжая смотреть в глаза девушки, чей карий взгляд был так безупречен, обворожителен, как изящные скулы и подбородок.
— Или это просто, как комплимент, чтобы опять воспользоваться мной?
— А может я в вас влюбилась?
— Тебе нравятся женщины? — поинтересовалась Оксана, словно сходила с ума, когда текла соком любви, ощущая приятное завораживающее дыхание, исходящие с губ блондинки
— По-моему — игриво и в тоже время так медленно и приятно она надавила кончиком подушечки указательного пальца на сосок Оксане, прикосновение, которое словно затрагивало душу, в сексуальном достатке, раскрывая алые губы — Вам тоже нравятся женщины
— Но я-то хотя бы этого не скрывала
Изумилась в улыбке Оксана, после чего запрокинула свисающую голову с кушетки, оставаясь лежать спиной на подушке, ощутила как девушка, впилась губами в её розовый сосок.
— А….. — чувствительно нежно Оксана издала стон, раскрывая губы, чувствуя как холодом, обузданной страсти, девушка нежно обволакивала её сосок сочной выставленной груди, что она обвила пальцами обеих рук — М…..
— Какая же у вас красивая грудь
Похвалила она, открываясь от груди Оксаны, оставляя на бархатистой коже слюну, что будоражила ощущениями лёгкого холодка, что заводило разум порочными сильными чувствами.
— Шикарная просто
— А…..
Издала Оксана порочный стон, ощущая как пальцы белокурой девушки, легонько коснулась плоскости её живота, когда она учащённо дышала, продолжая смотреть в глаза блондинке.
— М…. — облизывая смачно губы, Оксана изнывала в стонах, чувствуя, как тонко, словно как огонь касанием губ блондинки медленно опускаясь вниз, продолжая смотреть на неё так, как на властительницу — Что же ты со мной делаешь?
Прикосновение губ блондинки были столь желанны, что словно, как дух захватывало у Оксаны, когда она чувствовала, как белокурая обольстительница целует ей лобок.
— Ах….. — раскрывая в порочной страсти губы, Оксана ощутила, как блондинка вцепилась пальцами одной рукой в её грудь, впившись тут же губами ей во влагалище
Чувство, которые испытывала Оксана, были просто божественным, извиваясь в объятиях блондинки, она свисая головой вниз, ощущала как страстно девица, губами облизывала её.
— М….. — испытывала Оксана, приятное тепло на половых губах и то как смачно белокурая девица облизывала их, принуждая её воспевать страстной кошкой, при этом кусая сексуально губу
Продолжая страстно извиваться, Оксана чувствовала как белокурая львица, словно впивалась губами ей во влагалище, пропитывая половые губы, изобилием слюны. Раскрывая пальцами другой руки половые губы Оксаны, блондинка сплюнула, прям на их нежные стеночки, после чего вновь впиваясь во влагалище губами. Чувство сексуального контакта было таким сильным насыщенным, что Оксана испытывала феерические порочные ощущения. Язык блондинки так сладко и приятно проникал в Оксану, облизывая стеночки влагалища с жаждой порочного голода.
Ощущения нечто влажного и приятного внутри стеночек влагалища, изводило разум Оксаны, когда она чувствовала, как белокурая девушка проникала в неё языком. Глаза Оксаны стали закатываться, когда она, свисая с кушетки вниз головой, испытывала приступ конвульсивного оргазма, что проявлялся для неё судорожным подёргиванием. Согнув обе руки в локти, Оксана словно впала в омут безумия, отражая в голубых лазурных глазах, стеклянный взгляд, который безмятежно, смотрел в потолок. Раскрывая губы как рыба, Оксана словно хватала воздух, от переизбытка ощущений, не могла выразить их стоном. Сознание металось, как неудержимый зверь, когда Оксана переживала момент сокрушающего разум оргазма, выгнув спину, выставив грудь, лежа на кушетки. Застыв на мгновение, с раскрытыми губами, Оксана пустым взглядом смотрела в потолок, пытаясь дышать, но всё было в таком сильном напряжение и от ощущения сдавленности во всём теле, впала в обморочное состояние.
— О… господи Оксана Владимировна
Испугалась блондинка, отпрянув от влагалища Оксаны, в тот момент, когда она рухнула на кушетку в бессознательном состоянии.
— Неужели было всё так серьёзно?
Посмотрела блондинка с довольством улыбки, сидя на кушетки на коленях перед Оксаной, когда она лежала рядом с ней без сознания. Дотронувшись пальцами до живота Оксаны, белокурая девушка смачно облизывала губы, смотрела на то, как она в расслабленном состоянии, испытывая всё еще многократный оргазм, находясь без сознания, стонала во сне.
