НАША ГОСТИНАЯ. Светлана Коношенко ("Свет мой, зеркальце, скажи" фантастика)


НАША ГОСТИНАЯ. Светлана Коношенко ("Свет мой, зеркальце, скажи" фантастика)
с. Чистополье Ленинского р-на АРК
член Межнационального союза писателей Крыма

СВЕТ МОЙ, ЗЕРКАЛЬЦЕ, СКАЖИ…

Неделю назад Григория Буркина уволили по сокращению штатов, честно предупредив его заблаговременно, за два месяца, но при этом не предложили ничего взамен. Ничего такого, на что бы он согласился хотя бы ради денег.

Целую неделю Буркин находился в странном оцепенении. Обрушился, рассыпался в прах основной стержень его двадцатилетней рабочей жизни в КБ, где упорный Григорий дотянул уже до звания ведущего инженера-проектировщика. С утра до вечера он валялся на диване, пробуя читать, но застревал уже на второй странице книги. Газеты были скучны, телевизор и вовсе раздражал.

Жена Клава и дочь Машка к ситуации относились с пониманием и особенно Буркина не тревожили, позволив ему в полной мере предаваться скорби. Между прочим, Клава не особенно и расстроилась, когда он сообщил ей о предстоящем увольнении. «Устроишься куда-нибудь», — сказала она тогда и привела ряд примеров из жизни их общих знакомых. Иванов теперь из заграницы не вылезает, у Петрова — хоромы в самом престижном районе города, а Сидоров вообще на «Мерседесе» раскатывает. А ведь кем они были до того?

За границу Буркина не тянуло, нынешняя трёхкомнатная квартира (Царствие Небесное тёще, она помогла) вполне устраивала, а что касается средства передвижения, то надо заметить, что за рулём он отродясь не сидел, разве что в детстве, на велосипеде.

Григорий Буркин был трудолюбив, упорен, честен, справедлив до одури, но совершенно безволен и беспомощен, когда перед ним возникало некое неодолимое препятствие, когда возникшая ситуация нарушала привычный уклад и ритм жизни. Тогда Григорий впадал в тихую панику, потом в депрессию, он даже не пытался противиться обстоятельствам, а моментально покорялся судьбе, в любой момент был готов уйти на дно, пуская пузыри. И если бы не Клава… Клава с такой лёгкостью улаживала все буркинские проблемы, Клава была той надёжной стеной, за которой он всегда мог отсидеться в ожидании лучших времён. И поэтому, страдая на диване, Григорий в глубине души был уверен, что жена, как всегда, найдёт выход, и если она пока ещё позволяет ему скорбеть с утра до вечера об утраченной работе, значит, время ещё терпит.

Буркину было немного страшновато. Он больше ничего не умел делать, но понимал, что настанет тот чёрный день, когда Клава поднимет его с дивана и отправит… боже мой, но куда? В прачечную? Но почему в прачечную?..

— Ну, ты что, не слышишь? — жена стояла на пороге комнаты, держа в руках квитанции. — Сходи, пожалуйста, в прачечную и забери бельё, а нам с Машкой надо собираться.

Клава и Машка уезжали завтра утром: Машка в летний лагерь, а Клава — на недельку к сестре в деревню.

Сохраняя на лице печальное выражение, Буркин оторвался от дивана и начал собираться в прачечную.

В троллейбусе ему удалось устроиться у окна. Он сел, поставил себе на колени пустую огромную сумку и тут же ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Григорий поднял глаза.

Напротив него сидела маленькая сухонькая старушонка, ну, вылитая Шапокляк из мультика. Она смотрела на Буркина пристальными светленькими выгоревшими глазками и усмехалась.

Григорий поёжился. И чего она уставилась? Вроде бы незнакомы. Он скосил глаза и осмотрел себя: вроде бы и с одеждой всё в порядке. Может, на лице что? Буркин машинально провёл ладонью по лицу. Точно, что-то на лице. Потому что Шапокляк с той же усмешечкой протягивала ему зеркальце. Посмотрись, мол.

Буркин взял зеркальце и поднёс к лицу. Из глубины на него смотрела его печальная и немного удивлённая физиономия. Удивлённая, потому что ничего такого особенного и лишнего у него на лице не было. Он не спеша, внимательно несколько раз осмотрел себя и остался вполне доволен. Бабуле явно что-то померещилось.

