Рoem : Вoundary , Рagan temple passion , Сherry Keeper , Michurinsk -- Dox 100 years not loneliness .



МЕЖА -- ПОЭМА С ИЛЛЮСТРАЦИЯМИ

ПОЭМА

МЕЖА

Пролог

Тихим стал мой край былинный ,
Не шумят ветра вдали .
На меже стою невинной ,
Где бурьяны расцвели .
На меже стою не спорной ,
Не разъятой , не кривой .
Лучше быть бы ей раздорной ,
Милой стервой луговой .
Чтобы люди сатанели
О того что степь мала .
Чтобы косами звенели ,
Как звонят в колокола .
Чтобы кровью или потом
Каждый травы окропил .
И в горячем споре кто - то
О смиренье возопил ...
Вот тогда душа живая
Выше слов не воспарит .
Вновь на землю уповая ,
О любви заговорит .



Часть 1

Стезя предков

Не тупик , а развилка дороги
Камня нет указующих строк .
Мне туда , где степные отроги
И за речкой сосновый лесок .

Мне туда , где плакучие ивы ,
Отражаются в тихой воде .
Мне туда , где просторы красивы
И легко , как не будет нигде .

Луг низинный не встретил бурьяном ,
Встретил трепетной , нежной травой .
Я иду и дышу дурнопьяном ,
Как когда - то мой дед вестовой .

Он за красных сражался бесстрашно ,
За антоновцев дрался другой .
Мне светло и немножечко страшно ,
Что не кошен весь луг дорогой .

Все иное теперь , все иное ,
Села многие как хутора ...
Только время свершений шальное
Началось для страны не вчера.



На скутере на хуторе

По снежной равнине на скутере
Несусь я в истории даль .
Пустынно , безлюдно на хуторе ,
Развалины житницы жаль .

Мой прадед заядлый труженик
Вставал на заре легко .
И вновь посещая нужник ,
В мечтах воспарял высоко .

В хлевах обитала скотина :
Кобыла , корова и бык .
И прадед -- тамбовский детина ,
Заботиться с детства привык .

Вот сена корове " Федоре " ,
Охапку быку не одну .
И видно кобылушка вскоре
С жеребчиком встретит весну .

Поправиться лошадь к апрелю
И землю с сохою пахать ...
Ех , прадед поэта " Емелю "
Прости за порыв отдыхать!




Часть 2

Крылатые села

Два села притамбовской равнины ,
Сходны смыслом крылатых имен .
По весне разливались стремнины ,
И церквей голосил перезвон ...

Воронцовка светла и пригожа ,
А Грачевка шумна и мила .
Здесь попона и даже рогожа ,
Как остаток Икара крыла .

Ах , какие тут бегали кони ,
Быстроногие с гривой вразлет .
И ребята в азарте погони ,
Забывали про бытности гнет .

Ах , какие хлеба вырастали ,
Словно рожь напитала звезда .
И крестьяне наделы верстали ,
Что бы мир сохранить навсегда .

Рухнул мир нареченной общины
И взъярилась народная страсть :
Кто - то хапнул мешок дармовщины ,
Кто - то встал за Советскую власть .

По Грачевке промчалась тачанка ,
В Воронцовке машина в броне .
И кричит комиссар тамбовчанка :
-- Ныне хлеб по мандатной цене ! --

Стала властвовать скверная баба
И отряд продразверстки при ней .
Стала квакать болотная жаба ,
Перепутав судьбу своих дней .

Все не так как хотели в начале ,
Все пошло по округе в разнос .
И антоновцы бьют на причале ,
Тех с кого политический спрос .

Кто за красных крушили восставших ,
А восставшие красных в ответ .
Воронцовка за правду искавших
И Грачевка за правый Совет .

Только силы в отчаянной сече ,
Были строем клинков не равны .
И народное вольное вече ,
Стало притчей лихой старины .

Были в каждом селенье колхозы ,
Бушевали страстей времена .
Только щедро весенние грозы ,
Окрыляли полей семена .

В Воронцовке вороны не гадят ,
Окликают свой лес на заре .
И с Грачевкой прилетные ладят,
Когда ветла в грачах на горе .


Воронцовка

Воронцовка село коренное ,
На границе лугов и лесов .
Все здесь русское и родное :
Избы , двери и каждый засов .

Луговины низинные рядом ,
Каждым летом цветут васильки .
Не окинуть привольное взглядом
И деревья полесья близки .

И вороны приветствуют граем
Всех , кого завлекла старина .
Утром зори встречаются с раем ,
Ночью светит влюбленным луна .

Воевода влюбился когда - то ,
Неслучайно в такие места .
Воронцов -- это доблести злато
И служенье за веру в Христа .

Здесь крестьяне пахали землицу
И косили у речки траву .
Здесь Антонов пустил кобылицу ,
Чтоб бежала в полей синеву .

Здесь приезжему дышится всюду ,
Так свободно , как может дышать .
Здесь исконному местному люду ,
Можно доброе вновь совершать .

Грачевка и путник времен

Долина жизни междуустье ,
Просвет для мыслей мудреца .
Твое святое захолустье --
Грачевка -- родина отца .

Дарована служивым людям ,
С крестьянами полей степных.
Детей прикладывали к грудям
Там женщины из крепостных .

Пахали землю и растили ,
Крестьяне солнечную рожь .
И в грезах тропочки мостили ,
Без запаха сермяжных кож .

Беда взаимная случилась ,
Помещик бабу полюбил .
Дуэль у тына приключилась,
Крестьянин ухаря убил .

Родился предок горделивый ,
Помещик весь и крепостной .
Грачи летают , он счастливый ,
Но привечает день квасной .

Дух дворянина и крестьянки ,
В тебе потомок от греха .
Кричат грачи , горланят канки ,
На крик поветрий петуха .

Сплелись потомок быль и небыль ,
В твоей мечте не роковой .
Ты двести лет в Грачевке не был ,
Но видишь дом свой вековой .

Услышь небесные хоралы ,
Когда созвездия видны .
Влюблялись даже генералы ,
В красавиц сельской старины .





Белая птица села

Не наваждение в душе ,
А луч над ярочкой .
Увидел снова в камыше ,
Он лодку с парочкой .

Грачевка милое село ,
Дома все низкие .
Былое солнышко взошло
И живы близкие .

Ох , любит барин красоту
И сердце женщины .
За зоревую высоту ,
Без деревенщины .

Крестьянка сильно влюблена ,
В благого барина .
Но с осени она жена ,
С крестом татарина .

Он видит птицу в вышине ,
Над парой белую .
Он слышит крики в тишине
И бурю целую .

Любовь не гаснет никогда ,
В картинах памяти .
Горит кровавая звезда
Над птицей замети .








Часть 3

Родная Пальмира

- Не сотворю себе кумира
Мир не в раю - .
Родная весь – моя Пальмира!
В родном краю.
Родная весь, - село Криуша,
Вокруг поля…
И оглушает звоном суша,
Дух веселя…
И в озаренный день весенний,
Степной простор,
Воспламеняет без сомнений,
Мой добрый взор.
Здесь соловьиный свист витает,
В лучах огней.
И эхо трелей пролетает,
Над тенью дней…
Здесь луг не паханный низинный,
К тропе не строг.
И век идущий, не былинный,
Красив, как Бог.




Грачевник

Скоро грачевник нагрянет :
Шумный , крылатый , шальной ...
Солнце блистать не устанет ,
В окнах юдоли родной .

Возгласы светлой природы ,
Вторят высоким мечтам .
Бурные вешние воды ,
Хлынут по талым местах .

Гнезда появятся в кронах ,
Свитые ради чилят .
И первоцветом на склонах ,
Пажити развеселят .

Луг у Криуши не Бежин ,
Речка другая в веках ,
Только Тургенев безбрежен ,
В детство влюбленных строках .

Так отразил он извивы ,
Русских долин и полей --
Стали округи красивы ,
Стали деревни милей .

Зайцы не водятся близко ,
Волки в степи не страшны .
Космы туманные низко
Стелятся в грезах весны .


Свободная река

Я поглажу траву-ласкушу,
Поддается руке не дрожит.
И пригожую речку Криушу,
От напастей туман сторожит.

То ли волком лежит белесым,
То ли чудищем белых тонов…
И любуются каждым плесом,
Старожилы придя из домов.

Сохраняют туманы отраду,
От ранимой природы врагов.
И никто не возводит ограду,
На просторах речных берегов.

Для купцов тишина не угодна,
Что с налету скупают паи.
А Криуша тиха и свободна,
Дарит солнцу кувшинки свои.



Часть 4

Весеннее эхо

Суслики свистят опять
На горе плешивой ,
Чтоб не целились распять ,
Тень судьбы паршивой .

Чтоб не врыли черенок ,
Здесь сухой березы .
Чтоб не кинули венок ,
Днесь впитавшем слезы .

И казак родных Горищ
Не искал Иуду ,
Где кружился голый хлыщ
И крушил посуду .

Суслики свистят вовсю ,
Злясь на Челновую ,
Залила долину всю
И нору живую .

Разлилась весной река ,
До крыльца казачки .
Не дождаться молодца ,
Встал у водокачки .

Эхо тонкое свистит ,
Под луной лучистой .
Всех крещеная простит
Вновь душою чистой .

На заре в мечтах скорей ,
Ввысь взлетит порывом ... ,
Слыша крики журавлей ,
Над речным обрывом .



Округа любви

По реке плывет камыш ,
А на нем голубки .
И туманы возле крыш ,
Курят свои трубки .

Разлилась река вовсю ,
Волны бьются в стекла .
Промывай дорогу всю ,
Чтоб судьба промокла .

Смой весенняя вода
Грешный след былого ,
Что б не грянула беда ,
С воем волка злого .

После бурной суеты .
Волны станут тише .
И голубки как мечты ,
Свет найдут на крыше .

Посветлеет каждый дом ,
Как любви округа .
И не помня о худом ,
Мы простим друг друга .

Лучистое село

Над Горами вьют круги ,
Журавли над Лысыми ,
Где Всевышнего враги ,
Разбежались крысами .

Из лучей зари навьют ,
Ореол для радости .
И по птичьему споют ,
Разгоняя гадости .

Крики белых журавлей ,
Эхо носит чистое ...
И село не станет злей ,
От добра лучистое .

Эпилог

Где подруги в житном поле ,
Светлых душами друзей ?
На авто по личной воле
Мчатся "княжичи князей ".

Все великие водилы
И в салонах короли !
Лишь одна вдымает вилы ,
С сеном женщина вдали .

Луг широтами пригожий ,
Красоту не занимать .
И бежит малец похожий ,
Всей энергией на мать !

