Элегантный без в/п


Элегантный без в/п
1
Вероника Хмелева, поджидая утром на остановке автобус, роняла рассеянные взгляды на яркие афиши, зазывавшие на шоу эстрадных звезд. Под занавес гастрольного сезона они заполонили приморский город. Но внимание женщины привлекли не громкие имена кумиров публики, меломанов, а отпечатанное на пишущей машинке объявление.
Вероника подошла поближе и вчиталась в текст: «Элегантный и красивый, атлетически сложенный мужчина 27 лет, с высшим гуманитарным образованием, без вредных привычек, Желает познакомиться с симпатичной одинокой женщиной не старше 30 лет, увлекающейся художественной литературой, для создания семьи. Прошу записать свой номер телефона». Номер одной из претенденток уже был записан женским почерком.
«Господи, мне уже двадцать девять. Правильно в песне «а годы, как птицы, летят и некогда нам оглянуться назад…», — с грустью подумала Хмелева. — И что я имею? Работа — дом, снова работа и дом. Итак, день за днем, неделя за неделей, уходят лучшие годы. Надо срочно вырываться из заколдованного круга, что-то менять в своей жизни, а не сидеть, сложа руки, и ждать у моря погоды. Вдруг это тот рыцарь, которого я столько лет терпеливо и безнадежно жду?»
Весь день мысли Вероники были заняты объявлением. «Надо хорошенько приготовиться к встрече с красивым и элегантным без в/п. Забежать после работы в «Салон красоты», сделать «химию» и навести макияж,— размышляла женщина. — Затем прибраться в квартире, вдруг он пожелает взглянуть, как живу, любая деталь может повлиять на его выбор. Не забыть бы насчет увлечения литературой, а книг у меня не густо. Он, наверное, большой интеллектуал, эстет и эрудит, будет с кем ходить в театры и музеи, на выставки живописи. Только бы я ему понравилась. Неужели недостойна любви и семейного счастья? »
— Одолжи мне на неделю четыре тома Набокова, — попросила Хмелева у подруги Карины, работавшей рядом за компьютером. По пути домой Хмелева прямо с работы заехала к подруге. «Хорошо, что претендент на мое сердце без вредных привычек, — подумала она. — Хотя никто ведь не признается о злоупотреблении алкоголем, пристрастии к наркотикам или смене женщин, как перчаток. Каждый хочет предстать в лучшем свете, поэтому доверяй, но проверяй, чтобы не надули, как деревенскую овцу или резиновую куклу».
— Даю тебе для возбуждения либидо Камасутру, Декамерона, Казанова, а для психоанализа Фрейда и «Лолиту» Набокова о сексе с нимфеткой, — пояснила Карина. — Очень редкие, дефицитные книги, береги их, как зеницу ока.
— Обязательно, спасибо, — поблагодарила Вероника, принимая связку.
— Для чего или для кого вдруг потребовались книги? — поинтересовалась подруга, заметив загадочный блеск ее глаз. — Выкладывай, как на духу. Один женский ум хорошо, а два лучше. Моя интуиция подсказывает, что назревает романтическое свидание с приятным ужином при свечах. Живо признавайся, кто твой воздыхатель?!
— Почти угадала, — неохотно разлепила губы Вероника.
— Ах-ах-ах, ох-ох-ох! Какая не-до-тро-га! — нараспев произнесла Карина. — Не будь скрытной и недоверчивой, а то при таком поведении останешься старой девой.
— Кто тебе сказал, что я старая дева? — усмехнулась Хмелева.
— Значит, наша скромница, успела вкусить райское яблочко. Живо признавайся, с кем переспала?
— Кто же тебе об этом скажет.
— От подруги не должно быть секретов, — упрекнула Карина.
— Ты со мной много тайнами делишься?
— Ладно, не дуйся, как мышь на крупу. Я же ради тебя стараюсь. Ты в таком возрасте, что перебирать мужиками не следует…
— Вот именно мужиками-самцами, — не дала ей договорить Хмелева. — А я хочу, чтобы рядом был образованный, умный, интеллигентный и симпатичный мужчина без судимости и вредных привычек. Алкоголь, наркотики, курение табака и чрезмерные ревность и жадность не приемлю. С таким будет приятно не только спать, но и жить под одной крышей.
— О-о, мечтаешь об идеальном муже. Но такие самородки — большая редкость. Чаще в тихом болоте черти водятся. Попадется, какой-нибудь очкарик-садист, и вся жизнь будешь мучиться, — напомнила о рисках подруга. — Не забывай, что мужчины по своей природе самцы, хищники, даже в преклонном возрасте, засматриваются на молоденьких, смазливых, стройных и знойных для подпитки энергией и омоложения.
В старости ностальгия о юности и молодости присуща всем. А, если учесть тот факт, что по статистике мужчин намного меньше, чем женщин, то с каждым годом твои шансы обрести семейное счастье, испытать чувство материнства тают. К тому же женщинам, впервые рожающим после тридцати лет, без кесарева сечения и других осложнений не обойтись. Оно тебе надо? Депрессии, стрессы, неврозы и даже суицид, проявляются при сексуальной неудовлетворенности и одиночестве.
— Знаю, не в лесу живу.
— Коль знаешь, то надо действовать, а не ждать принца или рыцаря без страха и упрека на белом коне. Они не прискачут, перевелись доблестные и благородные Айвенго и Дон Кихоты. Надо брать пример со светских львиц — охотниц за олигархами.
