Написать иначе...







...Осень... дождь... засыпающий сад...
Deja vu... голоса, чьи-то лица...
Словно листья в дымящих кострах,
Прошлых лет догорают страницы...


Маргарита Тодорова, «Осень... дождь...»

***

Солнце пряталось за домами. Город только-только успел умыться недолгим октябрьским дождём, но кругом уже торопливо хлопали двери цветочных магазинов и супермаркетов, уютных парикмахерских и чопорных салонов красоты, открывались жалюзи граверных мастерских и по ремонту обуви, а кулинарии и булочные источали ароматы кофе и ванили.
По тротуарам и пешеходным переходам спешили курьеры и покупатели, родители и дети, местные и приезжие. Одни нуждались во внимании, другие — смеялись, они были влюблены, а третьи — торопились навстречу Судьбе.

Из толпы отделился сутулый мужчина, он шагал задумчиво и улыбался своим мыслям. Внимание к себе он привлёк не улыбкой, но изящным футляром для скрипки в руках. А через площадь спешили лёгкие каблучки, они звонко стучали по мокрой брусчатке, и время, едва поспевая за стройными ножками, виляло рядом хвостиком.

На фонарных столбах гасли неоновые огни. Мигали светофоры. С шипением проносились автомобили, они беспощадно давили лужи, превращая их в брызги.

Всё вокруг наполнялось привычными звуками. Объединяло горожан одно: они уверенно двигались к своему будущему, ради которого пришлось забыть о прошлом, оставленном ими за железными дверями уютных квартир. Это будущее хоть и было очень похожим на вчерашнее, с теми же офисами и лицами сотрудников, оно каталось в таких же автобусах и трамваях, что развозили их накануне вечером по домам, и всё же, казалось более ярким, вкусным и доступным — оно нравилось всем!

Новый день вступал в силу, он не ждал особого приглашения, но и люди были готовы к нему.

***

У входа в городской парк на картонном коврике под аркой неподвижно сидел старик. В его подавленной фигуре соединились до исступления красота и уродство бытия, его свет и тьма, образ и подобие. Прозрачные, чистые голубые глаза несчастного долгое время были направлены в одну точку. Казалось, что он видит восход солнца сквозь стену арки, но его безмолвный взгляд не отражал света. Человек с косматой бородой мог ходить, он мыслил, слышал, мог ощущать и говорить, но глаза... они не видели ничего. Он был слепым.

Его уже не одолевали мучения — он проиграл жизнь, а внутренний мир устал вести обратный отсчёт. Беспощадное время однажды обрушилось в него и смяло дух, который остался там, где обездоленный был когда-то свободным. Судьба давно уже сбросила с его плеч мечты. Он стал похож на ветер — у него не было опоры, для него не существовало препятствий. Исчезли из воспоминаний знакомые лица и забылась боль, и чувство потерь иссякло, как будто тех людей никогда и не было рядом. У него давно не возникало повода пересматривать своё отношение к миру, где чёрствость и холодность стали привычным явлением. Человек смирился. Он был слишком слаб.
Неровно выведенная и какая-то неживая надпись «Помогите слепому!» стояла рядом. Тут же находилась жестяная баночка с несколькими монетами. И хотя поток людей нарастал, но на слепого мало кто обращал внимание.

И вдруг старик услышал среди шаркающих и цокающих звуков другой оттенок шагов. Они сначала прошли мимо, но остановились. Вернулись. Подошли к нему. Пахнуло теплом и терпким ароматом духов.

Женщина взяла кусок картона с просьбой о помощи, вынула фломастер из сумочки, что-то быстро написала, сунула в руки слепому бумажную купюру и ушла.

Что-то невероятное произошло. Слепой будто вышел из заточения внутри себя, открывая двери навстречу всем, кто подходил к его порогу. Люди кланялись и бросали монеты. Их звон не умолкал...

Чувство покинутости исчезло. Появилась жажда распознать снова рядом ту женщину, испытать связь с ней.

Уже вечером он услышал нужные шаги...



— Что же такого гениального написали Вы на куске картона?
— Ничего особенного. Я написала то же самое, но немного иначе...
— Я хочу отблагодарить Вас... Примите мой любимый стих в подарок. Поверьте, такие строки нужно читать только вслух:

Дымкой дождливой подёрнулись дали.
Серый у осени взгляд, со слезою:
Скорбной дорогой идёт в Зазеркалье.
И, в бабьем лете мелькнув красотою,
Быстро поблекнет. Простуды румянцем
Вновь разгорится средь ягод калины:
Ей не поспорить с безумным упрямцем,
Ветром, что гонит холодные ливни.
…Осень запомнится рыжей косою,
Шалью багряной, притушенной болью,
Тихо бредущей — промокшей, босою —
По бездорожью в седое безмолвье.
Сердце сожмётся в тоске при разлуке.
Слёзы свои я смешаю с дождями.
Не уходи, брось тепло в мои руки —
Я не люблю холодов со снегами.*

***

В жизни старик встречал людей, которые вынимали из него всё худшее; он познал и тех, кто был способен вырвать всё хорошее; но сегодня он впервые за долгие годы почувствовал ту, которая заставила его осознать себя живым...

***

«Ничего особенного. Я написала то же самое, но немного иначе...», — сказала женщина... Иначе — это так: «Сегодня прекрасный день, друзья, но я не могу этого увидеть...»



===================================================================

*стих Нины Колгановой «Серый у осени взгляд...»




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Эссе
Количество рецензий: 10
Количество просмотров: 71
Опубликовано: 02.03.2019 в 21:54






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1