С ИЛЛЮСТРАЦИЯМИ

ПОЭМА

КАПИЩА СТРАСТЕЙ

1
Бездушное урочище

Вокруг леса Тамбовской стари
И гнусь несчетная гудит …
Бездушный Куст и запах гари
Узрел , унюхал эрудит .

Он изучает тайны места ,
Дубравы шум и тени рыл .
Здесь похоронена невеста ,
Сам Кудеяр ее зарыл .

Любовь шального атамана ,
Не затянулась на года .
Красавица , мечта Марьяна
Ушла от счастья навсегда .

Болезнь ее не пощадила ,
Походы не в росинках лен .
Дубраве девка угодила
И обрела здесь вечный сон .

Недалеко от грез моляны ,
Где обитал мордвы туман ,
Зарыл печали у поляны
И золото сам атаман .

Смотрели идолы на горе
И леденила тень цветы .
Искра не взмыла в разговоре ,
Затихла буря суеты .

Прошли века и Пугачевцы ,
Пришли к Бездушному гурьбой .
И оглупели словно овцы ,
Напивщись браги за разбой .

Сон охватил ватагу вольных ,
Крестьяне били их в Кусту .
Довольных злом и недовольных
Отправили в крови к Христу .

Зачем крестьянам бедолаги
И казакам лихой Яким .
Побили всех у бочек браги ,
И Куст Бездушным стал таким .

Лихое , жуткое здесь место ,
Видений игры под луной …
То в белом пролетит невеста ,
То женихи идут стеной .

То вдруг антоновцы крадутся ,
То красные стреляют вновь .
В Кусту Бездушном все найдутся,
Кто потерял души любовь .

Тревога треплет эрудита
И страхом полнятся глаза .
Здесь ваза с грезами разбита ,
А свет - росинка как слеза .





2
Капище иллюзий

Не развеялся туман , без обмана ,
Где невиданный бурьян , где моляна .
В притамбовье лес густой , у Галдыма ,
Здесь витает не простой запах дыма .

В круге капища мордвы , духов боги ,
Все тропинки до воду , все дороги .
Вот богини красоты , в платьях разных ,
Вот богини маяты в безобразных .

Есть Вирава у лесов , есть Вармава ,
Эхо всяких голосов , вся забава .
Но Ведява не проста в космах длинных ,
Красит тиною уста , дев невинных .

Ах , Модава хороша , мир не страшен ,
Над землей парит душа , девы пашен !
И Ковава не к беде , светит кругом ,
Будет мягче борозде , лечь под плугом .

Не шути с Толавой вновь , знойной синью ,
Дарит с пламенем любовь и с полынью .
Образ ведьмы на метле , взят из были ,
Там , где птицы на ветле , сны забыли .

Образ чучела молян , взят из капищ ,
У крещеных поселян , храм без лапищ .
Только видно без огня , хищных злобу ,
Словно духи у коня , рвут утробу .



3
Зов любви

Едет в тарантасе , дали обозримы ,
Не хватает Васи , не хватает Димы .
И орловским правит , мерином свободно ,
Брюки вновь заправит по жокейски модно .

Сапоги из кожи , дорогой заморской ,
Пусть взирают рожи из глубинки ворской .
Тот похож на волка , этот неприметный ,
У нее двухстволка и заряд дуплетный .

Едет в лес Галдыма , к капищу моляны ,
Вновь напустит дыма на чудес поляны .
Растревожит древность и богинь былого ,
Пусть покажут внешность , милого родного .

Конь заржал у края и взбрыкнул у места ,
Но она играя , без фаты невеста .
Сбудутся поверья для желаний смелых ,
Разлетелись перья журавлей не белых .

Расстилают перья белые богини :
-- Сбудутся поверья -- щепчут берегини .
Тарантас летучий , конь крылатый снова
И жених могучий мчится из Тамбова .

4
На капищах Галдыма

Забыто многое о прежнем ,
В краю мордовской красоты .
И называют люди стержнем ,
Базар безбрежной суеты .

Торгуют в розницу товаром
И оптом мелочь продают .
И забывая вдрызг о старом ,
Ничто для грез не создают .

Но были капища - моляны ,
В лесу Галдыма и вблизи .
И журавлей влекли поляны ,
С камланьем пламенным в связи .

Когда мечта мордовки злая
Любовь заблудшего звала ,
То черная взлетала стая ,
Как тень подземного крыла .

Когда мечта сияла тканью ,
С лучами чистых слез лица ,
То журавли взлетали ранью ,
Как сны влюбленной в молодца.

Летала стая белой былью
И криком милого звала ...
И рассыпалась небыль пылью
У солнца женского чела .

Все было в капищах Галдыма ,
Что не пригоже нашим дням .
Но искры трепетного дыма ,
Летели к разным журавлям .

5
Тень Синильги

Буйный ветер пронесся по кругу,
Тут же духи взъярились в кругу.
Грянул день и рассвета кольчугу,
Водрузил над землей на бегу.

Ночи рухнула хрупкая ваза,
Тьма застыла в осколках теней…
И под кронами дуба и вяза,
Можно слушать беседы корней.

Рядом капище - трогать не надо,
Пусть скрывает уснувших богов.
Пусть притихшее эхо обрядов,
Вьется вечно у кромки лугов.

Здесь Синильга ударила в бубен
И витала в мечтах у костра…
И полет был с любимым нетруден,
Только боль была взлета остра.

Счастье звонкой росой серебрилось,
И в объятьях пылали тела…
Где-то горе с другими случилось,
Не беда – раз судьба весела.

Боги славили радость соитий,
И война им была не видна.
Рухнул мир и на пепле событий,
Тень Синильги камлает одна.

Что же ищет она одиноко
И о ком так печально поет?!
Под луной ее трепетный локон,
Диким травам волной воздает.

Эх, Синильга ! Крылатая дева,
Ты воскреснуть мечту не зови.
Перестань быть прислужницей гнева,
Ты была королевой любви!

Снова ветер пронесся по лугу,
Снова духи взъярились в кругу.
День померк, но былого кольчугу,
Сбросил в бездну времен на бегу.

                            6
Синильга журавлиного Галдыма

У тына Тен стояла снова
И озирала лес мордвы .
Она умчалась из Тамбова ,
До боли грустного увы .

Шумели трепетно вершины ,
Деревьев местности чудес .
И тайна запаха крушины
Манила душу в волчий лес .

Не ради крови неуместной ,
Но ради призрачной мечты .
Хотелось быть Синильгой местной
И ждать любимого цветы .

Пусть хризантемы или розы ,
Подарит вновь когда придет .
По золотой листве березы ,
По кругу счастья проведет .

Крик журавлиный в поднебесье ,
Призывно грянет для двоих ...
С моляной звучное полесье ,
Откликнет радостных своих .

Преобразится в лунном свете,
Стать лучшей женщиной страны .
И с милым крикнуть на рассвете :
-- Мы вновь любовью спасены ! --

                        7
   Прекрасная   ночь

Луна была в ночи красна ,
Как в чреве пламени сосна .
Елена с избранным честна ,
И на закате , и со сна .

И в свете огненной луны ,
В любви взаимной нет вины .
Нет чувствам искренним цены
Когда грехи все прощены .

Что было -- пепел и зола !
Она в его руках мила .
И он в ее объятьях мил ,
Весь полыхал , камин дымил .

ВИШНЕВЫЙ   КРАЙ       И   ВИШНЕВАЯ   БЕРЕГИНЯ

               ***
Не лучистая богиня ,
Из неведомых высот ,
Края вишень берегиня
И медовых сладких сот .

Все на ней из киновари
И июльских жарких зорь .
Не выносит духа гари ,
Потому с мечтой не спорь .

Вся вишневая для вгляда ,
Вся красивая до слез .
Выйдет милая из сада ,
Сразу дарит вишни грез .




1
Вишневая пенка
***
Для Пушкина Дантес убийца
Явился бесом во плоти .
Для Лермонтова кровопийца ,
Был у завистников в чести .

Есенина травили смехом ,
Как непотребным мышьяком .
И Маяковского с успехом
Враги признали чудаком .

Васильева Павлушу к стенке ,
А Мандельштама в зону зла .
И отыскал в вишневой пенке
Палач психеи два крыла .

Теперь не лучше и не хуже ,
Власть равнодушная к творцу ,
Заботится о спорте дюже
И кукиш дарит мудрецу .

Твори поэт ненужный власти ,
Пиши и многих не гневи :
О золотой сердечной страсти
К своей Отчизне и любви .

2
Вишневая пенка

Закипает вишневая смесь ,
Я мешаю горячую ложкой .
Улетучилась прежняя спесь
И блескучая книга с обложкой .

Пенку сверху снимаю легко
И густеет варенье в объеме .
Сад вишневый в мечтах высоко
И душа в лучезарной истоме .

Вот поэзия скрыта в плодах ,
Содержанием пламенным сочных …
Упоение в мирных трудах
И стремлениях не порочных .


Вишневка
***
Баба ты плутовка ,
Но мила собой .
И дружна вишневка ,
С красною судьбой .

Выпьем по бокалу ,
В солнечном саду .
И потом по малу
Я любовь найду .

Ох , сладка вишневка ,
Ну почти как ты .
Розы не уловка ,
А мечты цветы .

Вишневый край
***
Весной цветет вовсю сирень ,
А вишни спеют летом .
И сад отбрасывая тень ,
Весь розовый при этом .

Вблизи ядреные в соку ,
Вновь ягоды блистают .
И лыко вяжется в строку ,
И строфы ввысь взлетают .

Округа тайнами полна ,
Как светом край вишневый .
Ворона речка течь вольна ,
Туда где лес сосновый .

Там заповедные места ,
А здесь души раденье .
Сладки безмолвные уста ,
Когда я ем варенье .

***
Я сидел на вишенке и не мог накушаться ,
Дядя Леня говорил : " Маму надо слушаться !"
Слушался я дядю , слушался и маму ,
В скромной развалюхе честно мою раму .
Плохиши и Квакины никого не слушались
И теперь богатые сладкое раскушались .

***
Думал я о Родине к светлой цели шел ,
Лишь вчера в смородине звездочку нашел .
Видимо соседушка октябренком был ,
Звездочку отбросил и о ней забыл .
Думаю о Родине с книгой вдаль иду ,
Кукиш вновь в смородине с фигою найду .

У пирса
***
Вишневый сад , цветущий сад ,
Я в нем восторженный Лопахин .
Но соблазняет многих гад --
Бесстыжий фокусник Размахин .

Он обещает всем плоды
И миражи не безобразны .
Но нет вблизи святой воды ,
Чтоб окропить его соблазны .

Поверят многие в игру :
Свободы , щедрого достатка .
Гад умыкнет в свою нору ,
Людские грезы без остатка .