Григорий протянул зеркальце владелице, но старушки уже не было. На её место усаживался полный мужчина, обвешанный сумками и пакетами. Троллейбус тронулся, и Буркину показалось, что за окном мелькнула его странная попутчица.

«Забыла, — подумал, сам себя успокаивая. — Зеркальце — пустяк. Не жалко». Он сунул зеркальце в карман куртки и забыл о нём.

Утром Буркин проводил на вокзал жену и дочь, посадил на поезд и помахал рукой удаляющемуся вагону. А когда полез в карман за сигаретами, то неожиданно наткнулся на старушкино зеркальце. А, чёрт! Забыл. Надо было Машке отдать, пусть в лагере на себя любуется: свет мой, зеркальце, скажи… ладно, отдам, когда вернётся.

Лежание на диване срочно отменялось, поскольку не имело смысла в отсутствие зрителей и сочувствующих, и к тому же, нужно было приводить в порядок квартиру и сделать ряд дел, включённых Клавой в список срочных и неотложных.

Всё горело в его руках, и к обеду Буркин навёл порядок во всех комнатах, помыл посуду, починил кран, прибил вешалку, отремонтировал фен, сбегал в магазин и переделал ещё кучу всяких мелких дел, до которых всё не доходили руки. Когда делать стало уже совсем нечего, он вдруг опять вспомнил о старушкиной вещице.

Взял в руки зеркальце и начал его внимательно рассматривать. У него была необычная оправа: тонкое ажурное серебряное кружево окаймляло маленькое стёклышко. А с тыльной стороны на серебряной поверхности был выгравирован красивый изящный узор из листьев и цветов. Зеркальце, судя по виду, было старинным и может быть досталось старушке от какой-либо её пра-прабабушки. Буркин опять ощутил укол совести оттого, что нечаянно лишил старушку ценной семейной реликвии. А с другой стороны, если бы вещица была ей столь дорога, то она бы не оставила её в руках незнакомого человека.

Маленькое зеркальце лежало на ладони, и Буркин ощущал его приятную прохладную тяжесть, а в голове возникли знакомые с детства строчки: «Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду доложи…» Григорий медленно положил зеркальце на тумбочку возле Машкиной кровати.

Потом было несколько совершенно однообразных и унылых дней, в течение которых Буркин хоть и продолжал лежать на диване с книгой, но вдруг обнаружил, что появилось какое-то странное ощущение дискомфорта, отнюдь не связанное с мыслями о потере работы. Это было что-то необъяснимое и тревожное.

В конце концов, он поймал себя на том, что по нескольку раз в день заходит в комнату дочери, чтобы взглянуть на зеркальце. «Это меня мучает совесть, — догадался он. — Чужая вещь». И Григорию очень захотелось найти старушку, хотя он понимал, что сделать это в их огромном городе непросто.
Он опять, уже в сотый, наверное, раз осмотрел завитушки в оправе и орнамент на тыльной стороне, и вновь ощутил, как поднимается в нём волна беспокойства.

В кухонном шкафу у Буркиных ещё с майских праздников стояла початая бутылка вина, и вполне могла достоять до Нового года, так как Григорий к этому делу был вовсе не расположен, но сейчас он решил немного выпить, чтобы хоть как-то снять это тревожное состояние. Знакомые уверяли, что алкоголь иногда помогает.

Он прислонил зеркальце к стоящей на кухонном столе сахарнице, погасил сигарету и полез в шкаф.
Хрустальная рюмка с рубиновой жидкостью отражалась в зеркальце.

— Свет мой, зеркальце, скажи… — произнёс Буркин и, подняв рюмку, легонько чокнулся с зеркальным отражением.

Дзи-ин-нь! — раздался протяжный мелодичный звон, и поверхность зеркальца затуманилась. «Разбил! — испуганно подумал Буркин. — такую вещицу сломал…» Он торопливо отставил в сторону рюмку с вином и тут только увидел, что рюмок на столе — две: одна — отставленная им, и вторая — невесть откуда взявшаяся. Даже по забывчивости, даже в полной рассеянности он не мог наполнить вином две рюмки, поскольку таких именно, хрустальных, у них в доме была всего одна. Чудом сохранившаяся ещё со свадебно-подарочного времени.

Буркин осторожно взял в руки вторую рюмку. Такая же! Тот же узор. Понюхал. Пахло вином, хотя и не совсем таким же. Обмирая от страха, он пригубил напиток. Несомненно, это было такое же вино, как и в бутылке, но вот странный неуловимый привкус… Ему показалось, что этот привкус даже добавляет пикантности в привычные вкусовые ощущения, для сравнения, отхлебнул из своей рюмки. Разница незначительная.

