Эмиссары 3


Эмиссары 3
Введение Ты уж потерпи, милая... Знаю, что дети мои тебя изрядно потрепали, что поделаешь, к моменту зрелости они, как и все человекоподобные малоразвитые существа успевают наделать множество ошибок, крушат, ломают, портят... Сердишься на них, порой, наказываешь, а потом всё равно прощаешь... ты потрепи, родная, недолго осталось, продержись ещё чуть-чуть... милая моя Земля...
Все события, организации и персонажи являются авторским вымыслом. Любые совпадения имён, фамилий и должностей персонажей с реальными именами живых или умерших людей, а также происходившими с кем-либо в жизни событиями — абсолютно случайны и совершенно непреднамеренны.
Фэнтези


Эмиссары. Часть третья Генерал стоял в своём кабинете и пристально наблюдал за ползающей между оконными рамами мухой, корчась от надоевшего чая. Он отставил бокал в сторону и посмотрел на часы. На столе зазвонил телефон.
- Товарищ генерал! – докладывал вверенный наблюдатель, - обе опергруппы вышли на связь.
- Так! – с предельным интересом отозвался генерал.
- Они вошли в квартиру Яхорда и сообщили, что в ней никого нет. Не совсем понимаю, что происходит, но сложилось такое впечатление, что они как будто только сейчас поднялись на этаж и только сейчас штурмом вломились на обозначенный адрес. На вопросы об их отсутствии на связи всё это время они не могут ответить, ссылаясь на то, что последний контакт состоялся полторы минуты назад. Мы сейчас направили их обратно, машины уже едут. Прибудут, будем разбираться, что к чему. И ещё. В допросной появились все трое. Дверь не поддаётся, словно замурованная, камеры из допросной комнаты всё время выдают странные помехи, мы не знаем, что там происходит. Разрешите спилить петли на дверях?
- Спиливайте, нам нужно, во что бы то ни стало проникнуть внутрь и узнать, что там произошло! И как можно скорей! – закричал генерал и бросил трубку.