Смотрю в пространства глубину
И вижу в лодочке у пирса ,
Себя у времени в плену ,
С лицом отверженного Фирса .

Шаманка - гроза
***
Над вишневым взволнованным садом
Заплясала шаманка - гроза .
Горизонт увлеченный обрядом ,
Красным золотом режет глаза .

Не уснуть мне влюбленному рано ,
Серебром отливает вода .
И туман , как ночную путану ,
Обнимает ветлу у пруда .

Может я в переменчевых грезах
Опошляю красивый дуэт ?
И счастливые росы , как слезы ,
Вознесет на вершину рассвет .

По листве заискрятся росинки ,
Салютуя вершине мечты …
Я бы пел о любви без запинки ,
Если б рядом со мной была ты .

Не суди мою грустную душу ,
Не стремись за любовь обвинять .
Наяву твой покой не нарушу ,
А в мечтах буду в грудь целовать .

Кудимова из Родимова
***
Вновь Кудимова Марина
Сердцем всем оттаяла .
Без дрянного маргарина ,
Кушать торт заставила .
Ем я смачно Бонапарта ,
Слой за слоем радует .
И любви душевной карта ,
В пропасти не падает.
А на карте остров славный,
Рай для сочинителей .
И творящий в теме главный ,
В свете муз хранителей .
Не спеши поэт Валера ,
Бить в набат разлуки .
Согревает чувства вера :
Тень хандры от скуки

Путь Левандовского
***
Он еврей и немного поляк ,
Только весь перед Богом голяк
И русее иного русского ,
Сердцем скверного , духом узкого .
Левандовский широк как игрок ,
Как актер проживающий рок .
Левандовский в игре не позер ,
Он искусный фразер - фантазер .
Роль играет по теме ко времени ,
Плюнет в глаз и ударит по темени .
В фильме " Баба была и вражда " ,
Он сыграл комиссара жида .
В кадрах правдушка не выносима --
Он стрелял по толпе из " Максима ".
Не вошли эти кадры в канон ,
Режиссер ведь ни Жорж Сименон .
Так играет людей Левандовский ,
Как актер прирожденный Тамбовский .
И барона сыграет , и пана ,
И повесу Фанфана - тюльпана .
Вот играет опять либерала ,
Словно Родина всех проиграла .
Казначейшу , казну , казначея
Проиграла от горя Расея .
Вот и мечется Герман - поэт
Там , где брода спасения нет .
И играет Сергей от души
Алкаша , когда все алкаши !
Но духовность трезвонит в набаты ,
Призывает Сергея в комбаты .
Эх , провинция ты не строга ,
Стали рынком реки берега .
Но в Ивановке видится сад
И актер светлым замыслам рад .
Сад вишневый еще расцветет ,
И любовь до небес возрастет .
По тропе измеряющей век ,
Левандовский идет человек .

***
И кровь на них как струи сока ,
Вишневой массы запеклась .
Они познали финиш рока
И с зорькою беда сплелась .

Упали оба брата разом ,
Антоновы -- вожди крестьян .
Поражены одним приказом ,
Убиты группой не селян .

В Шибряе Нижнем шла облава ,
На двух блуждающих волков .
Охотники стреляли справа
И слева в вольницу веков .

Скрижали поэзии России
***
Все пройдет непременно и явно
Только помнит планета Земля ,
Как Есенин воскликнул славно ,
Что светлы без листвы тополя !

Гумилев Николай народец
Знал отечества в мути годин :
" Возврати мой перстень , колодец
Без тритонов и мокрых ундин ".

Незнакомкой явилось сокровище
В грезах Блока при смутной луне .
Было право хмельное чудовище ,
Если истина -- капля в вине .

Вспоминается Анна Ахматова
И ее каталонская шаль ,
На портрете с оттенком заката ,
И стихов неземная вуаль .

Вот Павлуша Васильев синицу
Отогрел с прибаутками всласть
И засунул персты в рукавицу ,
Как в горячую волчью пасть .

Миша Лермонтов выразил чуткость
К обреченным на муки другим
Так , что демон являющий жуткость
Представлялся страдальцам благим .

Только с Пушкиным все безупречно ,
Смыслы жизни в трудах мудреца .
Был Поэтом ! И будет он вечно
Жечь глаголом людские сердца !

МИЧУРИНСК -- КОЗЛОВЪ 100 ЛЕТ НЕ ОДИНОЧЕСТВА -- ПОЭМА

Предлагаю вначале познакомиться : почитать отрывки и посмотреть иллюстрации к частям поэмы . Если пожелаете в конце можно всю мою новую поэму Козловъ - Мичуринск прочитать без иллюстраций .

КОЗЛОВСКОЕ ЧАЕПИТИЕ

В уездном Козлове старинном ,
Мечтали о вечере длинном ,
Мещане вокруг самовара ,
В трактирах коллеги навара .
Закажут прозрачную водку
И кушают с хлебом селедку .
Потом требуху и картошку ,
Потом с огурцами окрошку .
Под водочку всласть расстегаи ,
Идут как на случки бугаи .
И чай на десерт с кренделями ,
Как дело с большими рублями .
В хоромах дворян без наитий ,
Ценили процесс чаепитий .
С вареньем малиновым красным ,
С вишневым и яблочным ясным .
В Козлове в домах самовары ,
Имели хохлы и татары .
Евреи чаи все гоняли
И честь за гроши не роняли .
А сдобу козловских пекарен ,
Хвалил даже каверзный барин .
Баранки , коврижки и пышки ,
Любили отцы и мальчишки .
Мука была высшего сорта ,
Для хлеба и сытного торта .
В Козлове пекли караваи ,
Воздушные , словно трамваи .
Козлов стал Мичуринском важным ,
Ученый был докой отважным .
Поспорил с плодовой элитой ,
И вырастил сад знаменитый .
Но чай он всегда обожая ,
Пил много под звон урожая .
Ведь сад был Иваном намолен
И слышался звон колоколен .
















КОЗЛОВСКИЕ БЫЛИ

Козловские частушки

Вновь идут по Козлову фрондеры ,
Козолупы , дралИ , козлодеры ...
А за ними доильщики коз
И кормилицы с облаком грез .
То зеленое облако сбоку ,
То снижается краем к истоку .
Козы цедят водицу легко ,
Чтоб чудесное дать молоко .
Вруг по облаку тень пробежала ,
Иллюзорным металлом кинжала .
Козлодеры , драли , козолупы ,
Сразу бросили наземь тулупы .
И гурьбой заводной заплясали ,
Буд - то шкуры козлов причесали .
И запел молодой козолуп ,
Сколько видела шлюха халуп .
И запел пожилой козлодер ,
Чем похож на козлище фрондер .
Было весело , стало смешно --
Петь частушки не очень грешно .
Подхватили доильщицы разом ,
Возбудив свои мысли экстазом :
-- У миленка моего борода козлиная ,
Только ночь не от того полыхает длинная ! --
-- Сяду снова на козла и поеду к небыли ,
Ох , любовь бывает зла , где еще мы не были --
-- Подою козу в хлеву , угощу красивого ,
Я люблю и берегу , мужа не спесивого ! --

Рогатый фетиш

В Козлове заблеял козел ,
Рогатый с бородкой упругой .
Смотрел на козла фрондер ,
Стебаясь с веселой подругой .

-- Лохматый козел , смурной
И блудный везде , безродный --
-- Такой же как ты со мной ,
Когда подшофе негодный --

-- Тогда ты моя коза ,
Вся драная и хмельная .
Посмотришь козлу в глаза
И лезешь лобзать обнимая --

Козловщина и Козлов ,
Не стали в веках едины .
Мичурин без лишних слов ,
Улучшил кусты малины .

К ранету привил бельфлер ,
К анису побеги сливы .
И город Козлов без гор ,
Мичуринском стал красивым .

Приветствуют праздник козла ,
Мичуринцы ныне снова .
Была бы судьбина не зла
И мир станет брендом Козлова .

Козел отпущения Азазель

О Козловъ , ты знал печали
И разгул не мудрецов .
Здесь царя не привечали ,
Видя с фройляйн без венцов .
Здесь дворян не понимали ,
Гопота и нищеброд .
Здесь свободу добывали ,
Просвещая весь народ .
Большевисткая зараза
Охватила местный люд .
И невинных у лабаза ,
Укокошил страхолюд .
Коженосец с револьвером ,
Из безбожного ЧК ,
Был отъявленным эсером ,
Будет против Колчака .
Пронеслись лихие годы
И в разгаре новый век .
Только многие невзгоды ,
Создает сам человек .
Всюду в фаворе торговля ,
Деньги -- бизнеса костяк .
У театра в дырах кровля ,
А у банков все ништяк .
Праздник канувший вернули ,
Власти местного угла .
И отпустят намекнули ,
Отпущения козла ...
Пусть бежит по бездорожью ,
Весь в грехах не вековых.
И восславят волю Божью ,
Падшие среди живых .



Штабисты

Лежит газета местной прессы
И дождик хлещет по статьям .
Эх , смыл бы он следы метрессы
И отогнал ее к сватьям .

Меркуют пусть в своем Козлове ,
В Штабу Южфронта смутных дел .
И говорят на старой мове ,
Где к ним Петлюра охладел .

Перехлестнул дела Петлюра ,
До самых проклятых затей .
Пришлось подобием аллюра ,
Бежать кагалу от смертей .

Козлов спаситель для изгоев ,
Хоть на иврите говори .
Юваль Шакет и Трубагоев
Поют Нагилу до зари .

Готовит мацу пан Рашанский ,
Что б Маньку кралю угостить .
Еврей он ныне Россошанский ,
Стремится случку подсластить .

Смешалось все в домах Облонских ,
И в Ивановых кавардак .
Матильду видят у Поклонских
И Птушкина в цепях чердак .

Козловский Штаб без сантиментов
И Троцкий Лейба посещал .
Рубил узлы он элементов ,
Враждебных нови как вещал .

Былое в туне наваждений ,
Модерном кличут на кругу .
Штабисты вновь без снисхождений ,
О кознях круга ни гу - гу .

Гуляют с хреном по Козлову ,
Свободно Сара и Ренат .
Надев заморскую обнову ,
Любя Хазарский каганат .

Тоскливо в логове Тамбова ,
Поэту духом бытовать .
Вновь остается доке Слова ,
На Бога сердцем уповать .


















