Глава 1. Истоки


Глава 1. Истоки
Прежде, чем повести речь об истории св. Царской Семьи, я хотел бы сделать не слишком подробный исторический обзор, чтобы подчеркнуть важность преемственности власти Помазанника Божия и преступность всякой борьбы с этой властью. Начать придётся издалека,- с Московской Руси – а примеры приводить не только из нашей истории, но и из истории Западной Европы. Они, как я надеюсь, помогут лучше понять скрытый и явный драматизм царствования святого Царя Николая II, катастрофу 1917 года и другие трагические события.

Идея Самодержавия на Руси зародилась ещё до монгольского нашествия, при св. князе Андрее Боголюбском. Он видел вред от усобиц удельных русских князей и стремился сосредоточить власть в своих руках, ломая удельные порядки, изгоняя из уделов даже родных братьев, умаляя власть бояр и возвышая «мизинных» людей (разночинцев того времени). Бояре ненавидели св. князя и составили против него заговор с целью убийства. Св. князь знал о заговоре, но не придал ему значения и был убит. Так на Руси произошла первая измена фактически первому Царю, ещё не Помазаннику Божию и не Самодержцу, но строителю Руси. Интересы русской нации стали «искупительной жертвой» интересов кучки бояр, родоначальников многих дворянских фамилий будущей Российской Империи.


Время показало правильность становления Самодержавия на Руси, а главное, необходимость кровной преемственности Самодержавной Власти. Поэтому Царь Московский Иоанн III, прямой потомок первого из Рюриковичей, уже временами называл себя «Царь всея Руси» и писал: «Иоанн, Божией милостию Государь всея Руси и Великий Князь Владимирский, и Московский, и Новгородский, и Псковский, и Тверский, и Югорский, и Пермский и иных».

Эпоха Иоанна III и Иоанна IV Грозного – заключительное звено в развитии идеи Царской Власти с удельных времён, только теперь она стала властью Помазанников Божиих. Последний камень в этом великом строении на Святой Руси укрепил Иоанн Грозный. В качестве доказательства приведу цитату из примечаний издателя С.Завалишина к книге В.Кобылина «Анатомия измены. Император Николай II и генерал-адъютант М.В.Алексеев»: «Византийское наследие в Русском Царстве означало не только политическое или мистическое преемство с одной лишь Империей Восточного Нового Рима, но означало включение в мировую традицию, которая вела своё преемство от царственного венца творения Адама, от «царя» послепотопного человечества Ноя, через Богоутверждённую Династию Царя-Пророка Давида до Самого Христа Спасителя. …Император Константин, отвергшись языческого бесчестия, после Первого Вселенского Собора предпринял в 326 году… расследование убийства Царя Царей Иисуса Христа, которое мы празднуем как Воздвижение Креста Господня. Тем самым св. Константин обличил тайну беззакония иерусалимских Врат Адовых (Синедриона), утвердил ХРИСТИАНСКУЮ законность в масштабах Вселенской Державы, Римской Империи. Именно так он восприял наследство в племя Иафетово от Богоустановленного Престола Иудейского. От… Равноапостольного Царя Константина Великого наследие преемственно передавалось до последнего Византийского Императора Константина Палеолога, погибшего на стенах Царьграда (в мае 1453 года Константин XI Палеолог пал в битве с войсками жестокого турецкого владыки Махмеда II Фатиха.- Е.М.). От него дед первого русского Царя Иоанна Грозного через брак с Зоей-Софией Палеолог (племянницей последнего Константина) и восприял наследство Константина Великого и наследство Царя Царей, то есть подвиг Вселенского УДЕРЖИВАЮЩЕГО».