***

- Это была наша последняя встреча..., больше я не приду... не придут и другие. Своё дело я сделал... Прощайте!
Исаев и Ярус переглянулись, не понимая, чего ждать в следующий миг. Долго ждать этого понимания им не пришлось. Яхорд развёл руки и поднял их чуть выше плеч ладонями вверх. Тёплая, трепетная улыбка излучающая добро парализовала собеседников, они понимали, что сейчас что-то произойдёт и надо быть наготове, но пошевелиться не могли. В этот момент голова Яхорда неестественным образом свернулась набок, и напоследок подмигнув, теряя контроль над мышцами лица и силу в теле, он упал замертво.
Новое зрение двух друзей отследило размытые передвижения в камере.
Исаев выставил руку вперёд и как никогда властным тоном произнес:
- Линкорн!
Едва размытая тень человека стала приобретать более явные очертания. Она становилась всё более насыщенной до тех пор, пока перед двумя тайными друзьями не появился человек крепкого телосложения стоящий к ним спиной.
- Знаете меня? – на удивление приятным голосом произнёс этот человек, даже не обернувшись.
- С недавних пор... – ответил Ярус, внимательно следя за объектом.
- Есть желание пообщаться? – добродушно спросил Линкорн стоя всё так же спиной.
- Есть! – ответил капитан, чувствуя нарастающую вокруг себя силу.
- Менее чем через минуту здесь будут служивые. Никто не против, если мы продолжим беседу в более располагающем для общения месте? - вежливо поинтересовался человек стоящий спиной. Ответ дать никто не успел. В воздухе повисла секундная тяжесть, почувствовалось давление на глаза и уши и в следующий миг дверь в допросной с грохотом от взрыва сорвалась с петель. В помещение вбежали вооружённый отряд бойцов. За ними вошёл вверенный сотрудник генерала, который с умилением посмотрел на тело мёртвого Яхорда...
Капитан, Ярус и Линкорн очутились в небольшом европейском городе. Население здесь было не большой численностью, на улицах почти не было людей. Стриженые газоны, аккуратные кустарники и дома соответствующие единому строгому, но со вкусом стилю. Всё это говорило о том, что городок относился к германской провинции.
Линкорн стоял всё так же спиной.
- От чего не обернёшься, приятель? – спросил капитан, - я не верю, что ты боишься выдать своё лицо, это для тебя никакой опасности не несёт, ведь мы знаем кто ты.
Линкорн медленно повернулся и поднял тяжёлые могущественные глаза на капитана. От этого взгляда даже Ярусу стало не по себе. Капитан на удивление сохранял воинственный настрой. Линкорн перевёл взгляд на Яруса и удивлённо приподняв брови, произнёс:
- Ярус? Вот так встреча... Сама легенда криминального мира, да ещё в купе с легендой мира правоохранительных структур. Всё в гармонии, как всегда. Это честь для меня, рад встречи.
Линкорн учтиво кивнул обоим.
Капитан осмотрелся, в паре десятков метров располагалось уютное место отдыха, облагороженное резными скамейками и столиками.
- Присядем? – предложил Исаев.
- Можно, - согласился Линкорн.
Троица проследовала к скамейкам.
- Первый вопрос, как я понимаю, будет связан с гибелью того, кто остался в камере, верно? – протерев скамью платком и расположившись на ней, уточнил Линкорн.
- Это был очень хороший человек, было любопытно узнать, что заставляет хорошего человека убивать хорошего человека, - съязвил Исаев.
- Спасибо за комплимент. Но я не такой уж хороший, только учусь им быть.
- Пока не очень получается, - заметил Ярус.
- Это факт, - с ухмылкой ответил Линкорн, - а почему Вы решили, что тот парень был хорошим человеком? Так ли уж хорошо Вы его знали?
Вопрос был неожиданным как для Исаева, так и для Яруса.
- Понимаю Ваше смятение, но дело в том, что хороших людей и плохих людей в принципе не существует. Равно как плохих и хороших поступков. Это Вы должны знать, - спокойно произнёс Линкорн, беззаботно глядя в облака.
- Допустим, - ответил Ярус.
- Так что Вы знали о покойном?
Друзья переглянулись.
- О нём мы знали намного больше, чем знаем о тебе. И, тем не менее... зачем? – стоял на своём капитан.
Ярус почувствовал нарастающую незримую силу со стороны капитана. И судя по невербальному жесту Линкорна, он тоже её почувствовал.
- Капитан... – удивлённо произнёс Линкорн. - Вы приятно меня удивляете. Чтобы овладеть силой, которую я наблюдаю у Вас, людям требуются тысячелетия. Среди приближённых... Вас в списках нет, значит...
Линкорн прищурил глаза. Концентрация этой силы стала стремительно нарастать. Чего от неё ждать, не знал никто. Линкорна прижало к скамье, горло его словно опоясала невидимая петля. Он стал задыхаться, а в следующий миг исчез.
- Что это было? – обратился Ярус к другу.
- Я и сам не знаю. Только подумал, как бы подержал за горло этого самовлюблённого типа, оно как-то само всё получилось.
- Похоже, с мыслями нам теперь нужно быть осторожней. Не нервничай, а то добром это не кончится.
- Пожалуй, ты прав. Ну и где теперь этот фрукт?
- Да здесь, я, здесь – послышался голос Линкорна сзади. Он шёл, как ни в чём не бывало, улыбаясь лёгкой приятной улыбкой. В руках он нёс три мороженных.
– Ловко же Вы встречаете по одёжке. Нет бы, сначала узнать, что к чему, - укорил Линкорн капитана, протягивая ему первому большой вафельный стаканчик с красиво взбитыми сливками.
- Извини, случайно как-то вышло, - оправдался тот, взяв презент.
Линкорн протянул второе мороженное Ярусу, тот тоже любезно принял.
- В Венесуэле есть чудное местечко, там продают лучшее мороженное в мире. Отведайте, друзья, - предложил Линкорн, жадно откусывая большой кусок.
- Ты за него рассчитаться успел? – с подозрением спросил капитан.
- Нет, - спокойно ответил Линкор.
- Значит, украл? – давил допросным тоном капитан.
- Да нет же!
Исаев сощурил глаз.
- Это моя точка, мой бизнес, один из многих, зачем мне платить за то, что и так моё.
- Вот оно что... – успокоился капитан и попробовал хвалёное мороженное на вкус.
- Ну как? – полюбопытствовал Линкорн.
- Очень хороший отвлекающий манёвр, я оценил, надеюсь не отравлено... так зачем ты его убил?
Линкорн внимательно посмотрел на капитана, потом на Яруса. Потом уставился на своё мороженное. Он смотрел на него как-то странно, а потом вдруг бросил на стол, оно тут же растеклось равномерно во все стороны, полностью залив собой поверхность. В следующее мгновение, на этой залитой столешнице, как на мониторе показалась суровая статная женщина, которая повествовала группе мужчин в небольшом зале, одетых в строгие костюмы:
- Берлин, Пекин, Токио, Москва, Нью-Йорк, Гонконг, Лондон, Варшава, Париж, Мадрид, Прага... и ещё два десятка городов, где только за последний квартал мы потеряли своих лучших сотрудников. Мы потратили десятилетия на подготовку этих кадров, корпорация веками оттачивала механизм и продумывала стратегию ведения данной политики. И вот, за один квартал, девяносто процентов наших внутренних резервов истреблено, словно по маху волшебной палочки.
Женщина закашлялась, достала из кармана какой-то баллончик, прыснула пару раз себе в горло и, отдышавшись, продолжила, внимательно осмотрев аудиторию:
- Нам удалось выяснить причину такого дерзкого выкашивания наших рядов. Всё это сделал один человек. Вот он!
На экране появилось размытое фото Яхорда.
- Кто-нибудь из вас видел прежде этого человека? – строго спросила женщина.
Зал ответил молчанием.
- Это очень опасный человек. До того, как представить его сегодня вам, мы отправили несколько внутренних групп зачистки для его ликвидации. Ни один человек из этих групп не вышел на связь через двадцать четыре часа после начала операции. Такая участь постигла каждую группу. Мы потеряли их всех. – Женщина вновь достала баллончик и ещё пару раз прыснула его содержимое себе в горло. - Поэтому сегодня, я собрала здесь лучших из лучших. Тех, кто не признаёт законов физики и ограничений в каком бы то ни было формате. Тому, кто принесёт мне его голову, я выплачу такую сумму, какую потребует его поимщик.
- Вы же знаете, мисс Гара, деньги собравшихся здесь не силком интересуют, - сказал один господин, подняв руку вверх, и из его руки буквально полетели стодолларовые купюры во все стороны, словно из фонтана, работающего под большим давлением.
- Пощадите уборщицу, - ответила женщина, - мы знаем, что вы, как и многие здесь способны материализовать себе и деньги в любых количествах и всё что угодно, но никто из вас не может получить официальный статус неприкосновенности, свободу передвижений и действий.
- Нам не нужны статусы, мы можем делать всё, что хотим со всем, что захотим, - ответил чернокожий парень, и несколько огненных всплесков разлетелось от него в сторону трибуны, едва не дотянувшись до женщины, которая и виду не подала, будто что-то произошло. Она спокойно продолжала:
- Да, однако, вы постоянно подвергаетесь гонениям, излишнему вниманию, излишним угрозам. Где гарантия, что таких же способных не найдётся в штате государств, в которых вы себе позволяете всё что захотите? Мы же можем вам предоставить государственный статус неприкосновенности, и любые ваши действия будут трактоваться как необходимость согласованной государственной политики. А интересы нашего государства, как вы знаете, котируются во всём мире.
- Я найду его и решу вопрос, - послышался голос за женщиной.
Обернувшись, она увидела проявляющегося из пустоты большого араба.
- Только уж и вы со своим котируемым государством сдержите слово, - сказал он и исчез.
Картинка на столике исчезла. Мороженное растёкшееся по столу тоже перестало быть видимым, будто ничего и не было.
- Это кто такой был? – поинтересовался капитан.
- Тот ещё деятель. Имени его я называть не буду, но государственный статус неприкосновенности ему совершенно ни к чему, - ответил Линкорн. – Я тоже присутствовал на этой презентации, знаю каждого из тех, кто находился в зале. Мне потребовалась одна неделя для того, чтобы найти требуемый объект и спланировать его ликвидацию. Заметьте, его голова осталась при нём. Я хотел сделать это тихо, чтобы никто и не узнал, что это сделал именно я. Мне очень не хотелось, чтобы араб получил предложенные лавры. А что касается моей жертвы... я ведь тоже член семейств. Он убрал много моих хороших знакомых и даже несколько друзей. Рано или поздно за это пришлось бы ответить, вот и пришлось.
- Я не верю, что он совершил все эти убийства, и потом, он точно знал о своей смерти и без боя оставил этот мир. Почему? – донеслось со стороны Яруса.
- Не верить – твоё право, коллега, - ответил Линкорн.
- Какой я тебе коллега? – возмущённо рыкнул Ярус.
- Не просто коллега... ты мой кумир, - улыбнувшись, ответил Линкорн. - Расскажу одну любопытную историю, которую нашёл, когда по своим закрытым каналам, когда собирал сведения о лучших ликвидаторах мира за всю историю человечества.
Я набрёл на эти записи в одном старинном архиве, в чёрной книге с металлическими страницами. В нём говорилось об одном характернике, который вышел один против целого войска. Этот человек был по пояс голым, в руках у него было два меча. На вид ему было лет тридцать пять. Когда войско двинулось в бой, характерник начал раскручиваться вокруг себя и помчался навстречу войску. Он рубил сотнями и коней и людей. Бой длился чуть меньше часа. Полторы тысячи рубленых тел воинов и сотни коней устелили поле. Ещё пятьсот всадников в панике развернули коней в обратную сторону и бежали. В поле, блистая мечами, кружился в сумасшедшем танце лишь один воин, характерник. Когда он остановился и прекратил вращаться. На нём не было ни царапины, только кровавые потёки врагов стекали с его тела. Но это был как будто совершенно другой человек. Это был старик, который тут же опустил руки под тяжестью мячей, опустился на колени, да так и умер в сидячем положении. В чёрной книге описание этого эпизода в истории давал один из нападавших воинов. Характерник отсёк ему руку, но он остался жив. Лёжа на поле, он наблюдал, как разлетаются воины под ударами крутящегося демона. Этот демон остановился около него, и когда старик упал на колени, воин успел увидеть тот же взгляд в его глазах, перед тем, как они закрылись навеки, что сверкал час назад в глазах тридцатипятилетнего парня.
- А как звали этого человека, который оставил письмена? – спросил Ярус.
- Не помню точно его имя, как-то я не сильно акцентировал на этом внимание, но что-то похожее на твоё. Ясус... Ярис...
- Яхорд? – строго спросил Исаев.
- Точно! Яхорд! – ответил Линкорн, - но это не так интересно, интересней то, что тот характерник, это ты, Ярус.
Капитан молчал, что-то думал.
- С чего ты это взял? – удивился ликвидатор.
- В писании сообщалось, что в наши дни тот человек будет одним из лучших ликвидаторов, каких доселе видел Свет. Я сразу понял, что это ты, когда изучил ряд загадочных нераскрытых преступлений с чётко прослеживаемым почерком.
- Так себе доводы, - ответил Ярус, не веря словам коллеги.
- Что же, тогда подкину ещё один аргумент. В писании так же сообщалось, что у характерника на спине красовалось родимое пятно в виде равнобедренного треугольника исполненного с удивительной точностью и чёткостью.
После этих слов Яруса передёрнуло.
- Это родимое пятно, - продолжал Линкорн, - если верить источнику, характерник пронёс через каждое своё воплощение, ибо этот треугольник есть его знак. Задери-ка рубаху приятель и повтори свой намёк на то, что я ошибся?
Исаев с интересом посмотрел на Яруса. Лицо его друга выражало глубокое смятение.
- Подними? – попросил капитан.
Ярус как-то машинально расстегнул рубаху и скинул её, оголив спину.
На спине ликвидатора красовалось родимое пятно в виде равнобедренного треугольника с чёткими гранями, словно отчерченными по линейке.
- Все кто знал об этом моём знаке, давно покинули этот мир, - задумчиво произнёс Ярус, и, обернувшись к Линкорну, спросил, - как ты узнал, что это именно я?
- Догадался.
Линкорн довольно улыбнулся и добавил, как ни в чём не бывало:
- Оказалось, что характерник тратит десять лет жизненных сил за пятнадцать минут боя. В истории Земли таких людей было всего несколько человек. Одним из них был ты, Ярус. Впрочем, почему же был... ты есть.
- Всё это занятно, даже очень занятно, однако и ты не всё знаешь! – сурово произнёс Исаев, обратившись к Линкорну.
- Так просвети?
- Тот писарь, который оставил информацию про Яруса.
- Яхорд? – перебил капитана Линкорн.
- Да, так вот тот самый человек был убит сегодня утром от твоей руки. Это и был Яхорд.
Линкорн сначала усмехнулся, но проследив за реакцией своих новых знакомых, понял, что капитан не шутит. Быстро сопоставив факты, он понял, что истинные мотивы ликвидации его жертвы были вовсе не те, что озвучила женщина на закрытом заседании глав семей. Его, как и многих других обманули.
- Почему же он дал себя убить? Ведь это был очень не простой человек, надо полагать, он был способен на многое? – печально спросил неизвестно кого Линкорн.
- Почему тот писака из дворца спокойно принял пуля в затылок? – в свою очередь адресовал свой вопрос капитан Ярусу.
- У меня сложилось впечатление, что он ждал меня. Что он с точностью до минуты знал свою дату смерти и более того, сам себе её запрограммировал, - ответил ликвидатор.
- Браво маэстро, - сказал Исаев, - Яхорд поступил точно так же. Как-то всё похоже в этом мире. Он знал, что ты придёшь за его жизнью, он сказал нам об этом за несколько секунд до того, как ты свернул ему шею. Он ждал тебя, он всё рассчитал и всё предвидел. Он знал. Он мог сделать всё что угодно и с тобой и со мной и с ним... – указав на Яруса, промолвил капитан, - с кем угодно, но он принял именно такое решение. Похоже, что он ушёл насовсем.
- Как и писатель, - печально добавил Ярус.

