Камерный зал


Мими
Марина – женщина-поэт. Так определяют сущность и характер Марины те, кто её знает. В профессиональной деятельности Марина – женщина-режиссёр. Под её управлением проходят спектакли, традиционные и концептуальные, она подбирает каждому актёру достойную роль и каждому сценическому образу – человеческое лицо. Сейчас о постановках Марины выходят статьи в журналах, написанные девушкой, часто наблюдающей за репетициями. Обычно это положительные отзывы.
К Марине обратился режиссёр-новатор, снимающий концептуальные фильмы. Он находился в активном поиске героини для нового сюжета. Поскольку сам новатор был молодым, он искал молодых исполнителей ролей. По его мнению, кинематограф требовал современных веяний. Новатор довольно смутно представлял, о чём должна рассказать его лента. Он ставил перед собой главную задачу – взорвать зрительские умы энергией молодости. Марина пригласила его на репетицию в камерном зале, где новатор мог посмотреть на игру молодых актёров. Возможно, кто-то из них появится в его проекте. Новатор сел в первый ряд. В третьем ряду девушка-критик писала статью. При этом она почти не поднимала глаз на сцену, записывала на бумаге слова, как будто льющиеся потоком.
В камерный зал вошла ещё одна девушка.
– Привет, – поздоровалась Марина.
– Мама, я оставила машину у входа. Едем вместе?
– Не раньше, чем разберём всё по полочкам в этих сценах.
– Сколько уже можно?
– Давай, садись и включайся в процесс.
Пришедшая девушка села в тот же ряд, где сидел новатор, но в другом конце. Новатор отметил, что она является полной противоположностью Марине. Если Марина олицетворяла всю романтику идеи, то девушка – всю естественность жизни.
Играли цветаевское «Приключение». В данный момент шла сцена в загородном доме в Парме. Актёры обменивались светскими репликами, наполненными ядом. Конечно, это был не самый интересный диалог из «Приключения». Некоторое время новатор честно старался вслушиваться в интонации говоривших. И всё же гораздо больше его заинтересовал другой спектакль, происходивший не на сцене. От новатора не укрылось, каким вдохновением горят глаза Марины, играющей всю постановку на струнах своей души. Она угадывала оттенок каждой роли задолго до того, как актёры делали глубокий вдох и произносили слова. А если ещё прибавить к этому красоту Марины, как будто вобравшую в себя весь Серебряный век… Новатор с неохотой отвлёкся от моноспектакля Марины, только для того, чтобы дать своим чувствам хоть какое-нибудь название. Краем глаза он посмотрел на девушку, приехавшую на машине. Она вперила полусонный взгляд в сотовый телефон.
Новатор сел рядом с ней.
– Вы как будто скучаете этим вечером, – заметил он. – У вас были другие планы.
– Да уж, прямо мечтаю, чтобы всё закончилось.
– Может быть, после репетиции сходим в кафе?
– Спасибо, но, вообще-то, я замужем.
– Понимаю, – кивнул новатор. – Но, когда у меня появится девушка, мы можем подружиться с вами и вашим мужем.
– Принято, я не против.
Новатор вернулся на прежнее место. К нему обратилась девушка-критик:
– Вы не могли бы дать мне ручку?
Новатор дал девушке ручку.
– Оставьте себе. Вы редкий человек, пишущий вручную. Многие перешли на ноутбуки.
– Благодарю. Мне пока не по карману ноутбук.
– Просто барышня в лучших традициях, – расцвёл улыбкой новатор. – Да ещё и красавица…
– Казанова и Генриэтта! – объявила Марина.
На сцену вышли один из молодых актёров и девушка-критик. Они играли сцену прощания Казановы и Генриэтты. Девушка, писавшая от руки, возвращала Казанове кольцо.

– Возьми назад.
– Ни писем, ни колец
Обратно не беру!
– Ни клятв, ни писем
Напрасно не храню.
– Ах – так?
– Зачем?
Нет, дорогой, прощаться – так прощаться!

Далее следовал диалог Казановы и Мими. В роли Мими выступала девушка, предлагавшая Марине уехать.

– Луна!
– Богородица всех измен!
– Она голубого цвета...
«Забудешь» – а дальше? – «и Ген... и Ген...
Забудешь и Генриэтту!»

В конце репетиции новатор решился заговорить с Мариной.
– Извините, если это прозвучит бестактно, – сказал он. – Почему вы только режиссируете, а не играете? Роль Генриэтты отражает вас, как лунное зеркало! Ей недостаёт только вашей трепетной души, при этом такой сильной! А вы просто дёргаете марионеток за ниточки… Может быть, вы ошиблись, когда выбрали профессию режиссёра?
– Я выбрала эту профессию, думая, что мне станут известны все тайны драматургии, прикладного искусства, оперы и балета, – поделилась Марина. – Только потом стало понятно, что режиссёру становится известно всё о сплетнях, сломанных судьбах и торговле талантом.
– Вы совсем не пытались играть?
– Не скажу, что совсем не пыталась. Я актриса по второму образованию.
– А та, кто играла Мими?
– Это жена моего сына, тоже актриса.
Новатор не знал, какими словами выразить то, что его переполняло.
– Вы сами могли бы сыграть Генриэтту, – озвучил он самую малую часть своих мыслей.
– По сюжету пьесы Генриэтте двадцать лет. Я старовата для неё. В моём возрасте получится сыграть только хозяйку модной лавки.
Участники спектакля вышли на улицу. Марину увезла Мими. Новатор снова и снова проживал в мечтах то, что он увидел.