Эта древнейшая и убедительно доказанная преемственность была законно передана Романовым Иоанном Грозным через брак с Анастасией Романовой ("худородной" Захарьиной-Юрьевой), поэтому после кончины бездетного последнего Рюриковича, Царя Феодора Иоанновича, никто в России НЕ МОГ быть законным Царём и УДЕРЖИВАЮЩИМ до самого ИЗБРАНИЯ на Царство первого Монарха из Дома Романовых Михаила Феодоровича. Ко времени воцарения Романовых связь Царской Власти и народа вполне сформировалась и укрепилась. Её огромное объединяющее значение для России понимал ещё Иоанн Грозный. Он же утверждал Божественное начало Царской Власти: «Мы, смиренный Иоанн, Царь и Великий Князь всея Руси по Божественному Изволению, а не по многомятежному человеческому хотению». Так же чётко он обозначил главенство России среди других государств. Например, послам выборного короля Польши Стефана Батория прямо заявил: «Государю вашему Стефану в равном братстве с нами быть не пригоже», а о короле Швеции сказал, что он «точно староста в волости». Впервые прозвучало слово «Самодержец»: «Российские Самодержцы изначала сами владеют всеми Царствами, а не бояре и вельможи». Называя себя «строптивым владыкой», Иоанн Грозный провёл границу между человеческой греховностью Царя и его неподсудностью перед подданными как Помазанника Божия, но держащего за них ответ перед Всевышним: «Верую яко о всех своих согрешениях, вольных и невольных, суд прияти ми яко рабу и не токмо о своих, но и о подвластных мне дать ответ, аще моим несмотрением согрешат». Вот почему публицист Л.Тихомиров в труде «Монархическая государственность» писал: «Вдумываясь в эту психологию, мы поймём, почему народ о своём Царе говорит в таких трогательных, любящих выражениях: «Государь, батюшка, надёжа Православный Царь…».

В этой формулировке всё: и власть, и родственность, и упование, и сознание источника своего политического принципа. …С таким миросозерцанием… понятно, что «нельзя Царству без Царя стоять». «Без Бога свет не стоит, без Царя земля не правится», «Без Царя земля вдова». Это таинственный союз, непонятный без веры, но при вере дающий и надежду, и любовь».

От Рюриковичей – Иоанна III и, особенно, Иоанна Грозного – Романовым достался «парламент» - Боярская Дума, которая ещё при Грозном усиливалась новыми членами и превращалась в Земский Собор. Кроме бояр и боярских детей, в Соборах участвовали дьяки, купцы, дворяне, духовенство, гости, то есть все «чины» России. Соборы играли заметную роль и в политической, и в духовной жизни Земли Русской. Например, на Соборе 1550 года Иоанн Грозный каялся в своих прошлых «диктаторских промахах» (так считают враги Царя) и обещал править, как надлежит Самодержцу; Собор 1556 года был созван по поводу войны с Польшей; Собор 1611 года славен тем, что в нём участвовали местные выборные власти и «уездные люди» - вольные крестьяне и казаки; Собор 1613 года, ИЗБРАВШИЙ Царя Михаила Романова, состоял из семисот (а может, и больше) представителей всех сословий России, продолжался более месяца, а выборные рассылали на опрос городов свои решения (Царь Михаил Феодорович за время своего царствования созвал пять Соборов!); при Царе Алексее Михайловиче – в совещательном порядке – были созваны три Собора, а именно, по поводу составления Судебного Уложения (1649), мятежа во Пскове (1650) и добровольного присоединения Малороссии (Украины) к России (1653)… К сожалению, эти чисто русские начатки «парламентаризма» в Государстве Российском были уничтожены Царём Петром I: последний Земский Собор созвали в 1689 году для суда над Царевной Софьей Алексеевной, мятежной Сестрой Петра I. Возможно, отказ от института Земских Соборов – одна из роковых ошибок Петра Великого, сказавшаяся на дальнейшем ходе русской истории.