***

В отдалённом малоизвестном посёлке, у заваливающегося дома стояло пять чёрных автомобилей с тонированными вкруг стёклами. Восемь охранников расположились по периметру дома, ещё несколько дежурили в машинах на рациях, непрерывно держа связь с теми, кого оставили у въезда в село. Начальник охраны сидел на кухне, держа на прицеле входную дверь. В соседней комнате лежала женщина, которая неделю назад собирала глав семей в небольшом зале для закрытых совещаний. На полу рядом с ней валялось с десяток баллончиков, похожих на тех, что применяют астматики. Ещё один новый, она доставала трясущимися руками, лёжа на кровати. Вид у неё был не просто болезненный, она уже даже слабо походила на человека.
Вокруг кровати безостановочно кружила низкорослая старуха. Глаза её были закрыты, в руках она держала несколько сухих веток, которые то и дело спрыскивала водой из ковша. Она брела вокруг кровати в каком-то гипнотическом сне и без умолку что-то шептала себе под нос.
- Илья... – прохрипела слабым голосом женщина, позвав начальника охраны.
- Да, мисс Гара, - отозвался боец крепкого телосложения, подойдя к хозяйке.
- Мне так и не удалось найти себе достойную замену. Слишком быстро распространяется болезнь, - сквозь кашель и постоянные впрыскивания лекарства, шептала женщина, задыхаясь, - скажи... Яхорд всё ещё жив?
- Не знаю, мисс Гара, араб куда-то пропал, мы третий день не можем выйти с ним на связь.
- Пошлите других... пошлите всех... мне нужна его жизнь, слышишь?
- Мы уже дали соответствующие распоряжения, мисс Гара, вчера даже Ребик отправился за ним. Сказал, что нашёл объект, обещал принести его голову не позднее сегодняшнего вечера.
- Хорошо... Дожить бы... А где Линкорн? Его тоже отправили?
- Нет, мисс Гара, Линкорн вчера отбыл в Японию, там нужно решить некоторые вопросы с должниками корпорации.
- Хорошо. Не надо его отправлять на это задание. Он нужен внутри корпорации, для внешних дел полно других исполнителей.
Старуха, бродившая вкруг кровати, вдруг остановилась и открыла глаза.
- Что-то не так? – спросил её строго начальник охраны.
- Всё... больше удерживать её не смогла. Отмучилась твоя хозяйка, - присев на край кровати ответила старуха.
Илья глянул на женщину и ужаснулся. Ещё мгновение назад он разговаривал с ней, теперь же на кровати лежал разлагающийся труп, которого словно оставили здесь пару месяцев назад, не предав земле или кремации...

