Разойдись! Не пущать!


— Месяц после дембеля погудел с корешами, поматросил с девчонками и баста! Пора браться за дело, добывать бабло на жизнь, — встретившись на троллейбусной остановке, школьному приятелю Руслану сообщил Евгений Шмель.
— Поматросил? Ты, что на флоте служил, наверное, Черноморском? — спросил инженер Аверин.
— На пограничной заставе, сержантом, а поговорка: поматросил и бросил к слову пришлась.
— Где решил бабло добывать?
—Пойду по контракту служить в росгвардию, другой работы нет, — ответил Евгений. — Прочитал кучу объявлений, приглашают строителей, токарей, фрезеровщиков с зарплатой не больше двадцати тысяч, а вкалывать придется от звонка до звонка. И не факт, что получишь зарплату, предприятия, фирмы лопаются, как мыльные пузыри. Аферисты, жулики их специально банкротят, переводят валюту в западные банки, чтобы оставить работяг в дураках, а сами прячутся за «бугром».
— Почему не в полицию, там сержантам, не говоря уже об офицерах, прилично платят?
— Когда она называлась милицией, то пользовалась доверием и авторитетом, еще, а нынешнее название режет слух, — пояснил Шмель. — Напоминает о полицаях, служивших фашистам, участвовавших в карательных операциях, расстрелах партизан и подпольщиков. А росгвардеец звучит красиво, вызывает гордость. Форма с шевронами привлекает внимание девушек, становятся покладистыми и ласковыми.
— Покладистыми, потому, что знают, что не бедствует, при деньгах, — заметил Аверин, а приятель продолжил. — На заставе, чтобы получить звание «гвардеец», надо очень отличиться, задержать лазутчика, агента и не одного, а здесь поступил на службу и сразу гвардеец. Не надо лишний раз напрягать, рисковать жизнью и здоровьем.
— Так тебя уже приняли, можно поздравить?
— Успешно прошел собеседование в штабе росгвардии. Завтра направят на медкомиссию, а потом напишу заявление, сдам документы, характеристику… Как только майор изучил мой военный билет и узнал, что я пограничник, имею второй разряд по самбо, то обрадовался. Таким, как я открыт «зеленый свет», принимают без конкурса. Уверен, что медкомиссию пройду, на здоровье не жалуюсь. Считай, что крупно повезло.
— В чем же твое везение?
— Много преимуществ. Во-первых, не придется, как медному котелку, служить, а точнее, вкалывать до 65 лет, когда назначат пенсию. И еще неизвестно, доживешь ли до нее. В росгвардии для выхода на пенсию достаточно 25 лет выслуги, с учетом двух лет службы в погранвойсках ФСБ. Значит, в возрасте сорок пять лет буду получать не жалкие гроши, а солидную пенсию. Обладая крепким здоровьем, закалкой, устроюсь работать в охрану или открою свой бизнес, хотя бы частное охранное предприятие — ЧОП.
Во-вторых, денежное довольствие не менее сорока пяти тысяч рублей и по менее роста в должности, звании, лет выслуги будет увеличено. А за участие в операциях, в том числе с выездом в другие регионы и города, полагаются командировочные и премии. В-третьих, бесплатное обмундирование, экипировка, обувь, медицинское обслуживание, оздоровление и отдых в ведомственном санатории и профилактории, проезд в транспорте. Гарантировано получение квартиры, внеочередное устройство детей в детский сад, школу. Высокая страховка в случае ущерба здоровью или смерти при исполнении служебных обязанностей. Предусмотрены и другие привилегии и льготы
— Да, на содержание опричников — опору режима не жалеют средств, — констатировал Руслан и поинтересовался. — Объяснили, чем ты там будешь заниматься?.
— Бороться с террористами и экстремистами, обеспечивать охрану общественного порядка. Именно для этого внутренние войска реорганизовали в росгвардию, увеличили личный состав до 350 тысяч штыков, — сообщил Шмель. — Как только поступлю на службу, обеспечат формой, экипировкой, табельным оружием, бронежилетом, дубинкой, наручниками для усмирения хулиганов. Созданы прекрасные условия для физической и огневой подготовки. Есть стадион и спортзал, работают секции по многим видам спорта, особенно силовым, по самбо и рукопашному бою, карате, борьбе, боксу, кикбоксингу, таквондо, восточным единоборствам. Каждую неделю — несколько часов отводится на огневую подготовку, стрельбу из пулемета Утес, автомата АКМ, пистолетов Макарова и Стечкина и других видов оружия на стрельбище вблизи поселка Школьное.
