Записки Магора Бессмертного


Записки Магора Бессмертного
Печаль Сурима

Записка первая

Печаль Сурима

Вуаль Персея, Раннох.

Впросторном баре Кирзиниуса поселенцы тянули чёрный напиток из трубочек. Когда дверь с грохотом отворилась, на пороге нарисовалась тёмная фигура отшельника. На несколько секунд все отвлеклись от распития бодрящего напитка, чтобы наградить пришедшего своими презрительными взглядами. Этим пришедшим был я.

Моё имя Магор, мне 32 года. Постоянной фамилии у меня нет, зато Вы точно должны знать мои пиратские прозвища: Капитан Бессмертие, Магор-одержимый и так далее. Нет, не из-за этого напыщенные пыжаки так таращатся на меня. Я кварианец, но с иммунитетом. Они ненавидят меня поэтому, и ещё потому, что агитпропаганда ранноха выставляет меня в дурном свете. Да, я не ношу костюм, ну то есть не всегда. Вам покажется это странным. Но, что я могу вам ответить, если сначала даже весь Полумигрирующий флот вместе с Конклавом не верил в моё существование. Однако, я стою здесь, в «Баре Зонара», чувствую своей кожей предметы, ношу удобную матерчатую одежду и могу безнаказанно целовать, не боясь смерти от чужеродных микробов.

Выкусите, сборище бездарных тупиц, называющих себя коллегией медицинских наук! Потерпев провал и сдавшись сами, в дальнейшем они так и не выделили нам нужных финансов на изучение этого феномена. Я, мой лучший друг и коллега Сурим’Ралам, гений медицинских достижений Ранноха, были вынуждены выкинуть все наши труды в «открытый космос». Эти трусы до сих пор боятся даже взять меня на свой корабль. Какое там содействие! Хотя, для Вас это не так уж и удивительно: пирата не пускают на главенствующий борт. «Пусть так», — отвечу я, но пиратом на Раннохе я не был. Я думаю они боятся Совета, вот и всё. Однако, кварианцы всё ещё ходят в костюмах, и им нужна новая территория.

Это проблема расового масштаба. Вместо иммунитета, у каждого рядового кварианца развит симбиоз. Симбиоз — это форма тесных взаимоотношений между организмами разных видов, при которой хотя бы один из них получает для себя выгоду. Как в таком случае бороться с инородными инфекциями? За триста лет кочевой иммиграционной жизни в космосе, в бегах от «восставших» роботов (по официальной истории) кварианцы ослабли настолько, что даже нахождение без специальных герметичных костюмов на родной планете, может обернуться летальным исходом. И никто в центре наук Ранноха не получает спонсирование на изучение этой проблемы. Лично мне это напоминает стерилизацию кроганов на Тучанке. Когда саларианцы применили на них генофаг. Я считаю, кто-то из Конклава работает на Совет, где опасаются, что, воспользовавшись помощью планетарного масштаба, протестанты со всей галактики могут получить хорошую поддержку и занять главенствующее положение в Млечном пути.
3/48 Золотой век пиратства ещё не погас и Совет по-прежнему боится конкуренции. Они знают, что население Млечного пути сейчас подвержено репрессиям со стороны коррумпированных властей, а народы ещё не забыли беззаботные годы после апокалипсической войны со жнецами и агрессивно проявляют себя при любом притеснении их прав. Иными словами, пираты — это борцы за свободу, раскиданные по всей галактике и ждущие только знака, чтобы свергнуть временную власть Совета и учредить новые законы для новых правовых социальных государств и их процветания. Все хотят свободу и лучшее будущее.

Несколько лет назад я потерпел поражение, и все залегли на дно. Нужно было набраться сил. На этом примере стало ясно, что наши технологии сильно уступают в бою,

идля победы нужно создавать свои заводы для производства нового вооружения. Мы нашли специалистов, учёных, стратегов. Прошло немало времени и теперь наши тайные предприятия начали давать результаты. Настало время выходить из тени и заявить о себе.

Пройдя немного по залу, я уже пожимал руку Сурима. Я наконец-то улыбнулся, (хотя некоторые из моих соотечественников даже не знают, что это). Я рассказал ему о возросшей активности на красном периметре, это означало скорое увеличение числа его пациентов, (там, где население Кирзиниуса берёт лом, стали учащаться случаи криминала). У Сурима здесь клиника, он владелец её и главврач. Он тоже носит человеческое плащ, как и я, только мой уже давно обрёл мохнатость из-за заплаток из шкур и изношенности ткани. У него длинные чёрные волосы, он покрывает их каждые четыре часа антибактериальным лаком. Шлем закрывает только его лицо, и то, он носит прозрачную плёнку.

— Нужно проверить. Возможно, кто-то собирает генетический материал для создания вирусов.

Ясделал ему знак подсесть поближе, и мы перешли на шёпот.

— Я думаю, это может быть приманкой.

— А если, это свои?

— Да, манипулировать можно кем угодно. Нужно действовать осторожно.

Он откинулся на стуле и потянул напиток, видимо раздумывая над ситуацией.

— Лучше на выходных. Соберётся много народу, и есть большая вероятность, что они покажутся. — Сурим пристально смотрел за барную стойку, кого-то высматривая.

— Давай я завтра к тебе зайду, и мы обсудим детали. — предложил я.

— Ты ведь знаешь Нору. Как она тебе? – неожиданно спросил Сурим. — Я немного растерялся. — Моя ассистентка. Помнишь её?

4/48 — А! Вон оно что. Ну, я рад за вас. Она очень интересный собеседник и фигура у неё стройная, пружинистая.

Он махнул рукой, давая понять, что я его не понял. Я не обратил внимания, как он отнёсся к этому вопросу, поэтому я ещё ничего не заподозрил.

— Ты как тогда зашёл, она только о тебе и спрашивает.

— Ты ей обо мне что-то говорил?

— Да так, немного. Ну, может больше, чем немного.

Ясмотрел на бликующую плёнку его маски, пытаясь взглянуть ему в глаза. Что-то тревожило меня в нём. Он казался подавленным, уставшим.

— И про… Луру тоже?

— По-моему нет.

— Что с тобой? Ты как-то скверно выглядишь?

Ёмкость с напитком дрогнула в его руке и громко стукнула о стол.

— А-м. Ничего. Наверно не выспался.

— Прими таблетку. У тебя их на складе полно.

— Да, приму. Со мной всё нормально. Не беспокойся.

Ярешил его больше не беспокоить и сменил тему разговора. Что-то про новые технологии в медицине. Он немного оживился, но всё равно, говорил как-то неохотно. Я отвлёкся на окно и стал разглядывать раму. Она была грязной, и поэтому привлекла моё внимание. Я совсем не смотрел в окно. Тем временем, там присел челнок, и из него вышли несколько кварианцев. Я их не заметил.

Неожиданно повернувшись к Суриму, я поймал его взгляд, брошенный украдкой к стойке. Я повернулся, и чтобы не вызывать лишних подозрений, заказал себе закуску. За барной стойкой сидела Тэтта. Я знаю её ещё с детства. Они с Луру крепко дружили до той ссоры. Тэтта была против того, чтобы такой неудачник, как я ходил с ними в компании. После этого Луру с Тэттой и Риной поссорились. Это были самые привлекательные девушки в Кирзиниусе. Тэтта была второй, после Луру. Сейчас она сидела, поникши за стойкой, попивая какой-то крепкий алкоголь. В её сторону бросали сочувственные взгляды. Я повернулся к Суриму, он будто копировал её позу. Уткнулся в стол, и ещё пытался что-то мямлить про восстановление стволовых клеток.

— Что-то случилось у Тэтты?

Секунду он колебался, потом поднял голову и глухо произнёс:
5/48 — Неудачные роды.

Ябросил на него обескураженный взгляд. Он смотрел на меня с недвижимыми веками и слегка улыбающейся полоской губ.

— Прости, друг. Я… Прости. Я должен был знать.

— Нет, это я не хотел тебя в это впутывать.

— Во что, Сурим? — Он молчал. — Что здесь такого?

Он привстал из-за стола и наклонился к моему уху.

— Это… был эксперимент. — Теперь я всё понял. Я хотел его приобнять, но он будто, предвидя мои намерения, сказал, чтобы я этого не делал. — Не при ней.

Мы снова сели на стулья. Он фальшиво улыбался мне.

— Лучше бы ты сказал мне.

— Да, наверное…

— Вы поссорились?

— Не знаю.

— Ладно, пускай побудет одна. Знаешь, друг, я понимаю тебя.

— Да, знаю.

— Ты не виноват. Приходи ко мне почаще, ладно?

Дверь открылась и по салуну разбежались клубки нагретого воздуха. Кто-то нагло стал отодвигать столы и послышался топот нескольких пар ног. Сурим пришёл в ярость. По его выражению лица я понял, что это за гости. Он достал пистолеты и ещё до того, как главный из них начал читать о нарушении закона, Сурим уже держал их на прицеле. В его глазах я читал надежду на возмездие, жажду справедливости от мира.

— Сурим Ралам, вы задержаны, до суда, за нарушение 158 закона о антиморальных опытах…

Ямедленно повернулся к служителям правопорядка, опасаясь за безрассудные действия друга.

— Дейл, у нас соглашение. Не делай глупостей. Ты же не хочешь разбираться с Периметром.

— Это бесчеловечно…
6/48 Ярешил вспыхнуть быстрее, чем это сделает Сурим, и стал оспаривать его точку зрения. В конце концов Дейл успокоился, и отпустил парней. Они вышли из салуна, а он присел на стул.

— Вы друг друга стоите. Знаешь, Магор, она ведь тебя любила. Мы все не поняли, как это случилось, но она выбрала тебя. А ты… Просто… Вот чем заканчиваются ваши эксперименты. Я думал ты понял это. А теперь и Сурим. Вы всегда были немного… странными. Но теперь, от вас страдают другие кварианцы. Улетай отсюда в течении месяца, Магор.

— Я и так живу отшельником. В чём причина…

Меня перебил Сурим:

— Что ж удачи на периметре, Дейл. Я уверен ты справишься. Буду так рад, увидеть тебя в какой-нибудь клетке с рабами.

— Стойте. Я вас никогда не пойму, и вы меня, наверное, тоже, но без вас Кирзиниус много потеряет. Это единственная причина, по которой я ничего не скажу Конклаву. Надеюсь, вы это понимаете.

Сурим всё ещё держал оружие на взводе. Я старался слегка закрывать длинные револьверные стволы, чётко направленные на Дейла. Он смотрел прямо на их чёрный металл с глупой улыбкой и стиснутыми зубами. Я знал, что он боялся, и это меня почему-то устраивало.

Дейл отвернулся и заказал выпить. Тэтта очнулась и повернулась к нам. Я увидел, сквозь маску, её, поблёскивающую от мокрых струек, бледную кожу лица. Она направилась к нам и Сурим положил оружие на стол. Повернувшись ко мне, она коснулась моего плеча и за что-то поблагодарила. Дейл обернулся к нам и увидев обнимающихся Тэтту с Суримом, опустил глаза и вышел с салуна.

— Магор, ты прости меня.

— За что, Тэтта?

— За то, что звала тебя убийцей.

— И ты прости.

— За что?

— Не знаю.

— Ты сходи к Норе, ладно?

— Сурим, я думал это твоя идея.

7/48 — Моя. — Ответил он. — Знаешь, мне кажется мы когда-нибудь это сделаем, и все будут ходить по Ранноху без костюмов. Мы обязательно это сделаем.

— Да, я надеюсь.

Мы просидели в баре около часа, уткнувшись взглядами в друг друга. Иногда поглядывали в окно и слушали, как постукивает песок. Кондиционеры неистово пускали потоки холодного воздуха по салуну, чтобы сбить нарастающее пекло за дверью.

Яглядел на прозрачную маску Сирума, и старался понять знает ли он, что именно за ошибку допустил. Не поймите меня неправильно, но для того чтобы проводить эксперимент на разумных существах, нужно иметь уверенность в почти стопроцентном успехе. Не мог он его провести на собственном ребёнке, если бы не знал, что подтверждённые целым рядом успешных лабораторных исследований данные, были недостаточно точны. Это была банальная врачебная ошибка. В этом не могло быть сомнений. Я хотел услышать, что это было. Я догадывался что за эксперимент он проводил. Он был схож с моим. Своей же ошибки я не знал. Я хотел пролить свет на эту тайну, сравнить наши действия, понять наконец-таки что пошло не так и разобраться в этом. После долгих мучительных лет, я наконец мог узнать из-за чего умерла Луру. В чём ошибся я. Но сейчас этот вопрос нельзя было задавать, и я мучительно молчал, пытаясь не дать волю чувствам.

Бар Зонара, Кирзиниус

Суть Мигрирующего флота

Записка вторая

Суть Мигрирующего флота

Вуаль Персея, Раннох

Пройдя последние поселенческие дома, обтянутые плёнкой, я вышел в пустошь. Вскоре показались антенны моего ангара. Через левую часть фасада, где у меня располагается гараж, светили лучи Тикууна.

Пусть вас не удивляет, что я оставляю двери настежь открытыми. Я установил надёжную систему безопасности собственного производства и теперь могу не опасаться даже воздушного обстрела с челноков.

День подходил к концу. Я прошёл насквозь ангара, чтобы полюбоваться пустынным пейзажем. Слева, лежащая сейчас в тени, скала таит в себе довольно памятную для меня пещеру. Но, о ней я расскажу в другой раз. Насытившись витамином D и ослепив свои глаза так, что всё в моём гараже стало казаться зелёным с красной рябью, а потом наоборот, я закрыл дверь с освещённой стороны.

