ПОЭТЫ КЕРЧИ. Борис Васильев-Пальм


ПОЭТЫ КЕРЧИ. Борис Васильев-Пальм
* * *

В лесу не раз играли мы в войну
С мальчишками, стреляя понарошку,
А в плен сдавались ягоде морошке,
Блаженствуя со смаком в том плену.
Лишь иногда воздушные тревоги
Определённо чувствовать давали,
Что до всамделишной войны дороги
Не столь уж дальними от нас лежали…
Мне померещился на самолёте крест,
И в тот же день вся ребятня окрест,
Догадываясь, что рассказчик врёт
И все же веря, выслушала повесть
О том, как «немец обстрелял наш дом,
Как пуля в форточку влетела», то есть,
Я просто чудом уцелел при том,
Вот как причастным быть к войне хотелось.
Не знаю, тут патриотизм и смелость
Иль только детского тщеславия потуги…
А между тем, письмо из-под Калуги
Доставила нам почта полевая
Известие о том, что… пулевая
Рана… что смертью храбрый пал солдат
Андрей Васильев… дядя, папин брат.

ЦВЕТА РАДУГИ

В разгаре день, ни облачка на небе.
Трепещет марево предвестником грозы.
А я грызу ботаники азы,
Почти забыв мечтать о чёрном хлебе…
Зелёного оттенков миллион
В кустах, в деревьях, на ковре травы…
Умеющий подделаться — увы! —
Всего лишь на всего — хамелеон.

А мне разбогатеть — хватило взгляда.
Любой миллионер меня беднее…
Я обнаружил, вдруг, как тайну клада:
но фоне пашни пегое бледнеет…
Я краски спектра осязал потом
На огороде и баштане:
Я трогал цвет и даже — полутон, —
И фиолетовый на баклажане,
И зелень смачную на огурце,
И красного оттенков целый ворох
Ощупывал на гладких помидорах,
И жёлтый цвет у дыни на лице,
И белый — кабачка и патиссона.
И только не давались в руки мне
Голубизна дневного небосклона,
По вечерам сгоравшая в огне
Заката. И так часто я глазами
Ловил её в разрывах облаков,
Что, сбросив темень глубины веков,
Глаза мои поголубели сами.

* * *

На нитке что-нибудь висящее качните —
Возникнет мерное движенье взад-вперёд,
Но амплитуда колебаний нити
Когда-нибудь сойдёт на нет, умрёт.
Не так ли человеку на планете
Даёт движение зачатия толчок?..
На нитке жизни покачается на свете,
Замрёт, глаза закроет и — молчок.

* * *

Опять меня пытают стыд и злость
За жизнь, как за ошибку роковую…
Бесплодных лет увянувшую гроздь
Бросаю за весну сороковую.
Пускай в зелёном пламени дотла
Сгорят и сожаленья, и укоры.
Забвенья вездесущая метла
Пускай гребёт в свой угол пепла горы,
Но, может быть, досаду отвратив,
Надежда мне сыграет виртуозно
Последний раз старинный свой мотив,
Что никогда с ноля начать не поздно!

ДЕТСТВО
                     Я нежно болен вспоминаньем детства…
                                                                                   С. Есенин

Я был поэтом, этого не зная,
Счастливым был, не ведая о том,
Ни слабостей своих не проклиная,
Ни дел не оставляя «на потом»,
Всецело обитая в настоящем,
Без тяжести былого за спиной,
Дышал я чем-то сладостно-пьянящим,
И каждого мгновенья новизной
Был потрясаем. И умел так много:
Неравнодушным ежечасно быть,
Ходить к друзьям без всякого предлога,
На стуле опрокинутом уплыть
За тридевять земель и не вернуться;
Умел оплакивать обиды, мог
Сквозь слёзы улыбнуться,
Ударившись коленом о порог.
Так ненавязчив, как тропа лесная,
И неприметней речки подо льдом,
Я был поэтом, сам того не зная,
И счастлив был, не ведая о том.

* * *

Развенчаны Прогресса пьедесталы.
Тоскую по нешустрой старине.
Не старый я, наверное — отсталый:
В се в этой жизни как-то не по мне.
Хандрю. Луну ревную к космонавтам.
Не по себе мне в толчее метро.
И тошно, как подумаю, что завтра
При встрече робот подмигнёт хитро.
Не радуют меня железо с дымом.
Машинам предпочёл бы лошадей.
И мог бы жить в лесу непроходимом
Вдали от предприимчивых людей.
Меня не умиляет служба пара.
Мне паруса крыло — куда милей!
Досадую, что канула, пропала
Романтика неведомых морей.
Поэтам неуютно в этом веке
Вдали от первозданной тишины,
Где ищущие выгод человеки
Надежды на бессмертье лишены.