Но при Петре I, ещё более жёстком, чем Иоанн Грозный, уже происходили «шатания» в Русской Православной Церкви, а как раз Церковь и была фундаментом Самодержавия и тесно связывала народ с Царской Властью. Л.Тихомиров в упомянутом выше труде писал, точно характеризуя монолит – Церковь и Царскую Власть: «За Самодержавную Власть народ стоял твёрдо, как скала. Без Царя он не представлял себе своей страны. Народ вынес все казни (так говорят враги Царя Иоанна IV, точнее было бы сказать "войны".- Е.М.) Грозного не только без протеста, но даже умел почувствовать в этом Царе то, чего и доселе не понимают многие учёные исследователи и юристы: действительно великого устроителя Земли Русской. …Попытки явного ограничения Самодержавия у нас доселе никогда не удавались». Как я уже писал, Самодержавие имело источником веру, и нравственная основа его – тоже вера (Церковь). Поэтому первой трещиной в этом монолите послужил Никоновский раскол. Вышло, что на одной «чаше весов» оказались Царь, Патриарх и верхние слои «служилых людей», а на другой – народ. Вот что говорил по этому поводу В.Соловьёв в «Истории и будущности теократии»: «Дело шло не о тех частных пунктах, которые выставлялись спорящими сторонами, а об одном общем вопросе весьма существенного значения. Чем определяется религиозная истина: решениями ли Власти Церковной или верности народа древнему благочестию? Вот вопрос.., из-за которого… произошла жестокая и доселе непримиримая распря между «никонианами» и «староверами».

Вместо того, чтобы сначала устранить эту распрю и укрепить идущие из глубокой древности основы Самодержавия, Пётр I способствовал тому, чтобы религиозная основа русской Монархии продолжала меняться в сторону Абсолютизма «на западный манер». Его реформы способствовали не только засилью «немцев» (европейцев) в России, но и совпали с возникновением масонства на Западе.

Масоны – «религиозные и государственные вольнодумцы» (Словарь В.И. Даля, т.II) – появились в Англии, где с их помощью произошла первая масонская революция с убиением законного Помазанника Божия Карла I Стюарта, кровавой гражданской войной и установлением подконтрольной им формы правления. Затем масонские тайные общества появились на Европейском континенте, и второй их жертвой стало прекрасное Французское Королевство. В Россию масонство начало проникать при Петре I с приездом военных специалистов, кораблестроителей и т.д. Не берусь сказать, сколько людей, посланных Петром I учиться на Запад, вернулось оттуда масонами, но наиболее подверженными их влиянию оказались высшие слои дворянства, от которых зависела судьба созданной Петром I Российской Империи.

Конечно, без петровских реформ Россия не смогла бы победно противостоять султанам Турции, Карлу XII, Фридриху Великому, Наполеону I или просто экономическому завоеванию Европой всего мира. Поэтому свою основную задачу Пётр I решил быстро и правильно, предотвратив уничтожение национального существования России. «…Но Пётр,- писал Л.Тихомиров,- был прав только для себя, своего момента и для своего дела… Когда же система закабаления народа государством возводится в принцип, она становится убийственной для нации, уничтожает все родники самостоятельной жизни народа. Пётр же не обозначил никаких пределов установленному им всеобщему закрепощению государства, не принял никаких мер, чтобы временная система не стала постоянной, не принял мер даже к тому, чтобы закрепощённая Россия не попала в руки иностранцам (то есть, масонам.- Е.М.), как это и вышло тотчас после его смерти. Пётр стремился организовать самоуправление на шведский лад и с полнейшим презрением к своему родному, не воспользовался нашим общинным бытом, представлявшим все данные к самоуправлению.

Церковная политика Петра столь же или даже более характеристична, чем национальная. …Значительная доля иерархии… была враждебна реформе Петра… Пётр имел право как Самодержец принять меры к обузданию всякого сопротивления. Но он перешёл в этом всякие границы. Он как Царь мог НЕ СЛУШАТЬ епископов или казнить их. НО ПЕРЕСТРАИВАТЬ ЦЕРКОВЬ для подчинения её государству – не имел ни малейшего права. …Пётр – в случае понимания своего Царского принципа – мог бы вспомнить, что организация Церкви, вполне обеспечивающая порядок, установлена самой Церковью более тысячи лет до рождения его самого и что если следовало устроить Русскую Церковь, действительно весьма расшатанную самим же Петром и его нежеланием целых двадцать лет допустить избрание нового Патриарха,- то для этого устроения не было надобности выдумывать «Духовный Регламент», а следовало только избрать Патриарха и собрать обычный Собор, который… установил бы всё, что есть дельного в «Регламенте». …Само собою, что не о порядке в Церкви он думал, а о подчинении её Царской Власти. …Это не суть действия Монарха, хотя бы лично не верующего, а действия увлекающегося протестантствующего новатора. Между тем, дух мероприятий Петра… остался и после него, особенно при им подготовленном господстве немцев».

