Повесть о жене моряка. Глава 12. Лас Пальмас


Повесть о жене моряка. Глава 12. Лас Пальмас

В Лас Пальмас "Львов" зашёл ранним июньским утром, сразу же и пришвартовался к стоявшему на якоре на внутреннем рейде РМТ "Апшерон". На отремонтированном, свежевыкрашенном в доке судне, хозяйничала подменка, ожидая и их прихода, и прилёта основного экипажа "Апшерона". Операции по смене экипажей всегда происходили синхронно, так как из-за отсутствия запаса спальных мест и спасательных средств долгие "братания" портовыми властями не допускались.

С подменкой этой Павел встречался девять месяцев назад в Сингапуре. Кое-кто в ней, конечно, с тех пор сменился, но рефмеханик был всё тот же, Миша Мельников, и это Пашу порадовало. С Мишей они дружили давно, познакомившись десять лет назад на ремонте в Измаиле, когда оба были ещё мальчишками-рефмашинистами.

Ещё не окончилась швартовка, а приятели уже стояли на шлюпочных палубах сближающихся судов и махали друг другу руками, радуясь встрече.
- "Апшерон" когда прилетает? - спросил Паша, складывая ладони рупором, - время есть для меня?
- Навалом, они ночью только будут. А ты в город не идёшь? - "Львов" плавно прижимался к "Апшерону" и можно было уже не кричать.
- Завтра с утра пойду. Хочу сначала с тобой ремонтную ведомость обсудить. Рейс был - один промысел. Я и не помню такого. Сто семьдесят суток рыбалки! Компрессора, единица с двойкой, пахали, как черти, полгода без остановки, выдержали, но поршневые группы надо смотреть. Поршневые кольца у меня есть.
- И единицу и двойку? - ужаснулся Миша, - Паша, имей совесть!
- Обсудим, Миш. Ты же знаешь, будь у меня время, как после Кергелена, я бы и сам их перебрал. Конденсаторы почистите, на утечку проверите. Пару труб на системе охлаждения поменять, вот и всё.
- Ничего себе, всё! А кингстон - что, не надо чистить?
- Миша, не гони волну! Сколько там того кингстона? На полдня работы. На испарителях разошьёшь обшивку, поищешь утечки аммиака. Где-то что-то есть, в рейсе этого делать я не мог. Сам понимаешь.
- Только по дружбе, Паша. Ты и так работы накидал. Хорошо, что ремонт сорокосуточный в этот раз, с докованием. Ты возвращаться на судно собираешься?
- Сам не знаю. Я пока жениться собираюсь. И как там лучше всё спланировать, с женой посоветуюсь. Ты в бухгалтерии Элину Кудревич знаешь?
- Высокая блондинка в очках? Видел только, любовался, симпотная девуля. Поздравляю. Я и не знал, что она не замужем.
- Тебе и знать не надо, Дон Жуан хренов! Давай, перелезай к нам, пойдём в рефмашину. - К этому времени они уже стояли в двух шагах друг от друга, а матросы крепили поданную на "Апшерон" сходню.

С мостика по наружному трапу спустился помполит, и Павел поинтересовался распорядком дня.
- Сейчас агент приедет, валюта уже у него. Штурмана сразу выдачей денег займутся. Как деньги раздадим, первая очередь поедет в город. Часов в десять. А ты - завтра в девять, тебе лучше. Сегодня с подменкой всё уладишь, сдашь дела, и гуляй. Второй механик тоже сегодня остаётся, а мы с Дедом на берег поедем. Пойду собираться. Не поверишь, в увольнение всегда, как на первое свидание иду.
- Думаешь, ты один? Все мы такие... трепетные. Романтические души. Полгода без берега - хотел бы я посмотреть на пароходских после шестимесячного рейса без единого захода!
- Миш, пойдём в каюту пока, ремонтную ведомость покажу, - потянул он за руку рефика подменки.

Ведомость была составлена им без лишних подробностей, профессионально, лаконично, и точно, с приложением перечня трубопроводных работ, чётко и без "воды".
Миша почесал в затылке, - Ну, Паша ты даёшь! И испарители тебе все на утечку проверь, и конденсаторы. А у тебя заглушки фирменные есть, если глушить придётся?

