Возвращение - часть 10


Возвращение - часть 10
Когда летучий корабль, ставший уже совсем крохотным, вошёл в сумрачную стену, я ещё некоторое время словно зачарованный смотрел ему вслед. Неожиданно померещилось, что туман, словно живое существо, напоминающее какого-то смутно знакомого толстяка, с наслаждением пожевал губами, поглощая излюбленное лакомство. Привидится же такое! Я тряхнул головой, прогоняя странное наваждение, и решил всё же поговорить с Гунаром, который после отправки экспедиции сразу вернулся в мэрию, ссылаясь на неотложные дела. Радостное возбуждение на площади уже спало, и успокоившиеся горожане начали постепенно расходиться. От стены возвращались летучие провожатые. Жизнь входила в привычную колею.
В здании мэрии было тихо, как обычно. Меня это всегда несколько удивляло, поскольку во всех административных зданиях, которые я помнил из своей прошлой жизни, царил постоянный неумолчный шум, состоящий из голосов, шарканья, стуков, шуршания, щелчков и обязательных многоголосых звонков телефонов. Здесь же ничего подобного не было. Казалось, сотрудники мэрии старательно сохраняли режим абсолютной тишины.
Постучав легонько в дверь кабинета советника по гражданскому праву, я открыл её и вошёл внутрь.
Склонившись над большим столом, Гунар сосредоточенно изучал какую-то развёрнутую схему, лежавшую перед ним. Оторвавшись от неё и увидев меня, он слегка недовольно поморщился, но голос как всегда прозвучал приветливо:
- А, это вы, Сергей... заходите. С чем пожаловали?
Подойдя к столу и обменявшись рукопожатием с хозяином кабинета, я, не удержавшись от любопытства, скосил глаз на схему. Как мне показалось, это был план здания мэрии с какими-то разноцветными ломанными линиями, расходящимися от него в разные стороны. Одна из них, отмеченная ярким красным цветом, уходила дальше всех, скорее всего даже за пределы города.
- Извините, не хотел помешать, - сказал я. - Наверное, вы были заняты чем-то важным, а я вас от этого оторвал.
- В каком смысле?
Я указал на схему.
- Это что, план мэрии с какими-то коммуникациями?
- Ах, это... - Гунар беззаботно махнул рукой, изображая на лице полнейшее равнодушие, но в глазах его блеснула настороженность. - Не обращайте внимания. Это сущая ерунда... нашёл в старых завалах план нашего здания и решил взглянуть на него из простого любопытства. Но, увы, ничего сколько-нибудь интересного не обнаружил - совершенно бесполезная, никому не нужная старая бумажка...
Советник быстро сложил схему, отнёс в сейф и запер его на ключ.
"Зачем же в таком случае ты, хитрец, спрятал её в сейф?" - подумал я, а вслух произнёс: - Летучий корабль уже вошёл в сумеречную стену, так что теперь остаётся только ждать их возвращения.
- Да, будем надеяться, что экспедиция принесёт нам хорошие сведения, - с энтузиазмом подхватил советник, возбуждённо потирая ладони. - А если даже результат окажется нулевым, то что ж, в таком случае больше не придётся тратить зря силы, средства и драгоценное время на новые экспедиции.
- Но ведь, даже если не получится в этот раз, попытки не стоит прекращать, - возразил я.
- Почему? - полюбопытствовал Гунар, пристально глядя на меня.
- Ну... другие миры ведь существуют на самом деле, я же сам оттуда, значит, дорога к ним обязательно должна существовать. Если не по воздуху, то каким-нибудь другим способом.
- Например? - насторожился советник.
- Допустим, не известные нам пещеры в горах... вот Воронин рассказывал, что они с Серым пришли из какого-то древнего лабиринта, который обрывается в пропасть. Но ведь когда-то он наверняка шёл дальше и, возможно, у него был выход... Кстати, на той схеме, что вы разглядывали перед моим приходом, вполне может оказаться какой-нибудь давно позабытый подземный ход.
- Ах, оставьте, Сергей, - недовольно отмахнулся Гунар. - Вы же взрослый человек, а рассуждаете, как мечтательный мальчишка: когда-то... где-то... возможно... мы уже всё перепробовали, и эта экспедиция наша последняя попытка.
- Но ведь...