— Так тебе, Евгений, уготована слава Рэмбо или Терминатора?!
— Не исключено, — самоуверенно произнес Шмель. — Сразу же стану членом ФСО «Динамо», намерен участвовать в соревнованиях. Пообещали присвоить звание прапорщика. Потом есть шанс получить направление в высшее училище.
— Похоже, подготовка не хуже, чем в спецназе ФСБ или ГРУ, — оценил Руслан. — Для чего тебе и другим «гвардейцам» такая универсальная подготовка?
— Я же сказал, чтобы извести террористов и экстремистов.
— Свежо предание, да верится с трудом, — возразил Аверин. — Попросил, чтобы тебе сразу присвоили звание унтера.
— Унтера? Но такого звания нет? — удивился пограничник.
— Заодно и фамилию поменяй на Пришибеев. Вспомни, у Чехова есть рассказ «Унтер Пришибеев», где отставник-самодур терроризирует жителей села. Решает, когда и где им собираться, петь песни или зажигать в домах свет. Подсматриваем за бабами легкого поведения. Если увидит, что собрались несколько человек, то кричит: «Где это в законе написано, чтоб народу волю давать? Разойдись!»
Вот и тебе придется тем же заниматься, исполнять функции жандарма. Если поступишь на службу, то тебя, как и других контрактников, используют для разгона массовых мирных демонстраций, шествий и митингов, иных акций протеста, гарантированных статьей 31 Конституции России. Прикажут защищать режим бюрократов от народа, на верность которому ты присягнул еще во время службы на пограничной заставе.
— Кто-то же должен наводить порядок, иначе погрязнем в беспределе и анархии? — возразил Евгений.
— Чтобы не нарушать Конституцию и другие законы при исполнении обязанностей, ты должен знать, хотя бы основы юриспруденции.
— Зачем мне это. В росгвардии, как и на заставе, приказ начальника — закон для подчиненных!
— Если тебе прикажут избивать мирных людей дубинкой или применять оружие на поражение. Как поступишь?
— Приказы не обсуждаются, а выполняются, иначе взыскание, а в военное время — трибунал. В штабе рассказали о том, что в первую очередь придется дубинками молотить и паковать в автозаки неразумную молодежь, одураченную агентами госдепа США и спецслужб других враждебных стран, а именно школьников, студентов, очкариков, любителей массовых тусовок, желающих побузить, потолкаться.
— Вдруг среди тех, кого прикажут избивать и винтить, окажется твоя сестра?
— У меня нет сестры.
— Тогда брат или невеста?
— Я им скажу, чтобы сидели дома и не рыпались.
— В таком случае, они не граждане, а холопы и лакеи. Вспомни из истории отважного Спартака. Даже рабы достойны большего уважения, потому, что способны на восстание против тирании, на самопожертвование.
— Ничего потерпят, зато никто им дубинкой череп не проломит и ребра не поломает.
— Среди митингующих могут оказаться твои родители, мать и отец, которые, как мне известно, являются ветеранами труда, но получают нищенские пенсии, — напомнил Аверин. — Больше трети средств уходит на оплату коммунальных услуг, за капремонт и мусорный налог. Остальные на продукты питания и лекарство. При этом с каждым годом все дорожает. Миллионы людей в стране, самой богатой в мире природными ресурсами, обречены на жалкое существование. Им тоже прикажешь сидеть, не рыпаться, а тихо умирать из-за скудного питания, отсутствия медпомощи и безнадеги?
— Родителям я не вправе приказывать, — согласился с доводами приятеля Шмель. А тот, довольный тем, что «лед тронулся», продолжил. — Представь себе такую картину. Сидит в кабинет старая, обросшая мхом, канцелярская крыса и по звонку сверху от такой же, но боле важной крысы, или по своему настроению, чтобы выслужиться, решает: «Не пущать, больше троих не собираться, чтобы не сообразили на бутылку, запретить шествие и митинг против власти!» Этому бюрократу наплевать на Конституцию, на права и свободы граждан.