- Миха, ты в подменке третий год уже, кажется?
- Два года. А что?
- А то, что оборзел ты на Канарах, в стране вечного лета! Забыл уже, как боевые механики полгода по двенадцать часов работают? Или под Кергеленом в койке, расклиненные подушками, спят? Я ведь Стасу в службе могу сказать, что пора тебе уже жирок согнать. Я вот за двенадцать лет в РПК ни разу не был, могу и поменять тебя, если не справляешься!
- Ладно, тебе, Паш! Я же шучу, ты что, не видишь? Почистим тебе конденсаторы в лучшем виде, и на утечки всё проверим, и заглушки выточим, если фирменных нет. А сварщик их обварит. Для надёжности. Их сложно варить, трещины могут в трубной доске образоваться, но он технологию соблюдает, и всё нормально получается.
- Вот это другой разговор. "Гробик" для работы у меня рабочий, сам проверял, и трос есть, и свёрла тоже. Только работай, волосан подменковский!
- Да пошутил я, сказал же. Трубы на всасывании все снимем, почистим, когда в доке будем стоять, тогда же и кингстон вскроем. А компрессорами я сам займусь, я это дело люблю. Будешь доволен.
- Начинаю узнавать Миху, с которым мы вместе машинёрами работали. Не надо борзеть, корефан, и всё будет пучком.

Работы в ведомости было немало, но и не так, чтобы через край. Мишка понимал, конечно, что за два дня перехода сам экипаж ничего не мог ремонтировать. Просто проверял Пашку на твёрдость.

К обеду с приёмо-передачей закончили. Подписание актов оставили на другой день, но всё, что было нужно, Павел рассказал, показал, обсудил. Бросать "Львов" было жалко. Сорок суток - это немало, как раз медовый месяц закончится.
"Откажусь от следующего рейса, а в сентябре выходные кончатся, тогда куда? На ремонт? В Измаил? Да и экипаж терять жалко, сроднились". Он всё больше склонялся к мысли согласиться с предложением капитана вернуться на "Львов" через месяц вместе.

После обеда Павел из двух паков гофротары смастерил раздвигающийся на любую высоту огромный картонный короб и занялся уборкой каюты и складыванием того немногого, что он забирал домой.

Вечером рефмашинисты, вернувшиеся из города, пригласили его на ужин с бутылкой бренди, отказываться было нельзя, но и пить - тоже.
- Ребята, мне завтра свежая голова для отоварки нужна. А вам ночь на двоих делить, вахту стоять. По сто пятьдесят, и в люлю. Отдыхайте, а я до нуля подежурю. Остатки пойла я забираю, и не спорьте. Обоим спать!

"Отоваривание" на следующий день прошло грамотно и успешно. Знакомые продавцы у многоопытного Овсова были во многих точках, но он предпочитал всем им "Космос", небольшой, но проверенный магазин на улице Альбареда. Там наших не обманывали, встречали дружелюбно, даже весело, а желающих даже и похмеляли.

Фоном для торговли служила беспрерывная магнитофонная запись лёгкой музыки, постоянно перебиваемая словами: "Магазин индусский, говорим по-русски. Сам не понимаю, почему всё так дёшево продаю, совсем не понимаю". Акцент у индуса был почему-то грузинский.

Овёс не подвёл. На каждый товар у него был выведен "коэффициент подъёма", как он выражался. Контрабанду он презирал и говорил, что умный человек и без нарушения таможенных норм найдёт, на чём заработать.

Ковры были тяжёлые, но Овёс не советовал от них отказываться.
- Спрос на них, Палыч, упал, не скрою. Но смысл брать всё равно остался. Коэффициент нормальный, уступишь дома немного, зато сразу деньги серьёзные. "Это тебе не мелочь по карманам тырить", - процитировал он фразу из всем известной кинокомедии.

- Вот зонтики, трусики-недельки", жвачка, косметика - это как раз та самая мелочь и есть. Но тоже можно брать, только после ковров и материи. Материя - вариант беспроигрышный, продаётся оптом, Палыч. Мохер, кстати, отлично ещё идет, и лёгкий! Двухкассетник тоже возьми, если деньги останутся. Шарп возьми. Что? Есть уже? Так не себе же, "школьникам" возьми!