По традиции, я сел за компьютер. На одном из столов в моём гараже сейчас лежал восстановленный мной гет. К сожалению, блока памяти у него не было, так что пришлось ставить чистый. Но системный, на котором лежит как бы характер, остался. Правда, его тоже потрепало. Мне пришлось восстанавливать дорожки на наносхеме. И сейчас я запускаю восстановление. Жаль только никаких воспоминаний, как я уже говорил, блока памяти у него просто не было.

Ажаль, я нашёл его в очень интересном месте. Это была старая лаборатория. Судя по всему, она была разрушена во времена восстания гетов. Это больше трёхсот лет назад. Этот гет был старым, такой каким его создали кварианцы, ещё не подвергнутый следами мёртвой эволюции. Сейчас эта лаборатория почти вся под землёй. Месяц назад, когда я там был, я обнаружил сохранившиеся голограммы в кабинете охраны. Не то, чтобы там что-то работало, но я восстановил модули памяти, насколько смог. Но, поверьте, даже этого мне хватило, чтобы понять, что за бар′тум (хаос) творился в лаборатории.

Это было время Утренней войны. Когда поднялась шумиха о «бунте», в других уголках планеты, власти начали массово изымать и «утилизировать» роботов. Не всем это понравилось, и родилось революционное движение в защиту гетов. Это сейчас мы уже адекватно принимаем гетов, как новый вид. Нет, не как во времена Мигрирующего флота, где некоторыми адмиралами отстаивалась фанатичная точка зрения о том, что геты, — это посланники богов, а их восстание, — это кара. Теперь все понимают, что уже не так явна грань между органическим и синтетическим началом. Но тогда это противостояние обернулось гражданской войной. Именно в этой лаборатории протестанты, вместе со своими синтетическими братьями, держали позиции и не
9/48 подпускали властей, отстаивая свои взгляды на будущее. Разумеется, такие стычки происходили по всей планете.

Мигрирующий флот, — это консервативно настроенная прослойка населения, выгнанная с планеты протестантами и гетами. И, на этих страницах я буду не раз отстаивать такую точку зрения. Чего стоят только огромные воронки, многочисленно разбросанные по всей планете. Это результат обстрела с крейсеров из космоса революционно настроенного население атомными бомбами. И поверьте у меня есть доказательства. Я много чего находил в развалинах: видеозаписи, дневники, документы

икое чего ещё. Но, об этом я пока говорить не стану. Вскоре и так все узнают, так что не буду отдалятся от темы.

Кучка протестантов и мирных жителей, желающих сохранить жизнь своим синтетическим членам семьи, как я уже сказал, укрылись в этой лаборатории. Их обстреляли под покровом ночи, а к обеду вошли в здание. Не щадили никого, ни детей, ни женщин, ни стариков. Я умалчиваю о гетах, захватчики думали о них, как о кухонной утвари. Они вошли быстро, зачистили помещения, и теперь самое интересное, встретили хорошо укреплённую засаду, рядом с хранилищем.

Один гет, спрятал там своего хозяина (по тогдашним меркам), и отстреливался около суток. После чего, туда кинули хорошую порцию взрывчатки и на этом успокоились. Хранилище представляло собой огромный сейф в целую комнату. Когда я нашёл его, я заметил, что вся дверь поплавилась от плазмы. Но гета не было. А кругом валялись остатки из костей и заржавевшие винтовки той давности. Гета я нашёл на третьем этаже, в одной из комнат. Там была лежанка, мусор от провизии, но я понял, что тут жил только один кварианец. Он был единственным выжившим. Вокруг гета валялись запчасти. Видимо, этот кварианец пытался его пересобрать. Но блока памяти, как я уже говорил, у него не было. Тогда ещё не было защитной системы гетов, - сгорания блока памяти, при извлечении. Может он его с собой забрал. Сейчас уже найти место его второй стоянки не представляется возможным, всё под огромным слоем песка.

На экране появилась информация о том, что восстановление прошло успешно и системный блок в норме. Я попробовал его запустить, но гет не ожил. Тогда я заменил блоки ОЗУ и у него наконец-таки открылись глаза. От волнения у меня чуть не выпрыгнуло сердце, когда из синтетических лёгких донеслось: «Создатель?». От радости я даже начал танцевать и хлопать в ладоши. Месяц работы, месяц провалов и ошибок. Он наконец работает!

— Зачем я создан? — спросил гет, всё ещё лёжа на столе.

— В целях создания новой синтетической жизни. Но это так, в общем, — я расхаживал по комнате. — Я же тебе загружал данные о смыслах жизни, о выгодном и невыгодном взаимоотношении с другими видами. Там много статей.

— А, моя профессия?

— Не торопись. У тебя нет профессии, пока. Но я хочу, чтобы ты был полезным гражданином для нашего тугодумного общества. Неким связующим обоих сторон. Хотя,
10/48 это достаточно пространно, но кто-то должен быть переговорщиком. Глашатаем мира, так сказать…

— Разрешите мне быть вашим дворецким?

Янемного опешил. Зачем? Я попросил его объяснить своё решение. Оказалось, он перебрал все доступные профессии, и быть дворецким ему понравилось.

— Очень полезное занятие, — язвительно заметил я.

— Я понял, что Вы занимаетесь крайне полезными занятиями. И моё желание находится рядом и помогать Вам во всём вполне логично.

Он встал со стола, выпрямился и галантно мне поклонился. После чего, видимо пошёл занимать сой пост, но неожиданно спросил: «Вы сделали меня хорошим воином. У вас есть враги создатель?»

Вэтот момент я всерьёз восхитился его слаженностью и осанкой. Он был великолепен! Поверхность его покрывал упругий металл, имитирующий мышцы. Под ним были твёрдые трубки, как кости, только в них располагались главные пучки проводов, по которым передавались команды, и струился ток. Они распространялись из трубок по всему «телу», как кровеносная система. Внешность трёхсотлетнего гета во всём копировала своих создателей. Тогда, проходя с ним рядом по улице, его было не отличить от рядового кварианца. Всё его тело покрывала прочная искусственная кожа, которая сейчас, увы, нигде не сохранилась, и единственным выходом было бы выращивание клеток в лабораторных условиях. Поэтому, внешне он был похож на кварианца, но совершенно белого, и без волос. Их рост прекратился после его отключки. Для возобновления их на голове робота, нужно было, опять же, выращивать клетки в лабораторных условиях. Все внутренности были спрятаны под крышками, которые пришлось изготавливать заново. То же пришлось сделать и с «мышцами», они были ужасно повреждены. Я дал ему свою одежду, правда она пришлась ему слегка маловата, но не критично.

— В центре сборного металлолома (Красном периметре), стали учащаться случаи криминала. Мы живём на отшибе, это может быть лишним фактором риска, в данной ситуации. Поэтому ты немного укреплён. У меня есть хорошие радары и средства защиты, особенно опасаться не стоит.

— Почему же флот не ведёт защитные действия?

— Тут полно проблем. — ответил я. — Особенно, разграничение синтетиков и органиков. У гетов свои поселения, у кварианцев свои. Это не даёт планете развиваться, и мы переживаем кризис. Тут мало полезных ископаемых, их почти нет, технический прогресс, единственный путь поднять экономику. Флот малочислен, и Конклав не станет им рисковать.

— Почему? Это должно быть одной из приоритетных задач.

11/48 — Если хочешь, разберись в этом.

Гет выказывал особый интерес к этой теме, но я хотел, чтобы тот сам нашёл все ответы,

ивывел своё решение. Я считал оно должно отличаться от того, что предлагают другие,

ивозлагал на него некоторые надежды.

Поднявшись на верхний этаж, в спальню, я оставил его сидящим за компьютером. Гет искал данные, знакомился с миром. Хоть я и загрузил ему около-базовый пакет, он всё ещё мало что знал о том, где находится. Его робо-мозг ограниченнее, чем у рядового кварианца. Хорошей мощностью обладают только скопления гетов, как бы соединяясь в одну серверную. По одиночке же они не так эффективны, поэтому обучение, то есть принятие нового потока информации и её обработки должно занимать не мало времени. Иными словами, это будет постепенный процесс.

Открыв окно, я вдохнул тёплый и душный вечерний воздух Кирзиниуса. Подумал, что возможно, зря я не спросил Сурима о его ошибке. Теперь это крутилось в голове, не давая мне покоя. Правда, сейчас спрашивать у него такое было бессердечно. «Может через месяц» — подумал, я.

Дом у пещеры, Кирзиниус

Патруль на "Красном периметре"

Записка третья

Патруль на «Красном периметре»

Вуаль Персея, Раннох

Металлические крыши Кирзиниуса отливали под лучами Тикууна лавовым оттенком.

Сейчас ещё утро, а на градуснике двадцать пять градусов по Цельсию.

Когда я сегодня спустился в гараж, чтобы посмотреть на градусник, мой свежесобранный дворецкий объявил о пиковой отметке температуры дня в тридцать два градуса. Поэтому, я даже одел шляпу с отворотами, в связи с опасением перегреться под Тикууном.

Преодолев довольно продолжительный отрезок пути по пустоши, я вошёл в поселение.

После победы над жнецами Мигрирующий флот вернулся на Раннох. Благодаря состоявшемуся союзу с гетами, было начато немедленное заселение — отстройка поселений. На месте разрушенного и погребённого в пески мегаполиса, приземлились два корабля-фермы. Народ начал обживаться здесь, но вскоре обнаружилось, что в этом месте мало воды, и два огромных корабля продолжили свой путь, основав в дальнейшем два города: Теслейа и Шеллен. А те, кто не захотел покидать свои свежепостроенные дома, остались жить здесь, основав Кирзиниус.

Вот главная улица поселения. На ней находится банк – самое центральное здание. Оно сделано из высококачественных бетонных блоков и имеет высоту в четыре этажа. Там же находится и местная администрация. Напротив, из того же материала здание правоохранения. А справа от банка, кирпичная больница Сурима, обитая керамическими блоками белоснежного цвета. Это самый красивый памятник архитектуры в Кирзиниусе. Туда я и направляюсь.

Япрошёл через камеру стерилизации, в регистратуре мне выдали халат, и я поднялся к Суриму. Его кабинет – это целая лаборатория. Когда я начал подходить к двери, я уже почувствовал едкий запах химикатов. Сурим встретил меня с улыбкой и дружеским рукопожатием. Я поинтересовался, как у них. Он ответил, что всё хорошо. Это было искренне, и я надеюсь ничего плохого больше не произойдёт. Он позвал Нору. Она вышла из соседнего помещения, и с такой ловкостью обогнула все препятствия в виде оборудования и целых зарослей столов с пробирками, что ей позавидовали бы самые гибкие танцовщицы Иллизиума.

— Здравствуйте, — она протянула мне руку и через маску я увидел её улыбку.

— Магор’Иденна Нар Кирзиниус, — я представился действующим сейчас именем, и мы пожали друг другу руки.
13/48 — Нора’Мир Нар Зал-Урав. Сурим о вас много рассказывал. Я впечатлена вашей работой. Ваш вклад в развитие Ранноха колоссален!

— Ну не такой уж он и колоссальный, — скромно ответил я.

— Пройдём в зал для совещаний, — Сурим предложил покинуть лабораторию.

Я согласился.

— И правда, у меня уже глаза слезятся, — Я приложил палец к лицу и снял оттуда вытекшую каплю.

— Очень хорошо, что Вы пришли. Я давно хотела Вас поблагодарить, — она сказала это направляясь к двери, которую открывал Сурим.

Раньше я представлял её какой-то наивной, а сегодня она мне понравилась. Я даже отметил её удивительную женственность. Она проявлялась во всём: в движениях, мягком голосе, улыбке и… её глазах. Лёгким движением головы она обернулась, наградив меня улыбкой своих голубых глаз, (маска у неё была прозрачная, как и у Сурима). Я Магор’Иденна, кварианец без костюма, некогда облетавший всю галактику, путешествуя в трюмах и за штурвалом, на пассажирских кораблях и военных дредноутах, почти всех разумных рас, и повидавший не одну сотню тысяч разумных существ, с полной уверенностью и радостной гордостью, заявляю, что таких голубых и смеющихся глаз, как

уНоры’Мир, я ни у кого никогда не видал. И вы можете меня повесить, расплавить плазмой, но своего мнения я никогда не изменю.

Ах, да! Вы же можете не знать, те кварианцы, которых вы видели на просторах экстернета, по большему счёту не имевшие цвета глаз, сами добились такого эффекта, путём снижения меланина хирургическим путём, или даже помещения туда фосфоресцирующих пигментов. Лет тридцать назад такой цвет глаз был в моде. Так как маски, в силу продвинутости технологий в тот период, производились только тёмного цвета, большинству было важно выделить нахождение глаз, для лучшего контакта при общении.

— За что Вы хотите меня поблагодарить? — почти машинально я задал этот вопрос, и чуть не врезался бедром о стол с пробирками.

— В прошлом месяце Вы подарили нам прекрасное оборудование. Я даже представить себе не могу сколько бы это стоило на межгалактическом рынке.

— Да, и это всего за каких-то три месяца, как я об этом у тебя попросил. — Говоря это, Сурим приводил в порядок стулья, хаотично расставленные у длинного стола для совещаний.

Язакрыл дверь за Норой и вспомнил как мне пришлось повозиться с этим оборудованием. Теперь мне кажется, не просто так я туда ездил. Я пока не решил, радоваться тому, что меня благополучно отослали подальше, или нет. С одной стороны, я хотел быть причастным к этому эксперименту, а с другой, я бы его не допустил. Я летал
14/48 на Сур’Кеш к профессорам медицины и изучал, в строгой секретности чертежи и принципы работы новейшего саларианского оборудования. Говорил с некоторыми их создателями. Порой даже не хочется вспоминать чего мне это стоило. Но, теперь я получил награду за свои труды - Нора улыбалась и одобряла их.

