Часть 5. 6 класс


Тринадцать лет и возраст переходный…
Возникла страсть к соседу моему.
Не назову… Он был ко мне холодный,
Я все не понимаю, почему.
Его к себе я в гости приглашала,
Он находил предлог не приходить…
Тем мальчиком с мучением дышала!
К другому я решила подкатить.
Он старшеклассник? Это не помеха,
Мне очень старшеклассники близки!
Но мой вопрос все помнят, и со смехом:
«Илья, в какие ходишь ты кружки?»
Ответа не увидела я жару,
Гадала, и возлюбленный тогда
Сказал мне так: «Найдешь себе ты пару,
Но будет то история не та.
Сначала доучись до старших классов!»
Потом же забываться стал Илья…
Ну вот, дошла. И где же он? Ни разу…
Увы, Илья, но правда не твоя!
На самом деле я тогда любила
Не одного и даже не двоих.
Еще литературу можно было…
Я полюбила лермонтовский стих.
Поэта биографию читали,
Рассказывали «Тучи» наизусть.
Я очень четко помню все детали –
Смотрю в окно и выражаю грусть,
Тогда и появилось то желанье…
Четверка в первой четверти одна.
Тогда мое записано страданье,
Оценка та листочком названа
(Тем желтым, одиноким средь зеленых).
Вы скажете, что проза – не стихи!
Разубеждать не буду несмышленых…
Тогда возникли первые штрихи.
Еще мы говорили о Гавроше,
И снова тест… Но это ничего,
К нему тогда любовь проснулась тоже,
Достойно написала я его!
«Один вопрос! Мне надо убедиться!» -
Так Шелест говорит, а я трясусь.
Но кто-то в класс задумал к нам явиться,
Поэтому с пятеркой остаюсь.
Забыла, поступила по-другому!
Особенности памяти странны:
Каникулы начнутся, как уйдем мы…
Мультфильм мы посмотреть еще должны,
А Паше, видно, скучно очень было,
И должен был убрать он кабинет.
Учительница это не забыла,
Несет в другой он четверти ответ:
«Не авгиевы, Паша, то конюшни!
Так почему с урока ты ушел?
Тебе убрать все это было нужно!»
Но подвиг был тринадцатый еще
Ярчайшим отрицательным примером,
С ним верный путь учащийся найдет!
Однажды, начитавшись Искандера,
Я стала делать все наоборот.
Зовут меня справляться с уравненьем,
А до звонка осталось пять минут,
И я с доски стираю с ускореньем,
Ведь вспомнила героя мерзкий труд!
Но не всегда так было отчего-то…
Да, логику любила, но потом
Проблемы начинаются со счетом,
Причину видят старшие в другом –
В том, что закон нарушила я школьный,
Закону крепкой дружбы послужив.
Я Саша подсказала на контрольной,
Потом же, вариант ее решив,
Заполнила минуты я пустые –
Мой вариант давно уже решен.
Задачи были очень там простые…
Зачем же я нарушила закон?
Все возраст переходный – ты взрослеешь
И на слово не веришь никому,
Все правила сто раз перепроверишь,
Доверишься решенью своему.
Меня потом раскрыли. Я болела,
А было сокращение дробей.
Когда пришла, не с Сашею я села…
Не в том причина двоечки моей,
Которая почти что единица…
То автора учебника вина.
Я думала, сумела научиться…
Нет! Тема мне была объяснена.
А с Сашей мы по-прежнему не вместе,
И нету улучшений никаких…
Учительнице нету лучше мести,
Чем ей ответить хмуро: «Пять шестых».
Зачем вступать в конфликт с учителями?
Зачем им открывать, что есть внутри?
По русскому должны придумать сами
Какой-то текст. Пишу же я про три
Своих желанья. Два не называю,
Одно же вспоминаю я с тоской…
Зачем писать о том, что наступает?
Хотела поскорее стать большой!
О, как опасны детские желанья!