Увлечённый дегустацией, Буркин не заметил, как зеркальце обрело первоначальный вид. Теперь в нём отражались две рюмки и часть изумлённой буркинской физиономии.

«Бред какой-то! — подумал он, восстанавливая в памяти последовательность событий. — Ещё раз попробовать, что ли?»

Он взял в руки свою рюмку и со словами «Свет мой…» коснулся хрусталём зеркальной поверхности. Снова раздался протяжный мелодичный звон, затуманилось зеркальце, а на столе перед Григорием появилась новая рюмка.

Остановился Буркин только тогда, когда весь стол оказался заставлен хрустальными рюмками с вином. А поскольку он, хоть и понемногу, но всё же дегустировал содержимое каждой появившейся, то к концу эксперимента почувствовал себя совсем плохо. Его мутило и хотелось спать. С трудом Григорий выбрался из-за стола и, хватаясь за стены, побрёл в спальню, справедливо полагая, что это всё — бред, и когда он утром проснётся, то ничего этого уже не будет, и вообще…

Утром измученный Буркин с удивлением созерцал кухонный стол, уставленный неимоверным количеством рюмок с вином. Он пересчитал: оказалось пятьдесят шесть. Воспоминание о вкусе и количестве выпитого накануне повергло Григория в ужасное состояние, и он еле добежал до заветной двери.

Через полчаса бледный, взъерошенный, с мокрыми волосами, Буркин снова появился в кухне. Борясь с отвращением, перелил вино из рюмок в трёхлитровую банку и, закрыв её крышкой, поставил под стол. Затем вымыл и тщательно вытер все рюмки, одну из них поставил в шкаф, а остальные пятьдесят пять аккуратно уложил в картонную коробку и поставил тоже под стол. Зеркальце он не трогал, оно по-прежнему стояло на столе и весело отражало буркинскую кухонную суету.

Приготовив обед, пропылесосив комнаты, постирав рубашку и наведя порядок на антресолях, Буркин принял душ и, усевшись в кресле, попытался почитать газету. Ничего не вышло, буквы не складывались в осмысленные строчки, и он понял, что отныне ему не будет покоя. С обречённым видом Григорий поплёлся на кухню.

На сей раз он действовал осторожно, предусмотрительно, не поддаваясь эмоциям. Зеркальце сделало ему пару чайных ложечек, восстановило чайную чашку из сервиза, которую он разбил несколько дней назад, и сотворило целую кучу гвоздей. Гвозди Григорий намеревался использовать на ремонте дачи. Зеркальце безотказно удваивало и спичку, и сигарету, и бумажный шарик, и зубную щётку.

И тут до Буркина начала доходить вся серьёзность создавшегося положения. Он поймал себя на мысли, что ему уже не хочется отдавать зеркальце законной владелице и что, обладая этим странным зеркальцем, он имеет неограниченные возможности, нужно только с умом всё это использовать. И не делать глупости, как вчера. Он посмотрел под стол, на картонную коробку с рюмками. От них необходимо побыстрее избавиться, но не разбивать же их, на самом деле. Две лишние ложечки вряд ли привлекут внимание жены, у них этих ложечек… И гвоздями Клава тоже не интересуется.

Из этих размышлений само собою следовало, что ни жену, ни дочь Буркин не собирался посвящать в тайну своего волшебного зеркальца. Женщины вообще чересчур болтливы, и не преминут похвастаться, а Машка и вовсе по глупости, как ребёнок, может проговориться. Может, попозже, со временем, в зависимости от того, как будут идти дела.

В сумерках Буркин вышел из дома, бережно неся перевязанную шпагатом коробку с хрусталём. В переполненном троллейбусе он поставил коробку на пол и незаметно задвинул ногой под сиденье. На первой же остановке он вышел с чувством облегчения, ощущая себя миллионером, сделавшим кому-то небольшой, но приятный подарок.

Возвращаясь домой, Григорий тщательно обдумал все детали предстоящего серьёзного дела. Попутно было решено завтра же купить какую-нибудь хорошую шкатулочку, устелить её внутри толстым слоем бархата и хранить зеркальце именно там. Оно этого вполне заслуживает.

Заканчивая последние приготовления в зале, Буркин волновался до дрожи в руках. Он плотно задёрнул портьеры, убрал со стола вазу с цветами и, бережно протерев поверхность зеркальца, положил его на середину полированного стола. Было страшно, но он понимал, что когда-то же нужно начинать.