— Я рад, что оно приносит пользу.

— Да, и сильно облегчает нашу работу, — Нора опять наградила меня взглядом своих необычайно голубых глаз.

Янаправился к столу.

— Нора, Вы слышали, что творится на свалке? — задав волнующий меня вопрос, я присел на удобный стул, а мои собеседники подтвердили распространённые слухи словами их пациентов. Наши с Суримом намерения были одобрены, и мы сразу же приступили к обсуждению действий по этой теме. Я предложил, взять чуть больше оружия, а Сурим предложил увеличить число патруля. Я был согласен, но с условием их личного транспорта. Перевозить каких-то наёмников в моём багажном отсеке, в котором и так мало места, означает вести тактику количеством, что ведёт за собой какие-никакие, но жертвы. Я планировал напасть неожиданно, и вместо этих грязных неумёх, поставить там пулемёт на случай чего. Я объяснил свои планы Суриму, у него возникла своя точка зрения, и мы начали небольшую дискуссию.

— А как ты собираешься «по-тихому» это провернуть, если их будет больше дюжины, к примеру, — Сурим встал со стула, — а рядом кучка местных идиотов, не читавших технику безопасности?

— С корвета это не удастся. Пойдём пешими. Мы с тобой возьмём по винтовке. А как высадимся, спрячемся и будем ждать их.

— А потом будем бегать по всей территории? Нет уж, предлагаю сначала, спрятать корвет и ждать пока они появятся на радаре.

— Кстати, у тебя есть глушилки? Нас ведь заметят.

— Достану, — он кивнул головой и резко повернулся ко мне, видимо что-то придумав. — А кто останется у штурвала?

— Можно мне? Я умею хорошо пилотировать небольшие суда, — Нора подняла руку и улыбнулась.

Сурим выпучил глаза и тут же произнёс: «Можно!»

Ясначала думал отнекиваться, но потом решил, что это удачная мысль, но с условием, что она там и останется на протяжении всей экспедиции, для её же безопасности и сбережения наших нервов от беспрерывных беспокойств.

Мы договорились встретиться в 10:00 утра по местному временному поясу, у моего
15/48 жилища. Я подготавливал свой корвет «Гарвак» и уже поставил пулемёт, как вдруг раздались звуки приветствия, и я вышел из трюма встречать моих гостей. Сур сообщил мне, что два челна выйдут часом позже и будут патрулировать у окрестностей. Потом, я их познакомил с моим свежесобранным дворецким, сейчас он укладывал ящики с медикаментами.

Они друг другу понравились. А Нора, узнав, что у него нет имени, упрекнула меня в этом упущении и нам вместе с гетом пришлось немало подумать, чтобы понять какое ему подходит. Я рассказал всю его историю. Нора была так впечатлена его дружбой, и хотела назвать его соответствующе. А Сурим впечатлившись его подвигом и числом противников, полегшими под его выстрелами на подходе к хранилищу, выдвигал свои варианты, подчёркивающие его воинственность и героизм. По правде сказать, варианты, предложенные Суримом мне, нравились больше, но я растаял перед взглядом голубых глаз Норы, и мы предложили назвать его Рут. «Рута», в переводе с древнего языка - дружба.

Гету новое имя пришлось по нраву, и он не только принял его, но и подчеркнул схожесть своих взглядов с этим именем. Хотел бы я, чтобы оно таковым и осталось. Его личность ещё не сформирована. Короче говоря, сейчас он располагает небольшим количеством информации, недостаточным, для того чтобы делать какие-то радикальные выводы.

Через пару мгновений мы уже были в рубке и поднимали «Гарвак» в небо. Я занял место второго пилота и взял в руки рулевое колесо. Управление в моём корвете осуществляется механическими рычагами, а не на голографическом дисплее. Я надеюсь, постепенно эта вспышка моды на голографию пройдёт и вскоре на всех кораблях будет механическое управление.

Гета я оставил дома. Сам же, я ещё не проводил на нём никаких тестов и брать его сейчас на такую «общественно – полезную работу», по крайней мере неразумно.

Нора отозвалась о моей системе управления довольно лестно. Особенно она отметила рулевое колесо и рычаги перемещения массы. Они ей показались наиболее удобными. Сурим отлучился, чтобы оглядеть всю комплектацию «Гарвака», но, по-моему, он специально оставил нас вместе.

Яспросил её о том, чем ей приходилось управлять раньше.

— Мой отец часто менял транспорт, и почти всегда давал им управлять. А летали мы часто, так что я быстро научилась.

Потом она рассказала мне о своей мечте отправится в космос и повидать другие планеты, и о том, как она завидует нам с Суримом, повидавших их в достатке и переживших немало приключений.

Мы приблизились к месту высадки и в рубку вошёл Сурим.

— Садимся?
16/48 Эта «свалка», (Красный периметр), собственность Кирзиниуса. Каждую неделю сюда привозят «сырьё» со всей округи геты и некоторые рабочие, что в состоянии возиться с металлоломом и разным хламом. Каждый день её посещают жители Кирзиниуса, и берут оттуда всё необходимое, что необходимо обычному кварианцу. Минус этой системы в том, что никто не ведёт здесь охраны. Криминал здесь всегда был, ещё во времена моего юношества.

Нора в окне увидела своих знакомых и тем самым нарушила свой договор. Мы пошли поздороваться.

Яуже думал от сюда уходить и вернутся к вечеру. Градус начинал подниматься, и ни о каких налётах не могло быть и речи, но погода испортилась и на небе появились тучи.

Итолько мы поднялись на борт, Сурим сообщил, что на радаре появились два неопознанных объекта. Мы без труда запомнили место их высадки, так как хорошо ориентировались на Периметре, и взяв винтовки начали пешее движение к цели.

Налетевшие тучи быстро заняли всё небо. Резко стало темно. Я бегло активировал инструментон и посмотрел давление. Оно резко упало. Это не предвещало ничего хорошего. Разве, что тут будут огромные шквалы и песок будет взметать на несколько метров в небо.

Первые поселенцы Кирзиниуса сетовали на нехватку воды, но главным недостатком этого региона является полная непредсказуемость погоды. Дело в том, что пустыня, расположившаяся здесь была занесена на гористую местность, что является основанием верхних пластов земли, с более южного региона, расположенного в низине. Там когда-то был океан. Иногда толстый слой песка прерывается глубоким провалом в горной породе. Туда не пробиваются лучи Тикууна и внизу, в тени проходят потоки холодного воздуха. Вверху их встречают потоки тёплого воздуха, и они вступают в борьбу, образовывая волчки и потоки разносторонних ветров. Так происходит постоянно. Эта борьба может перерасти в шквалы и целые шторма, если её подхватывают циклоны. Но это явление настолько непредсказуемо, что никто не может предсказать, ни то, когда оно начнётся, ни то, когда оно закончится, вопреки всем прогнозам синоптиков. Например, как сегодня, прогнозировался небольшой дождь, а стрелка барометра, то падает, то опускается.

Ядосадно посмотрел на Сурима. Он понял моё предостережение и связавшись с Норой, проинструктировал её на этот счёт.

На радарах своих инструментонов, мы видели, как поселенцы поднимают челноки в небо, желая покинуть зону шторма. Мы были тоже не прочь убраться отсюда поскорее, но один гражданский челн, всё ещё стоял на земле, а рядом с ним красовалась точка неизвестного лёгкого воздушного транспорта. Мы не могли бросить сограждан в беде и продолжали движение.

Ввоздухе стояло затишье, мы слышали звук собственной ходьбы. Наконец, мы приблизились к цели и спрятались за столбами металлолома. В центре небольшой площадки стояла пара челноков. Один из них был вооружён небольшой лазерной пушкой,
17/48 ираскрашен в вызывающие цвета. Несколько вооружённых ворка вели в него пленных кварианцев.

Сурим знаками показал на пространство за челнами. Я вгляделся. Из ниоткуда прямо на нас стремительно двигалась стена тумана. Она быстро покрыла всё пространство непроглядной пеленой, и мы активировали тепловизоры. Пока ворка матерились и нервно дёргались с оружием, пытаясь понять причину этого тумана, несколько кварианцев кинулись наощупь найти себе дорогу на свободу. Один поселенец, со всего маха, уткнулся прямо в пузо опешившему ворка и мне пришлось его снять за долю секунды, пока дело не дошло до беды. Однако кварианец поднял крик, и Сурим оперативно снял второго. Все замерли. Было очевидно, что в челноках сидят остальные, но высунутся боятся.

Вэтом тумане была почти что вакуумная тишина. Звук распространялся звонко и чисто. Все старались не шуметь. Вдруг, на небе грянул гром и на землю обрушилась стена дождя. Она упала, резко пронзив шумом пустоту, и мы побежали к челнокам. Сурим снял сидевшего в гражданском челне ворка, укрывшегося за ящиками хлама. А я прилип к борту возле двери раскрашенного судна и начал слушать. Тяжёлыми шагами кто-то вышел из рубки и метнулся к двери. Я выстрелил. Огромный кроган, получил пулю прямо

вчереп, но он только стряс с лица наплывшую кровь и с рычанием метнулся из челнока с дробовиком. Я ударил ему по ноге, тем самым сбив его с ног, и прикончил контрольным, когда он кубарем катился по земле.

Тут же накатил первый шквал и один столб металлолома рухнул. Напуганные поселенцы скучковались у Сурима, предлагая убираться от сюда на челноках. Я резко отрезал эту идею, так как мощности бороться со шквалами хватит только у моего корвета. Так я им сказал, но по факту, у них не хватит опыта. И мы приняли решение добраться до «Гарвака», и эвакуироваться на нём. Оставаться же здесь, было тоже не безопасно, так как нас попусту могли разрезать листы металлолома или раздавить обломками. Через несколько минут мы были на месте, и поселенцы заняли места в трюме. А я сел на место первого пилота.

Чтобы безопасно подняться, нужно было дождаться небольшого затишья для прыжка, но и тянуть никак нельзя было, нас ведь в любую минуту могло закидать обломками и повредить «Гарвак». Хоть эти самые обломки и были под действием огромного магнита, что и держит их здесь, не давая разлететься во все стороны, шквалистый ветер не давал нам покоя, и я чуть было не промахнулся с моментом. Но дёрнув штурвал, мы оторвались от земли, и я вырулил тягу в наветренную сторону. А постепенно увеличивая мощность, я планировал пройти циклон насквозь, но на радаре появилась плавающая точка неопознанного объекта. Этой точкой оказалось второе судно работорговцев, оно резко метнулось в нашу сторону, чудом не задев «Гарвак», и пристроилось почти параллельно ему. По нам открыли огонь, и мне пришлось уворачиваться от обстрела. Наскоро Сурим загнал пассажиров с первой палубы на вторую, и занял место за пулемётом.

Ситуация становилась патовая. Мы то и дело норовили столкнуться. А шквалы становились всё чаще и сильней. Мы уже давно миновали свалку и риск ненароком столкнуться с летящим мусором понемногу минимизировался.

18/48 Нора сидела на кресле второго пилота. Она обратила внимание на умолкший пулемёт. И действительно огонь прекратился. Вскоре в рубку вбежал Сурим.

— Я их кажется снял, или пулемёт вывел из строя!

Япристроился сзади челнока и немного приотпустил его. Мы выходили из циклона. Удары становились тише. Я решил связаться с пилотом и на своей волне мы передали сообщение: «Пилоту челнока, пытающегося уйти от преследования, экипаж корвета «Гарвак» гарантирует сохранение жизней всего вашего экипажа, в том случае если челнок совершит посадку и сдастся. В случае неповиновения, мы расстреляем двигатели.» Нам ответили почти сразу же: «Кто капитан корвета?»

— Странно как-то. Зачем им? — заметил Сурим.

Янемного помялся, мало-ли кто меня ищет, может ещё награда назначена. А этот мозгляк сдаст кому-то что я в Кирзиниусе. Поэтому я решил поступить, как когда-то делал, раньше:

— Капитан Смерть! — Сказал я с издёвкой.

— Я сажусь. Экипажа нет.

Мы вышли из зоны шквалов. Тёмные штормовые облака остались позади. Небо было затянуто мутной плёнкой, Тикуун робко просвечивал сквозь неё. Челнок сел в гористой местности. Из него вышел один человек. Я стоял с винтовкой у открытого шлюза где был закреплён пулемёт. За штурвалом была Нора, она держала «Гарвак» на лету.

— Маго-ор! — Этим пилотом оказался Джек, я как-то несколько раз нанимал его в команду. Сейчас он махал мне и улыбался во весь рот.

— Как дела Джек? Как там Тим? «Сильва» ещё не твоя? — Я подал команду снижаться.

— Вот за это я и люблю тебя, Кэп. Столько лет проходит, а ты всех помнишь.

— Неудачный контракт?

— Я знал, что тебя встречу. Я надеялся на это.

— Это ещё зачем?

— Я хочу снова ходить под вашим флагом, Кэп. И ребята тоже. Просто никто больше на Раннох не шёл, а других способов Вас отыскать я не знаю.