— Я — не канарейка, чтобы жить в золотой клетке какого-нибудь жирного, плешивого и скупого олигарха, — возразила Вероника
— Имей в виду, пока удачно не выдам тебя замуж, не успокоюсь. Пора свить уютное гнездышко, — заявила Карина. — По себе знаю, да и тебе, наверное, если не фригидная, знакомо это состояние. После долгого воздержания в меня, будто фурия или ведьма, вселяются. Становлюсь раздражительной, хмурой, злой и вспыльчивой из-за сексуальной неудовлетворенности. Ничего не поделаешь, такими нас природа сотворила. Пришло время удовлетворять, а не смирять свою плоть, не играть в куклы, как в детстве. Секс снимает напряжение, расслабляет и умиротворяет. А ведь немало глупых женщин, лишающих себя яркости чувств, радости наслаждений и эмоций. Не хочу, чтобы среди несчастных оказалась и моя лучшая подруга. В лепешку разобьюсь, но помогу и словом, и делом…
— Спасибо, но я о себе позабочусь, — отозвалась Хмелева. — Почему сама не выходишь замуж?
—Еще не нагулялась, я ведь на пять лет моложе тебя. У меня проблем не возникнет, хоть сейчас есть с кем пойти под венец. Женихи проходу не дают. Выбираю, как на аукционе.
Действительно, Карина, в отличие от скромной и нерешительной Вероники, была раскованной, обворожительной и изящной, магически действовала на мужчин. О таких дамах, как она, говорят «блондинка в шоколаде».
— Ради твоего удовольствия стараюсь, ведь женщина без страстного мужчины все равно, что скрипка без смычка, никогда не запоет, — продолжила любимую тему Карина. — Тебе срочно нужен умелый и надежный смычок. Читай, изучай объявления службы знакомств, брачных агентств и себя презентуй. Не сиди в четырех стенах на печи, ожидая калачи, никто их тебе не испечет. Под лежащий, дремучий камень вода не течет.
Не комплексуй, а внуши себе мысль, что ты красивая, очаровательная, умная и активно действуй. А то останешься в одиночестве и тоске, без сладости и радости — не жизнь, а прозябание. Мужики мало, чем друг от друга отличаются, разве что наличием средств и темпераментом. При виде красивой и молодой женщины у них возникает одно желание — овладеть и насладиться.
Исключением могут служить педофилы, геи и безнадежные импотенты. Но и они способны получить удовольствие посредством бесконтактного общения. А тебе нужен не представитель сексуального меньшинства, какой-нибудь извращенец, а нормальный, здоровый мужчина без вредных привычек для оплодотворения и рождения здорового с хорошей наследственностью ребенка. Одним словом, любовь любовью, а производитель должен быть крепким без психических и прочих отклонений. Это для любовных забав сойдет любой, а деторождение — дело серьезное. Чтобы не пришлось с больным сыном или дочерью всю жизнь по больницам и аптекам ходить и горе мыкать.
Хмелева, кивая головой, внимала наставлениям опытной в амурных забавах подруге, менявшей мужчин, как перчатки. В довесок подруга отдала Веронике четыре тома Набокова и три любовно-криминальных романа.
— У тебя шикарная библиотека, — оценила Вероника, рассматривая на высоких стеллажах книги в потускневших и ярких переплетах.
— Это родительский капитал, — небрежно махнула тонкой рукой подруга. — Настоящие фанаты. Советовала им хоть часть старинных книг и икон продать за валюту, так и слушать не желают. Каждой книгой дорожат. Не дай Бог, узнают, что я тебе одолжила. Ты смотри, не потеряй, иначе мне не поздоровится.

2

Хмелева обиделась и поспешно распрощалась с подругой. Благополучно доехала и сошла на своей остановке, объявления на прежнем месте не было, лишь ветер трепал обрывок. «Может, кто-то пошутил, а я себе много вообразила. Принц, рыцарь на белом коне, а я поверила, — с горечью подумала Вероника, решив не тратиться на услуги «Салона красоты», чтобы хватило денег до очередной зарплаты.
Она коротала вечер у телевизора, когда раздался телефонный звонок. «Наверное, Карине неймется, наступила на любимый мозоль, — предположила она, но мягкий мужской баритон в трубке заставил ее замереть от волнения.
— Добрый вечер, — произнес незнакомец. — Я — Роман. Вы сегодня оставили номер телефона на моем объявлении. Если не возражаете, то я предлагаю встретиться с вами наедине, как вас зовут?
— Вероника, — затаив дыхание, прошептала она. — Не, не возражаю.
— Прекрасно, — обрадовался он. — Будьте любезны, назовите ваш адрес?
Она, с приятным волнением, назвала.
— Через полчаса я у ваших ног, милая незнакомка.
Хмелева еще несколько секунд, словно под гипнозом, держала трубку, из которой доносились короткие гудки. Наконец, придя в себя, логически размышляла: «Поздний вечер, незнакомый мужчина, и я одна. Неизвестно, как он себя поведет. Может, маньяк или садист? Сразу потащит в постель. Не рискую ли я? Лучше было бы для начала встретиться в кинотеатре, кафе или другом людном месте. Но он застал меня врасплох, я даже не успела сходить в «Салон красоты». Но этот мягкий завораживающий голос вызывает доверие. Будь что будет, от судьбы не уйти».
Она на скорую руку приготовила холодные закуски и десерт. Затем быстро занялась собой, взбила пышную прическу, закрепив ее лаком. Присела на мягкий пуфик перед трельяжем: подвела тушью ресницы, припудрилась, губы очертила перламутровой с влажным блеском помадой.