***

- С чего начался твой путь познания? – поинтересовался Исаев у Линкорна доев мороженное.
- Зачем тебе?
- Любопытство... хорошее качество, но если секрет, то извини.
Линкорн задумался, но спустя какое-то время ответил:
- Я с детства интересовался сакральным смыслом сказок. Мне ведь читали те же книги на ночь, что и всем остальным, однако, я понимал, что несут в себе эти строки. Так с самых ранних пор меня стало привлекать то, что за гранью, что зашифровано, но дано. Переломным моментом в моей жизни стала встреча с одним писателем.
- С писателем? – удивился Ярус.
- Да. Это может показаться странным, но именно он раскрыл мой потенциал. Писатель оказался вовсе не фантастом, он описывал очень не простые истории. Сначала я познакомился с его книгами, а после встретился лично. Он держался очень осторожно, но я услышал всё, что хотел услышать. Через несколько лет мы встретились вновь. Тогда я задал интересующие меня вопросы. И он на них ответил.
- И что же тебя интересовало?
- Я тогда активно изучал подсознание человека и его влияние на жизнь, на возможность коррекции судьбы, которую мы сами же себе устанавливаем. Меня заинтересовал случай, который описал этот человек в одной из своих книг. Речь шла об африканском населении, живущем в отрешенном от основного мира состоянии. Они жили натуральным хозяйством, своей общиной, ничего из техники и всего того, что использует в повседневной жизни современный человек, они не знали. И вот к ним приехала съёмочная группа. В разговоре выяснилось, что эти поселенцы никогда в жизни не видели самолёт и не понимают, о чём спрашивают гости. Всё бы ничего, если бы ни одно но! Каждый день над этим селением пролетало два самолёта на протяжении десятка лет. Прямо над их поляной пролегали рейсы. Но поскольку они не знали, что существует самолёт, они не могли их идентифицировать. Смотрели в небо, но не видели и не слышали. Подсознание делало для этих местных жителей самолёты не просто не видимыми, а даже не существующими.
Это понимание раскрывал огромные возможности. Я договорился о встрече с этим автором и расспросил его о том, действительно ли это так.
- И что он ответил?
- Он привёл свой пример из жизни.
- Расскажешь? – попросил капитан.
Линкорн посмотрел на Яруса, сидящего рядом, печально опустил взор и начал рассказ:
- В 2005 году на этого автора было совершено покушение. Человек, который намеревался его убить, уже имел на своём счету один труп. А поскольку срок за убийство, что за одного, что за двоих – не отличается – он ничем не рисковал. Вечером в запланированном месте произошла встреча. Убийца вогнал нож под рёбра писателю по самую рукоять. Но автор, как ни странно, стоял как ни в чём не бывало, более того, в ответ разминал кулаками физиономию опешившего душегуба. Он нанёс второй удар, третий. Рукоять вновь и вновь упиралась в тело, но писатель вёл себя так, будто ничего такого не происходило. На пятый удар, кто-то из прохожих неподалёку крикнул – нож! У него в руке нож! Этот удар прошил тело писателя на пятнадцать сантиметров вглубь, после чего он был доставлен в хирургическое отделение, зашит и через какое-то время поставлен на ноги.
Врачи говорили – родился в рубашке. Ни одного жизненно важного органа задето не было. В теле была только глубокая рана.
Когда он вернулся домой и стал сжигать окровавленные вещи, то с удивлением обнаружил, что в куртке, в которой он был в тот роковой вечер пять широкополосных дыр от ножа. По ширине разреза было понятно, что нож каждый раз проходил сквозь куртку до максимального расширения. А уже в кофте и теле его была лишь одна пробоина. Куртка не могла сложиться сама в несколько раз, порезы находились рядом, но всё же...
Он рассказал мне, почему всё произошло именно так. Дело в том, что в тот вечер ножа в руке убийцы автор не видел. По обыкновению он смотрел в глаза, противнику, а не на руки, ноги и что-либо ещё. То, что удары наносились ножом – автор не знал. И лишь когда кто-то крикнул что в руке нож, тогда подсознание пропустило этот факт, в пространство писателя, и последний удар поразил его. До этого момента в подсознании жертвы ножа не существовало, поэтому четыре пореза на куртке искажали каждый раз пространство. Убийца каждый раз загонял нож по самую рукоять в тело жертвы, но жертва этих ударов не ощущала, потому что для неё ножа не существовало. Эти миллиметры между курткой и кофтой делали то, что объяснить себе логика не может. На самом деле это делало подсознание.
С тех пор я стал усиленно изучать этот вопрос и через одно стал выходить на второе, через второе на третье. Имея доступы через родственные связи к тайным библиотекам, я достаточно быстро получил то, к чему стремился.
- А где сейчас этот писатель? – спросил Исаев.
Линкорн с упрёком посмотрел на Яруса.
- Что? – изумился тот.
- Помнишь два своих последних заказа? – спросил Линкорн Яруса.
Капитан переменился в лице, начиная понимать, что к чему.
- Старик в роскошном доме, Виктор Александрович Барышников и следом его сестра, - ответил ликвидатор.
- Этот старик и был тот самый писатель... – проговорил Линкорн, - твоя пуля, Ярус, забрала его жизнь!
Молчание повисло вокруг. Ненависти, ярости место не было в этом повисшем молчании, в нём чувствовался привкус плановой утраты. Это должно было произойти, это произошло. Как канут в водную пучину материки, когда смещаются полюса Земли, как взрываются планеты, образуя собой ядра новых жизней, новых начал, новых планет.
Исаев первым нарушил тишину, спросив у Линкорна:
- Если позволишь, что ещё интересного тебе поведал тебе этот писатель?
- Многое, но распространяться слишком не буду. Расскажу лишь ещё один эпизод, который имеет место быть. Когда я об этом узнал, то сначала очень сильно удивился, а потом просто понял, как люди применяют сакральные знания в бизнесе.
Эта история произошла в двадцатом веке. Речь идёт об очень известном..., а может даже о самом известном боксёре тех лет. Он был невысокого роста, не самого большого веса, но он побеждал. Подкидывал своими хлёсткими ударами воротил в два раза больше себя. И сам не падал от их ударов. Имени не буду называть, поскольку в нашем деле осторожность - прежде всего, но вы и так, я думаю, догадываетесь о ком речь. Да, цвет кожи его был... в общем - он меня заинтересовал. Я искал информацию о нём в различных источниках, но в большинстве своём ничего дельного найти не удавалось. Пресса списывала его удаль на постоянные тренировки, хотя он не так много тренировался по сравнению с теми, кого отправлял в нокаут. Местами проскальзывали намёки на какие-то эзотерические вмешательства, но как это могло относиться к делу, я не понимал. Не понимал, до встречи с писателем.
- Я понял о ком речь, меня он тоже сильно интересовал, эдакий непобедимый воин, - вступился Ярус, - я тоже понимал, что дело здесь не в тренировках, думал, что всё дело в анаболиках, в новейших технологиях применяемых тайно и опробованных на этом бойце.
- Ты очень удивишься, приятель, но те, кто принимал анаболики – выставлялись против него! – ответил Линкорн.
- Так кто же он? – не выдержал Исаев.
- Я расскажу. Когда я задал этот вопрос писателю, он посмотрел на меня с очень интересным выражением лица. Я сразу понял, что он знает ответ на мой вопрос, но не спешит эти знания раскрывать. И всё же мне удалось «выпытать», правда, на это понадобилось несколько лет. Наша встреча с ним произошла в Молдавии.
Мы сидели на склоне обрыва, любовались изгибом реки. Я тогда учился слышать «шелест утренних звёзд». Вдруг он спросил, интересует ли меня ещё спортсмен, о котором я хотел узнать четыре года назад. Да, прошло четыре года с того момента, как я первый раз подошёл к нему с этим вопросом. После пытался ещё несколько раз, но всё напрасно. И вот, у берега реки, он вдруг решает рассказать мне эту тайну. Конечно, я ответил положительно.
Он начал издалека. Рассказал о четырёх сущностях, которые сопровождают человека всю жизнь, о том, как доминируют в определённые периоды жизни одни над другими и о том, как это проявляется в жизни. Этой информацией я уже тогда владел, правда, в значительно более скромном понимании. И вот, этот человек рассказал о том, как можно дополнительно подселить сущность в человека с помощью оккультных знаний, взаимодействуя с другими мирами. Этих сущностей люди издревле называли бесами. Хотя это не совсем так. Впрочем, когда узнаешь о том, на что способна одна такая сущность – первая мысль, которая приходит – это конечно нечистая сила. Сегодня, состояние с подселенцем условно называют одержимостью. Есть несколько мест на планете, специально предназначенных для освобождения человека от того, кто несанкционированно решил в нём пожить. Так вот, оказалось, что существуют специальные люди, которые занимаются тем, что взаимодействуя с другими мирами, подселяют сущность определённому человеку. В зависимости от того, кого заселили, проявляются те или иные способности. Человек может начать лазить по прямым стенам, как паук, кстати, человек - паук – был прописан в комиксах именно с такого подселенца, только он конечно паутиной не стрелял. Человек может начать летать, правда, его полёты обычно очень неумелые. Сущности нужно много времени, чтобы освоиться в теле человека. Но иногда, подселяют такие сущности, из более низших мерностей, которые являются перворазрядными воинами. Они не умеют больше ничего, кроме как воевать, но воевать умеют мастерски. Если в человека, скажем, в бойца, в боксёра заселить такую тварь, то он становится непобедимым для человека. Он сам уже не человек. Он – это синдикат сущности другого мира, которую местными приёмами и средствами победить нельзя. Боксёр в этом случае не чувствует боли, не чувствует жалости, не чувствует страха, кто бы перед ним не стоял. У него одна задача – победить. Иногда убить, это оговаривается отдельно на момент заключения договора с подселенцем. Конечно, гостю из другого мира в ответ потом приходится тоже оказывать услугу, но об этом я говорить не буду. Там всё ещё более мерзко, чем на Земле. Так вот, в большом спорте, там, где миллионы и миллиарды долларов крутятся, бои, или другие соревнования порой устраивают не между людьми, а между вот такими подселенцами и роботами. Роботы – это люди, от которых человека почти не остаётся. Их тела накачивают препаратами, их разум ломают и вшивают свои программы с помощью современных средств управления подсознанием. Внешне – сражаются два человека, но, по сути – ни один из бойцов человеком на момент боя не является. Отсюда двенадцать раундов, которые они стойко переносят, молотя друг друга, поддерживая ажиотаж. Хотя логически мы все понимаем, что после одного такого удара, какие там летят – жизнь оставит любого, даже самого крепкого спортсмена. История большого спорта скрывает много тайн. Раньше для того, чтобы подогревать публику договаривались с тренерами и бойцами, делали договорные матчи, по сути – шоу. Потом всё сделали проще. Бои стали идти настоящие, самые ожесточённые и самые яростные. Только бои эти уже не между людьми, а между разработками техногенной эры и эзотерическими знаниями, последние, кстати, всегда побеждали.
- Как понять, кто перед тобой стоит? – уточнил Ярус.
- Отличие бойца с подселенцем – невиданная ярость. Ненависть в глазах. Взгляд – вот что больше всего выдаёт бойца с подселенцем. Робот, накаченный анаболиками, не выделяется яростным взглядом, обычно он более чем сдержан. Ему незачем волноваться, переживать, проявлять какие-либо эмоции. У него есть задача и инструмент в виде модифицированного тела. Он просто идёт и выполняет эту задачу, вот и всё. С подселенцем же история совсем другая. В нём живая сущность, в нём беснуется, рвётся из тела, из сковывающих пут необузданная мощь. Отсюда ярость, отсюда все последствия.
- Откуда же об этом узнал писатель? – поинтересовался Исаев.
Линкорн улыбнулся.
- Понятно, ладно, извини, и так много уже рассказал, - закрыл тему капитан.
Однако Линкорн ответил:
- Всё, что знал писатель – он знал на себе. Случай с сущностями у него вышел довольно забавный. Врагов у него было много, это правда. Друзей мало, потому что дружить с ним было очень опасно, даже просто общаться. А вот врагов – очень много. Ведь он обладал знаниями, а это сила, это конкуренция, это опасность. Кроме всего прочего, писатель отличался своей непредсказуемостью. Он мог вытворить всё что угодно и сделать это так, что мы с тобой, Ярус, по сравнению с ним – гимназистки румяные. Словом, концов от его хитросплетений найти было невозможно. А непредсказуемая сила – всегда несёт опасность для тех, кто привык держать всё под контролем. Его много раз пытались убить, но все попытки в итоге были тщётными. Есть несколько личностей в истории мира, которых не могли достать ни снайперы, ни другие ликвидаторы. Он был одним из них.
- Как же я тогда смог его убить? – возразил Ярус.
- Он сам назначил себе день, вид смерти и того, кто всё реализует. Он ждал именно тебя, Ярус, - ответил Линкорн и продолжил, - после серии неудачных попыток ликвидировать писателя, было принято решение – заселить в него сущность, которая убьет его изнутри. Подселение прошло на удивление гладко. Но результатов не последовало. О его самочувствии справлялись постоянно под видом друзей и знакомых – он всё время искренне отвечал, что всё в порядке. Тогда заселили ещё одну тварь. Но и после этого он продолжал жить, как ни в чём не бывало. Тогда подыскали сущность более высокой иерархии, способную на то, о чём даже подумать страшно. Вот тут-то всё и произошло.
- Расскажи! – взмолился Ярус.
- Третья сущность стремительно проникла в тело. Писатель рассказывал, как он ощутил в себе очередного визитёра, заметно отличающегося и размерами и мощью. Эта сущность едва вместилась в тело и стала пытаться в нём адаптироваться, вправляться.
Линкорн увидел в глазах слушателей непонимание.
- Сущность стала примерять тело, как одежду, пытаясь уместиться в нём, расправиться, натягивать это тело на себя, - пояснил он. - В этот момент, по словам писателя, помимо мягко говоря, дискомфорта, он ощутил злобу, ярость, ненависть. Все самые низменные качества, которые активировала новая сущность в сущности имеющейся – левой – той, что есть у каждого из нас. Но он сказал себе – ей – я не стану с тобой воевать, я не стану тебе потакать, потому что я – есть ты, потому что ты – есть малая часть меня. Я просто использую все твои резервы для того во имя чего пришёл сюда.
Взгляды Исаева и Яруса были предельно внимательны. Они слушали как заворожённые. Линкорн продолжал:
- Как эта сущность ломанулась прочь из тела, а вслед за ней и две предыдущие. Они поняли, что их мощь просто использовали, да ещё и не в разрушительных целях, а в созидательных. Вышли все три через рот.
- Да, я слышал, что изгнание происходит именно через рот, - подтвердил капитан.
- Много интересного мне поведал писатель он, научил меня чувствовать любовь бегущего ручья, слышать нежность ветра, ласкающего лицо, понимать гармонию и всю простоту сложности мироздания!
Линкорн задумался, прикрыв глаза, потом открыл их вновь и строго произнёс:
- Всё, господа, больше прошу по поводу писателя вопросы мне не задавать, ещё увидимся, а сейчас прошу прощения, вынужден откланяться, дела.
Линкорн растаял в воздухе, Исаев и Ярус остались сидеть на скамейке в провинции Германии.
- И как мы теперь отсюда будем выбираться? – спросил Ярус капитана.
- Хороший вопрос. Яхорд нас, по крайней мере, вернул обратно, а этот милый человек... – с сарказмом произнёс Исаев.
- Я чувствую в себе некую силу с тех пор, как Яхорд оставил этот мир. Прежде я делал нечто подобное для проникновения в особо контролируемые места, по долгу службы так сказать, но там была больше техника скрадывания, а что если мы...
Ярус не успел договорить, капитан остался один на скамье, его друг исчез.
- И этот исчез! Нет, они издеваются, - досадовал капитан. Он встал со скамьи, сделал несколько шагов в сторону дороги, как вдруг перед ним появился Ярус, капитан даже отпрыгнул от неожиданности. С Яруса буквально стекала вода. Одежда, волосы, всё было хоть отжимай. Но лицо его сияло.
- Не понял! – кратко резюмировал капитан.
- Всё просто, дружище, я понял, как это работает, ответил Ярус. Он подошёл к другу, прошептал ему что-то на ухо, загадочно улыбнулся, отошёл в сторону и перед тем как исчезнуть вновь, успел кинуть последнюю фразу:
- Только место проектируй тщательней!