ПОЭТУ

У бриллианта — у кристалла —
Увы! — заёмные лучи,
Тебе ж — поэту — не пристало
Быть отражателем. Моли.
Покуда в сердце не созрело
Зерно духовного огня,
Чтобы потом светило, грело
Костром в ночи, к себе маня.

* * *

Объявилась над мраком победа.
Я прозрел у могилы отца
И очнулся от давнего бреда
На знакомых ступеньках крыльца.
Предстоящее, всё что осталось, —
Мне не кажется страшным теперь.
Отплыла облаками усталость
Вместе с тяжестью многих потерь.
Здесь, на этой земле каменистой,
Где я помню отца молодым,
Толи совесть становится чистой,
Толи боль превращается в дым.
Обновлён я картинами детства,
Но пред тайнами трепета нет.
Мир становится частью наследства,
И на всем отрезвления свет.

ЧИТАТЕЛЮ
                          А каждый читатель, как тайна,
                          Как в землю закопанный клад…
                                                                 А. Ахматова

Если зной дороги пыльной
Не калил твоих ступней:
Если брызги волн ковыльных
Волн морских не солоней;
Если ты не просыпался
Вместе с птицами в лесу
И в горах не оступался,
Удержавшись на весу,

Если ты не видел хаты
И кувшинок белизну,
Если пёс тебя лохматый
В нос ни разу не лизнул,
Ты меня поймёшь не скоро,
Может, вовсе не поймёшь.
Не спеши бросать укора:
Не понятное — не ложь.

МОЙ УДЕЛ

В себе, как и во многом, сомневаться,
По зарослям случайностей блуждать.
Не знать, куда от слабостей деваться,
И чуда обновленья ожидать.
Потом на всё, что было, оглянуться.
И с опозданьем кое-что понять.
Не весело прозренью улыбнуться.
И, уходя, лишь на себя пенять.

СЕБЕ

И вот опять куда-то черти
На радость ведьмам волокут.
О, раб житейской круговерти,
Страстей мистических лоскут
Заиндевел, а всё неймётся,
Всё — воевать да продавать,
Как будто молодость вернётся,
Как будто смерти не бывать.
Ты ль по природе не отшельник?
Её одной поклонник ты.
Сорви людских сует ошейник, —
Останься пленником мечты!

* * *

Нет ни города родного,
Ни жилища, ни души,
Ни денёчка выходного,
И на всё про всё — гроши.

Где родился, там не жил,
Где женился, не прописан,
По стране больной кружил —
Дуракам закон не писан.
Не сиделось чудаку,
Не жилось ему на месте,
Не кричал ку-ка-ре-ку
На наследственном насесте.
Все куда-то рвался в даль,
Начиная всё с начала,
А луна ведь не медаль,
Горизонт не пирс причала…

Ничего не остаётся —
Рас уж начал, — колеси
Да и пой, пока поётся,
И пощады не проси.

ДОМ

Этим домом я доволен,
Не доволен мною дом.
Дому кажется, что болен
Я совсем не тем трудом:
Что стихи или картины?
Дому деньги подавай…
А по мне, дома — кретины:
Сколько их не надувай
Пустотой благополучья,
Сколько хлама не тащи,
Всё равно — в соседнем лучше…
Наших там жирнее щи.
Люди добрые, поймите —
Жизнь смертельно коротка,
Злую зависть укротите,
Станет горькая сладка.
Угодивших в рабство к дому,
Очерствляет сонм забот…
Мне же пусть не молодому,
«Красота» - девиз работ.
Правда, с ним нужда и бедность
Рядом сёстрами идут,
Но зато ни зло, ни вредность
Душу в службу не берут.

ИЗ ЦИКЛА СОНЕТОВ

Не знаю, под какой звездой рождён,
Не наделён не титулом, не властью
И только пониманьем награждён,
Что не познать мне славы или счастья.

Не надо мной Бог руки распростёр,
Со мной не схожи новые вельможи,
У них трезвее и наглее взор,
Но ведь они подвластны смерти позже.

Они хмельны жестокостью побед,
Отсрочив крупной взяткой пораженье,
Но не смотрю я с завистью им в след —
Пожрёт их раньше, чем меня забвенье.

Нет, я доволен жребием моим,
Любить умея тех, кем не любим.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Стихи, не вошедшие в рубрики
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 4
Опубликовано: 02.07.2019 в 12:21
© Copyright: Лира Боспора Керчь
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1