Луноцвет встречает снегурочку


Луноцвет встречает снегурочку
☆☆☆☆☆
Зимняя сказка о тепле или почему так важно бывает порою просто обнять...

Каждый знает, что такое зима. Зима – это холодное и в то же время очень тихое время года. Время, когда весь северный лес, включая его Зачарованную сторону, пребывает в тишине и морозном спокойствии. Укутавшись в снега подобно зимней спячке, он видит десятый сон о счастливом явлении весны. Птицы практически не поют, а животные крайне редко выходят из своих логов и нор.
Великий Дуб – хозяин северного леса, облачившись в белую шубу и серебристый иней, мирно спит посреди сокрытой сугробами поляне, оставив всевозможные лесные хлопоты маленькому волшебнику в момент его непоколебимого зимнего сна. Но сам Луноцвет не часто любит выходить в столь студёное время года из уютного тёплого дома. Делать в зимнем лесу маленькому волшебнику было особенно нечего. Собирать тоже. Его лесные друзья в большинстве своём впали в спячку и теперь их вряд ли не добудишься до весны. Лесные колдуньи, жившие по соседству, и те уходили куда-то из Зачарованного леса, возвращаясь только с приходом тепла. И лишь Быстрое Сердце время от времени прибегал, зазывая Луноцвета за собой в густо покрытую снегом глубинку, на что маленький волшебник вежливо отказывался. Тонуть в непроходимых сугробах вслед за неугомонным зайцем Луноцвету не хотелось никак. Луноцвет был и сам не прочь впасть в спячку, но у него никак не получалось спать больше положенного времени, да и его лучший друг филин Фелиас не давал маленькому волшебнику скучать порою длинными вечерами.
Зимой филин никуда не улетал и даже не впадал в долгозимний сон. Устроившись в самом тёплом уголке маленького дома, а именно у камина, он мирно пережидал это холодное время года вместе с Луноцветом.
Они находили, чем себя занять. Сидя в излюбленном кресле Луноцвет читал филину книги, и не обязательно по волшебству, им очень нравились сказки и приключения, которые значительно скрашивали хмурые и порой безлунные ночи. Вместе заготавливали разного вида настои и эликсиры из ранее собранных маленьким волшебником трав. А иногда Луноцвет, по редкой тоске, практиковал некоторые заклинания из большой книги магии, ссылаясь на всевозможные магические эксперименты – ведь волшебникам всегда нужна была практика пусть и таким маленьким как сам Луноцвет.
И потом, коротая время особенно длинными днями, они играли в шахматы. Когда-то ещё давно Луноцвет нашёл оставленную кем-то в лесу целёхонькую шахматную доску с прилагающимися к ней фигурками, и недолго думая взял её себе. Луноцвет неплохо играл в столь затейную игру, требующую во многом ума, терпения и немного хитрости. Ему не составило должного труда обучить её правилам и своего пернатого друга, и теперь филин, наловчившись, не раз выигрывал у маленького волшебника очередную партию.
Но однажды в одно ясное морозное утро Луноцвет явно заскучал. Проснулся он ни свет, ни заря, и даже горизонта рассвета ещё не было видно – одна лишь тёмная мгла. В зале было заметно прохладно – видимо ветер сменил за ночь своё прежнее направление. Устремившись к полянке, на которой стоял маленький дом, он продувал своим ледяным дыханием его наскоро утеплённые стены.
Луноцвет поспешил развести камин. С огнём маленький волшебник был знаком не хуже любого другого колдуна или скажем обычного человека, и умел с ним обращаться. Именно благодаря огоньку в его маленьком доме всегда было тепло и уютно.