- Всё. Достаточно на сегодня предположений, - советник решительно припечатал ладонью крышку стола. - Сперва дождёмся результатов экспедиции, благо она не долгосрочная, а уж дальше будем решать. Вы за чем-то пришли ко мне?
- Да вот не знаю, как и сказать...
- Говорите уже как есть, не томите.
- В общем-то, меня вчера чуть не убили.
Гунар от неожиданности замер на месте и даже глаза вытаращил, на несколько мгновений потеряв дар речи. Затем в его глазах промелькнула какая-то мысль. Недоверчиво усмехнувшись, он с деланной строгостью погрозил мне пальцем.
- Ну, вы и шутник, Сергей! Не пугайте меня больше так.
- В том-то и дело, что никакая это не шутка...
И я весьма подробно изложил историю происшествия, случившегося поздним вечером, умолчав лишь о предположениях и догадках друзей. По мере моего рассказа физиономия советника постепенно вытягивалась от изумления, да так, что к концу повествования я уже начал опасаться за сохранение её правильных пропорций.
Когда я умолк, в кабинете повисла напряжённая тишина. Гунар наконец-то закрыл рот, озадаченно почесал в затылке, ещё раз окинул меня испытующим взглядом, после чего зачем-то подошёл к окошку и долго сосредоточенно смотрел на площадь перед мэрией, словно там именно в этот момент происходило нечто невероятно важное. Наконец, обернувшись ко мне, он спросил:
- Вы точно уверены, что всё произошло именно так?
- А с чего бы я путал?!
- Ну, мало ли... может, выпили с друзьями лишку, вот и померещилось, - предположил советник. - Поверьте, такое случается со всеми рано или поздно.
- Да не пили мы вчера совершенно, хотя хозяин "Красной утки" даже за счёт заведения предлагал.
- Гм... а Перцу об этом... происшествии сообщили?
- Не успел, да и, честно признаться, не хотел перед самым вылетом его беспокоить.
- Да-да... это вы молодец... это правильно...
Впервые за всё время моего нахождения в городе я увидел советника по гражданскому праву таким растерянным. Хоть он и хорохорился, пытаясь сохранить уверенный вид, но явно не понимал, что происходит на самом деле. По всему было понятно, что сам Гунар совершенно точно ничего не знал и не имел к нападению никакого отношения. Мне даже стало его немножко жаль.
- А... скажите, Сергей, не было ли у вас в последнее время каких-либо конфликтов с кем-нибудь из горожан?
- В каком смысле?
- Ну, допустим, спор из-за женщины... это я так, к примеру, или ещё по какой причине...
- Да нет. В городе я ни с кем никогда не ссорился и вообще, как говорится, в чужой огород не лезу.
- Странно...
На Гунара жалко даже было смотреть. В этот момент он выглядел совершенно растерянным и подавленным, поэтому я решил подбросить ему спасительную ниточку:
- Может быть, это какие-нибудь повстанцы? Допустим, рискнули совершить ночной налёт на город...
- Нет-нет, об этом не может быть и речи, это совершенно исключено! - решительно возразил советник. - Вы же знаете, что все повстанцы уроды, среди них нет умеющих летать... извините, это не относится к вам и другим, пришедшим извне...
- Откуда вам известно? Может у них дети рождаются с этими способностями?
- Ах, оставьте, Сергей, вы не понимаете, о чём говорите, - в сердцах воскликнул Гунар. - Какие дети?! Какие полёты?!
Но тут, словно опомнившись, он мгновенно успокоился и с привычной доброжелательной улыбкой поспешил меня заверить:
- Впрочем, наш долг - всё проверить, так что не волнуйтесь. Когда вернётся шеф охраны, он проведёт тщательнейшее расследование, и мы обязательно найдём виновников и спросим с них со всей строгостью, уж поверьте мне на слово!
Собственно, на этом наша беседа окончилась. Больше говорить было не о чем, поэтому, попрощавшись, я направился к двери, но советник остановил меня и посоветовал:
- Кстати, Сергей, до возвращения господина Перца не выходите в тёмное время на улицы, на всякий случай...
- Но ведь я же по вечерам играю в "Красной утке", и мои выступления заканчиваются очень поздно.
- А ничего страшного нет. Зайдите прямо сейчас к Бэримору и передайте, что я освободил вас от вечерней работы в ресторане э... скажем, на пять дней.