Мы пожали друг другу руки, и Сурим перевёл челнок Джека в мой ангар. Раненых не было, и мы спокойно доставили гражданских в Кирзиниус. Местный охранный патруль связался с нами, и поблагодарил за содействие. Дейл тоже прибыл к месту нашей посадки и расспросил пострадавших. Джека я им не выдал, чем сильно разозлил Дейла. Пошумев и пригрозив мне судом, он смирился и отправился восвояси. Сурим оставив челнок в ангаре, поспешил к нам на мотоподушке, и застал нашу ссору с Дейлом.
19/48 Последствия ему пришлись по душе и он ещё долго злорадно посмеивался вслед защитнику правопорядка.

Встреча с Джеком, в такой ситуации, была для меня крайне неожиданной. Я наивно надеялся, что это принесёт много данных о работорговцах. К сожалению, оказалось, что он был простым наёмником, и толком ничего не знал. Но, я был рад встрече с давним товарищем и предложил ему пока пожить у меня. Не то, чтобы Джек был особо ценным кадром. Но уж, что он был человек-настроение было фактом неоспоримым. А это хороший залог дружеского настроения в коллективе, значит доверительные отношения в нём.

Там же, Кирзиниус

20/48 Пещера

Записка четвёртая

Пещера

Вуаль Персея, Раннох

Через неделю испытаний, неделю проб, ошибок и неудач, Рут был готов для сложной военной операции, план которой я сейчас разрабатываю. В данный момент, я стою у книжного шкафа, а Джек рассказывает обо мне Руту всякие истории. И звучат они довольно героически. Возможно потому, что их рассказывает Джек, он всегда немного приукрашивает. Боюсь, как бы Рут не принял их за истину, или чего хуже, стал бы мне подражать.

Явышел из своего жилища, окрылённый идеей посидеть в одиночестве. Тикуун светил

вглаза, посылая свои лучи прямо в сетчатку. Я нерешительно взглянул на расщелину в невысокой скале. Вдруг, я вспомнил про Нору и ноги сами понесли меня к ней. Я шёл, одолеваемый противоречиями, а ветер гонял песок в воздухе и кидался им мне в одежду. Маленькие песчинки слегка барабанили мне по штанине, а бахрома подыгрывала им в такт. Я давно свыкся с мыслью о том, что Луру одобрила бы все мои романы. Я всегда думал, что она бы не допустила того, чтобы её мужчина остался без женской ласки. Но, в этот момент я усомнился. Что послужило поводом? Иногда нам достаточно и тени сомнения, чтобы уверить во что-то. Особенно если речь идёт о памяти. Дело в том, что со временем информация стирается с черепной коробки, а когда мы пытаемся её вспомнить, стёртые пробелы восстанавливаем собственной фантазией, тем самым интерпретируя воспоминание по-новому. Именно поэтому, пережив в прошлом какое-то событие вместе с кем-то, вы оба рассказываете его по-своему. Часто замечали такое? Поэтому сомневаться в чём-то вполне естественно, — это всё-таки проявление критического мышления. И именно поэтому, я засомневался в правоте своих действий и задавался вопросами.

"А вдруг это совсем не так? Что если она не хотела, чтобы кроме неё, у меня были какие-то женщины? Но если бы, она что-то такое сказала, я бы никогда не забыл. Я не посмел бы этого сделать. Значит, она ничего не говорила?" - Я всё отчётливее ощущал биение сердца и отчётливее становился её портрет перед глазами: руки, глаза, фигура. Правда, голос я никак не мог вспомнить, и мне стало жалко. Вдруг, так по частям я могу потерять её всю? Но тут же спохватился: "Как хорошо, что я столько не живу, чтобы всё забыть. Её образ вместе со мной уйдёт во тьму". Она давно стала частью меня. Да что там, если бы не она, я бы никогда не стал таким какой я есть. Но теперь её нет. А всё что осталось, это одни воспоминания. - "Ну раз так", — решил я, — "я протащу её вместе с собой, (она ведь часть меня), до последнего вздоха".

Ядоковылял до расщелины. В ней была просторная пещера, в которой некоторое время мы с Луару жили вместе после нападения на Кирзиниус. Тут было прохладно. Я сел на выступ, и вспомнил наш костёр, камеру стерилизации, душ… Теперь тут не было ничего.
21/48 Меня охватила какая-то безысходность и я скатился на землю, присев на корточки. Здесь была наша первая семейная жизнь. Здесь она впервые называла меня мужчиной. Её мужчиной! И всё-таки, я устал. От этого такой бред в голове. Мы ведь любили друг друга. Если бы, я оказался на её месте, я бы желал, чтобы она жила в полной мере и была счастлива. И я уверен она желала бы мне того же.

Яс улыбкой осмотрел наше прошлое жилище. Всё тут «опять» в песке… Захотелось ещё раз пережить всё это. Я снял плащ и кинул его на место прежней вешалки. Беспечно, не оглядываясь, я вышел из расщелины в одних брюках с бахромой и дырявой майке. Свобода! Я раскинул руки и вдохнул вечерний воздух. Прямо здесь, передо мной,

внескольких метрах проходит разлом горных пород, образуя желоб для подземных потоков воды. Я подошёл к самому краю и мои длинные волосы затрепались от ветра. Если упасть вниз головою, можно разбиться. У меня нет никакого страха. Я никогда не боялся смерти. Я знаю про квантовое бессмертие. Возможно одна из интерпретаций меня, а может и больше, сейчас упала туда. Кила! – я изумился. Сколько же их попадало туда за те «семейные годы». Я присел на выступ, и вдруг ощутил себя одиноким. Но тут же испугался: вдруг, у меня будет галлюцинация, и кто-то тронет меня за плечо?

«Любимый, я пожарила мясо.»

Ая невольно отвечу: «Посиди со мной.» «Мясо же сгорит.»

«Посмотри какой закат. К Сур’хаину это мясо! Сядь рядом со мной, ведь оно только для меня.»

«Вот именно! Ты ведь останешься голодным. Я не хочу, чтобы мой мужчина страдал недоеданием.»

Ая засмеюсь, и стану гоняться за ней вокруг костра. И она убежит… Это ведь галлюцинация. Жаль, я уже давно не переживал такого. А может, взять где-нибудь Красного песка? Я засмеялся сам над собою, подобрал плащ и побрёл до дома.

На сегодня с этим было покончено, и я уже обдумывал дальнейшие планы на вечер, как увидел челнок у моего гаража. Это была Нора, и сейчас я приглашал её к себе в гостиную. Рут взялся сделать чай. Это особый кварианский чай на травяной основе, он весьма полезен при борьбе с инфекциями. Когда-то, бороздя открытый космос на своём хлипком судёнышке, наши предки попивали такой чай, ведя тёплые беседы о возвращении на родную планету.

— Давно Вы увлекаетесь медициной? — спросил я у Норы, стараясь быть участным.

— Это всё из-за моего отца, это он увлёк меня этим. Вообще-то я всегда хотела приключений, ему было трудно за мной уследить. Вот он и отвлёк меня более спокойным и безопасным видом деятельности. Я конечно понимаю, что случай на свалке ужасен, в моральном плане, но мне понравилось. Если вы (имеемся в виду мы с Суримом), когда ни будь ещё соберётесь покорять галактику, возьмёте меня с собой?
22/48 — Что ж мне понадобится искусный медик. — На самом деле я будто шёл по тонкому льду, прощупывая себе дорогу, не зная, что из этого получиться и чем обернётся.

Она обрадовалась и стала задавать мне кучу вопросов о том, как скоро это может случится, потом припёрся Джек и начал доставать меня тем же. Я окончательно сдался

иобъявил о создании абордажного отряда. Джек предлагал на выбор аж три постоянные точки, где собирается нужный мне контингент наёмников. И вот у нас уже, считай, целая команда. Нора сильно приободрилась, и мы долго говорили о всяких приключениях.

— Да Вы меня разыгрываете!

Язаулыбался ещё больше поняв, что меня раскусили. «Хорошо, что мы выпили чай!», - решив так, я кинул в неё подушкой. И в следующую секунду мы уже кидались ими вовсю. Джек заливался безудержным хохотом, и упав на диван обнаружил на нём ещё подушки и тоже начал ими кидаться. В этот момент, я следил за Рутом. Мне было интересно, как он поступит. Он заметил мой взгляд, оживился и заняв позицию за столом, вступил в нашу игру. Так мы разбились на команды, и по одну сторону «баррикад» оказались мы с Норой, а по другую Джек с Рутом. Импровизированные снаряды летали по всей комнате, задевая не только наши головы и туловища, но и книжные полки, картины, стеллажи со всякой дрянью. Но это не важно, просто иногда приходилось поправлять картины или ставить на место упавшую книгу. Это никак не отражалось на динамике игры, и соответственно такой деятельностью приходилось заниматься под обстрелом. Мы с Норой пару раз рядом проползали на корточках и наши тела соприкасались друг с другом. Сперва она немного засмущалась, но улыбнувшись во весь рот, я кажется разрядил обстановку. И вот она уже швыряет подушку с таким озорством и безудержным весельем в сторону наших «врагов», что я готов поклясться, что у неё самой улыбка не меньше. Я полез под стол за очередным снарядом и меня предал мой соратник. Теперь, они все втроём лупили меня подушками. Я ждал пока двое из них вот-вот выдохнуться и когда это произошло, а я упорно не сдавался, и не поддаваясь не под какие их уловки, уцепился за ногу Рута, и повалив его на пол затащил под стол. Там я объявил его своим приспешником и мы, подняв стол объявили о победе.

Ябыл в полном восторге от Рута. Он ведь играл в нашу игру. Он играл роль! Я попросил его сделать копию записи этого события и придать огласки.

Дом у пещеры, Кирзиниус

23/48 «Виски Нерина»

Записка пятая

«Виски Нерина»

Млечный путь,

скопление — засекречено,

планета — засекречено.

«Виски Нерина», — это сборище наёмников, ищущих работу. Местонахождение этого бара я назвать не могу, потому что попросту предам своих товарищей. Совет им это не простит и им придётся переселятся в другое место. Если Вы подумаете, что в этом месте, как в местах подобных этому, творится полная аморальность и отсутствие какого бы то ни было рассудка, Вы сильно ошибётесь. Я знаю, по меньшей мере, четырёх гуманоидов, которые каждые выходные собираются здесь и дискутируют по поводу политического строя той или иной страны. Мало какой политик предоставит Вам столько вариантов развития событий в будущем, сколько их можно услышать здесь, просто заняв удобный столик и посетив это место в четвёртый или восьмой день рабочей недели. Все четверо являются моими друзьями. И мы не раз проводили совместные вечера здесь, в баре «Виски Нерина».

Да, здесь частенько летают башмаки и бьются бутылки, но я повторюсь, здесь проходят дискуссии, и зачастую они перерастают в спор, особенно если тема затрагивает политическую конструкцию страны, гражданин которой убеждён в идеальности его государства. Я считаю таких, либо слепцами, либо законченными идиотами, которым коррумпированные СМИ промыли мозги. Если индивид не в состоянии взглянуть в лицо реальности, то бишь, делать собственные выводы, он пользуется распространённым в его круге общения мнением. У него не развито критическое мышление, а это первый признак слабоумия.

Так же, Вы наверняка думаете, что здесь торгуют всякими непотребствами продажные женщины и танцуют стриптиз под пошлую музыку. Спешу Вас успокоить, ничего подобного здесь нет, а всё, что есть здесь пошлого, так это, пожалуй, то как местные капитаны травят байки о собственных подвигах. Нигде больше я не слышал столько неприкрытого вранья и бессовестной лжи. Но, не поймите их неправильно, они всего лишь хотят получить чувство собственной значимости, как и все.

Однако, сюда частенько заглядывают профессионалы, за «охотой» на которых я и прибыл. Открыв дверь, я надеялся увидеть Джи Лана, Верила Бэка, Везунчика Лема или сержанта Крэма, на худой конец. Мне повезло, в салуне были двое: Джи Лан и Лем.

— О-ой! — Лан-Сан от удивления чуть не слетел со стула, — Бессмертный Магор!

24/48 — Бог бессмертия пожаловал к нам!

Если Вы немного помните историю с квантовым бессмертием, то легко догадаетесь откуда у меня эта кличка.

— Джи-Кун, как дела? — Я занял место за его столом, к нам присоединилось почти пол бара. С большинством я поздоровался по имени. У некоторых осведомился о их здравии. Лем был в их числе, последний раз как я его видел, у него серьёзно была повреждена нога.

— Ничего, поставил себе имплант.

— Если ты заявляешься сюда, после того разгрома, ты ищешь команду, так? — я кивнул Джи Лану в ответ. — Почту за честь, если такой превосходный воин и командир, как ты, возьмёт меня в свои ряды, — Произнося эти слова он встал со стула, выпрямился, положил руку на грудь и наклонился.

Не могу описать словами то зрелище, которое предстало перед моими глазами. Гордый самурай в форменном плаще белого цвета, с красными ленточками и красивейшей катаной за спиной, преклонял передо мной свою голову и клялся верно и доблестно служить мне и моим идеям. Оказалось, что в его распоряжении есть небольшое судно 4-го ранга, что меня вполне устроило и мы тут же заключили контракт.

Джи Лана я как-то вытащил из тюрьмы в его юношеском возрасте. Представляете, его отец задолжал государство столько, что после смерти долг перекинули на семь поколений. Разумеется, у Джи Лана не было ни шанса на нормальную жизнь. И прислуживая старому чиновнику, которому задолжал его отец, и из-за которого семь его поколений обязаны были выплачивать штраф на протяжении всей своей жизни, Джи Лан резонно опустив руки на собственную жизнь, лишил жизни старого борова. За это его и посадили в Хаукерскую тюрьму, в которой сидел я.