***
Исаев появился в допросной комнате, когда бригада монтажников устанавливала новую дверь.
- Здорово, парни! – бодро крикнул он им, повергнув в шок работяг. Никто из них не видел, как он сюда вошёл, когда они приступали к работе, помещение было пустым.
Капитан вышел из допросной и направился в своё родное отделение, однако у входа в здание ему преградил дорогу Степан Ильич.
- Где пропадал, Игорь Семёнович? – недобро спросил он.
- Выполнял непосредственное приказание генерала Нурова, - ответил Исаев, не останавливаясь, но коллега остановил его, крепко преградив дорогу рукой.
- Я не закончил, капитан! – сурово произнёс он, - спрашиваю ещё раз. Где ты был? Что произошло в допросной?
- Кто ты такой, чтобы я перед тобой отчитывался? Сейчас наберу генералу, договорюсь о встрече и лично ему доложу.
- В таком случае поехали вместе, поскольку генерал Нуров поручил мне это дело после твоего исчезновения.
- Исчезновения? – очень натурально удивился Исаев.
Степан Ильич посмотрел на коллегу, прищурив глаз. Махнул рукой, водитель подогнал авто, на котором служивые отправились к генералу.
Просидев в приёмной четверть часа, Исаева пригласили. Степан Ильич вошёл следом.
- Товарищ генерал! – доложил он со спины Исаева, - капитан Исаев появился у ворот четвёртого отделения сорок минут назад, на вопросы отвечать отказался, и был немедленно доставлен к вам!
- Исаев вёл себя спокойно, с лёгкой иронией взглянув на докладчика.
- Что случилось, Игорь Семёнович? – обратился к капитану генерал настроенный крайне решительно.
- Товарищ генерал, не могу ничего дельного сообщить, поскольку сообщать нечего, - ответил Исаев.
- Что значит нечего? Где ты пропадал всё это время?
- Какое время, товарищ генерал, прошу уточнить? – рапортовал капитан.
- Генерал переглянулся с вверенным сотрудником. Вид у того был настороженный.
- Выйди-ка, пока, Степан Ильич, - попросил его генерал.
Сотрудник вышел из кабинета.
- Ты знаешь что-то, что всем знать необязательно? – изменив тон, спросил Нуров.
- Товарищ генерал, я буквально недавно докладывал вам о том, что мой сотрудник ведёт допрос, но результатов пока нет. Поскольку время было не на нашей стороне, я принял решение лично продолжить допрос, но войдя в камеру, никого в ней не обнаружил. Обернулся, увидел монтажную бригаду, чинящую дверь, что произошло, я не понял, поэтому поспешил первым делом доложить об этом вам. На пороге меня встретил Степан Ильич и заговорил со мной враждебным тоном. Что произошло за этот час, пока я доехал до спецподразделения и обратно?
Генерал, внимательно выслушав Исаева, лишь переспросил:
- Час, говоришь?
- Сорок семь минут, если быть точнее, товарищ генерал. Я что-то не понимаю, что происходит?
Генерал встал со стула, подошёл к Исаеву, внимательно посмотрел ему в глаза, потом отошёл к окну и, глядя в него, произнёс:
- Объект допроса найден мёртвым в камере, на фото и видеофиксации отражены три объекта в камере, ты, твой человек и объект допроса. Потом на несколько секунд появился четвёртый объект, а потом вы все исчезли. С тех пор как ты вошёл в камеру, капитан, прошёл не час и не два. Ты что-нибудь можешь сказать по этому поводу?
- Никак нет, товарищ генерал, не понимаю, как это могло произойти. Так объект допроса мёртв?
- Да, ему свернули шею.
- Кто это сделал? Как это возможно в контролируемом помещении?
- Разбираемся, капитан. Иди пока, занимайся своими делами, нужен будешь – позову.
Исаев с растерянным видом подошёл к двери.
- Спасибо, капитан, - услышал он вслед.
- Простите, товарищ генерал, за что?
- За то, что помог... по крайней мере, попытался что-то сделать.
Исаев печально кивнул, приставил руку к фуражке и вышел.