Сидя у окна Луноцвет скучающе проводил пальцем по замороженному на стекле узору. За ночь мороз разрисовал его заснеженными хвоями и небесными звездами, украсив тонким зимним искусством маленькое закрытое окошко. Выглядело это очень красиво. Но Луноцвет скучал. Он уже успел развести камин, вскипятить чайник и выпить малинового чая. Подписал оставшиеся флаконы с эликсирами, которые они с Фелиасом наготовили вчера, расставив их все по высоким полочкам деревянного шкафа. Заново перебрал разбросанные им невзначай книги и теперь скучал у окна.
Луноцвет оглянулся на спящего у камина филина. Фелиас намеренно приставлял свою излюбленную корявую жёрдочку поближе к огню, филин очень любил тепло, особенно в зимний период. Вот и сейчас пригревшись у камина, Фелиас сладко посапывал, уткнувшись клювом в свою пёструю грудь. А Луноцвет терпеливо ждал, когда его друг, наконец, проснётся чтобы вновь придумать занятие совместного времяпрепровождения.
Вдруг до Луноцвета дошли недалёкие, едва уловимые, то ли хлюпающие, то ли капающие звуки в тиши. Будто кто-то тихо плакал. Луноцвет оглянулся. Филин всё так же продолжал мирно посапывать в уголке холла. Мыши и другие грызуны зимой у Луноцвета не гостили. Погрузившись в спячку по своим норам, они вернуться только летом, поэтому кроме его и филина в доме никого не было и быть не могло. «Показалось?» – промелькнула мысль. Но слабый, печальный слуху всхлип повторился вновь. Луноцвет обошёл всю комнату, заглянул в спальню, уборную и смежную кухню, но никого так и не обнаружил. Вернувшись к окну, неясный доселе плач никуда не исчез. Маленький волшебник не сразу догадался, что он доносился из леса. Решив, проверить, кому всё-таки принадлежит этот опечаленный глас, Луноцвет, укутавшись в длинный, но тёплый, пусть и немного потёртый временем шарф, бесшумно, чтобы не разбудить ненароком филина, выскользнул за дверь.
Едва выйдя из дома, в глаза ударил ослепляющий белый свет зимнего утреннего солнца. Оно уже успело проснуться и выкатится на зимний небосвод. И пусть его свет не был таким сильным и ярким, но отражаясь от снега, искрами разлеталось в глазах. Ясное голубое небо казалось человечку безоблачным, но, не смотря даже на это, откуда-то сверху, вслед за приходящим ветерком, подобно блёсткам, слетались маленькие снежинки, мерно приземляясь на большую шляпу волшебника.
Давненько Луноцвет не выходил из своего маленького дома – лес было не узнать. Каждое дерево, каждый кустик, который он знал, стояли одетыми в белые снежные наряды. Их ветви, словно под праздник были разнаряжены полупрозрачным морозящим инеем. Некогда цветущие полянки теперь застилали сугробы и они стали неузнаваемы маленьким человечком на фоне чистого поля, а лесные тропинки, которые он так старательно протаптывал для себя, оказались занесены снежным покровом став попросту непроходимыми для него. В Зачарованном лесу царили тишина и безмолвие, даже редкого щебетания птиц не было слышно. И только тонкий слуху всхлип, бегло проносился по лесному затишью зимы. И раздавался он совсем близко. Луноцвет поспешил на этот печальный звук.
Пробираясь по ещё неглубоким заносам и раздвигая заснеженные ветви, Луноцвет вышел на его знакомую самую близкую к его дому полянку. Там, на некогда земляничной поляне, усыпанной снегами и сугробами, стояла и плакала девочка.
Услышав позади скрипучие шаги приближения, она, на миг перестав плакать, повернулась к подошедшему к ней Луноцвету. Девочка была одета легко и непринуждённо – очёркивая стройную фигурку, на ней сидело белоснежное платье расписанное узорами тысячи звёзд. Её светлые, почти белые как сам снег волосы покрывал едва заметный искрящийся иней. Личико у неё было чистым и нежным на вид, и одновременно таким же бледным и белым как сама зима. На голубых глазах девочки, словно бусинки-льдинки поблёскивали капельки слёз.
