Попутчики. Глава 10. Москва. ГКЧП


Попутчики. Глава 10. Москва. ГКЧП


На Киевский вокзал Москвы поезд прибыл в 15.30. Люди все вокруг были одеты по осеннему, так что и наши герои тоже достали тёплые вещи. Москва - не Одесса. Валентин помог Ольге вынести сумки, затем вернулся за своим чемоданом. Втроём они вышли через боковой выход перрона и направились к стоянке такси.

Очередь на машину была длинной. Не будь у них багажа, поехали бы в метро, недалеко, но с чемоданами выбора не было, приходилось ждать. Наконец, все трое втиснулись в машину, и поехали на Краснопресненскую.

- Валя, я надеюсь, ты понимаешь, живи я одна в собственной квартире...
- Да всё я понимаю, Ольга. Не волнуйся так. Телефон я твой записал, а утром позвоню, часов в десять. Ты в это время жди звонка.

Высадив Ольгу, Валентин попросил отвезти его на улицу Герцена, где жили старые друзья его матери, с которыми она до сих пор была на связи, Борис Наумович и Роза Львовна Петренко.

Валентину они обрадовались, тут же усадили его за круглый стол посреди комнаты, за которым читали вслух какую-то пьесу и велели полчаса помолчать. Курить в квартире разрешалось, Роза Львовна сама курила много, вставляя сигареты в длинный мундштук.

В каждом углу у неё стояло по пепельнице. Любила она и яркое освещение, поэтому в квартире было много бра, торшеров и настольных ламп, а также красивой посуды и картин на стенах.

Позже, когда посторонние разошлись, Роза Львовна и Борис Наумович окружили гостя вниманием и заботой. Втроём они долго сидели у традиционного самовара, выпили по три чашки чая, слушали рассказ Валентина о жизни в Одессе и вспоминали молодость. Спать легли за полночь, постелив Вале, как всегда, в столовой на диване.

Несмотря на поздний час, не спалось. Вспоминалась Ольга, и Валентин стал отмечать в памяти её черты, припоминая и думая о том, хорошо ли он её запомнил. Грезил наяву, можно сказать.

Рост - чуть ниже среднего. Метр шестьдесят два, примерно. Но на каблуках, конечно, будет смотреться великолепно. Интересно, какова она в платье, в юбке, в миниюбке. Бёдра чуть шире идеальных, а вот очертания ног под брюками не разглядишь. Вот стопа красивая, узкая, небольшая. Тридцать седьмой размер, похоже.

Талия неожиданно тонкая, он это почувствовал в тамбуре, до этого казалась шире. Грудь - идеальная. Третий размер. Не большая, не маленькая. Сдержал себя, а ведь так тянуло поцеловать её хотя бы сквозь майку.

Шейка её тоже выглядела аппетитно. В юности молодые дуралеи постоянно "награждали " своих подруг следами от поцелуев, нимало не думая о том, каково тем приходилось наутро. И некому даже было им мозги прочистить. С годами, конечно, поняли, что никакой доблести в этом нет, как и в пьяных выходках, которыми похвалялись друг перед другом. "Кто не был молод, тот не был глуп".

Украшений на Ольге, практически, не было. Маленькие симпатичные золотые серёжки и такое же, в тон, колечко с камушком. Уши среднего размера, почти прижаты к голове. Мочки ушей... да, определённо, мочки не срощенные. Красивые. Нос - не курносый и не удлинённый, никаких горбинок. Самый красивый прямой нос. Можно даже сказать, носик.

А вот губки - губки тоже хороши. В меру пухлые, они так и просились... На этой мысли он, наконец, уснул.

Утренние телевизионные новости всех просто ошарашили. Оказалось, что в стране с шести утра было введено чрезвычайное положение. В отсутствие в Москве президента СССР Михаила Горбачёва, правительством был создан Государственный комитет по чрезвычайному положению, во главе которого стояли вице-президент СССР Геннадий Янаев, премьер-министр СССР Валентин Павлов, министр внутренних дел СССР Борис Пуго, министр обороны СССР Дмитрий Язов и председатель КГБ СССР Владимир Крючков.

Около семи утра по приказу Язова начали движение к Москве вторая мотострелковая Таманская дивизия и четвертая танковая Кантемировская дивизия. Три парашютно-десантных полка также двигались к столице.

С девяти часов у памятника Юрию Долгорукому в Москве начался митинг в поддержку демократии и Ельцина.

Борис Наумович уехал на работу, телевизор продолжал работать, а Валентин стал звонить Ольге. Больше всего он боялся услышать мужской голос. Но нет, на проводе была Ольга.

- Оля, доброе утро! Всё в порядке?
- У нас всё в порядке. А телевизор ты сегодня не включал?
- Без меня включили. Смотрим вот. Не знаю, как и комментировать. Ужасы какие-то, никогда у нас такого не было. А ты что скажешь?
- Скажу, что мне было бы спокойнее, если бы ты был рядом. Может быть, встретимся? Только на Манежную не пойдём, я за Оксанку боюсь. Просто погуляем где-нибудь, по Садовому концу, например. Или ты хочешь в издательство сегодня сходить?

- С такими новостями вокруг, меня там точно никто сегодня не ждёт. Давай в одиннадцать возле входа в зоопарк встретимся. Успеете собраться?
- Оксанка рада будет. Но тогда придётся и зайти туда. А я хотела по улицам пройтись.
- Не стоит сегодня нигде шляться, тем более с ребёнком. Вечером всё по телевизору посмотрим. Я буду собираться, целую. - Он повесил трубку и пошёл бриться.

- Роза Львовна, я ухожу! Что там нового по ТВ?
- Сказали, что в десять часов войска расположились в центре Москвы. У Белого дома батальон десантников Тульской дивизии под командованием генерала Лебедя.
И куда ты собрался, скажи пожалуйста? Оно тебе надо, искать приключений на свою голову в такой день? Что я твоей маме скажу? Сядь в кресло, и сиди-катайся!
- У меня свидание с моей попутчицей и её очаровательной дочкой. Как я выглядываю?
- Живот чересчур солидный, как для твоих лет, а так, ничего. Только накинь что-нибудь на плечи, это тебе не Одесса, чахотку схватишь. И что это за попутчица? Ты не рассказывал вчера. У тебя появились серьёзные намерения?
- Мне кажется, да. Но и ваш острый взгляд тоже не помешает. Вы не пригласите нас на чай?

- Почему только на чай? У меня и обед будет Сейчас нажарю битков, сварю пюре, и приходите. Я буду только рада. Пора уже устроить свою семейную жизнь. Твоих бывших я не знала, но Соня говорила, это типичный халоймес. И ты знаешь, я ей верю, твоя мама разбирается в людях.
- Тётя Роза, поверьте, этот персонаж совсем из другой оперы. Даже из другого театра.
- Да? Ну так тогда непременно её приводи. Если девушка мне понравится, Соня тоже будет спокойна. Я таки её вкусы немножко знаю. И прекрати меня называть тётя Роза. Ты знаешь, я этого не выношу.



Мне нравится:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Повесть
Количество рецензий: 0
Количество просмотров: 37
Опубликовано: 18.01.2019 в 09:27
© Copyright: Михаил Бортников
Просмотреть профиль автора






Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1