ПОЭЗИЯ Юлия Котлер


ПОЭЗИЯ   Юлия Котлер
Котлер Юлия Исаевна родилась 11 июня 1981 года в г. Новый Буг. С пяти лет живёт в Керчи. Окончила общеобразовательную школу № 17, музыкальную школу № 3 по классу вокала и три курса ТНУ им. Вернадского по специальности английская филология.
Стихи пишет с восьми лет. Участвовала во многих конкурсах (лауреат I степени общекрымского поэтического конкурса «Крымский орнамент»). Печаталась в «Лире Боспора» (все выпуски), «Polus – Крым», «Истоках», в «Литературном Крыме». Авторские поэтические сборники "Вдохновение" (Одесса, 2000 г.), "Зеркалогия" (Керчь, 2011 г.). Член Союза русских писателей Восточного Крыма.


КОНЦЕРТ ДЛЯ ЛЮБВИ С ОРКЕСТРОМ
(Вне законов жанра. Вне всяких законов)

1

(фортепиано)

Мир перед ней обнажённым роялем.
Чудо чудес, да и только!
И никаких тебе рыбок инь-яней,
И никаких тебе, брат, пентатоник.

Только смешенье цветов и религий.
Чье-то страдание ей лишь разминка.
Лица её - гениальные лики:
Горовиц - ловчий, тапёр - Артемида.

Каждый пред нею затравленным зверем
Затрепетав, цепенеет струною.
От красоты её мигом трезвеют,
Только вот кровь остается хмельною.

Взяв на сердцах наших пару аккордов,
Делает вид, что куда-то уходит.
Словно рефлекс, оставаясь в подкорке,
Снова свою начинает охоту.

И отзвеневшие жилы рояля,
И надоевшие жизни людские
Вспомнит она через месяц едва ли.
Разве что горб лакированный вскинет

Крылоподобно рояль-Квазимодо,
Вечно висящий в своей колокольне.
Всё же романтика вышла из моды...
Как это горестно, как это больно!

Без дирижера, без ссоры, без крови...
Тяжко лежит черепаха ферматы
Черепом, панцирем полным сокровищ -
Тех, что так тщетно искали пираты.

Костью слоновой на белых ступенях -
Полуязыческой, полуцивильной -
Море, чуть сдавленно в прорезях пенясь,
Давит рассветов рубиновых вина.

Чувствую телом: я - клавиатура.
Клавиатура - сознание наше.
Мир разлетается... Входит сутулый
Абрис любви-пианистки с ягдташем.

2

(скрипка)

Это то, что рождает разум
В причудливых формах чувств.
Это то, что уходит корнями
В потусторонний мир.
Это то, что не прекратится
Даже если я замолчу.
Это то, что случается между
Богоизбранными людьми.

Это тоньше струны скрипичной,
Это крепче удавьих уз.
Это словно у Паганини
Появилось еще пять рук.
Это то, что с блестящей памятью
Не выучить наизусть.
Это то, что появляется
И уходит из жизни вдруг.

Это корпус, изгиб вишнёвый -
Обесструненный, но живой.
Это, кажется, прикоснешься -
Разлетится в прах голубой.
Это то, что жильём и храмом
Избирает себе живот.
Это то, что звучит как скрипка,
А на самом деле - Бог.

3

(флейта)

Федра билась в веточке флейты.
Удавилась на флейте ветки.
Сумасшествия цвет - фиолетовый.
Цвет любви, божества - навеки.

И нежнейший из звуков - шёпот.
И тишайший - змеиный лепет.
Здесь губами играют, чтобы
Не спугнуть молодое лето.

Признаваться в любви на флейте,
Задыхаясь её цветеньем.
Протяните же Федре ленту -
Не удавку, а откровенье.

4

Увертюркода
(и наоборот)

Охоты азартик потеющих пальцев,
Холодных висков и дрожащих поджилок.
О ком-то слагают сюжеты при жизни,
А кто-то не сможет и «там» отоспаться.

Я флейту беру, хоть играть не умею.
Из скрипки тем паче не выдавлю ноты.
Но клавиши эти - как будто знаменья:
Любовь поддаётся, минуя черноты.

Минуя пробелы кивков дирижерских
(Любовь не бывает по нотам - так скучно).
Но мы черно-белую азбуку учим,
Ведь мир, как рояль, гонорист и прожорлив.

Оркестром извилин, встряхнув громогласно,
Мы можем найти объяснение тайнам.
Где медная группа - там медные ласки.
Где рёбра пюпитров - там правда простая.

Античные федры в сегодняшних лицах.
Любовь говорлива, коль в теле поэта.
Так пусть же она до скончания света
К светилу несётся в своей колеснице.

ЗОНТИКИ-САМОЛЁТЫ

Прикована каждой слезой к тебе.
Твоя же цепочка не я.
Цветной перепонкою зонтика
Раскроется город-ноябрь.