Башня плевков

В старинном городе Козлове ,
На площади торговых дел ,
Стояла башня наготове ,
Что б каждый в небо поглядел .
Была на башне крепь из реек
И доски в круге от земли .
Чтоб смелые без душегреек ,
Залезли выше , как могли .
И лезли смелые к вершине ,
Как тараканы по стене .
И видела мамаша в сыне ,
Владыки силу в чудном сне .
Забрался сын лихой мамаши ,
На самый верх и стал плевать .
-- Ей гопота и чушки наши ,
Всем на коленях уповать ! --
Плевал и скалился владыка ,
Своей безбашенной судьбы .
И разбивали ради бзыка ,
Козлова дурни свои лбы .
Кружилась гнусь у башни власти ,
Метался согбенный урод .
И только мудрые отчасти ,
Не оглупляли свой народ .




Дерево чиновников

Ах , традиции прежних времен ,
Вы забыты в фойе Прибамбасова .
Нет на дереве книжных имен ,
С ликом Гоголя и Некрасова .

Ноу хау внедрили в умы --
Древо книжное с бейджик - хештегами.
Ах , какие пытливые мы ,
Представляясь познанья стратегами .

У чиновников дерево все ,
Именами чужими увешено .
Есть поклонник Аум Синрике ,
Есть политик дрейфующий взвешенно .

Русских мало , своих никого ,
Нет творений поэтов глубинки .
Нет на древе в трудах ничего ,
Чтобы тексты блистали картинки .

И срывая с ветвей имена ,
Депутаты читают о прерии .
Как прекрасна за морем страна ,
Где нет тени бесстыжего Берии .

В нашем городе ценят успех
И поветрие дел непривычное ,
Стали древо чиновников всех
Ставить там где округа приличная .

На ветвях нет знакомых имен ,
Все чиновники блещут не местные .
Вот висит из Сибири Семен ,
Вот висят два Мирона прелестные .

Почему же нет местных в ветвях ,
Может лучших не видят ценители ?
Пребывают в горячих страстях
И поэты , миров сочинители .

Если нет их самих для чинов --
Нет правителей с ликами светлыми .
Если нет своих твердых основ ,
Пустота продувается ветрами .









МИМИКРИЯ

Труба на коне

Какой редактор на коне
И Холмс не сыщет !
Он лучший в вольной стороне ,
Где ветер свищет .
Князей потомок Трубецких ,
Труба как воин .
Он вне построек городских ,
Степи достоин .
Скачи по травам Анатоль ,
По весям доли . . .
Но только душу не неволь ,
Без Божьей воли .
Ты судишь добрых сгоряча ,
В порыве рьяном .
Но светит истины свеча ,
Над дурнопьяном .
Скачи бесстрашно на гнедом ,
К заветной цели .
Но знай Икары над гнездом ,
Уже взлетели .



.
Декаданс трубадуров

Веселятся за счет других ,
Получают дары авансом .
Среди ухарей не благих
Увлекаюся вновь декадансом .

То чиновники им подпоют ,
То сыграет фокстроты эго .
Создадут неземной уют
Музыканты ансамбля " Эгрего ".

У одной тяжелеют дары ,
Понесла их дуплетом от власти.
Но немеет она от игры
И своей неуемной страсти .

Месит тесто банальных слов ,
Вырезает стаканом кругляшки
И в журнале "Козловский улов",
Лепит строфы на голые ляжки .

От гордыни исходит слюной ,
Словно гончая у поляны .
Только путь у поэта земной --
Делла Роза и крестные раны .

Декаданс трубадуров широк ,
До столицы доходят слухи ...
Только узок таланта мирок ,
Как у Вали метрессы прорухи .



Сакральное имя журнала

Вот от чего вдруг Александръ ?
В Козлове Пушкин небыл .
Вы назовите Олеандръ ,
Журнал дарящий небыль .

А можно имя Михаил ,
Отметить на обложке ,
Чтоб каждый ум перекроил ,
Прочтя о неотложке .

И Анатоль не повредит ,
Читающим о разных .
А можно вывести Эдит ,
Без шуток безобразных .

А можно Кароль утвердить ,
Тогда прочтет и Тина .
Журнал не будем мы судить ,
С граффити Валентина .

Журнал Шедевры мудрецов ,
Сегодня был бы кстати .
Вождей узнаем без венцов ,
Кто честные , кто тати .

Кредо соредакторов

Они не видят в нас людей :
Труба , Двурожкина , Рашанский .
Им взлет дороже лебедей
И жид потомственный Моршанский .

Им щука в соусе мила
И яйца все под маринадом .
Друган Бендерский как скала ,
Для них с червонным монетпадом .

А маца -- чудо из чудес ,
Не хлеб ржаной не пропеченный .
И в мире нет милей Одесс ,
Чем та , где есть бычок копченый .

Славяне всякие для них ,
Лишь балаболки - пустомели .
Они важны среди своих ,
Как гои дел Иезавели .

Они Сион боготворят
И землю грез обетований .
Но Александръ журнал творят ,
В Козлове русском без терзаний .





Главред Труба

Трубе виднее кто "жираф" ,
Кто в сотом поколеньи граф .
Кто всемогущий и крутой ,
Кто жизнью падший и пустой .
Труба редактор и делец ,
И оберег его телец .
Вот если б небыло интриг ,
Не затевал бы он блицкриг .
Зачем журнал кривых зеркал ,
Где классик света не алкал ?
Где одаренный не стенал ,
О том , что всюду криминал .
Где строфы праздничных стихов ,
Без вожделений и грехов .
Как буд - то манку с молоком ,
Труба размазал кулаком .

Веселый кагал

Журнал Александръ в уютном Козлове
Придумали власти и сделали .
Акулу поэзии в щедром улове
Рашанский с Трубой разделали .
Таких рыбарей земля не знала ,
Казну всю потратить готовы .
Печатают вирши родного кагала
И тексты любимой жидовы .
Дорожкина барыня в редсовете ,
Превыше Васильевой Лары .
И Поляков за Слово в ответе
Рассказчиков местной табары .
КОткало фильтрует ужасные строки
В надежде найти золотинки .
Один Хуторянский в Козлоские соки
Сует то и дело тростинки .
У Колпакова заботы бывают
Похлеще муры редсовета .
У Замшева чувста добра убыают
И некому дать совета .
В Литературной газете проблемы ,
Все Максимально тяжелые .
А в Александре любые дилеммы
Решат снова гои веселые .




Дуэль антагонистов

На дуэли пан Труба
И Алешин пан .
Пистолет в руках раба ,
Черный как тюльпан .

У другого не раба
Пистолет иной .
Взял оружие Труба
С миной не земной .

Ухмыльнулся не спроста ,
Анатоль в сердцах .
Вновь Алешина уста
Шепчут о скопцах .

Секунданты на чеку
Крикнули : -- Сходись ! --
Дуэлянтов на веку
Годы пронеслись .

Повторило эхо роль ,
Распугав ворон .
И врагов пронзила боль
Вмиг со всех сторон .

Анатоль познал шрапнель
И Олег познал .
В травах росных коростель
Тренькал как стенал .

А в пречистых небесах
Солнца яркий свет .
У поверженных в глазах
Пламенел рассвет .





Царский зал Урала

В Царском зале в округе Урала
На рассказчиков свита взирала .
За столом восседали вельможи ,
На дворян новорусских похожи .
Лихо конкурс вели " Молодежь
Предуралья не множьте галдеж ".
Александр не мичуринец Семин ,
Был научным наследством огромен !
И Труба Анатолий не промах ,
Как паромщик на всяких паромах .
Царский зал из историй Сверловска ,
Словно нерпа из тины Бобровска .
Все чины при достойных наградах ,
Только лазы зияют в оградах .
Вот Нурай и Садай Агагбай ,
Вмиг узрели что Толя не бай !
Не вельможа Труба -- а пройдоха ,
Лжепрофессор с мандатом подвоха .
Стал долдонить Виталий Адас ,
Как блефовщикам кликнуть: "Атас!"
Можно кликнуть мышонком в сети ,
Можно крикнуть куда всем идти.
Вот швея бесподобная Тося ,
Шкуру шьет для безрогого лося .
Как сошьет для сохатого шкуру ,
Вновь рога заветвяться к аллюру .
Как прекрасны Софи и Эллина ,
Где на фото краснеет малина .
Манит девушек "Солнечный берег ",
Где нудисты блистают без серег .
В "Фитобаре " гоняют чаи
И иллюзий шукают раи …
Здесь и Рута ярка вечерами ,
В нарисованной солнечной раме .
Знать Урал и Тамбов на равнине ,
Побратимы и присно , и ныне .
Потому - то за деньги казны ,
Тамбовчанам уральцы важны ,
И в разделах "Тамбовская доля ",
Всклень уральцев печатает Толя .
В Притамбовье зацвел Олеандр ,
Стал уральским журнал Александръ .

Купец и товар

Ржут кобылы и быки ,
И хохочут куры ...
Из деревни Гомзяки ,
Едут бабы дуры .

Едут сразу на осле
И козле не старом .
Едут все на веселе ,
С ходовым товаром .

Самогон и квас крутой ,
В таре из березы .
И бульон везут густой ,
Что б не сбили дозы .

Есть хмельное и харчи ,
Сало и колбасы .
Есть арбузины с бахчи
И стихи - атасы .

Принимай товар купец ,
Анатолий важный .
Ты редактор молодец ,
Весь собой отважный .

С каждой вирши почитай ,
Творческой гомзячкой .
А потом во ржи мечтай ,
Как моряк с морячкой .

В Александре живность ржет
В жизни ржет не хуже .
Толя в сердце сбережет ,
Все что любит дюже .



Сад Анатолия Трубы

Приснился Толе сад чудесный ,
Живой из лиц между ветвей .
И луч пронзительный небесный ,
И Гласа звучный суховей .

Горячий ветер как оракул ,
Горланил путано и вдруг ,
Толян узрел десятки Дракул
И Валь Двурожкиных вокруг .

Рашанский стал клыкастым волком ,
Завыл на красную звезду .
Труба понять не может толком :
В саду он или весь в аду ?

Взмолился Толя как на плахе ,
-- Спаси Господь и сохрани ! --
А Валя в пламенной рубахе ,
Сжигала жизни грешной дни .

Деревья кронами горели ,
Плоды пылали на виду .
Труба читал по кругу цели ,
О предсказанье на роду .

Он был противной веткой древа ,
С шипами мерзкими всегда .
И с права от него , и слева ,
Кружились вороны вреда .

Хихикали нахально груши ,
Кричали сливы ни о чем .
И черные маслины - души
Вопили : -- Звезды ни при чем ! --

О , жуткий сон противоречий ,
Чудовищный , как мрака бес !
Труба зажег спасенья свечи
И сад увидел без чудес .