Он достал из шкафа заранее приготовленную новенькую стодолларовую купюру, почему-то шёпотом произнёс заклинание и уголком её коснулся зеркальца. Зазвенело… Затуманилось…

Рядом с зеркальцем на поверхности стола появилась купюра. Буркин осторожно взял её в руки и похолодел: это была зеркальная копия с перевёрнутым изображением. Странно и загадочно выглядели цифры и буквы. Григорий уже всё понял, но машинально попробовал ещё раз. Ещё одна перевёрнутая купюра легла на стол. Это было крушением всех его надежд.

Буркин долго сидел в оцепенении, глядя на деньги, и вдруг его осенило. Если рассуждать логически, то такая «перевёрнутая» купюра, отражённая в зеркале, даст правильное изображение. Он поднёс купюру к зеркальцу и произнёс заветные слова. Зазвенело, но Бркин увидел, что в руках у него ничего нет. «Ушла обратно», — подумал он. Вторая купюра после заклинания вернулась в своё таинственное зазеркалье. И Буркин понял, что созданные зеркальцем копии не годятся для тиражирования. Они просто возвращаются обратно.

Финансовые эксперименты были закончены. И уже просто ради любопытства он коснулся зеркальца газетой и томиком стихов. Потом долго сидел, вглядываясь в перевёрнутые буквы, пытаясь прочесть текст. Вскоре книга и газета вернулись в зазеркалье.

Буркин понял, что невозможно воспроизвести ничего такого, что было бы связано с цифрами и буквами: часы, книги, пачка сигарет, тюбик крема, флакончик духов. Правда, сигареты можно переложить в настоящую пачку, а с флакончика духов соскоблить этикетку, но это казалось уже скучным и неинтересным.

И мужская куртка на пуговицах после заклинания выдаст копию, но уже с женской застёжкой, наоборот. И рубашку не сделаешь. Разве что свитер. Или шапку. Или ботинки, носки, майку. Колготки жене. Бутылку вина. С которой потом отскрести этикетку, чтобы не привлекала внимания. Воспоминание о вине заставило Буркина поёжиться, и он торопливо переключился на продолжение мысленного ряда предметов, годных к удвоению. Набиралось не так уж мало. Но ведь от жены не скроешь появление даже пары носок, а витиеватые отговорки она может истолковать превратно и дело может кончиться печально. Уж лучше всё рассказать ей. Клава — женщина практичная и сразу сообразит, как наиболее выгодно использовать волшебную силу зеркальца.

Банка рыбных консервов с перевёрнутой этикеткой смотрелась загадочно, а содержимое, хоть и имело странноватый привкус, в целом почти не отличалось от натурального. Григорий съел консервы, содрал и сжёг бумажную этикетку, а банку смял так, чтобы не были видны вытесненные на крышке странные цифры. Вот так теперь всю жизнь тайком, уничтожая после себя все улики, постоянно оглядываясь и опасаясь.

Но для чего-то же старушка дала ему это зеркальце и несомненно, она знала о его волшебных свойствах. Мнительный Буркин готов был усмотреть в этом некий знак судьбы. Нечто вроде испытания духа.

До приезда Клавы оставался один день, и Григорий посвятил его самым важным, по его мнению, экспериментам. Он сбегал в магазин и накупил там понемногу всяких продуктов. А потом подносил к зеркальцу то лук, то яблоко, то хлеб. На вид «зазеркальные» продукты ничем не отличались от натуральных, разве что вот этот странный привкус, который, впрочем вовсе не мешал и не вызывал неприятных ощущений.

«Ничего страшного, — подумал Буркин, дожёвывая зазеркальный бутерброд. — К привкусу мы привыкнем, а вот на продукты тратиться почти не придётся. И на вещи кое-какие. И на мебель, — он оглядел комнату и взгляд его остановился на ковре, висящем над диваном. — И это — тоже. У Машки будет отличное приданое».