- Кто ты такой? – тихо поинтересовалась она.
- Я – маленький лесной волшебник. Моё имя Луноцвет, – вежливо представился человечек – А как тебя зовут? И почему ты плачешь в лесу?
- Я – вьюжная снежна́, в народе известная как снегурка, а зовут меня Сне́женка, – ответила девочка – А плачу я, потому что мне грустно.
- Почему же тебе грустно? – вновь полюбопытствовал Луноцвет.
- Не знаю, – печально повела плечиками Сне́женка, вытирая слёзные дорожки с белоснежных щёк – Мне почему-то очень холодно и одиноко. И потому очень грустно.
- Может ты замёрзла? – предположил маленький волшебник – Хочешь, я сделаю тебе чаю?
- Не хочу я чаю! – вдруг взволновалась девочка – Неужели не понимаешь? Я – снежна́! Мне вообще ничего горячего нельзя!
Луноцвет вздохнул – и правда, о чём он только думал, предлагая горячий напиток снежному духу? Среди морозов и снегов снегурочки чувствуют себя прекраснее, чем под самым тёплым одеялом. Для них метель, что песня к вальсу, снегопад, что дождь весны, а сугробы – то и горка, и постель, в ней, конечно, не будет жарко вьюжной снежне́, нежели в его доме. Тогда отчего же снегурке может быть холодно?
- Тогда может ты потерялась? – задумчиво проговорил Луноцвет – Поэтому чувствуешь себя одинокой?
- Возможно, – протянула Сне́женка – Возможно, я немного расстроилась, ведь прежде мне не приходилось бывать в этой части леса одной.
- Так ты заблудилась? – переспросил её на всякий случай маленький волшебник.
Немного поразмышляв, девочка всё-таки согласилась с предположением маленького волшебника.
- Думаю да, – сказала она – Я и правда потерялась. А главное – не знаю куда ушли мои сёстры-подруги. Где мне их искать, ума не приложу.
- Я тоже, – с тоской протянул маленький волшебник.
Луноцвет обвел взглядом пустующий заснеженный перелесок. Искать снегурок среди глубоких сугробов и непротоптанных тропинок дело было не лёгким – он скорее сам утонет по самые уши, потратив много времени не столько на поиски, сколько на выуживание себя из-под рыхлого снега. Ведь Луноцвет не знал и даже больше – предположить не мог, куда они могли направиться метелить.
- Но я знаю, кто сможет помочь в твоих поисках, – сказал ей Луноцвет – У меня есть друг, что живёт на окраине у подножия лесного озера. Он скор на лапу, и бегает быстрее любого зверя в этом лесу – что по земле, что по снегу, разве что по воде не пробовал, но думаю, у него бы и это прекрасно получилось, – улыбнулся маленький волшебник. Эту шутку в своё время рассказал ему филин, наблюдающий за забегами Быстрого Сердца. Заяц отличался явной шустростью, ловкостью и завидной скоростью, не раз ставя под рекорды свои успехи – Уверен, он с лёгкостью найдет твоих сестёр в этой забеленной мгле.
Сне́женка задумалась. На её белоснежном личике выступила заметная морщинка, что свидетельствовало о серьёзности её дум. Снегурка походила то вперёд, то назад, описала круг вокруг себя и наконец, обратилась к Луноцвету:
- А ты меня проводишь? – с надеждой спросила она.
Луноцвет в ответ только пожал плечами – а что ему ещё оставалось.
Луноцвет повёл Сне́женку по памяти той тропой, которой пользовался сам, спускаясь к озеру. Зимой эта тропинка обычно видна, она лично протаптывалась Луноцветом для последующих прогулок по лесу, но из-за частых метелей, выдавшихся в этом году, её было не узнать. Снега выпало много – сестрицы-снегурки – вьюжные снежны́, постарались на славу. Встречные деревья были устелены высокими снежными шапками и подобраться к ним, теперь стало попросту невозможным – ноги, то и дело утопали в занесённых сугробах.