- Если спросит по какой причине, что мне ему ответить?
- Не спросит. Но если вдруг... тогда посоветуйте ему узнать об этом у меня. Скажите, мол, служебная тайна. Только о том, что вчера случилось никому пока не рассказывайте. Договорились?
Я кивнул и вышел из кабинета.
Сообщив хозяину "Красной утки" о распоряжении советника по гражданскому праву относительно моего освобождения и не услышав по этому поводу никаких возражений, я направился к Инге, которая ещё должна была быть свободной до вечера.
Поднявшись на третий этаж угрюмого подъезда, в котором находилась её квартира, я осторожно постучал и прислушался, но никто не отозвался. Тогда я постучал громче, и вскоре из-за двери донеслись приближающиеся шаги.
- Кто там?
- Инга, это я - Сергей.
Мягко щёлкнул замок, и дверь отворилась. На пороге стояла запыхавшаяся Инга в облегающем спортивном костюме. Она шагнула в сторону, пропуская меня внутрь.
- Проходи пока на кухню, я сейчас...
Она выглядела слегка раскрасневшейся. Волосы, первоначально собранные на затылке в тугой узел, сейчас немного растрепались, и несколько прядей свисали на лицо.
- Ты что, спортом занималась? - не удержался я от вопроса.
- Можно и так сказать, - усмехнулась девушка, поправляя волосы и закрыв дверь. - Танец репетировала. Я тут кое-что придумала, поэтому нужно будет сегодня попробовать несколько новых фигур, только я должна их ещё немного доработать...
- А ты можешь пока особо не торопиться, всё равно несколько дней танцев не будет.
- Почему? Что случилось?
Инга тревожно сдвинула брови и взяла меня за руку.
- Да так... мне Гунар выходные дал.
- В честь чего это, хотелось бы знать? Ты что-то явно не договариваешь, я же чувствую... - девушка пытливо заглянула мне в глаза и строго потребовала: А ну, выкладывай всё как есть!
Ну что тут поделаешь, если на тебя смотрят такими чистыми глазами, тем более - такими красивыми?! И я, конечно же, выложил ей всю правду, только напоследок попросил, чтобы она никому об этом не рассказывала. Инга слушала очень внимательно, не перебивала, а когда я закончил, она задумалась всего лишь на несколько мгновений, а затем убеждённо произнесла:
- Это Перец!
От такого заявления я, признаться, едва не остолбенел.
- С чего это ты вдруг решила?!
- Да ничего не вдруг! Я уже давно приметила, какими глазами он на тебя смотрит.
- Ну и какими?
- Так, словно он тебя ненавидит.
- Да за что? Ведь для этого должны быть хоть какие-то основания, какая-нибудь причина, а её нет, - возразил я.
- Это ты, наивный, так думаешь. А я чувствую...
- Постой, - перебил я Ингу. - Но ведь Перец не летает, и мне кажется, что он никогда и не умел, хотя скрывает это ото всех.
- А ему совершенно необязательно самому летать. У него вон сколько помощников и холуёв в услужении находятся. Достаточно пальцами щёлкнуть - и тут же найдётся целая куча желающих выполнить любое его поручение.
- Гм... вполне возможно, однако, не понимаю, за что бы ему меня так ненавидеть, чтоб убийство замышлять? Должно же быть хоть какое-то мало-мальски логичное объяснение.
Инга задумчиво потеребила упрямую прядь волос, настырно пытающуюся закрыть ей глаз, и направилась в кухню, позвав за собой. Устроившись на табуретке у стола, я молчаливо наблюдал за её действиями. На столе появились две чашки, которые хозяйка наполнила прохладным компотом, и тарелка с мелкими печенюшками, очевидно, собственного приготовления. Попробовав их, я понял, что танцует Инга не в пример лучше, чем готовит, но всё же решил похвалить на всякий случай.
- Вкусные печеньки. Не знал, что ты ещё и готовить умеешь!
- Брось, Сергей, врать ты совершенно не умеешь - у тебя всё на лице огромными буквами написано, - с улыбкой отмахнулась Инга. - Кстати, на самом деле печенье диетическое и низкокалорийное, поэтому вкусным оно никак не может быть. А вот по поводу нелюбви к тебе со стороны Перца у меня кое-какие соображения появились...