Музей Трубы

В музее Трубы награды
Висят и блистают щедро …
Вот дали одни ретрограды ,
Другие Николо и Педро .
Имперские есть с короной ,
Вручал их Павло император .
Крылатые есть с вороной ,
Вручал их Азеф провокатор .
Любые висят на выбор ,
На вкусы , цвета и взляды .
И золотом льется верлибр ,
И фосфором светят шарады .
Награды за то и за это ,
За все и другое дело .
За то что в Козлове лето
С грозой не одной пролетело .
За то что зима в Козлове
Была необычно студеной .
Зв то что Труба на слове
Зарю изловил нарожденной .
Труба промышлял рыбалкой ,
Иного , базарного смысла .
Награды ловил он с яркой
Идеей , типаж коромысла .
С бадьями по оба края ,
Огромными словно бочки .
Награды ловил играя ,
В тщеславие без проволочки .
На каждом кону не скупился ,
Рубли он бессчетно ставил .
Где прОдался , где купился ,
Музей из наград и представил .


Призрак свалки
***
Профессор Труба Анатолий ,
Мичуринский экономист .
Участник скандальных историй ,
Неистовый он активист .
Что было уже позабыто ,
Он главный редактор теперь .
Преступное время убито ,
Широким порывом потерь .
Профессор печатает милых ,
Так щедро как никого .
А видеть талантов постылых ,
Не хочет он больше всего .
Но доки его ненавидят ,
За пламенный жуткий снобизм .
И Толю в поверженных видят ,
Достигшим бомжей коммунизм .
Он бродит по призрачным свалкам ,
В видениях злыдней врагов .
И хлеб рассыпает он галкам ,
Как птицам печали богов .
А в сумке несет Александра ,
Журнала двойник роковой .
И райский цветок с олеандра ,
Куста из страны таковой .
Случится ужасное с Толей ,
Бандиты ограбят его .
Останется нищий с недолей ,
Где нет из людей никого .


ГОРОД СВЕТЛОЙ КРАСОТЫ




Светлый город

Мичуринск ! С Родиной в узлы ,
Завязан ты навеки .
В Козлове жили не козлы ,
А люди -- человеки !

Рубеж Московии Святой
Ты сохранял отважно .
А кто вблизи мелькнул пустой ,
Теперь уже не важно .

Ты был Козловом до поры ,
Когда ученый -- дока ,
Земные хрупкие дары ,
Привил к ветвям истока .

Иван Мичурин порадел
О чем Всевышний ведал .
Сам сотворил мечты удел
И райский плод отведал .

Он видел в яблоне исток ,
Струящийся , как чудо ...
Он делал к радости мосток ,
Что б бедам стало худо .

Фонтаны трепетных садов ,
Весной взметнутся цветом .
И снова золото трудов ,
Блеснет червонным летом .

Мичуринск ! Бей в колокола !
Тревожь рассветов своды .
Что б долго Родина могла ,
Жить красотой природы !









Влюбленный ангел

Вокруг Мичуринска сады
И овощные грядки .
Воздаст Всевышний за труды
И будет все в порядке .

Ранет , Антоновка , Бельфлер ,
Сорта как в райских кущах .
Гадать не примется партнер ,
Здесь на кофейных гущах .

Ты заключай свой договор ,
Чтоб было честь по чести .
И продолжай вновь разговор ,
Без грубости и лести .

Сады весною зацветут ,
Мичуринск будет белым .
И даже ангел станет тут ,
Витать влюбленным смелым .



Мичуринские забавы

Давай Мичуринск покажи
Узоры на коклюшках .
Узлы на куклах завяжи
И на других игрушках .

Гончар увидит макраме ,
Вязалщица сраженье …
Поэт новеллы Мериме ,
И книгу "Воскресенье ".

Потехи час не лыком шит
И время дел не нитью .
Поднимет русич твердый щит
И меч вновь по наитью .

Кольчуги гулко зазвенят ,
Когда сойдутся в сече ,
Приблудных стая "бесенят"
И избранных на вече .

Кто победит в бою игры
Неведомо до срока ?
Но огласит бойцов шатры ,
Победных криков дока .

Забавы делу не вредят ,
Когда по нраву люду .
Лишь соколы опять хотят ,
Клевать поживы груду .

Стрельцы закатят пир горой ,
С медами , пивом , брагой .
Мичуринск -- город ты герой ,
С народною отвагой .

Зоревая земля

Воздух чист и трава весела ,
Рядом с храмом родного села .
Лог красив с родниковой водой
И прекрасны поля под звездой !
Ездил попусту по городам ,
Здесь природе любовью воздам .
Суеты и торговли фигня
Здесь ничем не тревожат меня .
Здесь я миру духовному свой ,
На просторе земли зоревой !



Сады Мичуринска

Легко щедроты предвещать,
Где хлебосольно .
Не больно лживое вещать ,
Но правду больно .

Россия ! Родина судьбы -
Цветник и дыба .
Блуждают Господа рабы
В дымах Магриба .

Уходят дщери и сыны
В мираж потопа .
Крадет заблудших без вины
Мечта -- Европа .

Вокруг цивильные враги ,
Что в дружбе врали .
Россия ! Земли сбереги ,
Что б не украли !

Дельцы продажные ходы ,
Вершат спесиво ...
Но вновь в Мичуринске сады
Цветут красиво !



ПОЭМА

КОЗЛОВЪ -- МИЧУРИНСК
Ирреальное путешествие

1
КОЗЛОВСКОЕ ЧАЕПИТИЕ

В уездном Козлове старинном ,
Мечтали о вечере длинном ,
Мещане вокруг самовара ,
В трактирах коллеги навара .
Закажут прозрачную водку
И кушают с хлебом селедку .
Потом требуху и картошку ,
Потом с огурцами окрошку .
Под водочку всласть расстегаи ,
Идут как на случки бугаи .
И чай на десерт с кренделями ,
Как дело с большими рублями .
В хоромах дворян без наитий ,
Ценили процесс чаепитий .
С вареньем малиновым красным ,
С вишневым и яблочным ясным .
В Козлове в домах самовары ,
Имели хохлы и татары .
Евреи чаи все гоняли
И честь за гроши не роняли .
А сдобу козловских пекарен ,
Хвалил даже каверзный барин .
Баранки , коврижки и пышки ,
Любили отцы и мальчишки .
Мука была высшего сорта ,
Для хлеба и сытного торта .
В Козлове пекли караваи ,
Воздушные , словно трамваи .
Козлов стал Мичуринском важным ,
Ученый был докой отважным .
Поспорил с плодовой элитой ,
И вырастил сад знаменитый .
Но чай он всегда обожая ,
Пил много под звон урожая .
Ведь сад был Иваном намолен
И слышался звон колоколен .

2

КОЗЛОВСКИЕ БЫЛИ

Козловские частушки

Вновь идут по Козлову фрондеры ,
Козолупы , дралИ , козлодеры ...
А за ними доильщики коз
И кормилицы с облаком грез .
То зеленое облако сбоку ,
То снижается краем к истоку .
Козы цедят водицу легко ,
Чтоб чудесное дать молоко .
Вруг по облаку тень пробежала ,
Иллюзорным металлом кинжала .
Козлодеры , драли , козолупы ,
Сразу бросили наземь тулупы .
И гурьбой заводной заплясали ,
Буд - то шкуры козлов причесали .
И запел молодой козолуп ,
Сколько видела шлюха халуп .
И запел пожилой козлодер ,
Чем похож на козлище фрондер .
Было весело , стало смешно --
Петь частушки не очень грешно .
Подхватили доильщицы разом ,
Возбудив свои мысли экстазом :
-- У миленка моего борода козлиная ,
Только ночь не от того полыхает длинная ! --
-- Сяду снова на козла и поеду к небыли ,
Ох , любовь бывает зла , где еще мы не были --
-- Подою козу в хлеву , угощу красивого ,
Я люблю и берегу , мужа не спесивого --

Рогатый фетиш

В Козлове заблеял козел ,
Рогатый с бородкой упругой .
Смотрел на козла фрондер ,
Стебаясь с веселой подругой .

-- Лохматый козел , смурной
И блудный везде , безродный --
-- Такой же как ты со мной ,
Когда подшофе негодный --

-- Тогда ты моя коза ,
Вся драная и хмельная .
Посмотришь козлу в глаза
И лезешь лобзать обнимая --

Козловщина и Козлов ,
Не стали в веках едины .
Мичурин без лишних слов ,
Улучшил кусты малины .

К ранету привил бельфлер ,
К анису побеги сливы .
И город Козлов без гор ,
Мичуринском стал красивым .

Приветствуют праздник козла ,
Мичуринцы ныне снова .
Была бы судьбина не зла
И мир станет брендом Козлова .

Козел отпущения Азазель

О Козловъ , ты знал печали
И разгул не мудрецов .
Здесь царя не привечали ,
Видя с фройляйн без венцов .
Здесь дворян не понимали ,
Гопота и нищеброд .
Здесь свободу добывали ,
Просвещая весь народ .
Большевисткая зараза
Охватила местный люд .
И невинных у лабаза ,
Укокошил страхолюд .
Коженосец с револьвером ,
Из безбожного ЧК ,
Был отъявленным эсером ,
Будет против Колчака .
Пронеслись лихие годы
И в разгаре новый век .
Только многие невзгоды ,
Создает сам человек .
Всюду в фаворе торговля ,
Деньги -- бизнеса костяк .
У театра в дырах кровля ,
А у банков все ништяк .
Праздник канувший вернули ,
Власти местного угла .
И отпустят намекнули ,
Отпущения козла ...
Пусть бежит по бездорожью ,
Весь в грехах не вековых.
И восславят волю Божью ,
Падшие среди живых .

Варьете

В Козлове в цене варьете
У речки Воронеж Лесной .
И часто мечту в наготе ,
Находит один с не одной .
Пьеро ловелас и фрондер
Девиц соблазняет на раз .
Но вмиг остужает он взор ,
Услышав Мальвины отказ .
Опять Дуремар наловил ,
Пиявок и живность болот .
Из ивы кошелки навил ,
Чтоб выл на луну кошоглот .
Дурит в варьете Карабас .
Тортилла в подмогу ему ,
Исходит от мглы прибамбас ,
Как фурия зла по всему .
Напустят они в варьете ,
Тумана и всякой муры ,
Чтоб зрители стали не те ,
До финиша чуднОй игры .
Тупая , приблудная шваль ,
Сидит словно графская рать .
И пыль превращается в сталь ,
Чтоб саблей звенеть и сиять .
Облезлые шавки дворов ,
Становятся в позу метресс .
И шайка базарных воров ,
Блистают в кастюмах повес .
Фантазии вьются в дыму ,
Витают в умах роковых .
И падает люд на траву
Среди своих предков живых .
-- Вы все в поднебесном раю --
Козловский кричит Карабас .
-- Вручите мне совесть свою ,
И вселятся радости в вас ! --
Смеется бомонд на траве ,
Пиявки несет Дуремар .
Но мысли в дурной голове ,
Как пенный бульонный навар .

