Юлия Котлер (подборка стихов)


Юлия Котлер (подборка стихов)
САФО

Обласканная музами Сафо
На устланной фиалками постели.
Её покои снова опустели
И рядом с нею нету никого.
Облик янтарь сандалий золотых
Ног смуглых соблазнительную нежность.
Седого сна седая безмятежность
Коснулась темноты ресниц густых.
Ей снится ночь безудержных утех:
Всё блещет изумрудом винограда,
И пляшет златокудрая Эрато,
Разбрызгивая громкий звонкий смех.
Не хочет сон прерваться ни на миг,
Он за собой манит и увлекает.
И вот, Евтерпа томная слагает
Сладкоголосый и певучий стих.
Резвится непоседливый Эол,
И будит сонно-ласковое море,
Изнемождённо-бледной Терпсихоре
Венок из белых роз Адонис сплёл.
Как сладок этот бесконечный сон!
Сафо в истоме сладкой потянулась
И увидала блеск лазурных волн.
Блестящий жемчуг утренней росы
Рассыпан на ковре травы зелёной.
А у Сафо, мечтающе-влюблённой,
Возникла строчка, чище той слезы,
Которая подступно набегает
И о любви святой напоминает.

* * *

Этот солнечный улей —
Сонно-приторный ад.
Раскалённые пули
рассекают закат.
Умирает светило,
чтоб родиться с утра.
Нереальная сила —
молодая жара.
Первых сукровиц мая
неземной аромат.
Пули пчёл, рассекая,
жалят пьяный закат.
Этот солнечный улей —
тёплый вздох янтаря.
В нежном бархате улиц
вновь родится заря.
И увидит весёлый
предрассветный пожар.
Как пушистые пчёлы
ищут терпкий нектар

ЗНОЙ

Сон выпит июлем смуглым,
Бессонница — мой удел.
Иду по горячим углям
В страну распалённых тел.

Во чреве хрустальной вазы
Цветы свой приют найдут.
А я всё ищу оазис
В зашторенном адском саду,

И в самом разгаре лета
Лакает пьянящий зной
Распластанная планета,
Распластанная жарой.

МОНОЛОГ

Я среди карнавальных масок,
Среди шумной толпы грущу,
Я среди многоликих красок
Чёрно-белые сны ищу.

Я — огромная паутина —
Бесконечная, как душа,
Я — летящая бригантина,
Я — к безумью последний шаг,

Я — последнее поле битвы,
И победа в любой войне.
Я надёжнее, чем молитва —
Одиночество имя мне.

ТАНЕЦ

…И обнажает смуглое бедро,
Сверкая гордо струнами, гитара.
И этот нежный полуоборот,
И это платье, в кружеве пожара.
Поблёкла роза в тёмных волосах
И гаснет гребень, на траву упавший.
А в дьявольски-волнующих глазах
Пылает зной, от дерзости уставший.
Немеет кровь. Под веером ресниц
Ещё сияют отблески заката.
Кричат безмолвно ягоды глазниц:
«Глядите, я действительно крылата!»
В бездумном танце кружится она,
На «ты» со смертью, страстью и любовью.
Под белой кожей плавится луна
И блики солнца, смешанные с кровью.
Её уста не говорили «нет»,
Но слово «да» ей тоже не знакомо.
Цветок любви, под шёпот кастаньет,
Она дарила рыцарю иному.
Лиловый вечер в небе задрожал,
На полувзмахе прекратив движенье.
И напоённый горечью кинжал
Ей стал последней каплей наслажденья.
Как предпочесть свободе вечный плен
И танец страсти до конца исполнить?
Дари цветок, крылатая Кармен,
К ногам бросая пышной юбки волны.

РАКОВИНА

Я знаю всё,
Всеслышащее ухо,
Как корень дерева сосёт
Седую влагу звука.

Во мне печальный шум морей,
Жемчужин мёртвых жалость,
И затонувших кораблей
Безмолвная усталость.

Во чреве огненном моём
Шумит, ревёт, клокочет
Волна, сверкающая днём,
И меркнувшая ночью.

ФАНТАЗИЯ

Я в тёплом бархате Парижа,
Иль в тайном логове Каира.
Я там, где Темза сонно лижет
Следы и оттиски Шекспира.
На белокуром пароходе,
На остроносом самолёте
Несусь к нетронутой природе,
Той, что вы джунглями зовёте.
Пью огнедышащую Кубу,
Любуюсь праздничною Веной.
И сквозь огромнейшую лупу
Гляжу на отблески вселенной.
Увижу чудо-маскарады
Хмельной Венеции-старушки,
Пройду сквозь серые ограды,
Но предпочту им безделушки.
К ногам Америки беспечной
Цветы невиданные брошу.
И на аллее бесконечной
Луну разлитую встревожу.
Фонтаны солнечного Рима
И камни Греции лукавой
Запечатлеть сумеет рифма,
А я смогу себе представить.

ПОСВЯЩАЕТСЯ МАНДЕЛЬШТАМУ

Ваш город простужен до костного мозга,
Изранен иголками ливней.
Но слог ваш податливей мягкого воска
И майского солнца наивней.
Утопятся сны в предрассветном румянце
И свежего неба напьются.
А рифмы, как змеи в причудливом танце,
Волнующе переплетутся.
И горечи бархат, и радости ситец
Кроил неустанно и гордо —
Ведомый и лидер, слепец и провидец,
Не знавший, что гибко, что твёрдо.
Безмолвной Невы леденящая зелень
Сжимала петлю всё сильнее,
Но мёртвого Питера горькое зелье
Чужого нектара вкуснее.
Осколок хрустального Вашего слога
В душе моей будет, покуда
Не буду я верить ни в чёрта, ни в бога,
Но ждать вдохновенья и чуда.

* * *
                      …Моим стихам, как драгоценным винам,
                      Настанет свой черёд.
                                                                  М. Цветаева

Они рождаются всё реже…
Превозмогая страх и боль,
Порою слух и сердце режет
Их крик, как первый детский вопль.
Они не знают дна и неба,
Для них пространство — тяжкий гнёт,
Соединяя быль и небыль,
Переплетут полынь и мёд.
Готова, тратя дни пустые,
Сгорать в дурманящей тоске,
Чтоб самородки золотые
Искать в загадочном песке.
Они рождаются всё реже…
Не оттого ли сладок так,
Не оттого ль так мил и грешен
Мой слог, звучащий с сердцем в такт.

НАТЮРМОРТ

Грусть, разлитая глазами,
Оживает на холсте.
Миг за мигом ускользает —
Дремлет время в пустоте.
Краски тёмные мерцают —
Первобытных сил печать.
Я с восторгом созерцаю
Обнажённую печаль.
Эта мёртвая природа
Так болезненно нежна:
В каждой линии — свобода
И скупая тишина.
Истекающие негой
Переспевшие плоды,
Белоснежный привкус снега
И цветущие сады.
Всё смешалось, всё смеётся
Глупый вымысел, гротеск:
Полупьяный мрак и солнце,
Полуспящий чёрный блеск.
Экзотическое манго
И дурманящий миндаль.
Рядом с дичью мёртвый ангел —
Любопытная деталь.
Среди пиршества и света —
Бледный, тихий и святой
Он, как странная планета,
Несравнимая с землёй.
Грусть, разлитая глазами,
Это грусть его лица,
Свет причудливых мозаик,
Проникающий в сердца.





Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Поэзия ~ Стихи, не вошедшие в рубрики
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 2
Опубликовано: 27.02.2019 в 17:07
© Copyright: Лира Боспора Керчь
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1