- Говори, любопытно будет послушать.
- Я вот заметила, да только сразу не придала значения тому, что с тех пор, как ты начал играть по вечерам в "Красной утке", люди стали постепенно и незаметно меняться...
- Ну ты скажешь! Что я, чародей какой новоявленный? Нет, это тебе всего лишь показалось.
- Ничего не показалось. Просто ты мужчина и, возможно, в самом деле пока ещё ничего не заметил, но мне-то виднее. Ты же знаешь, какое в городе отношение к женщинам?
Я неуверенно кивнул.
- Здесь к женщинам относятся с таким пренебрежением, словно они, если и люди, то никак не первого сорта... уж я-то знаю не понаслышке, - продолжила Инга. - Раньше меня вообще никто не замечал и не здоровался, а если нужно было что-то заказать, то просто кричали "Эй, девка, поди сюда!" А сейчас даже иногда по имени называют, а то бывает и на улице поздороваются, чего раньше вообще никогда не бывало.
- Так это, скорее всего, потому что ты великолепно танцуешь, - предположил я. - Раньше ведь никто об этом не догадывался. А я здесь совершенно ни при чём.
- Ещё как при чём! - упрямо возразила девушка. - Я-то вышла танцевать лишь потому, что ты так играл в тот вечер... до этого у меня и в мыслях подобного не было. А зрители тогда на меня и внимания не обратили, потому что были заворожены твоей игрой. Это оказалась настоящая музыка, пробуждающая чувства... и мысли, наверное. Ведь, если вспомнишь, в зале, когда ты заиграл, воцарилась тишина.
- Ну, допустим, не сразу...
- А ты что, хотел чтобы люди, до этого не сталкивавшиеся с настоящим искусством, сразу поняли его и приняли?! Нет, так не бывает, всему положено своё время. Зато теперь они с нетерпением ждут твоих выступлений...
- Наших, - поправил я.
- Пусть будет так, но в первую очередь всё же твоих, потому что музыка постепенно их преображает. Ты заметил, что последнее время в ресторане никто не кричит, не ругается и почти не происходят драки, хотя раньше каждый вечер случалось по несколько?! Люди стали вежливее и даже отъявленных пьянчуг поменьшало.
- Если так, то это здорово! - улыбнулся я. - Только не пойму, разве это может вызвать недовольство у Перца. Наоборот - он же шеф охраны порядка, поэтому должен быть доволен.
- Экий ты наивный до невозможности, - укоризненно покачала головой Инга. - Перцу не порядок нужен, а власть. За неё он убить может, не моргнув и глазом!
- Но я же не претендую на власть...
- Конечно нет, но твоя музыка заставляет людей задумываться о том, почему всё так, а не иначе, почему в городе такая власть, а не иная и особенно о справедливости, а вот этого Перцу совсем не хочется. Ведь человек думающий постепенно становится умным, а умные нам не надобны, как говорилось в одной книги, надобны верные...
- Где-то я это уже читал... кажется, у Стругацких.
Инга пожала плечами и продолжила:
Перец чувствует исходящую от тебя, вернее, от твоей музыки явную угрозу сложившемуся за долгие годы положению, которое его вполне устраивает. Вот он и пытается тебя нейтрализовать любыми способами. Запретить играть не может, а так... вроде бы несчастный случай, при этом сам Перец как бы и ни при чём.
Инга умолкла, а я ощутил, как по спине лёгкими холодными пальчиками пробежался предательский страх. Играть и петь героические баллады, представляя себя благородным рыцарем без страха и упрёка, это одно, а вот реально ощутить дыхание смертельной угрозы - это совершенно иное. Я ведь, честно признаться, героем никогда не был.
- Что же мне делать?
Этот вопрос сам собой слетел с моих губ.
Инга сочувственно улыбнулась, затем подошла и села на колени. Пригладив мои волосы и заглянув в глаза, она прошептала:
- Пока послушайся совета Гунара, а когда вернутся твои друзья из экспедиции, посоветуйся с ними. И вообще, как мне кажется, нужно искать выход из долины...
Её глаза приблизились, словно два тёмных омута, в которых я моментально и безвозвратно утонул...

