ОПЕРАТИВНО-РОЗЫСКНОЙ ОТДЕЛ ч.1


«…У чекиста должны быть чистые руки, горячее сердце, и холодная голова!..»
(Ф.Э. Дзержинский)



В сборник вошли детективные рассказы повествующие о нелёгких буднях работников милиции, их заботах и мечтах.
Время, жизнь, и политический строй государства, в котором работают эти люди, диктует те методы работы , которые более соответствуют этому времени.
(Автор)

СОДЕРЖАНИЕ
1. Смерть под куполом цирка……………..стр. 3
2. Новое дело……………………………….стр. 56
3. Новый Мефистофель……………………стр. 89

Смерть под куполом цирка

Предисловие
С другой стороны занавеса до слуха Люси доносился приглушённый гул множества голосов, стук откидных сидений. В него изредка вплетались - то детский смех, то сдерживаемое покашливание.
Она решила сквозь щель между занавесями оглядеть зал и арену - все места были заняты, и это очень порадовало её - аншлаг! Который день они выступают в этом городе, и всё аншлаг! Этот город принесёт нам удачу и выручку, подумала она. Можно надеяться на премиальные, а с ними и мне на новое платье.
Она перевела взгляд от трибун для зрителей на арену - униформисты заканчивали подготовку арены к общему, приветственному, выходу артистов.
Музыканты на галёрке настраивали свои инструменты - оттуда доносились: то мягкие звуки валторн, то неожиданно возникала какая-то мелодия скрипки, и вдруг её перебивала барабанная дробь. И всю эту какофонию звуков завершал удар в большой барабан.
Для Люси всё, что сейчас происходило вокруг, было "музыкой жизни", её жизни.
С малых лет она была окружена, и дышала воздухом цирка. Она купалась в нём наслаждаясь, и не могла представить себя вне цирка... Это была её жизнь.
Её родители, тоже работники цирка, но не артисты. Мать убирала в служебных помещениях, а отец делал то же самое, но в вольерах...
Ты что здесь делаешь? - раздался за спиной строгий голос. Тебе, что, не надо переодеваться к выступлению? Марш отсюда!
Она сразу узнала строгий голос директора, а узнав, мысленно представила его нахмуренные брови. Но глаза... Его всегда выдавали глаза - добрые, и с искорками лёгкой усмешки внутри зрачков, когда смотрел на неё. Она знала, Константин Петрович относится к ней, как к своей дочери, и поэтому не боялась его.
А чего ей бояться-то, если она с младенческих лет чаще сидела у него на коленях, чем у родного отца. И это он, когда ей исполнилось четыре года, первым показал ей арену.
И эта круглая, тринадцатиметровая, посыпанная опилками площадка, навсегда вросла в её душу и жизнь.
Цирк - это была она сама!
- Дядя Костя, вы только послушайте как шумит зал! Сколько в нём народа! Дядя Костя, снова аншлаг! - радостно воскликнула она!
- Ты права Люсьен, в этом городе у нас, оказывается, много поклонников, и надо постараться чтобы мы не потеряли их, - отвечая, он погладил Люсю по плечу.
Ладно, девочка. беги переодеваться, твой Вася уже приготовился к выступлению.
- Почему мой! - фыркнула она, но сердце при его имени радостно затрепетало в груди.
Ни дядя Костя, ни мои товарищи по манежу, никто-никто не знает ещё, что Василёк сегодня, во время репетиции, признался мне в любви, подумала она. И при мысли о любимом щёки её непроизвольно заалели.
И чтобы не выдать своих чувств, она, произнеся "Бегу!", побежала в общую с девчонками гримёрную.
По привычке толкнув дверь, она, не останавливаясь, хотела войти, но дверь не открылась. Чего это девчонки заперлись, удивляясь подумала она? И застучала кулачком по двери. Но дверь не открылась.
Тогда она, прижав ухо к двери, прислушалась, но в гримёрной было тихо - ни один звук не донёсся до её слуха.
Вот безалаберные девчонки, возмутилась Люся, мне переодеться надо, а они заперли гримёрку! И продолжая возмущаться, побежала на поиски ключа.
Спрашивая у одной, второй, третьей, она везде получала отрицательный ответ - нет, она не запирала, зачем?
Люся, совсем расстроившись, побежала искать плотника. Пробегая мимо гримёрной, она нечаянно толкнула дверь, и "о чудо", дверь открылась.
Вот дурёха, воскликнула она, никто её не запирал, я наверное по рассеянности не в ту сторону повернула ручку. И ещё раз обозвав себя дурочкой, принялась переодеваться.

* * *
Люся и Вася, держась за руки, стояли перед вот-вот готовым распахнуться занавесом. А с другой его стороны: инспектор манежа - громко, растягивая слова, объявлял: "Выступают... лауреаты... конкурса... артистов... цирка - ...воздушная гимнастка, он усилил голос - Люсьен Казимирова.., и... мастер спорта..., воздушный гимнаст... Василий Кузнецов.
На галёрке оркестр заиграл "выходной марш", и Василий с Люсей выбежали на середину арены.
Сегодня у них всё получалось славно. Упражнения, одно за другим, они выполняли под громкие овации зрителей.
Люся птицей перелетала с одной "перекладины" на другую, переворачивалась, изгибалась... Она успевала не только выполнять свои упражнения, но и постоянно, не теряя из виду. следить за напарником.
Они работали вдвоём! От их слаженности действий зависели: чистота исполнения упражнений и всего номера в целом.
Наконец зазвучала барабанная дробь, зал притих в ожидании какого-то сложного упражнения, иии...
Люся, накинув на тело три витка пёстрой ленты, бросилась вниз головой!
Это падение на арену вниз головой она не один раз демонстрировала зрителям раньше, и на репетициях тоже повторяла.
Зрители, вначале, затаив дыхание замирали, затем, на трибунах раздавалось общее "Ахх!", и всё перекрывала буря аплодисментов.
Это был её коронный номер!
Но сегодня что-то пошло не так - она, как и прежде на репетициях, и как прежде на выступлениях, напрягла тело, собралась, и... полетела...
Лента должна была скользить по телу, и зажимая её ногами, Люся регулировала скорость падения. Но почему-то лента не скользила. Попытки Люси задержать своё падение не удавались.
Всё происходило за доли мгновения, и за те же доли мгновения она поняла - она разобьётся!
Она лишь успела непроизвольно вскрикнуть от страха, и услышать затаившуюся тишину на трибунах.
Затем боль во всём теле и холодный мрак поглотили её всю до конца...

Глава первая

Коллеги подъём, прозвучало со стороны резко открывшейся двери в кабинет! Труба зовёт на ратный подвиг! Быстро!
Вошёл начальник оперативно-розыскного отдела, майор Кулагин, и сразу направился к вешалке с верхней одеждой..
- На улице дождь пошёл, надевайте плащи, - продолжил он, и стал натягивать свой с капюшоном.
- Почему такая спешка? - уже поднимаясь, но чуть лениво, растягивая слова и немного заикаясь, поинтересовался сидевший за столом. капитан.
- В цирке ЧП, там упала с трапеции гимнастка.
- А мы с какого боку? - удивлённо поднял брови капитан. Пусть вызывают скорую помощь, и звонят в районное отделение.
- Там труп! - справившись с плащом, ответил майор.
- Бедненькая, - беря кейс с инструментами, прошептала эксперт-криминалист,
- А она красивая? - поинтересовался стажёр Витенька.
- Голодной куме всё хлеб на уме! - насмешливо проговорил ещё один член группы, следователь Самохвалов.
- Да я же просто так, - пробормотал, оправдываясь, стажёр. Я для поддержания общего разговора.
- Хватит болтать! Выдвигаемся! - приказал майор, и первым покинул кабинет.
Остальные, словно цыплята за курицей, широко шагая потянулись за ним.
На улице их уже ожидал служебный микроавтобус. Двигатель его тихонько, словно сытый кот, урчал.
Трогай! - приказал майор, разместившись на переднем сидении.
- А как всё произошло, товарищ майор? - нарушил молчание стажёр.
Приедем на место, увидим, - ответил за майора следователь.
- Вечно ты попэрэд батьки в пэкло лизэш, - охладил следовательский зуд стажёра капитан.
- Ник-Ник, так я ж.., - смутился Витюша.
- Не издевайтесь над мальчиком, - приструнила насмешников Надежда Константиновна. Он ещё до генерала дорастёт, и вам приказы будет отдавать.
У Витеньки от её слов лицо заполыхало огнём, и он насупившись от обиды, вздохнул:
Никто меня всерьёз не принимает, подумал он. Сами же рассказывали, как по молодости и неопытности ошибки делали... Тоже мне! Я им докажу, что тоже кое-чего стою. Вот возьму и раскрою преступление...
В салоне опять воцарилась тишина. Лишь только звук работающего двигателя нарушал её.

* * *
С возвышения входа в амфитеатр цирка взглядам прибывшей бригады оперативников открылась сказочная картина: освещённая десятком юпитеров арена представляла собой разноцветную драгоценную чашу, в середине которой лежала серебристая фигурка девушки.
Она лежала почти по центру, а вокруг неё стояли её товарищи, и о чём-то тихо переговаривались.
Они только что исполняли свои номера, развлекали зрителей, и были ещё в своих костюмах. Поэтому и казалась картина столь красочной, почти волшебной.
Работаем товарищи, сказал майор остановившимся позади него людям, и спустился на арену.
Разноцветное кольцо артистов немного раздвинулось освобождая проход к лежащей девушке, и пропустив группу, вновь сомкнулось.
Кулагин почти физически ощущал устремлённые на него и его людей взгляды. Они словно бы спрашивали, нет, почти требовали сиюминутного ответа: "Кто виноват?"
И он ответил, не кому-то одному, а всем сразу. Он громко, словно убеждая и обещая, стоявшим плотным кольцом артистам, сказал: "Мы разберёмся!"
Затем, склонившись к уже осматривавшим девушку эксперту и следователю, тихо спросил:
- Надежда Константиновна, каков ваш вердикт?
- Она сразу умерла.., не мучаясь. Бедная девочка, ей бы жить и жить, - грустно, с горькой ноткой в голосе, ответила эксперт.
- А вы как считаете? - обернулся он к Петру Степановичу.
- Обыкновенный несчастный случай. Девчонка оказалась слабоватой в коленках, ответил следователь.
Кулагин краем глаза уловил брошенный на следователя удивлённый взгляд Надежды Константиновны, и услышал её шёпот: "Нельзя же так, Пётр Степанович, у нас ещё нет технической экспертизы".
Дослушав ответ эксперта и следователя, майор выпрямился, и обведя взглядом приехавших с ним людей, приказал:
- Николай Николаевич и вы. лейтенант - займитесь опросом свидетелей.
Вы, Пётр Степанович, знаете свои обязанности, а вы, Надежда Константиновна, займитесь девушкой. Да, не забудьте захватить её реквизит.
- Товарищ майор, можно уже увозить её? - спросила эксперт, - машина уже здесь.
- Да, если вы закончили осмотр.
- Закончила. На первый взгляд, Алексей Викторович, несчастный случай.., - задумчиво произнесла она.
- А, вы чем займётесь, товарищ майор? - поинтересовался стажёр, лейтенант Витенька.
- Я? Я начну с беседы с директором цирка, а с остальными займётесь вы. Если понадобится моя помощь - зовите.
И повернувшись к артистам, обвёл оценивающим взглядом примолкших, смотревших на него с любопытством, и некоторой долей надежды, людей.
Никто не прятался за товарищей, и трусливо не отводил глаза в сторону.
Его взгляд задержался на среднего возраста мужчине в вечернем строгом костюме.
Увидев, что майор смотрит на него, мужчина покинул своих товарищей, и подойдя, чопорно представился: "Я директор цирка, Эдуард Вениаминович Ожегов". Затем, выдержав небольшую паузу, договорил: "Чем могу быть полезен?"
Кулагин, протягивая руку для приветствия, ещё раз, более внимательно, как-будто определяя, что за человек этот самый директор, заглянул ему в глаза:
Серьёзный мужик и, по-видимому, ответственный, сделал вывод майор. С ним можно говорить откровенно. Ну, что ж, попробуем.
- Эдуард...
- Вениаминович, - подсказал директор.
...Так, вот.., Эдуард Вениаминович, я майор, начальник оперативно-розыскного отдела следственного комитета - Кулагин Алексей Викторович, представился он, и показал служебное удостоверение. Подскажите, пожалуйста, где нам будет более удобно поговорить о произошедшей трагедии, и чтобы нам никто не помешал?
- Я думаю, в административном вагончике нам будет удобно. Там же и мой кабинет, = вежливо предложил директор, и показал рукой куда идти.
- Хорошо. Пойдёмте. Да, забыл попросить - пусть никто из ваших не покидает территорию цирка. Мои люди должны с ними поговорить.
- Не беспокойтесь, мы дома. А дом наш.., вот эти вагончики на колёсах, и никто не покинет их без моего разрешения. Да, собственно, и идти-то нам некуда.
- Спасибо! Буду вам очень благодарен, - тоже решил быть вежливым Кулагин, - но сначала покажите ваше "хозяйство". Например, где ваши артисты живут, переодеваются и.., как это.., гримируются. Мне также хотелось бы взглянуть.., где хранится, и как содержится спортивный инвентарь.
Это возможно?
- Конечно, я вам всё покажу. А, как быть с продолжением программы выступлений? - почему-то заволновавшись, спросил директор, - вы запретите?
- Нет, почему же. Работайте. Эксперт-криминалист закончила осмотр места происшествия... Работайте, повторил Кулагин. Мы вам мешать не будем. А когда понадобится.., мы вас поставим в известность. Искренне сочувствую вам по поводу смерти девушки. Жаль, такая молодая.., ей бы жить и жить ещё… Мы разберёмся, ещё раз пообещал он.

Глава вторая

...Николай Николаич, с какого начнём, продолжал разговор Витенька. Может с этого, показал он на расположенный рядом с ними трейлер?
- Нет уж, лейтенант, давай с первого в ряду и начнём, - не согласился с ним капитан, - легче не запутаться.
- Какая разница, - фыркнул стажёр, и даже плечами пожал, - что в лоб, что по лбу, одинаково.
- Ну, не скажи, малой. Порядок, он веэде порядок, даже в Африке.
Ну, завёлся старый ворчун, пробормотал лейтенант, а сам ответил: "Как прикажете капитан", и направился к первому трейлеру в ряду.
Поднявшись на несколько ступенек приставного крыльца, он вдруг в раздумье остановился.
- Стучите, лейтенант, стучите, - шутливо поторопил его Николай Николаевич, - уж полночь настаёт.
- Бу-зде, кэп!
- Озорничаете, молодой человек. И когда вы только станете серьёзным? Стучите уже.
Но не успел лейтенант даже руку поднять, как из нутра вагончика, словно из глубины колодца, до них донеслось:
- Не стесняйтесь, входите.
Витюша хотел в ответ сказать: "А мы и не боимся, и не стесняемся!", но передумал, молча открыл дверь и переступил через порог.
В дальнем конце полувагончика на вошедших смотрел сидящий на приставном стульчике человек. Рыжий, с торчащими во все стороны волосами на голове, и конопушками на лице, их встретил... смеющийся клоун.
В этот момент капитану почему-то вспомнились слова из давно слышанной детской, шуточной песенки:

...Рыжий, рыжий, конопатый,
Убил дедушку лопатой.
А я дедушку не бил,
А я дедушку любил...

Непроизвольно его губы растянулись в улыбке, и лицо покрыла сеть мелких смеющихся морщинок.
Но, не прошло и мгновения, как с лицом клоуна произошла метаморфоза: из глаз двумя струйками потекли обильные слёзы, и он сказал: "Приветствую вас в юдоли слёз и одиночества".
Только Витенька хотел сказать, что не похож их вагончик на "Юдоль печали и одиночества", как вновь выражение лица клоуна изменилось - оно стало серьёзным, и он спросил: "Удалось мне напомнить вам детство?"
Вполне, ответил Николай Николаевич, но мы пришли поговорить не о детстве, а о погибшей девушке.
- Вы можете ответить на наши вопросы?
- Да. Задавайте. Присаживайтесь, пожалуйста, вон на тот сундук, - показал он на стоявший у стены ящик.
- Спасибо! Что ж, тогда начнём, - произнёс капитан.
Затем спросил у Витеньки: "Лейтенант, вы готовы вести протокол.., он чуть не сказал "Допроса", но вовремя сдержался, и сказал: "Записывайте нашу беседу, лейтенант".

* * *
...девушка она очень хорошая, я бы даже сказал чистая, продолжал рассказывать о Люсе рыжий клоун. Её в нашей труппе все называли "Светлячок". И она, действительно, была для нас именно такой - правдивая, весёлая, никогда не падающая духом, и в то же время очень работящая.
Даа.., не случись с ней того, что произошло, быть бы ей отличным воздушным гимнастом... Её имя было бы на первых полосах газет...
Анатолий Анатольевич, так попросил клоун называть себя в начале "беседы", задумавшись. или что-то вспоминая, опустил голову.
Пауза затягивалась, и лейтенант, чтобы прервать её, спросил:
- Скажите, Анатолий Анатольевич, а были у Люси враги?
- Ну, что вы. Откуда. У такой безгрешной души не может быть врагов, даже в принципе.
- Спасибо вам за беседу, - поблагодарил капитан, и поднялся с неудобного ящика.
Уже спустившись с крыльца, он полусерьёзно спросил у Витеньки:
- Лейтенант, какие будут наши действия в дальнейшем?
- В дальнейшем? Я предлагаю посетить соседей Анатолия Анатольевича, Они же в другой половине вагончика живут, и показал на вторую дверь.
Но на его стук никто не ответил, и дверь так и осталась закрытой.
Ни-ко-го, констатировал он. Или их нет, или не хотят открывать.
- А ты постучи ещё раз, да посильней, может они не слышали? - посоветовал Николай Николаевич.
Лейтенант затарабанил по двери кулаком, но и на этот грохот никто не открыл дверь. Зато из двери соседнего вагончика выглянула смешливая мордашка юной девушки.
Молодой человек, произнесла она, не ломайте, пожалуйста, дверь. Их нет дома. Они изволят отсутствовать. Зайдите лучше к нам, мы вас и обогреем, и приласкаем.
Ах, молодость, молодость. И смерть им нипочём, проворчал капитан, и направился к открытой двери.

* * *
Их встретили четыре, смотревших с любопытством на вошедших мужчин, пары глаз.
И капитан, и лейтенант оказались, так им показалось, в кругу разноцветных экзотических бабочек, случайно залетевших в трейлер. Они даже попервоначалу как-то растерялись от обилия красок и душистых запахов.
Первым вернулся из растерянного состояния к прозе жизни лейтенант Витя. Он улыбнулся, и так, с улыбкой на молодом лице, он, взяв "под козырёк" и представился: "Лейтенант Виктор Туманов. Кстати, оперативник, поэтому прошу любить и жаловать. А это мой старший коллега и наставник - капитан, Долженко Николай Николаевич".
Во даёт малёк, восхитился капитан! Но всё же решил немного урезонить распушившего хвост, словно петух перед курочками, лейтенанта, и вполголоса сказал: "Не мельтеши, лейтенант. Нечего попэрэд батьки в пэкло лизты!"
Затем, обращаясь ко всем сразу, сказал: "Девушки, у вас сегодня погибла, думаю, подруга. Нам бы хотелось поговорить о ней: что она за человек? Кто у неё друзья и товарищи? И есть ли у неё враги?"
Лица девушек сразу посерьёзнели, улыбки исчезли с лиц, и они, сначала одна, а затем и остальные заговорили.
Из их рассказа оперативники услышали почти точный пересказ характеристики, данный клоуном Толей.
Лишь одна из девушек, по имени Ольга, на вопрос о профессионализме Люси, не согласилась с общим мнением. Она, слегка скривив в язвительной улыбке губы, сказала: "Ничего она не отличная воздушная гимнастка. Есть и получше неё"
На прямой вопрос капитана: "Это кто-то из вас?", она промолчала. И оба оперативника, не сговариваясь, решили - чёрная зависть её гложет. Вот она и старается очернить соперницу.
Закончив "беседу" оперативники попрощались с девушками, и покинули их общество.
Лейтенант при прощании, пожимая кареглазой смуглянке руку, невольно вздохнул - эта смешливая девушка, пригласившая их для разговора, очень понравилась ему. И он, пока они разговаривали, почти не отрывал от неё восхищённого взора.
Уже стоя на последней ступеньке лестницы, он услышал, как его окликнули: "Товарищ лейтенант, можно с вами поговорить?"
Недалеко отошедший капитан, услышав её просьбу, усмехнулся, и посоветовал своему напарнику:
- Лейтенант, надолго не задерживайтесь, у нас ещё уйма работы.