«Красива, загадочна, соблазнительна», — подсказало ей сердце. Перемерила несколько платьев. Одно ей показалось слишком ярким, другое очень прозрачным, третье — коротким, едва прикрывавшим бедра. Остановила свой выбор на черном гипюровом платье с золотым орнаментом на груди. Перехватила тонкую талию поясом, и сразу все линии тела стали выразительно мягкими, женственными.
На нее из глубины зеркала глядела знающая себе цену очаровательная женщина, способная заставить учащенно биться мужское сердце.
— Теперь полный порядок, — улыбнулась она, довольная собой. – Хоть к принцу датскому на прием…
— Кто? — спросила Хмелева настороженно, когда отзвучала малиновая трель электрозвонка.
— Роман, — мягко отозвался красивый баритон, и она смело отворила дверь, пригласив высокого, стройного мужчину в плаще кофейного цвета и шляпе в квартиру. Он вошел в уютную прихожую. Задержал ласковый взгляд на Веронике и с восторгом воскликнул:
— Верочка, вы великолепны! Сражен наповал... Именно такой я вас себе и представлял...
— Какой? — улыбнулись она, покоренная его комплиментами.
— Красивой, стройной, изящной и наверняка темпераментной, — Роман непринужденно наклонился и поцеловал ее руку, затем преподнес букет алых роз.
— Вы достойны миллиона роз, о которых поет Алла Пугачева, — произнес он с пафосом. — Но, увы, я не художник, чтобы нарисовать и продать картины. Но и скромный ценитель изящной словесности на красивые жесты способен. Вероника, вы мой ангел , моя судьба… Два имени в одном, редкое и очень знаменательное сочетание. Вера и Ника. Мы должны быть дважды счастливы!
— Ах, Рома, мне бы хоть одно женское счастье и наслаждение испытать, — вздохнула она, скромно опустив томно-печальные глаза.
— Испытаете, испытаете, Вероника, я вам гарантирую! — запальчиво пообещал гость и хотел продолжить: «Женщины от меня в восторге», но вовремя осекся.
Хмелевой пришлись по душе его светские манеры и горячий темперамент. В них не было даже намека на грубость и похотливость мрачных, чаще всего пьяных субъектов, пожиравших ее взглядами на улицах города и отпускавших соленые и пошлые шутки. Роман снял плащ и с «дипломатом» в руке прошел в ярко освещенную гостиную.
И здесь Вероника смогла его хорошенько разглядеть. Он создавал впечатление интеллигентного человека: привлекательная внешность, русые волнистые волосы, высокий благородный лоб, голубовато-серые глаза и чувственные губы. В его облике было что-то романтическое, что создавало особый приятный для женских сердец шарм.
— Вот мой презент на первый случай, — сказал Роман, водрузив на столик бутылку мускатного шампанского и упаковки сникерсов, два лимона и три апельсина.
— Располагайтесь, как дома, а я накрою на стол, — ласково предложила Вероника, ставя розы в хрустальную вазу. Роман огляделся, и его взгляд зацепился за книги на полках мебельной стенки.
—О-о, вы тоже ценительница словесности, — одобрительно произнес он, разглядывая тисненые корешки книг. — Выходит, Верочка, что мы с вами родственные души. Я вижу, что вы неравнодушны к Декамерону, Казанова, Фрейду, Камасутре и Набокову, что свидетельствует о высоком эстетическом вкусе, эрудиции, и самое главное, о неиссякаемом темпераменте и страсти. Верно, говорят: скажи, что ты читаешь, и я скажу, кто ты?
Перефразирование известной пословицы о друге ему и самому очень понравилось. А Хмелева оценила гибкость его ума и находчивость.
— Подруга Карина дала мне почитать, чтобы просветилась,— призналась Хмелева. — У меня скромная библиотека, а вот у ее родителей — настоящее сокровище, тысячи три томов соберется, есть редкие старинные и церковные книги, еще с девятнадцатого и начала двадцатого веков.
— А где она живет? — с азартом спросил Роман. — Познакомьте меня с ней.
— Нет уж, у подруги есть мужчина, и она его обожает, — возразила Вероника.
— Я не собираюсь за ней ухаживать, — успокоил он женщину. — Красивее вас я никого не встречал. И уже, наверное, никого не встречу. Это судьба, дарованная Богом.
От этого признания на нее повеяло нежностью и откровенным намеком на брачный союз. Окрыленная надеждой, она вышла на кухню, а Роман тем временем разлил шампанское по бокалам. В мгновение ока она накрыла на стол, положила белоснежные салфетки.
— За ваше счастье, прекрасная дама! — провозгласил Роман тост. У нее в памяти возникла ассоциация с поэзией Блока. Искристое вино в обществе обаятельного мужчины вскружило ей голову. Она почувствовала опьянение и нарастающий прилив желания.
— Вы женщина моей мечты, — горячо признался гость.
— Ой, не лукавьте, Рома, я не наивная девочка, не школьница, — кокетливо рассмеялась она. — Лучше признайтесь, скольких вы обольстили женщин. Чем вы занимаетесь? Может, ловелас и альфонс?
— Я — искусствовед, редкая профессия, — с серьезным видом, не обидевшись, ответил Роман. — Театр, живопись, музыка, скульптура, архитектура, так сказать, художественное осмысление суровой действительности, это сфера моих творческих изысканий. Сейчас я увлечен литературой. Кто-то же должен уберечь шедевры от стихии дикого рынка. Ради этой благородной цели жертвую и талантом, и здоровьем. На очереди живопись. Я и сам сочиняю любовные романы...