Генриэтта
Новатор всё чаще ходил на репетиции в камерный зал. В этот вечер женщина-преподаватель сценической речи зачитывала вслух отрывки из «Алисы в Стране Чудес». Судя по разговорам, она впадала в отчаяние, подводя некоторые жизненные итоги. Но женщина-декламатор так приятно улыбалась, что новатор сомневался, может ли она хоть на минуту оказаться в отчаянии.
– «– Скажите, пожалуйста, куда мне отсюда идти?
– А куда ты хочешь попасть? – ответил Кот.
– Мне все равно... – сказала Алиса.
– Тогда все равно, куда и идти, – заметил Кот.
– ... только бы попасть куда-нибудь, – пояснила Алиса.
– Куда-нибудь ты обязательно попадёшь, – сказал Кот. – Нужно только достаточно долго идти».
Женщина-декламатор приковывала к себе внимание. Она относилась к такому типажу людей, о котором говорят: «Нарочно не придумаешь». Не столько упаднически-меланхоличная, сколько энергично-радостная. Для того, чтобы сыграть лирическую героиню, требовались другие лица и характеры. Сияющая красота Марины вполне укладывалась в нейтральную схему. Загадки надменных дам были уже давно раскрыты и мало интересны. Весёлая женщина-декламатор не подходила ни под один принцип актёрского искусства. Новатор ещё не совсем ясно понимал, что она вышла из реальности, а не из учебника актёрской игры. Он только заметил, что свежий взгляд женщины-декламатора вызывает больше интереса, чем следование догмам. Рафинированные актрисы сливаются в толпу, становится скучно без искренних проявлений чувств. Найти человека, умеющего просто радоваться сделанной работе, всё труднее и труднее.
Женщина-декламатор вызвала Генриэтту и Казанову. Генриэтта опять с трудом отвлеклась от статьи, которую писала. Вернее, сейчас она репетировала не столько роль Генриэтты, сколько роль Анри. По сюжету Генриэтта впервые пришла к Казанове, переодетая в костюм гусара, называя себя именем Анри.

– Кто вы?
– Я – лунный луч. Вольна
Мне всякая дорога.
– Кто вы?!
– Как спутница Земли – Луна,
Я – вечный спутник Казановы.
А для людей – гусар Анри,
Грош, по рукам еще не стёртый...
– Но все ж, дитя, какого чёрта
Сюда явились?
– На пари!
– Пари?!
– Казанова, взгляните в окно!
Как в мире безумно от лунного света!
Всё минет, всё канет... Не всё ли равно:
Пари – или нежность. Анри – Генриэтта.

Новатор наблюдал за игрой актёров, не столько ужасаясь и вздыхая над сюжетными поворотами, сколько приглядываясь к исполнителям. Больше остальных его интересовала Генриэтта. Автор критических статей превратился в автора роли мечты из глубины веков. Лунная грёза становилась всё реальнее и не могла скрыться даже за облачением гусара. Девушка, скорее всего, училась всё-таки на актрису, а не на искусствоведа. Новатор пытался разгадать её тайну вместе с Казановой. По мнению новатора, Генриэтта вполне могла бы иметь другое лицо и другое земное воплощение. Но в облике этой девушки тоже есть сходство с мечтой Серебряного века. Просто мечта для каждого своя… Возможно, талант Генриэтты придётся кстати в фильме новатора. Он решил найти удобный момент для разговора с Генриэттой, а пока запомнить сегодняшние эпизоды, сыгранные ею.
После репетиции Марина и новатор обменялись впечатлениями.
– Ваш преподаватель сценической речи – просто душа постановки! – признался новатор.
– Да, и душа-человек, – согласилась Марина. – Хотя профессиональное выгорание случается со всеми, да и личное тоже… И всё-таки она выберется из всего этого, как и всегда было. Не скажу, что со мной не случалось того же самого, иногда приходилось разгребать всё в одиночку…
– Разве вам не помогал ваш муж?
– Его уже не было в тот момент, когда это происходило.
В сердце новатора становилось всё светлее и светлее, и ему казалось, что он глядит внутрь себя и видит горение света.

