Остров Мрака. Глава 13. Побоище


После моего возвращения с «края Вселенной» день прошёл быстро и почти незаметно; может, это оттого, что я был словно в полусне. Ещё бы: с самого утра такое приключение!..
Элла ругалась насчёт моего, как оказалось, смертельно опасного похода, а также того, что наш отдых на время откладывается. Поскольку тогда у меня тело просто разламывалось, а мозг упорно отказывался соображать, я пообещал подруге, что не буду лезть ни в какие авантюры, пока живу в деревне. Её это удовлетворило, и только на следующий день я понял, какую глупость сболтнул.
Да жить здесь – уже большая авантюра! Когда ночью на улице властвуют зомби и эндеры, утром – ведьмы, днём – крипстеры, а вечером – скелеты, поневоле хочется свалить отсюда ко всем чертям и подыскать мир себе по вкусу.
Ну, про монстров я всё необходимое узнал: где они живут, что делают, зачем им деревня… О ведьмах я тоже располагал некоторыми сведениями. К ним на днях надо будет смотаться – нанести, так сказать, «визит вежливости» и убедить их, что лучше помогать не скелетам, нашим врагам, а нам, жителям, побеждающим этих скелетов на раз-два. А если не поймут, то – применить силу. В воспитательных, естественно, целях.
Только как доказать Элле, что это не авантюра?.. Ладно, нет никаких запретов, которые нельзя было бы обойти. А этот я, если постараюсь, вообще оббегу за километр.
Если выбирать между женским спокойствием и безопасностью деревни, я предпочту второе, потому что Элла у меня одна, а в селении жителей много. И охранять надо всех, иначе – какой же я тогда Файтер?

– …Итак, повторяю ещё раз: почему вы сотрудничаете со скелетами? – спросил я у ведьм; новенький каменный меч, заключённый в контур сиреневого огня, угрожающе покачивался в моей руке. – Почему вы поставляете нашим врагам оружие и зелья? Ну?! Отвечайте!
На немедленное выполнение приказа, признаться, я и не рассчитывал: ведьмы были так напуганы, согнанные вместе и окружённые жителями, у каждого из которых имелось какое-то оружие.
Бронник молча стоял, обхватив обеими руками эфес железного меча (вот жук: сам пользуется, а мне не даёт!). Библиотекарь держался несколько неуверенно, то и дело изумлённо косясь на подаренный ему мой старый клинок, по лезвию которого иногда пробегали всполохи зачарования. Могильщик с каменным лицом поигрывал своей лопатой. Мясник держал на плече каменный топор. А Фермер, «человек-гора», с гадкой улыбочкой перебрасывал из руки в руку здоровенный булыжник.
Ну как можно расслабиться в такой «приятной» компании!
Ведьмы молчали, жались друг к дружке; некоторые из них тряслись от страха. Только Лейла, бывшая когда-то моей противницей в поединке по зельеварению, сейчас стоящая ко мне ближе всех своих товарок, смотрела на меня с ненавистью и даже вызовом, так что блики света в её глазах казались мне горячими белыми звёздами.
– Ну?!! – требовательно повторил я, в нетерпении слегка взмахнув мечом, отчего одна ведьма упала в обморок, а остальные (ну, почти все) затряслись ещё энергичнее.
– Мы делаем это, – со злостью в голосе наконец ответила Лейла, – потому что скелеты долгое время были нашей опорой, охраняли нас. Да их лагерь находится в каких-то пятистах шагах отсюда! Если мы будем кричать, то они услышат (не забывайте, что слух – их единственное и главное чувство!), придут и всех вас прямо тут положат! Их много, а вас, – Лейла презрительно оглядела нашу небольшую команду, – всего несколько!
Библиотекарь нервно сглотнул и покрепче стиснул ладонью рукоять меча, который прозрачно намекал, что протянет недолго. Да что ж у нас за жизнь такая, что клинки по два раза в месяц менять приходится…
– Зато каждый из нас стоит десятка скелетов, – отчеканил я. – Если не больше. И ещё: узнаем, что вы не послушались нашего дружеского совета, – услышав это, Лейла саркастически хмыкнула, – то мы опять придём сюда и сами всех вас положим. – Из толпы послышалось сдавленное «ой». – Если что, нам не так уж трудно ходить к вам. Примите к сведению наши пожелания. – Лейла снова хмыкнула. – До свидания. Парни, домой!