***

Проведя насыщенный день, Ярус поздно лёг, даже не снимая кофты и штанов. Ему снились какие-то люди, каменные джунгли, самолёты, города. А потом вдруг картина сменилась. Он оказался в прекрасном саду. Ласковое щебетание птиц доносилось откуда-то издалека. Отовсюду чувствовались ароматы свежести, непередаваемого ощущения свободы и лёгкости. Солнца на горизонте не было видно, но в саду было светло. Этот свет как-то отличался от привычного глазу солнечного света. Он был как бы белей, легче, разряженней..., и исходил отовсюду. Ни откуда-то из-за горизонта, а отовсюду, от каждого растения, от каждого цветка.
Ярус поднял руку, и внимательно посмотрев на неё, заметил, что такой же всеобъемлющий свет исходит и от его руки. То же самое было и со второй рукой, и от ног и от всего тела концентрация этого свечения исходила сильней и всё больше она рассеивалась по мере удаления от тела.
- Странное место – подумал бывалый ликвидатор, который за свою жизнь успел много где побывать.
- Место... – послышался приятный голос со смешком где-то рядом, - это описание скорее подходит к той местности, в которой ты провёл последние тысячелетия. Вот там место действительно странное. Мы уже и сами перестали понимать, во что регенерировала некогда созданная курортная зона вселенной. Здесь же всё просто, честно. Открыто.
Ярус обернулся кругом, никого не было видно. Ландшафт простирался на многие километры во все стороны, высота трав и цветов не превышала высоты колена. Спрятаться в этой траве было не просто. Проведя профессиональным взглядом в сторону исходящего голоса и примерно рассчитав место геолокации объекта, Ярус осторожно стал приближаться к месту предполагаемого нахождения обладателя речи.
- Ты сейчас дома, Ярус, иди свободно без опасений, тебе здесь ничего не угрожает, - вновь прозвучала речь из ниоткуда.
На какой-то миг, доносящийся голос показался Ярусу знаком. Он совершенно точно не был плотно знаком с этим человеком, но когда-то в жизни как будто бы встречал обладателя голоса. Только где когда и при каких обстоятельствах, вспомнить не удавалось.
- Закономерный вопрос, - послышался тот же голос, - я бы рад представиться, да моё имя тебе ничего не скажет. Мы были лично знакомы слишком давно... да и имя моё тогда звучало несколько иначе. Давай уж лучше я предстану перед тобой, узнаешь ты меня, наверняка...
Ярус остановился в задумчивости.
- Ты готов? – прозвучал голос.
Ярус насторожился в готовности к встрече с неприятелем.
- Готов... – утвердительно, но мягко продолжил голос.
Прямо из пустоты, из расступившегося ландшафта на расстоянии десятка метров навстречу Ярусу вышел писатель. Тот самый его заказ, который он с блеском выполнил неделю назад.
- Вы...? – изумился Ярус, - я что умер?
- Так ли это, в сущности, важно? – ответил приближающийся улыбающийся человек.
- Остановись! Стой!
Писатель остановился.
- Что происходит?
- Ты сейчас спишь... вернее спит твоё нынешнее тело, а ты... именно ты, как раз в данный момент бодрствуешь, бодрствуешь как никогда. Я позволил себе пригласить тебя на короткую встречу, знаю, что твоя душа жаждала этого. Я выполнил её просьбу. У нас мало времени, советую его не терять понапрасну. Говори, всё, что хотел сказать – добрым открытым голосом проговорил писатель, сопроводив речь нежным любящим взглядом.
- Простите, - виновато, неумело и сконфужено произнёс Ярус. - Простите меня, я не знал, кто вы. Тогда не знал.
- Всё хорошо, Ярус, я перехоронил огромное множество своих врагов, точнее тех, кто считал себя таковыми. Ты мне не враг, скорее друг и верный помощник. Именно тебе выпала честь освободить меня от телесных пут. Я долго ждал этого момента, действительно долго. Ни одну жизнь и даже не дюжину. Я очень благодарен тебе за то, что ты сделал. Кстати с сестрой я встретился довольно быстро, спасибо, что выполнил просьбу.
Старик улыбнулся.
Ярус не знал, как отреагировать на эту улыбку.
- У нас действительно мало времени. Ты скоро вернёшься назад, поэтому если всё ещё хочешь задать свои вопросы – советую поторопиться...
- Хорошо, - ответил Ярус, переведя дух, - я хотел бы узнать... Вы – это действительно...
- И ты тоже! – перебил ответом писатель. Следующий вопрос.
Ярус растерялся, по телу его пробежали мурашки от понимания скорости восприятия и обдумывания ответа.
- Тогда зачем всё это?
- Потому что ты этого пожелал! Ты захотел, чтобы всё было именно так.
- Когда?
- Давно, по меркам Земли, но всего лишь миг назад, по меркам первозданной системы отсчёта.
Ярус задумался. Писатель мог прочитать его мысли, но ему и это не требовалось, ведь он уже знал обо всём, что хотел спросить Ярус, и, тем не менее, ждал вопросов.
- Я хорошо сыграл свою роль? – изменившись в лице и интонации, спросил Ярус.
- Пока об этом рано говорить. Но вступление было хорошим. Меня, признаться, всегда интересовал в большей степени финал. Я с удовольствием досмотрю твою постановку.
- Только мою?
- Твою в частности, как маленькую, совсем мельчайшую частичку общего спектакля, грандиознейшего из творений, за которым с упоением наблюдаю не только я.
- Почему вы выбрали в качестве последней роли именно роль писателя?
- Я много кем был, Ярус, писателем был тоже. Мне очень понравилась эта дорога. Да, она отличается своей несерьёзностью, в плане отношения людей. Сначала к тебе относятся несерьёзно, до тех пор, пока ты не становишься знаменитым и влиятельным. Потом на какой-то период отношение к тебе меняется, но позже, когда люди начинают активно тобой интересоваться, читать, понимать или пытаться понять, через какое-то время вновь отношение становится праздным. Причин тому множество. Чаще всего не понимание, иногда – зависть, иногда обида, разумеется - на себя, но выражаемая в обиде к автору. Это путь не менее тернистый, чем путь любой другой, но этот путь отрешённый. Для того, чтобы стать писателем и не сломаться в первые годы, иногда первые десятилетия непризнания и насмешек, нужно бросить вызов миру. Тому миру, в который ты приходишь. Их, как ты знаешь, огромное множество.
Ярус кивнул.
- Так вот я был писателем уже несколько раз, читал себя спустя века, видел результаты деятельности, будучи кем-то, другим для остальных, сознательно оставаясь собой. Это интересный путь, это достойный путь. Нас многие не воспринимают серьёзно, потому что деятельность писателя нельзя потрогать, она крайне редко приносит финансовые плоды достойные уважения. И, тем не менее, именно перо заставляет крутиться этот... и не только этот мир.
- Вы хотите сказать, что Вам удавалось изменить ход истории?
Писатель вновь улыбнулся, опустил глаза, свёл руки в ладонях и исчез...
В следующий миг Яруса выбросило из сновидения. Он открыл глаза и сел на кровати, прекрасно помня всё то, что привиделось во сне.
- Ну и сон, - вялым сонным голосом пробормотал он, - ну хоть извинился перед стариком, и то ладно.
После этих слов он скинул кофту, штаны, залез под одеяло и сомкнул веки.