* * *
Товарищ лейтенант, немного смущённо заговорила она, девчонки не всё вам рассказали. Я не сплетница, но вы должны кое-что знать. Возможно это поможет, а возможно и нет, раскрыть причину гибели Люсьен... Давайте отойдём подальше.
Шагая вслед за девушкой лейтенант удвоил внимание, но всё же.., в голове его замельтешили, слаще одна другой, мысли: вот он, мой звёздный час!
Он, всего лишь стажёр, скажет майор, но смог раскрыть такое сложное преступление. Молодец, скажет он при всех!
От этих мыслей у него чуть не закружилась голова, и поэтому он пропустил часть сказанных девушкой слов.
Кое-как избавившись от мыслей о себе, он стал более внимательно слушать о взаимоотношениях в группе воздушных гимнастов.
Девушка продолжала рассказывать:
- Понимаете, у нас образовался.., даже не любовный треугольник, а скорее всего - четырёхугольник...
- Как это? - удивился лейтенант. Разве такое бывает?
- Бывает, - последовал ответ. Вы не перебивайте меня, пожалуйста.
- Ладно, не буду. Честное пионерское!
...Так вот. Вася и Люся - звёздная пара! Так все думают и считают...
- А ты? - не сдержавшись, спросил Виктор.
...Яаа? Я.., тоже так считаю. И они, к тому же, любят друг друга, продолжила девушка. Вася, после травмы отца Люси, занял его место, и стал не только воздушным гимнастом, но и режиссёром-постановщиком группы.
- А, что случилось с её отцом? - опять вклинился в рассказ девушки Виктор.
- А то что, выполняя упражнение без страховки, он почему-то не смог поймать перекладину, и упал на арену. Естественно, сильно при этом расшибся и стал инвалидом. Может случайно.., а может напарник неправильно послал перекладину, но факт остаётся фактом.
И вот, после присланного и быстро улетучившегося режиссёра, им стал Вася.
- Как думаешь, это Вася постарался?
- Ну, что ты. Его тогда ещё не было с нами. Он позже появился, то ли перевёлся из другого цирка, то ли закончил профессиональную карьеру спортсмена. Не знаю.
- По-нят-но, - протянул Виктор. Продолжай дальше.
- Люся и Вася должны были вскорости пожениться, и вот...
- И где же здесь намёк на то что случилось?
- Дело в том, что Ольга имела серьёзные виды на Василия...
- И что?
- А её любит Сашка. Души в ней не чает. Совсем высох бедняга от любви.
- Кто такой Сашка? - быстро спросил лейтенант.
- А я разве не говорила о нём?
- Нет.
- Сашка... Ну.., это Александр Медведев... Он тоже в нашей группе.
- И ты его любишь, - уточняя. продолжил за неё рассказ лейтенант.
- Неет. Как вы могли даже подумать такое. Он.., он совершенно не в моём вкусе.
- А какие в твоём вкусе? - заигрывая, спросил Витя.
- Я пока не знаю.., - чуть зардевшись, ответила она. Я пока не думала об этом.
Сказав так, она замолчала.
Интересно, интересно, прошептал Виктор, и неожиданно, словно его ударили обухом по голове, вспомнил - меня же ждёт Николай Николаевич! Вот чёрт! Совсем вылетело из головы.
Жаль, но придётся распрощаться с такой милой девушкой. Она, между прочим, красивая, и мне очень понравилась.
И он, тяжело вздохнув, и взяв её за руку, не нашёл ничего лучшего, чем спросить: "А другого.., чего-нибудь подозрительного не заметила?"
- Неет.
- Ну, что же, спасибо тебе за информацию. Она нам очень пригодится в расследовании. До свидания".
И, не оборачиваясь, быстро зашагал в сторону ушедшего капитана.
Девушка провожала его взглядом до тех пор. пока он не скрылся за одним из трейлеров. И взгляд её был задумчивым и печальным.

Глава третья

Майор немного задержался, и войдя в кабинет быстро окинул взглядом, словно проверяя все ли собрались, коллег.
- Я не вижу Надежды Константиновны! Она, что, опять опаздывает? - голос его, как всегда, был строг и требователен.
- Она звонила. Просила извинения за небольшое опоздание, - ответил за всех капитан. Она что-то нашла, и сейчас созванивается с одним профессором.
- Понятно. Тогда с вас и начнём Николай Николаевич. Что у вас по делу о цирке?
- Ничего нового, - ответил капитан. Мы с лейтенантом Тумановым опросили, выборочно конечно, около десятка артистов, и все как один утверждают, что никто злого умысла не имел, а лишь радовались за девушку.
- Вы, Пётр Степанович?
- Я поддерживаю вывод капитана. Я и после предварительного осмотра сразу сказал вам - это несчастный случай.
- Товарищ майор! Товарищ майор! - заволновался Витенька, - простите, но я не совсем согласен с выводом Николая Николаевича.
Присутствующие удивлённо воззрились на младшего по званию, посмевшего нарушить субординацию, ещё даже не состоящего в штате, стажёра.
Начальник отдела тоже недовольно поморщился, но всё же сказал: "Говорите, лейтенант!"
- Я считаю, товарищ майор, что в расследовании этого происшествия не всё мы проверили...
Говорил он торопливо, и почти проглатывая окончания слов. Он, боясь, что его прервут, не дадут до конца рассказать о своих сомнениях, торопился.
Я, в рапорте товарищу капитану, указал, что после разговора с одной из воздушных гимнасток, той, которая в одной группе с погибшей, услышал о любовном четырёхугольнике...
Майор сначала удивлённо посмотрел на Витеньку, затем спросил: "И, что?"
Следователь, как и в прошлый раз. скептически покачивая головой, произнёс: "Молодо-зелено".
...А то, продолжил стажёр. Там ревность присутствует, товарищ майор. Нам в университете говорили - ревность, это большая сила! Она может спровоцировать человека на необдуманный шаг... И тихо, почти шёпотом закончил - даже на подлость и... убийство.
Закончив свою пылкую речь, он перевёл дыхание, и сказал: " У меня всё товарищ майор".
В кабинете воцарилась тишина. Затем, опять же следователь, насмешливо резюмировал: "Смотрите-ка, яйца учат курицу зёрна клевать!"
Начальник отдела изучающе, словно оценивая, оглядел стажёра. Затем, медленно, словно про себя, произнёс: в словах лейтенанта есть что-то, заставившее меня не делать скоропалительных выводов.
Поэтому я решил - Пётр Степанович, поезжайте-ка вы снова в цирк и поговорите с той девушкой один на один. Вы человек опытный, не мне учить вас, как это сделать.
Теперь всё! За работу!
- Товарищ майор, - чуть ли не жалобно заговорил лейтенант, - разрешите мне сопровождать следователя.
- Вы поедете со мной!
В голосе майора прозвучали властные нотки, и лейтенант сообразил, не стоит повторной просьбой нарываться на неприятность. Обиженно скривив губы, ответил: "Есть, ехать с вами!", и последовал за капитаном и следователем.

* * *
Майор, складывая в папку какие-то служебные бумаги, задержался в кабинете. Словно дожидаясь, когда он останется один, прозвучал звонок служебного телефона.
Одной рукой застёгивая папку, майор, другой поднял трубку, и произнёс, "Слушаю. Кулагин".
На другом конце провода он услышал голос Надежды Константиновны:
- Алексей Викторович, я договорилась с заведующим лабораторией одного из наших заводов, опытным специалистом, о встрече. Он, по старой дружбе, пообещал помочь мне в проверке моей гипотезы...
- Не понимаю, зачем вы звоните мне? - недовольным тоном спросил Кулагин.
- Я хотела, чтобы вы поприсутствовали при проведении анализа...
- Какого ещё анализа? - поинтересовался майор.
- Я договорилась о встрече на одиннадцать часов. Заедете за мной, узнаете. Это касается цирка, - кратко досказала она, и положила трубку.
Майор это понял, когда ухо наполнилось короткими гудками отключённого телефона.
Пожав недоумённо плечами, он спросил у пустоты кабинета - какой анализ? О чём это она?
Но ответа не дождался, так как вновь, теперь уже требовательно, зазвонил телефон.
Схватив трубку, он недовольным голосом произнёс: "Я занят!", и бросил трубку. Но телефон, ещё более настойчиво и требовательно зазвонил.
Вспомнив всех чертей на свете, он схватил трубку и гаркнул: "Я же сказал - я занят!!!"
А трубка, голосом начальника управления, произнесла: "Майор, зайдите ко мне".
Виноват, товарищ полковник. Я не думал, что это вы звоните. Слушаюсь. Уже иду, и схватив папку с надписью "Для докладов" отправился к своему непосредственному начальнику.

* * *
Разрешите?
- Входи, Алексей Викторович.
Начальник следственного комитета, полковник Афанасьев, уважал майора за его принципиальность, ум, и умение "чувствовать" противника. В его "личном деле" ещё не было ни одного не раскрытого преступления.
Его не любили, а чаще, боялись, воры, уголовники, мелкие хулиганы, и прочая мразь, но, как и полковник, уважали за честность и неподкупность. И если он кому-то, что-то обещал, то выполнял своё обещание.
Полковник изучающе оглядел своего подчинённого.
- Майор, по-моему ты похудел малость. Так и питаешься бутербродами? - спросил он вошедшего. Всё ещё не нашёл себе подругу жизни?
- Некогда мне искать. Вы, товарищ полковник, всё добавляете и добавляете нашему отделу работы. Вот и крутимся белкой в колесе.
- Понятно... Но, ответь мне прямо, Алексей Викторович, ты хотя бы пытался?
- Пытался, да что толку: я же всё время на службе,. Кому такой муж нужен?
- Даа.., - согласился с ним начальник управления, - против правды не попрёшь... Но ты всё-таки выкрои время, и зайди к нам в гости, а то моя благоверная мне все уши прожужжала - когда же ты к нам заглянешь? Она хочет тебя накормить настоящим украинским борщом.
- Спасибо! Как-нибудь заскочу, - ответил майор.
И чтобы прекратить неприятный для себя разговор, спросил:
- Зачем вызвал, Игорь Дмитриевич? Или ещё где-то труп нашли?
- Задолбали меня эти трупы! Вот где они у меня? - полковник чиркнул ладонью по горлу. Ты специально хочешь испортить мне настроение, майор?
Так и без тебя есть кому. На меня с утра уже давят, он посмотрел на потолок, чтобы показать, кто на него давит - требуют результат по цирку. А где я им его возьму? Ты же молчишь!
Полковник всё более "накалялся". Голос его стал громовым. Таким голосом он делал "разносы" своим подчинённым сотрудникам.
Ты мне ответь, майор, когда будет результат по цирку?!
- Дайте нам ещё три дня, - попытался Кулагин перевести разговор из стадии "разноса" в рабочее русло.
- Три дня?! Да мне голову оторвут за такие слова! Звонили из прокуратуры, требовали результата. Напирали на то, что следователь якобы проболтался, что дело простое, там обыкновенный несчастный случай!
- Так вы дадите нам ещё три дня для окончательного решения? - повторил свою просьбу майор.
Хотя, если честно, он и сам не понял - зачем он попросил три дня. Дело же простое. Но выходка лейтенанта на оперативке, и в добавок, собственное чутьё, подсказывали, что дело не совсем такое простое, как кажется на первый взгляд. С ним ещё придётся повозиться.
- Майор, ты вывел меня из себя! Даю вам не более сорока восьми часов на завершение дела! Слышишь, не более сорока восьми часов!
И, если ты не принесёшь мне результат за это время - вылетишь из органов без выходного пособия! Понял?!
- Понял, товарищ полковник. Разрешите идти?
- Свободен.
И когда майор уже взялся за дверную ручку, полковник, всё ещё "кипя", сказал вдогонку: "Не больше сорока восьми часов, и ни минутой позже, майор!"
Возвращаясь к себе он вспомнил, что его ждёт эксперт-криминалист для какой-то поездки в институт, к какому-то профессору. Пришлось ускорить шаг - время поджимало.
На крыльце его ожидал лейтенант.
- Куда едем, товарищ майор?
А он-то что тут делает, подумал майор? И тут же, как говорится - не отходя от кассы, услышал.
- Вы приказали мне сопровождать вас, товарищ майор.
Вот идиотизм, честное слово, я совсем про него забыл, чертыхнулся майор. Я ж ему приказал ехать со мной к Свирской. Даа, после "разговора" с полковником не мудрено и забыть.
- Лейтенант, вызовите машину, - приказал он.
- Уже вызвал. Она ожидает вас вон там.
- Спасибо, лейтенант, - поблагодарил он подчинённого. Затем, решая брать, или не брать стажёра с собой, всё-таки решил - пусть едет.
- Пойдёмте, лейтенант, - сказал он, и направился к машине.

Глава четвёртая

Машина, среди таких же коробок на колёсах, или похожих на неё, быстро везла их по улицам города. По бокам проплывали, похожие на острова, кирпичные и бетонные, с отражающими лучи солнца витринами, здания.
По тротуарам хлопотливыми муравьями спешили куда-то пешеходы. Они иногда сталкивались между собой, а иногда и обгоняли друг друга. И всё спешили, спешили!
Правда, они иногда, словно перегороженная плотиной река, скапливались перед светофорами. Затем, прорвав светившуюся красным светом хрупкую запруду, растекались ручьями в разные стороны.
Свирская любила свой город – город-труженик. Она родилась в этом бурлящем жизнью городе. Здесь же закончила университет, и даже, чего греха таить, здесь же вышла замуж за своего однокурсника.
Но брак их продлился недолго - молодой муж оказался безвольным по жизни человеком. И она решила - лучше уж жить одной, чем ежедневно выслушивать нытьё мужа – «такого умного и способного», которого даже жена не ценит.
Живя с ним она увидела, он, при своём уме и способностях даже гвоздь в стену не может забить. Всё приходилось делать ей самой, своими слабыми, девичьими руками.
А после рождения их первенца, сына Мишутки, он вообще стал чаще бывать, и даже ночевать у своих родителей, чем у себя дома.
Вот и решила она, после трёхлетней надежды, что муж наконец-то возьмётся за ум, и поняв, что никогда не дождётся этого, подать на развод.
Первое время ей было тяжело одной воспитывать ребёнка, но она, как говорится, "крутилась". Когда её сыну исполнилось десять, она поняла, как не хватает в доме твёрдой мужской руки и авторитета отца для него.
Как раз в это время у них в управлении появился следователь, Новак Пётр Степанович. Он принялся настойчиво за ней ухаживать: дарил цветы, угощал конфетами, приглашал её в театр и ресторан.
Хлебнув жизни одинокой женщины, она сдалась.
И лишь потом, примерно через год, она узнала - он женат, и у него есть двое детей. А она-то, дурочка, всё никак не могла понять, почему он находит сотни причин, чтобы тянуть время, и не закреплять их отношения браком.
Потом она немного привыкла к своему положению. Она поняла - для него она просто любовница, и почти смирилась со своей ролью.
Но тут появился он! И она, как последняя дурочка, безумно влюбилась в него. А он совершенно не обращал на неё внимания. Это немного обижало её - ведь она красивая женщина, а он проходит мимо, лишь слегка поклонившись и равнодушно произнеся "Здравствуйте!".
А сейчас он сидит впереди неё и молчит. Интересно, о чём он думает? Ах, если бы он думал о ней. Она бы многое отдала, лишь бы узнать его мысли. Но это не дано ни ей, ни любому другому человеку на земле. Жаль. Очень жаль.
Её мечты прервал прозвучавший в микроавтобусе голос. Его голос. Такой холодно-равнодушный голос, что на мгновение ей даже показалось, что её окунули в ледяную воду – «Вы уснули, что ли?
Она, придя в себя, ответила этому голосу: "Уже иду", и поднялась с сидения.

* * *
Заведующий лабораторией. встретил пришедших улыбкой, а женщине даже поцеловал руку.
- Заходите, - сказал он, и приглашающе повёл рукой в сторону открытой двери.
Лаборатория располагалась в третьем этаже административного корпуса, и была прекрасно оборудована.
Не то что моя, подумала Надежда Константиновна, когда увидела новенькие приборы и оборудование, но не подала виду.
Григорий Георгиевич, заговорила она, познакомьтесь с нашим начальником ОРО. и лейтенантом Тумановым.
Заведующий смущённо «захлопал» глазами.
- А что это за ОРО и с чем его едят?
- Эта аббревиатура расшифровывается очень просто, - вступил в разговор майор, - я начальник оперативно-розыскного отдела Следственного Комитета, Кулагин Алексей Викторович, будем знакомы.
- А ты, Наденька, ведь не сказала, с какими гостями хочешь познакомить меня... Я что-то совершил противозаконное, спросил он?
- Нет, Григорий Георгиевич, не беспокойтесь об этом Я, честно признаться, воспользовалась случаем, и привела к вам начальника ОРО специально. Я хотела показать ему вашу лабораторию, настоящую лабораторию, какой она должна быть.
Но не только это. Я принесла, как и договаривались, для анализа вот эту вещицу.
Она достала из сумочки обыкновенный «карабин» для строп, и подала Григорию Георгиевичу.
Он повертел его в руках, оглядел со всех сторон и, произнеся "Я сейчас", направился к одному из стоящих на специальной тумбе, приборов.
Кулагин с любопытством посмотрел на стоявшую рядом с ним женщину. Его взгляд был строг и требователен.
- Откуда у Вас этот карабин? Кажется он сломан?
- Товарищ майор, я вам всё объясню по возвращению в отдел. А сейчас потерпите. Я не могла вам раньше рассказать, так как сама ещё не уверена в своих выводах. Нужен спектральный анализ. Давайте дождёмся его.
Не менее получаса им пришлось ждать результата, и всё это время они простояли молчаливой группой.
Тишину лаборатории нарушал лишь чуть слышный зуммер каких-то приборов, да тихий разговор лаборантов и заведующего лабораторией.
Затем, проверка «карабина» по-видимому закончилась, так как Григорий Георгиевич сел за стол, и принялся заполнять какой-то бланк.
Наконец-то, вздохнул, словно освобождаясь от непомерной тяжести, майор. Всё-таки тяжело выдержать ожидание неизвестно чего, подумал майор. Легче обезвредить злостного рецидивиста, чем...
Закончить свою мысль ему не удалось. К ним подошёл завлаб., и подавая исписанный бланк, сказал:
- Надя, ты была права. Твоё предположение подтвердили данные анализа. Ты молодец!
Надежда Константиновна как-то смущённо улыбнулась и, беря документ, ответила:
- Спасибо тебе Гриша! Я рада за тебя. У вас такая прекрасная лаборатория. Я даже тебе завидую немного.
- Так в чём дело, Надя? Переходи ко мне в лабораторию. Я тебя с удовольствием назначу своим замом.
- Спасибо за приглашение, но я уж привыкла к своим "апартаментам", и пока менять их не собираюсь.
Подавая руку для прощания, она ещё раз сказала: "Спасибо, Гриша".
Кулагин и Витенька тоже попрощались, и трое милиционеров покинули завод.