Мои товарищи опустили оружие (Фермер бросил булыжник на землю) и, подозрительно оглядываясь на ещё не отошедших от потрясения ведьм, нестройной вереницей потянулись за мной.
Ну, строгое внушение я сделал. Теперь надо просто ждать. Если скелеты узнают о нашем визите, то они точно устроят набег на деревне. Может, и зомби подключат… А вот если в ближайшие несколько дней всё будет тихо, надо будет сходить к ведьмам ещё раз – убедиться, что они выполняют наше распоряжение.
Впрочем, это рассорит их со скелетами; может даже дойти до схватки. А нам в любом случае придётся опять наведаться к ним, – чтобы либо увидеть объеденные до костей и даже сильнее трупы – либо превратить ведьм в трупы своими силами.
Я вообще не садист, но, как известно, проще устранить угрозу, чем жить с ней дальше. Жалко, конечно, что пропадут такие знания… но у нас есть долг – защищать деревню. И он для нас превыше морали.

– Как думаешь, они нас послушаются? – спросил Библиотекарь, подходя ко мне. Сейчас он вёл себя, как обычно; очевидно, наш уход из лагеря ведьм он воспринял с облегчением.
Я пожал плечами:
– Посмотрим. В конце концов, мы здорово их припугнули, так что вряд ли они рискнут нам не подчиниться…
– То есть тебе их не жалко? – не отставал Библиотекарь.
– Жалко, конечно, но только потому, что они выбрали не тот путь – и теперь расплачиваются за это. А что? Решил в доброго рыцаря поиграть? Извини, сейчас – не тот случай, чтобы сочувствовать ведьмам. Если бы мы ничего не предприняли, скелеты увеличивали бы своё могущество и рано или поздно не оставили бы от деревни камня на камне. Так что наш поход – это вынужденная мера. Они сами во всём виноваты.
– Всё равно мне как-то не по себе… – пробормотал Библиотекарь и вернулся на своё прежнее место.
Я тихо фыркнул. Опасная часть задания выполнена, и сейчас нам ничего не угрожает. Вот уж не думал, что среди жителей есть такие трусы…
Наш путь пролегал по редколесью: то открытый участок местности попадётся, то перед нами встанет небольшая роща. Мы шли напрямик, ведомые мною: я-то уже ходил этой дорогой, в отличие от остальных. Не думаю, что до моего прихода кто-нибудь вообще знал о местонахождении лагеря ведьм (ну, исключая Смита). Однако теперь это ни для кого не тайна.
Внезапно мне показалось, что впереди мелькнуло нечто более светло-зелёное, чем деревья, между которыми мы пробирались. Бросив ещё один подозрительный взгляд вперёд, я ничего необычного не увидел. Должно быть, это игра света…
Но когда ярко-зелёное пятно на мгновение показалось слева, шагах в двадцати, я насторожился. Что-то здесь не так…
После третьего попадания странного объекта (если, конечно, он один) в поле моего зрения – сейчас вообще справа – я поднял руку, приказывая всем остановиться.
– Что случилось? – спросил Бронник, но я предостерегающе поднёс палец к губам, и в нашем отряде воцарилась удивлённая тишина.
В течение нескольких секунд ничего не происходило, и я решил продолжить движение – разумеется, с предельной осторожностью. Я сделал маленький шаг вперёд, ещё один – вроде бесшумно. Обернулся и махнул рукой ничего не понимающим товарищам, извещая их, что можно идти дальше.
И тут… из-за ближайших деревьев нам навстречу выскочили крипстеры! Я быстро огляделся и понял, что мы окружены этими созданиями. У них как-то получилось незаметно подкрасться к нам со всех сторон, чтобы мы до последнего оставались в неведении. Слишком поздно было убегать: десяток взрывоопасных монстров закрывал все пути к отступлению.
Мы оказались в ловушке.
Я стиснул зубы и приподнял меч. Что это – тщательно спланированная террористическая акция? Или, может, месть за убитого мной три недели назад их сородича? Зачем им нападать на нас?
Как бы то ни было, у нас имелся только один выход – прорываться с боем. Второй тоже был: ничего не делать и дать себя взорвать – но я на это не подписывался, когда впервые проходил через портал. Я не собирался отдавать свою жизнь за бесценок – наоборот, я желал её сохранить или, на худой конец, продать как можно дороже.