— Как это интересно, — удивилась она. — У вас, наверное, богатый личный опыт?
— Нет, я не практик, а в значительной степени теоретик. Доверием, симпатиями женщин не злоупотребляю.
Вероника внимательно слушала его, слегка наклонив красивую голову. Его речь, мягкий голос произвели на нее благоприятное впечатление.
— Семья не помешает вашему творчеству?
— Брак будет только на пользу,— заверил Роман.
— А другие женщины откликнулись на ваше объявление? — она пристально вгляделась в его лицо. Искусствовед на мгновение замешкался.
— Да, сейчас, к горькому сожалению, очень много одиноких, невостребованных женщин, обделенных мужской любовью и нежностью, но вы первая, кому я позвонил. Теперь понял, что не ошибся, сердце подсказало. Тот, кто разбирается в искусстве, тот и в женщинах знает толк, — не без гордости отметил он. Она отлучилась на кухню, чтобы заварить кофе, а Роман тем временем наполнил бокалы.
— За твои нежные глаза, пылкие губы и ласковые руки, — выдал он очередной тост, когда она возвратилась в гостиную. Выпили.
— Рома, а почему ты в своем объявлении не указал номер телефона? — спросила Хмелева, решив, наконец, удовлетворить свое любопытство.
— У меня нет квартирного телефона. Думаю, теперь после встречи с вами, чтобы постоянно слышать чарующий голос, обзавестись мобилой,— ответил он и тут же добавил. — Может, это пока и лучше. Какая-нибудь другая женщина оказалась бы проворнее тебя, и нам не суждено было бы встретиться. Я благодарен судьбе, что она свела меня с то бой. Я чувствую, что ты необыкновенная женщина. Завтра же куплю себе мобильный аппарат.
— Надежная связь одно из важных достижений цивилизации, — глубокомысленно произнесла она.
— Выпьем на брудершафт, — предложил Роман пылко и, не дожидаясь согласия, властно привлек Веронику к себе, впившись долгим поцелуем. У нее в последний миг мелькнула мысль отстраниться. «Уж слишком неожиданно и быстро развиваются события. Он может меня посчитать нескромной и доступной женщиной легкого поведения», — с опаской подумала Хмелева, давно не знавшая мужской ласки, она не в силах была отказать себе в удовольствии. Сладкая истома разлилась по телу, разбудив покоившуюся, месяцами неутоленную страсть.
— Я заберу тебя в Москву, — страстно шептал он. — Большой театр, Третьяковка, Арбат, балет, концерты, музеи ... Будешь жить, как у Христа за пазухой... Познакомлю тебя со знаменитыми писателями, поэтами, артистами, художниками и актерами. С политика лучше не связываться, там ложь и цинизм. Там все построено не на дружбе, искренности, а на меркантильных интересах. К черту политику. Да здравствует любовь! Чистая, светлая и бескорыстная. Любовь с первого взгляда, как у нас с тобой. Ты покорила мое сердце, я — твой преданный Орфей, твой послушный раб!
— А я – твоя раба. Раба любви, — пылающими губами прошептала Вероника. Для нее, заключенной в крепкие мужские объятия, в этот миг и красивая ложь ласкала ухо. Истосковавшаяся по нежности и ласке, она остро жаждала их. «Живи в свое удовольствие, без комплексов и предрассудков», — всплыл из памяти совет подруги Карины, и она покорилась ему.
— Обещаю тебе красивый роман и райское наслаждение, — заверил с шальным блеском в глазах Роман.
— Я не сомневаюсь, ведь не случайно тебя нарекли Романом, Ромиком, — заметила она. — Постараюсь удовлетворить твои самые пылкие ожидания, желания и надежды.
—Погоди, не здесь, — промолвила она трепетным голосом и поманила за собой в спальню. Там в полумраке сбросила на палас, словно мантию, платье. Предстала перед его изумленным взором в очаровании женской красоты. За окном, в высоком небе замерцала одинокая хрустальная звезда.
— Иди ко мне, Рома, — нежно и таинственно прозвучал ее голос. Он превзошел ее самые пылкие и страстные ожидания и фантазии.
3

Утомленная, с улыбкой на слегка припухших губах, Вероника спала крепко и долго, пока луч солнца, проникнув через окно, не разбудил ее. Проснулась, сладко потянувшись гибким телом, ощущая блаженство минувшей ночи. «А ведь Карина, права, надо торопиться жить, не отказывая себе в наслаждениях. Похоже, мне с Романом очень повезло», — подумала Вероника и, нехотя, открыла глаза.
— Рома-а! Роми-и-к! — позвала она ласково. Не дождавшись ответа, поднялась с постели, едва прикрывшись халатом, желая вызвать в нем прилив страсти, чтобы продолжить сладкие любовные утехи, восполнить холодные ночи тоскливого одиночества.
В гостиной на столике среди бутылки и остатков закуски лежал белый листок с машинописным текстом. «Сладкая моя ягодка, до свидания! Я взял у тебя на прокат несколько книг для научно- исследовательской работы. Жди, позвоню, только без паники. Крепко целую, Роман», — прочитала она.
— Вот так роман, на одну ночь, но какую, — взгрустнула женщина, плотно запахнув на груди халат, будто в ожидании озноба. Только после этого Хмелева обратила внимание на книжные полки. Словно выдернутые из челюсти зубы на них отсутствовали собрания сочинений Достоевского, Бунина, Шолохова, Булгакова, Пикуля. Та же участь постигла Шекспира, Хемингуэя, Фолкнера, Маркеса, и три тома остросюжетных романов Чейза. Исчезли, взятые у Карины напрокат, Фрейд, Казанова, Декамерон, Камасутра, Набоков…
— Вот тебе и несколько книг, — огорчилась женщина. — Он что же, с мешком приходил? Наверное, в «дипломате» прятал. Что я скажу подруге?
