ПЕТЕРБУРГСКИЙ РОМАН. Есть в этой девочке приятность. 5.



                                                                       Глава 4.

                                                 Есть в этой девочке приятность.


        Евгений Александрович имел особые права на Машу – он работал на Вольского, и Владимир Пав­лович считал его чуть ли не своим сыном. Родился Раевский где-то под Сочи, в тех же местах окончил и экономический университет. Переезжая жить в Петер­бург, он сразу устроился на службу в почти заштатную структуру мегахозяйства Владимира Павловича. Уже че­рез пару месяцев Вольскому доложили, что один из его подчинённых в считанные секунды ухватывает суть лю­бых денежных операций, мгновенно «выстреливая» не­сколькими, едва ли не гениальными, советами, следуя которым, можно было бы, при удачных обстоятельствах, извлечь пользу в распутывании целой обоймы непри­ятных для «империи» противоречий. Владимиру Пав­ловичу Раевский понравился – смугловатый отте­нок кожи, вытянутое красивое лицо с большим лбом, и характер – к привычным признакам изощрённости ума жителя курортных побережий, Евгений Александрович обладал, вдобавок, совершенно неизбывным хладнокро­вием, не смущаясь в любой ситуации и не теряя запаса эпатажной иронии. Вольский взял его под своё крыло и ввёл в круг самых приближённых «поручен­цев». Он стал ему многое доверять, и хотя Раевский иногда самостоятельно принимал решения, отличные от указаний шефа, тот не устраивал помощнику разносов – результат комбинаций всегда оказывался самым жела­емым, и Вольскому оставалось только удивляться интуиции подопечного.
     В свои двадцать семь лет Евгений Александрович жил по-холостяцки беспечно. От умершей тётки, по завещанию, ему досталась квартира на Гороховой, куда он редко кого приглашал. Гостей же собирал раз или два в неделю в снима­емой двухкомнатной квартире у Витебского вокзала – здесь он поселил троюродную сестру своей матери, женщину, пре­данную ему безраздельно. Она выполняла все его распоря­жения; а в часы прихода Раевского исчезала из дома на на­значаемое им время. Раевский и Тёма в первую же встречу почувствовали взаимную неприязнь. Открыто, впрочем, ни тот, ни другой её не проявили – Евгений Александрович, не видя в чудаковатом торговце соперника, ограни­чился лишь бесцеремонным разглядыванием его костюма; а Тёма, в свою очередь, оставшись с Машей тет-а-тет, настой­чиво пытался убедить её не иметь никакого дела с людьми, у которых такие холодные глаза.
  Поверенным в своих сердечных делах Маша выбрала Бахметова – в порывах откровенности, иногда и пла­ча, она выкладывала ему то, что не рассказала бы и своей закадычной подруге Кате, знавшей её чуть ли не со времён пелёночного соседства. Бахметов доверием был тронут и, по возможности, деликатно выполнял миссию исповедни­ка. Была, однако, ещё одна причина, тянувшая его в дом Маши, – здесь он надеялся лишний раз увидеть ту самую Катю. Маша об этой причине догадывалась, и даже чуточку обижалась.
    Катя почти каждый день забегала к Маше в гости, бла­го, жила отсюда лишь в пяти минутах ходьбы. Подруги сильно различались характером. Катя была чрезвычайно деятельна, и не оставалось, наверное, минуты, чтобы она не спешила куда-то, не сочиняла стихи, с кем-то не разговаривала, и у неё всё это получалось легко и с улыбкой. Владимир Павлович, с интересом вглядевшись как-то в лицо Бахметова, следящего за игрой Кати на рояле, обронил:
     – Есть в этой девочке приятность. А знаешь, что меня всегда больше всего привлекало в таких юных богинях? При всём ощущении безграничной силы красоты своей и обаяния, они ещё стараются прожить (заметь, сознательно!) каждую свою минуту красиво – красиво потя­нуться утром в постели, красиво остановиться и повернуть головку, красиво сыграть Шопена или просто подтянуть чулочек. Причём, делают они так, даже когда на них ни­кто и не смотрит – какая-то форма собственного удоволь­ствия. Слушай, ты её не отпускай, если сможешь, – вдруг добавил он. – Очень редкий экземпляр. Таких, как она, донжуановской самодостаточностью или какими-нибудь вздохами не возьмёшь – слишком мелко... Ей ещё и идея нужна, ну, естественно, при этой самой самодостаточно­сти. Она тебе нервы ещё помотает...
     Между Бахметовым и Катей ещё в дни первого приезда установились пронизанные явной симпатией, хотя и стран­ные отношения. Месяца три Сергей Александрович вообще ходил за ней, как телёнок на привязи, – Катя таскала его на ипподром, концерты симфонической музыки и съезды бильярдистов. На признания Бахметова в чувствах Катя смеялась, осыпая поцелуями его лицо и шею; но лишь толь­ко сам он пытался её целовать, с шутливым кокетством она уклонялась от объятий и укоризненно качала головой. Иногда, под разными предлогами, Катя чуть ли не неделями могла избегать с Бахметовым встреч, и это его ужасно мучи­ло; потом, как ни в чём ни бывало, опять допускала его к себе, и Бахметов забывал дни страданий. Такая неопределённость положения некоторое время удручала Сергея Александро­вича, и он даже впадал в депрессию, раздражаясь от пустя­ков и часами подряд мрачно глядя в потолок. Во время этих раздумий он, наверное, всё же что-то для себя сообразил и перестал бегать за Катей, просто удовлетворяясь теперь воз­можностью встречаться с ней время от времени в её доме или у Маши.
    Хотя это могло казаться странным и парадоксальным, но новые обстоятельства Сергею Александровичу нрави­лись, и он уже не вспоминал уютные годы жизни в Баварии. По характеру своему Бахметов был стоик, но легко было быть стоиком в Германии! От созерцания петербургских картинок Бахметов окончательно перестал что-либо понимать – с него почти сразу слетел приобретённый за последние десять лет глянец европейской холёности и самодовольного успокоения, вместо этого сердце захлестнуло ощущение зыбкости и не­реальности происходящего вокруг. По собственному призна­нию, его привычные жизненные понятия словно бы треснули в нескольких местах, и в образовавшиеся щели потянуло сквоз­нячком какого-то иного смысла, свежестью «российского кос­моса». Фраза, может, была и глупая, но, в некоторой мере, от­ражала тогдашнее состояние Бахметова.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Роман
Ключевые слова: ПЕТЕРБУРГ, РОМАН, РОССИЯ, ЗАПАД, БАХМЕТОВ, РАЕВСКИЙ, АДИК КОЗОРОЕЗОВ.,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 15
Опубликовано: 24.05.2019 в 16:30
© Copyright: Александр Алакшин
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1