Но несмотря, что лес пребывал в зимнем спокойствии, в нём продолжалась жизнь. Иногда слышен был треск мороза да хруст снега вдали, над головами пролетали редкие зимние птицы, щебеча что-то весёлое в этот прекрасный солнечный день, а иногда даже встречались следы обитателей местной глубинки, так и не сумевших впасть в спячку этой зимой.
В стороне показались сизые хвосты. Озорные белки задорно перебрасывались слепленными на скорую лапу кусочками снега, играя в снежки. Сне́женка с интересом понаблюдав за их игрой повернулась к Луноцвету неуклюже шагавшему впереди.
Неожиданный хлопок застал Луноцвета врасплох, угодив снежком прямо в его большую угловатую шляпу, рассеяно повалив маленького волшебника в снег. Раздался заливной смех. Подняв голову, Луноцвет увидел Сне́женку старательно закрывающую ладонями лицо. Но это ей мало чем помогло, её плечики безудержно содрогались от смеха, а озорные голубые глаза лучились забавой. Луноцвет хмуро поднялся с земли сослав улыбку и смех снегурки за его неловкое падение в сугроб. Едва отряхнувшись, хлопок повторился, попав маленькому волшебнику в спину. Однако в этот раз Луноцвет сумел устоять на ногах. Резко обернувшись, Луноцвет застал снегурку с очередным снежным снарядом в руках. Но девочка и не думала этого больше скрывать, прицельно бросив снежком в Луноцвета. Успев защититься, маленький волшебник решил не оставаться в безответном долгу. Опасливо припустившись, Луноцвет набрал в ладони как можно больше снега, однако Сне́женка не собиралась ему уступать.
Один за другим в небо весело устремились снежки. Задорно устремляясь, то к деревьям, то к сугробам, а порой проносясь стороной, они сливались со снегом, так и не долетая до своей истинной цели, а если и долетали, то летели очень высоко. Луноцвет дважды чуть не терял своей шляпы, в которую так удачно попадала Сне́женка, её самодельные колобки задевали даже мимолётом пролетающих птиц, засыпая снегом и без того их влажные перья. Играючи, они не заметили, как добежали до лесного озера.
Замёршее озеро словно пребывало во сне. Стянутое ледяными оковами оно выглядело холодным и почти неживым. Теперь здесь не гуляли волны, подгоняемые озорным ветерком; не скакали солнечные зайчики, отражаясь на его всхолмлённой поверхности; не танцевали озёрные феи, задорно журча своим заливным звонким смехом. Его голубизна была заточена глубоко под слоем застойного льда и раскроется, к сожалению, только к весне. Это наводило тоску на маленького волшебника, он редко сюда приходил зимой. Ему нечего было здесь делать, потому что был уверен – любоваться в это время здесь нечем.
Но Сне́женка была не согласна:
- Как же здесь замечательно! – вздохнула она.
Луноцвет обвёл взглядом прибережную часть леса. Стоял ясный день, а значит, Быстрое Сердце, навряд ли сидел дома в такую погоду, заяц мог убежать куда угодно, и искать его было маленькому волшебнику бесполезно. «Значит, – решил Луноцвет – стоит его подозвать».
Морозный ветерок порой бывает неспешен, однако под верным направлением он легко может нагнать беспокойного зайца и передать ему слова маленького волшебника, где бы тот не находился в этот момент.
Едва Луноцвет отпустил ветер с посланием, Сне́женка, подхватив маленького волшебника под руку, настойчиво повела его к заледеневшему озеру. Луноцвет слабо отмахивался, пытался возмущаться, он не понимал, что на этот раз удумала озорная снежна́.