Мне не нравится, когда меня убивают. И мне не нравится убивать самому. Но если приходится выбирать, то я без колебаний отдаю предпочтение второму варианту, потому что мне ещё есть ради чего жить. Хоть я и не знал – ради чего именно, такая формулировка казалась мне наиболее правильной.
Всё – мысли в сторону! Пора действовать!
Стараясь держаться на расстоянии, я проворно размахнулся и рубанул мечом по ближайшему крипстеру. Раздался лёгкий хлопок, меня настигла ударная волна в форме порыва ветра, монстр расплылся в воздухе облаком пара, а от моего оружия взрывом откололо кусок площадью с десяток квадратных сантиметров.
Мой пример воодушевил жителей, и те кинулись в бой, конечно же, соблюдая технику безопасности: крипстер при самоуничтожении мог нанести весьма серьёзный урон, и мой повреждённый меч был тому доказательством. «Зелёные нечеловечки» в долгу не остались – тоже начали атаку.
Один прыгнул на меня, я уклонился, упав при этом на землю, а когда крипстер молниеносно развернулся на нижних конечностях, я мазнул по нему кончиком меча – и сразу же отдёрнул руку с оружием. Замысел удался: монстр взорвался, не причинив вреда клинку. Ободрённый этой победой, я стал помогать друзьям с их противниками.
Треснул лезвием по голове оппонента Бронника, мимоходом прикончил крипстера, наседавшего на Библиотекаря, и мы с Могильщиком, который присоединился ко мне, одолев двух своих, помогли Мяснику и Фермеру разделаться с их врагами.
Без увечий, увы, не обошлось. Фермер своё оружие – пудовую каменюку – оставил в лагере ведьм, так что сейчас он мог полагаться только на своё тело. Вот он аккуратненько и пнул доставшегося ему крипстера… Хорошо ещё, что удар пришёлся по касательной, иначе ему вообще бы полступни оторвало. А так – всего лишь переломы двух пальцев.
– В деревне подлечим, – сказал я, и Могильщик с Мясником, передав лопату и топор мне с Бронником, подхватили нашего массивного друга под руки и потащили вперёд.
Я шёл во главе отряда и напряжённо думал: что же тем существам от нас было нужно?.. Кстати, я всё ещё не знал, где у них логово. Хотя… какое это имеет значение? Крипстеров, судя по всему, сравнительно немного, да и несерьёзные они противники: мы вшестером уничтожили их десяток за несколько секунд. Но в сверхближний бой с ними лучше не вступать, а то можно и умереть вместе с поверженным врагом.
Под ногами шуршала трава, по небу плыли торосы туч, а я всё сильнее сомневался в том, что мы правильно поступили, отправившись в этот поход. Оправдание «у нас не было другого выхода» уже не срабатывало; нового я не находил – и всё сильнее ощущал вину перед собой, перед жителями, которых втравил в это дело, а также перед ведьмами, которых мы силой перетаскивали на свою сторону.
Но жизнь – это не игра и не видеозапись, здесь ничего нельзя отмотать назад, так что глупо, по-моему. Сожалеть о совершённых ошибках; главное – стараться не допускать новых. Занятый такими размышлениями, я и не заметил, как отошёл от раздумий о собственной безнравственности.
…А ещё я всё сильнее склонялся к мысли, что скелеты, которым ведьмы, вероятнее всего, помогать не перестанут, всё-таки организуют нашествие на нашу деревню – в ближайшие несколько дней. Может быть, завтра. А может, и сегодня ночью.

После возвращения мне пришлось выслушать каскад упрёков от Эллы: мол, я её не послушал, не прекратил свои сомнительные операции, привлекая к ним остальных жителей, а теперь вот к чему это всё привело, а она ведь говорила, она предупреждала… Тут я не выдержал и, несмотря на то что хотел слинять в гордом молчании, обозвал её врединой, тупой скандалисткой, нервной старухой и главным подрывным элементом деревни. Элла, кажется, была в шоке от таких обвинений. И, прежде чем я успел сказать ещё хотя бы слово, она пулей вылетела из дома и скрылась в неизвестном направлении. А я просто пожал плечами, взял кирку, огниво и факел, после чего отправился к шахте.