Штабисты

Лежит газета местной прессы
И дождик хлещет по статьям .
Эх , смыл бы он следы метрессы
И отогнал ее к сватьям .

Меркуют пусть в своем Козлове ,
В Штабу Южфронта смутных дел .
И говорят на старой мове ,
Где к ним Петлюра охладел .

Перехлестнул дела Петлюра ,
До самых проклятых затей .
Пришлось подобием аллюра ,
Бежать кагалу от смертей .

Козлов спаситель для изгоев ,
Хоть на иврите говори .
Юваль Шакет и Трубагоев
Поют Нагилу до зари .

Готовит мацу пан Рашанский ,
Что б Маньку кралю угостить .
Еврей он ныне Россошанский ,
Стремится случку подсластить .

Смешалось все в домах Облонских ,
И в Ивановых кавардак .
Матильду видят у Поклонских
И Птушкина в цепях чердак .

Козловский Штаб без сантиментов
И Троцкий Лейба посещал .
Рубил узлы он элементов ,
Враждебных нови как вещал .

Былое в туне наваждений ,
Модерном кличут на кругу .
Штабисты вновь без снисхождений ,
О кознях круга ни гу - гу .

Гуляют с хреном по Козлову ,
Свободно Сара и Ренат .
Надев заморскую обнову ,
Любя Хазарский каганат .

Тоскливо в логове Тамбова ,
Поэту духом бытовать .
Вновь остается доке Слова ,
На Бога сердцем уповать .

Башня плевков

В старинном городе Козлове ,
На площади торговых дел ,
Стояла башня наготове ,
Что б каждый в небо поглядел .
Была на башне крепь из реек
И доски в круге от земли .
Чтоб смелые без душегреек ,
Залезли выше , как могли .
И лезли смелые к вершине ,
Как тараканы по стене .
И видела мамаша в сыне ,
Владыки силу в чудном сне .
Забрался сын лихой мамаши ,
На самый верх и стал плевать .
-- Ей гопота и чушки наши ,
Всем на коленях уповать ! --
Плевал и скалился владыка ,
Своей безбашенной судьбы .
И разбивали ради бзыка ,
Козлова дурни свои лбы .
Кружилась гнусь у башни власти ,
Метался согбенный урод .
И только мудрые отчасти ,
Не оглупляли свой народ .

3

МИМИКРИЯ

Декаданс трубадуров

Веселятся за счет других ,
Получают дары авансом .
Среди ухарей не благих
Увлекаюся вновь декадансом .

То чиновники им подпоют ,
То сыграет фокстроты эго .
Создадут неземной уют
Музыканты ансамбля " Эгрего ".

У одной тяжелеют дары ,
Понесла их дуплетом от власти.
Но немеет она от игры
И своей неуемной страсти .

Месит тесто банальных слов ,
Вырезает стаканом кругляшки
И в журнале "Козловский улов",
Лепит строфы на голые ляжки .

От гордыни исходит слюной ,
Словно гончая у поляны .
Только путь у поэта земной --
Делла Роза и крестные раны .

Декаданс трубадуров широк ,
До столицы доходят слухи ...
Только узок таланта мирок ,
Как у Вали метрессы прорухи .

Сакральное имя журнала

Вот от чего вдруг Александръ ?
В Козлове Пушкин небыл .
Вы назовите Олеандръ ,
Журнал дарящий небыль .

А можно имя Михаил ,
Отметить на обложке ,
Чтоб каждый ум перекроил ,
Прочтя о неотложке .

И Анатоль не повредит ,
Читающим о разных .
А можно вывести Эдит ,
Без шуток безобразных .

А можно Кароль утвердить ,
Тогда прочтет и Тина .
Журнал не будем мы судить ,
С граффити Валентина .

Журнал Шедевры мудрецов ,
Сегодня был бы кстати .
Вождей узнаем без венцов ,
Кто честные , кто тати .

Александрина и Александръ

Если Рашанский решил ,
Толя Труба напечатал .
Рок свой порыв совершил ,
Девушки мир распечатал .
В мире поэзии даль
Синяя вся с перламутром .
Александрине не жаль:
Вечер забудется утром .
Девушка ищет пути ,
В зыбких туманах осенних .
Хочет от грусти уйти ,
В светлых сандалях весенних .
Александрина в душе
Чистая , духом благая .
Только видна в камыше
Снова русалка нагая .
Стелется лилий цветник ,
Светятся ярко кувшинки .
Горец перечный приник ,
К тайне роняя росинки .
Девушка с гребнем луны ,
С космами блеска сатина ,
Жаждет волшебные сны ,
С именем Александрина .
В полночь стихия стиха ,
Явную вихрем охватит --
Будет любить жениха
Так , что поэмы не хватит.

Главред Труба

Трубе виднее кто "жираф" ,
Кто в сотом поколении граф .
Кто всемогущий и крутой ,
Кто жизнью падший и пустой .
Труба редактор и делец ,
И оберег его телец .
Вот если б небыло интриг ,
Не затевал бы он блицкриг .
Зачем журнал кривых зеркал ,
Где классик света не алкал ?
Где одаренный не стенал ,
О том , что всюду криминал .
Где строфы праздничных стихов ,
Без вожделений и грехов .
Как буд - то манку с молоком ,
Труба размазал кулаком .

Имперские амбиции

По имперски и не иначе ,
Быть с журналом легко на Руси .
Ездил прежде на серой кляче ,
А теперь на орловском скачи .

Ты главред самодержец культуры ,
Анатолий Труба дорогой .
Пусть кудахчут Козловские куры
И заря воссияет дугой .

Ты журнала приват - император ,
Судишь всяких и яких рядишь .
Но Алешин кричит : -- Провокатор !
Ты болван самозванцем сидишь ! --

Управляй величаво и строго ,
Александром журналом в меду .
Фаворитов печатай немного ,
И не плюнут таланты к стыду .

Одаренных всегда единицы ,
Не гони ради свиты пургу .
Если ты не кормилец синицы ,
То Жар - птица чинарь на снегу .

Трубецкой благородного рода
Или ты самозванец Труба ?
Под лучами небесного свода ,
Как на паперти жизни судьба .

Труба на коне

Какой редактор на коне
И Холмс не сыщет !
Он лучший в вольной стороне ,
Где ветер свищет .
Князей потомок Трубецких ,
Труба как воин .
Он вне построек городских ,
Степи достоин .
Скачи по травам Анатоль ,
По весям доли . . .
Но только душу не неволь ,
Без Божьей воли .
Ты судишь добрых сгоряча ,
В порыве рьяном .
Но светит истины свеча ,
Над дурнопьяном .
Скачи бесстрашно на гнедом ,
К заветной цели .
Но знай Икары над гнездом ,
Уже взлетели .

Веселый кагал

Журнал Александръ в уютном Козлове
Придумали власти и сделали .
Акулу поэзии в щедром улове
Рашанский с Трубой разделали .
Таких рыбарей земля не знала ,
Казну всю потратить готовы .
Печатают вирши родного кагала
И тексты любимой жидовы .
Дорожкина барыня в редсовете ,
Превыше Васильевой Лары .
И Поляков за Слово в ответе
Рассказчиков местной табары .
КОткало фильтрует ужасные строки
В надежде найти золотинки .
Один Хуторянский в Козлоские соки
Сует то и дело тростинки .
У Колпакова заботы бывают
Похлеще муры редсовета .
У Замшева чувста добра убыают
И некому дать совета .
В Литературной газете проблемы ,
Все Максимально тяжелые .
А в Александре любые дилеммы
Решат снова гои веселые .

Труба и "Мефистофель"

В Трубу вселился " Мефистофель ",
Отвратный бес Козловских смут .
И душу выжег баламут ,
И вставил вяленый картофель .

Труба теперь похож на франта ,
Из круга бизнес - профессур ,
Он превращает местных кур
В любую птицу и мутанта .

Несушка ласточкой летает ,
Рыжуха песенки поет ...
Когда сосет его койот
И петушок ледышкой тает .

Все извратил Труба в округе ,
Все в туне жизни покривил .
По таксе лжи установил ,
Извивы блата и услуги .

-- Ты говори о светлом Боге
И делай темные дела --
Но Толю к бездне привела ,
Такая " истина " в итоге .

Трубадур Анатолий

Кто он Труба Анатолий :
Вольный поэт или тать ?
В мире иных аллегорий
Сможет ли духом блистать ?

Станет от чистого сердца
Славить Владыку небес ?
Или с мелодией скерцо
Будет фальшивить балбес ?

Кто он : потомок вагантов
Или душой трубадур ?
Может в кругах коммерсантов
Он Казанова для дур ?

Пой Анатолий о многом ,
Сделав журнал Александръ .
Пусть мельтешат за порогом
Тени " врагов -- саламандр " .

Жадность порочных сгубила ,
Каждый скупой одурел .
Толю звезда возлюбила ,
Что бы талантов узрел.

Толя не страстный хапуга
И не стяжатель монет .
Не отвергает он друга ,
Если тот нищий поэт .

Имя журнала бессмертно ,
В буквах лучи высоты .
В образе все интровертно ,
Как в человеке мечты .

Пой о земном ветродуе ,
Пой о пожаре зари .
Только о Господе всуе ,
Мирной душой говори .

Купец и товар

Ржут кобылы и быки ,
И хохочут куры ...
Из деревни Гомзяки ,
Едут бабы дуры .

Едут сразу на осле
И козле не старом .
Едут все на веселе ,
С ходовым товаром .

Самогон и квас крутой ,
В таре из березы .
И бульон везут густой ,
Что б не сбили дозы .

Есть хмельное и харчи ,
Сало и колбасы .
Есть арбузины с бахчи
И стихи - атасы .

Принимай товар купец ,
Анатолий важный .
Ты редактор молодец ,
Весь собой отважный .

С каждой вирши почитай ,
Творческой гомзячкой .
А потом во ржи мечтай ,
Как моряк с морячкой .

В Александре живность ржет
В жизни ржет не хуже .
Толя в сердце сбережет ,
Все что любит дюже .

Подельщик Трубагоев

Ему важнее сам процесс ,
Всего что происходит .
И он бездарных поэтесс
В квадрат шутя возводит .

И в куб любую возведет ,
С неотразимой славой .
В журнале рубрику ведет ,
С придуманной забавой .

Печатает державших гуж ,
Из Гомзяков и рядом :
Как пронизал супругу муж
Хмельным , горячим взглядом .

Как бабку устрашил козел ,
Своим лохматым видом .
Как заплутавший между сел ,
Шатался лунным гидом .

Литературщину несет ,
Журнал свободно в массы ...
А он вовсю деньгу кует ,
Не отходя от кассы .