Сам преемственный Царь, Пётр I нарушил вековечный политический и мистический закон кровной преемственности Царской Власти и преемственного почивания на Царе благодати Св. Духа, которое осуществлялось Церковью через Чин Священного Коронования и Таинство Миропомазания. В «эпоху дворцовых переворотов», как назвал это время историк В.Ключевский, лёгкость смены Монархов была невероятной, причём не только путём интриг, как в истории с Императрицей Анной Иоанновной, а прямым насилием, как, например, в истории с Императрицей Елизаветой Петровной или Петром III, после убийства которого дворянская верхушка тридцать четыре года жила припеваючи при угодной ей Екатерине II.

Взойдя на Престол после смерти Екатерины II, которая не успела назначить Престолонаследником любимого Внука Александра Павловича (порядок назначения Престолонаследника царствующим Императором ввёл Пётр I), Царь Павел I попытался обуздать дворянские верхи и восстановить законность вводом 5 (18) апреля 1797 года «Учреждения об Императорской Фамилии». Фактически он лишил дворян-смутьянов возможности ВЫБИРАТЬ УГОДНЫХ ИМ МОНАРХОВ. С этого момента законным Престолонаследником стал первенец Павла I Александр. После него Царём мог стать его Сын, но Бог не дал Александру Сына, а его Дочери Мария и Елизавета (они умерли в раннем детстве) законом Павла I лишались права на Престол. Даже Императрица не могла править страной без Императора. Следовательно, после Александра I могли царствовать его Братья, согласно их старшинству: Константин, Николай, Михаил Павловичи. Императрица лишь в самом крайнем случае могла быть Регентшей при Наследнике Цесаревиче: если он не достиг совершеннолетия к моменту кончины или отречения от Престола царствующего Императора.

Дворяне ответили на новый закон очередным заговором, используя финансовую помощь Англии, потому что Павел I проводил неугодную британцам торговую политику, защищая от их конкуренции русских купцов, взял под покровительство Мальтийский Орден Святого Иоанна Иерусалимского (св. Иоанна Предтечи), став его Магистром, и создал русскую военно-морскую базу на Мальте, направил донских казаков в Британскую Индию, согласно русско-французскому секретному плану (тогда были покорены Бухарское и Хивинское ханства), поддержав также и континентальную блокаду Англии Императором Франции Наполеоном Бонапартом: в личной судьбе оба Императора имели немало общего в сложных отношениях со своими Матерями. Наполеон по-своему любил Павла и, узнав о заговоре против него, послал к нему курьеров с предупреждением, но они опоздали.

Дворяне-заговорщики не раз предлагали Александру заставить Павла I отречься в его пользу, но он не соглашался даже под угрозой, что его выдадут Отцу как заговорщика. Честный по природе, он поверил заговорщикам и не выдал их, когда они поклялись честью не причинять Павлу I вреда. Но заговорщики-масоны обманули Александра, выставили его отцеубийцей: десять человек подлого изменника графа фон дер Палена забили до смерти Государя Павла I в ночь на 12 (25) марта 1801 года.

Александр I упал в обморок, когда убийцы показали ему для устрашения труп Отца. Так масоны предупреждали: вот что бывает с Царями, которые не находят с нами общего языка! Намёк Царь Александр I прекрасно понял и в один день превратился из юноши с открытым сердцем в актёра, глубоко затаившего свои настоящие мысли и чувства, игравшего роль безобидного простачка, всего лишь спасавшего свою жизнь.

Он научился умело использовать то тех, то других сановников, каждого на определённом этапе осуществления известной только ему стратегической программы.

(Продолжение следует.)



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ История
Ключевые слова: История, Россия. книга, глава 1, Писатель Е. Ю. Морозов,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 4
Опубликовано: 18.09.2019 в 17:34
© Copyright: Писатель Евгений Морозов
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1