Глава пятая

Майор уже взялся было за ручку двери в свой кабинет, но неожиданно остановившись, сказал:
- Лейтенант, пригласите на оперативку Николая Николаевича и следователя!
- Но.., где я их буду…
- Вы хотите сказать, где будете искать? Так я вам подскажу – скорее всего в столовой.
Он посмотрел на наручные часы, и продолжил:
- Сейчас время обеда, но всё же пригласите. Сроки поджимают.
Приложив ладонь к козырьку фуражки и сказав «Есть!», лейтенант круто развернулся на месте, и пошёл выполнять приказ, а майор и эксперт вошли в кабинет.
Майор, показав на стул у приставного стола, произнёс: «Прошу садиться». Затем, дождался, когда начальник экспертно-аналитической лаборатории расположится за столом, жёстко произнёс:
- Вы, товарищ капитан, нарушили сразу несколько инструкций! Во-первых – вы изъяли предполагаемое вещественное доказательство без понятых и свидетелей! Во-вторых – эта экспертиза незаконна по простой причине: она произведена в сторонней организации, и без соответственно оформленного «направления»!.. В- третьих…
- Не повышайте на меня голос, и перестаньте меня отчитывать! – прервала майора эксперт. Я вам что, студентка-первокурсница? Я всё сделала по инструкции: нашла вещь, пригласила понятых, составила акт, и даже, представьте себе, сняла отпечатки пальцев. Вот соответствующие бумаги!
Голос её прерывался от возмущения и обиды на несправедливые обвинения. Из глаз готовы были пролиться слёзы, но она сдержалась. Достав из сумочки платочек, она промокнула глаза.
- Простите меня, - извиняющимся голосом произнёс майор – я же не знал.
- Так вы сначала разберитесь, а потом уж устраивайте «выволочку!
- Я же попросил у вас прощения, - сказал майор и, подойдя сзади к сидящей женщине, положил ей руки на плечи.
Она, неожиданно притихнув, в неосознанном ожидании поцелуя отклонила голову назад.
Майор, совершенно не поняв её намёка, повернулся, чтобы отойти. Но в это время открылась дверь, и вошёл следователь.
Увидев майора и эксперта в не совсем удобном положении, он прошептал: «Ох, простите». И сразу же, озлившись, спросил: «Я вам не помешал?
В его голосе чувствовались, и ревность мужчины, и смущение, и ещё какие-то эмоции, которых майор не понял. Поэтому он удивлённо спросил:
- Что с вами, Пётр Степанович? Или вам что-то показалось?
- Ннеет, но...
- Мы обсуждаем с Надеждой, Константиновной новые, недавно открывшиеся обстоятельства смерти гимнастки. Так что, берите стул и присаживайтесь.
Как только подойдут остальные, я вам, вернее, Надежда Константиновна, обо всём доложит.
Говоря эти слова, майор старался понять, что так шокировало, или насторожило следователя. Почему он внезапно так изменился в лице? И почему он спросил, не помешал ли он нам?
Эти, и другие, неожиданные мысли заставили его искоса взглянуть на женщину. Её лицо, с приходом следователя, почему-то пошло красными пятнами, но он сказал себе: «Это от раздражения на меня», и постарался выкинуть их из головы.
В это время вновь открылась дверь - вошли капитан и стажёр.
Так, все в сборе, произнёс он, усаживаясь на своё место и, посмотрев на эксперта, сказал: «Надежда Константиновна, вам слово».
Когда она закончила рассказывать о своей находке и поездке в заводскую лабораторию, Витенька, радостно воскликнул:
- Вот здорово! Теперь дело попрёт!
Капитан, молча слушая доклад эксперта, толкнул лейтенанта в бок и вполголоса произнёс:
- Помолчи! Дай закончить человеку.
А у меня всё, сказала Надежда Константиновна. Решение за начальником отдела, и посмотрела на Кулагина.
Слышали все, что сказала эксперт, спросил майор у повернувших головы в его сторону сотрудников? И поднявшись с кресла, договорил: «Прошу высказывать свои мнения».
Капитан, словно раздумывая, помял по привычке мочку уха, и пробормотал: «А чего тут говорить – надо ехать в цирк, и снова всех собирать».
Это ж, как я понимаю, у всех придётся брать отпечатки пальцев, проговорил следователь…
Да, придётся снова ехать в цирк, собирать людей, брать у них отпечатки пальцев, потом сравнивать их с «пальчиками» снятыми с карабина, и так далее, не дал ему договорить майор.
Он принял решение ещё до высказываний своих товарищей. Он знал, они сначала поворчат для проформы, но сделают всё так, как положено. Они, чего греха таить, всё-таки хорошо знают своё дело – специалисты высокого класса!
Он, чтобы они поняли важность его слов, выдержал небольшую паузу, а затем, чуть повысив голос, сказал:
- По сему, приказываю: «Вам, Пётр Степанович, и вам, Николай Николаевич, немедленно отправиться в цирк и взять у всех сотрудников - я имею ввиду не только артистов, но и рабочих, и детей с восьмилетнего возраста – отпечатки пальцев!
Вам, Надежда Константиновна, сделать сравнительный анализ отпечатков…
- Но это же огромный объём работы, - эксперт резко отклонилась от стола, и даже развела руки, - я одна не справлюсь!
- Вам поможет лейтенант. А я, уж простите, пойду докладывать начальству.
На этом всё, товарищи. Приступайте немедленно.

* * *
Свирская, в белом медицинском халате, и такого же цвета шапочке, сидела за столом в лаборатории. Рядом, приставив стул, примостился лейтенант Витенька.
Оба они с напряжённым вниманием следили за проскакивающими на экране десятками и сотнями отпечатков пальцев
Это новое оборудование она получила совсем недавно благодаря своему напору и пробивному характеру. Её частые напоминания начальнику управления, и даже звонок в Республиканское управление достигли цели. И вот теперь она и лейтенант ждали окончания очередного результата – совпадёт, или не совпадёт?
Раньше, до получения этого прибора, ей приходилось делать сравнительный анализ визуально. Она, по имеющимся в картотеке её лаборатории и архива снятым на бланки отпечаткам, скрупулёзно, через микроскоп, сравнивала только-что снятые, или принесённые отпечатки. Это была кропотливая и долгая работа. К тому же сильно уставали глаза.
А сейчас? Сейчас всю работу выполняет машина! Вставил в лоток бланк с отпечатком, а уж машина сама сравнит отпечатки с заложенным в неё архивом. Красота! Не надо напрягать зрение, да и ошибок умная машина не делает.
Её так захватили воспоминания, что она чуть не пропустила звонок – машина, остановив бег иллюстраций, сообщала о совпадении рисунков на «пальчиках».
А лейтенант, увидев совпадение, чуть ли не в полный голос закричал: «Надежда Константиновна, Надежда Константиновна, есть результат!
Лейтенант, чего вы кричите, я не глухая и не слепая, машина знает своё дело, недовольным голосом произнесла эксперт.
Сейчас взглянем, что она нам выдала? Ага, прекрасно, продолжила она, посмотрев на оба рисунка опытным взглядом.
Да, вы правы лейтенант, полное совпадение, через несколько секунд сказала она. Итак, кто это у нас?
Она поднялась со стула и подошла к принтеру: из его чрева неспешно выползал лист бумаги с отпечатанным анализом проверяемых рисунков.
Вот видите, лейтенант, идентификация рисунков показывает, эксперт подала лист стажёру – это…
Не может быть! Этого не может быть, прошептал Витенька прочитав фамилию!.. Неужели она...
Не делайте поспешных выводов, лейтенант, успокаивающе произнесла Надежда Константиновна. Совпадение ещё не говорит о её причастности к смерти Люси.., надо разбираться.
Мало ли, как её отпечатки оказались на железке Она могла её просто держать в руках рассматривая, или ещё по какой причине. Короче, не торопитесь с выводами лейтенант.
Понял, Надежда Константиновна, понял, ответил Витенька, и лицо его покрылось лёгким румянцем.
Смотри-ка ты, усмехнулась в душе эксперт, заметив его смущение, он ещё не разучился краснеть. Ах молодость, молодость… Где мои семнадцать лет, с грустью подумала она?
Так я побежал докладывать Кулагину, полуспросил, полуутвердительно произнёс Витенька, и повернулся чтобы покинуть лабораторию.
Не торопитесь лейтенант докладывать начальству, у нас ещё несколько не проверенных отпечатков, осадила его служебный зуд эксперт. Давайте проверим остальные. И прошептала: «Ах молодо-зелено. Всё куда-то торопятся…»
Витенька то-ли расслышал, что прошептала Надежда Константиновна, то-ли догадался, но, остановившись у двери, сказал: «Вы не настолько и старше меня, Надежда Константиновна. Вы такая красавица!»
Не льстите мне лейтенант, но всё равно спасибо. А через небольшую паузу сказала: «Давайте продолжим», и вновь нажала кнопку дактилоскопа.
Через небольшой промежуток времени прибор вновь зафиксировал совпадение отпечатков пальцев.
Надежда Константиновна, неужели и этот участвовал в..? Он почему-то постеснялся назвать вещи своими именами, но эксперт поняла его.
Я повторю вам, лейтенант, то, что сказала раньше – не торопитесь делать выводы, сначала поговорите с людьми.., разберитесь…
- Я понял. Но теперь можно идти?
- Конечно, лейтенант.
Когда за Витенькой закрылась дверь, Надежда Константиновна с лёгкой завистью прошептала: «Столько энергии в мальчике, столько энергии», и тихий вздох вырвался из её груди.

* * *
Лейтенант, шагая через ступеньку, быстро поднимался в третий этаж. Он торопился сообщить новость своему непосредственному начальнику.
Ворвавшись в кабинет он разочарованно остановился – Кулагин отсутствовал! Следователя и капитана тоже не было на месте.
Вероятно майора вызвал начальник управления, а Пётр Степанович с Ник-Ником умчались по своим делам, решил лейтенант. Пожав плечами, словно говоря - «На - нет, и суда нет», прошёл к своему столу, и поднял трубку телефона.
Набрав номер и прижав трубку к уху, он принялся молчаливо считать раздававшиеся в трубке гудки вызова. На счёте шесть женский, такой знакомый и родной голос, сказал: «Я слушаю вас».
- Светка, это я Витя, - скороговоркой зашептал лейтенант, и непроизвольно лицо его расплылось в счастливой улыбке. Ты сегодня свободна? А то мы можем пойти погулять в парк, или куда ты хочешь.
В ответ трубка ответила: «Витюша, я бы рада с тобой пойти куда угодно, но…
При произнесении Светкой «но» лейтенант затаил дыхание боясь услышать что-то уж совсем неприятное для себя. И услышал: «Но,. понимаешь, у меня сессия на носу. Не могу милый. Ты уж прости меня».
Витя с шумом выпустил воздух из груди, и ответил: «А я то губы раскатал. Надеялся на встречу с тобой. Жаль, очень жаль. И со вздохом добавил: Я же люблю тебя и скучаю. А может всё же встретимся.., хотя бы на часок, а?»
- Витька, не соблазняй! Мне и самой хочется, но ты ж понимаешь..
- Понимаю, - с грустной ноткой ответил он, - но…
- Витька, потерпи чуток. Сдам сессию – тысячу раз поцелую. Обещаю.
- А тысячу пять слабо?
- Ох и жук же ты мой милый. Ладно, уговорил.
Из трубки послышался лёгкий Светкин смешок. А затем трубка, Светкиным голосом, сказала: «Ложи трубку, не отвлекай меня от постижения знаний».
- Ага, не отвлекай. А я, значит, страдай, и умирай от любви. И даже без ласки.., - чуть обидевшись произнёс Витька.
- Милый, не обижайся. Я, действительно, зашиваюсь. Так что, пока. Целую тысячу и один раз…
- Ты же обещала тысячу пять.
- Остальные четыре при встрече, согласен?
И она положила трубку.
Лейтенант понял это по раздавшимся прямо в ухо коротким гудкам.
- Опять служебный телефон эксплуатируете в своих корыстных целях, лейтенант, - донеслось от двери?
- Да я всего на минутку, - смутился стажёр, - честное слово товарищ.., - он обернулся к двери, а увидев вошедшего, договорил – капитан.
- Что, новую подружку завёл? – строгим голосом опять спросил Николай Николаевич, - смотри, Светке расскажу о твоих амурах.
- Ну, что вы, товарищ капитан, это ж я сейчас с ней разговаривал, - стал оправдываться лейтенант.
- Смотри у меня, - голос капитана стал ещё строже, - будешь кобелиться, так я всё ей расскажу.
Капитан говорил с лейтенантом напускным начальственным голосом, а у самого глаза смеялись.
Он знал из рассказа самого Витеньки о всепоглощающей, так и сказал он, о всепоглощающей любви к девушке.
А «строжился» он не потому, что не верил лейтенанту, а так, для профилактики.
Во время их разговора вновь раскрылась дверь кабинета, и вошли майор и следователь.
- Что, бездельники, опять болтаете в рабочее время? Заняться нечем? – голос майора был сух и строг.
- Никак нет, товарищ майор, - отдавая честь, ответил Витенька, - я только что от капитана, из лаборатории, и подал Акт экспертизы.
- Так, так..., - пробегая глазами документ, произнёс майор.,- Я почему-то так и думал.
И он ещё раз, но более внимательно прочитал Акт.
- Что ж, пришло время заканчивать операцию…
Он так и сказал: операцию, а не расследование.
…по задержанию циркачей.
Присаживайтесь, товарищи офицеры. Пока не пришла Надежда Константиновна, ознакомьтесь с Актом.
Произнося эти слова, он, одновременно, набирал номер телефона лаборатории. А когда ответили, он сказал:
- Надежда Константиновна, поднимитесь, пожалуйста ко мне. Необходимо Ваше присутствие.
По-видимому на другом конце провода ответили согласием, потому что майор добавил: «Ждём», и положил трубку на рычаг.
Не прошло и пяти-шести минут ожидания, как открылась дверь и вошёл начальник управления, полковник Афанасьев.

* * *
Встать! Смирно!– скомандовал майор, а в ответ офицеры услышали: «Вольно. Садитесь».
Не успели офицеры занять свои места, вновь открылась дверь. На этот раз в кабинет вошла Надежда Константиновна, и со словами «Прошу простить за задержку», направилась к остальным офицерам.
- Разрешите начать оперативку? – спросил у полковника Кулагин, и получив разрешение, начал совещание отдела.
- Товарищи офицеры, вы ознакомились с Актом проверки на совпадение отпечатков пальцев. Из него следует: по крайней мере двое артистов цирка прямо или косвенно замешаны в том, что случилось с девушкой.
Поэтому наша задача состоит в том, чтобы конкретно, я повторяю, конкретно узнать, кто виновен, и доказать его вину. Одного Акта недостаточно – нужно полное признание вины. Лишь только в этом случае совесть наша будет чиста.
Да, у нас есть ещё Акт технической экспертизы, произведённой независимой лабораторией при одном из наших заводов. Спасибо за это нашей уважаемой Надежде Константиновне.
Итак, почти всё у нас готово для проведения окончательных следственных действий и допроса подозреваемых.
У меня всё по этому делу. У кого есть вопросы?
Он обвёл взглядом присутствующих. Ни у кого вопросов не было.
Тогда вот вам задание:
Николай Николаевич и лейтенант - берите служебную машину и доставьте на допрос Ольгу Стоянову и Николая Зарайского. Только, пожалуйста, без лишнего шума и, желательно по отдельности.
А мы с Петром Степановичем, обратил он свой взгляд на следователя, займёмся подготовкой к допросу.
Задание понятно?
Офицеры, соглашаясь, закивали головами. Только Николай Николаевич тихим голосом спросил: «Как мы доставим подозреваемых по-отдельности, если вы даёте только одну машину?»
- Возьмёте мою, - подал голос полковник, - я распоряжусь.
- Спасибо, товарищ полковник, теперь у меня всё, - сказал Ник-Ник, и в сопровождении лейтенанта Витеньки покинул кабинет.
Вслед за ними вышли и следователь с экспертом.
Когда в кабинете остались начальник Управления и майор, полковник спросил:
- Как думаешь, Алексей Викторович, ты не ошибся? Это именно они?
- Да. Экспертиза точно показала, что это они приложили руку к гибели девочки. Только вот, кто непосредственный исполнитель, а кто соучастник, узнаем в процессе допроса.
- Ты не забыл майор о сроках? – голос полковника стал более строгим. Не забудь – с меня спросят там, а я спрошу с тебя здесь. Мне ближе, не забывай об этом.
- Я помню, товарищ полковник. Мы постараемся не подвести вас.
- То-то, - сказал полковник, - ты уж постарайся Алексей Викторович.
Напутствовав подчинённого словами «любви и дружбы», он покинул кабинет.
Не успела за ним закрыться дверь, вошёл следователь.
- Сильно разгневан владыка на нас сирых? – спросил он.
- Нормально, Пётр Степанович. Давайте лучше продумаем и согласуем процесс допроса.
Кулагин разложил документы на столе, и взяв ручку, стал составлять, боясь упустить любую мелочь, свой план.

Глава шестая

Свирская вышла на крыльцо городского управления и непроизвольно остановилась – в лицо ударил порыв холодного ветра.
Зябко поёжившись от охватившей всё тело прохлады, она посмотрела вверх – по небу неслись тяжёлые, тёмного цвета, тучи.
Вот и осень предъявила свои права, с какой-то внутренней горечью подумала она. Осень окончательно набирает силу, готовя к зиме всё живое и неживое на земле…
В голову, не спрашивая её согласия, влезли какие-то, похожие на стихотворные строчки, слова:
«Осенний ветер
С деревьев листья сбросив,
Покрыл золотым ковром
Тротуары и дворы.
Мальчишки и девчонки,
Игры летние забросив,
К зиме готовят санки и коньки.

И почему мне так в жизни не везёт, продолжала она разматывать клубок грустных мыслей. Или это осень на меня так подействовала?
Может меня родители назвали этим именем в предчувствии сложностей в моей жизни? Как же – живи дочь надеждой о лучшей жизни..., жди и надейся.
А я сейчас хочу жить нормальной человеческой жизнью. Я хочу сейчас иметь «нормальное бабье счастье»
Её мысли прервала подошедшая женщина. Свирская сразу узнала её – жена Самохвалова. Что ей от меня надо, недовольно подумала она?
Женщина, схватив её за отвороты плаща и тряся, зашипела прямо в лицо: «Сучка, отстань от моего мужа! Зачем ты разрушаешь нашу семью? Найди себе неженатого и крути перед ним хвостом, а моего отдай»!
Надежда вначале опешила от такой открытой злобы, и не знала, как отреагировать на оскорбление при людях. Но потом, придя в себя, прошептала: «Я не отбивала у тебя мужа. Надо было сильнее любить его, а не только тянуть с него зарплату. Тогда он бы не стал искать любви на стороне. А вообще, не нужен он мне. Можете забрать».
Сказав так, она растерянно замолчала.
А женщина, выплеснув на неё злобу , быстрым шагом пошла прочь.
Смотря ей вслед, Надежда спохватившись, подумала, что я наделала? Зачем предложила забрать Петю? Я то.., опять одна..? А вдруг Алексей так и не примет моей любви?
И горькие слёзы наполнили её глаза. Сморкаясь и промокая платочком, чтобы не размазать тушь, глаза, она медленно направилась на остановку автобуса.
Не сделав и пятидесяти шагов, она услышала частые, короткие сигналы автомобиля.
Испуганно оглянувшись, она узнала красную «копейку» Самохвалова. А он уже открыл дверку, и приглашающе кричал: «Надя, садись! Я тебя подвезу!»
Не надо Петя, отказалась она, а вспомнив разговор с его женой, и смешав обиду со злостью, грубо сказала: «Ты лучше жену свою подвези!»
Самохвалов вылез из машины, и подойдя к Наде, взял её за рукав плаща.
- В чём дело, Надя? Я тебя чем-то обидел? – заинтересованно спросил он.
- Нет, не обидел. Но нам лучше больше не встречаться.
И, словно бросившись в омут, сказала: «Петя, я тебя больше не люблю!».
- Что случилось Надя? Ты сегодня не в духе, как я понимаю? Давай встретимся завтра и поговорим… Ты успокоишься, приведёшь мысли в порядок, а тогда и поговорим. Лады?
Он потянулся к ней чтобы поцеловать, но она отшатнулась, и прошептала: «Прощай Петя, навсегда. Я же сказала, мы больше никогда не будем встречаться. Слышишь, ни-ког-да, повторила она по слогам. Иди к своей жене и детям. Они любят тебя. И развернувшись, направилась назад, в Управление.
Самохвалов остался стоять, и растерянная улыбка непонимания легла на его лицо. Он даже прошептал: «Не пойму, какая оса её укусила? Ведь всё же было так хорошо…»
А через мгновение, озлобившись на ускользающую из рук любовницу, крикнул вдогонку: «Ты ещё пожалеешь, что ушла от меня! Ты ещё приползёшь на коленях ко мне, а я ещё подумаю, прощать тебя или нет!»
И вдруг хлопнул себя по лбу – это всё Кулагин виноват! Как я сразу не догадался?