В двух слепо-немых измерениях
Мы вместе закроем глаза,
Почувствовав сердцем: два времени
По лезвиям взлётных скользят.

Два неба нас травят издёвкою.
В двухтысячном небе пустом
Дорога покажется долгою,
Но встретимся мы на седьмом.

Огни тополей по обочинам...
По взлетной крылатым зонтом
К тебе побегу в многоточии
Извечной любви ни за что.

Под самым мерцающим куполом,
В прожилках ветвящихся спиц,
Луна бледным личиком кукольным
С глазами открытыми спит.

Зонт неба слезится прорехами.
Нелётной погоды сезон.
Проносится авиареками
Продрогший до косточек сон.

Дыханьем, из рук моих рвущимся -
К тебе, безнадежно к тебе -
Парят самолётики душами,
Берущими в бездне разбег.

Ты видишь - сквозными аккордами,
Цепляясь цепями шасси
За землю, пока ещё твёрдую,
Из всех угасающих сил

Висят в межстихийной неясности,
Похожей на трепет любви,
Сердца в послесловии пасмурном
Дождей, листопадов, лавин.

Мы тоже прольёмся - два ласковых,
Два порознь живущих дождя.
Израненным зонтиком-ласточкой
Ноябрь мелькнет, уходя.

Слепые зонты-самолётики
Ветра межсезонные гнут.
Опять в суматохе предвзлётной я
Забыла ремни пристегнуть.

Посадка. Еще налетаемся...
Мой рай здесь - в предсмертном рывке.
Полёты чреваты летальностью
Неостановимой никем.

Нас двое. Вздыхаю поникшая.
Зонт моросью сизой обвит.
До сердца, до дрожи, до ниточки
Промокла под ливнем любви.

МЕЖДУ СТРОК
                                Владимиру Набокову

В цветочной пыльце утопает румяное небо…
Льняной холодок над росистой травою течёт.
Из книжки зачитанной вряд ли получится невод.
Но, думаю, что без сомнения выйдет сачок.
В распахнутых настежь дверях, к косяку прислонившись,
Забытые тени любимых стоят в тишине.
Из мыслей разорванных вряд ли получится ниша,
Но, думаю, что без сомнения выйдет сонет.
Мы - дети, бегущие прямо в июньское солнце.
Мы - фениксы счастья, дрожащие в чьих-то руках.
Из долгой истории вряд ли получится зонтик,
Но, думаю, что без сомнения выйдет гамак.
Безумные звёзды, в чернильной ночи замаячьте!
Кораблики смогут доверчиво курс прочитать.
Из ниточки жемчуга вряд ли получится мачта,
Но, думаю, что без сомнения выйдет мечта.

ВЕСЫ
                              Марине Цветаевой

Не из ребра, не из солёной пены,
А из неравновесия весов,
Одна ладонь которых постепенно
Тобою перевешенной вселенной

Разбила веско времени висок.
И стала ты весами мирозданья -
Крылатыми и трудными как суд,
Сносящими лишенья и страданья,

Пощёчины любви и подаянья,
И отчужденья горестную суть.
Плечами, подмечая как очами
Вес и весомость вёсен и высот,

Весь век свой так пришлось тебе качаться,
С печалью понимая, что нечасто
На точность и отмеренность везёт.
Отмеренность щедротами увечий,

Отмеченность безумием любви -
К любому, пошатнувшемуся в вечность,
Примерившему пышноцветный венчик -
Пусть даже он к разлуке скорой свит.

Для пальцев, как для маленьких аптечных,
Лекарство отмеряющих и яд,
На чашечках холодных легкоплечих:
Грамм - умертвит, а может быть излечит -

Любовь всегда на ощупь как своя.
Фемидины слепые - мгла разлуки -
Качаются, чуть ветер припадёт
К их полюсам. Слеполетящий случай

Разносит предсказания как слухи
И письма с опозданьем раздаёт.
Не знавшая смиренья, мира, меры -
От всех весов взяла ты по чуть-чуть:

Входила в предназначенные двери
Отпущенной тебе беды и веры,
Отмеренных тебе дорог и чувств.
Но лишь у тяжкоруких у базарных,

Привыкших к торгу, гирям и костям
Разбитым, перемытым - ты в гостях
Всегда была с огромными глазами,
Струящимися ввысь как гордый стяг.

Ни ржавчины, ни будней не приемля -
Воздушный знак - подкожный водяной -
Ты выбрала эфир, отвергнув землю,
И кислород - из эмпиреев зелье,
И даже смерть - в полёте над землёй.

* * *

Я - бойцовский Петух,
Из огня возносящийся ввысь.
Я - искрящийся воздух,
Из дерева тянущий пламя.
Я в бою неуступчив,
Но знаю, что выживу -
Даже если придётся для этого
Мне умереть.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Стихи, не вошедшие в рубрики
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 8
Опубликовано: 06.05.2019 в 21:54
© Copyright: Лира Боспора Керчь
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1