— В любом случае
Застыв над раскрытыми губами Оксаны, стоя над ней на четвереньках, блондинка, смачно облизнула их пылкую поверхность, оставляя на них частички вагинальных выделений.
— Вам Оксана Владимировна
Проведя кончиком пальцев по губам, после поцелуя, белокурая девица страстно посмотрела с улыбкой на Оксану, просовывая пальцы, пропитанные соком любви с влагалища ей в рот.
— Нужно в любом случае
После чего свесив ноги с кушетки, оставив Оксану лежать без сознания, на ней, лежать одну, блондинка медленно встала.
— Вам нужно отдохнуть
С этими словами, Марина Павловна играя телом, направилась к выходу из кабинета, стукая каблуками по линолеуму. Открывая дверь, девушка с изумлением улыбки, посмотрела на то, как без сознания лежала Оксана, после чего открыла дверь, переступив через порог, плавно закрыла её за собой. Продолжая какое-то время изнывать во сне в стонах, Оксана переживала момент оргазма, когда медленно с её половых губ, сочился сок пережитой любви, пропитывая своим обаянием простынку на которой она лежала.


Чувствуя, как сквозь сон, кто-то медленно дотронулся до щеки ладонью руки, принуждая Оксану вырваться из объятий омута. Открывая медленно глаза, Оксана заметила белокурую девушку, стоящую у кушетки на которой она лежала. Девушка медленно водила пальцами тыльной стороны ладони её лицу, специально делая так, чтобы она пробудилась, ощущая нежность трения.
— Оксана Владимировна проснитесь — нежно прошептала она рядом с губами Оксаны, положив ладонь к ней на выставленную грудь
— Что случилось? — уставшим от бессилия голосом, спросила Оксана, не открывая глаза, чувствуя завораживающее тёплое дыхание с губ блондинки, когда девушка наклонилась перед её лицом
— Если вы хотите провести эту процедуру — говорила она пленительным шепотом рядом с губами Оксаны, словно манила её слиться в едином пламени поцелуя — То нужно действовать сейчас
— Сколько сейчас времени — открывая глаза, Оксана обратила внимание, как в кабинете, где она спала была притушенная атмосфера света и тени, когда за окном воцарилась ночь и свет фонарного столба, золотистой дорожкой падал на пол — Как долго я спала?
— Уже почти полночь — продолжая сидеть рядом с Оксаной на кушетке и держа ладонь руки у неё на груди, тихо прошептала Марина Павловна — Я всё организовала, вам только нужно будет зайти в реанимационное отделение и выкрасть пациента
— Выкрасть?
— А вы думали, что нам его просто так дадут?
— Громов ведь не против — уверяла Оксана, уставшим голосом, оставаясь лежать головой на подушке — Зачем нам его выкрасть
— Громов то не против — мило улыбнулась блондинка, убирая руку с груди Оксаны, чаруя её сознание, влиянием своего парфюма, находясь с ней рядом на смотровой кушетке
— Тогда в чем проблема
— Его мать!
Пояснила девушка, поджив под себя ноги, сидя рядом с Оксаной на кушетке, положила тёплую ладонь к ней на живот. После чего отчаянно посмотрела на качающуюся тюль, от проникающей прохлады, через открытое окно, висевшую на окне.
— Она не согласна на эту процедуру
— Будто её кто-то будет спрашивать
— Послушайте — уверяла она, положив плавно пальцы с живота Оксаны, проведя по её руке, рассуждала Марина Павловна — Через двадцать минут, охрана сменится
— Охрана? — была удивлена Оксана, приподнимаясь с кушетки, опираясь на локти — Какая еще охрана?
— Громова распорядилась поставить караул у входа в отделение — продолжала рассказывать блондинка, касаясь пальцами плеча Оксаны — Так как Громов никого из них не пустит в реанимацию
— Но в чём дело? — с трудом поднялась Оксана, сев на смотровой кушетке — Почему Громов разместил охрану у входа в отделение, он же сам настоял, чтобы я провела эту процедуру
— Да но….. — замешкала блондинка с ответом, скрывая взгляд от Оксаны, посмотрела на пол
— Что не так? — вцепилась Оксана пальцами в кисть руки девушки
— Его мать
Утверждала белокурая девушка, обернулась и посмотрела завораживающим взглядом на Оксану, когда прохлада, проникающая через раскрытое окно в кабинете, тормошила её волосы.
