Эмиссары 2


Эмиссары 2
Введение Последний рывок, сколько всего позади. Но... теперь это уже не важно, важно есть ли что-то впереди...
Все события, организации и персонажи являются авторским вымыслом. Любые совпадения имён, фамилий и должностей персонажей с реальными именами живых или умерших людей, а также происходившими с кем-либо в жизни событиями — абсолютно случайны и совершенно непреднамеренны.

Фэнтези
Эмиссары. Часть вторая В элитном районе Москвы, в одном из самых дорогостоящих домов страны семейства Крыжниковых, шёл по коридору высокий мужчина в дорогом эксклюзивном костюме, доставленный ему спецзаказом пятнадцать минут назад. Он шёл в парадную, чтобы там при естественном свете от тринадцати окон оценить себя в полной красе перед зеркальной дизайнерской стеной, которой он так гордился.
Предстояла важная встреча. Из Швейцарии прибыла группа лиц, для решения важного межнационального вопроса, не касающегося Швейцарии и России, однако, именно эти люди принимали все самые важные решения в мире последние сорок пять лет.
- Денис Юрьевич, лимузин подан, - прозвучал голос начальника охраны в скрытом за ухом динамике важного господина, подошедшего к зеркалам.
- Хорошо, через пять минут выхожу, - ответил субъект, поправляя галстук.
Мужчина пригладил волосы, поправил воротничок и красный галстук. Немного ещё постоял у зеркала, полюбовался собой, улыбнулся и вдруг, голова у него крутнулась резко в сторону неестественным образом, так как будто её кто-то свернул. Мужчина упал даже не успев закрыть глаза.

***

- Да, один из нас сильно отличился, - повествовал в допросной камере Яхорд. - На его счету десяток пустынь.
- Увлёкся парень – в шутку сказал Ярус.
- Что примечательно, он сделал это в одно воплощение. Если учёные возьмут на экспертизу песок из этих пустынь, то обнаружат, что их возраст практически идентичен, несмотря на то, что находятся они на разных континентах.
- Кто же этот человек?
- Да вот, собственно и он! – ответил Яхорд, указывая взглядом на дверь.
Ярус обернулся, в этот момент дверь с лязгом открылась, и в комнату вошёл капитан Исаев.
Ярус совершенно растерянными, восторженными и одновременно опасающимися глазами посмотрел на капитана. Исаев не понял природы этого взгляда, но не подал смятенного вида, быстро переведя взгляд на объект допроса, по-доброму улыбающемуся ему и приглашающего жестом к столу.
Стула третьего в помещении не было, заседания здесь не предусматривались.
- Сейчас, за стулом третьим схожу, потолкуем, – ответил на жест Исаев, но не успел он обернуться к двери, как Яхорд, сказал насыщенным льющимся голосом:
- В этом нет необходимости, Игорь Семёнович, стул Вас уже ждёт здесь.
Обернувшись обратно, Исаев увидел свободный стул, которого секунду назад не было.
Пристально посмотрев на обладателя необычного голоса, Исаев спросил:
- Знаете меня?
- Знаю... – ответил человек, опустив взгляд.
Ярус внимательно наблюдал за всем происходящим, не встревая в разговор.
- И всё-таки я представлюсь, - пододвинув под себя стул, сказал капитан.
- Исаев Игорь Семёнович, - успел опередить капитана допрашиваемый, - именно таким ты знаешь себя последние без малого полвека. Я же знаю тебя в диапазоне намного более масштабном, как и Яруса.
Человек с приятным властным, но льющимся голосом встал из-за стола и представился:
- Рад встречи, капитан... давно жду этого часа. Моё имя Яхорд!

***

- Товарищ генерал, разрешите? - обратился свой человек из спецподразделения, тайно наблюдающий за процессом допроса.
- Заходи, Степан Ильич. Что у тебя?
- Исаев прибыл к допрашиваемому лично.
- Когда?
- Час назад мне сообщили, что он прибыл в подразделение, сорок минут назад он зашёл. Сейчас в камере три человека.
- Срочно усильте охрану объекта, СОБР срочно к допросной! – дал распоряжение генерал.
- Уже все на позициях, товарищ генерал!
- Молодец, за то, что всегда зришь в корень и работаешь на опережение я тебя и ценю.
- Дополнительные распоряжения будут?
- Наблюдайте. О малейших изменениях хода событий докладывайте мне лично.
- Так точно, товарищ генерал, отрапортовал Степан Ильич и вышел из кабинета.