Втот вечер, я ещё со многими заключал контракты, но я обязан Вам рассказать о Везунчике Леме. «Как он получил своё прозвище?» - спросите Вы. А я отвечу, - «Он сбежал из тюрьмы на угнанном перехватчике.» Нет, это не никчёмная тюрьма «Альянса» или продажные тюрьмы Цитадели, то была самая технологичная и научно – продвинутая,

азначит самая защищённая саларианская тюрьма «Тилтон», из которой никто никогда кроме Лема не сбегал. Сам он говорит, что это чистая череда случайностей, которой он всего лишь грамотно воспользовался. В итоге, на угнанном перехватчике он уничтожил всю эскадрилью преследователей. Сам я неоднократно видел его в деле: он весьма искусный пилот, которого только можно найти на просторах Терминуса, а это довольно опасное место и сам факт того, что он ещё жив делает его, либо профессионалом, либо везунчиком по жизни, которому ни почём, ни побег из «Тилтона», ни атака дредноута всего на одном перехватчике. Правда у него самого никакого транспорта не оказалось, но мы нашли судно из имеющихся, на случай ведения боя.

Ещё я наводил справки о работорговце, повисшем над Раннохом, не многозначные лова Джека подтвердились, но кто там главный, как и Джек никто не знал.

25/48 Так мои поиски команды в этом месте закончились и через несколько часов наш челночный флот, во главе с «Гарваком», бороздил волны открытого космоса. Мы направляемся ко «второй точке» набора команды. Напомню, что этот термин придумал Джек. И пока я пилотирую корвет в рулевой кабинке, с палубы доносится его лекция Норе о местной системе. Никогда бы не подумал, что Джек на такое способен. Однако, Нора выражала крайний интерес, но возможно она просто хороший собеседник. Когда я выставил все нужные настройки и курс до ретранслятора в автопилоте, я решил сходить к ним и присоединился беседе.

Нора стояла у иллюминатора с левого борта и вглядывалась в звёздные скопления. За ней выглядывал каменистый карлик, голубоватого оттенка. Я обратил внимание, что его отражение окрашивает прозрачную маску Норы, пряча от меня выражение её лица. Джек что-то, подытожив, удовлетворённо сел за стол на диван, с правого борта.

— Был у меня один капитан, — начал он, — звали его Ибн Ра-Бакун, — страшное имя. Говорят, был сказочно богат. Ходил на огромном крейсере. Набрал он в команду нас, зелёных юнцов, и выпустил против «Альянса». Он был так уверен в своей победе, что атаковал сразу две флотилии. Мы еле унесли ноги, а обломки его крейсера ещё долго летали в невесомости. — Джек с наслаждение откинулся на спинку кресла, положив ногу на ногу, видимо довольный своим рассказом.

Мы с Норой поддержали беседу, вспомнив, что был такой капитан и он здорово в тот день облажался. Ещё я спросил о подробностях дезертирства Джека, а Нора восхитилась его решительностью и выразила одобрение всем его поступкам в тот день. Через несколько минут он был настолько счастлив, что улыбка казалось прорезала бы его щёки, не удерживая её челюсть.

— Так, что Нора, можно Вас поздравить, Вы официально стали путешественницей. Как Вам ощущение от первой посвящённой планеты?

— Честно сказать, я не думала, что население первой посещённой мной планеты будет криминальный контингент, — тут она вдохновилась, — я очень жалею, что не удалось пообщаться с ними достаточно, я бы узнала гораздо больше, задержись мы там ещё на часик.

Как я уже говорил, я хотел бы оставить координаты данного места в тайне, ввиду политических разногласий местных властей с моими друзьями, и не буду приводить реплики Норы в этом моменте, скажу только, что она за несколько минут беседы с матросами узнала почти всё о данной локации, включая самые свежие слухи, как самый дотошный журналист.

Мы ещё долго говорили о политике, а потом наша скромная команда, в три человека, разбрелась по каютам.

«Гарвак», орбита — засекречено

26/48 Вакуум

Записка шестая

Вакуум

Скопление — засекречено, космос

Видимо, в то время, как мы спали, Гарвак наткнулся на кучу обломков, и пытаясь их обойти, всё же подцепил один из них, который и стал причиной трещины с левого борта. Мы проснулись от нехватки воздуха, выходил он стремительно из огромной пробоины у самого у стыковочного шлюза. Всё что его затыкало, это кусок внутренней обшивки, которая вмялась в дыру и обещала дезертировать с палубы.

Мы закрыли все внутренние шлюзы, и я связался с несколькими челнами с вопросом о хороших сварщиках. Один челн сразу выделил несколько гуманоидов, как специалистов и

ядал добро на стыковку. Из стыковочного отсека вышел Лем и два других его товарища. Мы пожали друг другу руки и обсудили детали починки.

Янадел на себя кислородный баллон и вызвался заваривать «Гарвак» снаружи. Ах, да наверно нужно пояснить, что в космосе я почти всегда в «традиционном» кварианском костюме. Это довольно удобный скафандр, лучше Вы нигде не найдёте. У него огромное количество возможностей и примочек, о существовании некоторых из них, готов поспорить, Вы даже не подозреваете. Единственное что пришлось надеть сверху, помимо баллона, это шлем. Я еле туда запихал свои волосы. Они, в теории, должны удобно укладываться сзади на спине в специальном кармане. Но, на деле, как бы я их туда не совал, они всё равно оттуда вылезают, наэлектризовываясь и трепя мне нервы. Надо будет придумать более достойную замену этому несуразному карману. Кто вообще из кварианцев носит при себе резинки, чтобы хоть как-то облегчить себе эти хлопоты? Я ещё забыл сказать, что потом этот карман выпирает горбом на спине, хоть и не мешает движениям.

На счёт три, мы сняли кусок внутренней отделки и я, нацепив лицевую маску выскочил со сварочным аппаратом в невесомость. Сперва я отлетел чуть дальше, чем нужно, но при помощи специального оборудования, эдакого «крюка» на авто-выстреле, (вместо крюка там был магнит, весьма полезный в таких делах), я прилепил магнитом шнур, подтянул себя на нём до места работы. Мы немного помучились с укладыванием внешнего листа обшивки на место, его вывернуло наружу, как лист бумаги. «Гарвак» вскрыло словно консервную банку. Но вскоре мы заварили обшивку, и работа была закончена.

Оставалось дело за малым, - вернуться на судно. Так как к ближнему шлюзу был пристыкован «Герделиус», я должен был вернутся на борт через шлюз на крыше. Я отцепил магнит от борта и выстрелил шнуром в крыло, рассчитывая по нему пробраться к открытому шлюзу. Но не тут-то было, подтянувшись до крыла, я вспомнил, что сверху шлюз не исправен и мне придётся долететь до правого борта и открыть люк там.
27/48 Долетел я до туда вполне успешно, но и тут меня ждала неудача, люк не открывался. Я уже начал волноваться, проклиная свою опрометчивость, ведь я оставил Нору с Джеком одних с головорезами, которые вполне могут желать моей смерти. А сейчас я здесь, в невесомости, совершенно беззащитен и беспомощен, атрофирован от реальности и всё что связывает меня с этим миром, это кислородный баллон, который позволяет мне держаться за люк. Они там могут выдумать что угодно: несчастный случай, отказ электротехники, сбой в программе безопасности. Ещё минут сорок и кислород закончится, а маленькое тельце уйдёт в бесконечное путешествие в открытом космосе. Вы только представьте: огромные планеты во вселенной не значат ничего, они как маленькие атомы в макромире. Так представьте насколько мало моё тело, если эти планеты для нас часть мегамира, являются огромнейшими телами. Здесь, в космосе меня никто не найдёт, космос необъятен, и я уйду в бесконечность и растворюсь в ней. Я почувствовал близость смерти. Если бы я не вызвался тогда самому выйти в космос со сварочным аппаратом, а такая версия я думаю существует, сейчас сидел бы в «Гарваке»

ирадовался починке. Вполне возможно, что покинувший меня разум вскоре возродиться именно в этой интерпретации меня и соединиться с ней в другой реальности. Близость смерти, меня отнюдь не пугала, я был уверен, что скоро я отдохну и вернусь на свой пост. Даже если этого не произойдёт, будет существовать другой я. Не в этой реальности разумеется, но, если их много, зачем жалеть об утрате себя в этой. Тем более, каждая реальность имеет право на существование. Всё же на меня напало мимолётное чувство меланхолии и одиночества. Но от этого мне стало как-то тепло, я на долю секунды хотел даже отпустить люк. Все эти умозаключения проходили внутри сознания на протяжении всего нескольких минут, но как это обычно бывает в моменты наибольшего напряжения мозга, я думал, что прошло уже больше четверти часа. Вы только не подумайте, что я совсем отчаялся. Я думал бить кулаками в иллюминаторы, попытаться долететь до других челноков, хотя бы на расстоянии радиочастот, которые сможет поймать моя рация. И на это всё у меня аж тридцать минут. Мог ли я жаловаться на судьбу? Во всяком случае не сейчас. Хотя я и был готов принять её.

Первым делом я связался с командой, оказалось, что причиной всему была стерилизация помещений. Ребята никак не могли знать, что в это время люки будут заблокированы. Я дёрнул ручку люка, и он открылся. Мы, кварианцы, — те ещё кораблестроители и никакие галактические стандарты нам не помеха! Нет, конечно, это хорошо, на Раннохе снова работают заводы, спустя триста лет, но какую конкуренцию они хотят составить на галактической арене? Я напишу на них жалобу, их корвет не отвечает стандартам. Я устал за ними всё исправлять: замена двигателя обошлась мне в кругленькую сумму, потому что он не был предназначен для космических перелётов, за ней пришлось менять распределитель масс, потом всю систему управления, она показалась мне неудобной, я уже молчу о других подводных камнях, которые после таких манипуляций, казалось, появлялись отовсюду. А теперь это… Я просто обязан им сообщить об их ошибках.

Когда я вошёл на палубу, первое что я услышал, это расспросы Норы о моём самочувствии, а уже потом бесконечные извинения со стороны «сварщиков». Я быстро всех успокоил и для себя отметил, что она изрядно понервничала.

— У Вас, что, руки дрожат? Вы заболели?

28/48 — Мы носились по всем палубам, пытались открыть люк, но ничего не работало.

— Да они с Джеймсом чуть корвет не взорвали, — вмешался Лем, — а я говорил, что всё дело в стерилизации.

Ясидел у закрытого люка и, обдумывая последние события, снимал кислородный баллон. Вся делегация встречающих переместилась в кают-компанию. Нора подошла ко мне, чтобы ещё раз убедиться, что ничего не случилось.

— С Вами точно всё в порядке?

— А вы с Джеком большие молодцы, в случае чего на вас можно положиться.

— Глупо получилось. Это всего лишь блокировка внешних шлюзов при стерилизации. Вы почти сразу получили доступ к кораблю.

— Осторожность, это хорошо. В космосе всякое бывает. Мне бы только не хотелось, чтобы Вы беспокоились по всяким пустякам, — я поднял голову и улыбнулся ей, — какие бы большие они не были.

— Можете ли Вы нам пообещать, — она нагнулась ко мне, — что Вы тоже будете соблюдать осторожность и не кидаться в открытый космос при первой возможности.

«Гарвак», система — засекречено

29/48 Ужин на «Герделиусе»

Записка седьмая

Ужин на «Герделиусе»

Там же, космос

После того, как я всем пожал руки, стараясь внушать доверие, и мы вместе осмотрели заделанную дыру, а я одобрил работу, нас пригласили на «Герделиус», с которым мы сейчас стыковались, для совместного приёма пищи и дружеской беседы. «Герделиус», — это грузовой челнок, но ребята ловко там разместили койки и поставили обеденный стол. К слову сказать, на этих самых койках мы и сидели, ведя дружескую беседу.

Так как мы, - кварианцы право аминокислотные существа, нам подходит только соответствующая пища. Нет, конечно, мы можем есть и лево аминокислотную еду, но смысла в этом нет совсем, так как, все питательные вещества в организме попусту не усвоятся. Оказалось, что на этот случай у капитана Грэхэма, владельца этого судна, есть несколько ящиков с контрафактом право аминокислотной пищи. Да ещё какой! Это лучшие турианские угощения, которые я когда-либо пробовал. Нас прямо-таки завалили едой. Помимо растительной пищи, там были ещё тюбики с мясными угощениями. Но так как Нора, - кварианец «пост мигрирующей» расы, есть она такое не могла, и я, как добрый капитан своей команды, проявил в этом солидарность и мясные угощения остались не тронутыми. Джек же ел всё подряд, как с голодовки, за что Лем его даже подколол, но он остался не уязвлённым, так как капитан Грэхэм сделал Лему строгий выговор, ведь Джек входил в число почётных гостей, и такое неподобающее обращение с гостями оскорбляет самого капитана. После этого мы все посмеялись, и немного поговорили о предстоящем «деле».

— Вот в чём суть ребята, — я откинулся на спинку кресла и развёл руками с серьёзной миной, — над Раннохом повис работорговец, и не абы какая шпана, а огромный крейсер.

Мы с капитаном Грэхэмом сидели напротив, а остальные по бокам стола на койках. Грэхэм принадлежал к человеческой расе, прожжённый пират и контрабандист, весьма умный стратег. Лет ему на вид, было за пятьдесят, на подбородке седела заострённая бородка. Да и вся его щетина по бокам, довольно отросшая, была подёрнута сединой. Куча морщин было разбросано по его лицу, и они особенно проявлялись, когда он хмурился или просто менялся в лице. А хмурился он в достатке, но это не шло ему во вред, скорее он производил впечатление серьёзного и мудрого человека. Его первый помощник был рослый батарианец, он сидел справа от капитана, а вторым был дрелл с весьма недобрым выражением лица, и темноватой кожей, который невольно внушал беспокойство и настороженность. Остальные же три матроса, включая Лема были людьми. По лицам матросов видно было, что дисциплина на корабле достигается жёсткими методами.