— Ввиду риска для своего сына такой процедуры — рассуждала Марина Павловна, словно стесняясь посмотреть на Оксану, после произошедшей сексуальной страсти — Поставила у входа в отделение, своих головорезов
— Ну, пиздец — грязно выругалась Оксана, свесив голову, подогнула под себя ноги, положила руки на тёплую, прогретую её телом простыню кушетки
— Охрана сменится через двадцать минут — утверждала знающе блондинка, уверенно посмотрев в глаза Оксане, держа руку у неё на плече — Вам лучше поспешить, у вас будет небольшой промежуток времени, чтобы выкрасть, сына Громова
— А что потом? — понимая что план безумный, поинтересовалась Оксана — Как я его выкраду, когда он сам ходить не может
— Его кровать как каталка
— Замечательно — с сарказмом, угрюмо ответила Оксана — И как я его выкачу
— Там полы кафельные и гладкие
— И как ты себе это представляешь?
— У вас есть шанс — убеждала блондинка, продолжая внушительно смотреть на Оксану, держа руку у неё на плече — Я организовала для нас операционную, всё готово, чтобы провести эту процедуру
— Да как я его выкраду? — была недовольна Оксана безумной идеей плана — Там ведь медсестра на посту, а что будет, если она позовёт охрану
— Она постоянно там следит за мужчиной, что в коме
— И как мне это поможет
— Как только она отойдёт к нему
— Я провезу каталку за её спиной
— Еще немного — мило улыбнулась Марина Павловна — И вы уже не только будите заканчивать предложения за меня, а все мысли
— Мне не нравится это идея
— Не сегодня так завтра — рассказывала блондинка, пытаясь прибодриться Оксану, чтобы она не раскисала, игриво коснулась коготком указательного пальца её носа — Он может умереть у него уже атриовентрикулярная блокада третей степени
III степень — (полная атриовентрикулярная блокада) — полное прекращение прохождения импульсов от предсердий к желудочкам. Предсердия сокращаются под влиянием синусового узла, желудочки — в собственном ритме, реже 40 раз в мин., что недостаточно для обеспечения адекватного кровообращения.
— Поверьте — стараясь казаться наиболее убедительно, девушка положила ладони обеих рук к ней на колени — Ему терять, точно уже нечего
— А мне есть!
— Вы же сами хотели её провести
— Да — согласилась Оксана — Но не при таких обстоятельствах, а что будет, если меня поймают?
— Так действуйте быстро
— Ты сумасшедшая — мило улыбнулась Оксана, была вдохновлена выражением лица, с которым белокурая девушка на неё смотрела — Если всё так, как ты говоришь
— Вы же сами хотели её провести
— Но тебя я о помощи не просила — расположившись сидя на постели, Оксана укоризненно указала пальцем на белокурую девушку
— Если бы не я — ухмыльнулась Марина Павловна, вставая с кушетки, словно специально давала Оксане, насладиться парфюмом, которым до сих пор так приятно пахло её тело — У вас бы сегодня, точно ничего не получилось
«Если бы сама не увидела, не поверила, какие шикарные у неё бёдра, прям так и взялась бы и как сжала их кожу», мечтала Оксана, обращая внимание на упругие ягодицы, девушки в белом халате, когда она встала с кушетки, направляясь к стулу на котором было аккуратно сложена одежда.
— Если бы между нами ничего бы не было — продолжая сидеть на кровати, поджав под себя ноги, возразила Оксана, любуясь телом блондинки — Возможно, у меня бы всё получилось
— Охрана Громовой вас ни за что не пропустит в реанимационное отделение
— Да с какого перепуга Громовой позволят в больнице — была не согласна Оксана с утверждением белокурой девушки, когда она, встав у стула, взялась за его спинку пальцами — В этой
Указала Оксана на пол в кабинете, делая акцент на замечание, касающегося этого здания, чувствовала, как тонкий холодок, проникающий в кабинет, слегка моросил ей кожу.
— Своих мордоворотов
— Так послушайте — взяла она нижнее черное ажурное белье, и держа его в руках, медленно, направилась к кушетке, на которой внимательно наблюдала за ней Оксана — Давайте я их попрошу, просто перенести стол из кабинета в другой кабинет
— И ты думаешь это поможет? — поинтересовалась Оксана, когда блондинка, подошла к ней и положила к её ногам, черное ажурное нижнее белье
— По крайней мере — указала она кокетливо на Оксану, игриво ткнула её прямо в сосок выставленное сочной груди — Это вот, выиграет вам время
Мило улыбнулась девушка, наблюдая за тем, как Оксана взялась за чашечки бюстгальтера, держа их на ладонях, медленно прислонила подушечки к розовым соскам.
— Одевайтесь
— Почему-то раздеваться ты мне помогала
— Если только отчасти
Повернулась она спиной к Оксане, обернувшись, положив обратную сторону ладони на плечо, выставив указательным палец согнутым к верху, подогнула ногу в колено.