***

Если Вы не против, - обратился Яхорд к оппонентам, - я бы продолжил беседу в более комфортном и менее прослушиваемом месте.
Ярус и капитан не успели даже подумать, что имел ввиду визитёр, только заметили боковым зрением, что стены помещения изменились. Осмотревшись, они увидели вовсе не допросную, а шикарные апартаменты. Первое, что удивило, это восход солнца за окном. Хотя по всем подсчётам должен был быть день. Восход же за окном говорил о том, что сейчас около пяти утра. Необычные для местного климата аккуратные зелёные газоны, простирающиеся на километры вдаль. Несколько гор величественно возвышались по другую сторону дома. Только теперь Ярус в полной мере ощутил, что Яхорд не сказочник.
- Исландия? – спросил он.
- Да... – спокойно ответил Яхорд.
Исаев же не терял бдительности, приняв всё зримое за типичную галлюцинацию или мастерский гипноз. Он не подал виду, будто что-то произошло, и продолжил, как ни в чём не бывало:
- Яхорд? – капитан наморщил лоб, пытаясь вспомнить хоть что-то связанное с этим именем.
- Не помнишь меня... – сказал странный человек, улыбнувшись, и сел обратно на стул, как ни странно всё тот же стул, совершенно нелепо смотрящийся на фоне роскошной обстановки. - Если хочешь, я расскажу кое-что о тебе, а потом уж и о себе, и обо всех нас.
- Валяй... – согласился Исаев.
Яхорд на мгновение закрыл глаза, а когда открыл, то в уголках глаз его можно было разглядеть слёзы. Он начал:
- Без малого шесть сотен лет назад, ты, мой дорогой друг, выкинул неординарную штуку. Это произошло во время Столетней войны между Англией и Францией.
Изнурительные настроения на территориях обеих стран чувствовались далеко за пределами границ государств. Более ста лет уже не удавалось решить насущного вопроса. Атмосфера в очередной раз накалилась, у границ стали концентрироваться новые войска. Начало вторжения было назначено на пять утра, в «час волка», о физиологических особенностях внимания человека связанных с биологическими часами знали уже тогда. Каково же было удивление войск, когда на точке планового столкновения воины увидели мужчину, женщину и двое детей в белых рубахах. Они не косили траву, не выгуливали скотину, они мирно собирали яства на стол. Воины обеих сторон доложили о происходящем своим военным начальникам. Те насторожились. К какой державе эта семья относилась, никто не знал. Каждый думал на другого, пытаясь раскрыть истинный замысел отвлекающего момента. На самом деле эта семья жила на территории современной Исландии, где в данный момент находимся мы. Как эта семья оказалась на границе Англии, пояснять думаю не нужно?
Ярус понимающе кивнул, капитан промолчал.
- В итоге эту семью расстреляли и те и другие. Они не успели насладиться приёмом пищи на рассвете. Главнокомандующие обеих сторон ждали после приказа на ликвидацию семьи ответных мер, но их не последовало. Нападения в этот день не произошло. Его не произошло и на следующий день и после... Через три дня войска обеих сторон стали понимать, что наделали. Воинствующий дух стал расходиться. Несколько воинов от каждой стороны направились к месту трагедии. Они увидели стол с заветренными продуктами, теми, что недоели птицы и грызуны, нашли корзинки с вещами и молитвенник. Тел вкруг стола не было. Их так и не нашли. Это нестандартное действие разрушило воинские настроения. Напряжение пошло на спад. Через два месяца после этого инцидента в 1453-м была поставлена официальная точка размолвки. Война в общей сложности длилась 115 лет.
Яхорд поднял глаза на Исаева и сказал после короткой паузы:
- Это была твоя семья, капитан.
- Почему я этого не помню? – строго спросил Игорь Семёнович.
- В результате бурной деятельности с пустынями, закон причинно-следственных связей создал условия, при которых ты не будешь помнить себя десять тысяч лет, как следствие, ты не мог воспользоваться опытом прежних воплощений. Однако этот процесс стал носить ярко выраженный интуитивный характер. Душа-то всё помнит и знает. Отсюда способности, таланты и все твои заслуги, ответил Яхорд.
Интуиция, чутьё и некоторые способности, о которых знал один капитан, частично подтверждали услышанную информацию.
- Что за деятельность с пустынями? – спросил Исаев.
- О... это долгая история. Об этом тебе расскажет как-нибудь Ярус... на моём примере, твой не слишком отличается от моей истории, в целом, мы оба были до крайней степени разочарованны невежеством и чёрной неблагодарностью людей. Только я позволил им себя убить, а ты нет.
- Что за бред? – возмутился капитан.
- Я всё тебе расскажу, - вступился Ярус. Обязательно расскажу. Сейчас же думаю, у нас есть вопросы поважней.
Ярус перевёл взгляд на Яхорда. Он одобрительно кивнул, и продолжил:
- Возможно, Вы ещё не задавались вопросом, друзья мои, почему мы все втроём прожили жизни в России именно в этот период. Ни в самой располагающей к комфортной жизни стране, учитывая наш опыт и возможности.
- Я здесь родился, здесь и живу, - ответил Исаев.
- Именно об этом я и говорю. Почему ты родился именно здесь? Почему Яхорд родившись на Украине, с первого года жизни обосновался именно на территории современной России?
Оппоненты не имели ответа на эти вопросы.
Яхорд улыбнулся...
- Давайте я кое-что проясню! – сказал он. И начал рассказ:
- Ситуация в России складывается не самым благоприятным образом на сегодняшний день по одной простой причине. Она с 1991 года в подчинении США, по итогам проигранной холодной войны. Точнее, США, это только исполнитель, на которого спускают всех собак жители обиженной России, да и не только России. Именно поэтому все правила политики, жизни, образования, энергетики и всего-всего-всего задаются уже давно не внутри страны, а на территории победителя. Они делают с Россией всё, что хотят. До 2014-го года программа была рассчитана на системное выкачивание из страны всех имеющихся резервов, ресурсов и средств. А вот после 2014 года стали вести политику полной ликвидации страны. Это право победителя, не признающее никаких других прав. Всё это так. И это признаться, не самая приятная новость... И вроде как бы это не очень хорошо...
Яхорд скептически посмотрел на поникшие лица капитана и Яруса, быстро прочёл их идентичные мысли по этому поводу и продолжил:
- Но! С чего Вы взяли, друзья, что если бы в той гонке вооружений победил СССР, то сейчас бы не велась такая же политика в отношении США? Вы хотите всегда жить на территории стран победителей? Всегда хотите быть впереди планеты всей и ходить в королях? Кто же тогда будет пешками? Нет, братцы, всё как – раз очень правильно и справедливо.
Капитан, будучи военным, воспринял эти слова особенно болезненно, но сдержался от комментариев.