- Самый лучший коэффициент подъёма сейчас на губной помаде и газовых косынках. Берём тебе блок помады и.., - Петя, ты косынки будешь брать? Нет? Палычу через границу пачку перевезёшь, в Москве отдашь.

Опытный Овсов был прав в том, что товар предстоит ещё и реализовывать, причём, реализовывать быстро. Наборы же косметики, хоть они и стоили в Пальмасе копейки, годились только для подарков. Элина у себя в бухгалтерии точно распродавать их не будет, скорее, раздарит подружкам. Замуж за моряка не все выходят, не дай Бог, завидовать начнут. С девчонками надо дружить.

Сыну Сашке Павел купил кассеты новых рок-групп, и его любимый Дип Пёрпл, джинсовую рубашку, курточку и жвачку, а Элине решил купить настоящие джинсы, он знал, что они были её давней, и до сих пор не исполнившейся мечтой. И купил их в фирменном магазине "Lee", вспомнив, как кто-то авторитетно в Одессе говорил: "Самые лучшие в мире джинсы - фирмы Лее, пацан".

Так или иначе, но к пяти часам дня вся группа, кроме Паши, успела все деньги свои потратить. Наступил час расплаты. Тот же Овсов повёл их в небольшую кафешку, расположенную на ближнем конце пляжа Лас Кантерос, но удалённую всё же метров на сто от пляжа. Цены в различных кафе были не одинаковые, и в престижных местах неоправданно высокие.

Перекусили скромно, но со вкусом, позволили себе после трудов праведных. Павел был доволен прошедшим днём, и не скупился. Сдерживало его только чувство ответственности. Купленный товар нужно было забрать на причале Санта-Каталина в семь вечера, перегрузить в судовую шлюпку, а потом поднять на борт на рейде. Пить было нельзя, тем более, что в двенадцать ночи за экипажем должны были прийти катера. Ограничились пивом.

И всё прошло хорошо, без эксцессов. И вещи на борт доставили, и упаковали их, парни из подменки помогли, они эти ковры, как носовые платки складывали, сказывался опыт. Акты Мишка подмахнул, они обнялись на прощанье и расстались, чтобы через сорок суток встретиться. "Моряк в море - дома, а дома - в гостях", - так, кажется, адмирал Макаров говорил.

В Союз летели без посадок на советском ИЛ-62. Керосина у него до Москвы хватало. Паше такой же, как он, длинноногий электромеханик, Гена Сурков, занял место возле аварийного выхода. Проходы между креслами в таких рядах были немного шире, чем в других, и сидеть было намного удобнее, и покурить можно было, вытянув ноги, и выпить. Генка навёл мосты в буфете, подарив стюардессам по тюбику помады. Вернулся он оттуда с бутылкой Алиготе. Морду кривить Паша не стал, накатил, что дали. Чтобы лучше спалось. Третье кресло занимал Дед, и он тоже от вина не отказался.

В это время как раз тележку с едой подкатили, они и с тележки выпросили по стаканчику вина, больше не полагалось. В самолёте предлагали советские газеты, и соскучившийся по новостям Павел взял сразу три штуки. Начал было читать, но провалился в тяжёлый, беспокойный сон.

"Мятые и клятые", после бессонной ночи, выбирались они из самолёта в Шереметьево. Пограничники пропустили всех быстро, таможня немного покуражилась, и именно Павла заставили распаковывать громадный короб, который он вчера прессовал. Пока он с таможней разбирался, подали автобус ехать во Внуково. Так что позвонить Элине удалось только оттуда.

- Элечка, это я. Здравствуй, родная! Мы уже во Внуково. Из Шереметьево не было времени звонить. Как ты там, собираешься уже? А, закуски готовишь? Это правильно. Я соскучился, Эль! Приезжай в аэропорт. Приедешь?
- Конечно, приеду, ты что! Тебе цветы надо покупать? Мне кажется, мужчинам цветы жёны не дарят.
- Не нужно, ты права, Просто приезжай, и всё. И жди на выходе с лётного поля, возле ворот, Багаж потом получу, сначала тебя поцелую. До встречи,
любимая! Уже посадка начинается. Целую!!



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Повесть
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 25
Опубликовано: 15.02.2019 в 22:00
© Copyright: Михаил Бортников
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1