— Помогла вам всего чуть-чуть — показала она маленький просвет между пальцами одной руки, указывая на малую долю своей помощи
— Всего чуть-чуть говоришь? — застёгивая застёжку бюстгальтера, была не согласна Оксана с таким утверждением — Да я блядь чуть не охуела
— И это мягко говоря сказано — подметила блондинка, заигрывая, милой улыбкой подчеркнула скулы, указала пальцем на Оксану
— Вот значит как? — ухмыльнулась Оксана, опустив ноги с кушетки, коснулась каблуками надетых туфель пола в кабинете
— Ну, правда, оргазм переживаете вы очень бурно
— А ничего что я гиперчувствительная
— Знаете я где-то читала
Начала ходить белокурая девушка в белом халате по кабинету, переходя от света и тени, словно как скрывала мимику, улыбку и довольство на лице, от глаз Оксаны, строя интригу разговора.
— Что женщины после бурного скандала, может выплеснуть так быстро все эмоции из себя
— Это не про меня
— Ну да конечно — ухмыльнулась Марина Павловна, девушка, улыбаясь, отошла к открытому окну, опираясь руками о подоконник, прижалась к нему бёдрами
— Ко мне это никак не относится
— Просто вы слишком сильно всё переносите
— Согласимся и на этом — посмотрев на блондинку, Оксана встала к ней боком в кабинете, играя бёдрами, словно королевская кобра, одевала на себя черные ажурные трусики-шортики
— Значит, вы так легко сдаётесь
— Просто у меня нет времени с тобой тут спорить — подошла Оксана к спинке стула, посмотрела на окно, где за плечом блондинки горел свет фонарного столба
— Просто признайте, что вы слабая
— Хорошо — мило улыбнулась Оксана, взяв в руки белую материю халата — Пусть будет так, как ты говоришь и спорить я не буду
— Даже так? — с сарказмом, улыбнулась блондинка, не поверив ни единому слову Оксаны — Вы что одевать кроме халата на себя ничего не будите?
— Нет — одевая на себя халат, Оксана, оставаясь стоять боком к своей белокурой собеседнице, с милой довольной улыбкой, удивлённо на неё продолжала смотреть
— Что просто накинете на себя халат
— А что мне разве нужно что-то еще? — мило в ответ улыбнулась Оксана, повернувшись к белокурой собеседнице, застёгивала пуговицы, белого, надетого на себе, халата
— Вы точно не в своём уме
— Правда? — сохраняя долю сарказма в улыбке, пожав плечами, ответила Оксана, беглым взглядом, с критикой посмотрела на свою собеседницу, продолжая застёгивать пуговицы
— Но вы безумны Оксана Владимировна
— По-твоему лишь безумие спасает человеку его жизнь?
Расправляя волосы из-под халата руками, Оксана обеими руками, хорошо встряхнула их, посмотрев в сторону белокурой собеседницы, когда она сидела на пластиковом подоконнике.
— Или ты так не считаешь?
— По-моему — сползая с подоконника, начала с той же реплики, что и Оксана, говорила белокурая девушка, шикарно играя в каждом шаге бёдрами — То что мы сейчас будем делать, не является безумием?
— Это абсурд — сделала Оксана на этом замечание, направляясь по тёмному кабинету в сторону выхода, остановилась на золотистой дорожке, проникающего света от фонарного уличного столба
— Ну что пойдём? — предложила Марина Павловна, когда подошла к столу и взяла белый медицинский колпак, мелено направляясь, держа его в руке, к Оксане
«Блядь ну как ей сказать, что меня от одной только мысли, всю трясёт», размышляла Оксана, нервно кусая губу, когда блондинка к ней подошла, передавая медицинский колпак к ней в руки.
— Волнуетесь? — спросила она, посмотрев Оксане в глаза, после чего Марина Павловна, прошла рядом, играя перед ней упругой красотой бёдер
— Да если честно — заправляя волосы под колпак, ответила Оксана, одевая его на голову, направляясь следом к выходу за блондинкой — Меня всю трясёт
— Еще бы — мило улыбнулась девушка, открывая перед Оксаной дверь, отошла в сторону, позволяя ей первой покинуть кабинет и войти в коридор поликлинике, где всё еще работало дежурное местное освещение — Если нас поймают, я даже думать не хочу, что с нами будет
— Меня Громова точно тогда застрелит
Сохраняя красоту улыбки, говорила Оксана, когда вошла в пустой коридор поликлиники, где лишь в его конце горел свет и на входе, а вся остальная часть помещения, находилась в сумраке.
— А если не она — рассказывала Оксана, обернувшись, наступая каблуками, надетых на ногах черных туфель на мраморную плитку — То Громов, точно мне устроит
— Если у нас получится обнаружить то, что вы ищите
— То, что я ищу, называется карцинома
Пояснила Оксана шепотом, оборачиваясь назад, беспокоилась, чтобы её голос не услышали охранники, патрулирующие больничный комплекс ночью.