- Когда-то Вы рождаетесь в странах победителях, - пояснил Яхорд, - и чувствуете себя на вершине пьедестала, а когда-то рождаетесь на территориях тех стран, которые сами же и закабалили. Ни кто-то другой терпит поражение, а именно Вы. Но только в других жизнях. Вам интересно пожить королями, но для того, чтобы стать королём – нужно знать, что такое слуга. И не просто знать теоретически, а познать на себе. Ничего не обходит стороной в пространстве миров. Каждое действие сказывается на нас двояко. Ибо нет никого кроме одного. Ударяя по щеке человека стоящего напротив, Вы рано или поздно почувствуете этот удар на щеке своей, потому что это был не другой человек, это была просто другая щека «одного человека», по которой мы сами бьём себя не осознанной рукой... всё законно, всё верно, всё правильно.
- Так что же делать со страной? – спросил капитан.
- Уж точно не воевать. Всё что выдает мышление людей из возможных вариантов – это затеять переворот, сменить власть и дать отпор. Но кому Вы собираетесь давать отпор? – обратился Яхорд к Исаеву.
Капитан развёл руками, понимая, что ответ очевиден.
- Другой стране? – Спросил Яхорд, понимая ход мыслей собеседников. - Нет никакой другой страны, есть только Вы. Вы ничему не учитесь... люди. Хорошо, допустим, всё получилось, и Россия окрепла, следующим шагом будет наведение «порядка». Вы в очередной раз изуродуете Землю, уничтожив добрую часть флоры и фауны, которым ничего не остаётся, кроме как терпеть Вашу неразумность и невежество. И вот, наконец, стране удалось воспрянуть, враг унижен и пристыжен. Предположим... Повсюду разруха и дым от снарядов, США на грани выживания, Европа стонет от боли и развала, лишившись центрального управляющего, который хоть и был кровавым диктатором, но всё же умел управлять. И вот, возродив страну, Вы вдруг понимаете, что время-то ушло. Что Вам уже 80, 90 лет, тем, кто выжил. Умираете. И где Вы, думаете, рождаетесь вновь? Разумеется, в истерзанной Европе, разумеется, в разбитых штатах Америки. Вы будете кувыркаться в воплощениях на Земле до тех пор, пока не научитесь мыслить и действовать разумно. Ваш полигон основательно износился, но мы его реанимируем по мере сил. Перестаньте уже плодить невежество, научитесь жить в любви.
- Как жить в любви, когда ты чувствуешь сильнейший геноцид в отношении себя и своих близких? – спросил Ярус.
- А кто этот геноцид создал?
- Ну да... – протянул капитан.
- Ну вот, - добавил Яхорд. - Что посеешь – то и пожнёшь – слыхали? Человек своими поступками сам определяет своё будущее. Хотите жить в мире и любви – перестаньте плодить разруху. Вы охотно делитесь невзгодами, разделяете страдания и афишируете свои горести, но очень мало кто способен на то, чтобы делиться радостью и дарить миру любовь. Что же Вы удивляетесь результатам?
- А что делать с тем, что есть уже сейчас? Как исправить ситуацию? Как питать и дарить любовь в то время, когда ты находишься в процессе уничтожения? – спросил капитан.
- Вы не понимаете, что полноценно познать любовь можно только в страхе. Именно в разрухе, именно в невежестве, именно в истреблении, потому что всё это является антиподом любви. И с позиции этого невежества можно познать, что такое любовь. Когда была только любовь – Вы не могли её идентифицировать, потому что не знали, что есть что-то ещё относительно чего можно было бы делать выводы. Как понять, что такое любовь, если есть только любовь и ничего кроме любви? Мы создали эти полигоны относительности, а Вы их довели до предела низменности сознательных форм жизни. Ваше священное право – мы не вмешиваемся, но поскольку зовы и мольбы о помощи поступают к нам ежесекундно и в немыслимых масштабах – мы даём Вам понимание того, как всё вернуть на круги своя. Летящее копьё уже не остановишь. Придётся дождаться того момента, когда оно поразит цель. Цель и метатель – как Вы уже знаете – это одно лицо.
- От чьего имени ты говоришь сейчас, Яхорд? – спросил Ярус, - ведь если я правильно понял, то мы не отличаемся, по сути, от тебя.
- Всё верно, друг мой... мы не отличаемся друг от друга по сути, но пока ещё отличаемся по уровню сознания и восприятия. Я говорю от имени Источника, а Вы пока ещё воспринимаете мои слова с позиции людей.
Яхорд вздохнул и продолжил:
- Так что теперь с пониманием и принятием того, что Вы наделали, что причинили себе, своими же руками, примите то, что пожелали другим. Только сделайте это с любовью, а не яростью. Потому что боль и страдания – это иллюзия. Ничего этого нет, есть лишь любовь, которую Вы всеми силами держите за горло и не даёте ей выйти за пределы созданного собой же сумрака.
Перестаньте отвечать агрессией на агрессию и тем самым плодить невежество, ответьте на ярость любовью... отдайте всё, что от Вас хотят получить, потому что тот, кто всё забирает – это Вы же и есть. Это ни кто-то другой, это Вы. Число всегда остаётся неизменным и это число – Один. Тогда спустя каких-то 200-300 лет, Земля, как и многие другие полигоны, превратится в Эдем. Всё необходимое для жизни, для счастливой и достойной жизни мы Вам дали, всегда давали, просто перестаньте жить потребительской культурой и тогда всем всего хватит. Вы всё поймёте тогда, когда мозг переключится на другую частоту вибраций. Вам откроются новые горизонты и новое понимание. Не нужна будет больше техника, электроника и механизмы, всё, что Вам потребуется – это чистое сознание наполненное любовью. Любовь – главный созидательный инструмент во вселенной.
- Твои слова похожи на религиозную трактовку, заточенную под внедряемую модель геноцида. Дескать, Вас убивают, а Вы терпите и всё у Вас потом когда-то там будет хорошо, - отозвался Исаев, - И в это кто-то верит?
- Если бы Вы верили в это, то Земля давно перестала бы уже быть такой, какой её знаете Вы, она бы перешла в другую форму сознания, на другой уровень жизни, в другое пространство и измерение, по меньшей мере, это произошло бы 3 000 лет назад. А так, Вы просто кувыркаетесь из воплощения в воплощение, стараясь как можно больше награбить, взять, отобрать, поработить, присвоить. Ну и как? Хорошо Вам живётся? Нравится? Ты можешь не верить в мои слова, хотя восьмисот твоих жизней на Земле должно было бы хватить для появления хоть какого-то понимания... – ответил Яхорд. - Хотите продолжать этот эксперимент? Ваше право – продолжайте, кувыркайтесь. В любом случае Ваши миллионы лет на фоне вселенского пространства – времени – это даже не миг, это намного меньше. Все эти годы, тысячи и миллионы лет мы давали Вам знания, мы делаем это и теперь, но Вы нас не слышите, потому что привычные уклады жизни не пускают через свои фильтры другого понимания. Но кто создал эту блокирующую информационную стену? Вы. И никто другой не будет её ломать до тех пор, пока каждый из Вас не уберёт из этой стены свой кирпичик.
Ярус крепко призадумался, капитан же не терял бдительности и тут де сказал:
- Так! С кирпичиками понятно, теперь расскажи, куда дел две опер группы?
Яхорд с нежностью посмотрел на Исаева так, как смотрит родитель на новорождённое дитя.