Уже настал одиннадцатый класс,
И это мне приносит лишь рыданья –
Желания обманывают нас
И делают изгоями на месяц.
Событие запомнится – хоть плачь!
Тогда мы в волейбол играли вместе,
И не отбила я тогда свой мяч.
Каков же результат? Смеется Гоша,
Смеяться заставляя остальных.
Мальчишки продолжают даже позже,
И через месяц плюнула я в них!
Ах, возраст! О своем грехопаденье
Я расскажу вам позже, а пока
Опять скажу вам об ужасном зренье,
Сия проблема очень велика!
О школе вспоминаем о начальной
И видимся с учительницей мы.
Еще хожу в кружок я театральный…
Разминка. Не увижу из-за тьмы
Я ту скороговорку, третью слева.
Одну нам раньше нужно повторить,
Но нам Татьяна Юрьевна велела
По очереди много говорить.
И в первый раз тогда я притворилась,
Сказав, что у меня болит живот!
Тогда разминка эта отменилась,
Но вот и день спектакля настает.
Не он, а накануне – то начало
Болезни (очень вовремя!) моей.
Сначала же об этом я молчала,
Ведь подводить не думала людей.
Пойду - лишь посижу на физкультуре,
С болезнью физкультура нелегка…
Сказали о моей температуре:
«Недостает чуть-чуть до сорока!
Причина в чем? Мороженое, может?»
И вот лежать приказывают мне.
Но завтра это просто невозможно,
Ведь сохраню я память о войне!
Пусть наше молодое поколенье
Читало информацию о ней,
О всех великих подвигах, сраженьях,
И думает, что чувства тех людей
Понятны (мы же столько изучили,
Проделали такой огромный труд)!
Но то ошибка: мы тогда не жили.
Надеюсь, меня правильно поймут…
На тех людей мы смотрим с уваженьем
И все-таки пытаемся понять.
Пример сопровождает поколенье,
Как нужно за страну свою стоять!
Была на сцене жертвою блокады,
Следы болезни были на лице.
Мне слабый вид играть уже не надо…
Но как же, как я справилась в конце?
Мы встали и слова свои сказали.
Еще чуть-чуть – со сцены б увели…
Стояли и круги перед глазами
Под музыку. То были «Журавли».
Наверно, от спектакля отказаться
Мне нужно было – карма, мол, не та.
На первом удалось мне постараться,
А со второго я была снята…
Тогда Татьяне Юрьевне сказала:
«Вы, я считала, добрый человек!
Увы, совсем неправильно считала!»
И дверь была закрыта к ней навек.
Никто не понимал, что все серьезно,
Сейчас на лист опять течет слеза!
Вы обижали! Нет, наверно, поздно
Посмотрите всей правде Вы в глаза!
Поймете, эта травма непростая,
Она сломала важную струну.
Хотелось подойти к другому краю
И ничего не слышать про войну!
Есть только вред в насильственной победе
Такого состояния души…
Ведь иногда приходят мысли эти,
Хоть месяц тот тяжелый пережит!
Мы будем говорить еще об этом,
Хоть и прошло совсем не до конца.
Теперь же вспомним, как слюна поэта
Летела до нахального лица.
О жалобах мы, кажется, забыли,
Ведь класс уже не пятый, а шестой!
Зачем-то одноклассники решили:
В беседе я нуждаюсь с Ней Самой,
Что Нонной Этибаровной зовется,
И классная кричала на меня!
Я думала, она-то разберется,
Что был порыв ответного огня…
Но все тогда зачем-то отвернулись,
Еще и волонтеры подошли!
И все в язык английский вдруг втянулись
И выполнить задание могли!
Но только я, отличница, не знаю,
Как этот текст большой перевести…
Пытаюсь. Пальцем в небо попадаю,
Так что ж потом решила я уйти?
Урок пересидела в туалете,
Придумав, что снимаюсь я в кино.
Конечно, я была за то в ответе.
Как было горько! Нынче же смешно,
Что подошла Полина Иванова,
И Лера говорила вместе с ней:
«То проявленье возраста дурного,
С прогулами заканчивай скорей!»