Ступив на твёрдую, слегка шероховатую от снега ледяную поверхность озера, Луноцвет поймал себя на том, что прежде никогда ещё не ходил по воде, даже по сокрытой наледью стороне. Сне́женка отпустила его руку и пробежала немного вперёд, похоже, ей далеко не в новинку расхаживать по замёршей воде. Было немного скользко, но стоять и тем более ходить по ледяному озеру для маленького волшебника казалось вполне возможным. Луноцвет перевёл недоверчивый взгляд на снегурку – что же она задумала? А Сне́женка, как и любая вьюжная снежна́, желала веселья. Плавно взмахнув руками, она сквозной метелью вымела весь тот снег, что покрывал заледенелую гладь, превратив зимнее озеро в самый настоящий каток.
Довольная своей работой Сне́женка весело закружилась на льду. Луноцвет понаблюдав за ней, неуверенно сделал шаг навстречу, едва не упав. Теперь он почувствовал, как изменился под ним лёд. Он стал более гладким и немного прозрачным. Подавшись вперёд, Луноцвет развёл руки в стороны, чудом сумев устоять. Ему впервые довелось побывать на замёршей воде, оказавшись так далеко от привычного берега. Под ногами скользнула мягкая подошва и Луноцвет чуть вновь не упал носом об лёд. Рядом, вьюжно танцуя, пронеслась беззаботная Сне́женка.
- Ну чего стоишь? – радостно махнула ему, удаляясь снегурка – Догоняй!
Но Луноцвет не мог сделать и шагу, беспокоясь, что не справится и точно упадёт. Его сковывала неуверенность. А впереди грациозно блистала Сне́женка. Луноцвету оставалось только дивиться её лёгкости и плавности действий, в отличие от него она чувствовала себя намного уверенней. Свободно танцуя, снегурка передвигалась по катку нехитрыми скольжениями. Разветвляя воздух снежными косами, она изящно кружилась в изощрённом прыжке, подставляя свое белое личико морозному ветру. Луноцвет так не мог. Замерев в нелепой позиции ему оставалось только наблюдать и восхищаться изящности маленькой снегурки. Но скованность маленького волшебника не прошла от снежны́ незамеченной.
- Что случилось? – спросила она – Ты примёрз?
- Нет. Я просто никогда прежде не стоял на льду, – признался ей Луноцвет.
- Вот как? – изумилась снегурка – Так ты впервые катаешься! Не знала. Ну ничего – я тебя быстро научу!
Сне́женка взяла Луноцвета за руки, помогая ему распрямиться. Ноги снова заскользили, но маленький волшебник сдержал равновесие. Снегурка обошла Луноцвета, попридержав человечка под локоть.
- А теперь делаем шаг навстречу, – кивнула Сне́женка и заскользила.
Луноцвет сделал первые шаги по замёршей воде – нестойкие, грозящие скорому падению, но весьма решающие для него. Набираясь уверенности с каждым новым ходом, он становился устойчивей к непривычно скользкой дорожке. Вскоре снегурка отпустила его руку и маленький волшебник поехал сам. Отсутствие твёрдости придавала лёгкость, чувство скорости нагонял ветер – главное не бояться упасть. Луноцвет оглянулся, он был доволен своей маленькой победой. Но лесной человечек отвлёкся – оступившись, он шагнул в сторону и, наступив на кончик шарфа, не удержался, повалившись на затверделую гладь. Сне́женка раздалась звонким серебряным смехом.
Луноцвет рассеяно улыбнулся в ответ и обернулся. На берегу подскакивая от нетерпения, вертелся, привлекая внимание в посеребрённой шкурке заяц. Не решаясь встать на скользкий лёд, он призывно махал им лапками со стороны. Луноцвет узнал Быстрое Сердце, поскользив навстречу к заснеженному берегу.
- Какие гости! – встречая, спохватился Быстрое Сердце – Какие гости! А я-то думал, тебя лишний раз из дома не вытащишь! – наигранно прищурился заяц – А тут, пожалуйста – сам явился! И не один, а с подругой! Может, представишь мне другу своему?