***

На камерах видеонаблюдения резко исчезли три объекта находившихся в допросной, о чём Степан Ильич незамедлительно сообщил генералу.
- Как исчезли?
- Да, в общем, так же, как и две оперативные группы несколько дней тому назад, бесследно, - был дан ответ вверенного сотрудника.
- Что, вот так просто были, и нет? Может шапки – невидимки одели какие-нибудь?
Степан Ильич посмотрел на генерала с опасливым непониманием.
- Я имею ввиду технологию какую-нибудь скрывающую от камер истинную картину. Помещение-то осмотрели?
- Я лично его исследовал несколько раз. Всё - как и было до этого, только людей нет... и пару стульев – добавил агент.
- Стульев? – переспросил генерал.
- Так точно.
Генерал печально прошёл по кабинету, покачал головой и добавил на полном серьёзе:
- Теперь ещё и стулья покупать...

***

- Никуда Ваши опер группы не делись, не стоит переживать за них, - ответил Яхорд, любуясь совсем поднявшимся солнцем.
- Они исчезли! Я спрашиваю, где они? – вновь строго произнёс капитан.
Ярус встал и приоткрыл окно. Помещение стало наполняться лёгким сытным воздухом свежести и благодати.
- Ваши ребята до сих пор находятся на позициях, они никуда не делись, говорю же, - ответил Яхорд.
Ярус заметил, как у Игоря Семёновича стал пульсировать висок. Капитан пытался осмыслить услышанное.
Яхорд не стал его мучить догадками, расположился на кожаном диване и дал пояснение:
- Я лишь оставил их в другой прослойке времени, если так проще понять. Точнее, их оставил в той же, но время ведь не стоит на месте. Каждый миг мы перемещаемся в разных точках пространства, даже если стоим на месте или спим, само пространство тоже перемещается. Все те люди, которых Вы потеряли до сих пор стоят в проёме коридора той квартиры, в которую их направило Ваше руководство для моего задержания. Я всего лишь поставил на паузу момент. Только и всего.
- Я не понимаю, - сказал Исаев.
Ярус восхищённо улыбнулся, Яхорд продолжал:
- Момент... он всё время меняется, видоизменяется. В одну реку нельзя войти дважды. В одну квартиру нельзя войти дважды. Нельзя даже дважды моргнуть. Ты уже не ты, когда моргаешь второй раз, и место уже имеет совершенно другие координаты, не расположенные на плоскости, как ты понимаешь, милый друг.
- Я не понял, они, что просто замерли в конкретном отрезе времени и стоят там, на полушаге всё это время? – не унимался капитан.
- Примерно так. Поэтому их никто не видит, не слышит и не идентифицирует, потому что тот миг, он давно прошёл. А в настоящем моменте их нет. Они находятся в другом настоящем моменте. Это коридоры времени, многие пользуются этими для переходов через портал или играя с прошлым и будущим. Правда, эти игры небезопасны, более того, коридоры обитаемы, и не самыми дружественными существами. Но за своих однополчан не тревожься. Они под надёжной охраной, моих верных стражей.
- Стражей? – уточнил Исаев.
- Да. Но не суть. Когда мы вернёмся, они войдут в привычный ритм, совершенно не ощутив никаких изменений и задержек.
Игорь Семёнович осмотрелся ещё раз повнимательней, потрогал руками мебель в помещении, пооткрывал окна, даже ненадолго вышел на улицу и вернулся обратно. После сел на диван рядом с Яхордом и спросил:
- А когда мы вернёмся?
Яхорд поднял глаза на Яруса, который задал ещё один вопрос:
- Мы ведь вернёмся?
- Вернёмся, и довольно скоро, - ответил Яхорд. Немного поговорим, и вернёмся... каждый в свою обитель...
Собеседники, молча, переглянулись. Яхорд, улыбнувшись, спросил:
- Душновато, Вы не находите?
- Есть немного, ответил Ярус и подошёл к большому окну, чтобы открыть и его, но Яхорд его опередил весьма экстравагантным способом. Он щёлкнул пальцами руки, и стена напротив него исчезла, открыв невиданный пейзаж. Свежий воздух с новой силой хлынул в помещение, которое слилось с природой.
Исаев, спокойно наблюдая за всем происходящим, задал очередной вопрос:
- Ты сказал, что давно ждал этого часа...
- Да, - ответил Яхорд, - наша встреча – это плановое событие. Мы встречались уже несколько раз. Паять тысяч лет назад, пятнадцать – тоже на Земле и до этого на Фаэтоне несколько раз. И судя по всему, не слишком мы удачливые парламентёры, поскольку Фаэтона больше нет.
Яхорд помолчал немного, наблюдая за смятенными взглядами собеседников, и добавил:
- Да и Земля который раз на грани.
- Расскажи нам о том, кем мы были, когда мы были вместе, - попросил Ярус.
- Хорошо, - ответил Яхорд, сделав необычный жест рукой. На столе появилось множество блюд и угощений.
- Вижу, Вы проголодались, - посмотрев куда-то в сторону, сказал Яхорд, - угощайтесь, я же пока Вам кое-что поведаю...
Слово, наиболее подходящее из ныне используемых, которым можно было бы описать несколько наших последних совместных действий, давая объективную оценку и понимание – эмиссары. По сути, мы такие же триединые дуальные существа, как и все люди. Разница лишь в том, что на порядок более осознанные изначально. Сейчас Вы этого не помните, но чувствуете и используете интуитивно.
Мы приходили в сложные периоды для того, чтобы помочь не совершить глобальных ошибок. Когда-то получалось, когда-то нет. Теоретически, обладая мощью самосознания, мы могли бы навести порядок на планете в одночасье, но это нарушило бы свободу воли людей, поэтому мы двигались осторожными мелкими шажками к намеченной цели, аккуратно обходя острые моменты, давая лишь знания и выбор. С нами был ещё один представитель... правопорядка на Земле. Он рискнул предпринять не только слово, но и действие, и тем самым спас Землю довольно хитрым манёвром, создав на ней сеть сознания по средствам комплекса из шестидесяти восьми тысяч знаковых строений, большинство из которых ещё не обнаружено и по сей день. Яркий пример одному из таких строений - Комплекс Гизы в Египте. Это всё было создано за два часа. Планета воспрянула, но спустя тысячелетия люди вновь пали, а наш друг и помощник поплатился за это вечностью, прикованной к Земле. Он и сейчас здесь, неважно выглядит, я с ним встречался на днях.
Собеседники переглянулись, пытаясь понять, о ком речь.
- Его имя Арлих Чикетет Вомалитес... искатель мудрости, - сказал Яхорд, и он её нашёл. Вот уже много тысяч лет он не сдаётся, даёт ростки этой мудрости сквозь своё проклятие... но люди не ценят и этого.
-Тот? Тот Атлант? – переспросил капитан.
- Гермес? – добавил Ярус.
- Именно он, - ответил Яхорд, - это наиболее известные его имена, но далеко не единственные. Этот самый Гермес, Тот, Арлих и мы... мы приходили на Землю с одной целью. Но Арлих пожертвовал собой, а мы нет. Сейчас ситуация вновь на грани. Словом и знанием действовать уже бессмысленно. Если мы всё же решим дать очередной шанс Землянам, то придётся кому-то из нас пожертвовать собой.
Ярус и капитан не пошевелились. Они хорошо услышали слова Яхорда, ещё лучше их поняли, но принять данное решение были не готовы, потому что примерно уже понимали, чем это грозит каждому из них.
- Что станет с Арлихом после того, как Земля падёт? – спросил капитан.
- Всё вернётся на круги своя. И Арлих и Сиддхартха Гаутама и ещё много тех, кто добровольно заключил себя внутри этой системы во имя благости людей - все они обретут покой, - ответил Яхорд.
- А если Земля всё же выйдет на новый виток? Если все их старания в итоге не будут напрасными? Если сейчас кто-то из нас сделает то же самое... и может быть, через какое-то время это сделает кто-то ещё... что потом? – уточнил Ярус.
- Тогда Люди перейдут в разряд более высокой формы сознания, и планета перейдёт в слияние с вечностью и аропустотой, без каких либо потрясений.
- Аропустотой? – переспросил капитан.
- Об этом сейчас ещё слишком рано говорить, но в этом случае свободными станут все, и не только те, кто положил на кон всё, не только жизни, - ответил Яхорд.
На вилле повисло молчание. Ветер затих совсем, даже птицы перестали щебетать.
Капитан крепко задумался, потом вдруг ни с того ни с сего спросил:
- Ты ведь не просто так нас притащил сюда в Исландию?
- Не просто так... ты что-то чувствуешь? – отозвался Яхорд.
- Как будто бы да... но не понятно что...
Яхорд опустил взгляд, и сказал:
- На этом самом месте стоял твой дом когда-то. Семья, которая была расстреляна во время Столетней войны жила здесь.
В уголочке глаза капитана едва заметно мелькнула слеза.
- Как ощущение? – спросил Яхорд через какое-то время.
Капитан лишь кивнул в ответ и отвернулся.