* * *

Поглотившая летучий корабль тьма внутри оказалась не такой уж кромешной. Здесь царил лёгкий размытый полумрак, в котором всё же были видны предметы и люди, подобно тому, как всё выглядит в вечерних туманных сумерках. Почему-то стало очень тихо и прохладно. Не ощущалось движения воздуха, не было ни малейшего дуновения ветра. На стёклах дыхательных масок и окружающих предметах начали образовываться мельчайшие капельки влаги. И ещё, что было совсем уж странно, совершенно пропало ощущение движения, словно бы корабль внезапно остановился и беспомощно повис в каком-то огромном мрачном ангаре, хотя двигатель и продолжал работать.
- Что это такое? - осторожно спросил Серый, озираясь по сторонам. - Где мы очутились?
Воронин пожал плечами и пробормотал:
- Хотел бы я тебе объяснить, да только и сам в полнейшей растерянности... такое ощущение было, словно нас какое-то неведомое чудище проглотило... только на внутренности живого существа это не очень-то походит...
Остальные тоже начали приходить в себя. Перец нервно стискивал рукоять пистолета, испуганно вертя головой во все стороны. Якоб прижимался спиной к стойке управления кораблём так, словно хотел полностью втиснуться в неё. В его глазах отражался неподдельный ужас, а губы слегка подрагивали и кривились. Казалось, ещё чуть-чуть и он заплачет. Один только здоровяк Джим неторопливо озирался и растерянно почёсывал свою квадратную челюсть - похоже, до него единственного ещё не полностью дошло происходящее.
- Чего таращишься?! - прошипел Перец, толкнув его локтем в бок. - Гранату бросай!
- Куда? - недоумённо переспросил Джим.
- За борт, болван! Может, это скотина тогда нас отпустит...
Здоровяк с тупым выражением глянул на своего шефа, пожал плечами, кивнул и, не долго думая, швырнул гранату за борт корабля.
- Стой! - запоздало крикнул Воронин.
Но граната уже полетела вниз. Все замерли, напряжённо ожидая мощного взрыва и тряски, однако проходила секунда за секундой, но ничего не происходило. Джим осторожно подкрался к борту и выглянул за него. Какое-то время он внимательно всматривался вниз, затем обернулся и развёл руками.
- А ты чеку из гранаты выдернул? - поинтересовался Воронин.
Здоровяк с удивлением посмотрел на свои ладони и, отрицательно мотнув головой, признался:
- Ой, забыл...
- Ну и слава Богу, - облегчённо вздохнул солдат. - Иначе сейчас тут такое было бы...
Кажется, до Перца тоже дошло. Он вытер рукавом лоб и стёкла дыхательной маски, пристально посмотрел на Джима, а затем махнул рукой, не найдя подходящих слов. Поднявшись на ноги, Перец тоже подошёл к борту и посмотрел вниз. В этот момент что-то глухо ударило сверху по оболочке с газом. Все мгновенно вздёрнули головы, и успели заметить, как мимо них вниз пролетел какой-то небольшой круглый предмет.
Серый и Воронин быстро переглянулись.
- Похоже, это была граната, - неуверенно произнёс солдат. - И кажется, наша...
- Как это может быть? - подал голос Перец. - Наша улетела вниз, а эта упала сверху. Может, на нас кто-то напал?!
Он осторожно высунулся за борт и посмотрел вверх, держа наготове пистолет, но ничего подозрительного не заметил. Вокруг всё так же царил полумрак, в котором ничто не двигалось.
- Эй, Якоб, ну-ка слетай на разведку, - приказал Перец. - Посмотри, что там сверху.
Летун хотел было возразить, но поймав стальной взгляд начальника, обречённо кивнул и, плавно взмыв над палубой, вылетел за борт. Настороженно озираясь по бокам, он начал подниматься вверх и вскоре скрылся из виду.
Затаив дыхание, все старательно прислушивались, но оттуда, где скрылся Якоб, не долетало ни звука. Вскоре он появился с другой стороны корабля, облетев его поверху. Летун мягко опустился на палубу и беспомощно развёл руками.
- Там ничего нет, всё закрыто такой же завесой, как и вокруг нас...
Перец что-то раздражённо пробормотал себе под нос, а затем, внезапно вскинув пистолет, выстрелил вперёд, туда, куда направлялся корабль до внезапного пленения. Это произошло так стремительно, что никто не успел и шелохнуться. Что-то взвизгнуло возле самого уха Серого, и от деревянной стойки с сухим треском отлетела щепка.