Великий

Заплатил и ты великий ,
И могучий на века .
Не беда , что многоликий ,
Как наследник чудака .
Нет причин для истязаний ,
Совести и чести всей .
Заплатил и миф сказаний ,
Будет кривдою Расей .
Рынок ныне распрекрасный ,
Покупай и продавай ...
Если ты торговец страстный ,
Звездный образ создавай .
Если жаждешь снова сказку ,
Ты с задором напиши .
И цени наград подвязку ,
Вместо искренней души .

Труба и дело

Чей же ты друг Анатолий ,
Искренний как говоришь ?
В темах журнальных историй
Ты по заказу творишь .
Что - то закажет Рашанский ,
Что - то Ювалька Шакет ...
Где же искомый Моршанский
Истинный яркий поэт ?
Где же писателей местных ,
Творческий яркий Союз ?
Ты же царек из бесчестных ,
Как незадачливый Хьюз .
Гонишь составы по кругу ,
Снова порожними все .
Видя смурную округу ,
В яркой алмазной росе .
Вновь отвергаешь творенья ,
Признанных членов давно .
И говоришь без сомненья
Тексты бомонда : -- Говно ! --
Вновь ты печатаешь прежних ,
Избанных властью друзей .
Тенью в просторах безбрежных ,
Высится ваш " Колизей ".
Ваша кривая дорога ,
Мечена трендом чинов .
Только Поэты от Бога ,
Судьбами кремни основ .
Я гладиатор духовный ,
Ты же наемник лихач .
Твой вдохновитель верховный ,
Русскому миру палач .
Будем тревожить немногих ,
Будем сражаться везде .
Толя ты снова убогих ,
Видишь на яркой звезде .

Лира Трубы

Играй Труба на лире мецената ,
Похожей на небесную зарю .
Но если ложью истина объята ,
Я: -- Сгинь! -- тебе навеки говорю .

Играй Труба в духовной ипостаси
И дуй в трубу , украсившей айфон .
Чтоб в Манях пребывающие Васи ,
Щебенкой завалил Иерихон .

Но если ты сыграешь по армейски
И озариться призрачная стынь :
Лукавые уйдут по арамейски ,
Стяжать обетование пустынь .

Печатай в Александре Александра
И Михаила Лермонтова в тон .
И Крымская веселая Массандра
Подарит опьяняющий бутон .

Музей Трубы

В музее Трубы награды
Висят и блистают щедро …
Вот дали одни ретрограды ,
Другие Николо и Педро .
Имперские есть с короной ,
Вручал их Павло император .
Крылатые есть с вороной ,
Вручал их Азеф провокатор .
Любые висят на выбор ,
На вкусы , цвета и взляды .
И золотом льется верлибр ,
И фосфором светят шарады .
Награды за то и за это ,
За все и другое дело .
За то что в Козлове лето
С грозой не одной пролетело .
За то что зима в Козлове
Была необычно студеной .
Зв то что Труба на слове
Зарю изловил нарожденной .
Труба промышлял рыбалкой ,
Иного , базарного смысла .
Награды ловил он с яркой
Идеей , типаж коромысла .
С бадьями по оба края ,
Огромными словно бочки .
Награды ловил играя ,
В тщеславие без проволочки .
На каждом кону не скупился ,
Рубли он бессчетно ставил .
Где прОдался , где купился ,
Музей из наград и представил .

Призрак свалки

Профессор Труба Анатолий ,
Мичуринский экономист .
Участник скандальных историй ,
Неистовый он активист .
Что было уже позабыто ,
Он главный редактор теперь .
Преступное время убито ,
Широким порывом потерь .
Профессор печатает милых ,
Так щедро как никого .
А видеть талантов постылых ,
Не хочет он больше всего .
Но доки его ненавидят ,
За пламенный жуткий снобизм .
И Толю в поверженных видят ,
Достигшим бомжей коммунизм .
Он бродит по призрачным свалкам ,
В видениях злыдней врагов .
И хлеб рассыпает он галкам ,
Как птицам печали богов .
А в сумке несет Александра ,
Журнала двойник роковой .
И райский цветок с олеандра ,
Куста из страны таковой .
Случится ужасное с Толей ,
Бандиты ограбят его .
Останется нищий с недолей ,
Где нет из людей никого .

Приговор Алешина Трубе

Говорил Труба легко ,
О любви и вере ...
Но Алешин высоко ,
Взмыл в своей мере .

Все что Толя возносил
И к чему тянулся ,
Вдруг Олег перетрусил,
Плюнув ухмыльнулся .

-- Глупость бездарь огласил ,
С богохульной лажей .
Лики святых притащил ,
С графоманской сажей --

Стал судить Олег Трубу ,
Как на Страшной плахе .
Наложил на рок табу ,
Чтоб зачах он в страхе .

Только Толя был в ключе ,
Членом стал Союза .
И на трепетном плече ,
Светит ангел - муза .

Кто же прав рассудят дни ,
Что пребудут вскоре .
Мы на свете не одни --
Радость есть и горе

Цель на осине

Скоро зло достигнет точки ,
В яростном огне борьбы .
И стрелки без проволочки
Выстрелят в фантом Трубы .

В Толю скопом как в десятку ,
Будут целится враги .
И пронзят в ботинке пятку ,
Рядом с шелестом куги .

Фотографии из фракций ,
На осину прикрепят .
И к " маслятам " децимаций
Подошлют рои " опят ".

Цель врагов Труба редактор ,
В гибельной своей красе ,
Что б расплаты дивный фактор ,
Кровью брызнул по росе ...

Козловские тати

Пока Рашанский и Труба
Журналом верховодят ,
Звенит безвременья татьба ,
Они ее заводят .

Талантов месяцы крадут
И умыкают годы .
По кругу бродников ведут ,
Незная речек броды .

Но в воровском кругу тщеты ,
Где лихость как заслуга ,
Витают тени маяты ,
Чтоб очернить друг друга .

Воруют лучшее подряд ,
У одаренных время .
Но воздаяния разряд ,
Пронзит тандему темя .

Пока Рашанский и Труба ,
В Мичуринске за славных ,
В фаворе гольная татьба ,
Шедевров самых главных .

Мимикрия

У Трубы растут клыки
И лохматый хвост .
-- И копыта высоки ! --
Хвалится прохвост .

Он в Козлове ловелас ,
Бес ему братан .
Бабки сыплет на палас ,
Как шальной шайтан .

-- Мне позволено мудрить! --
Голосит Толян .
-- Я умею всех дурить ,
Гомзяков - селян ! --

-- Ей , придурок не блажи !--
Молвил спич Олег .
-- Ты талантом докажи ,
Что большой стратег --

Сильно пыжился Труба ,
Что б великим быть .
Но нижайшего раба
Бездны не избыть .

У Трубы дары в руках ,
Стали пропадать .
Он остался в дураках ,
Зрячему видать .

Кредо соредакторов

Они не видят в нас людей :
Труба , Двурожкина , Рашанский .
Им взлет дороже лебедей
И жид потомственный Моршанский .

Им щука в соусе мила
И яйца все под маринадом .
Друган Бендерский как скала ,
Для них с червонным монетпадом .

А маца -- чудо из чудес ,
Не хлеб ржаной не пропеченный .
И в мире нет милей Одесс ,
Чем та , где есть бычок копченый .

Славяне всякие для них ,
Лишь балаболки - пустомели .
Они важны среди своих ,
Как гои дел Иезавели .

Они Сион боготворят
И землю грез обетований .
Но Александръ журнал творят ,
В Козлове русском без терзаний .

Маски Трубы

Потерял лицо Труба ,
Светлое с румянцем .
Стал подобием раба ,
Видится поганцем .
Служит делу суеты
И пиар - печати .
Маски носит маяты ,
С миной исполати .
Угождает всем чинам ,
Дующим на воду .
Угождает всем лгунам ,
Безобразным сроду .
Редактирует журнал ,
Как - то он убого .
Словно грешного познал
В жизни очень много .
Не печатает творцов
Истинных манерных .
Ценит сельских удальцов
И порывы скверных .
Все кривое у Трубы
И душа , и совесть .
Маски подлости грубы
И судьбины повесть .

Сад Анатолия Трубы

Приснился Толе сад чудесный ,
Живой из лиц между ветвей .
И луч пронзительный небесный ,
И Гласа звучный суховей .

Горячий ветер как оракул ,
Горланил путано и вдруг ,
Толян узрел десятки Дракул
И Валь Двурожкиных вокруг .

Рашанский стал клыкастым волком ,
Завыл на красную звезду .
Труба понять не может толком :
В саду он или весь в аду ?

Взмолился Толя как на плахе ,
-- Спаси Господь и сохрани ! --
А Валя в пламенной рубахе ,
Сжигала жизни грешной дни .

Деревья кронами горели ,
Плоды пылали на виду .
Труба читал по кругу цели ,
О предсказанье на роду .

Он был противной веткой древа ,
С шипами мерзкими всегда .
И с права от него , и слева ,
Кружились вороны вреда .

Хихикали нахально груши ,
Кричали сливы ни о чем .
И черные маслины - души
Вопили : -- Звезды ни при чем ! --

О , жуткий сон противоречий ,
Чудовищный , как мрака бес !
Труба зажег спасенья свечи
И сад увидел без чудес .

Царский зал Урала

В Царском зале в округе Урала
На рассказчиков свита взирала .
За столом восседали вельможи ,
На дворян новорусских похожи .
Лихо конкурс вели " Молодежь
Предуралья не множьте галдеж ".
Александр не мичуринец Семин ,
Был научным наследством огромен !
И Труба Анатолий не промах ,
Как паромщик на всяких паромах .
Царский зал из историй Сверловска ,
Словно нерпа из тины Бобровска .
Все чины при достойных наградах ,
Только лазы зияют в оградах .
Вот Нурай и Садай Агагбай ,
Вмиг узрели что Толя не бай !
Не вельможа Труба -- а пройдоха ,
Лжепрофессор с мандатом подвоха .
Стал долдонить Виталий Адас ,
Как блефовщикам кликнуть: "Атас!"
Можно кликнуть мышонком в сети ,
Можно крикнуть куда всем идти.
Вот швея бесподобная Тося ,
Шкуру шьет для безрогого лося .
Как сошьет для сохатого шкуру ,
Вновь рога заветвяться к аллюру .
Как прекрасны Софи и Эллина ,
Где на фото краснеет малина .
Манит девушек "Солнечный берег ",
Где нудисты блистают без серег .
В "Фитобаре " гоняют чаи
И иллюзий шукают раи …
Здесь и Рута ярка вечерами ,
В нарисованной солнечной раме .
Знать Урал и Тамбов на равнине ,
Побратимы и присно , и ныне .
Потому - то за деньги казны ,
Тамбовчанам уральцы важны ,
И в разделах "Тамбовская доля ",
Всклень уральцев печатает Толя .
В Притамбовье зацвел Олеандр ,
Стал уральским журнал Александръ .