Чувства досады и огорчения в ней смешались с угасающим чувством благодарности Роману за доставленное наслаждение. Еще теплилась надежда, что он возвратится, и все образуется. «Но откуда взялся машинописный текст? — повертела она в руке листок. — Значит, он все заранее рассчитал, а я от страсти потеряла голову. Элегантный и красивый, без вредных привычек. Москва, Большой театр… раскатала губы. Искусный сердцеед, аферист».
Слезы обиды навернулись на ее глаза. Вероника в отчаянии вытряхнула из вазы на палас розы. Они сиротливо рассыпались, как несостоявшаяся мечта.
— Что делать? — она обхватила руками голову. — Заявить в милицию? Так ведь засмеют и еще в проститутки зачислят, на учет поставят. Мол, под первого встречного мужика легла … Нет уж, обойдусь без позора...
Хмелева решила утаить от Карины печальный исход романтического свидания с Романом. Жгучая обида и стыд угнетали ее. Конечно, подруга поохает, поахает, посочувствует и пустит слезу, но потом, взяв на вооружение этот инцидент, станет энергично опекать и поучать, как школьницу, возьмет измором, достанет наставлениями. Ей палец в рот не клади, откусит.
С утратой более двух десятков книг она еще смогла бы смириться, но вскоре обнаружилась пропажа золотой цепочки с зодиакальным знаком Дева. Это ее разозлило. Лишь спустя трое суток после хмельной ночи Вероника, набравшись смелости, пришла в милицию.
— Вы не первая и, наверное, не последняя, кто попал в сети ловкого афериста, — с грустью произнес старший оперуполномоченный уголовного розыска майор милиции Василий Белозерцев.— Досадно, взрослая, красивая женщина, а поверили жулику. Впрочем, ваша вина в том невелика. Он хорошо изучил психику одиноких женщин, страстно желающих обрести спутника жизни, и умело пользуется этим. Вам следовало сразу же обратиться в милицию. Утешительное послание он вам оставил? Мол, «моя сладкая» ... или нечто подобное?
Офицер пристально поглядел на Веронику. Она опустила глаза, смутилась, покраснела, но все, же достала из сумочки листок и подала его майору. Он пробежал взглядом текст, улыбнулся, еще более повергнув ее в смятение.
— Все ясно, сценарий тот же, с высокой гарантией успеха. Я вас не осуждаю. Природа, чувства и темперамент женщины, а они, по исследованиям сексологов, сильнее, чем у мужчин, часто берут верх над разумом. Пребывая в экстазе, женщина, порой, забывает о нежелательных последствиях пиршества любви. Если она и совершает ошибки, то сама горько за них расплачивается, — участливо заметил майор, проявив знание психолога.
— Не знаю, как это случилось, совсем потеряла голову, словно под воздействием гипноза, — прошептала Хмелева, и краска стыдливости полыхнула на лице.
— Не казните себя за слабость. Вот полюбуйтесь, не только вас соблазнил этот ушлый «жених». У него целая коллекция потенциальных «невест».
Из папки уголовного дела он извлек два листка с машинописью. Текст был слово в слово такой же, как и в оставленной Романом, записке, лишь в подписи значилось Леонард, Вильгельм, Эдуард и теперь вот Роман.
— Возможно, потерпевших больше, но только четверо из них, включая вас, заявили в милицию. Мотивы молчания других пострадавших от афериста вполне понятны, боятся скандала, — сказал Белозерцев. — Процедура признания и опознания не из приятной акции. Но, увы, так устроена жизнь, за все приходится платить.
Хмелева подробно описала внешность «искусствоведа», его приметы. За исключением нескольких деталей одежды (он ее менял) они совпали с описанием, что ранее сообщили другие потерпевшие. Им аферист представлялся в качестве кинокритика и продюсера.
— Я могу надеяться, что вы найдете и возвратите мне золотую цепочку и книги? — спросила Вероника.
— Гарантии нет, ведь неизвестно, как он распорядился краденым, — ответил офицер. — Материальный ущерб, конечно, восполнит, а вот моральный... Впрочем, это прерогатива суда. Но сначала его надо разыскать и задержать. С вами он еще мягко обошелся, у других невест по восемь-десять полных собраний унес. У одной из потерпевшей в качестве довеска умыкнул золотые серьги с изумрудом. А вторая сама отдала пятьдесят долларов на свадебный подарок. Неужели он так соблазнителен, что женщины теряют голову? Или неутоленная плоть требует?
— Он своим обаянием или гипнозом магически действует на женщин. Прямо какое-то наваждение, потеря контроля над чувствами, — призналась она.
— И среди мошенников есть виртуозы, — улыбнулся майор. — Они умело пользуются излишней доверчивостью и беспечностью людей. Усыпляют их бдительность и вершат свое черное дело.
— Теперь меня никто не обманет, — с жаром заверила женщина. — Один раз обожглась и на всю жизнь наука будет. Никого больше на порог не пущу.
— Зарекался кувшин по воду ходить. Эта присказка не только мужчин, но и женщин касается, — снисходительно улыбнулся Василий. — После бегства этого Романа какие-нибудь предметы остались? Может бутылка из-под шампанского? — поинтересовался майор.