— Если это окажется правдой
Рассуждала Оксана, вновь обернувшись назад, снизив тон голоса, после чего повернувшись к собеседнице, заметила, как она с трудом сдерживала улыбку, чтобы не рассмеяться.
— Чего смешного?
— Да я про то, как вы озираетесь назад и оглядываетесь по сторонам
Стараясь успокоить, убеждала блондинка, плавно закрыла дверь кабинета, оказавшись с Оксаной в одном коридоре поликлинике, когда основная его часть находилась в тени сумрака ночи.
— Будто кого-то ожидаете тут увидеть
«Ну не могу же я ей тут сказать, что будет, если поздно ночью, меня увидит здесь патруль, что я на утро или даже когда Громов сюда посреди ночи приедет, как мне ему объяснить, моё присутствие здесь», прикусывая нервно краешек губы, Оксана посмотрела в карие глаза девушки.
— Не волнуйтесь — коснулась Марина Павловна с улыбкой на губах кончиками пальцев плеча Оксаны, когда она прошла несколько метров от закрытой двери кабинета, подошла к окну, занавеска на которой колыхалось от прохлады — Я вас прикрою
— Нет ну просто — обернулась Оксана, с изумлением посмотрев на белокурую девушку, ни единому её слову не поверив — С чего вдруг тебе мне помогать?
— Да потому что мне во всём надоело слушаться Виктора Валентиновича — повысив тон голоса, нервно начала рассуждать Марина Павловна, размахивая руками — Он боится ослушаться, боится оступиться и рискнуть ослушаться Громова
— Я тоже боюсь
Продолжая кусать нервно губу, Оксана процарапала пластик подоконника, на который опиралась бёдрами, стоя в коридоре, загораживая спиной свет фонарного уличного столба.
— Прекрасно понимаю, что со мной сделает за это Громова
— Даже думать не хочу про все эти мерзости
— Вот и я о том же — одобрительно кивнула Оксана головой, медленно отошла от подоконника, прошла рядом с белокурой девушкой, вдыхая глубоко палитру исходящего от неё парфюма, запах которого плавно раскрывался как бутон цветка — У тебя такой приятный парфюм
— Спасибо Оксана Владимировна — проследовала блондинка, следом за Оксаной по коридору, заканчивая разговор, так будто, для неё, он еще не окончен — Но вы не ответили, почему вы боитесь, Громову, большем, чем самого Громова?
— Да потому что в лучшем случае
Обернулась Оксана, когда отошла от окна на пару метров, пытаясь сдержать в себе раздражение, сжала пальцы, обеих рук в кулаки, глубоко хвата ртом воздух.
— Если уж дело зайдёт о его репутации, максимум на что я могу надеяться из наказания, это может быть пулю в лоб, хотя нет, он скорее отвезёт меня в деревню
— Скорее отшлепает по попе непослушную девочку — рассмеялась Марина Павловна, направляясь по тёмному коридору вместе с Оксаной
— Поверить не могу — высказывалась недовольно, Оксана старалась улыбнуться, посмотрела на свою собеседницу — Что мы с тобой это делаем вместе — чувствовала она, как проникающая прохлада, через открытые окна в коридоре, слегка моросила ей кожу
— Ну, мы и не такое с вами делали — рассмеялась назойливо блондинка, прикрывая кончиками пальцев губы — Кроме того, я прекрасно знаю, какая вы изнутри
— Вот как! — изумилась Оксана, когда они подошли к проходу лестничных маршей — И какая же я?
— Ну
Вошла первая белокурая девушка на лестничную площадку, какая пальцами прохода открытой двери, что Оксана, держась за ручку, перед ней открыла.
— Если честной быть…..
— Да пошла ты…. — шлёпнула Оксана девушку по выставленным бёдрам, когда она перешагивала через порог открытой двери — Умеешь зацепить
— Ай…. — взвизгнула блондинка, обернувшись, раскрыла губы в искушенной форме, в тот момент когда Оксана, в момент шлепка, зацепила её кожу выставленных бёдер — Я хотела сказать…..
— Да знаю что хотела — мило улыбнулась Оксана, когда сама вошла на лестничную площадку, вслед за белокурой девицей
— Тогда за что вы меня ударили? — возмущённо, нахмурила с обидой губки, обернулась Марина Павловна, посмотрела на Оксану с обидой
— За то что хотела сказать гадость
— Я об этом даже и не думала
— Это я заранее — выставила Оксана указательный палец перед лицом блондинки, подошла к ступенькам лестницы, обвив пальцами поручень — Чтобы и не подумала
— Нельзя же так! — уверяла блондинка, словно любуясь упругой формой бёдер Оксаны, что она перед ней выражала, спускаясь первой по ступенькам
— Мне можно
Пройдя пару ступенек, стоя под сумраком ночи на лестничном марше, обернулась Оксана, когда свет с фонарного уличного столба, за окном, прекрасно преобразил её волосы золотистым светом.