Лесное эхо Притамбовья

Труба за первого петрушку ,
Белых вновь за второго .
Взорвал Рашанский просорушку ,
Взорвет шутя любого .

Сидят на стульях вожделенно
И слушают предлита .
Мгновенье времени нетленно ,
Они теперь элита .

Не пригласили из Тамбова
Коллег по цеху Слова .
Вон как Елена черноброва ,
У Марьи есть обнова .

И Юрий горделивым паном ,
Шагает по бульвару ...
Хвалешин тоже не с профаном ,
С гордыней днесь на пару .

Не пригласили вы поэта ,
От Бога с ясным взгядом .
Зато Двурожкиной конфета
Блистала в вазе с ядом .

Вкусили чай и расстегаи
Поели с рыбой красной .
А в Притамбовье снова гаи
Шумят листвой прекрасной .

Козловский экзорцист

В Козлове бесы поселились
В котельной пана кузнеца .
Места вокруг переменились ,
Все полыхает без конца .

В огне грехов неугасимых,
Горят пройдохи и лгуны .
И нет крестов невыносимых
Вблизи нечистой стороны .

Лукавить стал кузнец нещадно ,
Подковы ломкие кует .
И косы греет беспощадно,
И лемех гарью отдает .

Дружки у коваля лихие ,
Рашанский и Толян Труба .
Они с рождения плохие ,
Черна их подлая судьба .

Живут с гордыней неуемной ,
Воруют все что унесут .
И волку с мордою огромной
Козленка в жертву принесут .

Бес у печи сидел с короной ,
Кузнец в стаканы спирт плеснул ,
Но вдруг священник сам с иконой ,
Вошел и свет всех полоснул .

Забились други вместе разом ,
В падучей с пеною из уст .
И экзорцист гнал нечисть сказом ,
И закипел в стаканах дуст .

Дуэль антагонистов

На дуэли пан Труба
И Алешин пан .
Пистолет в руках раба ,
Черный как тюльпан .

У другого не раба
Пистолет иной .
Взял оружие Труба
С миной не земной .

Ухмыльнулся не спроста ,
Анатоль в сердцах .
Вновь Алешина уста
Шепчут о скопцах .

Секунданты на чеку
Крикнули : -- Сходись ! --
Дуэлянтов на веку
Годы пронеслись .

Повторило эхо роль ,
Распугав ворон .
И врагов пронзила боль
Вмиг со всех сторон .

Анатоль познал шрапнель
И Олег познал .
В травах росных коростель
Тренькал как стенал .

А в пречистых небесах
Солнца яркий свет .
У поверженных в глазах
Пламенел рассвет .

Богомаз своей души

Миша БелЫх потихонечку ,
Делает дело в Козлове .
Утром погладит Сонечку ,
Вечером буковку в слове .
Много историй поведано
И роковое описано ...
Мише святое не ведомо --
Богом душа не расписана .
Вечное есть , нетленное ,
Краски душевной замяти .
Жизнь озарит мгновенное ,
Время сердечной памяти .
Милость твори рассказа ,
Путь не суди гонимого .
И за себя богомаза ,
Будет не стыдно родимого .

***
Миша Белых не станет Черных ,
Бесу не будет собратом .
Он среди мудрых и не шальных
Славит Мичуринск плакатом .

Миша приехал по важным делам ,
С рупором Наукограда .
И разрезая ранет пополам ,
Давит червя словно гада .

Слово не дали ему огласить ,
Только с плакатом пустили .
Будет в газете чтецам доносить,
Что же в трубу упустили .

***
Он за Родину и за веру ,
Как святой богатырь стоит .
Но Рашанскому служит не в меру
И газету под гоя кроит .

Краеведенье -- дело от Бога ,
Пишет Миша о русской черте .
Но сегодня реальность итога ,
За Козловом звенит в пустоте .

Миша строгий педант и дока ,
Роет почву поливы суля ...
Но хозяин не доброго рока ,
Видит ведра без журавля .

Нету воли остаться без груза ,
Подчиненности в дни кручин .
И зовет его светлая муза ,
И зовут его маги личин .

Редактор Белых Михаил

Отослал Белых подборку ,
Все стихи как на подбор !
Только Мишенька под горку ,
Бросил вирши на забор .

Я полгода ждал ответа ,
Отослал еще стихи ,
Снова Миша без привета ,
Совершил свои грехи .

Смял бумагу и шедевры ,
Рассмеялся как паяц …
Подлечу сливянкой нервы ,
А штофарь с настойкой бряц !

Зх , Мишуня ты лукавый ,
Не помог поэту вновь .
Видно Бог извечно правый :
Есть и совесть , и любовь !

Дерево чиновников

Ах , традиции прежних времен ,
Вы забыты в фойе Прибамбасова .
Нет на дереве книжных имен ,
С ликом Гоголя и Некрасова .

Ноу хау внедрили в умы --
Древо книжное с бейджик - хештегами.
Ах , какие пытливые мы ,
Представляясь познанья стратегами .

У чиновников дерево все ,
Именами чужими увешено .
Есть поклонник Аум Синрике ,
Есть политик дрейфующий взвешенно .

Русских мало , своих никого ,
Нет творений поэтов глубинки .
Нет на древе в трудах ничего ,
Чтобы тексты блистали картинки .

И срывая с ветвей имена ,
Депутаты читают о прерии .
Как прекрасна за морем страна ,
Где нет тени бесстыжего Берии .

В нашем городе ценят успех
И поветрие дел непривычное ,
Стали древо чиновников всех
Ставить там где округа приличная .

На ветвях нет знакомых имен ,
Все чиновники блещут не местные .
Вот висит из Сибири Семен ,
Вот висят два Мирона прелестные .

Почему же нет местных в ветвях ,
Может лучших не видят ценители ?
Пребывают в горячих страстях
И поэты , миров сочинители .

Если нет их самих для чинов --
Нет правителей с ликами светлыми .
Если нет своих твердых основ ,
Пустота продувается ветрами .

ГОРОД СВЕТЛОЙ КРАСОТЫ

Светлый город

Мичуринск ! С Родиной в узлы ,
Завязан ты навеки .
В Козлове жили не козлы ,
А люди -- человеки !

Рубеж Московии Святой
Ты сохранял отважно .
А кто вблизи мелькнул пустой ,
Теперь уже не важно .

Ты был Козловом до поры ,
Когда ученый -- дока ,
Земные хрупкие дары ,
Привил к ветвям истока .

Иван Мичурин порадел
О чем Всевышний ведал .
Сам сотворил мечты удел
И райский плод отведал .

Он видел в яблоне исток ,
Струящийся , как чудо ...
Он делал к радости мосток ,
Что б бедам стало худо .

Фонтаны трепетных садов ,
Весной взметнутся цветом .
И снова золото трудов ,
Блеснет червонным летом .

Мичуринск ! Бей в колокола !
Тревожь рассветов своды .
Что б долго Родина могла ,
Жить красотой природы !

Влюбленный ангел

Вокруг Мичуринска сады
И овощные грядки .
Воздаст Всевышний за труды
И будет все в порядке .

Ранет , Антоновка , Бельфлер ,
Сорта как в райских кущах .
Гадать не примется партнер ,
Здесь на кофейных гущах .

Ты заключай свой договор ,
Чтоб было честь по чести .
И продолжай вновь разговор ,
Без грубости и лести .

Сады весною зацветут ,
Мичуринск будет белым .
И даже ангел станет тут ,
Витать влюбленным смелым .

Мичуринские забавы

Давай Мичуринск покажи
Узоры на коклюшках .
Узлы на куклах завяжи
И на других игрушках .

Гончар увидит макраме ,
Вязалщица сраженье …
Поэт новеллы Мериме ,
И книгу "Воскресенье ".

Потехи час не лыком шит
И время дел не нитью .
Поднимет русич твердый щит
И меч вновь по наитью .

Кольчуги гулко зазвенят ,
Когда сойдутся в сече ,
Приблудных стая "бесенят"
И избранных на вече .

Кто победит в бою игры
Неведомо до срока ?
Но огласит бойцов шатры ,
Победных криков дока .

Забавы делу не вредят ,
Когда по нраву люду .
Лишь соколы опять хотят ,
Клевать поживы груду .

Стрельцы закатят пир горой ,
С медами , пивом , брагой .
Мичуринск -- город ты герой ,
С народною отвагой .

Мичуринская быль
***
В Мичуринске осенний праздник ,
Земное яблоко в чести !
И ветер трепетный проказник ,
Стремится вести принести .

Сады с дарами распрекрасны
И закрома полны зерном .
Торговцы снедью не опасны ,
Когда теляти бьют челом .

Они не пашут и не сеют ,
Лишь деньги походя куют …
Считать себя богами смеют ,
Когда продукты продают .

Вот садоводы все лучисты
И любят дело как мальцы .
Не пустомели , не речисты ,
Но в райских кущах удальцы .

Плоды из сада ароматны ,
Откусишь дольку -- сок течет …
И дни счастливые возвратны ,
И Русь красотами влечет .

Блеснуло яблоко раздора ,
С червонной радужной дугой .
Парис богине без разбора ,
Вручил как самой дорогой .

Богиня молвила о деле ,
Любви к Елене навсегда .
Призывная в прекрасном теле ,
Горит небесная звезда .

Слова сбывались о прекрасной ,
Прошла Елена без одежд .
И по Мичуринску атласной
Стелилась ленточка надежд .

Зоревая земля

Воздух чист и трава весела ,
Рядом с храмом родного села .
Лог красив с родниковой водой
И прекрасны поля под звездой !
Ездил попусту по городам ,
Здесь природе любовью воздам .
Суеты и торговли фигня
Здесь ничем не тревожат меня .
Здесь я миру духовному свой ,
На просторе земли зоревой !

Сады Мичуринска

Легко щедроты предвещать,
Где хлебосольно .
Не больно лживое вещать ,
Но правду больно .

Россия ! Родина судьбы -
Цветник и дыба .
Блуждают Господа рабы
В дымах Магриба .

Уходят дщери и сыны
В мираж потопа .
Крадет заблудших без вины
Мечта -- Европа .

Вокруг цивильные враги ,
Что в дружбе врали .
Россия ! Земли сбереги ,
Что б не украли !

Дельцы продажные ходы ,
Вершат спесиво ...
Но вновь в Мичуринске сады
Цветут красиво !




Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Авторская песня
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 13
Опубликовано: 01.03.2019 в 20:37
© Copyright: Валерий Хворов
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1