Мне было всё равно, каково сейчас Элле; она меня обидела, я ответил; и всё, конфликт исчерпан. А на сердитых, как говорится, воду возят.
Да, Элла, несомненно, всё ещё любит меня, но вот только её забота о моей безопасности в последнее время превысила всякие пределы. А как же то, что она оставила меня одного сражаться у озера со скелетом на лошади? А как же мой поединок по зельям? А приключение в «сумеречном лесу»? Чёрт возьми, да я даже в шахте теоретически мог отдать концы! И на всё это Элла закрывала глаза. А может быть, ей просто надоело, что я каждый раз ставлю на кон свою жизнь, по сути, «за так»?
Я понимал её: ей не хотелось потерять любимого человека. Но пусть тогда и она меня поймёт: я гость из иного мира, в деревне оказался практически случайно, так что она могла меня и вовсе никогда не встретить. Я волен заниматься всем, чем захочу, и она должна с этим смириться.
Всё это пронеслось бегущей строкой у меня в голове, пока я быстрым шагом преодолевал расстояние от дома до входа в шахту. И я признал себя правым, как раз когда тянул на себя дверь, за которой темнела громадная подземная полость, освоенная мной и Бронником максимум на сотню метров от входа.
Я не стал сегодня разрабатывать наши железные или золотые жилы, а направился прямиком в «нижний мир», где меня ждали эндемичные руды двух цветов.
Я работал без спешки, размеренно, неторопливо, но добываемые мною материалы отягощали мои карманы быстрее, чем обычно, так что уже за пару часов мне стало некуда складывать выработку. Удовлетворённый, я приготовился уходить.
Случайно я прикоснулся рукой к участку стены, покрытому налётом пыли от синей руды, – и ощутил электрический укол вольт этак на десять. Удивлённый, отнял ладонь от камня, посмотрел на свою кожу, на которой чётко виднелись точки синих крупинок, затем – на стену и подумал: «Хм!»
Стало быть, рудный порошок проявляет свои качества сильнее, чем куски той же породы. Значит, если «взрывчатку» перемолоть в пыль, то эффект будет куда как ощутимее. Так я точно смогу полностью превратить портал в «ад» в облако обсидианового крошева…
Но всё же как использовать синюю руду? Батарейку я до сих пор не собрал (отговорюсь: времени не было), а другого применения накопителю статического электричества придумать не мог.
Ну ладно, пусть будет, как есть. Это природа, и часто она выкидывает такие штуки, из которых пользу извлечь весьма проблематично. То есть, по аналогии с «раем», синяя руда – всего-навсего ошибка природы. Пускай красивая, но – ошибка.
Охваченный подобными мыслями, я и не заметил, как оказался на поверхности.
День кончался – мой двадцать пятый день в этом странном месте, которое я успел в некоторой степени полюбить.
Интересно, а как всё в мире «ноль», на моей родине? Наверное, кто-то из моих коллег увёз в Америку запасной ноутбук на графеновых платах, моим родителям выплачена приличествующая случаю компенсация, а про меня все давным-давно забыли… Что ж, это обычная судьба пропавшего без вести, если только не имеется в виду Амброз Бирс или экипаж «Марии Селесты», к каковым я, увы, не относился.
В конце концов, не так уж важно, помнят ли обо мне люди или нет, главное, что я жив – и, может статься, ещё вернусь домой. Из фирмы меня, вероятнее всего, в скором времени после возвращения попросят по-тихому уволиться; что ж, найду другую. Эх, какими мелкими и далёкими кажутся сейчас проблемы, которые на родине серьёзно меня беспокоили…
Всё относительно; можно в любой момент изменить своё мнение; главное, чтобы это решение было продиктовано не чувствами, а трезвым расчётом, чтобы потом об этом не пришлось жалеть.
Так всё же: прав или виноват я был перед Эллой?.. А, впрочем, какая разница: всё равно это ничего не меняет…

К северу от деревни, за асимметричной порослью кустарника, скрывались в ночной темноте таинственные чёрные тени. Что-то назревало, и они явно собирались принять в этом участие.
– Все готовы? – спросила одна тень. Остальные согласно кивнули. – Другие отряды подошли?
