Оставаться самим собой


Когда мне было лет семнадцать, отец сказал:

– Если ты хочешь быть литератором, то тебе придется выдавать себя не за того, кто ты есть на самом деле…

Эта максима имела и обратную сторону: по приведенной выше причине я не мог стать литератором, кишка была тонка. Фантазировать, сочинять нравилось, но обманывать я не умел и опасался…

У нас в институте сложилась своя «мужская компания»: сын военного летчика, сын кагэбэшника, сын инспектора ЦК и сын директора плодоовощной базы. Последний по богатству был первым: жил в лучшем элитном доме, дача находилась в Серебряном бору, ездил на собственном автомобиле. Мы над ним посмеивались (был он простоват, зато верен в дружбе), но все-таки завидовали ему и, более того, любили пирушки на его квартире, шлялись по ресторанам за «плодоовощной счет» …

В декабре 2004 года на излете карьеры по поручению руководящих товарищей я сидел на Смоленской площади в приемной Department for Information and Press. Сама приемная и прилегающий коридор напоминали вестибюль метрополитена в час пик. Не старые еще люди громко обменивались мнениями о баблосах, о шикарных машинах, о загранице, о том, кого в какую страну пошлют и кого из какой страны уже выперли, и, конечно же, о том, какая глупая у нас внешняя политика.

Начальник департамента, который теперь обитает в Лондоне, наконец-то принял меня. По правую руку от него расположилась известная ныне всем Маша, тогда еще полноватая девица лет около тридцати с розовыми щечками. Была она в должности первого секретаря. Ошуюю начальника сидел главный его советник по фамилии Матерный, со скрипучим голосом и со «скрипучей» внешностью – угловатый, заостренный, сухощавый, одним словом, какой-то несмазанный…

Не буду клеветать, не ведаю, знали они о сути проблемы или нет. О таких вещах вслух не говорят. Проблема заключалась в том, что сырьевой барон (не первой, но и не последней величины) захотел иметь собственный сайт с международным уклоном. Я был выбран в качестве автора, поскольку однажды готовил к печати, то бишь переводил на общепринятый язык, его косноязычное интервью, а также писал от имени нашей радиокомпании аналитические записки для администрации президента…

Четыре года мы то ли обманывали этого барона, то ли сам барон желал быть обманутым, то ли «копеечная забава» вообще была ему до лампочки. Я успевал кое-как на коленке приготовить для сайта в сутки максимум пять комментированных новостных заметок, ибо от основной многостаночной деятельности меня никто не освобождал. Матерный, которого мы прозвали «Матёрый», редактировал тексты с вершины дипломатического понимания вопроса и делал это неплохо.

Маша раз в месяц приезжала на Пятницкую, 25 и проводила с нами как со школьниками политинформацию, тем ее участие в «проекте» и ограничивалось. Нас было всего человек семь, включая меня, Матерного, наборщицу на компьютере, паренька, который осуществлял техническое обеспечения сайта, и некую даму, занимавшуюся его продвижением и распускавшую слухи о том, будто безымянный писатель и составитель есть не кто иной, как Михаил Леонтьев. Мы в начале следующего года усилиями дамы, через ее связи и не ее деньги, попали в первую двадцатку российских политических сайтов, каковых насчитывалось в тот период не менее двух тысяч. Министр лично давал мне ценные указания, какое направление пропаганды усилить, а какое – ослабить, именуя нашу скромную страничку в интернете «порталом». Возможно, он и не имел понятия, насколько она скромна.

Раз в месяц в определенный день ко мне в кабинет забегал ведущий адвокат радиокомпании. В платежной ведомости я шел последним, а верхнюю часть списка он прикрывал листочком бумаги.

Я как-то его спросил:

– Все – наши?

– Все наши, – подтвердил он с добродушной улыбкой, отсчитывая деньги.

– Сколько людей в списке? – продолжал интересоваться я ведомостью.

– Несколько десятков, – отвечал он уклончиво.

– Один с сошкой, семеро с ложкой?

– Именно так, – ему не приходило в голову лукавить.

Потом я случайно увидел часть ведомости… Надо мной как раз размещался тот самый адвокат. В его графе значилась сумма в четыреста тысяч рублей. Я получал в сорок раз меньше. Заметив мое удивление, он пояснил:

– Я руковожу юридической поддержкой сайта.

– Я это ощущаю, – меня охватило мутное чувство несправедливости.

Мне стало вдруг неприятно, обидно и завидно. Я ощутил никчемность свою в смысле неумения работать на себя и в смысле умения работать на дядю. Со временем это чувство исчезло. Я вновь желал оставаться самим собой…

Сейчас, перед лицом стремительно приближающейся вечности, я думаю с полной определенностью: хочешь быть честным – будь им, не ввязывайся ни в какие сомнительные истории, уничтожай в себе суету и проживешь почти безмятежно.

На днях узнал, что Матерный выбился в послы на Мальдивах или где-то поблизости. Заслужил.

03.04.2018 – 19.03.2019



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 14
Опубликовано: 19.03.2019 в 11:25
© Copyright: Михаил Кедровский
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1