Франциска
«Приключение» шло на сцене камерного зала. Казанова ввёл Генриэтту в высшее общество, где собрались одни мужчины. Новатор смотрел постановку на одном дыхании, как в первый раз. Синие глаза Генриэтты нежно и в то же время пылко обращались к Казанове. Садясь за виолончель, она опустила взгляд на струны и склонилась к инструменту. Генриэтта удерживала в пальцах музыку, уплывающую в никуда. Игра Генриэтты превращалась в лунную мечту, рассказанную без слов. Неизвестно, кто рискнул бы отказаться от лунной грёзы, воплотившейся в музыке хоть на какое-то мгновение. Иногда людям кажется, что без мечты можно обойтись, но сегодня она оказалась рядом, только протяни руку.
Далее шла сцена из другой пьесы Цветаевой о Казанове. К постаревшему Казанове приходит юная девочка Франциска, влюблённая в него. Её появление напоминает первую встречу Казановы с Генриэттой, искажённую, разделённую большим отрезком прожитой жизни, стоящей между персонажами. И всё же это новая ипостась одной и той же любви.

– А это так: когда заходит солнце
И люди остаются в темноте,
То все глупы, и не глупы лишь те,
Кто, не простясь ни с дедом, ни с соседом –
Плащ – сапоги – и – и за солнцем следом!
Вскачь! По пятам!
– Прытка не по летам!
Когда-то – в баснословном, тёмном там
Одна... да, да... Та ж странная веселость...
Глаза не те, но тот же голос, голос...

Главные события для новатора настали после спектакля. Выйдя из камерного зала, он шёл по коридору. У стены стояли Генриэтта, Казанова и Франциска. Новатор подошёл к компании. Все обернулись к нему.
– Примите мои поздравления! – начал он.
– Спасибо, – почти в один голос ответили актёры.
– Прекрасная Генриэтта! – теперь новатор говорил с одной Генриэттой. – Я столько времени искал новую актрису, способную оживить придуманную героиню кино. Теперь я думаю, что моя героиня должна стать такой, как вы. Сначала я видел вашу работу критика, потом – актёрскую игру, и всё это вы делали с одинаковым вдохновением. У меня есть идея снять авторское кино по мотивам «Бегущей по волнам». Предлагаю вам роль Биче, такой же целеустремлённой и красивой девушки.
– Приятно это слышать, – улыбнулась Генриэтта. – Хотелось бы поддержать ваш проект.
– Сначала надо подумать, – возразил Казанова. – Можно поинтересоваться, что это за съёмочная группа? Фотокружок в детском клубе?
– Тебя кто-то спросил? – возмутилась Генриэтта.
– Минутку, – новатор встал между парнем и девушкой. – Я рассказал про съёмки фильма не до конца. Всё это время я искал актёров на несколько ролей. Для съёмок мне нужны Биче, Гарвей и Дэзи. Вам я только что хотел предложить роль Гарвея, – обратился он к Казанове. – А вас я хотел пригласить на роль Дэзи, – повернулся новатор к Франциске.
– Здоровский взгляд на Грина! – моментально изменил мнение Казанова.
Новатор не собирался вносить раздор в отношения молодых актёров. Ему исполнилось немного больше лет, чем им, но меньше, чем Марине. Никто не догадался спросить, кого он видит в роли бегущей по волнам. Да кого же он мог сравнить с волшебством, живущим в морских волнах, кроме прекрасной женщины с морским именем, сделавшей пространство камерного зала приютом комедиантов? И неважно, сколько ей лет, она становится новой с началом каждого следующего спектакля. Новатор будет самым успешным режиссёром, если Марина согласится на роль Фрези Грант, внезапно появляющейся рядом с кораблями. Но ещё труднее войти в её женское сердце и заставить Марину забыть о том, сколько ей лет, чтобы она не видела ничего, кроме цветения любви. И неважно, что новатор расточал любезности девушка из театра и не только им одним. Трудно никогда не совершать ошибок. Он хорошо видел, что Марина – самая обворожительная, мудрая и светлая. Просто её красота поднимает Марину на недосягаемую высоту, до которой не дотянуться. А симпатичные весёлые девочки находятся совсем рядом с новатором, ради них не надо преодолевать препятствия. Но теперь он знает, что ему нужно, и ему уже никуда не уйти от бездонных глаз Марины. Новатор согласен разделить с ней какой угодно путь, и неважно, что происходило в его жизни до того, как новатор понял, что любит её. Марина считает себя человеком, умудрённым опытом, но и у новатора уже есть своё прошлое. Он постарается забыть о некоторых ошибках и начать всё с чистого листа.
Марина читала «Бегущую по волнам». Её попытки сохранить собственное место в городской культуре напоминали хождение по воде, только, возможно, не такое изящное, как у Грина. Но она надеялась удержаться на гребне волны. Вот если бы кто-то увидел, что Марина – не суровая морская царица, а нежное существо, подвластное ветрам. Пока что она не заметила, чтобы кто-то разгадал её секрет. Молодые актрисы так гордятся преимуществами перед ней – юной прелестью и сознанием того, что всё впереди. Кто же посмотрит на женщину-режиссёра с теплом, а не как на конкурента? Или Марина должна сама немного громче сказать о том, что она чувствует? Возможно, это бы ей помогло.
Начинается новый день. Марина в очередной раз надевает оболочку успешного человека и не решается никому показать другую себя.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Повесть
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 4
Опубликовано: 09.04.2019 в 12:47
© Copyright: Леонида Богомолова (Лена-Кот)
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1