* * *
Надя, пройдя по вестибюлю к лестнице, ведущей в нулевой этаж, где располагалась её лаборатория, неожиданно столкнулась с Кулагиным. По-видимому, он задержался по каким-то своим делам, решила она, и спросила:
- Алексей Викторович, по делам задержались?
- Да, знаете, вы правы, дел накопилось.., вагон и маленькая тележка. А вы какими судьбами, да ещё и на ночь глядя, поинтересовался он.
Она как-то не подумала, зачем возвращается в лабораторию, и поэтому, не зная что ответить, сказала первое, что пришло ей на ум:
- Забыла косметичку на столе… Вот пришлось вернуться.
Даа, косметика для женщины – главное, сказал он, и искорки смеха заплясали в его глазах.
Точно, с улыбкой подтвердила она.
Надежда Константиновна, я еду в ту же сторону, что и ваш дом, я могу вас подбросить.
Надя растерялась – ей совершенно не нужно было забирать косметичку, но и признаться в этом Кулагину она не могла. Вот дилемма, подумала она, когда ещё мне представится возможность побыть наедине с любимым, и поэтому, чуть покраснев, произнесла: «Да ладно, бог с ней, с этой косметичкой. Никуда она не денется до завтра, правда, товарищ майор?
Смотрите, вам виднее, ответил Кулагин.
И опять Надя увидела весёлых чёртиков в его глазах.
Что ж, раз решили не возвращаться, тем более, что это плохая примета, пойдёмте, сказал майор, и зашегал к выходу.
Надя, еле поспевая за ним, всё же спросила: «Алексей Викторович, как там наши подозреваемые? Привезли?
Да, всё в порядке. Завтра начнём допрос.
- А почему сегодня не начали, - полюбопытствовала Свирская.
- Не хотели срывать график выступлений, - ответил майор- это по просьбе директора цирка и самих артистов.
- По-нят-но, - протянула Надежда Константиновна.

Глава седьмая

После стука, в открывшуюся дверь кабинета заглянул сержант-конвоир.
- Разрешите вводить?
- Да. Вводите, - ответил майор, и убрал со стола лишние бумаги
В сопровождении всё того же сержанта вошёл Зарайский.
- Присаживайтесь, - показал на стул у стола Кулагин, - мы пригласили Вас, чтобы уточнить некоторые события предшествующие гибели гимнастки Казимировой, - начал разговор майор.
- Странно, пригласили на разговор, а продержали ночь в камере, - не согласился с майором Зарайский.
- Но вы же сами попросили не отменять сегодняшнее ваше выступление, - пожал плечами Кулагин. Мы пошли вам навстречу. Поэтому пришлось доставить вас глубокой ночью, не так ли? К тому же, вы устали после выступления, и мы тоже не из железа. Вот и пришлось дать вам возможность немного отдохнуть… Согласны?
- Оно конечно так, но всё же.., я предпочёл бы отдыхать в своём трейлере.., - уже не так уверенно ответил артист.
- Вот мы и договорились, - подытожил предварительный разговор майор. Итак, приступим?
- Давайте. Задавайте ваши вопросы.
- Вы не будете против, если при нашей беседе будет присутствовать лейтенант Проскуряков? Он же будет вести протокол нашей беседы. - Значит, не будете!- дождавшись соглашающего кивка головой, сказал майор. Вот и ладненько.
- Товарищ.., или я уже должен называть вас гражданин майор? Не угостите папироской?
- Извините, но ни я, ни лейтенант не курим. Придётся потерпеть. И если вы будете честно и быстро отвечать на наши вопросы, то мы быстро закончим эту процедуру.
- Ладно, чего уж там, потерплю, - согласился Зарайский.
- Итак. Назовите ваши: фамилию, имя, отчество. Возраст, и занимаемую должность.
- Зарайский Николай Иванович. Двадцати семи лет. Вольтижёр.
- Прекрасно. Если и дальше так пойдёт, мы быстро закончим, - подбодрил сидящего перед ним человека, майор.
А теперь объясните нам, зачем вы изготовили бракованный стропочный карабин, и подменили им титановый, которым пользовалась Казимирова?
Голос майора с каждым произнесённым словом становился все жёстче и грознее.
Быстро отвечать!
- Я! Я! Я не подменял, - залепетал артист, - я вообще не понимаю, о чём вы спрашиваете.
- Так-таки и не понимаете? А вот экспертиза говорит обратное. Посмотрите на этот Акт. Видите? Здесь ясно сказано – обнаруженные отпечатки пальцев принадлежат Зарайскому Николаю Ивановичу. Посмотрите, посмотрите, - сказал майор, и подал бланк подозреваемому.
А когда тот, вдруг задрожавшей рукой взял бланк и прочитал, лицо его посерело.
- Но.., но.., я не виноват в гибели Люсьен. Я не знаю, как карабин мог попасть к ней в… «сбрую». Я.., я…
С трудом выговорив слова, он замолчал.
- Перестаньте вилять, Зарайский. Два года назад вы работали в паре с Люсьен Казимировой, и у вас были на неё определённые планы. И вы, конечно, затаили обиду, когда она от вас ушла, не так ли? Вот вы и подменили карабин.
- Кто, яаа? Да вы что, товарищ майор. Как вам могло прийти такое в голову? Мне конечно было обидно, что она ушла – я столько труда вложил, чтобы сделать из неё настоящую наездницу, но ей больше нравилась воздушная гимнастика. И она оказалась права. Она нашла своё место, выбрав профессию гимнастки… Нет, потом обида у меня прошла. К тому же я не злопамятен…
Он некоторое время молчал, словно вспоминая былые выступления с Люсьен. Потом, на что-то решившись, тихо проговорил: «Меня попросили…»
- Кто вас попросил? Назовите имя! Да говорите же! Иначе пойдёте как соучастник этого преступления! Вы сядете в тюрьму лет на восемь. Тогда прощай жена, дети. Прощай всё то, о чём вы мечтали…
Зарайский продолжал молчать. Он только поводил налитыми кровью глазами по сторонам, тяжело вздыхал, и молчал.
- Зарайский, нет смысла скрывать имя того, кто вас попросил изготовить карабин. Вы сядете, и надолго сядете, а он будет наслаждаться жизнью и посмеиваться над вами, - продолжал настаивать Кулагин.
Он прекрасно понял – Зарайский был пешкой в чьей-то жестокой игре. Им попросту воспользовались для достижения своей цели. Но, кто? Надо всё же заставить его назвать имя подельника, подумал майор. Без его признания расследование будет неполным.
- Зарайский, не молчите. Мне жаль вас. Вами воспользовались, и подставили. Грязно подставили.
- Я не могу. Я люблю её, - упавшим голосом прошептал Вольтижёр.
- А она вас любит? Она вас предала! Разве может любящий человек предать? Не может! А она вас походя предала. Предала ни за грош! И вы её ещё защищаете…
Вы спрашивали у неё – любит ли она вас?
- Спрашивал, - прошептал Зарайский.
- И, что? Она сказала, что тоже вас любит?
- Ннеет. Но она и не отказывалась от моей любви.
- Так на что же вы надеетесь, тем более теперь, когда вас грубо толкают в тюрьму и ничего не давая взамен?
Зарайский тяжело вздохнул.
- Пишите, - произнёс он совсем упавшим голосом.

* * *
Совсем по-другому шёл разговор в допросной комнате у следователя Самохвалова.
Перед ним сидела молодая девушка, достаточно красивая, чтобы проходящие по улице мужчины, оборачивались и, смотря ей вслед, причмокивали губами.
Зная о своей внешней неотразимости, она упивалась жадными взглядами мужчин, но вела себя скромно, ничем не выдавая своей любвеобильной натуры.
И сейчас, она сидела вся такая скромная, опустив очи долу, и тихим голоском отвечала на задаваемые вопросы.
Стоявший за стеклом Витенька удивлялся умению перевоплощаться этой девушкой. Артистка – шептал он. Ни дать, ни взять ангел божий.
И такое коварство, насмешливо произнёс Николай Николаевич.
Да уж, подтвердила Надежда Константиновна. Запомни лейтенант, не всегда под красивой внешностью можно найти красивые, чистые мысли. Под ней иногда скрывается такая грязь, что не приведи Господь.
- Я понял Гуру. Но разрешите мне остаться и послушать процесс проведения допроса.
- Оставайся вьюнош, оставайся. А мы с экспертом пойдём по своим делам, так Надежда Константиновна? – ответил Николай Николаевич.
- Действительно, пошли. Я это видела много раз, - сказала она, и направилась к двери.

* * *
В «предбаннике» допросной остались двое: конвоир, у дверей «аквариума», и лейтенант, перед огромным бронированным стеклом, через которое хорошо просматривалось всё происходящее внутри «аквариума».
Лейтенант, за свою недолгую службу в органах милиции, уже несколько раз присутствовал на проводимых допросах. Он хотел поучиться у опытных коллег правилам их проведения.
А сегодня ему было вдвойне любопытно - как такая девушка, совсем ещё молоденькая, умудрилась совершить такое тяжкое преступление. Почему она на это пошла? Какая, совсем уж безвыходная ситуация, заставила покуситься на жизнь своего товарища, а может даже подруги?
Витенька стоял за стеклом, слушая доносившиеся из динамика голоса следователя и допрашиваемой. И, одновременно, внимательно наблюдал за реакцией девушки на задаваемые вопросы.
По всему было видно – она очень волновалась: лицо её, то бледнело при очередном вопросе, то, вдруг, покрывалось красными пятнами. Она постоянно теребила в руках носовой платочек, и нет-нет да прикладывала его к глазам и губам.
Витеньке было бесконечно жаль её – такую молодую и красивую, ещё не успевшую пожить и познать жизнь.
Своим неразумным поступком она, считай, погубила две жизни – свою и Люсьен Казимировой… Бедная девушка, непроизвольно вздохнул он. И вынужден был признаться самому себе – она очень понравилась ему при той встрече у трейлера. Очень!

* * *
…Значит, вы подтверждаете, что ваша фамилия Мезенцева, а имя и отчество – Маргарита Яковлевна. И вам полных восемнадцать лет. Так?
Да, - тихим голосом ответила она.
- Вы являетесь артисткой московского цирка «Шапито», и работаете воздушной гимнасткой в группе Василия Кузнецова?
Она утвердительно кивнула головой.
- Не слышу. Вы должны отвечать на задаваемые мной вопросы «Да» или «Нет», поняли?
- Да.
- Как вы додумались до.., - следователь немного помолчал, словно подбирая слова, - до убийства подруги.., или вам кто-то подсказал? - задал следователь очередной вопрос.
- Никто мне не подсказывал. Я как-то сама.., придумала, - прошептала Рита.
- Мезенцева, повторяю – отвечайте на вопросы громко и чётко. Ваши ответы не слышит диктофон. Понятно?
- Да.
- Хорошо, продолжим. Расскажите всё по порядку: что, как, где? Сделайте так, чтобы я не вытягивал из вас слова.
Докажите, что вы раскаиваетесь в содеянном. Облегчите душу. Вам же легче станет. Поняли меня?
Тем более – у нас имеются все доказательства вашей причастности к убийству… Вот Акт экспертизы, который говорит - отпечатки ваших и вашего напарника пальчиков совпадают с отпечатками на, так скажем, орудии убийства.
Девушка опять, не произнеся ни слова, кивнула головой.
Стоявший за стеклом лейтенант догадался – она еле-еле удерживает себя от готовых политься ручьём слёз, и разразиться громкими рыданиями.
Глупенькая, опять прошептал Витенька, что же ты натворила?
Высморкавшись, и вытерев глаза платочком, Рита, сначала медленно и тихо, а затем более уверенно, приступила к рассказу:
Я полюбила Васю с первого же дня его появления в нашем цирке. Я всё делала для того, чтобы он «заметил» меня. Я из кожи вон лезла, но пришла к нам в группу Люська, и сразу же приворожила его к себе. Я оказалась в стороне.
Моя любовь была безгранична, возможно немного сумасшедшей, но я ничего не могла с собой поделать.
Вот тогда-то и родилась у меня мысль убрать соперницу.
Но как? Я же была молода и совершенно неопытна в таких делах. Но мне помог случай. Возможно, если бы не он, то Люська была бы жива, а я… покончила бы с собой. Однако всё произошло так, как произошло.
После одного из очередных концертов ко мне подошёл Николай Зарайский.., он, кажется, сейчас у вас. Так вот:
Он признался мне в любви! Вначале его признания я опешила, потом мне стало неприятно, а он всё говорил и говорил. Говорил, что давно без ума от меня, и готов сделать всё что угодно, лишь бы я ответила на его любовь.
Слушая его признание, и обещание сделать для меня всё что пожелаю, у меня начал зарождаться план – коварный план.
Вы знаете, отвергнутая женщина в своей мести может пойти на что угодно. А я была отвергнута, и хотела убрать со своей дороги соперницу…
- Вы считаете, что убийство соперницы помогло бы вам вернуть любимого? – задал вопрос следователь.
- Не знаю… Тогда я об этом не задумывалась. Я думала, что убрав Люську, я смогу добиться ответного чувства, - сказала Рита, и продолжила:
…Я притворилась, что у меня тоже есть «чувства» к Зарайскому, и закрутила, понарошку конечно, с ним любовь.
Он стал совсем ручным. Если бы я сказала ему – «Умри!», он бы не раздумывая умер.
По своей любви к Василию я знала на какие подвиги способен влюблённый – на плохие или хорошие – без разницы. Всё зависит от внутреннего содержания человека.
Ну, вероятно у меня плохое «содержание».
Подделать «карабин» моя идея! Я попросила Зарайского сделать фальшивый карабин: у него на одном из заводов оказался чуть ли не друг детства…
- Вы видели его, или может встречали когда-нибудь? – быстро спросил следователь.
- Нет.
- Может слышали его имя от Зарайского? – задал вопрос следователь.
И опять последовал отрицательный ответ.
- Жаль, - произнёс следователь, - очень жаль. А то бы эти сведения намного облегчили вашу участь.
И вновь повторил: «Очень жаль». Что ж «На нет, и суда нет». Но продолжайте.
- Я попросила Зарайского, чтобы он, через своего друга, сделал для меня карабин - точь в точь похожий на настоящий.
- А он, я имею ввиду Зарайского, разве не поинтересовался, для чего вам такая вещь? – спросил следователь. – Я бы обязательно спросил.
- Он спросил. Но я ему сказала – он будет у меня как талисман.
- Продолжайте.
- Перед последним, для Люськи, выступлением, я поменяла карабины.., - последние слова Маргарита произнесла чуть слышно.
- А потом? – поторопил её следователь.
- Потом… Потом.., в суматохе случившегося, Зарайский, я так думаю, заменил сломанный карабин на исправный, а поддельный куда-то выбросил. Только я не знаю куда.
- А почему вы считаете, что это сделал Зарайский?
Маргарита пожала плечами, затем, уже совершенно спокойным, каким-то отрешённым голосом, сказала: «Только он мог догадаться о причине падения гимнастки. Только он.., я думаю, давно догадывался о моей ненависти к ней, и догадался для чего я попросила сделать фальшивку.
- Это всё, о чём вы хотели рассказать? – спросил следователь.
- Да. Это всё.
Следователь нажал кнопку вызова конвоира.

* * *
Ознакомившись с актом допроса Мезенцевой, майор понял, Зарайский не всё рассказал о своём участии в гибели Казимировой. Кое-что он скрыл.
Поэтому пришлось вновь пригласить его на допрос, но теперь они сидели не в его кабинете, а в допросной комнате.
Смотря на него изучающим, и каким-то немного критическим взглядом, он пытался понять, что движет этим, любящим, как он утверждает, человеком – действительно любовь, или страх перед наказанием? А Зарайский, отвечая на его вопросы, уже не пытался называть майора «товарищ», он называл его «гражданин».
Что это? Уж не подспудное ли признание своей вины, или просто растерянность от того, что попал в новую обстановку?
Майор задал очередной вопрос:
- Скажите, Зарайский, вы действительно не понимали зачем Мезенцевой фальшивый карабин?
- Я уже отвечал на этот вопрос. Да, вначале я не знал, даже не догадывался для чего ей этот карабин. Потом до меня дошло.
- И почему вы не, скажем так, не отговорили её от преступления?
- Я же говорил – я боялся её потерять.
Даа, боялся,.. боялся.., медленно, с расстановками произнёс майор. Затем, как дуплетом из ружья, смотря в глаза запутавшемуся в любви парню, «выстрелил», «А зачем вы подменили карабин и выбросили его в мусорный бак?»
- Яаа?
- А кто же? Мезенцева призналась, что…
Майор специально выдержал паузу, чтобы Зарайский сам закончил за него предложение.
И он, действительно, не выдержал.
- Да, гражданин майор! Да! Это я! Это я заменил сломанный карабинчик на исправный!- почти кричал он. Да, это я отнёс его в мусор!
И понизив голос почти на половину, договорил: «Я подумал тогда, что спасу её от тюрьмы».
Сказав это, он, обхватив голову руками, простонал: «Господи.., что же я наделал?»
Майор, смотря на Зарайского, подумал - жалко парня… Вот к чему может привести коварная любовь. А как её сразу распознаешь? Она может одеваться в разные одежды, и принимать разные обличья.
У него вырвалось жалостливое «Эхх. Вот она жизнь…»
Затем, уже обращаясь к Зарайскому, сказал:
- Скажу банальность, но всё же скажу: «На ошибках, Зарайский, как говорится. учатся. Придётся тебе посидеть в тюрьме. Но ты не падай духом, постарайся честным трудом доказать, что ты не совсем пропащий человек. А с любовью.., кто не ошибается…? Постарайся, если это возможно, выбирать девушку…
Господи. Да, что я могу посоветовать парню, если я сам не женат? – оборвал он себя.
- Ладно, Зарайский, идите.
А вошедшему конвоиру, приказал: «Можете уводить!»

Глава восьмая

…Подведём итоги, товарищи, заговорил майор, и обвёл присутствующих взглядом. Вы, в общем, хорошо поработали. Правда, были небольшие огрехи, но у кого их не бывает? Я и сам, при расследовании «Дела об артистах», однажды выразил недоверие Надежде Константиновне.
Он перевёл взгляд на сидевшую за столом эксперта. Надеюсь, она простит меня, добавил он, и наклонил голову.
Затем, всё также опираясь руками на стол и выпрямившись, продолжил:
- Артисты, люди не только интеллектуального труда – они, он помолчал подбирая слова, они более слабохарактерные, что ли, не то что закоренелые преступники. Но и среди их братии иногда встречаются очень «крепкие орешки», но не в данном случае.
При раскрытии убийства Люсьен Казимировой нам «повезло», если можно так сказать - преступление совершено неопытными людьми. А подтолкнула их совершить убийство любовь.
Я не могу и, в общем-то, не хочу быть судьёй в этом деле, но, думаю, они учтут это обстоятельство при вынесении приговора.
Честно говоря, мне искренне жаль этих, запутавшихся в сложных любовных отношениях, молодых людей…
Это всё, что я хотел сказать.
А теперь вопрос по службе – от лица начальника управления благодарю за успешно, и в короткий срок, раскрытое преступление. Также он даёт нам, всем без исключения, выходной на сутки.
Поздравляю вас, коллеги!