***

Яхорд дал возможность побыть наедине Ярусу и капитану. Сам же визитёр прогуливался в окрестностях виллы.
- Что думаешь по поводу всего этого, Игорь Семёнович? – спросил Ярус, закончив краткий рассказ о пустынях, о том, что из себя представляет Яхорд и капитан, если верить словам субъекта.
Исаев внимательно выслушал, не отказывая себе тем временем в приёме пищи знатного стола, и ответил:
- Я думал, что уже ничему не удивлюсь, однако я ошибся. То, что этот гость очень не прост – это факт, но я не думал, что настолько, когда отправлял тебя провести с ним допрос. Кстати, ты что-нибудь узнал по существу?
Ярус отрицательно покачал головой.
- Ну, разумеется, такого попробуй, поймай на слове...
- В этом нет никакой необходимости, - прозвучал в голове капитана голос Яхорда, которого не было нигде в округе.
Исаев осмотрелся, посмотрел на Яруса, который как ни в чём не бывало, подливал себе вино.
- Показалось, - подумал Игорь Семёнович.
- Не показалось, - мой милый друг, - вновь прозвучал голос в голове капитана, - ты хочешь знать по какому поводу на меня был дан приказ из министерства? Я отвечу.
Капитан замер, понимая, что ему не показалось и что всё это происходит в действительности.
- О моём приходе знали задолго до того, как я вошёл в это тело, - продолжал звучать в голове голос Яхорда, - и естественно, к этому событию готовились. Когда мне было пять лет, мою семью нашли. Вырезали всех, не пожалели никого, а меня успел схоронить отец в стоге сена. Тогда я ещё мало чего помнил, но всё понимал. За жизнь не слишком цеплялся, но и на рожон не лез. Несколько стогов разворошили, остальные протыкали вилами. Память об этом событии отразилась у меня на шее, обрати внимание, когда я зайду в дом.
Я просидел в стогу сутки, на следующий день пришёл какой-то старец, бережно раздвинул солому и достал из стога моё окровавленное тело. Я лишь увидел его глаза, а в следующий миг закрыл свои. Больше я его не видел, но прожил последующие тринадцать лет в общине, где развил и закреплял имеющиеся способности. Продолжал вспоминать, изучать мироздание под новым углом. С восемнадцати лет начал свой путь. Одежду и еду я тогда с лёгкостью материализовал сам, всё, что только пожелаю. Десятки раз помогал людям, но ни разу не получил благодарности в ответ, принимая лишь зависть, злобу и гонения. В двадцать пять я перестал делать добро, как принято это называть у Вас. Но и зла не творил, просто наблюдал, оставлял шифровки и знания в разных уголках планеты. После с трепетом видел во снах, как единицы из миллионов находили эти знания и взращивали их в себе. Я всё больше приходил к выводу, что нет никакого смысла продлевать этот эксперимент. Общаясь со своими кураторами, я говорил о том, что есть смысл забрать с Земли просветлённых, а всё остальное вернуть в первозванный вид, пока техногенная эра не окутала планету своим электронным невежеством и полной бездуховностью. Но кураторы и иерархи всегда были на стороне людей и готовы были ждать, надеяться и играть до последней пешки на великой шахматной доске.
К семидесяти трём годам система меня отбраковала, как звено, не соответствующее общей программе, так в правительственных кругах появились наводки о моём местоположении, внешности и все необходимые данные. Но люди получившие информацию, также понимали, что своими силами меня взять не удастся, поэтому, как приманку использовали своих генералов, как следствие опергруппы и тебя. Извини, я понимаю, что слышать это неприятно, но это так.
Понимаю твой вопрос, капитан, я выгляжу на сорок с небольшим. Но моему нынешнему телу в действительности семьдесят три года. Я не намерен бежать, скрываться, мстить или что-то тому подобное. Я решил напоследок встретиться со своими давними приятелями, с Вами. Подарить круиз в место обитания прошлого, вкусно накормить, одарить теплом и любовью света, которого Вы давно уже не испытывали. Поэтому, прозондировал пространство, нашёл нужные чистоты и только тогда, через твоё, уж прости, подсознание, спроектировал возможный вариант развития событий. Через тебя я и узнал об этом засекреченном подразделении и да, я знал, что сначала ко мне придёт Ярус, и только через два дня – ты.
Голос умолк.
Ярус тут же заполнил собой тишину, сказав:
- Где там наш верный друг и товарищ?
В дом вошёл Яхорд.
- Как угощение? – спросил он.
- Весьма и весьма... – ответил Ярус.
Капитан промолчал, сконцентрировав внимание на шее Яхорда. И действительно на ней красовалось два продолговатых зарубцевавшихся с детства шрама.
- До того как я пришёл в «Тына - Джаву», - сказал Яхорд присаживаясь за стол к старым приятелям, - буквально за четыреста лет до этого, мы с Вами недурно покутили, господа. Славное было время. Родились мы тогда в одной деревне, вместе играли, вместе проказничали, вместе получали. Ярус стал превосходным рыбаком, ты, Игорь Семёнович охотой промышлял, а я был торговцем, сбывал на площади всё то, что вы добывали. Раскидывали заработок честно на троих независимо от того кто в какой день отличился больше. Жёны наши водили дружбу, и ребятишки общались меж собой. Всё было ладно и складно... до поры до времени. Начиналась эпоха перемен, и пришёл период ополчения. Люде не меняются, за власть боролись всегда... по крайней мере - люди. Наш удел коснулась эта участь. Население разделилось. Брат пошёл на брата, отец против сына. Мы втроём придерживались устоявшегося порядка и не стремились к изменениям. В течение трёх месяцев без боя не проходило и дня. Как-то раз, пришли мятежники на площадь, где я сбывал Ваши, братцы плоды охоты и рыбной ловли. Стали ходить по лавкам, трясти продавцов. Кто за кого. Товар швыряли мятежники, избивали тех, кто противился. Дошла пора и до меня. Поднял, помню, за грудки меня один здоровый мужик, спросил не в шутку, присоединюсь ли к ополченцам, но ответ дать я не успел. Пуля пронзила шею молодца.
Яхорд посмотрел на Исаева, и добавил:
- То была твоя пуля, капитан.