- Я собственно, поэтому и пришёл, – кивнул Луноцвет – Это Сне́женка. Она заблудилась, отстав от своих подруг. И я хотел узнать, не встречал ли ты ненароком её сестёр-снегурок?
Быстрое Сердце внимательно оглядел Сне́женку и причмокнул язычком.
- Было-было, – задумчиво пролепетал заяц – Но где именно не вспомню. Эти снегурки довольно шустрые девицы – то там, то сям, а через мгновенье здесь!
- А найти их сможешь? – поинтересовался маленький волшебник.
- О чём вопрос? Конечно, могу! – довольно ответил русак – Только вы сами далеко от озера не уходите, чтобы и мне вас не искать. Не волнуйтесь, я их мигом отыщу!
Сказав это, заяц довольно быстро исчез из поля зрения Луноцвета, затерявшись где-то средь белых снегов и сугробов. Маленький волшебник вздохнул – придётся ждать, другого варианта у него не было вовсе. Но зная поспешность своего ушастого друга можно с уверенностью сказать, что долго они в ожидании не пробудут. Проводив задумчивым взглядом бескрайнюю даль, Луноцвет обернулся к снегурке:
- Что ещё ты умеешь делать? – поинтересовался он у неё.
Сне́женка просияла, радостно захлопав в ладоши, она предвкушала очередную забаву, придумать которую ей не составляло большого труда.
- Ты когда-нибудь катался с горки? – лукаво улыбнулась снегурка в ответ.
Закружившись вихрем, Сне́женка намела высокий сугроб, наскоро сгладив бугристые углы снежной поверхности. Заледенив напоследок коркою льда, она довольно оглядела свое творение. Сугроб, который снегурка смело, окрестила «горкой» казался маленькому волшебнику косоватым и сомнительным на вид, не внушая человечку никакого доверия. Он больше напоминал ему заледенелый холм, с которого можно легко навернуться, скатившись кубарем вниз. Но Сне́женка была другого мнения. Подхватив маленького волшебника, снегурка вбежала на горку.
Луноцвет оказавшись на головокружительной вершине, настороженно огляделся по сторонам – не хватало ещё упасть с такой высоты по нелепой случайности. Луноцвет попытался выглянуть с клонящегося склона, но Сне́женка ему этого не позволила. Она знала, что лесной человечек может испугаться – все поначалу боятся, а маленький волшебник, по-видимому, ещё никогда и не катался с настоящей заснеженной горки.
- Садись! – приказала Сне́женка, едва сдерживаясь от предвкушения скорого веселья.
- Как? – удивился Луноцвет – Прямо так? На лёд?
- Именно! – воскликнула снегурка, понимая, что больше не может терпеть и прежде чем Луноцвет смог ей ещё возразить, девочка, надавив на плечи маленького волшебника, усадила его на ледяную поверхность. Оттолкнувшись, она прижалась к спине Луноцвета, поехав с ним вниз по скользящему склону.
Встречный ветер бил в лицо, норовя сорвать угловатую шляпу, но маленький волшебник крепко вцепился в её широкий ворот руками. Сне́женка напротив заливисто хохотала, подставляя ладони. Скатившись, они вконец с чувством завалились под встречный сугроб.
Луноцвет вынырнул из залежей снега и огляделся в поисках снегурки. Сне́женка довольная всем, смерила маленького волшебника взглядом смеющихся глаз.
- Что скажешь? – заливисто поинтересовалась снегурка.
- А знаешь, – задумчиво произнёс Луноцвет – мне даже понравилось. Это оказалось весьма интересно.
- Может тогда ещё по спуску? – прищурилась Сне́женка.
Луноцвет согласился.
Спускаясь с самодельной снегуркиной горки, они звонко смеялись, крича от восторга и задорно плюхались в снег. Луноцвету было весело, он находил их занятие занимательным и забавным. Маленький волшебник и не знал, что можно так радоваться холодными зимними днями.