Но в декабре я снова прогуляла,
Тогда английский первый был урок,
И снова Иванова отыскала,
Она опять послала мне упрек…
Сказала, чтоб я с группою другою
Сидела на английском языке.
Ах, что произошло тогда со мною ?
То шаг к моей трагической строке.
Угроза надо мной тогда нависла,
И хуже не бывало никогда…
А летом отрицательные числа
Я изучала – это ерунда,
Простая тема! Можно посложнее,
Чтоб с высоты учебной не упасть?
И так все чувства выразить сумею…
Откуда к цифре пламенная страсть?
Я помню, как влюбилась в уравненья,
А о дробях вы помните рассказ?
С начала школы были столкновенья
И с мальчиком – встречалась я не раз.
Но Он и уравнения – не пара!
По четвергам обычно устный счет.
Все ожидают страшного удара,
Но перед счетом все во мне поет.
Любила я тогда и рисованье,
Но только почему же? Дело в том,
Что верный метод был преподаванья,
Учили управлять карандашом.
Теперь секрет забылся. Как мне жалко!
А даже появился интерес…
Удачно получилася русалка,
И был отмечен мой тогда прогресс.
А разве не могли мне остальные
Сказать, как нужно смешивать цвета,
Когда карандаши нужны цветные,
Когда красивой может быть вода?
Любила я историю России,
Была моя история тогда.
То были отношенья непростые –
У мамочки своя была Орда.
Я это никому не говорила,
Не записала мысли и в дневник.
Несчастье моей маме говорило:
«Молчать! Не нужен нынче нам язык!»
Вы помните, Иосиф Джугашвили
Политику такую проводил…
Но мы его еще не проходили,
Еще Иван Орду не победил,
Поэтому таких ассоциаций
Еще не возникало в голове.
Стал интерес к науке появляться,
Когда прошли мы битву на Неве…
А маме не избавиться от гнета –
Куда самостоятельность ушла?
Где место увлекательной работы?
Орда его пока не отняла,
Но к этому идет. Теперь понятно –
От жизни отстаю на много лет.
Прогресс отметить в этом мне приятно –
Большого отставания уж нет,
Осталось же всего на два столетья.
Но это только нынче, а тогда
Приятно речи слышать было эти:
«И вот ушли ордынцы навсегда».
Ушла и та противная Елена,
Но позже, летом. Строки же о ней
Писала я, искала вдохновенья…
Любила же я всех учителей,
Но лишь одна (достаточно мне взгляда)
Тогда не приглянулась мне совсем.
Сейчас я ей одной опять не рада,
Она приносит множество проблем…
Но о любви мы с вами начинали!
Любила очень город изучать
И говорить, что раньше изучали,
На трудные вопросы отвечать.
Пятерочки – вот прелесть жизни школьной!
Уверенности полной вот секрет:
Молилась я тогда перед контрольной,
Причин для беспокойства просто нет!
Так почему же цифры вдохновили?
Как родилась из них моя строка?
Быть может, просто Доня с Пашей были
Так связаны? Любовь к ним велика,
О Паше говорила я в начале
Сей пятой, всем наполненной главы.
Совсем недавно это вы читали,
Скажите же: а поняли ли вы?
Не поняли – намеков слишком мало.
Читатель мой, оставим диалог!
О Доне я еще не рассказала.
Однажды был такой у нас урок,
Что поменяли все своих соседей,
И с Донею сидели мы вдвоем.
Я думала, меня посадят с Федей –
Отличницу посадят с дураком!
Но двое сильных. Нам одна работа
На весь урок тогда была дана.
По очереди боремся со счетом –
Дорога для двоих теперь одна!
И что мне делать? Доню полюбила,
А он со мной не хочет и дружить!
Ему со мной не так приятно было,
Ведь главное – примеры все решить,
От этого и будет наслажденье!
Работать, числа сложные деля…
Но в жизни трудной было и везенье –
Я помню двадцать третье февраля.