— Шампанское мы пили, но утром я бутылку не обнаружила. Наверное, Роман унес ее с собой или выбросил в мусоропровод, — предположила она.
— А фужеры, из которых вы пили?
— Бокалы, — поправила она. — Роман оказался на редкость аккуратным. Всю посуду со стола отнес на кухню в мойку. Я все тщательно вымыла и протерла, — охотно сообщила Вероника.
— Напрасно, напрасно, — огорчился Белозерцев и пояснил. — На бокалах и другой посуде могли сохраниться отпечатки его пальцев.
— Посуда в мойке была залита водой, — сообщила женщина.
— Тогда другое дело, — вздохнул майор. — Ваш «женишок» оказался не столь аккуратным, сколь осторожным, ловко замел следы. Придется осмотреть вашу квартиру.
В знак согласия она кивнула головой и попросила:
— Отыщите этого бабника. Пусть возвратит, хотя бы книги, которые я одолжила у подруги, и обязана их вернуть.

4

Вместе с экспертом-криминалистом Белозерцев тщательно осмотрел квартиру Хмелевой и через час о результатах доложил руководителю опергруппы следователю Владимиру Щеглову.
— Объявилась еще одна жертва афериста, — сообщил он. — Я выезжал на место происшествия. При осмотре предметов отпечатков пальцев и других улик не обнаружено. Стреляный воробей. Легко обольщает женщин. И когда, устав от сексуальных утех, они засыпают, исчезает бесследно, прихватив их имущество.
— Совершенно ясно, что это дело рук одного мошенника, — согласился следователь. — На это указывают способ совершения преступления, предметы краж, записки. Либо это фанатичный коллекционер художественной литературы, причем знаток, что попало, не берет, не забывает и о золотых изделиях. Либо он шизофреник с обостренным чувством красоты. У этой категории лиц бывают разные отклонения: у одних мания величия или преследования, у других — дар красноречия или неуемная жажда чистоты и порядка во всем. Они обескураживают и магически воздействуют на доверчивых людей. Надо его поискать среди клиентов психдиспансера.
— Я подключу к этому делу участковых, — сказал Василий.
— А что с объявлениями афериста? Проверил?
— Пока аналогичных по содержанию текстов в городе не обнаружено, — ответил майор. — Похоже на то, что он их сам сорвал, после того как клюнуло несколько женщин.
— Объявления, по словам потерпевших, также, как, и прощальные записки, отпечатаны на пишущей машинке, — продолжил вслух размышлять следователь. — Тексты идентичны и отпечатаны на одной машинке «Любава». А вот кому она принадлежит, осталось загадкой.
— Прежде в бытность КГБ, чекисты снимали образцы шрифтов с пишущих машинок. Теперь до этого никому нет дела. Множительной техники, компьютеров, ксероксов становится все больше. Попробуй, угадай, где, что и кем сотворено, — заметил Белозерцев.
— Значит, у нас нет крепкой зацепки, — подытожил Щеглов. — А надеяться на то, что он еще раз развесит объявления, наивно, рисковать он не станет. Затаился, а возможно, и в другой город на промысел укатил. Проследи за ориентировками, поступающими из других городов. Вдруг он где-нибудь себя еще проявит.
— Может, нам предупредить легковерных женщин об аферисте через радио и прессу? — предложил оперуполномоченный угрозыска.
— Я тоже об этом думал. Кого-то из женщин мы предостережем от притязаний, но ведь и сам он узнает, что за ним охотятся. Проявит осторожность, но вскоре, находясь на свободе, займется тем же. Спугнем его и только.
Майор задумался и по мере того, как светлел его взгляд, Владимир понял, что коллегу осенила идея.
—Клин клином вышибают. Верно? — улыбнулся он.
— Так. Объясни, будь добр.
— Надо дать встречное объявление, которое бы заинтересовало его. Причем официально через газету, телевидение или радио, — объяснил Василий суть замысла. — Следует учесть тот факт, что он неравнодушен к женским чарам. Во всех известных нам случаях они не устояли перед соблазном и охотно отдались ему без всяких мыслей об отказе. Похоже, что совмещает приятное хобби с полезным, претендуя на лавры Казанова. Без общения с женщиной долго не выдержит и обязательно клюнет на приманку. Публичных домов у нас пока нет, в гостиницу или притон он не пойдет. К тому же, любитель на халяву полакомиться «клубничкой». Продолжит действовать по накатанной колее.
— В этом есть соль, — одобрил следователь. — Кому поручим роль невесты?
— Руслане Снежко, инспектору ИДН. Вполне подойдет на эту роль, — предложил майор. — Молодая, красивая. Лучшей кандидатуры не найти. Живет одна, есть телефон. Пусть адаптируется к будущей семейной жизни, пройдет «курс молодого бойца».
— Необходимо ее согласие, — сказал Щеглов. — Неизвестно, как Дон Жуан себя поведет в случае ее сопротивления? Не испортит ли девушку? Мы не вправе рисковать ее жизнью.
— Я подстрахую. Да и сама она из тех, кто себя в обиду не даст. Думаю, что не откажется от нашей просьбы.
5

Руслана Снежко, как Белозерцев и предполагал, охотно согласилась сыграть роль невесты. Для незамужней девушки это представляло интерес. К тому же, она давно мечтала проявить себя в серьезном деле. Сообща составили текст объявления: «Симпатичная девушка брюнетка, 22 лет, с высшим образованием, желает познакомиться е элегантным мужчиной не старше 30 лет, без вредных привычек, для серьезных отношений. Круг интересов: литература, музыка, живопись, спорт, туризм. Звонить с 18 до 21 часов по тел...»