Если сидящий наверху «бык» приказал, то субординацию следует соблюдать. Главное, чтобы ретроградам было сытно, комфортно, а на валютные счета в оффшорах поступало бабло, ничего в порочной для народа системе не следует менять. Слишком умную и активную молодежь, очкариков и других граждан с обостренным чувством справедливости, у которых в этой стране отняли будущее, стремятся стравить с росгвардией, полицией, ОМОНом, избить, арестовать, оштрафовать и загнать в стойло. Разве это справедливо? Как у тебя, пограничника, вопреки совести, чести, поднимется рука избивать дубинкой безоружных мирных людей, лишь за то, что из-за бездарной политики, они вынуждены отстаивать свои права. На это способны только садисты, отморозки.
— Пусть не участвуют в массовых беспорядках, — без прежней уверенности произнес Евгений.
— Научись квалифицировать события. Массовые беспорядки — это когда участники шествия или митинга разбивают витрины, переворачивают и поджигают автомобили, занимаются мародерством, совершают другие правонарушения, — пояснил более сведущий в юриспруденции Аверин. — Ничего этого на мирных шествиях и митингах нет. За исключением мелких провокаций со стороны опекаемых полицией и росгвардией провокаторов из кремлевских организаций гопоты: НОД, SERB и других титушек, сбежавших из Украины и находящихся на сытном кормлении у силовых ведомств режима. Они, словно гиены и шакалы, питаются отбросами с барского стола.
— Любая работа почетна, — сорвалась с губ Шмеля.
— Особенно жандарма и палача, — с иронией подтвердил Руслан. — Хорошенько подумай, стоит ли разменивать совесть и честь на функцию жандарма, карателя, во все времена презираемых народом. В случае падение ненавистного режима, а оно неизбежно, гнев, месть и возмездие обрушатся на тех, кто с азартом и упоением садистов избивал женщин, подростков, стариков, только за то, что они вышли на улицы, чтобы заявить о своих правах на достойную жизнь. Имей в виду, что генералы, полковники из этих заведомо карательно-репрессивных ведомств, заранее запаслись иностранными паспортами и «запасными аэродромами», дворцами, замками, виллами, поместьями за «бугром». Прогревают двигатели личных яхт и самолетов. Сбегут, как крысы с тонущего корабля, подставив безмозглых подчиненных. Именно исполнителям, придется на народном трибунале отвечать за совершенные злодеяния. Может, тебя прельщает скамья подсудимых и долгие годы заточения в камере у параши?
— Не прельщает.
— Не исключено, что возмездие настигнет еще до краха режима. Представь такую ситуацию. Ты по приказу своего командира заломил руку или огрел дубинкой девушку-студентку на глаза ее парня…
— Так в штабе сказали, что мне за это ничего не будет, — не дослушав вопрос, поторопился с ответом Шмель. — Любой сотрудник правоохранительных органов надежно защищен законом, неприкасаемый. Если, кто-то из участников митинга попытается поднять руку, притронется, то напишу рапорт о том, что своими действиями он причинил мне невыносимую боль, и лет на восемь-десять загремит на нары.
— Участники шествий и митингов, намного грамотнее «блюстителей», у которых одна извилина и та от фуражки, разбираются в законах, поэтому, зная о строгости наказания за оказание сопротивления насильнику в погонах, проявляют выдержку, но чувство мести остается надолго. Поэтому парень, студент найдет способ, чтобы отомстить за избитую подругу. Например, встретит в темном подъезде.
— Откуда он узнает, что я обидел его девушку, кричавшую: «Путин — вор!» и «Мусора — позор России!»
— Так почти у каждого участника смартфоны, много журналистов, фиксирующих на фото и телекамеры наиболее жестокие факты насилия.
— На этот счет в штабах росгвардии, полиции и ОМОНа предприняты контрмеры. При задержании граждан разрешено не представляться, скрывать свои лица не только за забралами шлемов, но использовать балаклавы, оставив лишь узкие прорези для глаз. Поэтому не смогут опознать и вычислить. К тому же в целях безопасности, действовать поодиночке запрещено. В задержании того или иного слишком активного мужчины или женщины участвуют три-четыре человека, а другие обеспечивают прикрытие, оттесняют толпу.