Чтоб кто-то без подарка не остался,
Бумажки тянем. Радостно гляжу –
Ликую я, ведь Доня мне достался!
Теперь ему все чувства расскажу…
Дарю свое я Доне выступленье,
Сейчас не понимаю, почему
Терпела я насмешки, униженья…
Мне кажется, понравилось ему.
Другие же смеялись надо мною:
«Восьмого марта (вот увидишь!) он
Тебе подарит что-нибудь такое,
И будет весь порядок соблюден!»
Не понимаю – в диске что такого?
Я получила ручку от него
И с трепетом свое писала Слово,
Я лучше контролирую его.
Но Доня о подарках тех забудет
В потоке постоянных перемен.
Пишу о многолетнем я этюде
И ставлю подпись: «Альбрехт и Нгуен».
За это мне поставили бы двойку –
Там столько недочетов набралось!
Потом уже тетрадку на помойку
Мне, к сожаленью, выбросить пришлось…
Но это ощущение полета,
Ненужная, забытая беда
И творческая, легкая работа
Закреплены в сих строках навсегда.
Ну вот, я с математикой связала!
Вы помните, о чем был мой рассказ?
Ведь в декабре я «Клетку» написала,
Теперь могу порадовать сим вас!
Тогда уже мечтала о признанье,
Моя тоска чуть-чуть была снята.
Но я не знала – вдруг мое старанье
Заслуживает статус «ерунда»?
Поэтому решила притвориться,
Сказать: «Моей учительнице вдруг
Понадобилось текстом поделиться,
Узнала я его из первых рук».
И мне тогда поверили, сказали,
Что строки получились хорошо.
И вот родные правду всю узнали,
Успех большой ко мне тогда пришел!
Поэтому слова считаю эти
Началом, с них веду я свой отсчет.
Через неделю – «Взрослые и дети»,
Но этот текст никто уж не найдет…
А подражанье пушкинскому слогу?
Я на уроке этим занялась,
Покинула зачем-то я дорогу.
И что, что на другую собралась?
Нет, нет, учебу я не забываю!
Должно быть сочетание дорог,
И пропадать, меня не привлекая,
Не должен из-за этого урок.
Но говорю в порыве вдохновенья
Я маме (на реакцию гляжу),
Что мне совсем не нужно обученье –
Сегодня лучше дома посижу.
И путь к стране вдруг сделался далеким,
Причина для прогула тут нашлась:
Ведь я тогда не сделала уроки,
Другому сочиненью отдалась!
К концу опять зачем-то отдыхаю,
Причину же тогда не поняла.
Двадцать шестое, помню, было мая,
Назавтра же контрольная была.
И вот опять Полина Иванова
Меня ругает, пропуск мой виня!
Конечно же, к контрольной я готова,
Она не будет сложной для меня…
Но староста не может расслабляться,
Ее девиз – «не верь календарю!»
Со школой рановато расставаться,
Так что ж я ей другое говорю?
Тридцатого (сей день – мое рожденье)
Последний был для школьников урок.
Мы обсуждали наши достиженья
И подводили года мы итог.
Готовы к оглашенью результатов,
Торжественный настанет скоро час –
Ах, что такое с общим аттестатом,
Что только две отличницы на класс!
Отличницами стали я и Даша.
Надеялась, так будет и потом…
Надежды обмануться могут наши,
И лично убедилася я в том.
Я, может быть, учебник почитала,
И сразу с геометрией разлад?
Зачем же летом я не отдыхала?
Нет, отдыхала – строчки не хотят
Идти совсем… Зачем же мы о лете?
Со школой то не связано никак!
Но все ж из-за страстей футбольных этих
Я сделала с дороги первый шаг…
Тому причиной было потрясенье,
Оставило в душе глубокий след –
Бразилией пустое увлеченье
В течение бессмысленных двух лет…



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Поэмы и циклы стихов
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 11
Опубликовано: 26.05.2019 в 08:28
© Copyright: Инна Альбрехт
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1