Перец тотчас присел, укрываясь за стойкой управления и нервно поводя стволом пистолета из стороны в сторону.
- Ложись! - гаркнул он.
Все дружно упали на палубу, ожидая выстрелов, но их не последовало. Вокруг царила всё та же тишина. Ничто не двигалось, хотя... что-то всё же произошло - тёмная сумрачная субстанция, окружавшая команду со всех сторон, внезапно дрогнула и начала медленно ползти к корме, постепенно набирая ход. Ещё мгновение - и кокон тьмы соскользнул с корабля. Он начал стремительно удаляться, а параллельно ему, словно близнецы, двигались такие же тёмные силуэты, постепенно расходясь в разные стороны и растворяясь в клубах тумана, который теперь по сравнению с мраком казался очень светлым.
Серый даже чуток подался за ними, пристально вглядываясь в такие знакомые силуэты, и внезапно, обрадованно хлопнув себя ладонью по лбу, воскликнул:
- Ну конечно же!
- Что такое? - мгновенно насторожился Перец. - Ты что-то знаешь об этом? Говори!
- Не знаю, но подозреваю, что теперь мы свободны.
- Это я и сам вижу! А что было-то?
- Скажите, а вам они ничего не напомнили?
Серый указал вслед уже исчезнувшим в тумане силуэтам.
- Да, что-то знакомое, но что?.. - Воронин пожал плечами.
Остальные нетерпеливо ждали разъяснений.
- Они же по форме напоминают наш корабль! - торжествующе сообщил Серый. - Теперь всё понятно.
- И что именно?
Словно вырвавшись из крепких объятий, корабль двигался, быстро набирая ход, поэтому скорость снизили до минимальной, чтобы не врезаться в какую-нибудь вершину горы.
- Ну, говори уже, не томи, - попросил Воронин.
- Мне так кажется, что мы столкнулись с зеркальной пространственно-временной петлёй.
- С какой ещё петлёй? - изумился Джим.
- Ну, как бы это сказать... что-то типа закольцованного само на себя пространства и... времени... ну, как лента Мёбиуса. У меня, честно говоря, знания весьма поверхностные, я же не учёный.
- У тебя что, совсем крыша поехала?! Глядите на него - уже заговариваться начал! - хохотнул Джим, приходя в себя. - Это ж надо: с три короба такой чепухи нагородить, что и не разберёшь! И где только слова такие заумные отыскал?!
Остальные тоже с недоверием глядели на Серого.
- Я ничего не придумываю, просто в своё время из любопытства читал разную научно-популярную литературу... ну, хорошо! Сейчас я попытаюсь показать наглядно.
Серый оглянулся по сторонам и, обнаружив журнал для записей, лежавший на стойке управления, быстро подошёл и оторвал от чистого листа полоску. Свернув её кольцом, он провёл пальцем сперва по внешней плоскости, а затем по внутренней.
- Вот, видите - здесь движется пространство, а здесь - время, каждое по своей орбите. А теперь представьте, что они движутся в разных направлениях...
- И что с того?
- А то, что если мы соединим концы ленты вот так...
С этими словами Серый один конец повернул на сто восемьдесят градусов и снова соединил его с другим.
- Теперь они будут периодически пересекаться в определённой точке, то есть, встречаться... мы столкнулись со своим собственным отражением во времени и застряли в нём! Что ж тут непонятного?!
Серый обвёл присутствующих торжествующим взглядом, но не встретил одобрения.
- Ерунда всё это! - махнул рукой Перец. - Просто бред!
- Бред, говоришь?! - прищурился Серый. - Объясни тогда, что с нами произошло на самом деле?! Откуда эти силуэты - копии нашего корабля? Почему на нас сверху свалилась наша же граната? И кто, в конце концов в нас стрелял?! Ведь там наверняка застряла именно твоя пуля, которая могла кого-нибудь из нас убить!
Серый сердито ткнул пальцем в сторону стойки, из которой пуля вырвала щепку.
- Я не знаю, что произошло после этого, но мы вырвались из плена. Как да почему, я объяснить не могу, но впредь нужно быть осторожнее и не размахивать оружием по любому поводу...