Вскоре оно было опубликовано в городской газете и помещено под стеклом доски объявлений. Стали терпеливо поджидать.
На пятые сутки приманка сработала. Находясь рядом со Снежко, Вероника среди голосов нескольких сексуально озабоченных воздыхателей по параллельно подключенному телефону узнала мягкий завораживающий баритон «жениха» и подала знак Руслане. Та назвала адрес и назначила свидание на девять часов вечера. На сей раз, он назвался Арнольдом. Хмелева удалилась, чтобы не спугнуть гостя. От Снежко, овеянной французскими духами «Опиум», исходила магия очарования.
Девушка блистала естественной красотой и свежестью. Подобная скрипке изящная фигура с осиной талией, источающие теплоту и таинственность милые глаза, чувственные губы с блеском алой помады.
— Я бы не отказался от права первой ночи, — невольно сорвалось с губ Белозерцева, и он стушевался. — Ради Бога, Руслана, не обижайся, но ты так прекрасна, что глаз не оторвать, разные шальные мысли лезут в голову. Извини, насчет ночи сказал, не подумав.
— Товарищ майор, вы же не свободны, женаты? — смутилась Руслана его откровенного намека, в тайне симпатизировавшая Владимиру. Она мечтала из ИДН перейти в угрозыск, чтобы быть к нему ближе, поэтому, не раздумывая, согласилась на роль «подсадной утки». Исподволь рассчитывала, что этот факт зачтется в дальнейшей карьере
— Руслана, будь предельно осторожна, готова к любым неожиданностям, напитками не увлекайся, — велел Василий. — За твою безопасность я отвечаю не только погонами, но головой и сердцем, потому что неравнодушен, ты мне дорога.
— Увидел загадочный блеск в глазах девушки, одарившей его улыбкой.
— Выпью капельку для конспирации, — пообещала сотрудница и майор затаиться в засаде.
Минут через пятнадцать раздался звонок. Снежко отворила входную дверь — у порога высокий импозантный мужчина в черной кожаной куртке. Утонченно улыбчив, добродушен и ироничен. В левой руке «дипломат», в правой — красные гвоздики.
— Добрый вечер, Руслана. Вы бесподобны, я сражен наповал, — сыпал он с порога комплименты. — Именно такой я вас себе и представлял. Вы, вы... женщина моей мечты. Какое очарование, экспрессия и темперамент. Лебединая шея, магический блеск зрачков… Это вам, но вы достойны всех цветов мира ...
Он подал ей три гвоздики и галантно поцеловал руку.
— Милости просим, — плавным жестом пригласила женщина. Гость вошел в гостиную. Скромная библиотека его разочаровала, зато висевшие на стене две картины — натюрморт и пейзаж — представляли художественную, а значит и коммерческую, как и было задумано, ценность. В живописи и иконах он был знаток. Тихо пропел в предвкушении богатого улова. Водрузил на журнальный столик бутылку массандровского красного портвейна и попросил:
— Рустик, будьте ласковы, приготовьте закусить. Я обещаю вам изумительный сказочный вечер любви и надежды.
— Я в этом не сомневаюсь, Арни. Вы такой модный и элегантный с интригующим прикидом, — подыграла она ему, обозначив мягкими движениями рук свои изящные бедра.
Вышла на кухню, а он тем временем разлил вино по фужерам. Минуты через три девушка возвратилась со скромной закуской на подносе.
— Чем вы занимаетесь? — спросила она, стремясь потянуть время.
— Я — художник. Меня хорошо знают московские корифеи Илья Глазунов и Зураб Церетели, а уж другие средней руки живописцы и подавно, — с гордостью сообщил Арнольд. — Собираюсь свои полотна выставить в Третьяковке, а затем в Эрмитаже, а там и в Париж повезу. Полагаю, что для ближайшего свадебного круиза на белом лайнере по морям и океанам нам лишние деньги не помешают?
— Конечно, не помешают. Деньги никогда не бывают лишними. Я мечтаю побывать в экзотических странах. Как это интересно. Слава, почет, большие деньги, красивые женщины, — подзадорила его Снежко. — А у меня серые будни.
— Это вам не какая-нибудь мура, а произведения искусства, — понесло «художника». — Мне предлагают за них валюту. Но я не тороплюсь расставаться со своими картинами, они для меня, что родные дети.
— Я вас, даже очень отлично понимаю, — посочувствовала Руслана. – Ведь художник пишет свои картины сердцем по вдохновению.
— У вас на стене, — он бросил короткий взгляд на картины. — Разве это шедевры? Топорная работа, мазня недоучек. Если хотите, то я эти заберу, а взамен свои подарю.
— Не будем торопить события, утро вечера мудренее, — напомнила она.
— Не будем, — согласился он и предложил. — Давай выпьем за твое очарование.
Он осушил фужер, а Руслана, помня совет майора, лишь пригубила.
— Почему так скромно? — изобразил он на лице недоумение. — Может, вы предпочитаете водочку? «Абсолют», «Охота»?
— Неохота, — улыбнулась девушка.
«Скоро тебе будет охота. Страсть, похоть сильнее воли. Еще ни одна не устояла перед сладким соблазном, — усмехнулся он. — Минут через десять сама в постельку меня поманишь».
— За свое очарование тебе грех не выпить, — настаивал Арнольд. — Французы только потому долго живут, что пьют красное вино. Иначе бы давно вымерли, как мамонты.
Боясь заронить в его сознании подозрение, Руслана отпила несколько глотков, ощутив хмельную сладость напитка.
