Тетя Паша


ТЁТЯ ПАША

Тётя Паша жила с нами на одной улице. Её хата была самой бедной. Осталась она вдовой в первые дни войны. Да так и жила одна с сыном Ленькой. Как они жили, чем занимались – я, в силу своего малого возраста вовсе не думала. Мы, дети, рожденные в первые годы после войны, были приучены с малолетства помогать родителям. Первый свой заработок я принесла маме в десять лет, целых девятнадцать рублей. Работали мы рядом со взрослыми.
Тогда были совхозы, у нас в станице их было три. Мама работала в Табак- совхозе, в одном звене с нею, как раз и трудилась тётя Паша. Именно там, я и увидела, как она работает. А работала она, как пела.
Выращивание табака и его переработка адский и вредный труд. С раннего утра нас забирал маленький автобус, в который набивалось столько народу, что приходилось, чуть-ли ни висеть: стояли на одной ножке, зато с песнями, разъезжались по своим участкам. Дети и подростки, конечно, уборкой табака почти не занимались. Но двухразовая прополка за сезон лежала на наших плечах. Табачницам дважды в год выдавали по два халата. Для ломки табака - черный, так как эта работа очень грязная, к концу рабочего дня халат был липким и серым. Другой был синего цвета - на смену. Женщины приступали к ломке табачного листа, наклонившись, двумя руками от основания стебля они обламывали листья, прижимая к груди левой рукой охапку, продолжая правой обламывать, пока оберемок листьев не начнет рассыпаться, потом всю эту охапку выносишь на конец рядка, укладываешь аккуратненько стопочка к стопочке. И так целый день.
С каким же нетерпеньем мы ждали обед… Ровно в двенадцать шли в лесочек, выкладывали из сумок нехитрую снедь: бутылка молока, варёные яйца, зеленый лук, сало. На десерт яблоки, алыча, сливы. Потом сон до двух часов. Мы, конечно, спать не ложились, ходили по лесу, сплетничали, обсуждали мальчишек. Тетя Паша обедала отдельно, видимо, стесняясь своего бедного тормозка. Коровы она не имела, вместо молока у нее была бутылка с компотом. В разговоры с бабами она вступала редко. Спросишь что - она ответит, но ни угрюмой, ни печальной при этом не была. 
К концу рабочего дня табак забирал либо маленький тракторочек, либо конная подвода, детвора помогала грузить. Его развозили по точкам, либо у кого-то в заброшенном саду, а то и прямо на улице под каким-нибудь забором, главное, чтобы был тенёк. Табачный лист нужно было нанизать на четырёхметровый шнур. Делалось это при помощи иголок, которые были семьдесят сантиметров в длину и сантиметра полтора в ширину. Шнур закреплялся пополам за большой палец ноги, и по очереди листья табака распределялись с иголок по шнуру. Готовые шнуры увозили на просушку, сначала, развешанные на солнце, а позже, осенью, в горячих сушках, которые топились пока весь высушенный и рассортированный табак не был сдан государству. Женщины после работы мылись прямо из бочки, переодевались в чистое домашнее и только тетя Паша одевала свой синий халат. В разгар сезона возвращались домой уже затемно. А утром снова тяжкая работа. Мы были детьми, а детство тем и замечательно, что умеет радоваться и после труда, и после обиды.
К дел тетя Паша относилась , как будто не напрягаясь, а смотреть на ее ловкие руки было одно удовольствие. В самый зной, да еще при таком труде, уставали все.Бабы, жили то бедно, но были, как не странно, все, как на подбор: круглые, ядрёные, а тёть Паша выглядела стройной, подтянутой. Она не была печальной, отстранённой, но в бабских пересудах не участвовала.
Как не была тяжела жизнь станичниц- работа, дети, дома ещё огороды, скотина – они всюду с песней, с шуткой. Возвращались затемно. У тети Паши опять нет покоя - сын Ленька пьяный. Он был старше нас, подростков лет на десять. Уже в пору помощником для матери стать, а он за день кое-как насшибает на бутылку самогонки и рад стараться. Тогда в Заготконторе принимали и грушу-дичку, и кислицу, и терн. Немного, но рубля два-три заработаешь. 
Паша никогда не жаловалась, не пеняла на свою судьбу. Утром, как положено, шла к остановке со своей кирзовой сумкой. Конечно, вдов тогда было через одну. Но ведь осталась совсем молодой с пацаном на руках. О ней никогда не судачили. так бы на и дожила совй бабий век, но... 
Сразу после восьмилетки я уехала в город, поступила в техникум. Новые друзья, новые заботы как-то отодвинули деревенскую жизнь. Однажды, уже на втором курсе, я встретила в центре станице тётю Пашу. Она шла с мужчиной, и не просто шла, они шли, взявшись за руки и улыбались друг-другу. тётя Паша была без платка, зачёсанные густые волосы делали её молодой и очень счастливой. Оказывается, она не такая уж и старая, хоть и была повязана почти всегда платочком назад.  
Я по-хорошему ей даже позавидовала. Сколько они прожили вот так радуясь жизнью и друг-другом, сказать не берусь. Видимо, не очень долго. В свой очередной приезд, я узнала, что тётя Паша умерла. Ей не было и пятидесяти лет. Но мне думается, что у неё всё же было, пусть коротенькое, но женское счастье…

(пишите, пожалуйста, отзывы или то, что думаете)




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 19
Опубликовано: 19.08.2019 в 14:37
© Copyright: Лидия Криновицкая
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1