При этих словах лицо Перца перекосила гримаса злобы, на скулах выступили желваки, и он процедил сквозь зубы:
- Это я здесь решаю, кому и чем размахивать, а твоё дело - выполнять приказы!
Громила Джим угрожающе придвинулся ближе и громко засопел, а Якоб отвернулся в сторону, делая вид, что ничего не заметил, но Воронин был уверен, что в случае чего тот будет на стороне Перца.
- Эй, погодите, успокойтесь и не нервничайте, - шагнул он вперёд, становясь между Серым и Перцем. - Сейчас все на взводе из-за того, что с нами произошло. Оно и понятно: у меня самого до сих пор ещё не всё в голове укладывается... но нам нужно довести до конца порученное дело, а что ожидает нас впереди - никому не известно.
Поймав обеспокоенный взгляд солдата, Серый взял себя в руки и, выдавив кислую улыбку, произнёс, обращаясь к Перцу:
- Да ладно, это я просто распереживался немного, не сердись.
Буркнув что-то невнятное, Перец отошёл в сторону и с деланной заинтересованностью принялся смотреть вперёд. Потоптавшись на месте, Джим последовал за своим шефом, а Якоб склонился над рычагами управления, словно увидел их в первый раз.
- Ты бы не очень выступал, - тихо посоветовал Воронин. - Тут расклад не в нашу пользу будет, если что. Перец хоть и стерпел, но, уж поверь мне, злобу затаил, это я по его физиономии сразу определил.
- Да знаю я, - отозвался Серый. - Так вышло.
- Кстати, а что это ты рассказывал про какие-то петли? - поинтересовался Воронин. - Честно признаться, я почти ничего и не понял, кроме того, что, по твоим словам, мы столкнулись со своим собственным отражением. Так?
- Ну, можно и так сказать.
- Получается, что согласно твоим словам эта восьмёрка замкнута сама на себя, - солдат указал на искривлённое кольцо, которое Серый всё ещё держал в руке. - В таком случае корабль должен был бы летать по кругу до бесконечности, но мы вырвались и летим вперёд.
- По идее так, но, возможно, выстрел Перца что-то нарушил... разорвал временную петлю и освободил нас из плена. Хотя в этом мире, где действуют совершенно неведомые законы, делать какие-либо выводы неблагодарное занятие. Может, ещё ничего не закончилось... а может, и не начиналось даже...
- Но как это может быть? Ведь это же просто какая-то запутанная сказка или бредовая фантастика! И, кстати, если мы всё же столкнулись со своим собственным отражением, то почему не разбились?
- Да потому что мы и наше временное отражение находимся как бы в разных пространствах, которые хоть и пересекаются между собой, но не могут взаимодействовать.
- Почему?
- Ну откуда я могу знать?! Я же не учёный! Ты просто представь себе, что идёшь к своему собственному отражению в зеркале и... проходишь сквозь него, ничего при этом не ощутив.
- В голове совершенно не укладывается, - смущённо пробормотал Воронин. - Нет, всё равно не понимаю...
- А музыкант понял бы... уж во всяком случае, поверил.
- Так он же наивный мечтательный романтик, как малое дитя, - усмехнулся солдат. - Наверное, до сих пор во всякие сказки верит и восхищается каждому цветочку. Я даже немножко ему завидую... но таким чудикам не просто в этой жизни.
Серый задумчиво кивнул.
- Это точно, романтик... к тому же ещё и влюблённый. Благодаря вот таким мечтателям человечество движется вперёд и когда-нибудь дотянется до звёзд...
- А чего ты решил, что музыкант влюблён?
- Неужели не заметил, какими глазами он на Ингу смотрит?! Уж поверь мне...
- Эй, вы, голубки, - прервал его рассуждения раздражённый голос Перца. - Идите сюда! Кажется, начинает проясняться...
И в самом деле, впереди по курсу корабля в туманной завесе проступило едва различимое светлое пятно, которое по мере приближения увеличивалось, расползаясь в стороны.

* * *

Тёмной ночью, когда город беспробудно спал, внезапно распахнулись ворот у дальней сторожевой башни, и на улицы беззвучно хлынули вооружённые чем попало повстанцы, возглавляемые группой Хряща. У этих имелись не только пистолеты, но даже и винтовки, хотя Перец был абсолютно уверен, что такого оружия у повстанцев нет.