— Потому что я могу
— Вы меня обидели этим
— А что если я заигрываю? — мило улыбнулась Оксана, пожав плечами, отразив перед девушкой, прекрасным изгибом очаровательные скулы
— Через шлепки?
— А почему нет — сохраняя улыбку на губах, Оксана первой продолжила спускаться вниз по лестнице, прекрасно играя в каждом шаге бёдрами
— Какой-то странный у вас вариант заигрывания — недовольно тихим голосом, высказалась Марина Павловна, продолжая следовать за Оксаной по ступенькам лестницы
— Ну уж извини — развела руками Оксана, спустившись на один этаж, встала у ступенек лестницы, где был небольшой вестибюль, состоящий из двух кресел и журнального столика — Какая есть
— Вот здесь вам лучше и быть — утверждала взволнованно Марина Павловна, опираясь на перила лестницы, посмотрела вниз, взволнованно, после чего тут же отпрянула — Реанимационное отделение ниже на этаж
— Как будто я не знаю
Возмутилась Оксана, бессмысленным нотациям девушки, играя перед ней бёдрами, прошлась по мраморной плитке пола, обернувшись, встала у белого мягкого кресла.
— Иди отвлекай своих охранников — нахмурила Оксана губки, глубоко выдыхая через них воздух, встала прямо под светом горевших светодиодных светильников на потолке
— Дождитесь моего сигнала — утверждала блондинка, подойдя к ступенькам лестницы ведущих вниз на этаж, остановилась белокурая девушка, обернувшись назад
— Иди уже
С еще большим серьёзным взглядом, словно эта девушка ей надоела, ответила Оксана, касаясь пальцами ворса, мягкого белого кресла, в вестибюле перед дверьми хирургического отделения.
— Без тебя как-нибудь разберусь
Присаживаясь в мягкое кресло, Оксана внимательно стала слушать происходящее то, как белокурая девушка, стукая каблуками по ступенькам, медленно спускалась вниз. После чего спустившись на этаж ниже, она сделала еще пару шагов.
«Просто всё же интересно, какую ерунду она скажет охранникам Громовой», мило улыбнулась Оксана, облокотившись на спинку кресла в котором сидела, положив ногу на ногу.
— Мальчики доброй ночи
Был слышен заурядный кокетливый голос Марины Павловны и то, как она обратилась к охранникам, дежурившим в вестибюле у входа в реанимационное отделение.
— Вы не поможете случайно перенести мне стол из одного кабинета в подвале, на четвертый этаж в клинике — разговаривая с охранниками, говорила хитрым и в тоже время милым голосом блондинка
— Вы извините — вежливо отвечал охранник — Но мы как бы тут дежурим
— Да брось — был словно обольщён красотой белокурой девушки — Мы уже который час ждём тут не заснуть ничего, давай поможем ей стол перенесём
— Максимум что это займёт у вас времени двадцать минут — стараясь казаться убедительной для мужчин, говорила Марина Павловна
— Ладно хорошо — было слышно, как уныло вздохнул один из охранников — Но только из-за того чтобы размяться, а то ноги все затекли уже сидеть тут
— О… обещаю вы разомнётесь — радостным голосом, ответила белокурая девушка, после чего их шаги стали удаляться по ступенькам лестничных маршей вниз
«Похоже на то, что мой выход», предположила Оксана, медленно вставая с кресла, и стараясь казаться бесшумной, медленно касалась каблуками надетых на ногах туфель, мраморной плитки пола, направляясь к ступенькам лестницы.
Обвивая пальцами поручень перил, Оксана словно переживала момент страха, боязнь быть обнаруженной и разоблаченной. Кусая нервно губу, Оксана медленно спускалась вниз под шум удалённых шагов, как будто дрожала, ей хотелось всё бросить и развернуться и убежать, закрыть глаза и представить, что этого и не было. Спустившись на этаж, где находится реанимационное отделение, чувство ужаса Оксаны было таким сильным, что сердце было готово выпрыгнуть, а воздух в груди, будто как что-то перехватывало. В тоже время, Оксана понимала, что не может отступить не может сдаться и то, как просто развернуться, сдаться и опустить руки, она не может.
— Ладно, всего ничего
Стоя у закрытой двери реанимационного отделения, тихим шепотом, прошептала Оксана, после чего, переводя дух, пытаясь перебороть свой страх, стояла какое-то время.
