О жене моряка. Часть 2. Глава 5. Ноябрь 1992


О жене моряка. Часть 2. Глава 5. Ноябрь 1992


В 1992 году на Украине седьмое и восьмое ноября продолжали существовать, как государственные праздники, и были выходными днями с момента провозглашения страной независимости в 1991 году. Седьмое ноября 1992 года пришлось на субботу.

Несмотря на знаменательную дату (75 лет), и семейные традиции, дома у себя революционный праздник Элина отмечать не собиралась, не с кем было. Разве что к свекрови заехать, та наверняка пельменей налепит. А вот шестого в пятницу они с девчонками решили гульнуть в конце рабочего дня. Собрались в подвале у заместителя главврача по административно-хозяйственным вопросам, или, как её называли коротко, у завхоза.

Людмила Петровна, ровесница Элины, делила кабинет со своей помощницей, Надей. Кабинет был маленький и неприметный, и прекрасно подходил как для перекуров в течение дня с чашечкой кофе, так и для посиделок более серьёзных, вот как сегодня. Договорились о сборе заранее, поэтому стол получился отменным. Никого больше не звали, посидели втроём. Муж Людмилы тоже был моряком, и даже механиком, и у Элины с ней много находилось точек соприкосновения и тем для разговора. Вот и сегодня посидели они душевно и наговорились о своих любимых всласть.

Осень 1992-го была у Тепловых спокойная. Сама Элина после несчастий последнего времени, просто наслаждалась, снова занимаясь любимым делом. Главбух областной поликлиники – это не какая-нибудь челночница, которую каждый поляк может курвой обозвать, и водку из её бутылки на землю вылить. Главбух- это звучит гордо.

Старые подружки из "Антарктики" забегали часто, и зубы теперь стали у них лечить, и просто поболтать. Разобравшись, кто есть кто в поликлинике, Элина советовала уже со знанием дела, у кого зубы лечить, у кого – удалять, у кого коронки делать. Лучшим протезистом у них был Володя Гаврищук, мастер- золотые руки. Очереди к нему всегда, правда, но лучше в очереди посидеть, зато сделано всё будет по высшему разряду.

Работать в период инфляции было на самом деле сложно, но Эля справлялась, шеф был доволен, и она своей зарплатой тоже. Приятно было сознавать, что сама опять стала зарабатывать. В коммерческих поездках "навар" был минимальным, её в них больше привлекали приключения, путешествия, новые знакомства, новые впечатления.

Павел своей работой тоже был доволен. К "пассажиру" после "рыбаков" он привык быстро, как ко всему хорошему привыкаешь. Рабочий день короче, и мозги не напрягаешь, стоишь себе вахту со вторым механиком и всё. Даже и после вахты второй его не беспокоил, но стармех, узнав о его рыбацком прошлом, стал посылать в помощь рефмеханику, когда тот не справлялся, и сделал ответственным за обслуживание перевозимых рефрижераторных контейнеров, за отдельные деньги. Так что Павел и плавценз для должности механика силовой остановки зарабатывал, и холодильные установки парома изучал, ещё и премии ему иногда подкидывали.

Раз в две недели он приходил на своём "Ирисе" в Одессу, судно швартовалось на морвокзале (белый пароход, никакого запаха!), и стояли они дома несколько дней всегда, времени на всё хватало. Судно после Пашиного траулера казалось Эле огромным и красивым. Была бы ещё у него каюта своя персональная… но, всё и так замечательно, зачем Бога гневить. Нужно радоваться тому, что есть. Придёт время, станет он механиком, и каюта будет большая, только она её не увидит, не всегда же Паша в Одессу будет ходить.

Начав работать в центре города, Элина чаще стала навещать свекровь, иногда в обед к ней забегала. Всегда уверенная в себе, целый день занятая Анна Александровна после смерти мужа изменилась. Будто пружину из неё вынули, ходить стала медленнее, и память её стала подводить. Старческий склероз, или "Болезнь Альцгеймера", как сказал врач. Так что Ваня с женой стали за ней приглядывать, могла она теперь на кухне дел натворить, хотя всё еще стряпала на всю семью.

Но события ранней своей жизни мама стала вспоминать чаще, и Эле она рассказывала о войне, о жизни в эвакуации, о бомбёжке поезда, в котором она с детьми в Среднюю Азию ехала. Рассказывала и о том, как Пашу рожала после войны уже, как мёрзли они тогда без топлива, какие тогда холодные зимы в Одессе были. О детстве своём даже вспоминала, странно, как память человеческая устроена.

Женечка училась уже в пятом классе, и в школу ходила с удовольствием. Учиться она любила, все предметы ей давались легко, а особенно математика. "Ещё один бухгалтер растёт", - шутила Эля. У неё были ровные отношения со всеми одноклассниками, а близкой подруги пока не было, больше с дворовыми девочками-соседками хороводилась.

Рудика определили служить в войска противовоздушной обороны, и первое время он писал письма ей часто, скучал. А Саша вернулся, и как раз тоже в ПВО служил, так что Эле много о службе рассказал и у них даже на этой почве отношения какие-то появились. Паша в рейсе был, когда сын вернулся, а Эля ему обрадовалась и стол накрыла. В армию его призвали со второго курса, он тогда учился в водном институт на вечернем отделении, а теперь думал, стоит ли туда возвращаться.

Друзья ему предложили работу в швейном кооперативе, вернее, предложили заняться оптовой реализацией их продукции. Здесь Эля ничем ему помочь не могла, не разбиралась она в "швейке". А вот он Рудику советов много надавал, тот до сих пор в "учебке" был под Харьковом, и Эля все его советы записала и сыну отправила. Подумала, может быть, позже и подружатся ребята, парень у Паши неплохой вырос.

Мама писала письма подробные, о брате и сестре писала, о всех соседях, и о себе, конечно, о своих болячках. От кроликов она отказалась, наделав из них консервов. Без машины не на чем стало траву привозить, да и косить одной тоже тяжело. А кур продолжала держать, как без них? Кур все вокруг держат. Эля подумала, что надо бы ей к маме на Новый год съездить с Женей, если получится. Хоть на пару дней, если Паши в это время в Одессе не будет. С начальством она договорится.

В Израиле Пашин пароход стоял всегда очень мало, так что он и на берег почти не выходил, полсуток – и в обратный путь. Почему в Одессе было по-другому, Эля не знала, но её это очень устраивало. Писем они теперь друг другу не писали, только радиограммы слали. Зато Павел иногда звонил ей на работу, дома телефона у них пока не было. Привыкшая уже к долгим разлукам, двухнедельные нынешние рейсы мужа она даже не воспринимала всерьёз. "Пыль для моряков", как Пашка всегда говорит. Да так оно и есть. А вот зарабатывать он стал лучше, чем в "Антарктике", даже при том, что работает пока мотористом. Станет механиком – можно будет подумать и о мебели в квартиру. Прав был Паша, пришла светлая полоса в жизни, надолго ли?

Пока же Элина мечтала об отпуске втроём, о совместной поездке в Прикарпатье. Врачи ей советовали почки промыть трускавецкой "Нафтусей", и Павлу после гепатита это будет полезно. Ехать в санаторий нужно на месяц, тогда только польза будет, так ей все опытные люди говорили. Нужно будет в профкоме путёвки заказать, Паше их теперь никто не даст.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Повесть
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 9
Опубликовано: 01.04.2019 в 21:13
© Copyright: Михаил Бортников
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1