Апрель 1976 года

Новое дело

…Опять на выезд, нахлобучивая фуражку и брюзжа, пробормотал Николай Николаевич… Ни днём, ни ночью покоя нет… Так мы скоро вместо районных оперов разгребать грязь станем, а они только зарплату получать будут. Вы не замечаете, обратился он к коллегам – мы становимся как этот.., да оперетта есть такая.., вроде.., он на мгновение замолчал, а потом сказал – Фигаро, кажется. Там мужик всё поёт: «Фигаро там. Фигаро здесь…».
- Николай Николаевич, это вовсе не оперетта, а комедия, опера-буфф, написанная Моцартом на либретто.., господи дай памяти… Ну, в общем, каким-то итальянцем по пьесе, это я точно помню – Бомарше.
- Тебе, Пётр Степанович, виднее, - ответил капитан, - ты же у нас известный театрал, не то что мы, сирые, - и с подковыркой спросил; «Ты сколько раз оперу посещал?
- Яаа? – смешался Самохвалов, и медленно ответил – один раз… В Москве.., проездом. А, что?
Не дождавшись ответа, продолжил:
…Ну-да, ну-да… А придя в себя заговорил:
- Между прочим, вы тоже могли бы хоть раз послушать – стоящая вещь!
- Это, где же? – вступил в полемику Витенька. У нас в городе, между прочим, оперных театров нет, и как я слышал – не предвидится.
- Вовсе не обязательно в театре, - огрызнулся следователь, - можно и по радио послушать.
- Нет уж. Увольте. Оперетту я ещё как-то могу перенести, а вот оперу.., - капитан, натягивая плащ, отрицательно покачал головой: Я её как услышу, так меня сразу в сон кидает.
Поют и поют. Вместо нормального человеческого разговора – поют. Идут – опять поют. Это кошмар какой-то.
- Отсталый вы человек какой-то, Николай Николаевич. Приземлённый, - заканчивая разговор, произнёс следователь, и открыл дверь.
На улице их уже ждал «Рафик». Пока они рассаживались, успел подойти майор.
- Эксперт здесь? – садясь на переднее сидение, спросил Кулагин.
- Нет, - за всех ответил стажёр.
- Странно. Она, вообще-то, никогда не опаздывает.., - произнёс майор, - ну, что ж, больше ждать не будем, пусть сама добирается. – Василий Петрович, поехали, - через минуту сказал он водителю.
- Слушаюсь, товарищ майор! – ответил он и включил сирену.
- Да выключи ты её, - недовольно произнёс майор, - не на пожар едем, а труп н так не убежит.

* * *
У входа в подъезд пятиэтажки стоял служебный «УАЗик» и машина «Скорой помощи», а у раскрытых дверей, куря сигарету, переминался с ноги на ногу знакомый майору участковый инспектор.
- Здорово, Сергеич, - поздоровался майор, - приедет эксперт, так ты проводи её наверх.
- Здравия желаю, товарищ майор. Так эксперт уже на месте, и не одна, - козырнул участковый.
- Не одна? – удивился майор.
- Так это.., с ней какая-то девушка, - подсказал участковый.
- Ну, ладно, разберёмся, - уже скрываясь в подъезде, произнёс майор, и направился вверх по лестнице.
Действительно, Надежда Константиновна уже «колдовала над трупом». Рядом с ней, тоже присев на корточки, разглядывала покойника какая-то девушка, и они о чём-то тихо переговаривались.
При появлении майора в сопровождении следователя и капитана с лейтенантом, она поднялась, и просто, совсем по девчоночьи представилась: «Младший лейтенант Володина Светлана, эксперт-стажёр».
- Светка, ты что ли? – воскликнул Витенька, увидев здесь свою подружку.
- Лейтенант, чем женихаться, лучше пойдите и найдите свидетелей! – резко оборвал его майор.
- Свидетели уже здесь, - выглянул из другой комнаты незнакомый старший лейтенант. Я опер из Ульбинского РОВД, - сказал он. Это к нам позвонила соседка по квартире, учуяв трупный запах. И вот ещё что – это её муж, тихо добавил он.
- Она в состоянии дать свидетельские показания? – спросил майор.
- Наверное. Сейчас ею занимаются врачи.
Даа, ситуация.., - в половину голоса произнёс Кулагин.
- Что ж, спасибо старлей. Дальше мы сами займёмся. Мои люди всё сделают. Не зря же мы ехали сюда. Затем, немного помедлив, проговорил - не понимаю, зачем нас послали сюда? Вы бы и сами справились, не так ли старлей?
Старший лейтенант неопределённо пожал плечами. Конечно, произнёс он, в дополнение к своему жесту.
- Разрешите идти, товарищ майор? –приложив ладонь к козырьку произнёс он. - Кстати, понятые в кухне.
И получив разрешение, вышел из комнаты.

* * *
Итак, коллеги, давайте наконец-то приступим к работе, майор обвёл взглядом место происшествия. Затем, по очереди останавливая взгляд на каждом из них, продолжил:
- Пётр Степанович, вы попробуйте поговорить с безутешной вдовой. Вы, Николай Николаевич, займитесь вторым свидетелем,
А вам, лейтенант, особое задание: пройдитесь по этажам, может найдётся ещё человек, который что-то видел. Особенно обратите внимание на сидящих у подъезда старушек. Они хоть и старенькие, но многое что замечают.
- Понял, товарищ майор. Уже бегу, - ответил Витенька.
…а я, продолжил майор, похожу по квартире, огляжусь.
Отдав распоряжения сотрудникам, он подошёл к эксперту.
- Надежда Константиновна, что у вас?
- У нас? Как всегда убийство.
- Поподробнее можно, - попросил Кулагин.
- Можно. Погибший, я так думаю, вначале получил удар горячим утюгом в лоб, а когда упал его добили кухонным ножом…
Почему вы решили, что сначала его ударили именно утюгом, да ещё горячим, а потом ударили ножом? – заинтересовавшись, спросил Кулагин.
Вместо эксперта ответила стажёр.
- Да потому, товарищ майор, что, вот, посмотрите, - она показала пальцем на обожжённую шишку на лбу трупа, - видите.
Майор наклонился к трупу - «ох и воняет», произнёс он, и поморщился. Затем внимательно посмотрел на лоб, а рассмотрев след удара, сказал:
- Думаю, вы правы.
Немного помолчав, вновь спросил:
- Как вы думаете, когда наступила смерть?
Закончив осмотр, Надежда Константиновна выпрямилась, и встав напротив Кулагина, ответила:
- Думаю, дня три назад.
- То есть, в тот же день, когда забила тревогу жена?
- Думаю, да. Более подробно я доложу вам несколько позже, Алексей Викторович, после более тщательного анализа в лаборатории.
А вот и орудие убийства, - показала она завёрнутый в пакет кухонный нож с остатками крови на лезвии.
В проёме двери показались два медбрата с носилками, и грубыми голосами спросили: «Можно уже забирать труп?»
Можно, разрешила Свирская, только доставьте его не в морг, а ко мне в лабораторию, и отошла в сторону.
Медбратья, профессионально завернув труп в полиэтиленовый мешок, уложили его на носилки, и унесли.
Кулагин прошёл в кухню, где разговаривал с плачущей женщиной Самохвалов.
- Как продвигается разговор? – спросил он у следователя.
Женщина в это время принялась вытирать заплаканные глаза.
- Мы почти закончили, - ответил следователь. Осталось дооформить протокол и ею подписать. Хотите прочесть, подал он исписанные листы?
- Давайте.
Кулагин взял исписанные листы и принялся читать. Затем вернул их, а у женщины спросил: «Вы ничего не забыли рассказать следователю? Хотя.., мы ещё раз побеспокоим вас, но теперь вам придётся прийти к нам в Управление. Сможете?»
Мне надо будет заниматься похоронами, ответила она. Когда я смогу забрать… мужа?
- Немного погодя, - вежливо, с ноткой сочувствия, ответил Кулагин. Нам не всё понятно в его смерти.
- Прочитайте и подпишите здесь и здесь – подавая исписанные листы попросил следователь.
Подписав и попрощавшись, женщина, вновь заплакав вышла.
- Твоё мнение, Пётр Степанович?
- Она, в принципе, ничего не знает. Она только знает, что муж пропал уже три дня тому назад, и что она обращалась в местный райотдел.
О том, что он убит, и лежит в соседней квартире, она узнала случайно, когда её пригласил участковый в качестве понятой.
- Ясно. Ладно, пойду посмотрю, как продвигается дело у Николая Николаевича. А ты заканчивай тут.
Как видно капитан уже закончил разговор, и вышел навстречу. Остановившись в проёме двери, доложил:
- Товарищ майор, я поговорил с соседкой, которая вызвала милицию. Она говорит, что раньше такого запаха на их лестничной площадке не было. Она, почувствовав неладное, стала принюхиваться у каждой двери, и обнаружила, что запах сильнее всего из этой квартиры.
- Она, что, такая любопытная капитан?
- Нет, насколько я понял, она, «осторожно-сознательная», чуть улыбнувшись, договорил капитан.
- Может быть и хорошо, - с каким-то сомнением в голосе произнёс Кулагин, - благодаря её «нюху» у нас прибавилось работы.
- Но, Алексей Викторович, всё же согласитесь, если бы не она, не её «нюх», сколько бы времени прошло до обнаружения трупа.
- С этим, капитан, не поспоришь, - согласился майор. И спросил: - вы закончили с соседкой? Если да, то забирайте эксперта и стажёрку, и спускайтесь. Я вас подожду у машины.
- Понял. Я сейчас, - ответил капитан, и направился на поиски эксперта.
У входа в подъезд продолжал «маячить» участковый с очередной сигаретой в зубах, и майор, остановившись рядом, сказал:
- Сергеич, мы закончили, поднимайся наверх, поприсутствуй при опечатывании квартиры.
- Слушаюсь, товарищ майор, - ответил участковый. И затушив сигарету, скрылся за дверью.

* * *
Кажется все на месте, произнёс Кулагин оглядывая присутствующих.
Итак, прежде, чем мы приступим к обсуждению текущих дел, я предлагаю… Затем, остановив взгляд на сидящей рядом с Надеждой Константиновной девушке. сказал:
- Разрешите представить вам нашего нового сотрудника…
Мужчины повернули головы в сторону вставшей с места, в форме младшего лейтенанта милиции, девушки.
…А впрочем, она сама расскажет о себе, договорил майор. Вам слово, младший лейтенант.
Девушка, как видно было по её слегка побледневшему от волнения лицу, начала говорить:
- Разрешите представиться: младший лейтенант Володина Светлана Игоревна. Закончила химический факультет Университета. Направлена к вам стажёром в лабораторию к капитану Свирской Надежде Константиновне. И немного смущённо договорила – у меня всё.
Присаживайтесь, разрешил Кулагин.
А, капитан, подтолкнув локтем Виктора, прошептал: «Вот и сбылась твоя мечта, малёк, быть рядом с невестой.
- Не выдавайте меня Ник-Ник, - тоже шёпотом попросил лейтенант.
- А чего не выдавать-то, все уже давно знают, что она твоя невеста. И попросилась она в наш отдел, чтобы держать тебя под постоянным контролем, - с улыбкой прошептал капитан.
- Ну, вы и скажете.
Лицо лейтенанта покрылось красными пятнами.
- Вы о чём там шепчетесь? Может поделитесь с нами, а мы послушаем? – строго произнёс Кулагин…
Капитан и Витенька, сделав постные лица, замолчали.
…Нет? Значит, продолжим…
- Пётр Степанович, что у вас?
- У меня ничего нового, кроме того, что все знают… Однако я считаю.., первым делом нам надо разыскать хозяйку квартиры, и поговорить с ней.
- Что ещё?
- Всё.
- Капитан? – посмотрел на Николая Николаевича Кулагин.
- У меня всё по старому, - ответил капитан, и равнодушно пожал плечами.
- Лейтенант, а вы чем порадуете?
- Не знаю, насколько важным она может быть свидетелем, но…
- Давай, колись Шерлок Холмс, с насмешливой улыбкой произнёс следователь. Интересно, что же это за свидетель такой? Может ты его в сумасшедшем доме нашёл?
Лейтенант покраснел словно рак в кипящей воде, и с обидой в голосе произнёс:
- Может у меня и не такой богатый опыт, как у вас, товарищ следователь, но я считаю, что показания моей свидетельницы заслуживают внимания.
- Витя, успокойся, не трать на него нервные клетки, прошептал Николай Николаевич.
- А чего он..., - продолжая кипеть от обиды и возмущения, - в ответ прошептал лейтенант.
- Перестаньте ссорится! – прервал возникшую перепалку Кулагин. – Продолжайте, лейтенант.
- Свидетельница живёт в доме напротив. Из окон её квартиры виден двор, и дверь нужного нам подъезда…
Лейтенант на мгновение замялся, по-видимому прикидывая, говорить дальше, или нет. И всё же продолжил:
…Она видела входящего в подъезд мужчину. Правда она не сможет его опознать, так как видела его со спины, но у неё привычка – она наблюдает за двором через бинокль, и…
- Говори Витя, говори, - поторопил его капитан, в чём загвоздка?
…Ей всего девять лет, но она увидела на его предплечье наколку.., совсем стушевался лейтенант.
- Это уже интересно, - произнёс майор. Она сможет что-нибудь рассказать о ней – например, что изображено на ней? Какого она цвета..?
- Я у неё спрашивал, она говорит, если показать хотя бы картинку, она узнает.
- Вот это уже кое-что, - сказал майор, и спросил – у вас всё, лейтенант?
- Да.
- Так. А у вас что? – спросил Кулагин у экспертов. – Простите, что не с вас первых начал.
- У нас… У нас ещё более интересно, - ответила Надежда Николаевна. При проверке кухонного ножа на наличие отпечатков пальцев… - их оказалось множество, и все они идентичны, то есть принадлежат одному и тому же человеку.
А вот дальше намного интереснее: В самом начале ручки ножа я обнаружила небольшую, засохшую каплю крови – вероятно убийца при ударе ножом случайно поранился.
И чья это кровь оказалась, как вы думаете?
- Не томите Надежда Константиновна, - почти одновременно воскликнули капитан и лейтенант.
А Кулагин лишь вопросительно взгляну на эксперта.
- Это всем вам хорошо известный вор-рецидивист… «Алёша Попович».
Не может такого быть! – в голосе капитана чувствовалось недоумение и неверие. Чтобы вор пошёл на убийство? Да-ну.., ваш прибор ошибся.
- Я тоже так подумала, и ещё раз проверила. Нет, мой прибор не солгал – это точно его кровь.
- А кто такой этот «Алёша Попович»? - заинтересовался лейтенант, - и почему Попович?
- Это его кличка. К тому же он необыкновенной силы, - тихо сказал капитан. И опять же он бывший спортсмен, борец в тяжёлом весе. Об остальном я тебе, лейтенант, потом расскажу.
- Интересные вы вещи рассказываете, Надежда Константиновна, - произнёс Кулагин, барабаня пальцами по столу. Получается, мы имеем двойное убийство?
- Нет, товарищ майор, - вступила в разговор Светлана, - по нашему анализу смерти это не получается. Понимаете, необходима консультация патологоанатома. Мы просим вас попросить полковника разрешить нам это сделать. Нужно официальное заключение.., чтобы совсем уж без сомнения.
А Надежда Николаевна от себя добавила: «Может вы, товарищ майор, по старой дружбе, попросите Юрия Николаевича сделать это без очереди, и без направления?
- Попробую, может и получится, сказал он, и продолжил:
решим так: - Пётр Степанович займётся оформлением бумаг.
Капитан с лейтенантом отправятся на поиски хозяйки квартиры – Николай Николаевич, не забудьте, она может уехать из города куда угодно, но вы обязательно найдите её.
Я же с экспертами займусь трупом, а затем всей подноготной владелицы квартиры. Нам надо знать о ней всё!
Всем понятна задача? Вопросы есть7
Выдержав небольшую паузу, Кулагин сам ответил - вопросов нет. Тогда по коням!
- Да, если бы они были, - проворчал Николай Николаевич.

* * *
Шагая рядом с лейтенантом, капитан придержал его за рукав: «Проскуряков, ты не будешь против, если мы не пойдём пешком?»
- Ин-те-ре-сно дев-ки пля-шут, - по слогам произнёс Витенька. Вы, случаем, не на такси намекаете, Николаич? Так я, чтобы сказать «не согласен», лучше скажу «Да». Только, товарищ капитан, Витенька хитро прищурился и подмигнул ему одним глазом – только «чур», вы платите.
- Не, я не про такси говорю. Я про общественный транспорт, типа «автобус».
- Ааа, так бы сразу и сказали. Кстати, вон наш автобус, - кивнул головой на подъезжавший к остановке автобус лейтенант. Побежали?
- Побежали, - согласился капитан, - и перешёл на бег трусцой.
Вскоре автобус довёз их до нужной остановки, а оттуда до нужного им дома, надо было пройти метров триста.
Подойдя к подъезду, лейтенант Повернулся к капитану:
- Давайте разделимся, так быстрее будет. Я начну снизу обход, а вы сверху – вам легче спускаться будет.
- Хитришь Витенька, - не согласился Николай Николаевич, - давай наоборот: я снизу начну, а ты уж сверху. Ты ж у нас молодой, не «уезженный». Вот и начни с пятого этажа,
И пробормотав, молод ещё стариков учить, шагнул в сумеречную тень подъезда.
Часа через два они встретились на площадке, где расположена квартира разыскиваемой ими женщины.
- Ты что-нибудь узнал? – поинтересовался капитан.
- Неа. Никто не знает и не видел когда она уехала или ушла… А вы?
- Такой же результат, лейтенант. Знаешь, давай-ка посетим твою девочку. Если она дома, может она нам чем-нибудь поможет.
- Что ж, давайте… Хотя не знаю, она же может быть в школе.., с сомнением произнёс лейтенант.
- Пошли «Малой», не падай духом раньше времени, - подталкивая лейтенанта в спину, сказал Николай Николаевич.
На их счастье «любознательная» девочка была дома. Вероятно она следила за ними из окна, потому что дверь её квартиры была уже открыта, словно говоря «Входите, не стесняйтесь». И два милиционера, предварительно постучав, и услышав в ответ на стук - «входите», зашли в квартиру.
Девочка, с обмотанным пуховым платком горлом, показав рукой в сторону комнаты, пошла впереди, как-бы показывая дорогу.
Остановившись у заставленного склянками с какими-то лекарствами стола, она, поочерёдно, не произнеся ни слова, вопросительно посмотрела на пришедших.
Разговор начал лейтенант, считая что он имеет на это больше прав – он же всё-таки почти знаком с ней. А капитан, оглянувшись в поисках куда бы сесть, устроился на стареньком диване.
- Мы пришли к тебе, вернее, решили побеспокоить тебя.., - заговорил лейтенант, - чтобы спросить.., не знаешь ли ты, или может слышала когда-нибудь.., есть ли у той женщины.., нуу, у которой нашли убитого, дача?
Девочка немного подумала, а затем отрицательно покачала головой.
- Ну, что ж, не знаешь, так не знаешь, - разочарованно произнёс он, и повернулся, чтобы «Не солоно хлебавши», покинуть квартиру.
Но девочка, удержав его за рукав, остановила. Затем, всё также не произнося ни слова, взяла с тумбочки карандаш и листок бумаги, что-то написала.
Лейтенант, не поняв, что за цифры она написала, удивлённо взглянул на неё.
А девчушка, чуть слышным хриплым голоском прошептала: «Такси»
- Ты хочешь сказать, что она уехала на такси, а это его номер? – широко раскрыв глаза, удивлённо произнёс лейтенант.
Капитан тоже подошёл к столу, и взял лист бумаги.
- Когда? – требовательно спросил он
Девочка показала три пальца.
- Три дня назад? – уточняя, опять спросил капитан.
Она, подтверждая, кивнула головой.
- Ты не ошибаешься? – опять спросил капитан.
Она отрицательно покачала головой.
- Что ж, спасибо тебе, девочка, огромное спасибо! – сказал капитан, и взяв девчоночью хрупкую руку в свою, чуть прижав, пожал. Затем спросил: «Тебя как зовут?»
Она, взяв второй лист, также карандашом написала - Лариса.
- Спасибо тебе Лариса, - вновь сказал капитан. Так мы пойдём? У нас ещё много работы…
В ответ девочка кивнула головой.
Выйдя на площадку, капитан полуобернувшись к лейтенанту, сказал:
- Возможно это ложный след, но проверить его надо. Попрошу у Кулагина машину, надеюсь не откажется замолвить словечко перед полковником.
Не дождавшись ответа от напарника, договорил:
…А что? Вдруг понадобится сразу поехать куда-то за город.
Даа.., раздумчиво протянул лейтенант, хорошо, что у нас всего один таксопарк.
- Нэ журысь хлопэць, - по-украински сказал ему капитан, а затем, уже по-русски, продолжил, - сейчас ты сбегаешь, поищешь телефон-автомат и доложишься майору, а я тебя, сидя здесь на лавочке в тенёчке-холодочке, подожду. Как он прикажет, так и поступим.
- Бу-зде, товарищ капитан, - ответил Витюша, и зашагал на поиски телефона.
Прошло порядочно времени, капитан уже выкурил несколько сигарет, а лейтенанта всё не было. Заблудился он что ли, чертыхнулся капитан, и ненароком взглянул на часы. Ого, уже целый час ходит где-то «малой», забеспокоился капитан. Но тут в поле его зрения появился лейтенант. А подойдя, отдуваясь и с шумом выдыхая воздух, принялся вытирать потное лицо.
Николай Николаевич, не скрывая нетерпения, спросил:
- Ты что, лейтенант, на Аляску бегал? Давай докладывай!
- Какая Аляска? - продолжая вытирать лицо и обмахиваться, заговорил лейтенант, - нашёл одну телефонную будку, так там, понимаете, телефон автомат не работает. Пришлось другой искать…
- Ты мне, «малой», своими похождениями голову не забивай. Ты мне скажи, дозвонился ты до майора, и дали ли нам машину?
- Не. Майора не было на месте. А дежурный сказал, что он и стажёрка поехали в морг. Позвонить туда я не мог – у меня нет номера телефона.
Вот незадача, пробормотал капитан. Знал бы, сам отправился звонить – у меня где-то записан его номер.
- Ну, ладно, Витя, придётся нам опять своими ножками топать. Какой трамвай отсюда до таксопарка ходит? – спросил капитан и поднялся.
- Да подождите вы, товарищ капитан, - взмолился лейтенант, - дайте хоть пять минут посидеть, чтобы тело отдохнуло. А ходят туда пятёрка и единичка.
- Ладно, - согласился капитан, и вновь примостился на скамье.