— Я смогу — уверяла себя Оксана, когда переборола долю своего страха, держась за ручку двери, обвив её стержень пальцами, легонько потянула дверь на себя
— Оксана Владимировна — узнала, дежурившая медсестра, шатенка, Оксану, как только она открыла дверь и показалась в проходе реанимационного отделения — Но что вы тут делаете?
Выражая удивление, спросила она, когда Оксана ничего ей не ответив, переступила порог двери вошла в реанимационное отделение, наступая каблуками на белый кафельный пол.
— Вы время видели сколько — возмущенно говорила она, поднимаясь со стула на котором сидела, девушка, поправила белый колпак, который был одет на её голове — И в конце то концов, что за верзилы там стоят у входа?
— А…. ты об этих — указала Оксана на закрывающуюся медленно за спиной плавно дверь, кокетливо говорила Оксана с ухмылкой на лице — О них, пока ты можешь и не переживать
— В самом деле? — недоверчиво, ответила она вопросом — Но что вы тут делаете?
— Мне нужно срочно поговорить со своим пациентом
Уверяла Оксана, стукая каблуками туфель, направляясь вдоль реанимационного отделения, стараясь не смотреть на назойливую девушку.
— И в конце-то концов
Возразила Оксана, когда остановилась рядом с дежурным постом, где находилась дежурная медсестра, когда сидела за компьютером, забивая медицинские базы пациентов реанимации.
— Имею я право — гордо заявила Оксана, поднимая подбородок к верху — Проверить своего пациента или для этого мне нужно получить какое-то особое разрешение?
— Насколько мне известно — развела руками девушка, растерявшись сначала от реплики переполненной гордости, что взыграла в Оксане — Громов вам ничего не запрещал, проходите, пожалуйста
— Спасибо — съязвила Оксана пафосным диалектом, направляясь дальше по коридору к палате пациента, играя в каждом шаге, шикарно выраженным телом
— И прошу, пожалуйста — обратилась вслед девушка к Оксане, когда она медленно отошла от её стола, проведя подушечкой пальца по плоскости дерева — Не будите моих пациентов, здесь те кто в критическом состоянии или в коме
— Ну тех кто в коме — обернулась Оксана, столь же строптиво играя губками — Я точно будить не намерена, да и наверняка не смогу
— Постарайтесь вести себя тише — уверяла она, повторяя это вновь, когда Оксана играя бёдрами направилась по коридору реанимационного отделения
— Я кажется это уже слышала
Ответила Оксана, касаясь ручки двери купе-купе, медленно потянула её на себя, дождавшись, что девушка, дежурившая на посту, ей ничего не сказала, переступила осторожно порог.
— Дура дотошная — переступая порог палаты, высказалась недовольно Оксана, когда вошла в тёмную комнату медицинской палаты, когда свет в ней был наполовину притушен
— Не думал, что и ночью вы будите меня тревожить
— Извините господин Громов
Уверяла Оксана, направляясь по палате, посмотрела на пациента с выраженными хрипами в лёгких и явной сердечной недостаточностью, что регистрировали показания прибора жизнеобеспечения.
— Это вынужденная мера
— А… это вы Оксана — с улыбкой ответил он, откашлявшись в кислородную маску, снимая её с лица, будто она ему мешала говорить, слегка опираясь на локти, поднялся он
— О… нет-нет лежите — подошла быстро Оксана к постели пациента, помогая ему лечь обратно, посмотрела отчаянно на кислородную маску, которую он сам снял с лица
«Да вот об этом моменте я не подумала», не зная как перевезти пациента не используя кислородную маску, в которой он имел жизненную необходимость.
— Скажите — прикусывая краешек губы, посмотрела Оксана, как пациент не использовал маску и какое-то время мог обходиться без кислородной терапии — А почему вы её сняли?
— Да надоела она мне — уверял он, посмотрев на Оксану с улыбкой — Вы знаете, сегодня я сегодня разговаривал со своей матерью, дядя всё-таки разрешил ей прийти ко мне
— Это всё очень замечательно
Не зная как объяснить пациенту его временный побег из палаты, Оксана, выключив прибор жизнеобеспечения, стала снимать с его груди датчики, регистрирующие показания.
— Но у нас нет на это время
— Нет времени на что? — вцепился он в кисть руки Оксаны, когда она отцепила, целую кипу датчиков с его тела и держа их связку в одной руке
— Это не так легко объяснить — прикусывая вновь краешек губы, ответила Оксана, скрывая от пациента взгляд, не могла посмотреть ему в глаза — Послушайте, я пытаюсь вам помочь и возможно вылечить вас
— Тогда в чём проблема?