- Конечно, – соглашаясь, в ответ сказала снегурка – Мы с сестрицами всегда так играем…
Однако в её словах не было прежней радости. Внимание девочки привлекла пара беляков хлопотавших друг друга по щёчкам. Сне́женка подняла взгляд – на соседнем дереве белочки прижимались к хвостикам подружек, старясь, таким образом, хоть немного согреться. Луноцвет и сам заметил, как заметно похолодало в лесу. Солнце уже стало клониться к закату, предвещая скорые сумерки. Да, коротки зимние дни. Рассвет наступает поздно, а уходит в закат рано, кружась над лесом бесконечностью долгих ночей.
- Как ты думаешь, что они делают? – вдруг поинтересовалась Сне́женка, указывая на парочку хлопотающих зайцев.
- Обнимаются, – пожал плечами Луноцвет – У них так принято, чтобы согреться и сохранить тепло. Так они становятся счастливыми.
- Забавно, – взгрустнула снегурка – Мы с сестрицами тоже обнимаемся, но тепла я от этих объятий не чувствовала никогда. Может, мы просто что-то неправильно делаем?
Луноцвет внимательно посмотрел на девочку, кажется, он начинал понимать, почему на самом деле грустила снегурка.
Воздух вокруг заметно стал холоднее и Луноцвет плотнее углубился в шарф. Рядом захрустел снег, донося до маленького волшебника звуки неспешно приближающихся шагов. На заметённую сумерками поляну вышел высокий старик. Он был одет в длинную серебряную шубу. Покрытая инеем серебристая борода доходила деду до пояса, в руках сокрытых варежками незнакомец держал тяжёлый увесистый посох. Остановившись неподалёку старик, приглаживая бороду, довольно рассматривал красоты зимнего леса. Обведя взглядом округу его взгляд упал на притихших в сторонке Луноцвета и снегурку.
- Сне́женка! Дорогая моя! Ты ли это? – удивился он.
- Дедушка! – обрадовалась снегурка, спешившись навстречу.
Девочка была счастлива встретить, наконец, родную душу в лесу, однако сам Луноцвет подходить к ним пока не спешил. Отступив назад, маленький волшебник старательно закутался в плащ, пряча заледеневшие ладони. Представшего перед ним деда сложно было не узнать, северный ветер лично предупреждал о его приближении – сам Мороз явился за любимой внучкой.
- Где же ты пропадала негодница моя? – разглядывая снегурочку, интересовался Мороз – Тебя уже давно хватились сестрицы. Оглянись – вот они идут!
Сне́женка обернулась и Луноцвет обернулся вместе с ней.
Вдоль занесённой поляны, сметая всё в округе не глядя, спешили они – сестрицы-снегурки, внешностью так похожие на саму Сне́женку. А впереди них нёсся заяц, перепрыгивая через сугробы, он едва успевал убегать от взволнованных его посланием снежн.
Сне́женка метнулась навстречу.
Промелькнувший мимо со свистом Быстрое Сердце юркнул за спину маленького лесного волшебника, запыхаясь, он лишь показывал на приведённых им снегурок, но в ответ так и не сумел выговорить ни единого слова. Однако Луноцвету этого было и не нужно, он прекрасно всё понимал, ему вполне достаточно и того что он мог наблюдать за радостью девочки, отыскавшей, наконец, своих потерянных подружек-сестёр. Но даже влившись в объятия, она, к сожалению, так и не почувствует того желанного тепла о котором так сильно недавно мечтала.
Крепко затрещал Мороз, обдав жгучим холодом попавшего под его интерес Луноцвета. Маленький волшебник осторожно выглянул из-под шляпы – старик нависал над ним точно сумрак в зимнюю ночь, откровенно веяло стужей и хладом, сковывая ознобом и без того перемёршего Луноцвета. Однако у Мороза не было причин замораживать его окончательно. Коротко глянув на Луноцвета, старик отступил.
