ПЕТЕРБУРГСКИЙ РОМАН. Мне очень нравится, как пахнет котёнка еда. 26


Глава 6.

«Мне очень нравится, как пахнет котёнка еда».


      – Да что же это такое, Сергей Александрович? – бросился к нему из первой же подворотни Почечуев. – Ну, как такое возможно? Только что, – глотая слова и слёзы, выдавил он, – только что арестовали моего Тёмушку и… по подозрению в убийстве Любаши! Она сестра его! Вы видели, какая у меня хорошая девочка, умница и красавица. Тёмушку взя­ли, и алиби, говорят, нет; а они же росли вместе, зачем тут алиби? – Почечуев перевёл дыхание и замолчал. – Смотрел я сегодня на Любушку, – улыбнулся вдруг он, – спокойная и ясная такая лежит и вся в мать красавица. Генка-то мычит, как малое дитя, спрашивает, мол, гости­нец есть от Любы? Сама-то она к нам давно не ходит, но деньги через меня передаёт, а Генка ходит кругом и своё что-то хыхыркает – вижу, что по Любаше скучает. Бало­вала она его сильно девчонкой-то и на улице защищала, когда пальцем тыкали. Лежит, лежит, спящая царевна.
      – Послушайте, – сочувственно начал Бахметов, поло­жив руку на плечо Почечуева.
   – Ну, вы видели её вчера, Сергей Александрович, – не останавливался тот. – Вы её видели? – вдруг в тревоге спросил Почечуев, и его толстое лицо задрожало. – Нашу Любу, она ещё к вам приходила! – Почечуев схватил Бах­метова за ворот рубашки и сильно тряхнул. Затрещали пу­говицы. Бахметов в раздражении оттолкнул Почечуева и пошёл прочь.
    Сергей рассказывал мне впоследствии, что с этой секунды он окончательно почувствовал себя в состоянии какого-то неумолимо фатального лунатизма, и в действиях своих подчинялся лишь потокам непо­нятных, но властных импульсов. Он не обращал внимания на головную боль, и единственным волевым мотивом было желание успеть. Бахметов толком и не помнил – пешком ли, колёсами он добрался до Разъезжей, но, оказавшись перед входом в бильярдную, он поправил воротничок ру­башки, сам себе улыбнулся и посмотрел на часы.
      Несмотря на то, что время пошло уже за полночь, бильярдная была заполнена десятками человек – играли, впро­чем, несколько пар, остальные просто шатались вокруг сто­лов или сидели в баре. Бахметов от входа двинулся сквозь анфиладу к кабинету Шамиля Моисеевича и, уже через не­сколько шагов, обнаружил, что зажат между идущими по бокам мужчинами в белых рубашках. Мужчины молча вы­толкнули его в уже знакомое фойе, и один из них постучал в дверь приёмной.
    – Ну, что ещё? – проурчал недовольный голос, и дверь открылась – за порогом стояла девица с лицом некрасивой резиновой куклы. – Ба! Господин Бахметов, и в такой час! Милости просим, – засмеялся сидевший на диване Шамиль Моисеевич, и девица по его знаку выпорхнула в коридор, унося за собой плотный карамельный запах арабских духов.
    – Мы знакомы? – удивился Бахметов, усаживаясь в кресло, на которое показала пухлая ладонь Шамиля Моисее­вича.
    – Работа такая – многое нужно знать, – пьяно засмеял­ся хозяин бильярдной и с некоторым трудом развернул грузное тело к Бахметову.
   –  Информация – Бог, и бойся опоздать. Да и как не знать племянника такого дяди, пусть даже и свободного художника? Какими судьбами?
    – К вам сегодня приходила…– кашлянув, заговорил Бах­метов.
   – Помню, помню, – оборвал его Шамиль Моисеевич, – из­вините, что вас тогда к себе не пригласил. Бизнес, понимаете ли!
   – Я, наверное, сразу к делу, – сказал Бахметов, вдруг те­ряя ощущение стучавшей в висках крови, бёдра же охвати­ло состояние пустоты и слабости. – Неудобно признаваться, но в моих руках есть подлинное свидетельство увода вами двенадцать лет назад по фальшивым авизо из государствен­ного банка полмиллиарда тогдашних рублей. Документ из са­мого банка, и даю слово, что если вы оставите в покое Ки­рилла и его сестру, никто никогда не узнает, что этот бланк существовал.