– Скелеты расположились чуть к востоку от нас, ждут нашего сигнала. Зомби подошли с другого берега; они вступят в схватку, как только увидят, что мы начали. Насчёт места дислокации эндеров точно не знаю, но они тоже стопроцентно подключатся. Крипстеры зашли с востока; им не терпится вернуть жителям должок… Короче, все в сборе.
– Вот и славно, – ухмыльнулась Лейла (капюшон её балахона сполз с головы, так что в лунном свете стало видно её некрасивое лицо) и погладила скрюченными пальцами пояс с карманами для склянок. – Сейчас развлечёмся по полной…

…Разбудило меня острое ощущение пришедшей опасности. Я открыл глаза, понял, что ещё ночь, слетел с кровати (сегодня я ночевал один: Элла продолжала на меня злиться, поэтому вернулась к своему папаше), схватил лежавший на полу меч – и мне хватило одного взгляда в окна, выходящие на реку, чтобы понять, что мирной жизни пришёл конец.
У дверей моего дома толпились несколько зомби и скелетов, а большое количество их сородичей терроризировало остальную деревню. Вернее, думало, что терроризирует: интеллекта у этих монстров не хватало даже не то, чтобы дверь открыть, благо жители их не запирают!
А вот у существа, материализовавшегося прямо у меня в доме, ума на это хватило. Это был эндер, и именно он открыл врагам путь в моё жилище.
– Ох ты ж!.. – только и успел сказать я, а потом стало уже не до разговоров.
Эндер, по-видимому, отличался быстротой реакции, потому что, когда я резко взмахнул мечом, чтобы его упокоить, он успел телепортироваться мне за спину, так что клинок рассёк воздух, а когда я по инерции продолжил движение оружием, оборачиваясь, – эндер переместился на прежнее место.
Затем мне пришлось переключить внимание на новых противников, успевших подобраться ко мне вплотную. У них не было такого козыря, как мгновенный автопсихокинез у эндеров, поэтому их убивать было намного проще.
Я пырнул мечом одного зомби, ударом ноги отбросил второго, в следующий миг снеся ему голову, увернулся от челюстей третьего, отбросив его на вооружённого дубинкой скелета, в результате чего ходячий костяк рассыпался, а зомби полетел на пол. Эндер смотрел на всё это со стороны, сохраняя нейтралитет.
Но когда из десяти монстров в живых остались трое, он решил, что пора прийти «своим» на помощь. Проскочил в образовавшуюся брешь – и только хотел что-то мне сделать, как вдруг я присел и перерубил его напополам, откатываясь в сторону, чтобы, во-первых, от зомби спастись (их всё-таки в этой группе было больше, чем скелетов), а во-вторых, пробиться к выходу: снаружи хоть будет обеспечена свобода действий.
Спрыгнул прямо на землю, минуя крыльцо, отбежал на несколько метров от дома и огляделся. М-да, нехилую заварушку устроили: если верить глазам, то скелетов вкупе с зомби было под сотню, плюс ещё крипстеры, эндеры… и ведьмы.
А, так вот из-за кого весь этот кипеж! Точно: не надо было нам проводить эту долбаную «акцию устрашения»! Ведь знал, ведь предполагал же!.. И вот как оно всё обернулось…
Кажется, не добитые мной зомби пустились вдогонку. Я неожиданно развернулся, крутанувшись на месте, и мой трёхкилограммовый клинок в один момент ввергнул души монстров (если они у тех, конечно, были) туда, откуда они и пришли, – в «ад».
Так, личная безопасность на ближайшие несколько секунд обеспечена, пора на выручку остальным!
Вся деревня в эти минуты представляла собой поле боя. Каждую семью жителей, очевидно, застали врасплох одним и тем же способом: прокашивая оружием себе дорогу, из домов выбегали люди; женщин и детей не было видно: наверное, им приказали отсидеться в уже отбитых у врагов домах. Или считали бесполезным спасать.
«Элла!» – испуганно подумал я и кинулся к центру посёлка. Как бы то ни было, за неполный месяц я успел привязаться к ней, и мне больно было бы её сейчас потерять. Конечно, мы бы всё равно рано или поздно расстались, но – так?!!! Нет! Не хочу!
Из соседнего дома выбежал Фермер, сжимая в руке большой окровавленный нож.
– Всю семью мне покусали, гады! – крикнул он мне, потрясая холодным оружием, и бросился в южном направлении – спасать то, во что превращалась деревня.