— Ну и наглость! — Капитан усмехнулся, видимо понимая, чем это обернётся владельцу
30/48 работорговческого крейсера. — Понятно почему только небольшие суда. А я-то думал, Вы что-то крупное затеваете.

— Сперва надо понять, кто его на эту орбиту повесил. Возможно, кто-то раньше нас сделал ход.

— Всё-таки затеваете, — скромно подметил Грэхэм.

— Я от своих планов не отказывался.

— А я уж думал, Вы в отставку ушли. — Он повысил голос и с довольством раскинул руками.

— Ха-ха! — Я хлопнул в ладоши и спросил, откуда у него такая деликатесная пища. Он кивнул и скромно отвёл глаза.

— Нынче на Палавен богатые конвои ходят. Наверняка политиканов откармливают, не простое ж население.

Японял намёк и кивнул.

— Готовитесь?

— Изучаю повадки.

— Возможно и пригодится. Ну если до этого дойдёт, выделю Вам крейсер, там свои навыки и испробуете, как Вам идея?

Капитан просиял в лице и кивнул пару раз. Я знал, что он был скептиком, но этими словами хотел дать понять, что терять я его не собираюсь и обиду не держу. Он ведь не зря затеял это застолье. Он хотел вернуть к себе доверие, которое могло пошатнуться после моего незапланированно долгого пребывания вне корабля.

Яуже думал закругляться, но не тут-то было. Лем включил мою любимую музыку, хотя любимой она была года три назад, но такое внимание со стороны товарища меня восхитило, и я с неподдельным восторгом поблагодарил его за такую приятную мелочь. Я поинтересовался у Норы, нравиться ли ей эта музыка, она ответила, что не особо, но потанцевать не откажется. Честное слово, не знаю, как нам всем хватило места, но танцевали все, даже капитан Грэхэм, хотя, как я уже говорил, он довольно старый дядька.

Иразумеется, я не мог не оценить танец Норы. Мы танцевали в паре. Её движения были легки и точны, иными словами, хорошо отработаны. В тоже время позволяли оценить все её формы. Моя рука обвивала её талию, она у неё довольно узкая, но всё тело выглядело вполне здоровым. Я отметил это, как особенность организма, придающая её телу особую изящность. Разумеется, я им не доверял до конца, но зачем об этом говорить Норе? Она будет беспокоиться, Грэхэм это заметит, понадарит кучу всякой дорогой дряни, от которой потом «Гарвак» уйдёт в перевес. Мне станет неудобно, потом
31/48 ябуду искать способ его поскорей отблагодарить, сдуру отдам что-нибудь не то, а в итоге что-то пойдёт не так.

Нора, видимо, мне не поверила и всё время жалась ко мне поплотней. Я изо всех сил пытался играть непринуждённость, но как тут будешь непринуждённым, если такая девушка вешается на шею, в надежде на защиту, когда её пугает компания.

Акогда мы возвращались, капитан Грэхэм, приволок кучу ящиков в дар, не забыв даже Джека, за что тот зауважал его ещё сильнее, чем прежде, и принялся пожимать ему руку.

Мы расположились в кают-компании и долго смотрели в иллюминатор, провожая глазами челнок, пока он не скрылся в бесконечной темноте космоса.

«Гарвак», система — засекречено

32/48 Ловушка в Потоке Арктура

Записка восьмая

Ловушка в Потоке Арктура

Поток Арктура, Беннинг

Проснувшись, я молча вышел из каюты и направился в кубрик. Но там я не обнаружил своей чашки, и решил, что забыл её где-то у рубки. Нервными шагами я поднялся на главную палубу. По дороге на меня светил Эйлер и, присмотревшись, я увидел зеленоватый ледяной гигант, — Сильву. В кают-компании читала Нора.

— Я сделала Вам кофе. — Она указала на мою, дымящуюся паром, чашку, стоящую на столе.

— Спасибо, Нора. Уже скоро посадка.

— Я и не заметила, как мы вошли в поток Арктура.

— Честно сказать, Вы мне здорово подняли настроение этим кофе! — признался я.

Она быстро отвела от меня взгляд и уставилась на зелёную «ауру» от Сильвы.

— Что это за планета, там в иллюминаторе?

— Ледяной гигант, названный в честь Матеуса Сильва. Он возглавлял отряд, нашедший протеанский архив на Марсе. Там когда-то велась масштабная добыча гелия-3. Здесь есть заправочная станция, на которой заправляются торговые корабли, следующие от Беннинга к Арктуру. Сейчас там построена пара десятков поселений, но не более. При жатве вся инфраструктура на Сильве была уничтожена, как и на его спутнике, Оливейре. Они много что восстановили с того времени.

— Мы будем там заправляться?

— На обратном пути мы остановимся. — Я сел на диван рядом.

— Вы были на Сильве?

— Нет. Джек был. Он там, где-то долго работал.

— Значит, вместе будем первый раз. — Она отвлеклась от планшета и, повернувшись ко мне всем корпусом, улыбнулась.

Я согласился.

33/48 «Люки Хоба», — так называлось следующее место нашего посещения. Оно настолько тайное, что даже колонисты, живущие в Джутине, (столице Беннинга), не знают о его существовании.

Перед посадкой я связался с Суримом, спросил о его делах, и о том крейсере, что висит над Раннохом. Оказалось, что в последний раз, без вести пропали одиннадцать кварианцев. Теперь поселенцы массово закупали оружие. Учащались вооружённые беспорядки. Нужно было срочно высылать поддержку. Если поселенцы начинали скупать оружие, то цена на него возросла. В Кирзиниус могли потянутся торговцы данным товаром. Это может потянуть за собой неприятные последствия. Я решил отправить всех наёмников на Раннох, и дальше идти одному. Сурим с Теттой, не в состоянии сидеть в ожидании, отправились в центр Ир`Наиба, захватив с собой и Рута, для поддержки от руководства гетов. Теперь нужно было, как можно быстрее, собрать наёмников и покинуть туманность.

Мы оставили свои посудины на стоянке и отправились по тротуару, через многоуровневое оживлённое поселение. Там и тут сновали челны, горели огни на вывесках. На голографических дисплеях красовалась цветастая реклама. Почти везде мы шли через оживлённую толпу небольшой кучкой, чтоб не потеряться. С нами шли: Лем, Грэхэм, его первый помощник, Джи-Лан, ещё пара капитанов, с ними пять матросов. Мы с Норой держались за руки. Вдруг на одном из светофоров она прилипла ко мне.

— Смотри, Кэп, сегодня будет представление в честь дня поселения. Мы пойдём смотреть на фейерверки?

На улице играла куча разноцветных лучей и все они переливались на её маске в головокружительный калейдоскоп. И если бы не её голубые глаза, словно путевые звёзды, меня бы подвёл вестибулярный аппарат, и я упал бы на землю, ведь тогда я был не в силах оторвать от неё взгляда.

— Это неплохая мысль.

Наёмников нужно было высылать срочно на Раннох. Все прийти на праздник не могли.

Ярешил часть отправить сегодня, а часть, повеселившись, завтра. Это должно быть небольшое поощрение для команды. Идея Норы мне понравилась.

Когда мы пересекли улицу, я сбавил шаг и наклонился к ней.

— Мы перешли на «ты»?

— Да, так удобней. Разве нет?

Я с улыбкой кивнул.

Наконец, мы дошли до нужного нам бара, там нам выдали допуск и, открыв потайную дверь, мы спустились в подземку. Сев на платформу, мы ещё шутили и делали ставки на вероятность того, кого мы можем там встретить. Я рассказывал короткую их биографию Норе. Предложение посетить праздничное мероприятие почти всеми было принято с
34/48 восторгом. Только капитан Грэхэм и его дрелл выражали безразличие. Но если бы это было не так, я бы удивился. Прошло ещё несколько мгновений, двери распахнулись, и мы вышли. Вот он — «Люки Хоба». Джи-кун пошёл взять газировку из рядом стоящего автомата. Я передал руку Норы Джеку из соображений безопасности и вошёл первый со всеми остальными.

Вбаре было полно вооружённых солдат-турианцев, и я дал знак Джеку не входить. Довольный своей предусмотрительностью я неспешно двигался к барной стойке. Было понятно, что цель нашего визита так и не будет исполнена, но причина, по которой здесь обедает целый взвод заинтересовала меня, да и отступать было нельзя, так как в случае чего, нас встретят на Сильве. В такой ситуации не о какой поддержки Ранноху не приходилось и думать. А, если нас будут преследовать, то куда мы уйдём от турианского военного флота. Тут один выход – дипломатия.

Окликнув бармена, я не услышал ответа, точнее его вообще не последовало. Какая-то тёмная фигура стояла за стойкой, боясь пошевелиться. Вообще весь бар был почти лишён света и только несколько синих и красных лучей от ламп хаотично крутились по комнате. Лампы окрашивали все стены и пол в соответственные тона, оставляя блики на бутылках и сверкающих спинках стульев. Ухо улавливало тихо играющую спокойную музыку. Вдруг, над одним из столиков включилось жёлтое освещение. Там сидел крупный турианец в генеральской форме, галантно орудующий столовыми приборами за большим количеством дорогих блюд.

— О! вы здесь? Присаживайтесь, пожалуйста. — Я нерешительно направился к столу, пытаясь разглядеть незнакомца. – Ну, что же вы? Я вас так долго ждал. Здесь такие блюда.

— Добрый день. Ищите компанию? Мы с ребятами совсем не прочь посидеть с такой приятной личностью. — Это была лесть, и я знал, что он понимает это. Это был мой первый промах.

Он усмехнулся. Я подошёл к полностью сервированному столу и отодвинул стул.

— У Вас повышение? — Я всё ещё пытался играть недопонимание, но эти слова были крайне рискованными. Его могли и понизить, а я мог напомнить о недавней ране.

— Что-то вроде того. — Он равнодушно отвёл взгляд.

Он не хотел мне говорить причину напрямую. «Это ведь ничего не меняло, так зачем её скрывать» — думал я. Значило ли это, что он хочет договориться со мной по-своему. Предложить свой вариант? Но сейчас это могли быть просто мои догадки. Однако его ответ после моего неосторожного «повышения», был неоднозначен.

Мы заняли места, сколько кому хватило, остальные сели на свободные рядом столы. По лицу Грэхэма было видно, что мы сильно влипли.

— Рекомендую худы, – незнакомец указал вилкой на стоящее рядом со мной блюдо. Сейчас он выглядел уверенным. Или старался им выглядеть. В таком случае, ему
35/48 следовало отдать должное, это у него хорошо получалось.

— О, Спасибо. — я отложил кусочек какого-то мяса к себе на тарелку. — Перейдём к знакомству? — Я старался быть наиболее приятным. — Я капитан Иденна, это капитан Грэхэм, рядом с ним Кодан, его первый помощник, слева от меня мой товарищ Уодворт, за ним капитан Твэдэр и капитан Харрисон, а это матросы: Дик, Салли, Войцех и Глеб. — насчитав только четверо, я решил, что пятый остался на выходе.

— А я, генерал Бэкарп. — Он на секунду потерял со мной зрительный контакт.

— Бармак. — поправил его Грэхэм. И здесь он постарался соврать.

Он слегка поводил челюстью.

— О! А, Вы осведомлены. Что ж моё имя рассекречено. Я бы тоже мог рассказать ваши, но боюсь, это займёт слишком много времени. Вы так часто меняете их. — Это было банальным способом прикрыть свою ложь. Он оправдывался или наоборот поворачивал разговор в нужное ему русло. Я не мог знать наверняка. Возможно это была провокация.

— В наше время все хотят анонимности, — попытался отпарировать я, и одобрить его поступок.

— Я не про Вас Магор. Я знаю, что у Вас нет фамилии. Хотя, я не ожидал, что Вы скажите свою действующую. — Это он произнёс строго осуждающим тоном.

Находившаяся в его правой руке вилка, чуть не выскочила на тарелку, он поймал её, и она как будто бы вздрогнула в его руке. Он нервничал. Я запутался. Если он занимает выигрышное положение, то разговаривать в обход главной темы было бессмысленно. В такой ситуации, быть неуверенным глупо. Мы полностью беззащитны в его руках. Что-то давало ему повод для беспокойства.

— Вы как будто бы нас ждали? — продолжил я.

Глухо прощёлкали выстрелы. У меня ёкнуло сердце, но я постарался не выдать себя.

Только выразил лёгкое недоумение.

— А… можно сказать и так. — Бармак активировал инструментон. — Не беспокойтесь Капитан Иденна. Вроде все живы. Это были мои проблемы. Теперь, я буду с Вами откровенен.

Я поблагодарил его за беспокойство.

— Знаете, что мне досадно? — Он завалился на спинку кресла и выдохнул со смешком, продолжив уже совсем благосклонным тоном, — Огромный флот стоит у Беннинга, а Вы садитесь сюда на челночках.

— Вы довольно умный стратег! Ждать нас здесь, когда мы могли отправиться куда угодно, весьма хитро. — Я сделал ему комплимент, чтобы расположить к себе.
36/48 — Это очень просто, — он махнул рукой в сторону.

— Я считаю, что именно тех, для кого это очень просто и нужно набирать в генералы. Вы ценный кадр, в своей армии. Будь мы в другой обстановке, я бы старался сманить Вас на свою сторону.