    – Какая решимость и какое благородство! Прямо Валь­тер Скотт! – так громко захохотал Шамиль Моисеевич, что в дверях появился испуганный охранник. – Сто лет не видел ничего подобного! Вы мне симпатичны, молодой человек, извините, что не помню имени-отчества, – Ша­миль Моисеевич сказал ещё что-то, но вспотевший Бахме­тов услышал только половину фразы. – За сестрицей ухаживаете? – он вытер выступившие слёзы. – Ну, хорошо, в залог нашей будущей дружбы с будущим родственником Евгения Александровича, я принимаю предложение и на ваших глазах звоню вашей пассии. Екатерина Дмитриевна? – опять хохотнул Шамиль Моисеевич. – Рядом со мной си­дит господин Бахметов и убеждает меня простить ваш долг. Я умею быстро менять планы и решил, действительно, всё простить – никто никому ничего не должен. Я объяснил понятно? Передаю ему трубку.
     – Серёжка, ты где? – услышал Бахметов встревоженный голос Кати.
     – На Разъезжей и разговариваю с Шамилем Моисеевичем; он – деловой человек, и с ним приятно иметь дело, – дере­вянным голосом выговорил Бахметов и сжал подлокотник кресла.
  – Крепких вам снов, Екатерина Дмитриевна, – сказал взявший трубку Шамиль Моисеевич и рассмеялся. – Но если вы думаете, господин Бахметов, что дела решаются так про­сто, вы серьёзно ошибаетесь. Коллекция приговорена, и ва­риант с сыном и дочерью рассматривался в качестве самого проходного. Где ваша бумажка?
      Бахметов достал из кармана листок.
     – Так я и знал, вы принесли её с собой! – не переставал веселиться Шамиль Моисеевич. – Документ, откровенно говоря, солидный, и не спрашиваю, откуда он у вас – всё равно со временем всё узнается, – но никогда не забывайте, что это я оказал вам услугу, а не наоборот,— пожал он под­нявшемуся Бахметову руку.— Надеюсь скоро вас увидеть. Вид у вас неважный. Аспирин — и в по­стель. Как вас заносит!
     Бахметов махнул рукой и пошёл к выходу. На улице он долгое время соображал, в какой стороне находится его дом.
  – Огонька не найдётся? – выскочил откуда-то из подво­ротни молодой человек с сигареткой в зубах. Оглянувшись по сторонам, он вполголоса добавил. – Гашиш, девочек не же­лаете?
   Бахметов дёрнулся от него, как от чумы. Он шёл по ули­цам, и перед ним плыли проходные дворы, лица, фигуры. «Я тебя слышу, но не вижу!» – зло проорал кому-то проходя­щий мимо мужчина, а сидевшая на дороге девочка вроде бы сказала: «Мне очень нравится, как пахнет котёнка еда». На­встречу уже два раза пробежал стриженый фокстерьер с за­вязанными под мордой бантиком и испуганными глазами. Бахметов побрёл вдоль странного переулка, по обеим сторо­нам которого тянулись исписанные краской абсолютно пло­ские, без единого выступа, стены. За стёклами окон домов, безусловно, кто-то жил, и Сергею Александровичу показа­лось даже, что одна из занавесок на втором этаже дёрнулась, едва он бросил на неё взгляд. Бахметов оглянулся вокруг – в глазах мелькнули десятки стёкол, и за каждым стояли абажур и розы в плетёных корзинках. Блеск ослепил его на секунду, и вдруг откуда-то всплыло безобразно-толстое коричневое лицо женщины с немигающими глазами совы. «Слушай, мальчик, нам с тобой не по пути», – прозвенел го­лос, а рука женщины трижды хлестнула Бахметова по лицу. Бахметов вздрогнул и… пришёл в себя. Над ним, как ни странно, стояла старуха в болоньевой куртке и пыталась рас­стегнуть пуговицу воротника его рубашки. Воротник не под­давался, и старуха коротко сматерилась басом.
     – Очнулся, дядя…– брезгливо проворчала она, растяги­вая толстыми грязными пальцами веки глаз Бахметова и вглядываясь в зрачки.— Всех ангелов у Бога посчитал? Ты куда лезешь с клешнёй, твою душу мать, ты что, здесь – старший? – последние слова адресовались убогой дворняжке, лизнувшей нос Сергею Александровичу. Бах­метов поднялся с асфальта и, покачиваясь, потащился в сторону Измайловского моста. Минут через пятнадцать он открыл дверь своей квартиры и упал в руки плачущей Са­шеньки.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Роман
Ключевые слова: ПЕТЕРБУРГ, РОМАН, РОССИЯ, ЗАПАД, БАХМЕТОВ, РАЕВСКИЙ, АДИК КОЗОРОЕЗОВ.,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 17
Опубликовано: 09.06.2019 в 19:12
© Copyright: Александр Алакшин
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1