Я поспешил следом, с досадой осознав, что счёт открыт не только поверженным противникам, но и человеческим трупам.
Если зомби кусает человека, тот сам становится монстром, стремительно скатываясь до их уровня. И это неизлечимо; единственное средство для такого… отброса – кровавая эвтаназия. Но только бы с Эллой всё было хорошо!.. Не знаю, переживу ли я, если…
В страхе я приказал себе не думать. К тому же, новый этап битвы просто не оставлял для этого возможности.
Я был около дома Могильщика, когда вдруг заметил, что в меня летит какой-то незнакомый предмет. Отбивать его мечом было бессмысленно, так что я упал наземь и перекатился в ту сторону, откуда сей объект и летел, чтобы гарантированно уйти от попадания.
Когда предмет врезался в стену дома, раздался стеклянный звон, и во все стороны едва видимым в темноте дождём брызнули осколки. В меня запустили склянкой с зельем!
Не тратя времени на ознакомление с действием препарата на камень, я зигзагом побежал туда, где, по моему мнению, скрывалась готовая к новому броску ведьма, а именно – за угол жилища Фермера.
В меня полетела новая склянка. Её-то я смог отбить мечом: ловкость рук плюс интуиция, и никаких сверхспособностей! Капельки тёмной жидкости разлетелись по воздуху; под ботинками (я их успел надеть за считанные секунды до начала боя) хрустнули осколки стекла.
Брызги зелья всё же достали меня; к счастью, капли попали на одежду. Если бы они прилетели на кожу, мне бы не поздоровилось. С тихим шипением зелье проело две маленькие дырочки в моей рубашке, которую я впопыхах накинул после пробуждения.
Разложение!!!
Ведьмы не подкачали – решились-таки использовать против нас химическое оружие. А мы тогда их победим с помощью холодного.
Поняв, что её атаки не достигают цели, ведьма испуганно заозиралась и метнулась в сторону. Я помчался ей наперерез. Мной двигало лишь одно желание: убить агрессоршу!
Помня, что ведьмы отличаются быстротой бега, я, что называется, «включил форсаж». Через десяток громадных прыжков, в которые на такой скорости превратились мои шаги, я приблизился к ней на расстояние удара. И, естественно, не преминул этот самый удар нанести.
Лишившись головы, тело ведьмы мгновенно стало сантиметров на двадцать короче и, по инерции пробежав ещё несколько метров, безвольным мешком упало на землю. А я крутанул клинком в воздуху, стряхивая с лезвия кровь, и ринулся к друзьям, в самую гущу схватки.
С крыльца своего дома кубарем скатился Могильщик в наспех наброшенном чёрном одеянии, сжимая в руках лопату.
– Элла… – срывающимся голосом сказал он мне, поднимаясь на ноги.
Я всё понял. Снова у меня никого не осталось… Будьте вы прокляты, монстры! Этого я вам не прощу!!!
И, не помня себя от внезапно нахлынувшей ярости, я начал исполнять первую партию в этом безумном, опасном, захватывающем боевом танце, и с конца моего меча, горящего пурпурным огнём зачарования, до двадцати раз в минуту срывался вирус смерти, выкашивая ряды моих врагов.
Я очень долго могу всё это описывать, но не думаю, что получится интересно. Я выполнял с поразительной частотой простые, однообразные операции – и неизменно с одинаковым результатом: сражённый, валился на траву зомби, рассыпался фонтаном костей скелет, падала обезглавленная ведьма, с тихим хлопком взрывался крипстер или начинал дёргаться в предсмертных конвульсиях эндер.
А враги всё валили и валили…
Я стал сражаться ещё неистовее, когда начали умирать мои товарищи. Я продолжал двигаться на автопилоте; а перед глазами то и дело появлялись их тела, уже неспособные к жизнедеятельности. И ведь почти ни за то пострадали…
Библиотекаря убили первым. Видимо, до сих пор не привык обращаться с оружием… И вот – результат: на него одного монстров пришлось слишком много. Один, кажется, даже был в золотых доспехах… наверное, именно в тех, которые были украдены у Бронника.
