Мой первый день в королевстве Ра-Ален


К сожалению, моя память не позволяет мне вспомнить тот мир, в котором я родился и жил до того, как попал в королевство Ра-Ален. Видимо годы перенесённого полностью стёрли все воспоминания и постепенно желание вернуться угасло. Сама магическая основа этого мира не позволит вдруг разверзнуться материи времени и пространства и поглотить меня в зияющую зелёную пропасть, чтобы возвратить к родному дому. Я уже раз вышел из неё и по законам этого мира не должен вернуться обратно. Всё что я помню о первых моментах моего появления в королевстве Ра-Ален, я постараюсь изложить в этом рассказе.

Я помню, что тогда был молод и сидел за своим письменным столом, увлёкшись чтением мистическо-роковой книги Арзарум. Её строки поражали воображение и мутили рассудок. Под тусклым светом керосиновой лампы я с трудом различал слова, но не мог оторваться. Постепенно я стал замечать, что стены моей комнаты становятся трудноразличимые и как бы подёрнутые туманной дымкой, а страницы книги стали отдавать зелёным свечением. Я читал о том, как великий мудрец и маг впервые изобрёл способ высекать огонь из воздуха и о самом процессе, что даёт такую возможность. Видимо эта книга действительно была роковой, ибо те знания, что в ней запечатаны не должны были попасть в мой мир и за дерзость её прочтения что-то покарало меня. За зелёным свечением на переплёте станиц стала появляться зелёная плесень. От страха я откинул Арзарум в сторону и упал со стула. После чего с книжных полок стали падать книги и кинувшись бежать я обнаружил, что вкруг меня стоял непроглядный туман. Я закричал и потерял сознание.

Проснулся я от нестерпимого ощущения, что по мне кто-то ползает. Быстро встав и отряхнувшись, я увидел, что лежал на траве где-то за городом. Муравьи и прочие насекомые надоедливо бегали по моему телу. Я старался отделаться от них, растирая одежду. После шумного и душного города, очутиться на природе было приятным сюрпризом, но меня не покидал ужас от пережитого, и я всё ещё не мог успокоиться. Я всегда представлял место, где нет людей очень спокойным и постоянный гул от насекомых стал для меня открытием.

Несмотря на красоту и умиротворённость пейзажа я решил покинуть это место, так как был уверен, что всё ещё нахожусь в своём мире. Каково же было моё удивление, когда я увидел перед собой крепостные стены и повозки с лошадьми! Приблизившись к величественным воротам, я обратил внимание на странную одежду в которой были одеты местные что не подходила ни под один мне известный исторический период. Наречие, на котором общались люди меня смутило более всего, и я не стал обращаться к ним за помощью. Пройдя по опущенным воротам, через глубокий, заросший тростником ров, я очутился на главной улице, которая ведёт прямо к замку.

Желая исследовать новую, отныне мне не ведомую архитектуру я направился посмотреть один дом с богато украшенной вывеской. Все дома в этом районе выглядели бедно, но возвышались над землёй в три яруса. Красивая девушка выбежала мне навстречу и схватив за руку затащила в здание. По раскрасневшимся лицам и грязному смеху я понял, что попал в трактир. Я хотел было объяснить девушке сложившуюся ситуацию, но сразу понял, что это было бы бесполезно. Я не понимал её ровно столько сколько она не могла понять моего языка. Но она почти силком усадила меня за стол и под напором осуждающих взглядов со стороны, я сдался и перестал сопротивляться. Видимо мой наряд показался этим людям внушительным и меня обслуживали как дворянина, надеясь на хороший улов. Подав несколько блюд, девушка, что силком затащила меня в это заведение, уселась напротив и стала наблюдать за моей трапезой. Сперва я решил совсем ничего не есть и не обращать на неё внимания. Но она оказалась намного проворнее и стала кормить меня. Это была поистине красивая девушка со смышлёным умом и выдающемся характером. До этого момента нигде в подобных заведениях меня так убедительно не уговаривали раскошелиться. И я клянусь в тот момент был готов отдать всё что у меня было, только бы её счастливое личико не расстроилось. Так что я взял со стола нож и стал есть.

Яства оказались на славу, и я поистине оценил их неповторимый вкус. Замысловатый наряд моей приятельницы сильно обнажал немного прикрытую бледную грудь и мысли о плате сами выскочили из моей головы. В конечном итоге ко мне долго приставали с расспросами и несмотря на явную защиту и оправдания приятной девушки, которой я без сомнения оказался небезразличен, один из посетителей, грубый завистник, всё-таки вызвал стражу, и меня определили в карцер.

Не могу описать то зловоние и сырость заплесневевших стен, куда меня закинули против моей воли и какой страх меня обуял от сложившегося положения. По стенам извивалась белая плесень, образовывая замысловатые орнаменты, но отталкивающая противность их происхождения лишь вызывала отторжение, и острое желание покинуть камеру и забыть увиденное навсегда. Тусклый свет от факелов коридора и маленькое окошко в камере не давали хорошо разглядеть даже собственные руки. Под ногами было сыро, что-то даже липло к обуви. И в тот момент во имя всех богов мира я воистину не хотел знать что это! Я стоял неподвижно, боясь пошевелиться и насилу пытался защитить нос от зловония, что сильно отдавал запахом мочи и нечистот.