— Значит, тебе, пограничнику, придется действовать подлым образом, как шакалу, — усовестил Аверин приятеля. — Чем в таком случае, росгвардеец, полицейский и омоновец отличаются от террористов, экстремистов и прочих бандитов?
Пока Шмель соображал, сам же и ответил:
— Только тем, что законом, погонами и бронежилетами они защищены от адекватных действий со стороны тех, кого он избивают. Какие же это гвардейцы, полицейские, омоновцы и прочие рыцари без страха и упрека, с наслаждением избивающие безоружных людей. Всех этих блюстителей с признаками психического расстройства, садизма и мозахизма, как опасное бандформирование, как вирус, эпидемию, следует срочно изолировать от общества.
Близок тот час, когда крепкие тридцати-сорокалетние мужики, которых достанет этот беспредел и грабеж страны, не пойдут на заклание, как покорные бараны, а окажут мощное сопротивление. И тогда «космонавты», а по сути, опричники-каратели и садисты, побросав шлемы, щиты, бронежилеты, дубинки и наручники, побегут, куда глаза глядят, спасая от возмездия свои подлые грешные душонки.
Генералы, отдававшие преступные приказы сбегут, сдав своих подчиненных, исполнителей с потрохами, как это уже неоднократно происходило в истории России и Советского Союза. Поэтому Андрей, не забывай о том, что гроздья народного гнева зреют. Мужик запрягает долго, но ездит быстро. По словам Пушкина, «русский бунт «бессмысленный и беспощадный». Хотя отчасти поэт не прав, бунт, революция, подобная той, что произошла в Украине и некоторых других постсоветских республиках, восстановила демократию, свергла бандитские режимы олигархов, силовиков и бюрократов.
Этот мрачный прогноз зародил в сознании Шмеля сомнения по поводу выбора работы, что и подтвердил ответ на последовавший вопрос:
— Не хочу я видеть тебя в экипировке «космонавта» в дубинкой в руке, — с грустью произнес инженер. — В таком случае, мы, к горькому сожалению, будем по разные стороны баррикады. Но ты — на стороне злобного, алчного, ненасытного режима, а я на стороне свободы, справедливости и добра. Не смотри зомбоящик лживых кремлевских пропагондонов с иностранными паспортами, дворцами, виллами, поместьями за бугром. Только радио Свободы раскроет тебе глаза на происходящие в России и в мире события.
— Я подумаю над твоими советами, — с серьезным видом отозвался Шмель. Пожал руку и вошел в салон подоспевшего троллейбуса.
В который раз, Аверин с закипающей ненавистью подумал о том, что, вместо того, чтобы создавать заводы и фабрики, новые рабочие места с достойной, а не нищенской, зарплатой, вождь, ради трона, продолжает политику насилия над народом, наращивает выпуск светошумовых гранат, слезоточивого газа типа «Черемуха», водяных, электромагнитных и лазерных пушек для воздействия на психику граждан и обострения чувства страха, паники, различных металлоконструкций для загона людей в стойло.
Величайшим научно-техническим достижением последних лет в области анемичного машиностроения, садисты в погонах и их главарь считают создание комплекса «Стена» на базе автомобиля «Урал» с восьмиметровым бронещитом и бойницами для расстрела участников мирных демонстраций и митингов. К разряду этого ноу-хау следует отнести наручники, издевательски названные конструктором или садистом в погонах «Нежностью». Маразм, свидетельствующий о паническом страхе кремлевских небожителей, достиг апогея.
Вот на чем сконцентрирован интеллект прикормленных режимом, обласканных орденами и премиями, ученых, конструкторов, инженеров, создающих за бюджетные деньги, то есть за налоги граждан, орудия, инструменты насилия против своих же кормильцев. Инквизиторы, опричники, каратели, лютовавшие в период Средневековья, отдыхают.
Руслан ощутил уверенность в том, что желание Евгения стать росгвадейцем или иным послушным инструментом, заложником, в руках циничных, лживых, алчных и продажных политиков, растаяло, как в выжженной солнцем пустыне, мираж...



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Сатира
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 12
Опубликовано: 12.08.2019 в 08:39
© Copyright: Владимир Жуков
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1