Следующим пал Картограф: в него попала стрела с ампулой зелья разложения вместо наконечника. Наловчились скелеты палить из луков…
И далее по нарастающей, каждые несколько минут: Бронник, Церковник, Мясник, Могильщик… Некоторые погибали по глупости (Бронник, включая «центрифугу», так увлечённо закрутил мечом вокруг себя, что случайно отхватил себе голову), некоторые – по воле случая (Мяснику в затылок врезалась не замеченная им склянка с зельем отравления, он отвлёкся, и монстры его добили), остальные – просто потому, что не могли справиться с таким напором врагов…
Лишь я продолжал неутомимо рубиться, защищая себя – последнего живого человека в этом жестоком мире.
Элла… Моя единственная настоящая любовь… да и она не продержалась хотя бы месяца. Я сражался, видя перед собой не поле боя, а её позеленевшее тело с отрубленной головой (акт милосердия, совершённый Могильщиком, которого позднее разорвал на части крипстер-камикадзе), на которой печально светились красным глаза с застывшим в них ужасом последних секунд человеческой жизни.
Кости врагов трещали под моими ударами, свистел, рассекая воздух, клинок, из ран изливались потоки крови; я молча скользил в этом море смерти. Глаза застилала туманная пелена… нет, не слёз и не предчувствия собственной скорой кончины – небытия. Я перестал на время быть собой, превратившись в беспощадного безымянного воина, жаждавшего лишь одного – возмездия.
Не помню, сколько именно продолжалась эта бойня. Но когда облачное небо посветлело настолько, что стало возможным догадаться, что уже утро, я вдруг ощутил себя обессилено сидящим на траве, прислонившись спиной к стене дома, в котором жил последние двадцать пять дней, – посреди океана трупов, часть которых постепенно, одного за другим, стало охватывать пламя.
Кожа зудела многочисленными мелкими ранами и царапинами, которых я не мог сосчитать. Я пребывал в прострации, чувствую лишь пустоту оперативной памяти своего мозга. Как будто меня подменили истерзанной куклой в натуральную величину с поставленным на самую малую мощность мыслительным аппаратом.
Мне не было дела ни до того, кто я, ни до того, где я нахожусь; я осознавал только тот факт, что я потерял всё, кроме своей жизни, которую в тот момент я вряд ли бы оценил дороже десяти копеек.
Из-за реки показался «огненный шар»; он перепрыгнул трёхметровый поток и на приличной скорости покатился ко мне, поджигая за собой утоптанную, кое-где залитую кровью, а кое-где и закрытую телами траву. Я автоматически поднял меч и в нужный момент с силой опустил вертикально вниз. Половинки разрубленного «огненного шара» на миг вспыхнули рыжим пламенем, после чего застыли чёрными кусками обожжённого камня, а затем рассыпались золой.
Всё. Побоище окончено. Пиррова победа: жители не только победили монстров, но и полегли сами. Однако это всё же победа: я-то остался в живых. А значит, история продолжается.
С великим трудом, опираясь на меч, воткнутый в землю, я поднялся на ноги (вот уж не думал, что это окажется так сложно), доплёлся до скользкого от засохшей крови крыльца, буквально вполз в дом, судорожными движениями добрался до сундука, из последних сил откинул крышку и достал оттуда половинку того самого «золотого яблока», которое так меня заинтересовало в первый день.
Оно уже однажды мне помогло: травмы, полученные в схватке с эндер-драконом, исчезли через несколько часов после того, как я откусил от этого изысканного плода. Я надеялся, что и на сей раз яблоко мне поможет.
Положить в рот… разжевать… проглотить… В полном упадке сил я сполз на пол. Всё… больше ничего не могу сделать…
А вдруг монстры опять придут, пока я буду валяться в отключке? Я только горестно вздохнул, подумав об этом. Значит, мне нужно убежище, причём такое, где меня с наибольшей вероятностью не найдут. Где же в деревне такое место?..
«Нижний мир!» – всплыла догадка. Точно! Про него, кроме меня, не знает! Ну, ещё знал Бронник, но он выдать этот секрет уже никому не сможет. Следовательно, мне туда. А всё остальное – потом, когда я оклемаюсь.
Кажется, я всё-таки превозмог себя – кое-как дополз до шахты, скатился по ступенькам туннеля, на одних руках спустился по верёвочной лестнице и в непроглядном мраке на ощупь добрался до своего личного владения. Сознание начало затуманиваться…
Сначала необходимо вылечиться, а потом – мстить.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 6
Опубликовано: 07.04.2019 в 12:41
© Copyright: Данил Кузнецов
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1