Яникак не ожидал что произойдёт в последующем. Его отвлёк инструментон, и он, видимо прочитав сообщение, поменялся в лице и сурово посмотрел на меня. Я терялся в догадках, и не находил причину в этих переменах.

Он опрокинул стол и резко подскочил ко мне. Куча дорогих угощений посыпалось на пол. Стол громко стукнувшись два раза упал на бок. Я старался не делать лишних движений и встал со стула.

Он выдохнул мне прямо в лицо и громко рассмеялся. Куча вооружённых турианцев повставала со своих мест, и музыка прекратилась. Солдаты достали оружие и держали его наперевес.

— Мы с Вами по разные стороны баррикад. Нам обоим нужна территория.

— Её можно справедливо поделить, генерал. Без войны и жертв.

— Слышать это от Вас… От того, кто чинил геноцид. Войны не избежать, и проиграв, вы будете вынуждены снова кочевать по космосу. Лучше сдайтесь.

Грэхэм недоумённо, с разведёнными руками, пристально смотрел на меня. Он весь был перепачкан в соусах, закусках, в общем, всем что было на столе. Бармак отвернулся, и я оглядел его с ног до головы. Его дорогой парадный костюм уже видимо не подлежал восстановлению. Жирные струйки стекали с его брюк, кусочки из салата падали за воротник. Снова послышались выстрелы. Бармак получил сообщение, распрямился и с улыбкой повернулся ко мне, а потом и к Грэхэму.

«— Прошу прощения», — добродушно сказал генерал Бармак и активировал инструментон. — Сейчас Вам принесут костюм. Я был слишком эксцентричен. Какой размер Вы носите?

Турианцы сели на место.

— Спасибо, Вы очень добры, — осторожно ответил Грэхэм, и назвал какие-то цифры.

— Это всё-таки по моей вине, — он что-то напечатал и инструментон погас.

Мы сидели в недоумении, и ждали его объяснения.

— Это были мои враги. Не обращайте внимания. Сейчас всё устранено. Но у меня к Вам есть один вопрос: почему Вы всё это делали?

— Когда умерла моя жена Луру, я будто слетел с катушек. — Честно ответил я. —
37/48 Поверьте, я ведь много чего сделал хорошего. Я пытался это исправить.

— Понятно, Вы были одержимы… — я присел на стул. — Когда умерла моя сестра, я поступил в армию, и прослыл, как самый жестокий солдат. Когда меня повысили, я достигал подчинения от сослуживцев, жёсткими методами. Мне было приятно бить… И убивать. Я Вас понял.

Мы ещё немного поговорили, то есть я выслушал его историю. Грэхэму как раз принесли во что переодеться, и он вышел в уборную.

— Скажите честно, за что Вы воюете? — спросил Бармак.

— За справедливость. Я хочу, чтобы мои братья были свободны от костюмов, а простое население всей галактики имело права, не ущемлённые ворами, что ими правят.

— Честно сказать, это даже смешно, отдать хотя бы одну планету под ваше заселение. Там ведь уже давно живут семьи, работают заводы, компании, мы много потеряем, отдав её вам. — Слова его были колки, но рассудительны, не несли негативных мотивов.

Казалось он хочет нам помочь, я слушал его.

— Что бы Вы предложили?

— У нас тоже есть коррупция. И если бы вы сперва разобрались с ворами в совете, что распределили все блага между собой под шумок войны со жнецами… Понимаете, вам бы доверяли. После этого, вопрос с нахождением планеты для правоаминокислотных существ, вашего вида, был бы принят более радушно.

Теперь я понял его. Это он хотел предложить с самого начала. Видимо за ним следили,

ион устранял шпионов. Но это всё ещё могло быть хорошо спланированной ловушкой, и я был настороже.

— Да, Вы правы. Это действительно логично. Знаете, у нас есть большие ресурсы для ведения войны, и мы можем поддержать народ турианцев, оружием, людьми, кораблями, всем, что Вам понадобится. Мы ничего не попросим взамен. Это всё во благо Млечного пути.

— Об этом я и хотел поговорить с Вами. Но, Вы правы, помощь нам, сейчас не сможет окупаться. Турианцы не будут никому помогать, но в будущем мы сможет отплатить нужной монетой. Если вы согласны, то позже я свяжусь с Вами.

— Конечно мы согласны. Мы поддержим. Я слышал, что у вас молодых парней на пять лет принудительно забирают в армию. И они прислуживают вышестоящим, вроде слуг?

— Это так. Ещё их отправляют на стройку. Почти бесплатная рабочая сила.

— Мы обязательно решим эту проблему.

— Я ослушался приказа. Так что меня теперь понизят. Вы должны быть убиты. Поток
38/48 Арктура заблокирован. Имейте это ввиду. Сейчас, к сожалению, я не могу вам с этим помочь.

— Спасибо, мы выпутаемся.

— Я надеюсь.

Грэхэм вернулся в бежевом костюме и поблагодарил Бармака. Мы собрались уходить, и генерал меня окликнул.

— Извините, что так получилось.

— Ну, что Вы, не стоит.

— Давайте я Вас провожу!

Мы согласились и вышли из бара, где Грэхэма встретило остриё катаны, перед носом.

— Я Вас не узнал, Грэхэм-сан. Разве там был магазин одежды?

На кафельной плитке была разбрызгана кровь, и я протиснулся, чтобы взглянуть всё ли

впорядке с Норой. Она сидела у стены и радостно улыбалась мне.

— Чья эта кровь? — спросил я у Джи-куна.

— Это Мартин.

Нора поднялась с места, и я взял её за руку, а она обняла меня.

— Мы старались это предотвратить, — вмешался генерал Бармак и предложил помощь,

— я знаю хозяина заведения, он о нём позаботиться.

— Спасибо.

— Я не знал, что здесь женщина!

— Это Нора.

— Я Генерал Бармак. — Генерал протянул руку Норе.

Когда она пожала её, я заметил, что её пальцы были в крови. Бармак тоже это заметил

иещё долго рассматривал свою окровавленную ладонь, провожая нас, уезжающих на платформе.

— Да-а, ну и попались мы, — Лем как будто выразил общую мысль.

Поток Арктура был заблокирован. Нам не выйти отсюда на челноках. Придётся звать помощь. О поддержке Кирзиниуса можно было забыть.
39/48 Грэхэм сидел отстранённо, с довольством разглядывая свой костюм. Его это точно не касалось. Я попросил прощения у Норы и взглянул на Джи-куна. Он выглядел задумчивым, это было странно и в дальнейшем я решил его спросить об этом.

— Я рада, что всё обошлось, — она прижималась ко мне обеими руками. Я думаю, она была напугана.

— Как ты там держалась? Я беспокоился за тебя.

— Я тоже. Я слышала там кто-то кричал.

— Ну-ка погляди на меня. С тобой всё хорошо? Откуда эта кровь?

— Я просто испачкалась. — Она заулыбалась, и обвив мою шею руками закинула ноги мне на колени. Я обнял её и так мы доехали до выхода.

Вернувшись на челноки, мы открыли совещание. На Беннинге боятся нам было нечего. Они хотели атаковать нас в космосе. Здесь у них мало шансов. Это планета – целый рассадник бандитов. Они могли перейти на нашу сторону. Это противостояние могло задеть гражданских. У Грэхэма была догадка о том, что армия Совета ждёт здесь наше подкрепление. Мы для них насекомые, но они ожидали перебить как можно больше протестантов, которые пойдут к нам на помощь. Были ещё несколько теорий, но это выглядела наиболее правдиво. Мы решили не при каких обстоятельствах не рисковать свежим флотом подготовленной армии. Решить конфликт своими силами, располагающимися на Беннинге и Сильве. Я связался с Суримом, и передал что поддержки пока не будет. Последняя надежда оставалась за гетами. Несколько челнов я отправил за наёмниками. Большинство нужно было просто нанять для количества.

Кто-то из матросов предлагал выйти под прикрытием гражданских, но мы это сразу отвергли. После такого поступка, нам не могли доверять даже свои. Оставалось только два варианта, либо встать на Беннинге, окружив себя охраной из наёмников, и оставаться тут отрезанными, либо попытаться прорваться с глушилками незамеченными до ретранслятора. Для второго варианта нужен был отвлекающий манёвр, и прикрытие. Глушилки могли и не сработать. А пока мы оставались отрезанными от мира, и заблокированными в Потоке Арктура.

Ночное шоу в тот день выдалось зрелищное. Мы наблюдали с местного парка. Сидели под каким-то маленьким деревцем на хорошо стриженном газоне. Сначала травили байки

иустраивали небольшой пикник, а когда стало темнеть, началось шоу фейерверков и мы, задрав головы, смотрели на небо. Силовое поле было отключено, за этим событием последовали сильные шквалы ветра и воздух стал каким-то удушливым, но такое зрелище этого стоило, и никто не обращал внимание на эти мелочи. Мы бегали из стороны в сторону, стараясь поймать глазами самый большой фейерверк или не пропустить какой-нибудь разноцветный рисунок. В итоге у всех закружились головы, и мы попадали где попало на землю. Мы с Норой старались держаться вместе и валялись рядом, восстанавливая свои вестибулярные аппараты. Все эти действия совершались под аккомпанемент взрывов пиротехники и безудержного хохота нашей массовки. Мы
40/48 забрались так далеко от центра торжества, что почти не слышали шумное население Джутина. Рядом с нами были только семейные группы и молодые парочки. Последние, громко смеясь, целовались, обнимая друг друга. Я не выдержал, и перевернувшись очутился сверху Норы, зацеловав всю её маску, нижние части шлема и область шеи. Фейерверки, взрываясь, то освещали всё вокруг своим светом, то почти сразу погасали,

ия постоянно ослеплялся этими лучами, еле различая черты Норы и моих товарищей. Она кокетливо хохотала, закидывая на меня ноги и теребя мои волосы.

Вконце концов мы проторчали там до утра, проспав всю ночь в парке. Утром я проснулся на коленях у Норы, она гладила мои волосы. Арктур посылал свои пламенные лучи через защитное поле на наши тела, покоящиеся в безмятежности.

«— Доброе утро», — сказала Нора, — ты точно выспался?

— Да, вроде.

— Это я тебя разбудила, Джек звал.

— Что случилось.

— У нас 54 малых судна и два крейсера. Требуют тебя.

«Гарвак», Джутине

41/48 "Смерть крошки Луру"

Записка девятая

«Смерть крошки Луру»

Поток Арктура, Беннинг

Нору я оставил с Джи Ланом и остальными, а сам отправился на «Герделиусе» на совещание. С собой я взял только Джека. Мы покинули Джутине в 9:00 по местному времени. Сперва, мы направились на базу «Зловещего» в Эфиории. Это дорогая вилла местного авторитета с небольшим поселением. Его заинтересовала сумма, которую Харисон предложил за крейсер. В целях безопасности, я надел кварианский скафандр.

Виллюминаторы я разглядел местность, окружающую Эфиорию. Здесь была глубоко снята почва, поэтому пейзаж выглядел безжизненной пустыней сплошь и рядом изрытой котлованами. Они были гигантски огромными, и добыча здесь велась колоссальная. Если бы эти котлованы залить водой, то их глубина превышала бы, в среднем, две тысячи метров. То тут, то там возвышались длинные грибки нетронутой почвы. Если бы засыпать это всё песком, и принять окружающие котлованы плато за горы, то я бы не секунды не усомнился, что нахожусь на Раннохе.

Сейчас я пишу эти строки сидя в кают-компании, пока мы ждём разрешения на посадку.

Япозвал всех нанятых капитанов на большой консилиум, который планирую провести на Эрисе. Он состоится в 16 часов по местному времени этого поселения. Часовой пояс, который мы облетаем сейчас, обгоняет время на Эрисе на два Беннингских часа. Иными словами, у нас девять часов до того, как местные бандиты должны увидеть своего нового вожака, Магора Бессмертного. Прийти туда сейчас на челноках, и нас засмеют. Нам нужен крейсер, и лучше бы владелец «Зловещего» об этом не знал.

Выбраться с Сильвы незамеченными нам точно не удастся. У меня есть план, который слегка выходит за рамки морали. Джек меня будет сильно осуждать за это. Сейчас он расхаживает по трюму и проверяет общее состояние «Герделиуса». Я принял такое решение исключительно ради Норы, потому что боюсь её потерять. Помедли мы с побегом, и нас рано или поздно достанут. Турианцы вряд ли, но местные… Если им заплатят за наше устранение, они разнесут пол планеты, и Совет останется не при делах. Им нет дела до Беннинга. Чтобы такого не случилось, нужно действовать быстро.

Вторая группа на «Гарваке» вместе с Норой, сейчас отправляется под командованием Джи Лана в более надёжное и безопасное место на планете. За последние дни я даже привык к ней: я привык к тому что по утрам она читает какой-нибудь роман, уткнувшись в свой планшет; я привык к тому что за завтраком, обедом и ужином она улыбается мне, смеясь моим шуткам; я привык к тому, что она часто захаживает в рубку и мы подолгу говорим о звёздных системах, и их открывателях, потом она берёт управление и мы расходуем резервное топливо, ей нравиться управлять судами. Мне будет трудно потерять её, я всё-таки не саларианец. Кстати, интересно было бы узнать, как развилась
42/48 эта мутация, путём естественного отбора отшлифовавшая психику данной расы, которая сейчас позволяет им переживать стресс в несколько секунд. В иллюминаторе показались силуэты встречающих и, я бросаю писать, и вернусь к этому уже после, когда представится удобный момент, но вероятно, он настанет не скоро.