Площадь превратилась в поле битвы. Ярус бил мятежников со знанием дела, я отбивался как мог, капитан отстреливал. Меньше часа нам потребовалось, чтобы подавить восстание. Конечно, мы были не одни, были те, кто тоже не побоялся и подставил грудь, но мы втроём отличились больше всех.
Конечно, в итоге главным действующим лицом в этой мясорубке оказался засланный казачок, тот, что организовал и поднял смуту. И если бы не этот переломный момент на площади, дело бы вполне могло принять ожидаемый и спланированный оборот. Однако, этого не случилось.
Весь город нас почитал. Вельможами мы не стали, промышляли и дальше своим ремеслом, только дела пошли в гору с тех пор куда пошибче.
- Я уж думал, у нас в каждом воплощении всё плохо заканчивалось, - вставил свою лепту Ярус.
- Нет нечего того, что плохо и того, что хорошо. Всё взаимосвязано по закону причинно-следственных связей. А всё остальное – субъективное мнение, - ответил Яхорд.
- Так что с пустынями? Почему мне не хватило одного размётанного города, чтобы усмирить свой пыл? – спросил, наконец, капитан.
Яхорд подошёл к исчезнувшей стене, посмотрел на облака, а когда вернулся, стена обрела прежнее место.
- «Тына – Джаву» разрасталась как гангрена на Земле, - пояснил Яхорд, - я ликвидировал её, чтобы невежество не поглотило всю планету целиком. Но люди как до этого, так и после, системно взращивали в себе невежество и в других местах, образуя тем самым новые очаги. С ними как раз когда-то давно разобрался ты. На время это помогло решить вопрос, несколько тысячелетий Земля развивалась в достойном русле, но люди вновь и вновь возвращаются в забытьё, всячески стараясь истребить в себе свет и уйти от Истоков.
Яхорд посмотрел внимательно на Исаева, на Яруса, потом опустил взгляд и сказал:
- Я больше не намерен участвовать в круговороте невежества, мной принято решение выйти из проекта. Но поскольку количество энергии во вселенной постоянно. Для того, чтобы оставить эту мерность, мне нужно передать свою силу. Этот процесс контролируется и распределяется не людьми, но у меня доступ к таким возможностям есть. Если хотите – если Вы готовы, я передам Вам силу, которой владею сам.
Ярус с искрой в глазах посмотрел на капитана, тот не проявил эмоций, но было видно, что он над чем-то размышляет. И размышляет основательно.
- Вы мне не чужие люди, как не чужой любой из ныне и когда либо живущих, - продолжал Яхорд, - но я решил сделать это предложение именно Вам.
- Мы сможем слышать мысли? – уточнил Ярус.
- Не только слышать, но и задавать их направление у различных организмов, - ответил Яхорд, и, прочитав мысли Исаева, добавил, - не только людей, разумеется. Все обитатели земли, воздуха, подводного мира, так же мира флоры.
- Они тоже обладают сознанием? – изумился Ярус.
- Несомненно, притом намного более чистым, чем у людей, - был дан ответ визитёра.
Яхорд вновь посмотрел на облака, подойдя к окну.
- Что скажите, друзья?
Капитан почесал шею, крепко задумавшись и поведя бровями.
- А что, я «за»! – ответил Ярус.
- Не знаю, насколько мне это нужно, - ответил Исаев, - большая сила предполагает большую ответственность. И потом, я ведь был лишён всего этого в результате, как ты говоришь, причинно-следственных связей...
- Что я слышу? – с ноткой юмора произнёс Яхорд, - офицер прошедший огонь и воду боится ответственности?
- Я не сказал, что я её боюсь, - ответил Игорь Семёнович, - я лишь сказал, что я понимаю уровень ответственности, который в случае согласия надлежит водрузить себе на плечи.
Яхорд почувствовал смятения стоящие на пути желания капитана принять дар, и произнёс:
- В этом ты прав..., но ты и не прав. Делов том, что ответственность, которая возложена на твои плечи, она не изменится в количественном соотношении, изменится в качестве. Потому что ты пришёл сюда сразу с определённой долей ответственности, с определенными задачами, с определённым набором инструментов, для реализации поставленных задач. Я могу дать тебе дополнительные инструменты, с помощью которых ты легко решишь вопросы, которые как ты думаешь тебе не по плечу. Ты можешь решить их и самостоятельно, без моих подачек, однако, я напоминаю, ты не всегда был таким, каким сейчас помнишь себя. Обладать силой тебе нравилось, ты не стремился избавиться от неё. А с оставшимися тысячелетиями, которые ты ещё не отработал, я разберусь. Возьму их на себя и решу этот вопрос другим путём, совершим эдакий обмен.
- Похоже, что ты прав. Хорошо, я даю добро.
- Я тоже, поддержал Ярус.
- Добро, - ответил Яхорд, подошёл к окну и стал внимательно смотреть на небо.
Небо стало стремительно затягиваться тучами, стал накрапывать частый мелкий дождь. В округе потемнело. Через пару минут вспыхнули первые молнии и пронеслись раскаты грома.
- Я надеюсь, ты не молнией нас решил поразить? – с опаской, обратился Ярус к Яхорду, но тот не ответил.
Капитан подошёл к другому окну и посмотрел на разгулявшуюся стихию, в глазах его появился некий, давно забытый блеск. Яхорд понимал, природу этого чувства. Ярус машинально отступил назад при следующей череде приближающегося треска в небесах.
В следующую секунду дом исчез. Все трое оказались под проливным дождём, стоящие на прежних местах. Капитан не пошевелился. Ярус же старательно боролся с паникой.
Вдруг молнии вокруг троицы участились в разы так, что свет перестал успевать гаснуть. Молнии стали играть в бешенном ритме, но ни одна из них не прикасалась к участникам великого таинства. Дойдя до пика, всё вдруг исчезло... и дождь и холод и молнии и темень... все трое почувствовали ощущение непередаваемой пустоты. А в следующий миг раздался странный приглушённый звук. Полусфера светящимся шаром растянулась по полю, поглотив Исаева, Яруса и Яхорда, стоявшего в центре. Внутри полусферы образовалось яркое белое свечение, а через несколько мгновений в поле вновь стояли три человека. Дождь едва заметно накрапывал, облака стали расходиться.
Игорь Семёнович и Ярус почувствовали в себе неконтролируемую мощь. Яхорд стоял в центре, едва держась на ногах. Он здорово похудел и осунулся за эти несколько минут...