Мои ноги изрядно устали, а запах перестал быть удушливым, когда решётчатая дверь камеры отворилась и меня грубо выдернули в коридор. Двое стражников с факелами привели меня в хорошую комнату с лучшим освещением и столом, за которым сидел человек грозного нрава и жестоких мотивов. Несколькими ударами и громкой руганью, он заставил меня проговорить на моём языке и кричать от боли. После чего он видимо понял, что я не местный и записал это в широкую потрёпанную тетрадь. В моей голове нарастало чувство несправедливости и обиды, но под внушающим видом собравшихся угнетателей, меня обуял страх, и я не посмел возразить. С заплаканным разбитым и распухшим лицом меня отвели обратно в камеру. Там, не испытывая более отвращения от грязи, я всё-таки сел на сырой пол и стал утирать слёзы и кровь с лица. Остро захотев утолить нужду в делах естественных, я с сожалением обнаружил, что во всей камере не предусмотрено для этого ни одного ведра. Так же не предусмотрено и места для сна. Не было даже возвышения отпущенного для отдыха и позволяющего не чувствовать противную жижу на полу. Хотя возможно там и были остатки от сухой травы или грубой материи, но всё это было погребено под противным тянущимся жидким слоем отходов, видимо оставшегося от прежних узников этого места. И даже более, теперь, зная сколь жестоко со мной обошлись, я бы не удивился, обнаружив там чей-нибудь палец или оставшуюся от него кость.

Но на этом ужасы этого места не закончились, как только я стал утолять нужду через решётку, подальше от моего места пребывания, ко мне тут же подбежал стражник и откупорив дверь вытащил меня в панике прижавшегося к углу, в коридор, где стал избивать ногами. Желая инстинктивно защитить ушибленный позвоночник, я открылся со стороны живота, где мой ещё не переварившийся до конца обед был насилу изгнан из моего тела, и я заблевал всё пространство под собой в коридоре. За что получил ещё несколько серий ударов по всем органам, что у меня были, ибо потом ещё долго всё болело так, словно ничего не ускользнуло от коварных ударов этого сумасшедшего стражника. После чего меня не оставили без внимания и как только я смог разогнуться этот ненормальный, пинками заставил добраться до совков с мётлами и убрать весь коридор. А как с этим было покончено, меня так же пинками, как и в первый момент уборки, заставили взять ведро и принести из корыта воды, дабы теперь вымыть пол. Это заняло достаточно много времени, так как когда я закончил, солнце уже давно перестало освещать маленькие трещины, что являли собой окна в камерах. Однако замечу что всю эту работу я проделал чуть ли не ползком, насилу сдерживая стоны и слёзы. Честно признаться в тот момент я желал поскорей умереть, ибо ничего больше меня не держало в этой жизни и самое счастливое, что я мог возжелать, так это то, чтобы всё поскорее кончилось. Два раза этот сатана во плоти, а именно так и не иначе я называл своего угнетателя, намеренно опрокидывал ведро с водой, здорово на этом потешавшись. В конечном итоге, я понял, как узники этого ада спят в подобных камерах, так как я был счастлив наконец-то остаться один и уснул, не обращая внимания на липкую лужу.

Так прошёл первый день моего пребывания в королевстве Ра-Ален. Как ты видишь мой бесценный читатель, был сопряжён он и с моментами приятными, как то знакомство с миловидной прислужницей из постоялого дома так и с незаслуженными мучениями, выпавшими на мою долю и длившиеся ещё и после в течении нескольких лет, коим я уже давно потерял счёт. Кстати, ту миловидную особу звали Рия, как я узнал в дальнейшем, так как пришлось с ней ещё не раз встретиться. Ещё же хочу добавить, что нравы и обычаи у людей, живущих в королевстве Ра-Ален, о тех, что ныне веду повествование, были примитивными и средневековыми. Но дома их были высокие и величественные строения их невольно вызывали уважение. Однако улицы, что находились близко к крепостным стенам и были вдали от кварталов, в которых, живёт высший свет общества, являли собой зрелище страшное и грязное с немытыми бродягами, являющими свои неизлечимые язвы прохожим. Пугающие сгустки людей в тёмных подворотнях, обиженных и измученных ожесточившихся и ищущих собственной справедливости грабили и убивали своих братьев и сестёр, таких же униженных и ненавидящих жизнь. Будто дух скверны от угнетателей разродился в душах их жертв и тем самым породил новую скверну. Эти жертвы подвергшись однажды угнетению, сами стали угнетателями. И так разрождаясь эта язва поражает кварталы низшего класса, делая их преступными и обречёнными на дурную славу и унижения.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 7
Опубликовано: 04.10.2019 в 18:48
© Copyright: Творимир Чернобожий
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1