* * *
Диспетчер, женщина лет тридцати, с обесцвеченными перекисью волосами и ярко-красными губами, встретила милиционеров лучезарной улыбкой. Отпустив очередного водителя, она спросила: «Вы хотите заказать такси? И начала, словно запись на магнитофоне, перечислять, как хорошо пользоваться таксомоторами, а не ездить на трамвае или автобусе.
Николай Николаевич, не дослушав, прервал её.
Девушка, сказал он, и показал служебное удостоверение, мы по другому поводу.
Она, словно лошадь неожиданно остановленная на скаку, захлопала искусственно удлинёнными ресницами. Ааа, зачем тогда вы пришли, растерянно спросила она?
Мы хотели бы узнать у вас, кто из водителей выполнял заказ на улицу Головкова, дом номер три, квартира девять?
Я не могу вам ничем помочь, строптиво ответила диспетчер, и потеряв к нему интерес, отвернулась.
Я всё же настоятельно прошу сообщить мне фамилию водителя, начал «заводиться, капитан, или мы закроем ваш парк!
Обратитесь к заместителю директора по эксплуатации, продолжала упорствовать крашенная женщина. Освободите окошко – вы мешаете мне работать, продолжила она, и демонстративно отвернулась.
Николай Николаевич укоризненно покачал головой, и, обернувшись к стоявшему чуть в стороне лейтенанту, сказал:
- По-видимому, у кого-то из её родственников нелады с правоохранительными органами. Придётся нам, Виктор, идти к заму.
Но, не сделав и нескольких шагов до выхода, они столкнулись с каким-то мужчиной. На нём ловко сидела тёмно-серая «тройка», в разрезе которой красным огнём пылал галстук.
По-видимому капитан знал его, потому что сразу обратился к нему:
- Александр Яковлевич, нам надо узнать фамилию водителя, выполняющего три дня назад заказ…
И он назвал адрес.
- Никаких проблем, Николай Николаевич, - ответил он, и скрылся за стеклянной перегородкой, и о чём-то вполголоса заговорил с крашеной дамой.
Она, вначале замотала головой, словно лошадь отгоняющая слепней, затем что-то начала писать на листке бумаги.
Зам. вышел к милиционерам, а дама, через стекло с недовольным видом посмотрела ему вслед.
Вот, сказал он, и подал листок с фамилией водителя и номером машины. Не обращайте внимания на неё, он слегка кивнул в сторону диспетчера – это её муж выполнял заказ. Вот она и испугалась за него – подумала, что он что-то натворил.
Говоря это, он, между прочим, искоса посматривал на капитана, словно спрашивая, действительно ли только по этому поводу понадобился им водитель.
Капитан сразу понял его взгляд, и сказал: «Не беспокойся Александр Яковлевич, нам надо только у него узнать адрес, куда он отвозил клиентку.
Ааа, понятно-понятно, закивал зам., и лейтенант заметил, как лицо его из бледного, стало медленно принимать естественный оттенок.
У него через полчаса заканчивается смена, продолжил зам. Вы можете подождать его, сказал он, и пожав руку, скрылся за дверью административного корпуса.
Николай Николаевич тоже направился на выход из диспетчерской, но последовал не за Александром Яковлевичем, а во двор.
Поманив за собой лейтенанта, он сказал: «Чего здесь толкаться. Пойдём, посидим в беседке на свежем воздухе.

* * *
Нужное им такси заехало на территорию гаража не через полчаса, как пообещал заместитель директора, а через час. Водитель вначале прошёл в диспетчерскую, вероятно чтобы отметить путевой лист и сдать выручку. И, наверное, предупреждённый женой, выйдя из диспетчерской, поискал милиционеров глазами. Увидев их в беседке, он направился прямо к ним.
- Проходите, присаживайтесь, - пригласил лейтенант, - нам надо с вами поговорить.
- Спасибо, я уж лучше постою.
- Придётся и нам встать, - произнёс капитан, - а то какое-то неравенство получается.
- Ладно, чего уж там, - пробурчал водитель, и примостился на скамью возле урны.
Достав начатую пачку сигарет, выбил одну, и закурив, посмотрел вопрошающим взглядом на милиционеров.
- Чо надо?
- Вас как зовут? – полюбопытствовал капитан, хотя узнал это у зама.
- А то не знаете, - проворчал водитель, - поди уже всю подноготную раскопали.
- Нет, зачем же… Вы же не нарушитель какой-нибудь, - вступил в разговор лейтенант, - если бы вы им были.., тогда конечно.
- Спрашивайте, - затянувшись в очередной раз, сказал водитель.
- Так, как вас звать величать? – повторил вопрос капитан. Меня, например, Николай Николаевич Долженко – старший оперативный уполномоченный. А со мной, он кивнул в сторону своего напарника – лейтенант, Проскуряков Виктор Григорьевич.
- Я Миша, - сказал водитель, а потом уточнил, - Михаил Петрович Савельев.
Вот и прекрасно, - констатировал их обоюдное знакомство капитан, - теперь и поговорим. Лады?
Дождавшись, когда водитель согласно кивнул головой, капитан задал вопрос:
- Скажите Михаил Петрович, вы, случайно, не помните, кого вы, три дня назад, забрали с улицы Головкова, дом три? И, главное, куда отвезли? По этому адресу в тот день был всего один заказ, и вы должны бы помнить…
Водитель, вспоминая, наморщил лоб, почесал висок, и через некоторое время, выдал:
- Да. Забрал я оттуда какую-то чокнутую. Она попросила отвезти её в Лесхоз. Там я её и оставил.
- А почему вы решили, что она «чокнутая? – задал очередной вопрос капитан.
- Ну, как же. Во-первых, она выбежала из подъезда словно ошпаренная кипятком. Во-вторых, она часто оглядывалась, как будто боялась, что за ней кто-то гонится.
- Откуда вы знаете, что она оглядывалась? – спросил лейтенант.
- Так я ж за ней в зеркало заднего вида иногда наблюдал, - удивляясь такой недогадливости милиционера, ответил Михаил Петрович.
А, по какому адресу вы её доставили? – спросил капитан. Может и номер дома запомнили?
- Не, номера не запомнил. А вот, что он стоит на центральной улице, и третьим от «Супершопинга», помню.
- Третьим с какой стороны? Со стороны города, или с другой? - задал уточняющий вопрос лейтенант.
- Так я ж и говорю, не доехали мы три дома до магазина. Я этот «Супершопинг» знаю, как-то покупал в нём сигареты. Обыкновенная деревенская лавка, а название придумали… Ого-го.
- Ну, спасибо тебе Михаил Петрович, - вставая, сказал капитан, и протянул руку для прощания, - если, что, мы тебя побеспокоим ещё раз. Ты уж не обессудь, работа у нас такая.
Выйдя за территорию таксопарка, капитан остановился.
- Витя, как думаешь, надо прямо сейчас ехать за ней, или сначала доложиться майору? – спросил Николай Николаевич у стажёра.
- Ник-Ник, пока доедем до автостанции, пока приедем в Лесхоз и найдём хозяйку квартиры, уже будет темно. Поэтому, надо ехать в Управление и доложиться, - ответил лейтенант.
Капитан посмотрел на небо, затем взглянул на наручные часы, и пробормотал: «Пожалуй прав «малёк». Надо возвращаться в Управление».
Повернувшись к лейтенанту, соглашаясь с доводом лейтенанта, сказал:
- Едем, Витя, в Управление.

* * *
Пока капитан и лейтенант занимались девочкой, и разговаривали с водителем такси, майор, взяв с собой Светлану, приехал в морг, к своему хорошему знакомому и другу, патологоанатому.
Эта поездка была вызвана срочной необходимостью: надо было выяснить, что же в конце концов повлекло за собой смерть соседа по квартире – удар утюга, а нож вторичен, или утюг ни при чём, а смерть наступила от удара ножом?
От ответа патологоанатома зависело: кто убийца - хозяйка квартиры, или Алёша Попович.
Вопрос, в данной ситуации, очень серьёзный, от ответа Юрия Николаевича зависела судьба двух человек.
Поэтому майор и взял с собой Светлану, конечно с милостивого разрешения Надежды Константиновны, чтобы она поприсутствовала при его разговоре.
Юрий Николаевич с недовольным видом встретил майора, а Светлане улыбнулся.
- Кто это прелестное создание? – целуя Светлане руку, спросил патологоанатом. Я вас, девушка, раньше в своих хоромах не встречал, откуда вы?
Светлана растерялась, и не знала, как себя вести, и что отвечать на любезности врача.
Выручил её Кулагин. Он, одновременно пожимая руку доктору, и оглядывая прозекторский стол, спросил:
- Юра, ты уже осмотрел нашего... покойника? Что можешь сказать?
- А ты принёс запрос? – задал встречный вопрос врач.
- Юра, пока я буду оформлять разные там запросы, время- то уйдёт.
- Без официального запроса не могу, пойми меня. Меня же начальство с работы попрёт, понимаешь ты это?
- Понимаю Юра. Ну, ты хоть на словах скажи, без официального Акта. А я тебе завтра, честное благородное слово, к обедешнему времени принесу официальный запрос.., или вот она доставит, - ища глазами Светлану, ответил он.
Но девушки и след простыл! Она, пока майор и врач препирались, чуть откинула простыню с головы покойника и… На неё напахнуло таким смрадом, что она, не выдержав, зажала рот руками и выбежала на свежий воздух.
Даа, протянул врач, первый раз все так реагируют, а потом привыкают. Может и она привыкнет, а?
- Не знаю.., - медленно ответил майор, - я никак не могу привыкнуть…
Затем попросил:
- Всё же ответь мне, что явилось причиной смерти?
- Во всяком случае не удар утюгом, - медленно, словно размышляя, - заговорил врач, - им только оглушили. Он бы через некоторое время пришёл в себя. получив лёгкое сотрясение мозга…
- Значит, - поторопил его майор, - смерть наступила в связи с ранением ножом?
- Да. Его убили ножом, - подтвердил врач.
- Ты это изложишь в официальном Акте? – потребовал майор подтверждения слов врачом.
- Конечно, если принесёшь мне запрос.
- Спасибо, Юра, с меня бутылка, - пообещал майор.
Светлана стояла у входа в подвал, где располагался морг, и часто дыша, пыталась очистить лёгкие от попавшего туда смрада.
Увидав выходящего майора, она спросила: «Как он только там работает? Я бы не смогла».
- Он наверное уже привык, я так думаю, - ответил майор.
- Я не понимаю, как врачи идут на такую работу? Что ими движет?
- Юрка отличный хирург… был. У него на столе однажды умер человек, - стал вкратце рассказывать майор. Его вины не было совершенно, но он не смог перенести душевную травму. Сначала запил, потом от него ушла жена. Хлебнул человек от жизни…
Я похлопотал, и пристроил сюда. Сейчас он совсем не пьёт. Он стал отличным патологоанатомом. Его все ценят. Даа…
Что это я разговорился? Садись в машину, надо возвращаться в Управление.

* * *
В кабинете, что-то обсуждая, находились Долженко и Проскуряков. Они, увидав майора, поднялись.
- Сидите. Что обсуждаете?
- Да, вот, товарищ майор, - заговорил лейтенант, - рассуждаем, как такие вредины рождаются, и ещё выходят замуж.
- О ком это вы, если не секрет?
- Да о диспетчере таксопарка, - стушевался лейтенант.
- Кстати, что выходили? Есть за что зацепится? – вновь спросил Кулагин.
- Ооо, мы всё узнали, товарищ майор, - посыпал словами Витяня. Надо ехать по адресу, и арестовывать убийцу… Нам только машина нужна…
- Лейтенант, не торопитесь с выводами, - прервал лейтенанта майор. Надо сначала послушать человека, разобраться «что к чему»… Нельзя так, с кондачка, решать такие вопросы, я же вам уже говорил.
- Я ж тоби казав уже, малёк, – не поспишай попэред батьки в пэкло, - прошептал капитан Проскурякову, - бо обовъязково сгинэш.
- А чего? Я хотел как лучше. Вдруг она убежит, или «ляжет на дно»? Ищи её потом.
- Нэ убэгнэ, - опять по-украински ответил капитан, - правильно я кажу товарищу майор?
- Правильно, Николай Николаевич. Ею займётся с утра лейтенант. Он доставит её на допрос.
А сегодня у нас задача посложней – нам надо отыскать и задержать Алёшу Поповича.
- Где же мы его найдём? – осторожно спросил лейтенант.
- Где найдём? Найдём там, где он чаще всего бывает, ответил майор.
- А где он чаще всего бывает? Опять не сдержал любопытства Витяня.
- Капитан, просветите лейтенанта, где у нас имеются «злачные места».
- Витя, злачные места у нас имеются у ресторанов, гостиниц, и на парковках возле них. Зрозумив?
- Понял, - покраснел лейтенант.
- Раз понял, тогда сегодня, примерно через.., - майор взглянул на часы, - в семнадцать тридцать выйдем на «охоту».
А сейчас, бегом в буфет, пока не закрылся. Кстати, капитан, возьмите и мне что-нибудь перекусить. Я сделаю один звонок, и присоединюсь к вам.

* * *
Лейтенант, не один раз гулял по вечернему городу вместе с подругой. Но в районы ресторанов, где тусуются девочки лёгкого поведения, попросту – «ночные бабочки», они не заходили.
И сейчас его заворожили освещённые ярким светом большие окна и слышимая изнутри, залихватская музыка.
По тротуару прохаживались нарядно одетые, с вызывающе накрашенными губами, девушки, и зазывно смеясь, приставали к проходящим мужчинам.
Вся эта картина немного шокировала неискушённую душу Витеньки, но и, одновременно, заставляла его чуть чаще дышать.
Он искоса взглянул на Николая Николаевича и майора, но у них был совершенно спокойный, даже отрешённый вид. Единственное, что он успел заметить, их взгляды настойчиво шарили по сторонам, и останавливались на стоящих и проходящих мужчинах, чем-то привлёкших их внимание.
Вероятно не найдя того, кого искал, майор подвёл их к стоявшей чуть в стороне девушке.
- Здравствуй Мадина.
- Ооо, гражданин майор! Какие пути привели вас в наши Палестины? Неужели по девочкам соскучились?
- Маженова, какие девочки? Ты говори, да не заговаривайся! – строгим голосом осадил он «ночную бабочку». Ты, случаем, не видела здесь Алёшу Поповича?
- А я, что, должна его видеть? – строптиво произнесла она. Вам надо, вы и ищите, мне это ни к чему.
- Не зарывайся, а то быстро отправлю в обезьянник…
- Кто такая эта Мадина, - шёпотом спросил лейтенант у Николая Николаевича?
- Кто такая Мадина Маульсеитовна Маженова, переспросил капитан?
- Ну-да.
О, это такая стерлядь! На ней клейма негде поставить. Она здесь всех девчонок держит в ежовых рукавицах. Её все боятся, потому что не знают, кто её крышует,
- Крышует?
- Вот именно. У неё нет сутенёра, у неё нет явной поддержки, но почему-то никто её не трогает. Однажды в лесу мы нашли труп девушки, из ихней же братии, так девчонки шептались, что она хотела её «подвинуть»… В результате, кто-то, им неизвестный, на следующий день убрал наглую девчонку, прибавив тем самым нам очередную головную боль.
Ресторан «Центральный» и гостиница полностью под властью этой дамочки. Она здесь бог, царь, и господин.
- А как же майор? Он не боится разговаривать с ней?
- Кулагин никого не боится. Он вроде неприкасаемого.
- Да-ну!
- Вот тебе и «да-ну», - капитан замолчал.
Лейтенант, уже более внимательно, словно пытаясь надолго запомнить, посмотрел на Маженову.
Странно, подумал он, здесь, в самом центре города, процветают девушки лёгкого поведения, «работают» открыто, ни от кого не прячутся, а вокруг ни одного милиционера? Действительно, что-то странное происходит у нас. Хорошо, что я Светку не пригласил на ночную «операцию».
А майор в это время продолжал разговаривать с Мадиной. До слуха лейтенанта доносились обрывки слов и предложений: «она должна знать»; «Изольда в курсе, потому что живёт с ним», и «поговорите с ней. Больше я вам ничего не могу сказать».
Витяня подошёл ближе к разговаривающим, и услышал: «Ты хотя бы кивни, где эта Изольда стоит? Не могу же я всех девчонок везти в райотдел.
По-видимому она каким-то способом указала на нужную майору девушку, и он, заметив подошедшего стажёра, приказал: «Следуйте за мной, лейтенант. Может понадобиться ваша помощь».
- А, Николай Николаич?
- О нём не волнуйтесь, он знает свои обязанности, - ответил Кулагин.
Они подошли к стоящим чуть в стороне двум девушкам. Освещённые зыбким светом рекламного щита, они показались лейтенанту прекрасными. У Витяни опять мелькнула мысль – хорошо, что мы не взяли с собой Светку…
Майор, взяв под локоток похожую на цыганку девушку, сказал второй «Оставь нас», и спросил:
- Ты Изольда?
А когда она кивком головы подтвердила, что это она и есть, мгновенно, словно перед этим вопросом долго тренировалась, спросила:
- А, что надо? Вы вдвоём, что ли? Тогда плата в двойном размере, красавчик.
- Заткнись! – грубо сказал майор. Отвечай, где Лёшка Попович? Да побыстрее!
- Вы, что, легавые?
- Не твоё дело! Ты отвечай на заданный вопрос!
- Не знаю я никакого Алёши, тем более Поповича. Отстаньте от меня!
Она попыталась вырвать руку, но майор держал её крепко.
- Пусти! – прошипела она, - больно!
- Будет ещё больнее, - пригрозил майор, и по-видимому, сжал её локоть сильнее.
Изольда скривилась от боли, и прерывистым голосом заговорила:
- Отпусти, мент. Скажу. Завтра утром он собирался на котлованы. Там у него моторка стоит. Наверное с друганом собрался на рыбалку… Да отпусти ты мент! Больно же, опять дёрнулась она. А потом прошептала: «Убьёт он меня. Честное слово убьёт… Не говорите никому майор, что это я вам рассказала, где его найти».
- Не беспокойся Изольда, я своих, которые мне помогают, не продаю и не выдаю.
- Спасибо, товарищ майор, - прошептала девушка. А напарнице я что-нибудь навру – скажу, что условия не подошли, слишком вы многое потребовали.
Когда «цыганка» отошла от них, лейтенант спросил:
- Товарищ майор, а зачем вы позвали меня с собой для разговора с цыганкой?
Подошедший к ним капитан, услышав вопрос стажёра, задал встречный вопрос:
- Юноша, а если бы она кинулась в бега?
- Понял. Я всё понял, - ответил лейтенант чуть покраснев.