***

- Так значит это правда, что человек может всё? – подойдя к Яхорду и придержав его за плечо, спросил капитан.
- Нет... – слабым голосом ответил Яхорд.
- Нет?
- Человек может намного больше чем всё. Вот это правда, ответил с одышкой визитёр.
- Почему ты всё это помнишь, знаешь и умеешь, а мы нет, точнее не могли? – спросил Исаев.
- Сначала, я думал, что это дело случая... и лишь по мере разворачивания памяти познал, что таков был мой выбор, - ответил Яхорд.
- Поясни, пожалуйста, - обратился Ярус, придержав ослабшего Яхорда с другой стороны.
- Электричество. Практически никто на планете до сих пор не знает что это, по сути, такое, но пользоваться им это не мешает людям, - ответил Яхорд. - В те далёкие времена, электричества ещё не было, но такое явление как молния, прототип и основоположник электрического тока, наблюдали со времён становления мира.
Я особенно любил наблюдать за молнией. Ещё когда мы были втроём, Вы часто акцентировали внимание на этой моей странной прихоти.
В следующем своём воплощении, будучи ребёнком, я попал под ливень, проходя по полю. Раскаты грома бушевали повсюду, они наводили страх на людей и воспринимались карой божией, я же любовался этим явлением и наслаждался игрой ветвистых светящихся лучей. Один такой луч дотянулся до меня в этом поле. Именно в этом поле, в котором сейчас стоим мы. Три дня я был в коме. Сейчас это явление известно, тогда же меня уже несли хоронить, благо нашли только на второй день, иначе бы погребли заживо. Пульс в коме практически не прощупывается, едва заметный, нитевидный. Когда на кладбище я проснулся и приподнялся в гробу, несколько людей попадали в обморок, остальные разбежались с криками в разные стороны. Когда я возвращался в родную деревню, то издалека увидел вооружённых вилами и палками людей, смекнул, что в деревне мне отныне не рады и ушёл в отшельники. В этот же день со мной стало происходить что-то странное. Урывки памяти, способности, всё-всё-всё, о чём бы я не помыслил - становилось явью. Пришлось непросто до того момента, пока мне удалось обуздать ум. С тех пор я помню всё, что было до и после. С тех пор я несу эти способности в себе через каждое воплощение, открывая всё большие глубины мира, и как прежде, шифруя их, передаю людям.
- Вот и сейчас я вижу, что у тебя, Игорь Семёнович, уже давно трепыхается в сознании нерешённая дилемма, связанная с трагедией Дениса Юрьевича.
Капитан одёрнулся от этих слов. Он и вправду никак не мог найти объяснение этому нераскрытому делу.
- Рассказать, что произошло в доме Крыжникова? Давайте присядем.
Недалеко от эмиссаров в поле валялись три стула из допросной камеры. Ярус их тут же принёс.
- Конечно, голова у олигарха свернулась ни сама по себе, - продолжил Яхорд, - и, надо сказать, этот человек был не из числа олигархической гнили, паразитирующей за счёт масс.
- Что на Рублёвке есть и такие? – удивился Ярус, который был в курсе данного вопроса, поскольку неоднократно обсуждал его с капитаном. Ведь было очевидно, что в стране засветился крутой ликвидатор. У Яруса это вызывало профессиональный интерес на почве конкуренции.
- Всё бывает. Другой вопрос, что он тщательно скрывал истинное лицо, под маской типичного чиновника - ответил, наконец пришедший в себя Яхорд.
- А кем он был в действительности? – спросил капитан, - мы ничего такого на него не нашли.
- Ещё бы, Вы нашли. Там совсем другой уровень конфиденциальности. Он не доступен даже внутриправительственным службам, не то, что ФСБ и МВД. Он был вежанином.
- Это что-то типа просвежённого... – подсказал Ярус капитану.
- В некотором роде, - добавил Яхорд, - вежанин – это не просто просвещённый, это человек – творец. Те, кого знала история либо сжигали, под эгидой ведьм и колдунов, либо убивали каким-то другим способом. В любом случае – их боялись, потому что эти люди обладали знанием и силой. Силой целительной, но и силой разрушительной.
- Вроде тебя? – спросил генерал Яхорда.
Яхорд улыбнулся в ответ. Немного помолчал, и хотел было уйти от ответа, но прочёл в мыслях собеседников, что они не намерены отступаться от вопроса, и уклончиво сказал:
- Попробовали бы меня сжечь... Нет, я другое. Я есмь...
Яхорд посмотрел на собеседников и прервал себя.
- Теперь я – это Вы. А кто Вы – ответите сами для себя в очень скором будущем, сказал он. – Так вот к дому Крыжникова. Вежанина всё же рассекретили и послали к нему Линкорна. А Линкорна присылают к тому, кого больше не хотят чувствовать на Земле.
- Кто такой этот Линкорн? – спросил Ярус, - никогда о нём не слышал.
- А вот он о тебе наслышан, - улыбнулся Яхорд.
- Расскажи, что знаешь, - по-дружески попросил капитан.