— Вот так бы сразу, — обрадовался он и с азартом пропел. — Пей до дна, пей до дна, милая, нежная Рустик.
Почувствовав влекущую теплоту ее злато-карих зрачков, его длинные словно у пианиста, пальцы невольно потянулись к блестящим пуговицам ее лиловой блузки. «Она почти готова», — подумал альфонс с радостью, предвкушая блаженство обладания женщиной. Интуиция его еще ни разу не подводила.
Руслана, охваченная неожиданным для себя влечением и страстью, уже готова была уступить его вожделенным прихотям.
— Стоять! — словно снег обрушился на голову искусного сердцееда приказ, как раз в тот момент, когда он собирался взять девушку на руки и в спальне овладеть ее хмельным горячим телом. В следующее мгновение обернулся к двери и увидел нацеленный пистолет.
— Пардон, ап-ши-бся, — произнес, запинаясь, и беспомощно опустив руки.
— Итак, гражданин кинокритик, продюсер, искусствовед, художник или, как вас еще величать, ваша песня спета, — произнес Белозерцев и велел Руслане. — Лейтенант Снежко, пригласите понятых.
— Ты, вы… лейтенант? — удивился «жених».
— Да, лейтенант милиции, — подтвердила девушка.
—Значит, как глупый селезень, попался на подсадную утку, — с горечью признался он, все еще похотливо взирая на «невесту».
Руслана — стройная, изящная, резво повернулась на высоких каблуках, и юбка взметнулась на бедрах, обнажив смуглые ноги. Золотистый завиток упал на лоб. Взгляд ласковый и влекущий, ножки стройные, точеные. Василий невольно залюбовался сотрудницей: «Великолепна, очаровательна и соблазнительна. Этот ушлый бабник знает толк в женщинах, мимо чужой юбки не пройдет. Впрочем, Руслану я ему сам подобрал».
Глядя на Снежко, несостоявшийся совратитель с огорчением облизнулся и признался:
—Что же я так просчитался? По глупости перепутал квартиры.
— Не перепутал, пришел точно по адресу. Довольно глазеть на Руслану, здесь тебе не стриптиз, — майор защелкнул наручники на его запястьях. — Тебе бы в театре альфонсов, любовников играть, а не обманывать и грабить доверчивых женщин. Ничего актерский талант и в колонии пригодится. Надеюсь, смотрел кинофильм «калина красная»?
— Угу, прикольный фильм, — подтвердил задержанный.
— Тогда готовься к суровому режиму жизни: днем — днем работа на лесоповале или в карьере, а вечером — репетиция в клубе.
— А женщины будут? Они — моя радость и страсть.
— Как же без них. Конечно, будут, — обнадежил майор, заметив, что улыбка проявилась на лице мошенника, продолжил мысль, — все женщины в качестве потерпевших на опознании и в суде.
Улыбку и браваду с искусителя, словно рукой, сняло. Он понурил голову, понял, что в данной ситуации ирония и юмор неуместны. Трагикомедия для него чревата драмой.
В присутствии понятых из карманов задержанного были изъяты паспорт и водительское удостоверение на имя Вилора Семеновича Гайдука, ключи от автомобиля и квартиры, клофелин и гормональное средство, стимулирующее у женщин сексуальное влечение. В «дипломате» были обнаружены листки с отпечатанными на машинке объявлениями о том, что «элегантный и красивый без в/п … желает познакомиться с женщиной». А также прощальное послание: «Сладкая моя ягодка...Твой Арнольд».
Вино из бутылки и недопитого Снежко фужера было взято для экспертизы, но майор не сомневался, что по тому, как воспылала страстью молодая сотрудница, в ее фужер он успел добавить биостимулятор. И не будь в засаде майора, финал мог завершиться в постели.
У подъезда их поджидал вызванный по радиостанции «Тантал», милицейский УАЗ.
— Пардон, ап-шиб-ся, — словно заведенный патефон, бормотал любовник-аферист, когда его сажали в задний отсек автомобиля.
— Теперь уж точно апшибся, — передразнил его офицер. — Будет время основательно изучить Уголовный кодекс. Особенно статьи о краже и мошенничестве.
— Я не виноват, женщины сами на меня вешались, тянули в постель, — вздохнул он с досадой. — Заложили, глупые бабы, дождался благодарности за любовь и ласку... Пусть теперь ждут до седьмого пришествия рыцаря на белом коне и обливают слезами подушки в холодной постели…
— Ах, ты «страдалец» на любовном ложе. Может, еще потребуешь с обманутых женщин компенсацию за моральный ущерб? — пошутил Василий.
— О, прекрасная идея! — воскликнул Гайдук. — Примите встречное заявление о том, что стал невинной жертвой сексуально озабоченных с повышенным темпераментом женщин.
— Этот номер не пройдет, не удастся волку укрыться за овечьей шкурой, — усмехнулся офицер. На ближайшей автостоянке был изъят автомобиль «Нива», принадлежащий Гайдуку. А на квартире, которую он временно снимал, были изъяты десятки томов похищенных книг. В их числе Фрейд, Камасутра, Декамерон, Казанова и четыре тома Набокова, не принесшие Веронике счастья. Золотые изделия Вилен успел сбыть. В ходе очной ставки все потерпевшие дамы и леди безошибочно опознали в нем элегантного и красивого ценителя словесности, живописи, театра, эстрады, кино и обольстителя женских сердец.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Детектив
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 17
Опубликовано: 15.03.2019 в 17:28
© Copyright: Владимир Жуков
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1