* * *
Часов в девять утра они уже подходили к котлованам, излюбленному месту лодочников и отдыхающих.
Котлованы образовались после добычи песчано-гравийной смеси для нужд города. А когда убрали перемычку, отделявшую их от реки, они заполнились водой. Вскоре в них появилась рыба. А вода была намного теплее, чем в реке.
Вот майор с Николаем Николаевичем и пришли сюда по указке Изольды.
Поповича ещё не было.
Майор спросил у капитана: «Ник-Ник, ты точно знаешь, что эта лодка на цепи, Поповича?»
- Да. Её тут все знают, я уточнял, правда, немного раньше.
- А вдруг он поменял её на другую? – немного волнуясь, спросил майор.
- Нет, Алексей Викторович, я бы знал.
- Смотри у меня капитан, - немного успокаиваясь, произнёс майор.
Милиционеры, чтобы не привлекать внимания, постелив газеты, примостились под деревом недалеко от лодки.
Прошло не менее полутора часов, и они, уже начав волноваться, стали поглядывать на часы.
Время неумолимо бежало, а Поповича всё не было. В очередной раз взглянув на часы, майор поднялся.
- Не придёт он, Ник-Ник. Обманула нас Изольда, - сказал майор, - пошли, нечего тут прохлаждаться.
И, словно противореча его словам, показался, шагавший от автобусной остановки, Алёша Попович, да не один, а в сопровождении своего закадычного дружка, Генки Косого.
Майор сразу узнал этого, старающегося быть всегда в тени, ничем не примечательного парня. Но был он ловок, нагл, и часто, не раздумывая, хватался за нож. У него уже было две отсидки, и майор удивлялся, как он ещё не попал в поле зрения районной милиции.
- Видишь? – спросил он.
- Вижу, товарищ майор.
Пропустив парней вперёд, чтобы отрезать их от суши, майор и капитан последовали за ними.
Но тут, по-видимому, судьба-злодейка решила подфартить ворам, а может, всегда осторожный, Попович сам догадался, кто за ними идёт.
Не выдавая, что заметил милиционеров, он спокойно отомкнул замок цепи и что-то шепнул Генке. Разом, словно натренированные, они, оттолкнув лодку от берега запрыгнули в неё.
Попович быстро опустил мотор и стал, дёргая кик-стартер, заводить двигатель.
Подбежавшие милиционеры, не раздумывая, прыгнули в отплывающую от берега лодку.
Майор, не допрыгнув, плюхнулся в воду, а капитан всё же сумел попасть на её «нос».
В это время, двигатель, чихнув, взревел утробным басом. Попович, крикнув напарнику: «Держись!» поддал «газу», и круто повернув, направил лодку из котлована.
Капитан, не удержавшись на «носу», при крутом повороте, тоже свалился в воду
А лодка, набирая и набирая ход, увозила матёрых воров, один из которых был к тому же убийцей, всё дальше и дальше от милиционеров…
Ну, как? – с иронией спросил майор, помогая другу выбраться на берег, - поймали мы с тобой убийцу?
- Не говори, Алексей Викторович. Кому рассказать, так засмеют.
- И я так думаю, - усмехнувшись, согласился майор, - поэтому помалкивай,
- А як же, - перейдя на украинский язык, ответил капитан.
И примостившись на небольшой камень, принялся выливать воду из туфель.

* * *
В кабинете Николай Николаевич застал следователя Самохвалова – он разговаривал, вернее, допрашивал только что доставленную лейтенантом женщину, предполо-жительно убившую соседа.
Он пытался доказать, что это она сама впустила его, потому что у них были шуры-муры. Он так и сказал – шуры-муры.
Она, чуть не плача, и непроизвольно часто вытирая платочком пересохшие губы, говорила:
Что вы, товарищ следователь, я у себя в комнате гладила бельё. Вдруг слышу, вроде отворилась входная дверь (а я хорошо помню, что запиралась), я обернулась и увидела его…
- Кого вы увидели? Назовите конкретно, задал уточняющий вопрос следователь.
…Увидела его, соседа. Он начал приставать ко мне…
- Вы раньше были с ним в близких отношениях? – мгновенно задал вопрос следователь.
…Нет, что вы, начала женщина оправдываться. У нас было шапочное знакомство, как у всех соседей: здравствуй и прощай.
- Значит, вы дали ему повод, чтобы он зашёл «просто так»? Да?
- Да не давала я ему никакого повода!- лицо подозреваемой запылало огнём от возмущения.
- А, как он мог к вам зайти, без ключа? – в голосе Самохвалова послышалась насмешка, перемешанная с издёвкой.
- Не мог он зайти без ключа, - сказала женщина, и вдруг замолчала.
Глаза её широко раскрылись, и она прошептала: «Господи. Я же соседке оставила второй комплект ключей, чтобы она изредка поливала цветы, когда я надолго уезжаю в Лесхоз.
- Так может вы не соседке ключи оставили, а соседу? – В голосе следователя вновь прозвучала скрытая насмешка.
- Да Господь с вами, - забожилась она, - сосед совершенно не в моём вкусе.
- Ну, на вкус и цвет друзей нет, - усмехнулся он, и какая-то, еле уловимая злобная гримаса исказила его лицо.
Затем, он продолжил: допустим вы не давали ему ключей… Но почему он всё же полез к вам?
- А я знаю?
- Хорошо, продолжайте дальше рассказывать.
- Я начала сопротивляться, а он всё лезет и лезет. А когда мне под руку попался утюг, я стукнула им… Он повалился на пол.
А когда я поняла, что убила его.., я очень испугалась. И похватав кое-какие вещи, уехала в Лесхоз, подальше от этого ужаса.
- Странно. Нормальные, законопослушные люди, совершив убийство, прежде всего начинают звонить в «Скорую помощь», в милицию, а вы ударились в бега… Я прав?
- Я же говорю – я очень испугалась и растерялась…
- Допустим. А зачем вы его потом ещё ножом ударили?
- Кто? Яаа?
Удивлению женщины не было предела
- Не я же. На вашем кухонном ноже только ваши отпечатки.
- Не била я его никаким ножом! Я только горячим утюгом его ударила, - сказала женщина, и заплакала навзрыд.
Когда я ударила его, вытирая кулаками слёзы и размазывая их по щекам, он упал и остался лежать на полу.
- Но в нём же торчал ваш кухонный нож! – повысил голос Самохвалов.
- Не знаю. Я и правда не знаю. Я не убивала его ножом, - зашептала она, - я только утюгом его ударила, чтобы не приставал…
- Понятно. Думаю, вам светит лет восемь. Это.., как решит суд, - произнёс следователь.
Он собрал исписанные им страницы, и говоря: «Подпишите каждую, и не забудьте поставить число».
Во всём его облике чувствовались удовлетворение от проделанной работы, и лёгкое самодовольство, словно он говорил всем и каждому: «Вот какой я молодец, посмотрите, У меня любой преступник признается».
В этот раз он ошибся – Галина Николаевна не убила соседа. Его прикончил совсем другой человек. Но он не знал этого, и с видом победителя встретил вошедшего капитана.
А женщина, плача и причитая, подписывала поданные ей бумаги.
Капитан расслышал её тихий шёпот: «Господи, за что мне такое наказание?.. Он же сам полез ко мне… Я же всего лишь защищалась… О горе мне!».

* * *
Кулагин поднимался в третий этаж по срочному, так сказала секретарь, вызову. полковника Ещё она сказала – он рвёт и мечет, так что ты, Алексей Викторович, не лезь в бутылку, будь поосторожней. Спасибо, Клавдия Васильевна, что предупредили, я постараюсь, поблагодарил он позаботившуюся о своём шефе женщину.
Поднимаясь вверх, он прокручивал в голове «Дела» за последний квартал, а их было много, но он хорошо помнил каждое из них.
Нет, вроде бы в отделе с «Делами» всё обстоит благополучно - повисших дел нет. Только.., вот, если… он про Поповича спросит, тогда возможно… Но мы приняли все меры для его поимки.
С этой мыслью он и вошёл в Приёмную
Клавдия Васильевна, как всегда, была за своим рабочим столом, и в строгом тёмном костюме.
«Опаздываете, майор, попеняла она Кулагину за задержку! А он, в ответ, подумал, я не задерживался, а сразу после вашего звонка направился на приём. Так он подумал, но вслух не сказал, а молча, постучав, открыл дверь кабинета.
- Вызывали, товарищ полковник?
- Вызывал! Что не торопишься к начальству? Знаешь, что рыльце в пушку?
- Виноват, товарищ полковник! – ответил Кулагин.
Оставшись стоять у двери, он стал ждать, что ещё скажет его прямое начальство.
А полковник, не снижая тона, продолжал:
- Какие результаты по поимке Поповича? Я же приказывал держать меня в курсе дела…
Здорово видно досталось Игорю Дмитриевичу от вышесидящего начальства. Вот он и «выпускает пары», слушая, думал майор.
Наконец полковник перестал «чехвостить» подчи-нённого, и вполне миродюбиво спросил:
- Так какие меры приняты по поимке преступника?
А затем добавил: «Чего застыл соляным столбом у двери? Проходи. Бери стул».
Кулагин прошёл к столу, и открыв папку стал доставать документы.
- Не надо бумаг! Я и так знаю, что они у тебя в порядке, -сказал полковник, - убери. Ты мне на словах расскажи.
- На словах..? Мы перекрыли все дороги, - начал Кулагин, - подключили транспортную милицию железной дороги, аэропорта и речного вокзала.
Послали своих людей на автостанцию.
По местному радио и телевидению каждый час делаются объявления с описанием преступников…
- Понятно. А результат?
- Результата пока нет, товарищ полковник. По-видимому он залёг на какой-то квартире в городе.
- Ты так считаешь? А не мог он в тот же день, когда вы его упустили, на моторке спуститься вниз по реке, и выскочить за границу города?
- Вероятность такая существует, - подумав, ответил майор, - но это рискованно.
- Рискованно, говоришь? Но согласен, что это возможно! Так?
- Так, товарищ полковник.
- Прошло уже более двух суток, как он от вас сбежал, где его теперь искать? – продолжил полковник то ли спрашивая, то ли утверждая…
На столе зазумерил телефон местной связи, и голосом Клавдии Васильевны сказал:
- Игорь Дмитриевич, вас Павлодар добивается.., соединить?
- Соединяйте.
- Подняв трубку, он некоторое время слушал, повторяя «Да. Да. Да» а затем, по-видимому, когда выслушал всю информацию, сказал «Добро. Договорились», и потирая руки, с усмешкой сказал:
- Далеко не убежал твой Попович. Его, и его дружка, Генку Косого, захватили в Щербактах при попытке ограбить магазин. Представляешь, куда подлец успел добраться, пока мы ловили его здесь.
- В Щербактах? – переспросил Кулагин. Прыткий сволочь.
- Не только прыткий, но и хитрый, - не совсем согласился с мнением майора начальник. Он, по-видимому, решил так: уж лучше я отсижу годик за кражу, чем лет десять-пятнадцать за убийство. Правильно рассчитал ублюдок, но не учёл одного – мы его здесь судить будем!
Поэтому, майор, приказываю:
- Возьми с собой кого-нибудь из своих ребят, и сегодня же вылетай в Павлодар. Местная милиция обеспечит тебя транспортом. Понял, майор?
- Слушаюсь, товарищ полковник, - ответил Кулагин, и прихватив папку, покинул кабинет.
- Что, досталось на орехи? – поинтересовалась секретарь у вышедшего Кулагина.
- Что вы. Мы с полковником чай пили и про рыбалку разговаривали, - шутя ответил майор.
- Ну-да.., протянула Клавдия Васильевна, - удивляясь перемене настроения шефа.

* * *
В «аквариуме» Пётр Степанович, в присутствии Кулагина, проводил первый допрос Алёши Поповича.
За стеклом, внимательно наблюдая за реакцией на задаваемые вопросы подозреваемым, стояли Николай Николаевич и лейтенант.
Попович, действительно, напоминал былинного героя: светловолосый, с накачанными мышцами и широкой грудью профессионального борца, он, определённо, представлял интерес для девушек.
Вёл он себя достаточно уверенно, если не сказать - нагло. Думая, что этапировали его в родной город за совершённую кражу в районном магазине для показательного суда местным ворам, он глубоко ошибался.
Когда следователь назвал причину его этапирования, он приуныл: ему - ни много, ни мало – предъявили обвинение в убийстве.
Вначале он пошёл «в отказ», но когда ему предъявили свидетельское показание видевшей его девочки и акт судебной экспертизы на кровь, он совсем скис. Против таких документов он не нашёл достаточных доводов, чтобы признать их недействительными, и обвинить следствие в подтасовке фактов.
А следователь продолжал приводить всё новые и новые факты, изобличающие его в убийстве мужчины в квартире Изотовой.
И он не выдержал! Сначала попросил сигарету. Затем, пару раз втянув и выпустив дым, произнёс вдруг задрожавшим голосом:
- Явку с повинной обеспечите?
Пётр Степанович, от неожиданности просьбы, даже откинулся на спинку стула, а Кулагин сказал:
- Какая явка с повинной? Мы же тебя полностью изобличили. Ну и наглец же ты, братец.
Получив отказ, Алёша Попович опустил голову. Он понял – миндальничать с ним работники милиции не собираются.
- Так будешь признаваться? – повторил вопрос следователь.
- Буду, - упавшим голосом произнёс убийца.

* * *
…Я давно присматривался к этой квартире и её хозяйке. Когда она не шла на работу, то расфуфыривалась словно павлин. Нацепит на себя золотые брюлики, и идёт в ресторан. Я даже подумал, не в ювелирном ли магазине дамочка работает. Оказалось нет, я проследил – на номерном заводе она работает, не знаю только кем. Но видно хорошо зарабатывает.
Вот и решил я «обнести» квартирку в её отсутствие.
Я на скамейке сидел у её дома. Долго сидел. А она, стервоза, почему-то всё не выходит и не выходит. Я уж решил прийти в другой раз, а тут прямо подфартило.
Гляжу, тачка подъехала, и она, моя долгожданная, с какими-то пакетами и сумкой выходит из подъезда, да ещё так торопливо. Я и подумал, что она к хахалю своему торопится: штукатурку не наложила, и цацки не понавешала. Вот это любовь, подумал я тогда.
Ну, подождал я, когда тачка её увезёт, и поднялся на ейный этаж. Торкнулся нечаянно в дверь, а она не запертая.., даже чуть приоткрытая. Вот что с девками любовь делает, опять подумал я.
- А дальше что? Вас это не насторожило? - задал молчаливо слушавший его повествование Кулагин.
- Нет. Я даже пропел потихоньку «Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь».
Гражданин майор, разве вы никогда не влюблялись? От любви же голову можно потерять. Я прав?
- Попов, не отвлекайтесь, рассказывайте по существу вопроса, - охладил его следователь.
- Я ж по существу и рассказываю, - перестал улыбаться парень.
Я вхожу, значит, в квартиру, прохожу в комнату, а там…
Представьте моё состояние – а там.., на полу лежит какой-то мужик, и хриплым голосом просит: «Друг, помоги подняться».
Ага, щас, подумал я. А в голове уже замелькало – я тебе помогу, а ты, как только я выйду, позвонишь в милицию, и меня, молодого и красивого, архаровцы, под белые рученьки поведут в кутузку… Ага, разогнался!
Полежи, говорю, чуток, что-то в горле першит, щас воды попью, и тобой займусь, и на кухню пошёл.
А у самого в голове гудит – продаст он тебя. Не за понюх табака продаст. Думай, Лёша, думай. А тут бац! Набор кухонных ножей на глаза попался…
- Попов, ты же вор, а не убийца. Зачем убивать человека было? – спросил следователь.
- Так помутнение какое-то в голове произошло…Вот я и…

Апрель 1976 года.

Новый Мефистофель

В литературе Мефистофель описан,
как приспешник сатаны.
У него пронзительно-холодный взгляд,
Язвительный смех, а на плечах
красный плащ с капюшоном.
Автор

Предисловие

Кирилл Невзоров, молодой человек лет двадцати пяти, загребая босыми ногами горячий песок, шёл по кишащему людьми пляжу, и улыбка не сходила с его губ.
Его часто, здороваясь за руку, или выкрикивая «Привет», останавливали друзья и знакомые. Он приветливо улыбался им в ответ, особенно девушкам.
Из группы игравших в пляжный волейбол молодёжи, навстречу ему, сказав остальным «Я щас», выбежала среднего роста девушка.
Точёная, как у статуэтки, фигурка, обрамлявшие её головку, слегка растрепавшиеся во время игры белокурые волосы в придачу к огромным, синим, как летнее небо над головой, глазам, делали её обворожительно красивой.
Если бы можно было, не погрешив, сравнить её с ангелом небесным, слетевшим на землю, чтобы показать людям, как должна выглядеть красота в живом воплощении, то он бы не ошибся.
Наверное многие девушки, и женщины, конечно тоже, встретив её на своём пути, непроизвольно вздыхали, и со словами «Ах, мне бы так выглядеть…», обернувшись, долго смотрели ей в след.
Подбежав к Кириллу, она, глядя ему прямо в глаза, спросила:
- Кирюша, ты когда сделаешь мне «предложение»? Я бы тебе, честное слово, была верной и любящей женой. До того верной, до того любящей, повторила она, что я сама себе удивляюсь.
- Ксюха, о таких вещах разве в таком месте говорят? К тому же я опаздываю на работу – у меня вторая смена…
- Работа, работа… Только и слышу от тебя про работу, - обиженно произнесла она. Смотри, Кирилл, как бы ты не упустил жар-птицу!
И сказав это, она вернулась к игравшим.
Пока она разговаривала с Кириллом, один из парней говорил, по-видимому, своему другу:
- Да, если бы за мной бегала такая девчонка… Да я бы сам за ней побежал на край света.
- Чего ж не бежишь? – усмехнулся друг.
- Пробовал. Так она меня так «отшила» - будто кипятком обварила.
Везунчик этот Кирилл. И чего резину тянет.., губы воротит? Да я бы давно её в койку завалил…
- Вот поэтому она и «отшила» тебя. Видно почувствовала, какой ты ухарь, - засмеялся друг.
Ты не отвлекайся, а то подачу проворонишь.