Как удалось без шума захватить сторожевую вышку? Теперь об этом уже никто не расскажет, так как уснувший на посту охранник, так и не проснулся, зарезанный одним из помощников Хряща. Хитроумный план оказался верным: все летуны ночью спали, поэтому никто не патрулировал город сверху. На других дозорных вышках, привыкшие к незыблемому спокойствию, охранники наблюдали только за кромкой тёмного леса и прислушивались к ночным звукам. Но ничто не нарушало сонной тишины, царившей в окрестностях.
Наверное, если бы все нападавшие беспрекословно выполнили приказы главаря, то им, скорее всего, удалось бы до утра тихо захватить город полностью. Но, как известно, человеческая нетерпеливая алчность не раз уже сводила на нет многие грандиозные планы. Вот и на этот раз она подвела повстанцев.
Пока основные силы устремились к мэрии, чтобы захватить её и склады оружия, находящиеся в подземельях под зданием, небольшая группа головорезов, решила под шумок поживиться. Заранее договорившись, они незаметно отделились от основных сил и скользнули в полумрак бокового переулка. Выбрав один из домов, бандиты вошли в подъезд и занялись грабежом. Стараясь не шуметь, они вскрывали замки, стремительно врывались в квартиры и, не давая опомниться хозяевам, просто убивали их.
- Потом никто ничего не разберёт, - ухмыльнулся предводитель. - А всё добро мы припрячем до лучших времён.
- Дожить бы до них, - проворчал небритый коротышка, торопливо сгребая в мешок вещи, обнаруженные в платяном шкафу.
- Не бухти, а делай, что сказано!
- А я что? Я делаю...
Оправдываясь, коротышка развёл руками и зацепил большую настольную лампу, стоявшую на тумбочке. Словно в замедленном кино, лампа начала крениться, соскальзывая с тумбочки. Незадачливый коротышка бросился к ней, пытаясь поймать на лету, но зацепился за низкую скамеечку, которую не заметил в темноте, и упал. При этом он по инерции влетел головой в посудный шкаф. От сотрясения на пол с грохотом посыпалась посуда, разбиваясь вдребезги. Осколок вазы воткнулся в шею упавшему, и тот заорал от боли.
В стену кто-то сердито постучал. Раздались приглушённые голоса раздражённых соседей, требующих прекратить безобразие. В коридоре хлопнула дверь, и в квартиру заглянул заспанный сосед в ночном халате. Он уже разинул рот, чтобы выразить своё недовольство, но увидев открывшуюся картину, испуганно отступил назад.
- Держите его! - гаркнул предводитель грабителей.
Двое его подручных, стоявших ближе всего к двери, кинулись вдогонку за незваным гостем, но тот оказался смышлёным летуном. Быстро сообразив, в чём дело, он бросился к лестничной площадке, перемахнул через перила и свечой взмыл вверх по колодцу до самого верхнего этажа.
Преследователи бросились по лестнице наверх, но беглец быстро распахнул окно лестничной площадки и шагнул в ночную темень. Подбежав к окошку грабители выглянули наружу и заметили силуэт летуна над крышей соседнего дома.
- Стреляй, пока не ушёл! - толкнул первый бандит в бок напарника, указывая на летуна.
Второй выхватил пистолет и почти не целясь выстрелил. Конечно же, он не попал, но громкий выстрел всполошил округу. В окнах ближайших домов начал вспыхивать свет, захлопали окна - наружу выглядывали испуганные жильцы.
- Ну, всё пропало, - пробормотал первый. - Нужно быстро убираться отсюда, пока нас не поймали. Да, и Хрящу лучше не знать, из-за чего шум поднялся, а то он с нас шкуры сдерёт...
Не сговариваясь бандиты помчались вниз и выскочили на улицу вслед за своими подельниками, которые тоже пустились наутёк.
В городе началась стрельба, крики. Где-то вспыхнул огонь - его алые сполохи поднялись выше крыши домов. Появились вооружённые летуны, со всех сторон направляющиеся к центру, в сторону мэрии. Бесшумный переворот не удался, в городе разгоралось сражение.




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Ключевые слова: лабиринт, музыкант, возвращение,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 14
Опубликовано: 14.04.2019 в 12:12
© Copyright: Анатолий Валевский
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1