Отпуская руку Оксаны, поинтересовался он, когда она села с краю на кровать рядом с пациентом, обратил он внимание, но всё же не подавал вида, как она опрометчиво себя вела перед ним.
— Я вот сегодня увиделся со своей матерью, а вам как будто до этого дела нет?
«Да какое блядь мне вообще дело до его чокнутой матери, что меня опоила и подложила под своего чернокожего хахаля, когда у меня действительно нет времени его слушать», размышляла Оксана, отсоединив с тела пациента оставшиеся датчики, повесила их рядом на прибор.
— Я ваш врач — посмотрела Оксана в глаза этому парню, слышала, как через хрипы в груди ему было трудно говорить — И я хочу вам помочь то, что вы увидели мать, возможно, поможет вам в выздоровление, но не сегодня
— Зачем вы отстегнули прибор? — понимая, что его разговоры, мягких чувств, для Оксаны не представляют никого интереса, задал он другой вопрос, кардинально изменив тему разговора
— Потому что я забираю вас отсюда
— Забираете? — удивился он, когда Оксана встала с кровати и играя бёдрами — Я ничего не пойму
— А вам и не надо — играя бёдрами, Оксана обошла кровать и встав у ног пациента, потянула её на себя, кровать на колёсиках податливо покатилась под действием небольшой силы
— Что вы делаете? — насторожился пациент, так как был под воздействием, шока, когда Оксана начала катить каталку
— Спасаю вам жизнь — остановив кровать с парнем, Оксана обошла вокруг неё, но пациент, лежавший на ней, схватил её за руку, вынуждая обратить на него внимание
— Стойте! — крепко держал он Оксану за руку, не позволяя ей никуда отойти от него ни на шаг, от его давления пальцев, она чуть не закричала, чувствуя, как боль заставляла стиснуть зубы
— Хватит! — прошипела Оксана, обернувшись назад, беспокоилась, чтобы медсестра, дежурившая на посту в реанимационном отделении, не обратила на них внимание
— Объясните мне, что всё-таки происходит? — требовательно, говорил он, продолжая настойчиво держать Оксану за руку, сдавливая больно кисть — Куда вы меня везёте
— Всё не так просто — смутилась Оксана того, как на неё смотрел парень, лежавший на койке пациента — Понимаете…..
— Я только понимаю — мило впервые через силу улыбнулся он, пытаясь поддержать не сложившейся разговор и во всём разобраться — Что вы меня куда-то везёте?
— Я должна понять, чем вы больны
— Я думал, что Виктор Валентинович уже давно поставил диагноз
— Понимаете, господин Громов — обратилась Оксана к пациенту, скрывая от него постыдный взгляд, не могла посмотреть ему в глаза — Виктор Валентинович мог ошибаться
— А вы нет? — удивлённо возразил он, оспаривая безумную идею Оксаны
— А я хочу лишь убедиться в том — мило улыбнулась Оксана, пытаясь произвести впечатление на парня — Что я и так знаю, что вас убивает
— Да что вы говорите! — развёл он недоверчиво руками и недовольно посмотрел на Оксану, было видно как без маски, постепенно ему тяжело становилось дышать
— Вы мне не верите? — возмутилась Оксана, недовольно посмотрев на мужчину, лежавшего на медицинской передвижной кровати трансформер
— Как я могу вам верить — ухмыльнулся он, по его выражению лица, утомлённостью и выраженной легочной гипертензии, Оксана поняла, как ему это было тяжело сделать — Вы притащились ко мне ночью, пытаетесь куда вывезти, ничего не объясняете и хотите, чтобы я вам поверил
— Послушайте!
Наклонилась Оксана к пациенту, обвив плечи исхудавшего болезнью парня, шипела перед его лицом, разговаривая шепотом, прямо перед его лицом, хотела, чтобы он к ней прислушался.
— Чтобы сюда попасть
Указала Оксана на раздвинутую дверь, оставаясь стоять, склонившись над кроватью пациента, недовольно ему рассказывала, всю сложность положения.
— Я минула охранников вашей матери, что она выставила перед входом в отделение, так как не хотела без своего ведома, чтобы я была тут у вас
— Мама? — удивился он вопросительно, продолжая смотреть на Оксану — Но она бы так никогда не поступила бы со мной, да и зачем ей это
— Ваш дядя потратил огромные ресурсы, чтобы вернуть меня — утверждала Оксана, придавая огромную убедительность голосу — Когда я пытаюсь вам помочь
— Выкрадывая меня ночью из палаты
— Я пытаюсь спасти вам жизнь — уверяла Оксана, коснувшись руки парня, посмотрела ему выраженно в глаза — Как вы этого не понимаете?
— Просто скажите, куда вы меня везёте?
— Мне нужна эта процедура — ответила Оксана, раздраже