Глава первая

Тишину кабинета потревожил неожиданно раздавшийся звонок телефона.
Майор, сосредоточившийся на очередном документе, вздрогнул, а лейтенант, собиравшийся зевнуть, так и застыл с открытым ртом.
Кому мы понадобились? - проворчал Николай Николаевич, и снова уткнулся в разграфлённый лист бумаги - он составлял график дежурств на следующий месяц.
- Слушаю, - ответил майор.
А в ответ на его «слушаю» трубка, голосом дежурного по Управлению, зачастила:
- Тут такое дело, товарищ майор. К вам просится на приём девушка небесной красоты. Я ей говорю – приходите в рабочие часы, а она говорит, что ей надо прямо сейчас, дело неотложное, говорит она.
Понял, капитан, произнёс майор, и вздохнув, сказал:
- Что же делать.., пропусти.
В открывшейся двери показалась смазливая мордашка какой-то девчонки. Проговорив «Здрасьте», она обвела взглядом присутствующих, лишь на мгновение дольше задержавшись на лейтенанте.
Видимо найдя объект своего внимания, она смело подошла к столу майора.
- Присаживайтесь, - сказал он, и дождавшись, когда эта самоуверенная птаха умоститься на стуле, спросил:
- Вы что-то хотели?
- Я не просто хотела, я хочу рассказать о своей бабушке.
- О своей бабушке?
У майора, услышавшего слова девушки, полезли, как говорится, глаза на лоб.
Капитан и лейтенант перестали заниматься своими делами и, повернув головы в сторону вошедшей, с любопытством уставились на неё.
Пришедший в себя Кулагин, спросил:
- Что же такого вы хотели рассказать о своей бабушке, что вам понадобился я?
- Она умерла!
- Царство ей небесное! - произнёс майор. А мы-то здесь причём? Мы возвращением людей с того света не занимаемся. Понимаете, не те у нас полномочия.
- Я совсем не о том, - почти не соблюдая правил расстановки переносов, комкая и сокращая части речи и слова, она стала рассказывать:
- Понимаете, ей всего пятьдесят пять недавно стукнуло. Она где-то простудилась. Я сбегала в аптеку, и купила ей лекарства. Она два дня попринимала – ей стало намного лучше, она почти выздоровела. А сегодня утром, она приняла очередной порошок – ей сразу поплохело! А через час она умерла.
Приехавший врач «Скорой» сказала, что у неё за время болезни очень ослаб организм, и он не справился.
Скажите, как мог так ослабнуть организм у почти молодой женщины? Я учусь на медсестру, и видела, когда проходили практику в больнице, как выглядят совершенно больные люди!
Моя бабушка была здоровее некоторых здоровых, вот!
Девушка выговорившись, с надеждой уставилась на майора.
- Я не пойму, что вы от нас-то хотите? – спросил Николай Николаевич.
- Я? От вас? От вас я ничего не хочу! Я хочу, чтобы товарищ майор узнали, почему умерла моя бабушка! Вот!
Кулагин, услышав её последние слова, даже как-то растерялся.
Вот пигалица, подумал Кулагин, как она ловко отбрила Николая Николаевича. Такой девчонке палец в рот не клади – если не понравится.., откусит. Но, в то же время и порадовался за неё – Молодец, девочка! Не потеряется в жизни, если что!
Но как же быть с бабушкой-покойницей? Он, по привычке, забарабанив пальцами по краешку стола, задумался.
А она, эта девчонка, не отрывая от него пристального взгляда, ждала его решения, а может даже чуда. Вдруг он скажет, или сделает что-то такое, от чего бабушка оживёт.
Ведь у неё, кроме бабушки, никого на свете нет. Она её, ещё маленькой, взяла из детского дома, и с тех пор они жили вдвоём. Иногда Лариса называла её мамой, самой любимой на Свете мамой. Самой-самой, говорила она, ласкаясь.
И вот её не стало. И Лариса растерялась. Она не представляла себе жизнь без неё. Она, в первые часы, а может быть даже в первые же минуты, подумала, что она тоже умрёт.
Но после, впервые подступившего к ней горя, проводив врача, и не поверив ей на слово, она пошла в милицию.
Кулагин, по-видимому, пришёл к какому-то решению. Он, ласково и, одновременно сочувствующе, посмотрел на девушку, взял её за руку и спросил:
- Тебя как зовут, дочка?
- Лариса я.., Найдёнова.
- Так вот, Лариса. Вот тебе листок бумаги и ручка. Пиши заявление на моё имя – меня зовут Алексей Викторович, а фамилия – Кулагин. Постарайся описать всё, о чём ты нам рассказала. Только подробнее, пожалуйста.
Глава вторая

Когда сотрудники собрались после обеденного перерыва, Кулагин обвёл всех взглядом и сказал - до вашего возвращения у меня побывала девушка…
Когда он сказал «девушка», глаза Надежды Константиновны непроизвольно сузились, и она, не сдержавшись, ревниво спросила: «Ну, и как, хороша собой?»
Кулагин, словно не заметив её выпада, продолжал:
…Она, кстати, при нашем разговоре присутствовали Николай Николаевич и лейтенант Проскуряков, рассказала интересные вещи… Её рассказ заставил меня призадуматься , и я спросил себя – а возможно ли такое?
Ответа не было. Поэтому я решил, конечно, на свой страх и риск, и внеслужебное время, провести расследование.
Сейчас я вам расскажу суть проблемы.
И он подробно, стараясь ничего не упустить, пересказал о сути обращения к нему.
Также я хочу сказать: «Кто захочет мне помочь, я не откажусь. Но ещё раз повторю – это расследование внеплановое. О нём, по возможности, не должно знать руководство, и за него ни премии, ни лаврового венка никто не даст. То есть, за всё сами будете нести ответственность – не перед начальством, а перед своей совестью.
У меня всё.
Коллеги, дослушав Кулагина, стали перешёптываться.
После нескольких минут, показавшихся Кулагину вечностью, все, кроме следователя Самохвалова, сославшегося на уйму незаконченных дел, согласились принять участие в расследовании этого непонятного, и наводящего на определённые мысли, случая.
Не забудьте, ещё раз напомнил Кулагин, по основной деятельности нашего отдела никаких поблажек не будет!
И дальше… Давайте решим, кто чем займётся… Я предлагаю: Надежда Константиновна и Светлана, насколько я понимаю, займутся моргом, больницами, и статистикой смертей пожилых людей: предпенсионного и пенсионного возраста.
Капитан, вместе с лейтенантом, займутся обходом адресов, где неожиданно кто-то умер. По возможности, переговорите с родственниками, узнайте чем болели умершие, и что принимали для лечения.
Я же, как только от Николая Николаевича поступит первый результат, попытаюсь вырвать у полковника разрешение на эксгумацию нескольких трупов. По-видимому на это потребуется ещё и разрешение прокурора города… Но попробую.

Глава третья

Надежда Константиновна, учась в Университете я думала, что в милиции чуть ли не каждый день погони за преступниками, перестрелки и кровавые разборки, медленно начала говорить Светлана.
А на практике вижу – никакой стрельбы и погонь. Оперативники сидят в кабинетах, или встречаются с людьми, разговаривают, заполняют какие-то схемы… Скажите, а где же героика будней? Где перестрелки и погони за преступниками? В кинофильмах всё это сплошь и рядом, а у нас…
Ох, Света, Света.., как вижу, ты ещё не поняла сути работы милиции, и оперативников в частности. Поймать преступника – дело нужное, а иногда и очень опасное…
Я вот что тебе скажу, и постараюсь попроще,…
Приведу пример работы нашего, оперативно-розыскного отдела:
Наша работа, это меньше всего погони и стрельба. Оперативный работник должен, прежде всего, обладать аналитическим складом ума, уметь кропотливо искать мельчайшие зацепки для раскрытия преступления, и быстро предотвратить его.
Работа оперативно-розыскного отдела, это прежде всего предвосхищение действий преступников – я бы назвала это предугадыванием их дальнейших действий и поступков.
В нашей работе перестрелки и киношные погони не так важны, как важны анализ и информация. И чем теснее у работников милиции связь с населением, тем продуктивнее их работа.
У милиции должна быть сеть информаторов среди населения, иначе она не сможет выполнять функции по недопущению преступлений.
Ты сейчас можешь задать резонный вопрос – но преступления всё же есть, и преступники тоже!
Понимаю тебя, но всё же скажу: если бы все граждане не проходили мимо даже намёка на преступление, если бы они, спрятав головы в песок как страусы, не говорили: «Моя хата с краю – ничего не знаю», то, возможно, отпала бы необходимость в нас, работниках милиции.
Вот так, Света.
Закончив говорить, эксперт вдруг, словно о чём-то вспомнив, воскликнула: «Я же договорилась с главным врачом областной больницы о встрече. Нам же надо узнать о дальнейшей судьбе выписанных пенсионеров!
Надо выполнять обещание данное Кулагину, а то он не поймёт меня!»

* * *
Расположившись в кресле напротив главврача, Свирская продолжала вести полусветский разговор:
- Эдуард Леонидович, вот вы сказали, что ваши больные, выписавшись, теряются из поля зрения врачей. Они больше в поле зрения участковых, потому что они, я имею ввиду ваших бывших больных, стоят на учёте в местных поликлиниках. Я правильно вас поняла?
- Конечно. Не забывайте, что поступают они к нам тоже по направлению поликлиники, или участкового врача.
Поэтому, я даже не знаю, чем могу помочь вам, ответил он любезно. Как-то, вы знаете, я несколько удивлён заботой милиции о больных, тем более пенсионерах.
Засим, прошу простить меня. У меня по графику обход, потом консилиум… Но вы обращайтесь, чем могу, помогу родной милиции, особенно…
Он не закончил речь, но при этом оценивающе окинул Надежду Константиновну оценивающим, словно барышник покупающий лошадь, взглядом.
Закрыв за собой дверь кабинета, она, не сдержавшись, воскликнула: «Вот кобель старый! Седина в бороду, а он туда же!» А Светлане сказала: «Привыкай девочка. И не такое ещё услышишь».
Покинув больницу, Свирская, взяв под руку стажёрку, сказала:
- Придётся нам с тобой, Светочка, «побегать». Одним днём здесь не обойтись. Так что, завтра, постарайся надеть обувь на более низком каблуке.
Вот тебе и пример работы оперативника, - засмеявшись, досказала она.

Глава четвёртая

Николай Николаевич, давайте хоть немного посидим на лавочке, отдохнём, взмолился лейтенант. Я уже ног под собой не чувствую. Целый же день, как проклятые, по этажам – вверх-вниз, вверх-вниз. Мочи моей больше нет.
- Волка ноги кормят, - пошутил капитан, вытирая вспотевшее лицо, и примостился рядом.
- Так то ж волка.., а я не волк, я обыкновенный человек, - не согласился со словами капитана Витяня.
- Неет, лейтенант, ты не обыкновенный человек, ты опер!
- Опер, что, не человек?
- Человек, друг мой, - согласился с ним капитан, но сделан он из особого теста…
- Какого ещё теста? – не понял лейтенант. Всё вы, товарищ капитан, загадками какими-то говорите.
- Никакой тут загадки нет, лейтенант. Вот, к примеру, ты зачем в милицию пошёл работать?
- Я?
- Да. Ты.
- Я пошёл чтобы…
- Вот именно. Ты пошёл чтобы бороться со злом в любых его проявлениях. А для этого, ой, как много сил требуется. Это тебе не на заводе работать, где отработал свои восемь часов и пошёл отдыхать с подругой. Здесь почти круглые сутки в напряжении, даже если ноги гудят от усталости, и голова раскалывается от бессонницы… Вот так-то Виктор.
- Да знаю я всё это, - ответил лейтенант пожилому капитану. Но ногам-то от этого не легче.
- Правда твоя Витя - не легче, но надо, понимаешь, надо. Потерпи, нам ещё к одним зайти надо, и поговорить.
На звонок дверь открыла женщина лет тридцати с небольшим, и удивлённо сказала: «Только вчера из ЖЭКа приходили с проверкой. Зачем опять пришли?
Мы не из ЖЭКа, гражданка, мы из милиции, сказал капитан, и показал удостоверение. А это мой напарник – лейтенант Проскуряков. Мы с ним пришли, чтобы побеседовать о вашей, он заглянул в общую тетрадь, наверное, маме – Сидорчук Елене Гавриловне.
Женщина обвела непонимающим взглядом обоих мужчин. А потом сказала: «Так она.., мы же её ещё неделю назад схоронили. Она же померла.
Мы знаем об этом, вступил в разговор стажёр. Вот по поводу её смерти мы и пришли поговорить.
А что, она кому-то деньги большие должна? Так я об этом ничего не знаю. Она скрытная. Я хоть и дочь её, но никому не собираюсь чужие долги возвращать, повысила голос женщина, и собралась закрыть дверь!
Нет-нет, о деньгах и речи нет, уверил её лейтенант.
Так чего же вы хотите? Она же умерла.
Да успокойтесь вы, это уже сказал Николай Николаевич. Мы хотим поговорить о последних днях вашей матушки: от чего она умерла? Как умерла? Какие лекарства принимала?
Вы, как я понимаю, до последнего вздоха с ней были, не так ли?
Да, она умерла на моих руках, сказала женщина, и отворив дверь пошире, жестом руки показала – входите.
Хозяйка квартиры, дочь покойной старушки, оказалась не только хлебосольной хозяйкой, но и отменной рассказчицей. Из неё не надо было вытягивать слова, она сама, спокойно и подробно рассказала всё о смерти матери:
Да, маму мы забрали из больницы поздоровевшей. Она чувствовала себя очень даже хорошо.., ну, как может чувствовать себя человек в её возрасте.
По рецептам, что дали нам в больнице, я выкупила лекарства, ну, там знаете: разные порошки, таблетки и какой-то сироп.
Мама их принимала, и всё было хорошо. Она даже как-то пошутила – знаешь, доча, я после больницы чувствую намного лучше, чем до неё. Мы с мужем тоже были рады её хорошему самочувствию.
Но на третий день ей стало плохо, через час совсем плохо. Скорая помощь не успела. Мама умерла у меня на руках.
Не понимаю, как так может быть? Был человек почти здоровым, и вдруг – на тебе, умер, да так быстро.
Она вытерла набежавшие на глаза слёзы.
Вы уж простите меня, что не сдержалась, прошептала она, сморкаясь, но это же мама.
Понимаем, и соболезнуем вам, сказал Николай Николаевич, и спросил: «А у вас какие-нибудь её лекарства остались?»
Нет, развела она руками. Я всё выбросила. Зачем они теперь?
Ну, ладно, это я так спросил – к слову пришлось, и направился к двери.

Глава пятая

Света, у нас ещё немного времени есть, давай посетим старого ворчуна, Юрия Николаевича. Он должен уже иметь результат вскрытия пожилой женщины, сказала Надежда Николаевна, и потянула девушку к остановившемуся автобусу.
Они успели вовремя – последний пассажир уже поставил ногу на подножку.
Как всегда патологоанатом встретил их любезностью – поцеловав руки обеим дамам, сказал_
- С вашим появлением дамы в моих пенатах, словно солнышко появляется из-за туч. Вы божественно-ослепительны обе! Если бы я был чуточку помоложе, я бы обязательно «приударил» за вами!
Скорее говорите, какой ангел или архангел надоумил вас посетить рабочее место старого холостяка?
- Не прибедняйтесь, Юрий Николаевич, какой же вы старик? – засмеявшись, подыграла ему Надежда Николаевна. Вы, как говорится, в самом расцвете сил.
- Правильно изволили заметить, любезная Надежда Константиновна, - тоже засмеявшись, произнёс патологоанатом: «Как говорится».
Ну, да ладно, зачем изволили пожаловать?
- Извините, что без предупреждения пришли, но мы хотели бы от вас услышать: нашли вы что-нибудь у последней покойницы?
У патологоанатома лицо сразу стало серьёзным, можно было подумать, что это не он минуту назад шутил с женщинами. И также серьёзно ответил:
- Если бы не ваша настоятельная просьба, Надежда Константиновна, я возможно и не заметил бы некоторого изменения в организме покойной. Тем более, что, через пару-тройку часов эти симптомы по всей вероятности исчезли бы…
- Юрий Николаевич, заволновалась эксперт, не томите, что вы обнаружили?
- Что обнаружил? А обнаружил я в крови некое соединение, вернее, даже не соединение, а элемент. Он превращает совершенно безобидное лекарство, принимаемое больным, при соединении с ним в яд огромной силы.
- Да вы что?! – ахнула Надежда Константиновна,
А Светлана, услышав ответ патологоанатома, побледнела
- И, как же называется этот элемент? – заинтересовалась эксперт.
- Представьте себе – не знаю! Я проштудировал нашу специальную литературу – нет его описания! Чёрт знает что получается – элемент есть, но его нет, он не существует в природе! – врач развёл руки. Честное слово – не понимаю!
- Значит, это не естественная смерть ослабленного организма, а убийство? – спросила Надежда Константиновна.
- Скорее всего так.
- То есть, как это скорее всего? Вы же отобразите свои выводы в Акте.
- Да, я укажу. Но поверит ли начальство? Оно может сказать, что от пьянки у меня мозги съехали набекрень.
- А вы, что, пьёте?
- Нет, уже года три совсем не употребляю, а раньше было.
- Скажите, Юрий Николаевич, а те, что раньше померли, у них мог сохраниться этот элемент.., хотя бы в костях? – неназойливо поинтересовалась Свирская.
- Не знаю, - неопределённо пожал плечами врач, - я же говорю, такого элемента я раньше не встречал.
- А, как вы думаете, - опять осторожно задала вопрос эксперт, - может он быть… космического происхождения?
- Не знаю, Надежда Константиновна. О том, чего не знаю, я не берусь судить.
- Ну хорошо, Юрий Николаевич, спасибо за честный ответ. Мы пойдём. О том, что мы услышали от вас я доложу Кулагину, пусть он решает. Ещё раз спасибо!

Глава шестая

Товарищи офицеры! Я собрал вас по просьбе Надежды Константиновны. Она считает, что проведённое ею и Светланой расследование, вызовет у вас огромный интерес.
Немаловажную роль в их расследовании сыграл патологоанатом Юрий Николаевич. Я и хочу предоставить слово ей.
Говорите, Надежда Константиновна.
Девушка, сообщившая Алексею Викторовичу, что не верит в «просто смерть» своей бабушки, оказалась права. Её смерть не была смертью от старости, ослабления организма и так далее. Она скончалась от отравления!
Слушавшие её капитан и стажёр удивлённо переглянулись. А Пётр Степанович даже воскликнул: «Вот те раз!»
Да, товарищи, её бабушка была отравлена неизвестным ядом, и даже… пока неизвестным науке. Надеюсь, что пока!
Как пояснил нам Юрий Николаевич, обнаруженный им, неизвестного происхождения элемент, каким-то способом взаимодействуя с принимаемым лекарством превращает его в сильнейший яд.
У этого элемента нет ни имени, ни названия, и он через некоторое время теряет свою способность объединяться с совершенно безобидными лекарствами.
Как он, элемент, попадает к больному человеку – неизвестно.
Но что настораживает.., так это возрастная группа людей.
Мы сделали выборку смертей за последние половину года, и оказалось – скоропостижно умирали люди предпенсионного и пенсионного возраста. Понимаете, словно они специально покидали мир земной, чтобы не мешать молодым, или их кто-то убирает из нашей жизни.
У меня.., это всё, что я хотела сказать.
В кабинете наступила тишина. Сообщение эксперта было настолько обескураживающим, что присутствующие не знали – верить, или не верить в происходящее.
Это было так нереально, и в то же время так жестоко, что они растерялись.
Что вы думаете по поводу услышанного вами сообщения, обратился майор к притихшим коллегам? Может кто посоветует, или у кого-то из вас появилось решение этого вопроса?
Но все молчали, лишь лёгкое покашливание злостного курильщика, Николая Николаевича, нарушало тишину.
Нарушил её первым Витяня. Он, смущаясь и краснея сказал:
- Товарищ майор, я не знаю, как посмотрят на моё предложение остальные, но, думаю, надо узнать.., в каких аптеках города приобретались лекарства. У нас же есть адреса.., в которых неожиданно умерли…
- Малёк, мысль.., конечно, хорошая, но как её претворить в жизнь? – полушутя, полусерьёзно, спросил капитан.
- Так это просто, - загорячился лейтенант, - у нас не только адреса умерших есть, но и в каких больницах и поликлиниках они лечились.
Мы, то есть я и Светка, простите, Светлана Игоревна, обежим эти учреждения, и по карточкам узнаем – какие лекарства им прописывались…
Он остановился, и, обведя присутствующих взглядом, спросил: «Приемлемо?».
- А не лучше ли снова посетить квартиры умерших, и у родственников спросить, в каких аптеках они выкупали лекарства? – подал слово Пётр Степанович. Так мы быстрее получим результат, я думаю.
- Согласен с Петром Степановичем, - произнёс капитан, - так действительно, будет быстрее, тем более, в рецептах не указываются адреса аптек.
- Допустим, с этим вопросом разобрались, - начал говорить Кулагин, - а, как мы узнаем, в какой аптеке продают, скажем так – бракованные лекарства?
- Это мы возьмём на себя, - сказала Надежда Константиновна, и посмотрев на Светлану, спросила: «Ты согласна?»
- Согласна.

Глава седьмая (неоконченная)

Ксения просмотрела очередной, поданный ей рецепт: в нём было указано – возраст шестьдесят семь лет.
Ничего себе, возмущённо прошептала она. Смотри-ка ты, ещё живой, и пенсию получает приличную! Для государства ты, старый пердун, уже никакой пользы не представляешь, сидишь у него на шее.., да хлеб переводишь зазря.
Вот Земля-матушка и стареет из-за таких как ты! И население всё больше и больше дряхлеет. Кругом одни старики! Чтоб вы быстрее передохли!
И она, достав из кармана небольшой флакончик, незаметно капнула каплю какой-то жидкости на один из порошков. Затем, положила его обратно в пакетик, и подавая клиенту, мило улыбнувшись, сказала: «Выздоравливайте папаша!»
Ангельский образ её на мгновение изменился – в нём проглянула женщина с крючковатым носом и безумным взглядом, а рот ощерился злобной гримасой.
Это была подруга Мефистофеля!
Но пожилой человек этого не заметил. Он был доволен, что в аптеке работают такие вежливые и обходительные молодые сотрудницы, и к тому же – красавицы.
А ещё он подумал: если бы во всех сферах обслуживания относились к пожилым людям также, как эта девушка, то жить на свете было бы намного легче.

Июль 1976 года




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Детектив
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 21
Опубликовано: 02.08.2019 в 18:50
© Copyright: Лев Голубев
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1