- Существует три основных пути познания и выхода на новый виток сознания. Первый – это планомерное естественное течение времени. Долго, кропотливо и не всегда оправданно, поскольку этот процесс движется в большинстве случаев не в единичном случае, а в масштабе цивилизации. И как Вы знаете из истории, цивилизации предпочитают пасть раньше, чем дойти до заданной цели, яркий пример тому – Атлантида. Второй путь – это как раз мой вариант. Так называемый несчастный случай. Некое событие, в результате которого человек перестаёт быть собой и резко переходит на другой уровень сознания. Так называемый – потому что по факту несчастный случай не является несчастным случаем, это всего лишь проявление воли и намерения, но сейчас не об этом. Третий вариант – это хакерский метод. Когда человек не обладает ещё определённым уровнем понимания, уровнем ответственности и уровнем сознательности, но ему попадают в руки сакральные знания, которые он успешно реализует на практике. Именно так получил свои способности Линкорн. Этот человек вспомнил многое из прошлого хакерскими методами, освоивший множество техник эзотерического учения. Он научился управлять подсознанием, но при этом не дошёл до определённого уровня духовного развития, предполагающего должный уровень ответственности.
Линкорн родился в семье потомственного иллюмината. Поэтому он и имел доступ к тому, чего у простых смертных нет. Он очень опасен, но не потому, что обладает способностями. Он опасен потому, что помимо способностей обладает очень развитой мыслительной деятельностью. Словом, он не дурак, просто ещё очень молод, в вопросе зрелости души.
- И как он проник во владения этого вежанина? – спросил капитан.
- Портал, тут как раз всё просто.
- Да уж, просто, - хмыкнул Ярус.
Яхорд посмотрел на Яруса и сказал:
- Ты был очень близок к освоению порталов, я знаю, о твоей способности быть незамеченным, теперь и ты можешь делать это легко, - визитёр посмотрел на Исаева и добавил, - и ты тоже. Скоро поймёте, как и что, но это уже без меня.
- Он может быть невидимым за счёт повышения скорости вибраций и обладает ещё несколькими сюрпризами, но это уже детали. Как бы там ни было, друзья, самая тяжёлая работа на Земле – это работа семьянина.
Собеседники оживились от неожиданного хода в размышлениях Яхорда.
- Именно семьянина. Пока ещё в этом не преуспел из Вас никто. Легко и просто быть кем хочешь, когда ты не связан обязанностями и ответственностью перед семьёй. Подумайте об этом на досуге, а сейчас нам пора возвращаться.
- Погоди, - выкрикнул Ярус, - расскажи о природе порталов!
Яхорд вытер лицо рукой и дал короткое скомканное пояснение:
- Пустота, она составляет 99,9% тела человека и любого материального объекта включая саму планету..., планеты. А поскольку всё есть пустота... Соотношение атомов к пустоте в теле человека абсолютно такое же, как соотношение планет к окружающему пространству в космосе. Это один из параметров, о котором упомянуто в библии. По образу и подобию... Вот через понимание этой пустоты можно проектировать порталы.
В следующий миг боковое зрение Исаева и Яруса увидели серые стены допросной.

***

- По поводу Линкорна, - обратился Исаев к Яхорду, вставая со стула, понимая, что разговор подходит к завершению.
- Остальное спросите у него сами, ответил визитёр.
- Через несколько секунд Вы с ним встретитесь!
Собеседники опасливо переглянулись.
Яхорд встал со стула, задом отошёл на пару шагов от стола, поднял добрый, могущественный и любящий взор на Исаева, перевёл взгляд на Яруса, и сказал:
- Это была наша последняя встреча..., больше я не приду... не придут и другие. Своё дело я сделал... Прощайте!
Исаев и Ярус переглянулись, не понимая, чего ждать в следующий миг. Долго ждать этого понимания им не пришлось. Яхорд развёл руки и поднял их чуть выше плеч ладонями вверх. Тёплая, трепетная улыбка излучающая добро парализовала собеседников, они понимали, что сейчас что-то произойдёт и надо быть наготове, но пошевелиться не могли. В этот момент голова Яхорда неестественным образом свернулась набок, и напоследок подмигнув, теряя контроль над мышцами лица и силу в теле, он упал замертво.
Новое зрение двух друзей отследило размытые передвижения в камере.
Исаев выставил руку вперёд и как никогда властным тоном произнес:
- Линкорн!

Конец второй части





Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Ключевые слова: эзотерика, фэнтези, книги тайн, оккультные знания, читать книгу онлайн, скачать книгу, Николай Лакутин, книги Николая Лакутина,
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 11
Опубликовано: 07.03.2019 в 06:37
© Copyright: Николай Лакутин
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1