Нас встретили как почётных гостей, и я представился подпольным торговцем оружия. К нам на посадочную полосу вышел сам владелец виллы Джехард Рассел, так он назвался. Ветер немного трепал его седоватые волосы и белый пиджак. Сняв солнечные очки, он пожал мне руку, и мы направились в гостиный дом, вероятно, служивший для переговоров.

Яобратил внимание на огромных масштабов посадочную полосу, и на несколько огромных грузовых судов стоящих на ней. Джехард поймал мой изумлённый взгляд, и удивил меня ещё больше, сказав, что это третья посадочная площадка в округе. Я быстро смекнул, что эти котлованы его рук дело, и сейчас, когда на них никакой работы не ведётся, он распродаёт грузовые суда и технику. В этом мог быть подвох. Нам нужно было тяжёлое военное судно, и могло так оказаться, что на нём транспортировали грузы. Это должно сказаться на его состоянии. Но, в тоже время, из этого можно было поиметь

ивыгоду. Эти пустые суда можно было бы использовать как прикрытие или отвлекающий манёвр.

Зайдя в гостевой домик и усевшись в кресло, мы начали переговоры с Джехардом. С ним были пара его советников, которые принесли планшеты с голограммами для ознакомления с товаром.

— А много ещё у Вас этих грузовиков?

— О! Если Вам больше нужен грузовой корабль, то у меня богатый выбор.

— Сколько из них на ходу?

Ясильно удивил Джехарда. И он вместе с советниками даже сдержанно посмеялся.

— Это всё будет очень дорого стоить, Камал. — так я ему назвался.

— Моими партнёрами являются Дэлар и Ко, РубинЦерн, Иргалар, ЖормаЦерн. У меня неограниченный кредит. Вот документы, посмотрите, — я передал ему планшет.

— Это не совсем легальные компании.

— Пока что, Рассел. Но если вас это не устраивает, то других денег у меня нет. — Он расстроившись смотрел мне в глаза, и я понял, что на этом мы не сойдёмся. — Когда я летел сюда на челноке, я не заметил ни одного роторного экскаватора в котлованах. Вы давно закончили с этим. Теперь продаёте грузовики, так как сейчас они вам не нужны. Машины и оборудование Вы уже продали. Почему же не продались грузовики? Они не отвечают требованиям ГС, то есть они требуют ремонта. Поэтому я и спросил, сколько из них на ходу.

43/48 — Вы меня раскусили, это действительно так. У меня триста сорок восемь судов на ходу и ещё сто пятьдесят в ремонте.

— Отлично. Могу я надеется на дальнейшее сотрудничество с Вами?

— Разумеется, если Вам нужны запчасти, я с радостью помогу.

— У моих партнёров к вам может быть удачное предложение. Возможно удастся получить взаимную выгоду. Вы много знаете о добыче полезных ископаемых. Это может сильно пригодится. Как Вы на это смотрите?

— Буду рад сотрудничать с любой компанией, если это будет выгодно.

— Я рад, что Вы не сторонитесь нас.

— Я слышал, что скоро эти компании могут стать легальными. — Видимо Джехард очень хотел продать эти грузовики.

— Что если бы Вам поручили добычу гелия3, например? От вашего имени, легально? Сможите Вы нас удивить?

— Не буду хвастаться с гелием мне не везёт. На Сильве мой коллега поимел много денег на моей ошибке. Правда сейчас у них недовольства с работниками. И поселения переживают кризис.

— Скажите, а Вы на его месте, смогли бы поправить положение?

— Там ещё есть гелий, так что на лет пять смог бы. Это не трудно, просто Ирг жадный.

— Его можно привлечь к суду?

— У него полно связей в совете, поэтому нет.

— Что будет, если его арестуют?

— Думаю, ему придётся заплатить штраф. Там не много гелия, и проблемы на планете, покупателей будет мало. Можно будет выкупить по дешёвке.

Пазл целиком сложился у меня в голове, и у меня возникло предложение к Джехарду:

— Скоро там вспыхнут волнения и забастовки. Совет больше не сможет закрывать на это глаза. Новости распространяются быстро. Будет расти народное недовольство. Они всё-таки оштрафуют его. Он будет рад продать месторождение. Вы его сможете купить по низкой цене. Вам придётся нанимать людей на транспортировку грузовиков. В этом я могу Вам помочь. Я найду людей и уже завтра грузовики будет на Сильве. Сколько Вы хотите за неё?

— За транспортировку?

44/48 — Да.

— Но мне придётся лишний раз арендовать землю, под стоянку. Выгодней сделать это после покупки месторождения.

— Расходы на аренду я беру на себя.

— Как это будет выглядеть?

— Откройте там аукцион и продавайте свои грузовики.

— Но ведь другие поймут, что все я не продам.

— Верно. Но это не имеет значения. На суде они это не докажут, а на галактическом рынке Вы будете выглядеть с наилучшей стороны. Вы воспользуетесь трудным положением на Сильве, и поддержав местное население, приберёте к рукам месторождение. Люди будут Вам благодарны. А это залог доверия.

— Постойте, я бы не торопился с поддержкой.

— От Вас ничего не нужно. Пустим слух, что Вы закупили огромную партию оружия и снабдили им грузовики, для поддержки Сильвы. Этого достаточно. Достаточно просто провести аукцион. Это ещё сможет сыграть Вам на руку. Если бы я был Иргом, я бы скупал эти грузовики, в надежде найти оружие, и подорвать надежду протестующих.

— Умно. И к тому же содрав с Ирга последние деньги, я ускорю его разорение. Но это может не сработать.

— В любом случае выгода на вашей стороне.

— Кто Вы?

— Торговец оружием. Пусть всё поселение знает о том, что я был здесь. Завтра я пригоню кучу боевых судов, которые привезут людей, для перевозки грузовиков. Там будет и поддержка Сильвы. Но, чтобы Вы были чисты, мы оплатим проезд некоторых судов на грузовиках. Остальные постоят здесь только для виду. Иными словами, Вы просто перевезли груз. А другие будут думать, что Вы закупили оружие. В Потоке Арктура перевозка вооружённых судов и разумных существ вполне законна. Даже если они находятся в розыске, это не привлечёт вас к ответственности.

— Что ж, я согласен. Думаю, это хорошее предложение.

— Кроме того, если Вы нам поможете на Сильве, мы Вас не забудем.

— Но если я буду нарушать права работников, Вы меня накажите, да?

— Это будут новые условия бизнеса. В них, Вы это просто не сможете сделать.

45/48 Когда мы сели в челнок было уже 11 часов утра. Оставалось семь часов до собрания.

Ксожалению, мои опасения подтвердились и крейсер не был пригоден для боевых действий. Оставался последний вариант, предложенный Твэдэром. Мы должны были потратить на перелёт до стоянки второго крейсера около четырёх часов. Я решил это время подремать и завалился на койку. Вдруг ко мне подошёл Джек.

— Кэп, я так понял, ты хочешь поднять на забастовку население на Сильве?

— Джек, мы боремся за справедливость. Если мы пройдём мимо, как нам могут доверять?

— Мы это делаем, потому что нас прижали.

— Не важно. Рано или поздно мы бы им помогли. Я знал эту ситуацию, и Райан знал. Но мы не могли найти решения. И если бы не эта блокада, никто не знает, когда бы оно нашлось. А теперь оно у нас перед носом, и Сильва будет работать на Рассела. Что тут эгоистичного? Мы тратим кучу денег на наёмников, чтобы поддержать оппозицию, на их перевозку на эту планету. Если бы мы вообще этим не занимались, нас бы не караулили на системе. Мы просто делаем своё дело, насколько это позволяют обстоятельства, вот

ивсё.

Проснувшись от звона будильника, я взглянул в иллюминатор. Внизу ржавели какие-то

бараки в несколько ярусов. Видимо мы поднимались на холм. Дома становились всё ближе.

— Это Сарка-Трана. — объявил вошедший в кают-компанию Грэхэм. Его бежевый костюм резко бросался в глаза. — Тут всё понастроено на холме, как в Рио Де-Жанейро. Нам на военную базу.

— Здесь?

— Частная армия.

Мы быстро поужинали, отковыряв ящики. Было такое ощущение, что эти деликатесы никогда не закончатся. Правда по выражению лица Джека, этого было не сказать. Он ел так, будто это был последний шанс вкусить эти яства.

Наконец нам разрешили посадку, и мы направились в огромный ангар, где стоял «Нерушимый». Крейсер мне понравился. Он был в полной комплектации, абсолютно исправен. Немного недоставало мощности, на мой вкус, но с этим не должно было возникать проблем, по крайней мере, сейчас. Тридцать перехватчиков, огромный отсек под перевозку грузов и малых судов, а также их стыковку с крейсером. Огромная грядка пушек по обеим бортам, разных калибров и мастей, на все случаи ведения войны. Спереди, на носу ещё две мощные лазерные установки, но это скорее минус, при выстреле, они используют энергию, вырабатываемую главным двигателем, а он на эффекте массы. Есть и несколько резервных ядерных, но они рассчитаны на маленькую мощность. Кроме лазерных установок на носу есть небольшая грядка крупнокалиберных
46/48 иплазменных пушек, продолжающая её нагромождение с бортов. На корме вооружение было более скудное, там находился огромный шлюз, для стыковки судов, поэтому оружие было размещено только вверху шлюза. Снизу крейсер тоже мог вести активный бой. Особенно радовало наличие стабильной гидравлической подушки. Сейчас крейсер стоял на массивных слажных ногах. По форме своей напоминал водную яхту, с острым носом. Корпус был выкрашен в тёмный цвет, больше схожий с фиолетовым. Пришлось долго уговаривать местных на базе, чтобы поменяли название. Но я добился своего, и имя «Нерушимый» было заменено на нужные мне буквы. Красным цветом на почти чёрном фоне обшивки, оно становилось ещё страшнее. Но, одновременно с этим мне становилось спокойно. Я будто ощущал её присутствие, в самом себе, а это было нужным напоминанием.

Мы загрузили «Герделиус» в ангар «Смерти Крошки Луру», и заняли места в рулевой рубке. Для капитана там было предусмотрена отдельная каюта, где, совещаясь со своими помощниками капитан мог разрабатывать стратегию и отдавать приказы пилотам, но я оставил её без внимания, так как сейчас в ней не было надобности. Тем более, что это скорее огромный зал, чем отдельная каюта.

Крыша военного ангара открылась, освободив нам выход, и мы плавно вынырнули из него, когда я потянул за рычаг вертикальной массы.

Крейсер шёл плавно, и комфортно. Покупкой я остался доволен. Оставалось около двух часов до собрания. Мы опаздывали на пятнадцать минут. Если бы мы знали наверняка, куда именно будем заходить, мы бы более грамотно рассчитали траекторию, и прибыли бы на месте намного раньше.

Собравшихся я попросил прибыть на малых судах, чтобы не привлекать внимания. Теперь они ждали нас на бандитских улицах Арчера, и я уже опасался последствий, но оказалось всё поселение было эвакуировано Эларом и Джармом. Это первоклассные капитаны, когда-то они служили на подлинной «Крошке Луру».

Мы подлетели к поселению, и увидев название корабля, челноки стали влетать в ангар.

Собрание я решил провести в капитанской рубке, той самой, что я упоминал. Она располагала огромным круглым столом, с удобными креслами, голографическими экранами, и хорошей системой безопасности.

Скафандр пришлось снять, одев свои извечные штаны с бахромой и изношенную рубашку. Ещё на «Гарваке» я откопал свой китель цвета хаки, с золотыми галунами и кистью по правую руку. Натянул его не застёгивая. На голову я надел мягкую форменную фуражку с прямым козырьком.

Явстретил гостей стоящим на возвышении, отведённым для капитана месте. Среди приглашённых были, по большему счёту, мне знакомые личности. Я поблагодарил присутствующих за их участие, и разъяснил основные цели предприятия. Многие выразили солидарность с моей позицией. А у капитана Гарла вообще видимо был зуб на Ирга, и тот злорадствовал от всей души, радостно ёрзая на мягком кресле. Пока что план ограничивался только транспортировкой половины наёмнического флота на Сильву,
47/48 посредством перемещения их в товарняках Рассела. Дальше от разъяснений я

отказался, но возникло много вопросов. Это породило несколько дельных дискуссий, и

мы немного откорректировали наши действия. После собрания многие капитаны пожали

мне руку, некоторые, даже путём подкупа, просили взять в основную команду новой

«Крошки Луру». Видимо впечатление я оставил что надо, и без труда, а то и с прибылью

наполнил пустующие каюты крейсера. Разумеется, я набирал в команду только

проверенных людей, или группы под их командованием, поэтому в итоге набралось около

сорока человек. Этого на первое время, для поддержания работоспособности судна

было достаточно, и на этом я и остановился. Утром, на следующий день решено было

встретиться на стоянке Джехарда.

Ночью мы собирали по всему Беннингу первоначальный набор на «Виски Нерина». Джи Лан назначил место встречи, и мы приняли «Гарвак», вместе с Норой на борту. Около трёх часов ночи, по местному часовому поясу, мы закончили. Решили собраться в рубке капитана и обсудить дальнейшие действия, но за день все так устали, что пришлось отложить собрание на следующий день. Однако я успел отправить Грэхэма с Эларом и Лемом на Сильву, для начала активной поддержки ущемлённых граждан. Ещё мы выпустили четырёх зондов на орбиту Беннинга, в целях безопасности, чтобы те в случае чего, могли нас предупредить о ней.

«Смерть крошки Луру», пустыня Гасара



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 15
Опубликовано: 26.08.2019 в 00:52
© Copyright: Творимир Чернобожий
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1