- Я так понял, это ты нашёл мою непутёвую младшую внучку и решился помочь, – проговорил он, припустившись рядом – Не так часто можно встретить волшебников, помогающих вьюжным духам зимы. Ты сам как? Небось, замёрз, пока нас искал? – хитро прищурившись, вдруг поинтересовался старик – Уж не холодно ли тебе…
- Тепло дедушка Мороз, – улыбнулся Луноцвет, оглянувшись на счастливую Сне́женку – Тепло…
Кивнув маленькому волшебнику, Мороз, наконец, объявил своим внучкам о скором возвращении, им ещё предстояли вьюжные дела в соседнем лесу. Однако сама Сне́женка не могла уйти, не попрощавшись с маленьким волшебником.
- Ты мне очень помог, – пожимая ладони лесного человечка, сказала снегурка – Ты скрасил моё одиночество и тоску. Я тебе благодарна и знаешь, – словно по секрету поделилась Сне́женка – я попрошу дедушку не напускать сильных морозов на этот лес, хотя бы в этом году. Зима будет тёплой. И не спорь. Я же знаю, как ты любишь тепло, – тихо взгрустнула она – Считай это моим маленьким подарком тебе.
Сне́женка отступила в последний раз разглядывая маленького волшебника.
- Надеюсь, мы с тобой ещё встретимся этой зимой, – проговорила она, но Луноцвет знал, что этой зимой они больше не встретятся, снегурка сама пообещала ему тёплую зиму. Мороз, конечно, будет заглядывать в свои заснеженные владения, поддерживая порядок в лесу, но уже без Сне́женки.
Луноцвет наблюдал, как снегурка уходит, отдаляясь от него с каждым шагом всё дальше и дальше. А она так и не узнала истинную причину своей грусти. Маленький волшебник задумался – стало быть, не случайно снежная девочка забрела на его полянку у дома. Случайностей не бывает. В этом Луноцвет был уверен. А он ей так и не сказал. Вот она уйдет, и встретятся они возможно только следующей зимой. И Луноцвет будет держать при себе этот маленький секрет, который ему не принадлежит целый год – всю весну, лето и осень, и ещё неизвестно увидятся ли они снова.
- Сне́женка! – неожиданно окликнул её Луноцвет, метнувшись вперёд. Сне́женка оглянулась, оказавшись вдруг в неожиданно крепких объятиях маленького волшебника, чем сильно озадачил маленькую снежну́.
- Я понял, почему ты была грустной. Почему чувствовала себя холодной и одинокой, – прошептал в ответ Луноцвет – Тебе просто никто не дарил никогда тёплых объятий.
Сне́женка почувствовала его душевную теплоту и сердечность – странная, непонятная, но удивительно сладкая, она приятно растекалась внутри, слегка обжигая и согревая её оледенелое сердце. Казалось, именно этого снегурка желала всегда.
- Надеюсь, теперь ты чувствуешь себя хоть немного счастливой? – распустив объятия, спросил Луноцвет.
Сне́женка кивнула, она больше не ощущала той внутренней пустоты и привычного холода. А оглянувшись на сестёр, поняла, что и одинокой себя девочка больше не считала.
- Что ты сделал? – удивилась снегурочка – Волшебство?
- Нет, что ты, – смутился маленький волшебник – Я тебя просто обнял, поделившись с тобой своей радостью. Ведь не так уж сложно делится сердечным теплом с тем, кто в этом действительно нуждается…

*Иллюстрация с просторов Интернета
Автор иллюстрации – Екатерина Бабок



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Сказка
Ключевые слова: сказка, волшебство, волшебники, зачарованный лес, зима,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 11
Опубликовано: 07.07.2019 в 08:49
© Copyright: Селена Гардения
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1