Буркин поймал на окне муху и, аккуратно держа её двумя пальцами, поднёс к зеркальцу. Дзи-и-инь! Материализовавшаяся муха потёрла лапки, погладила свои крылышки и полетела к окну. Григорий разжал пальцы, и первая муха тоже устремилась к солнечному свету. Несколько секунд они упорно бились головами о стекло, а потом, словно сговорившись, обе вылетели в открытую форточку, оставив Буркина в полном смятении. Он не ожидал, что зеркальце воспроизводит живые существа, и это вносило некий риск в пользование этим волшебным предметом. Ведь если при произнесении заклинания он даже случайно коснётся пальцем поверхности зеркала, то… Григорий осознал, насколько он был близок к этому, когда так неосторожно подносил к зеркальцу что-то и пальцы вполне могли коснуться…

Появление второго Григория Буркина не входило в его планы. Ну, во-первых, что скажет Клава, увидев мужа в таком странном количестве, а во-вторых, неизвестно, как поведёт себя двойник в данной ситуации и удастся ли его возвратить обратно в Зазеркалье. А вдруг он не захочет этого делать и пожелает остаться.

Теперь Буркин боялся лишний раз прикасаться к зеркальцу. Он отыскал среди машкиных безделушек круглую жестяную коробку из-под монпансье, устелил дно толстым слоем ваты и положил туда зеркальце. Коробку он поставил на самый верх кухонного шкафа.

Но опять же, когда стемнело, Буркин вышел из дома, решившись на проверочный эксперимент. Через полчаса ему удалось подманить к себе колбасой какого-то кота. Левой рукой Григорий подкладывал коту кусочки колбасы, а правой торопливо доставал из кармана зеркальце.

Два кота с шипением уставились друг на друга, вздыбливая шерсть и выгибая спины. Буркин кинул котам остатки колбасы, спешно упаковал зеркальце и бросился бежать. Коты перешли на злобный высокий вой, который сопровождал его до самого подъезда.

Григорий был очень удивлён, когда вечером следующего дня увидел в дверях вместе с возвратившейся Клавой и Машку. На его молчаливый вопрос дочь ответила, что в лагере ей было скучно, и она на второй день сбежала оттуда в деревню, но в деревне тоже было скучно, и поэтому она решила вернуться в город. Насчёт неиспользованной путёвки он пусть не волнуется, мама всё уже уладила, на что Клава лишь молча кивнула. Машка взяла из вазы зазеркальное яблоко и, надкусив его, отправилась в свою комнату.

Клава разгружала сумки с деревенскими гостинцами и рассказывала мужу тамошние новости, перемежая их приветами от многочисленной родни, а Буркин сидел напротив, по-бабьи подперев подбородок рукой, и думал, как они теперь хорошо и безбедно будут жить.

Жена была переполнена впечатлениями от поездки, и он решил отложить разговор на завтрашнее утро.

После ужина Григорий расположился в кресле у телевизора в предвкушение футбольного матча. Клава возилась на кухне, а Машка собиралась на дискотеку.

Вдруг какая-то неясная тревога задела Буркина своим крылом, какое-то дурное предчувствие повеяло холодом, когда он вспомнил, что жестяная банка с зеркальцем лежит на кухонном шкафчике. А Клава, наводя порядок, непременно обратит внимание на эту вещь, которой совсем не место на кухне, и чего доброго, выбросит в мусоропровод.

Буркин пулей сорвался с кресла. То, что он увидел в прихожей, превзошло все его ожидания и повергло в дикий ужас.

Разряженная Машка подкрашивала губы, глядясь в его зеркальце, а рядом на трельяже стояла раскрытая коробочка. Машка весело напевала: «Свет мой, зеркальце, скажи…» и её конопатый носик почти касался зеркальной поверхности. Буркин, обмирая от ужаса, заорал не своим голосом:

— Маша! Прекрати!..

Машка от неожиданности вздрогнула и выронила из рук зеркальце. Буркин словно в замедленном кино видел, как оно, плавно переворачиваясь в воздухе, приближается к полу, касается его и медленно разлетается на мелкие кусочки.

— Ну вот, — сказала Машка. — Зеркальце разбилось. Кричать-то зачем? Что я такого сделала?

Буркин встал на колени и принялся собирать с полу осколки.

— Что происходит? — в дверях появилась Клава. — Чего ты кричишь?

— Ничего, — сказал Буркин. — я правильно кричу. Ей ещё рано красить губы.

— Маша, — устало сказала Клава, — ты опять надела мои колготки.

— Ну, мамусик, мои уже совсем драные, ну, пожалуйста, я аккуратненько… — заканючила Машка привычно.

Клава вздохнула и, обращаясь к мужу, спросила:

— Гриша, а откуда у нас там целая банка вина?




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Фантастика
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 12
Опубликовано: 04.03.2019 в 23:21
© Copyright: Лира Боспора Керчь
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1