***

Капитан Исаев вот уже не первый год негласно управлял несколькими теневыми структурами. Некоторые из них готовили профессиональных ликвидаторов для самых высших правительственных кругов, некоторые печатали деньги с таким качеством, что даже банки не могли их отличить от государственной валюты. Одно из подразделений работало исключительно в информационной сфере, но по всем направлениям. Необычность этих структур заключается в том, что после получения аванса по заказу на зачистку, все выходцы - ликвидаторы устраняли заказчика, а не того, на кого поступал заказ. Результаты подобной деятельности сводились к 170-ти персонажам попытавшимся убрать тех, кто мешает курсу единого правительства. Они не могли найти концы этого движения, и с опаской через третьих лиц обращались к доверенным снайперам, однако, даже это часто не помогало остаться в живых теневому заказчику. Именно так Исаев и познакомился с Ярусом, волком одиночкой, с которым его свела судьба в местном трактире для призраков и теней. Исаев обращал невежество против самого невежества, чем и подкупил Яруса. Деятельность единого правительства серьёзно пошатнулась с приходом этой структуры. После проведения успешной операции ликвидатор менял внешность, получал новые документы и входил в криминальный мир уже с совершенно иным послужным списком и рекомендациями в поисках новых заказчиков.
Вечером, вернувшись из отдела, капитан получил сообщение по закрытому каналу из информационного отдела своей организации. В письме сообщалось, что ниточки четырёх заказов из имеющейся базы клиентов вели к генералу Нурову. А все заказы поступали через контактёра, промежуточное звено, коим являлся ни кто иной, как Степан Ильич.
- Теперь всё сходится, - прошептал капитан. - Я всё не мог понять, почему правительственные круги разместили заказ на поимку Яхорда в МВД. Генерал – это промежуточное звено всей системы, который моими же руками стремился получить все необходимые сведения от объекта, а другая часть той же самой структуры отдала приказание на ликвидацию Яхорда, что и сделал Линкорн. Генерал крутит мне мозги, представляясь верным защитником родины, хотя поставлен на своё место как раз в целях служащим противоположным ориентирам.
Исаев ввёл специальный код, после чего отправил короткое сообщение:
«Устранить обоих. Немедленно! Продолжайте копать».

***

Генерал Нуров и Степан Ильич ужинали в ресторане, в специально оборудованном и отведённом месте для VIP- персон.
- Как думаешь, под дурака косит, или действительно ничего не помнит? – задал вопрос генерал, оценивая вино в бокале презренным взглядом.
- Я бы не стал ему доверять. Мы оба знаем, что Исаев не так прост, как кажется, но теоретически, могла возникнуть такая ситуация, что он пробыл всё это время в прослойке времени, так же как и две опергруппы направленные на задержание Яхорда.
- То-то и оно. Но если он всё-таки что-то знает... мы не можем рисковать, слишком многое на кону.
- Никаких проблем, я всё устрою, - сказал Степан Ильич так, словно попил воды.
- Только аккуратно, не так как в прошлый раз. Не хочу подставлять в очередной раз погоны из-за дилетантской ошибки твоих воротил.
- Всё будет в лучшем виде, товарищ генерал. Не в первый раз. А за прошлый нюанс мы предоставили вам щедрое извинение за все моральные издержки. Разве тот вопрос ещё не исчерпан?
- Исчерпан, всё нормально. Но попрошу не расслабляться! Это не рядовой пехотинец, - бегая глазами, ответил Нуров.

В здании напротив, расположенном в десятке километров от ресторана, где ужинал генерал, сидели два человека.
- Генерал на мушке, второй может соскочить, если сейчас начать.
- Да, я тоже второго не вижу, могу промазать, тогда наделаем шуму. Пускай выйдут, тогда и ресторан будет ни при делах, это тоже правильно. Ребята тут ни при чём, не будем им портить славу.
- А если они выйдут не вместе?
- Вероятнее всего они будут выходить в разное время, но то, что выходить будут – это факт. На случай если через чёрный ход кто решит, там тоже наши люди на стрёме, так что это при любом раскладе их последний ужин. Не будем мешать наслаждаться последними минутами. Все люди, уважение к жертве – прежде всего.
- Да... поработаешь с тобой, заодно и окультуришься. Хорошо. О, смотри, кажется, один из них собрался.
- Ребята! Внимание! Работаем! Первый пошёл, - передал по рации человек с винтовкой.
Степан Ильич попрощался за ручку с генералом и вышел из VIP- зоны. На улице он не появлялся. Уже и вышел генерал, а его вверенного сотрудника всё не было.
- Ребята, машина подъезжает, рассредоточится всем. Генерал мой! Вы ищите второго! – приказал человек с винтовкой и взял на мушку Нурова.
- Серёгу отправили в ресторан, пусть пронюхает там, что к чему, а то зря, что ли смокинг заказывал, - ответили в рацию.
Генерал махнул рукой, водитель подогнал служебную «Волгу», открыл дверь и усадил генерала на заднее сидение. Машина поехала по тихой улочке, держа курс за город.
- Товарищ генерал, - обратился водитель, - звонил Алексей Никифорович, просил ему перезвонить на домашний, как только вернётесь.
Генерал молчал.
- Товарищ генерал, простите, это срочно, мне велено передать!
Генерал не отвечал. Водитель посмотрел в зеркало заднего вида и с визгом остановил машину на перекрёстке. По склонившейся голове генерала текла нарастающая капля крови. Водитель выскочил, открыл пассажирскую дверь, и поймал вываливающееся тело Нурова. Он был мёртв. Машина была цела, стёкла целые, а в задней части черепа генерала кровоточила свежая рана от огнестрела полученного неизвестно при каких обстоятельствах.
- Генерал готов, что у тебя там со вторым, Серёга? – послышался голос в наушнике спецагента.
- Людей выводят из ресторана. В туалете второй. Удавкой его кто-то приговорил до нас. Спокойно удаляюсь, никого не раздражая, - ответил человек в смокинге.
- Видно многим дорогу перешёл этот «бравый парень». Хорошо, снимаемся.

***

Исаев нашёл в телефоне запись «турагентство» и набрал номер.
- Да, - отозвался Ярус.
- Скажите пожалуйста, - вежливо обратился к другу конспиратор, - у вас как ситуация с путёвками сейчас? Есть какие-нибудь горящие туры?
- Нет, ничего нового.
- Точно? Может на одно место найдётся что-нибудь на ближайшее?
- Ничего, уверяю вас. Мы вообще подумываем о том, чтобы свернуть бизнес, перелёты стали слишком дорогими, не выгодно заниматься данным видом деятельности, ответил Ярус.
Капитан положил трубку.
- Значит, Ильича не Ярус прищучил. Да и почерк ни его, но проверить всё же надо было. Ладно, замнём это дело. По заслугам получил этот деятель, - решил Исаев и убрал в архив не начатое дело по гибели человека в туалете ресторана.
Ярус больше не жаждал крови. Он мог многое, теперь он был способен практически на всё. Но эта мощь была в надёжных ответственных руках. Если раньше Ярус относился к своим заказам крайне щепетильно, отклоняя более восьмидесяти процентов обращений, то теперь решил вовсе завязать с ликвидацией и переключиться на другие ценности. Денег он заработал достаточно на жизнь, а вот семью себе позволить не мог. Ему вспомнились слова Яхорда о семье. Что самая тяжёлая работа на Земле – это работа семьянина.
Кроме капитана у Яруса не было никого, кто мог бы ему дать дружеский совет в вопросе образования семьи.Проветрив голову в парковой аллее, он набрал номер друга:
- Здоров. Занят?
- Говори, - отозвался капитан.
- Соскучился.
- Не верю, но приятно. Чего хотел?
- Поговорить.
- Проблемы?
- Да нет, о жизни... о добром, светлом, вечном...
- Неожиданно. Ты где сейчас?
- Парк Горького.
Капитан положил трубку, а уже через несколько секунд шёл по центральному скверу, приметив Яруса на скамье.
- Смотрю, ты во всю пользуешься новой способностью. Я слышал, что прыгать постоянно не слишком хорошо, в нужный момент может просто не хватить энергии, если так разбазаривать...
- Всё нормально, - перебил друга Исаев, - я чувствую в себе столько силы, столько энергии и рвущейся из плоти мощи, что просто не знаю, куда всё это можно реализовать, а очень надо. Прямо разрывает изнутри.
- У меня не так всё явно, но в целом... ладно. Я хотел спросить тебя вот о чём.
- Так, - с интересом отозвался Исаев сев рядом.
- Ты ведь был женат?
- Ну?
- Как ты это сделал?
- Что? Развёлся?
- Да нет, наоборот, как ты это всё... провернул что ли... просто у меня не было девушки... уже давно.
- Хочешь, чтобы я помог тебе накинуть омут на шею?
- Вроде того.
- Не узнаю тебя, дружище. Ты никогда прежде не поднимал таких тем.
- Оттого и не поднимал, - ответил Ярус с серьёзным просящим видом, - что тема эта болезненная для меня.
- Погоди... так ты что, ещё того, что ли?
- Да. Как-то не случилось.
- Ну и дела.
Капитан удивлённо скривил губы.
- Ладно. Я понял, уверенность должна быть у тебя, не кисни. Хлюпиков не любят нигде. Женщины не отличаются новизной в этом вопросе. Но и быковать нельзя. Надо уметь балансировать между уважением и жёсткой мужской политикой, стержнем, так сказать. У тебя он есть, не сомневайся.
- Уже хорошо. Как мне познакомиться? О чём говорить? Сколько примерно должно пройти времени с момента начала общения до разговора о замужестве?
- Много вопросов, дружище. Давай сделаем так, - капитан осмотрел парк, - видишь ту девушку?
У фонтана стояла одинокая девушка, держа в обеих руках сумочку.
- Красивая, - одобрил Ярус, - но мне не по зубам. Мне кажется надо начинать с чего-то пострашней.
- Ты что? На помойке себя нашёл что ли? Эта девчонка не Мэрилин Монро, но вполне себе ничего. Примерно по возрасту лет на шесть тебя младше.
- Так это же не правильно?
- Не правильно было бы, если бы она была старше тебя лет на двадцать, тогда как-то сомнительно, а так – отлично.
- Но с чего ты взял, что она одна? Может у неё кто-то есть? Может она ждёт как раз своего парня или мужа?
- Плевать. Мы со своей стороны сделаем нужный пас, а она уже в свою очередь даст понять, есть у неё кто-то стоящий, или ..., в общем, действуем так!
Ярус направился в сторону фонтана, держа наготове телефон. Не доходя до девушки метров пять, капитан набрал номер друга и протараторил:
- Алло, здравствуйте, это распространители билетов, мы хотели бы вас пригласить на премьеру в ТЮЗ. Комедия для взрослых о любви. Цена билетов пятьсот рублей, могу предложить вам два места на первом ряду, пока ещё есть свободные.
- Я бы рад, - ответил Ярус, в трубку, подойдя к девушке, и остановившись в паре метров от неё, - да только одному мне идти как-то не с руки, а позвать некого. Какой театр говорите? А ТЮЗ. Так это же для детей? Нет? А ну да, вы сказали, взрослый спектакль. О любви. Здорово конечно, но...
Девушка обернулась, услышав приятный мужской голос за спиной. Ярус поймал на себе нежный заинтересованный взгляд.
- Погодите минутку, - громко сказал в трубку Ярус и обратился к девушке, - простите, девушка. Нелепая ситуация, я понимаю, но... меня приглашают в ТЮЗ на премьеру, а мне не с кем идти. Не составите мне компанию?
Сердце у Яруса колотилось как никогда. Первый опыт в вопросе взаимодействия с противоположным полом не забывается, даже в такой лёгкой устной, но очень волнительной форме. Девушка обернулась, улыбнулась и несколько смутившись, ответила:
- Действительно, нелепая ситуация. Но в принципе... почему нет? Я люблю театр, давно не была. А когда премьера?
- Секунду, - ответил Ярус, - а когда премьера? – задал он вопрос в трубку.
Капитан закрыл рот рукой. Он не рассчитывал, что эта девушка вот так просто согласится пойти в театр с Ярусом, просто хотел дать какой-то опыт общения с дамами и примерно показать, как это работает. Вопрос был неожиданный, не продуманный, но требующий срочного ответа.
- Через неделю, в пятницу в 19.00, - ответил капитан, зная, что по пятницам в это время обычно идут спектакли. А что и где – это уже будет не так важно. В конце – концов, можно будет ещё десять раз всё переиграть и вывести в нужном контексте.
- В пятницу на следующей неделе. В семь вечера. Сможете? – умоляюще спросил Ярус.
Его искренность ещё больше подкупила девушку, она улыбнулась шире и произнесла:
- Да!
Обменявшись номерами телефонов и тёплой улыбкой, Ярус предложил девушке прогуляться.
- У меня есть ещё минут пять, - любезно согласилась она.
Капитан с умилением наблюдал эту картину, сидя на лавочке, как вдруг услышал рядом:
- Ловко вы девчонку провели.
Обернувшись, Исаев увидел рядом сидевшего на скамье Линкорна.
- Здравья желаю, капитан, - приветствовал он.
- Давно здесь? – протянул навстречу руку Игорь Семенович.
- Минут пять. Занятно за вами было наблюдать. Главное, сработало ведь!
- Сам в шоке.
- Вижу, вы прекрасно справились с вопросом ориентации в пространстве. Вернулся через час в Германскую провинцию, а вас и след простыл. Освоили значит технику?
- Освоили. В некотором смысле ты в этом посодействовал.
- Так, а то ж! – с довольным видом произнёс Линкорн.
- Как дела у семей? – с подвохом спросил капитан.
- А... ну их... рушится там всё. Похоже, Яхорд успел перед отходом бросить бомбу замедленного действия в самую верхушку. Ты знал барышню известную как мисс Гара?
Капитан знал, кто это, даже пытался добраться до неё через свою структуру, но никак не удавалось подступиться. Он не подал вида, что знает, о ком речь.
- Не важно, теперь уже. Она погибла странной смертью, а вслед за ней, подобно эпидемии стали валиться главы элит. Я как-то всегда был вне системы, хоть и находился для всех внутри. Мне это было выгодно, до поры до времени.
- Сейчас что-то изменилось? – серьёзно спросил капитан.
- Приоритеты и курс.
- Отчего так?
Линкорн посмотрел в сторону дороги, по которой недавно прошли Ярус с новой знакомой, глубокомысленно вздохнул и ответил:
- Он сказал мне одну вещь...
- Ты о писателе? – уточнил Ярус, подоспевший со счастливой улыбкой.
Линкорн кивнул и продолжил:
- Он сказал на последней нашей встрече о том, что когда ребёнок вырастает, он покидает семью. Родители его больше не оберегают, ребёнок пускается в свободное плавание, ищет свой собственный путь, сам пробивает себе дорогу, полностью берёт ответственность за свою жизнь. Так он становится взрослым, так он получает свой опыт.
- Ты разве этого не знал? – удивился Ярус.
Капитан молчал, он понял смысл этих слов.
Линкорн взглянул на Яруса, улыбнулся, потом сделал прощальный кивок и растворился в воздухе.
- Слушай, я что-то...
- Ребёнок, это Земля, дружище. Похоже, что мы наконец-то взрослеем, вот почему Яхорд оставил нас. Он не стал вмешиваться в процесс взросления. Довёл своё дитя до переломного момента становления и предоставил нас самим себе, как это и происходит в семьях... Пора взрослеть и брать ответственность за свои действия.
- Как-то тоскливо осознавать, что мы остались одни...
Капитан опустил глаза, потом поднял взор и, устремив его вдаль, сказал:
- Да... Это то самое чувство... когда ты понимаешь, что детство кончилось...


Добра Вам и Света!!!
Николай Лакутин
Официальный сайт автора http://lakutin-n.ru




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Ключевые слова: эзотерика, фэнтези, книги тайн, оккультные знания, читать книгу онлайн, скачать книгу, Николай Лакутин, книги Николая Лакутина,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 12
Опубликовано: 09.04.2019 в 07:58
© Copyright: Николай Лакутин
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1